Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Феодальная война второй четверти XV столетия

Читайте также:
  1. I мировая война: предпосылки, ход, итоги.
  2. II.1. Участие минеральных веществ в формировании третичной и четвертичной структуры биополимеров
  3. Lt;1. Англосаксонская раннефеодальная монархия.
  4. Mиpoвoe хозяйство второй половины ХХ В.
  5. Pусскo-турецкая война 1877 -1878 гг.
  6. Quot;Зимняя война" 1939-1940 гг.
  7. XX съезд КПСС. Демократизация жизни страны во второй половине 50 - х годов. “Оттепель”.
  8. А. Феодальная война второй четверти XV в.
  9. Абсолютная монархия в первой четверти XVIII в.
  10. Абсолютная монархия в первой четверти XVIII в.

 

1. Социально-экономические, внутри – и внешнеполитические условия возникновения войны.д

3. Этапы войны. Их особенности.

4. Итоги войны. Значение войны в складывании единого государства.

 

 

Истоки феодальной войны, разгоревшейся во второй четверти XV ст., следует искать во всем своеобразии развития русских земель. Накопившиеся противоречия к этому времени достигли своего апогея, и без их разрешения невозможно было, фактически, определить дальнейший путь развития.

Вспомним, что Куликовская битва, в которой приняли участи почти все русские князья, подняла авторитет московского князя. Этот авторитет не был поколеблен даже разорением Москвы в 1382 г. татарскими войсками Тохтамыша. Дмитрий Донской в 1389 г., без татарского дозволу, благословляет своего старшего сына Василия «своею отчиною, великим княжением». Василий I Дмитриевич (1389-1425гг.) успешно продолжал политику своего отца.

Он первым делом заключил договор со своим дядей Владимиром Андреевичем Серпуховским и братом Юрием (младшие братья были еще маленькими). Владимир Андреевич и Юрий признавали Василия старейшим и брали на себя обязательство о совместных действиях по отношению к другим княжествам. В январе 1391 года Василий женится на Софье, дочери Литовского князя Витовта. Этот брак, на первый взгляд, вроде бы должен был установить мирные отношения с Литвой. Однако в этих отношениях, как показали последующие события, было много непредсказуемости и неопределенности.

В скором времени, умело используя войну в Орде между Тохтамышем

и Тимуром (1391 г.), Василий I выкупил у Тохтамыша ярлык на Нижегородское княжество, Муром и Тарусу. Местные нижегородские бояре во главе с Василием Румянцем поддержали московского князя и перешли на московскую службу.

Смута в Орде и свержение Тохтамыша позволили Руси явочным порядком отказаться от посылки дани и поездок в Орду за ярлыками. Однако в 1399 году фактическим главой Орды стал эмир Едигей. Укрепив свою власть, он решил добиться от Руси восстановления зависимости. Поход Едигея (1408 г.) оказался неожиданным для Василия I: он не успел собрать рать. Ордынские войска сожгли множество городов «вся поплени и пусто сотвори». Лишь Москву, героически оборонявшуюся, Едигею не удалось взять. Получив денежный выкуп, он, напуганный известиями об угрожавших ему смутах в Орде, ушел восвояси. Однако ордынское иго было вновь восстановлено.



Одновременно активизировалась и Литва. В 1397 г. в Киеве с семьей, двором и сравнительно небольшим отрядом оказался Тохтамыш. Найдя приют в Литве, хан готовился к реваншу, заключив союзный договор с Витовтом. Союзники договорились вернуть в Сарае трон Тохтамышу, а на трон в Москве

«и на всей земле русской» посадить Витовта. Однако этому плану не суждено было сбыться. Василий I заключил союзный, равноправный договор с тверским князем о совместной обороне от Литвы и Тохтамыша. Кроме того, объединенные войска Витовта и Тохтамыша в 1399 г. на реке Ворскле потерпели сокрушительное поражение от Тимура. Это поражение заставило Витовта на несколько лет прекратить свое наступление на Восток.

Однако уже в 1404 г. Витовт захватил Смоленское княжество, а в скором времени его войска напали на псковские крепости. Московский князь, если верить летописям, оказался «глухим» к просьбам смоленского князя о помощи (летописец такую позицию московского князя характеризовал как «не хотя изменити Витовту»).В тоже время в Псков и Новгород были направлены крупные военные силы: «…разверже мир с князем Витовтем… псковские ради обиды». Серьезных сражений не произошло. Противники подписали мир, сохранив прежнее состояние.



В целом, изучая политику Василия I, может сложиться впечатление о его нерешительности, уступчивости Литве и Орде. Однако такой вывод нам представляется неверным. Дело в том, что Василий I еще при жизни желал закрепить и сохранить московский престол и управление русскими княжествами за своими наследниками – сначала Иваном, а после его смерти, Василием. С этой целью он неоднократно ездил в Орду. Принимал «под свою руку» соседних князей, которые переходили на положение великокняжеских слуг, получали назначения воеводами и наместниками, хотя и сохраняли в полном объеме княжеские права в своих землях. Князья Стародубские, Оболенские, Белозерские стали именоваться служилыми или служебными князьями. Постепенно перестраивается вся система управления, превращаясь из местной, московской, в общерусскую. Появляются административно-территориальные единицы – уезды, бывшие самостоятельные княжества, управление которых находится в руках княжеских наместников. Московский князь реально руководил всеми вооруженными силами страны, а в дипломатических сношениях – с Ордой и с Великим княжеством Литовским – он выступает от имени всей земли.

Но сложнее обстояло дело с собственными братьями, которые не забывали духовного завещания Дмитрия Донского «а по грехом, отъимет бог сына моего, князя Василья, а хто будет под тем сын мои, ино тому сыну моему княж Васильев удел…». И это проявилось в 1419 г., когда брат Константин отказался признать старейшим своего четырехлетнего племянника и с частью бояр ушел в Новгород. Такая позиция братьев заставляла Василия I лояльно относиться к Витовту как своему родственнику, который встанет на защиту своего внука.

Присоединение новых территорий с их сложившейся структурой, включение социальных групп и прежде всего боярства в уже сложившуюся социальную структуру Московского княжества должно было привести к конфликту, так как при этом решались многие вопросы: среди них собственности на землю, владение крестьянами, влияние на внутреннюю и внешнюю политику великого князя. Уходили в прошлое нормы договорных грамот «А боярам вольным воля». Сокращалось количество княжеств и князей, где бы и кому могли служить бояре.

Не было единым и московское боярство. Мы уже неоднократно говорили о том, как князья производили раздел земель и имущество между своими наследниками. Ничем от них не отличались и бояре, в том числе и московские. Значительная часть их детей – «дети боярские» – жили за счет службы князю, за счет его милости и пожалований. Многие завидовали богатству своих отцов и братьев, и выступали активными сторонниками решительных действий князя.

К объединению подталкивали интересы экономики и усиливающаяся борьба крестьянства с феодальной эксплуатацией.

История показывает, что путь политического развития Руси, так же как ряда стран Западной Европы, вел от системы феодальных княжеств к централизованной монархии. Сильная централизованная власть давала возможность феодалам осуществлять эксплуатацию трудового народа и предоставляла ему защиту от внешних врагов. Однако усиление центральной власти означало, что феодалы должны были поступиться в ее пользу частью своих материальных благ и политических привилегий. На определенном этапе развития феодального общества это противоречие перерастает в большую феодальную войну, в ходе которой выковывается централизованное государство. В России, так же как

и в странах Западной Европы (Англия, Франция) такая война произошла

в XV в. Крепнувшей великокняжеской власти, опиравшейся на служилое боярство, формирующееся дворянство, поддерживаемой горожанами, удалось подавить сопротивление удельно-княжеской и боярской оппозиции, шедшей из феодальных центров, которые отстаивали свою независимость.

Во второй четверти XV ст. против централизации государственной власти выступили галицкие князья – Юрий Дмитриевич с сыновьями Василием, Дмитрием Шемякой (удачный, счастливый), Дмитрием Красным. Началась длительная феодальная война.

В 1425 г. умер московский великий князь Василий I Дмитриевич. В своей духовной (1425 г.) он указал: «А даст бог сыну моему великое княжение, ино и яз сына своего благословляю, князя Василия». Великим князем становится 10-летний Василий II Васильевич. Фактически верховная власть переходила к боярскому правительству, в составе которого значительную роль играл митрополит Фотий. Главным же попечителем княжича становился великий князь литовский Витовт.

Вокняжение мальчика совпало с тяжелым бедствием для Руси. Летописи говорят о страшной эпидемии: «мор бысть велик» свирепствовавшей в 1425

и последующие годы в Великом Новгороде, Торжке, Твери, Волоколамске, Дмитрове, Москве «и во всех градех русских и селех». Например, в Твери за полгода последовательно скончались трое великих князей. Из многочисленной семьи князя Владимира Андреевича Серпуховского в живых остался только его внук. Не оставил наследника и Петр Дмитриевич. Погибло много трудового населения.

Однако право Василия II на великое княжение отказался признать его дядя Юрий, удельный князь галицкий.

Князь Юрий принадлежит к числу выдающихся политических деятелей первой трети XV в. Крестник преподобного Сергия, донатор Троицкой обители (на его средства возвели Троицкий собор), поклонник Андрея Рублева, покровитель Аврамия Чухломского, основавшего в Галиче четыре монастыря, мужественный воин и удачливый полководец, автор писем к Кириллу Белозерскому. Противник интриг, верный убеждениям, традициям и слову. Таким предстает перед нами этот князь из летописей. Но как ни странно, именно его верность традициям породила во многом феодальную смуту и положила ее начало.

Юрий, как пишет летопись, «тое же весны разосла по своей отчине по всех людеи своих и яко снидошася к нему вси из всех градов его, и всхоте поити на великого князя». То есть Юрий стал готовиться к войне со своим племянником. Так было положено начало длительной 30-летней феодальной войне.

Московское правительство, узнав о военных приготовлениях Юрия Дмитриевича, постаралось перехватить у него инициативу и выслало к Костроме свои дружины во главе с тремя братьями Юрия: Андреем, Петром и Константином. После длительных переговоров, в которых активную роль играл митрополит Фотий, мир был заключен с условием, что решение вопроса о великом князе соперники передадут ордынскому хану: «…которого царь пожалует то и будет князь великии владимерьскые и Новугороду Великому и всеи Руси».

Однако Юрий не торопился ехать в Орду. У Василия были сильные покровители и сторонники. Кроме того, московское боярство рассчитывало при помощи денежных средств и политического влияния на отдельные группы ордынских феодалов одержать победу.

Неустойчивым положением в Московском княжестве воспользовался литовский великий князь Витовт. В 1428 году во главе литовской рати и наемных татар он совершил поход на псковские пригороды – Опочку, Воронач, Котельно. Псковичи обращались к московскому великому князю с просьбой выступить посредником между ними и Витовтом. Однако «бяше емоу (Василию II) тогда брань велика с князем Юрьемь, стрыемь своим о великом княжении, нъ обаче о всем том не брег, вречеся», не оказал псковичам помощи, хотя и обещал это сделать. Не помогли Пскову и новгородцы. Витовт потребовал от Пскова уплаты 1000 рублей и лишь на этом условии заключил с Псковом мир. В том же году Витовт организовал наступление и на Новгородскую землю. На призыв новгородцев о помощи на этот раз не откликнулись псковичи. Новгородцы обязаны были уплатить Витовту 10000 рублей.

Около 1430 г. «дался в службу» Витовту, взяв на себя обязательство, быть «с ним заодин на всякого», и «пособляти великому князю Витовту, своему осподарю», великий князь рязанский Иван Федорович. На тех же условиях «добил… челом» и «дался… в службу» Витовту пронский князь Иван Владимирович. Как видим, политика Витовта явно клонилась к тому, чтобы поставить

в непосредственную зависимость от себя правителей отдельных русских земель, среди них и великого князя московского.

Однако в октябре 1430 г. в зените своего могущества, не оставив наследника, умирает Витовт. В Литве разгорается борьба за великое княжение. Летописец зафиксировал: «Литва… посадиша великого князя Жигимонта (Сигизмунда) Кесьтоутевичь на великое княжение на Вилни и на Троцех… и князи роуськии и бояре посадиша князя Швитригайла (Свидригайло) на великое княжение на Роуское…) Таким образом, в 1432 г. Литва разделилась на две части, что, естественно, ослабило ее натиск на восток.

Вслед за Витовтом в 1431 г. умирает митрополит Фотий. Василий II лишается поддержки мощных покровителей. У Юрия открывалась возможность восстановить «справедливость», т. е. вернуться к духовному завещанию Дмитрия Донского и получить великое княжение.

15 августа 1431 г. Василий II, а 14 сентября Юрий отправляются в Орду

к хану Улу-Мухаммеду за ярлыком на великое княжение. Как указывают источники, споры в Орде проходили остро. В ход были пущены все средства: интриги, подкуп, юридические и политические доказательства. Лишь только деятельность искусного дипломата боярина Ивана Дмитриевича Всеволожского, сопровождавшего Василия II, помогла получить ярлык московскому князю. Он смог убедить Улу-Мухаммеда, что Василий II уже не первый год сидит на престоле «на твоем жалованье», исправно неся службу «тебе, своему государю, волному царю». И что он ищет не просто великого княжения, а «твоего улуса, по твоему цареву жалованью и по твоим девтерем и ярлыком». Юрий же ищет княжение «по мертвой грамоте Дмитрия Донского». (Можете представить, какой смысл имело упоминание имени Дмитрия.) Но Улу-Мухаммед, учитывая сложную обстановку внутри Орды, решил вопрос компромиссом. Василий II сохранил за собой великое княжение, а князь Юрий получал ярлык на Дмитров, связанный с Галичем удельными связями еще в XIV в. Сравнительно недавно он принадлежал брату Юрия Петру, но после его смерти (в 1428 г.) считался «выморочным».

Поездка в Орду и спор о великом княжении заставили правительство Василия II сделать выводы на будущее. Отныне, чтобы «сор не выносить из избы», в договоры с «молодшими» братьями неукоснительно будет вставляться пункт о том, что сношения с Ордой являются прерогативой великокняжеской власти. Так, в докончаниях 1432-1433 годов с Боровским, Верейским, Можай-ским князьями встречаем следующую запись: «А Орда знати тобе, великому князю, а мне Орды не знати». Одновременно было оформлено докончание с рязанским князем Иваном Федоровичем, перешедшим после смерти Витовта на сторону великого московского князя.

Вместе с тем Юрий в Дмитрове долго не засиживается и бежит в Галич, где собирает войска для похода на великого князя. К нему примкнул вчерашний сторонник московского князя боярин И. Д. Всеволожский. Документы появление И. Д. Всеволожского у галицкого князя объясняют личной обидой. (Он хотел выдать замуж за Василия II свою дочь, но Василий женился на другой.) Нам представляется, что главной причиной было другое. Включение новых земель и их владетелей в состав Московского княжества заставляло московское боярство потесниться, лишиться ряда своих привилегий. Одни это воспринимали спокойно, другие старались сохранить свои позиции. Летописи, говоря о таком расколе, рисуют политические программы, которые выдвигали «старые» и «юные» бояры. Первые придерживались более консервативных взглядов. Они представляли политическую централизацию в форме объединения земель на началах известного равенства в составе Владимирского княжества. Вторые считали, что все русские земли необходимо подчинить Московскому княжеству, а служилых людей расставить согласно их статусу. В области внешней политики первые придерживались умеренного курса, мирного согласия с ордынскими и литовскими феодалами; вторые высказывались за наступательные действия против враждебных соседей Руси.

Такое положение объяснялось несколькими обстоятельствами. Вспомним,– как поступали князья со своими владениями, готовясь отправиться в мир иной? Изучая духовные грамоты, можно обратить внимание на то, что чем моложе был сын, тем меньше он получал наследство. Аналогично поступали

и бояре. Отсюда появлялось значительное количество «детей боярских», которые не имели своих владений и вынужденных идти на службу к более сильному князю.

А теперь представим себе формирующуюся систему феодальной иерархии. Для начала сравним структуру Московского и Нижегородского княжеств. Последнее, как вы помните, в это время находилось в составе первого.

Московское княжество Нижегородское княжество

Великий князь Великий князь

удельные князья удельные князья

бояре великого князя бояре великого князя

бояре удельного князя бояре удельного князя

дети бояр великого князя дети бояр великого князя

дети бояр удельного князя дети бояр удельного князя

 

Вы видите, что эти структуры схожи. И это естественно для самостоятельных княжеств. А теперь представим, что власть в княжестве переходит

к одному, а затем другому из удельных князей. Говоря современным языком каждый приводит «свою команду». Что должны делать бояре бывшего великого князя? И какое место занимать при новом князе? А теперь попробуйте соединить две схемы. Механическое распределение мест здесь невозможно. В силу вступают многие обстоятельства, в том числе и личные интересы бояр. Разрешить все эти проблемы в тот период возможно было только вооруженным путем. В этом и заключается смысл и содержание феодальной войны в том числе и желание московских великокняжеских бояр, сохранить существующее положение. К этому следует добавить, что к 30-м годам XV в. значительно окреп слой служилого дворянства (мелких и средних слуг), который более всего был заинтересован в проводимой великими князьями политики централизации.

А отсюда следует, что феодальная война являлась решающим этапом в процессе централизации, ибо в ее ходе намечались существенные расхождения в среде господствующего сословия, неразрешимых без острой борьбы.

Появление И. Д. Всеволожского у галицкого князя и его информация

о состоянии дел в Москве подсказали князю Юрию конкретный план действий. Поводом к очередному выступлению галичьского князя послужил случай

(с поясом), происшедший во время свадьбы Василия II с Марией Ярославной, внучкой героя Куликовской битвы Владимира Андреевича.

8 февраля 1433 г. в Москву на свадьбу приехали два старших сына Юрия– Василий и Дмитрий Шемяка. На Василии Юрьевиче был золотой пояс «на чепех с камением», принадлежавший великокняжеской семье. Это вызвало гнев Софьи Витовтовны и пояс публично был сорван с Василия Юрьевича. Скандал получился полный. Отошедшие было от отца Юрьевичи в гневе покинули свадьбу и направились в Галич к отцу. По дороге они «пограбиша» Ярославль и ярославских князей, державшихся промосковской ориентации. Вслед за Василием и Дмитрием «разъехашася по домам» остальные князья и бояре.

Пояс, вокруг которого разыгралась ссора, имел не столько ценностное, сколько символическое значение – примерно то же, что шапка Мономаха в более позднее время. Владение поясом, как наследием Дмитрия Донского, означало преемственность власти от этого славного победителя на Куликовом поле. С поясом также ассоциировалось обладание Нижним Новгородом (пояс некогда принадлежал великому князю Дмитрию Константиновичу).

Юрий в короткий срок организовал поход к Москве. О походе Василию II стало известно только тогда, когда галицкие войска находились уже в Переяславле. Для переговоров с Юрием отправили бояр Федора Андреевича Лжа

и Федора Григорьевича Товаркова. Переговоры проходили в Троице-Сергиевом монастыре и закончились безрезультатно: «…и тако взвратишася посли великого князя безделии». Летопись говорит, что И. Д. Всеволожский «не дал о миру и слова молвити». Да и послы Василия II были хороши: «…бысть межи их, обоих бояр, брань велика и слова неподобные».

Василию II пришлось наскоро собрать «людеи, что было тогда около его». В сражении в 20 верстах от Москвы на реке Клязьме рать Василия II потерпела поражение. Василий бежал в Кострому.

25 апреля 1433 г. Юрий занял Москву и объявил себя великим князем. Василий II «добил» челом своему дяде и как первый претендент на великокняжеский престол (к этому времени умерли остальные его дяди) получил в удел второй после Москвы город – Коломну. В этом ему помог фаворит галицкого князя, боярин С. Ф. Морозов. «Семен же Морозов много мочий у господина своего у князя Юрия Дмитриевича и испечалова великому князщю Василию Васильевичу мир и любовь и удел Коломну»,– записал летописец.

Результат передачи Коломны Василию II оказался неожиданным для Юрия. «Москвичи же вси, князи, и бояре, и воеводы, и дети боярскые и дворяне, от мала и до велика вси поехали на Коломну к великому князю»,– записал летописец. И далее летописец пояснял это явление: «Не повыкли галичьским князем служити».

Юрий оставляет Москву и уходит в Галич. Однако уже на следующий год он возобновляет военные действия, разбивает войска Василия II и снова занимает Москву. Василий II бежит в Нижний Новгород.

7 апреля великий князь литовский Свидригайло, внимательно следивший за событиями в Северо-Восточной Руси, с радостью сообщил гроссмейстеру Ордена из Вязьмы, что получил известие о победе князя Юрия: «…князь Юрий, великий князь Московский, и великий князь Василий, сын его брата, дрались

с многочисленными силами и с ужасным упорством и ожесточением. Всевышний помог князю Юрию низложить врага своего кн. Василия, и разбить его воинство; завладеть городами, селами и всею его землею; взять в плен не токмо старую великую княгиню и супругу Василия, но и всех поднявших против него оружие и, наконец, изгнать самого Василия из его владений; князь же Юрий, с давнего времени искренний и верный наш друг, обещал нам помощь и прислать к нам своего сына».

Придя к власти, Юрий Дмитриевич решил перестроить всю систему взаимоотношений великого князя с союзниками и родичами. Рязанский великий князь отныне рассматривался им «братаничем», т. е. племянником, а не «братом молодшим» (как называл его Василий II даже в 1447 г.). Дистанция между ним и великим князем московским увеличилась. Иван и Михаил Андреевичи должны были «иметь» его «отцом», а он обязывался их держать «в сыновстве». Это уже не отношения по типу «брат старейший» и «брат молодший». Великий князь Юрий Дмитриевич пытался сделать более решительный шаг по пути утверждения единодержавия, чем Василий II.

В том же направлении Юрий осуществлял и монетную реформу. На монетах, которые он выпускал, изображался всадник, поражающий змея, т. е. Георгий Победоносец. Святой Георгий был патроном Юрия. Выпуск монет с изображением победоносного всадника говорил и о стремлении князя Юрия утвердить единодержавие, и о его решимости бороться с ордынцами (змей символизировал Восток).

Закончив создание коалиции князей против Василия II, князь Юрий отправил своих сыновей Дмитрия Шемяку и Дмитрия Красного на Нижний Новгород. Однако не успели они добраться до Владимира, как получили известие о смерти (5 июня 1434 г.) своего отца.

Закончился первый период феодальной войны, который показал, что война прикрывалась формой борьбы за право наследования престола. На этом этапе стали четко проявляться политические противоречия между отдельными русскими землями. Боязнь рязанского, тверского и других князей попасть

в подчинение к московскому князю заставляет их искать более сильного покровителя, в частности Литву. Это в определенной степени ослабляло оборону русских земель. На окраинных частях московского княжества галицкие князья имели возможность собирать значительные силы и направлять их на борьбу

с великим князем. В то же время в Москве галицкие князья удержаться не могут. А это означало, что здесь сложилась значительная сила в лице слуг великокняжеского двора, которая стремится поддержать процесс централизации.

Второй этап феодальной войны, начавшийся со смертью Юрия, был коротким и характеризуется некоторыми новыми чертами. Борьба проходит в неприкрытом виде. Расширяется арена феодальной войны. Она выходит далеко за пределы московского центра, охватывает Верхнее и Среднее Поволжье. Оппозиция, которую возглавил старший сын Юрия Василий, пытается втянуть

в борьбу Новгородскую республику, Тверское княжество, окраинные центры (Вологду, Устюг Великий).

Одновременно, несмотря на сепаратизм, особенно окраинных земель, нарастают и силы тяготения, например, в Подвиньи к Москве и другим центральным городам. Политическая борьба все более перерастает в борьбу социальную, так как война ухудшала положение трудового населения, усиливала их недовольство феодалами.

После смерти Юрия великокняжеский стол занял его сын Василий. Однако его братья Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный, вероятно, следуя традиции, великим князем признали Василия II. Их совместные отряды направляются к Москве. Василий Юрьевич, «побрав злато и сребро, казну отца своего

и градьскыи запас весь», через города Ржеву и Новгород направляется в Кострому.

Василий II вернул себе великокняжеский стол. Своим союзникам в виде компенсации пожаловал: Дмитрию Шемяке – Рузу, Углич и Ржеву, а Дмитрию Красному – Галич, Вышгород и Бежецкий Верх, из-за порубежных пунктов которого происходили постоянные столкновения между московскими, тверскими, новгородскими правителями.

Василий Юрьевич тем временем собрал в Костроме войско и двинулся

к Москве, но в январе 1435 г. потерпел поражение и вынужден был бежать

в Кашин. Здесь он получил помощь от тверского князя Бориса Александровича (тот прислал Василию «кони, и порты и доспех»)и возвращается в Кострому. По договоренности с великим князем Василий Юрьевич получает в вотчину Звенигород и Дмитров. Однако пробыл в Дмитрове всего месяц и возвращается в Кострому, откуда посылает великому князю «размётные» грамоты и разрывает с ним мир.

Когда Кострома покрылась льдом, Василий Юрьевич направился сначала в Галич, а затем перебросил свои войска в Подвинье. Здесь он собирался захватить Устюг Великий, город, где недавно сам чуть не попал в плен. Осада Великого Устюга длилась 9 недель, так как город был хорошо укреплен. Среди бояр и купцов находилось много сторонников великого князя. Кроме того, Василий Юрьевич, как пишет устюжский летописец, здесь «волости и села выпустошил».

Однако Василий Юрьевич город взял, сильно его разорил и казнил многих бояр, «поминая им ту злобу, что хотели его самого изъимати, а людеи

у него много побили, а бояр князя великого отполонили». Среди казненных оказался московский наместник, митрополичий десятинник. В акте казни бояр мы не можем не заметить ужесточения борьбы. Ранее такого не случалось – столь знатных лиц не казнили, а предпочитали брать за них выкуп.

После этого он через Вологду и Кострому пошел к Москве, «на великого князя похваляся». Необходимо указать, что на его сторону перешел «двор» (500 человек) Дмитрия Шемяки во главе с Акинфом Волынским. Пояснить этот акт двора Дмитрия Шемяки, пожалуй, можно тем, что великий князь, подозревая Дмитрия в тайных сношениях с братом, арестовал его зимой 1436 г. (Интересно заметить, что Дмитрий Шемяка был арестован, когда приехал в Москву приглашать Василия II на свою свадьбу).

Василий II выступил в союзе с Иваном Андреевичем Можайским

и Дмитрием Юрьевичем Красным. Сражение произошло у села Скорятино

в Ростовской области. Василий Юрьевич был схвачен и по приказанию Василия II ослеплен (отсюда прозвище Василия Юрьевича – Косой). Удел Василия Косого победитель присоединил к великому княжению. Завершился второй этап феодальной войны. Можно выделить несколько новых черт этого этапа.

Междоусобие явно перехлестывало через границы собственно Московского княжества. Новгородские волости, тверские земли, ярославские территории все более вовлекались в нескончаемую череду походов, боев, отступлений, набегов и осад. Впервые тверской великий князь оказал прямое материальное

и военное содействие по давно знакомому принципу: помогай слабейшему

и истощай тем самым обоих соперников – своих потенциальных противников – в их взаимной борьбе. Нарастало ожесточение, жестокость конфликтов. Впервые был повешен Рюрикович, представитель черниговского княжеского дома, Г. Н. Оболенский. Впервые военное и политическое противоборство послужило причиной расправы над одним из действующих лиц, князем Василием Косым.

С 1436 г. в феодальной войне наступила передышка. Однако для русских земель назвать эти годы мирными вряд ли приходится. Постоянные набеги татар, ослабление княжеской власти в Новгороде, противоречия с митрополитом Исидором, который в 1439 году поддержал решение Ферраро-Флорентийского собора, столкновение с Дмитрием Шемякой в 1441-1442 гг. говорило о том, что до конца феодальной войны еще далеко. В то же время передышка способствовала дальнейшей консолидации московского боярства и служилых людей вокруг своего князя, который раздавал им новые земли в присоединенных уделах в Суздале, Звенигороде, Бежецком Верхе и других.

Началом третьего и последнего этапа в феодальной войне послужило поражение великокняжеских войск весной 1445 г. от татар под Суздалем и пленение великого князя. «Князя же великаго самого руками яша, такоже и князя Михаила Андреевича, и прочих многых князей и боляр и детеи боарскых и прочих вои». «А князь Дмитреи Шемяка и не пришел, ни полков своих не прислал»,– записал летописец.

Исход побоища, – именно так оно именуется в летописном рассказе, – разом перечеркнул все позитивные, политические и социальные результаты передышки. А если к этому добавить грандиозный пожар, случившийся в Москве

в конце июля и в результате которого Москва «выгоре весь, яко ни единому древеси на Граде [не] остатися, но и церкви каменныа распадошася и стены градные каменые падоша во мнозех местех, а людеи многое множество изгоре…», что вызвало панику среди феодалов и желание покинуть город. Но «чернь же, совокупившеся начаша имати и бити и ковати» желающих бежать, – все это свидетельствовало о появлении глубокого общественного кризиса.

На этом этапе война по настоящему всколыхнула все общественные слои, вылилась в ряд острых социальных столкновений в Москве, Смоленске и других городах. И самое главное – стало намечаться перерастание войны феодальной, внутрисоциальной в войну гражданскую. И это обстоятельство послужило существенной причиной, заставившей феодалов прекратить свои внутренние распри, закончить феодальную войну.

Руководителем оппозиции на этом этапе выступил Дмитрий Щемяка. Татары направили к нему своих послов, одновременно ведя переговоры и с пленным Василием II. Тогда же татары нанесли еще один удар по Московскому княжеству, восстановив самостоятельность княжества Нижегородско-Суздальского во главе с князьями Василием Юрьевичем и Федором Юрьевичем Шуйскими. Над Московским княжеством нависла катастрофа. Но Василий II обещал хану Улу-Мухаммеду огромный в 200 тыс. серебра выкуп и с ханским ярлыком в 1445 г. вернулся в Москву.

Дмитрий Шемяка не думал сдаваться. Он использовал недовольство народа обещанным великим князем выкупом, часто говорил, что Василий хану всю землю «процеловал», т. е. желает раздать татарам волости. Шемяка использовал это в качестве ловкого пропагандистского приема и достиг определенных успехов. Летописец отметил: «Мнози же от москвич в думе с ними бяху, бояре же и гости беша же и от черньцов в тои думе с ними. И тако начаша князи и съ своими советникы безвестно вооружатися и искати подобна времени, како бы изгонити великого князя». Летописи определяют и состав его ближайших единомышленников: князь Иван Андреевич Можайский, Иван Старков, гости, старцы Троице-Сергиева монастыря.

В середине февраля 1446 г. Василий II выехал в Троице-Сергиев монастырь. В это время Дмитрий Шемяка захватил Москву, а Ивана Андреевича направил в монастырь с приказом поймать Василия II. Это было сделано. Василия II доставили в Москву, ослепили (отсюда он получил прозвище Темный) и отправили вместе с женой в Углич.

Новый великий князь щедро вознаградил своего союзника князя Ивана, ликвидировал восстановленное ордынцами Нижегородское княжество, стал забирать у московских бояр земли, приобретенные в других княжествах, на первые роли ставить своих бояр. Это вызвало недовольство московского боярства, «и начаша мыслити, как бы князя великого выняти. Бе же в тои мысли тогда

с ними князь Иван Васильевич Стрига, да Иван Ощера з братом Бобром, Ющъко Драница и иные многые дети боярские двора великого князя… и иные дети боярьские многие», – записал летописец.

Одним из центров сопротивления становятся пограничные земли Литвы (Брянск и ряд других городов), отданные новым литовским князем Казимиром IV Василию Ярославичу, «не восхотевшему служить» Шемяке. Трое князей Ряполовских предприняли попытку освобождения из заточения великого князя и его семьи. Она не удалась. Разгромив последовательно два отряда сторонников Шемяки, верные Василию войска ушли в Литву. Массовый отъезд служилых продолжался, что вынудило Шемяку – под давлением церковного собора – пойти на примирение с Василием Темным. По совету митрополита Василий II был освобожден из Углича и направлен в Вологду, которую он получил в качестве отчины.

С этого момента Дмитрий Шемяка стал лишаться поддержки тех различных общественных слоев, на которые опирался раньше. Резеденция Василия II– Вологда сделалась тем местом, куда съезжались его сторонники, и число их увеличивалось: «…и поидоша к нему множество людеи со всех стран, князи

и бояре, и дети боярские, и молодые люди, кто ему служивал и пакы кто не служивал, вси иже зряще нань, плакахуся такова велика государя честна и славна по многим землям, видяще в толице беде суще»,– записывал летописец. Поддержал Василия Темного и тверской князь Борис Александрович. Василий Темный переехал в Тверь, где закрепил союз торжественным обручением своего шестилетнего сына Ивана (будущего Ивана III) с четырехлетней тверской княжной Марией. Со свадьбой, правда, пришлось подождать, пока молодые подрастут: их обвенчали только тогда, когда жениху исполнилось 12, а невесте 10 лет.

Дмитрий Шемяка и Иван Можайский, желая сохранить за собой Москву, выступили с войсками к Волоколамску, ожидая там противников. Но многие их слуги убежали в Тверь. Одновременно тверская рать во главе с М Б. Плещеевым и Львом Измайловым, совершив глубокий рейд в тыл противника, вошла в Москву. Жители столицы приведены были к присяге на имя Василия II. Шемяка бежит в Галич.

Василий II в феврале 1447 г. вступает в Москву. Но феодальная война не закончилась. В течение ближайших лет противники продолжали активные действия, привлекая к себе в союзники Новгород, Тверь, татар, Литву, немецкий Орден. Часто их вчерашние союзники переходили на сторону противника

и возвращались обратно. Самым значительным событием этого периода, пожалуй, можно считать поставление в митрополиты 15 декабря 1448 г. рязанского епископа Ионы, который беспрекословно поддерживал все начинания великого князя. Избрание Ионы фактически означало установление независимости Русской церкви от православных властей на Востоке.

Иона и его ближайший сподвижник архиепископ Ефрем, другие иерархи церкви много сделали для того, чтобы отколоть от Шемяки значительные территории, ранее его поддерживающие. В своих посланиях в эти районы Иона призывал бить челом «о жалованьи» великому князю. В противном случае «вся кровь християнская на Вас от Бога взыщется» и не будет благословенья от митрополита.

В конце концов Василием II были собраны значительные силы, которые он направил в начале 1450 г. во главе с князем В. И. Оболенским на Галич, где находился Шемяка. С В. И. Оболенским великий князь отпустил «прочих князей и воевод многое множество, потом же и царевичев отпустил и всех князеи с ними». В битве за Галич в конце января 1450 г. войска великого князя «многих избиша, а лутчих всех руками яша, а сам князь едва убежа, а пешую рать мало не всю избиша, а город затворился», – одержали победу. Василий II «град омирив и наместники своя посади по всеи отчине тои». Шемяка же бежал в Новгород, где в 1453 г. был отравлен. Феодальная война закончилась.

В результате окончания феодальной войны Московское государство значительно расщирилось и укрепилось. Была завершена ликвидация независимых подмосковных уделов. Фактическая власть московских князей распространилась на Ростовское, Ярославское, Рязанское княжества. У Московского государства оставалось лишь два сильных, непримиримых соперника внутри страны – Тверь и Новгород Великий.

Феодальная война дорого стоила народу: за распри князей расплачивались жители сожженных дотла и разграбленных городов и сел. Вместе с тем феодальная война показала необратимость процесса объединения русских земель вокруг Москвы. В русских землях силы, стремившиеся к государственному объединению, превосходили силы противников. Московский князь, говоря словами Ф. Энгельса, «выглядел представителем порядка в беспорядке», привлекал к себе самые различные общественные слои, заинтересованные в ликвидации княжеских усобиц и обеспечении безопасности от нападения внешних врагов. Основой могущества Москвы становится государев двор, который, как мы успели заметить выше, складывался в ходе войны. Именно складывающийся в годы войны порядок (здесь следует иметь ввиду социальную структуру господствующего сословия) приведет в дальнейшем к четкому порядку в «феодальной лестнице». Князь лишь потому, что он князь, должен стоять выше боярина, хотя у последнего и мог быть длинный ряд предков, служивших

в Москве. Потомки великих князей всегда становились выше потомков удельных. Следовательно, потомок великих князей становился выше потомка удельных; владетельный потомок удельного князя – выше простого боярина; московский великокняжеский боярин – выше служилого князя и боярина удельного.

Благодаря такому правилу московское боярство распадалось на несколько иерархических слоев. Верхний – потомки бывших великих князей русских

и литовских. Здесь встречаем князей Пенковых ярославских, князей Шуйских суздальских, старших князей ростовских, литовских князей Бельских, Мстиславских и Патрикеевых, от которых пошли князья Голицыны и Куракины. Из старинного не титулованного боярства Москвы в этом слое удержались одни Захарьены, ветвь старого московского боярского рода Кошкиных.

Второй слой – потомки удельных князей тверских Микулинских, ярославских Курбских, черниговских Воротынских, Одоевских и Белевских, рязанских Пронских. К ним примкнули и знатнейшие фамилии старинного московского боярства: Вельяминовы, Давыдовы, Бутурлины, Челяднины и другие.

Второстепенное московское боярство и потомство мелких удельных князей вместе с боярами из княжеств Тверского, Ростовского, Рязанского и других образовали третий и дальнейшие разряды.

Этот порядок закреплялся на протяжении десятилетий не только складывающейся традицией, но и юридическими нормами: грамотами и судебниками, закрепляющими не только социальный, но и правовой статус – владение землей и крестьянами.

 

 

Источники и литература

 

1. Полное собрание русских летописей. – Т. 5, 23, 24, 26.

2. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. /Подгот. Л. В. Черепниным.– М.; Л.,1950.

3. История России с древнейших времен до конца XVII века.– М., 1997.

4. Зимин А. А. Витязь на распутье. Феодальная война в России XV в.– М., 1991.

5. Карамзин Н. М. История государства Российского.– М., 1989.– Кн.2.

6. Ключевский В. О. Курс русской истории. Сочинения.– М., 1989. – Т. 2.

7. Соловьев С. М. Сочинения.– М.,1989.– Кн.2

8. Черепнин Л. В. Образование Русского централизованного государства в XIV – XV вв.– М., 1960.


 

 


Дата добавления: 2015-04-04; просмотров: 53; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Русские города в XIV – XVI столетиях | Завершение объединения русских земель вокруг Москвы.
lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2018 год. (0.039 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты