![]() КАТЕГОРИИ:
АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника
|
Социальная структура и правовое положение населенияОбщество раннего Киевского государства представляло собой мозаичную смесь нескольких экономических укладов: патриархального, представленного остатками родоплеменных отношений; рабовладельческого (Русь знала рабов и рабовладельцев, вела оживлённую торговлю рабами) и феодального, выраставшего в процессе оседания на землю княжеских слуг и дружинников, получавших феод – земельное владение – и от военной добычи, от княжеского обеспечения переходивших на новое довольствие, которое давала им эксплуатация зависимых людей. Крупного и влиятельного слоя рабовладельцев здесь не сложилось, рабовладелец и феодал часто выступали в одном лице. Да и рабы не представляли собой некоей замкнутой группы: они превращались в княжеских и боярских слуг, с одной стороны, и, таким образом, пополняли ряды формирующегося сословия феодалов. А с другой стороны, их сажали на землю и превращали в феодально-зависимых людей. Итак, какие социальные группы (страты), чьи права и обязанности определялись законом, можно выделить в раннефеодальном обществе Киевской Руси? Феодалы располагались наверху социальной пирамиды. Этот слой формировался из князей, бояр, выходивших как из верхушки дружины, так и из местной знати, представителей княжеской администрации: посадников, тысяцких, тиунов и пр. Князья выступали, во-первых, как верховные собственники и распорядители всей русской земли. Но в X в. начинается активное образование княжеского домена, т.e. земельных владений княжеской семьи, который складывается из общинных земель (путем захвата), из пустошей, которых было ещё достаточно много. Боярское землевладение формировалось как из земель, пожалованных князем, так и из владений родоплеменной знати и богатых членов общины, получавших за свою вассальную службу князю податной и судебный иммунитет. Однако боярское звание ещё не передается по наследству, только служба в довольно высоком ранге даёт право на это звание. Русская Правда раскрывает нам лишь некоторые аспекты правового статуса этого сословия. Она устанавливает двойную виру (штраф) в 80 гривен за убийство княжеских слуг, огнищан, тиунов, конюхов. С большей последовательностью защищает она собственность на землю, устанавливая высокий штраф в 12 гривен за нарушение земельной межи. Такой же штраф следует за разорение пчельника (борти), бобриных и других охотничьих угодий. Класс сельских жителей состоял из людей свободных, полузависимых и несвободных. Основную массу населения составляли свободные общинники, жившие как на общинных, так и на частновладельческих землях. Они платили дань и участвовали в ополчении в случае военных действий. На них распространялись государственная юрисдикция и княжеский суд. Источники называют их по-разному: люди, людины, сябры. смерды. Чаще всего употребляется слово «смерд». Правовое положение «смерда» ясно не до конца, он ограничен в праве наследования, после его смерти, в случае отсутствия сыновей, имущество передается князю, а дочери получают только приданое, в то время как имущество боярина или дружинника в аналогичной ситуации переходит к дочерям (ст. 90–91 Пространной Правды). По другим источникам смерд выступает как лично свободный человек, он ведёт самостоятельное хозяйство, выплачивает штрафы, характерные для свободных людей, имеет право переходить от одного патрона к другому, за кражу его коня устанавливается штраф в 2 гривны и пр. Нигде конкретно Русская Правда не фиксирует ограничение правоспособности смерда. Сомнение в том, что это свободный человек, долгое время обсуждавшееся в нашей литературе, было порождено статьей Русской Правды, установившей одинаковый штраф за убийство смерда и холопа («А за смерд и холоп 5 гривен»). Но возможно и другое прочтение этого текста: «А за смердий холоп 5 гривен». В таком случае речь идет о холопе, принадлежащем смерду. Более определено правовое положение закупа, человека полузависимого. О нём Русская Правда имеет компактную группу статей, в которых он предстает перед нами как обедневший или разорившийся крестьянин, попавший в зависимое положение к собственнику земли за купу – занятый долг (деньги, инвентарь, скот и другое имущество). Закуп был обязан отработать проценты на «купу» в хозяйстве кредитора. Личность должника обеспечивала договор, ибо в случае неуплаты долга в срок служба становилась пожизненной и закуп превращался в холопа. Закуп сохранял частичную правоспособность, мог выступать в суде по незначительным тяжбам свидетелем, его жизнь охранялась вирой в 40 гривен, как и любого свободного человека. Его нельзя было «без вины» побить, отнять имущество, продать. Но за побег от господина закуп превращался в холопа (ст. 56 Пр. Пр.), за кражу, совершенную им, отвечал его господин, а самого закупа ожидало полное холопство (ст. 64. Пр. Пр.). В самом низу социальной лестницы находились рабы: холопы, челядины. Раб не был субъектом правоотношений, не мог вступать в договоры, считался собственностью господина. За убийство холопа полагалось возмещение ущерба его хозяину как за уничтожение вещи, а сам хозяин за такое деяние в лучшем случае мог получить церковное покаяние. Древними источниками рабства были плен и рождение от рабыни. В рабство попадали за тяжкие уголовные преступления (поток и разграбление), через закупничество. Ст. 110 Пространной Правды устанавливает ещё 3 случая холопства: женитьбу на рабе без договора, поступление в услужение ключником-тиуном без договора о свободе, самопродажу. На ранних этапах государственности рабству были присущи жестокие формы, в IX–X вв. рабы у русичей были предметом продажи и обогащения. Но по мере оседания части холопов на землю, под влиянием христианского права, законодательство в отношение рабов несколько смягчает свою суровость. В XII в. оно признаёт их право на имущество, занятие торговлей (по поручению хозяина), а рабыня, прижившая детей от своего господина, получает вместе с детьми свободу после смерти последнего. Холопы-тиуны во дворе князя или боярина стали играть видную роль в управлении, их убийство наказывается штрафом в 40 гривен, как и свободного человека. Боярский тиун мог выступать в суде в качестве «видока» – свидетеля, но не «послуха» – поручителя, ибо поручителем мог стать лишь свободный человек. Городское население состояло из ремесленников, мелких торговцев, купечества. Здесь были свои слои: «лучших» людей и людей «молотчих». Купечество довольно рано стало объединяться в корпорации – сотни. «Купеческое сто» действовало при какой-либо церкви. «Ивановское сто» в Новгороде считается одной из первых купеческих организаций в Европе. По подсчетам М.Н. Тихомирова на Руси в домонгольский период было до 300 городов, а городская жизнь столь развитой, что дала возможность В.О. Ключевскому выступить с теорией «торгового капитализма» в Древней Руси. Но вопрос о правовом статусе горожан до конца не решен, в частности, неизвестно, насколько полно они пользовались городскими вольностями, аналогичными европейским, где воздух города делал человека свободным. Как бы то ни было, Русская Правда предоставляет жителям городов полную правовую защиту, охраняет их жизнь, их честь и достоинство, их имущество. Таковы государственность и социальный статус населения Киевской Руси. Киевская Русь развивалась в том же направлении, что и крупнейшие страны Европы. Она обладала высокоразвитой юридической сферой, огромным культурным потенциалом. Политико-правовые отношения в ней формировались в условиях тесного общения и взаимодействия с другими государствами и народами Европы. ТЕМА 2. Вопросы: 1. Источники древнерусского права. 2. Русская Правда – свод законов Древней Руси. 3. Основные черты гражданского права. Право вещное, наследственное, обязательственное, семейно-брачное. 4. Уголовное право по Русской Правде. 5. Суд и процесс в древнерусском государстве.
С чего начиналось право древнерусского государства? Как и у других народов, один из главных источников права у славян – обычай. Обычаи, или устойчивые правила поведения, формируются уже на этапе догосударственного развития, в условиях родоплеменных отношений. Когда часть обычаев превращается в норму поведения и общины или их старейшины начинают принуждать к исполнению этих норм своих нерадивых или выбивающихся каким-либо другим образом из общинной жизни сочленов, можно говорить о появлении обычного права. Обычное право выражается в юридических действиях (фактах), в их однообразном повторении (скажем, община при любых обстоятельствах защищает каждого общинника круговой порукой). Оно выражается также в юридических сделках или судебных актах (применение кровной мести за убийство родича) и в словесных формулах (в законе, пословицах): «Вор ворует, мир горюет»; «Муж крепок по жене, а жена по мужу» и т.п. Обычное право весьма консервативно, оно часто долго соседствует с правом публичным в условиях, когда уже складывается государство и все институты права. На Руси долго считали, что поступать по старине, значит поступать по праву. «Что старее, то правее», – говорит пословица. В то же время обычное право, не будучи закреплено в законе, способно изменяться вместе с жизнью. К древнейшим нормам обычного права восточных славян относились кровная месть, круговая порука, умыкание невесты, многожёнство, особая словесная форма заключения договора, наследование в кругу семьи и др. Часть их мы обнаруживаем в древнерусском законодательстве уже в качестве норм публичного права, часть их видоизменяется, некоторые утрачиваются. Кровная месть, к примеру, запрещается в XI в. и заменяется денежным штрафом. Второй источник права Киевской Руси – это собственное законотворчество раннефеодального государства в первые десятилетия его существования, обобщавшее судебную практику. О том, что таковое имело место, узнаем из текстов договоров Руси с Византией, могущественным южным соседом державы Рюриковичей. Русская летопись донесла до нас тексты 3-х таких договоров: 911, 944 и 971 гг. Договоры регулировали торговые, союзные и военные отношения между двумя государствами, устанавливали разные виды наказаний за преступления (убийство, кражи, увечья), совершённые на чужой земле, разрабатывали процедуру возмещения убытков, выкупа пленных, наследования и др. Эти памятники демонстрируют довольно высокий уровень права не только Византийской империи, но и Руси, выступавших в них как равные партнеры. В текстах договоров 911 (ст. 5) и 944 (ст. 6) годов прямо указывается на существование уже к этому времени закона русского (в первом случае) и устава и закона русского (во втором), на основе которых законодатель разрешает спорные вопросы. Третий источник древнерусского права – право византийское, его рецепция (усвоение), а через него – частично и права римского. Принятие христианства Русью (988 г.), усвоение христианской культуры, более тесное общение с Византией и другими странами произвели настоящий переворот во всех сферах правовой жизни Древней Руси. Обычное право во многом прямо противоречило учению христианской морали и церковному праву и должно было подвергнуться пересмотру. С христианством на Русь пришла церковь со своими каноническими законами, со своими служителями, начиная с митрополитов-греков и кончая духовными лицами менее высокого ранга, которые составили образованную элиту общества, стремившуюся к усовершенствованию русского права. На протяжении двух последующих столетий, XI и XII, Русь как прилежная ученица усваивала чужое право, приспосабливая его к условиям местной жизни. На Русь в что время хлынул поток переводной греческой литературы, как светского, так, главным образом, религиозного содержания: евангелия, псалтыри, жития святых, хроники, апокрифические сочинения и пр., составлявшие круг чтения средневекового русского читателя. В этом потоке немаловажное значение занимали кодексы византийского права, которые стали изучаться и применяться и в законотворчестве, и в судебной практике. Первыми пришли сборники церковного права: Номоканон (законы и правила) Иоанна Схоластика, Номоканон патриарха Фотия. Переводы их получили на Руси название Кормчих книг (сборники канонических и юридических установлений). Из сводов светских законов Византии на Руси хорошо знали Эклог (отбор) императоров Льва Исавра и Константина Компронима, Книги законные, содержавшие законы земледельческие, уголовные и др. Под влиянием византийского права уже в XI в. все членовредительные и болезненные наказания уступили место денежным штрафам, произошли серьезные изменения в семейно-брачном праве, появились нормы в праве, защищающие честь и достоинство личности и др. Переворот, произведенный в древнерусском обществе и праве христианством и византийским правом, сказался, в первую очередь, на положении церкви и церковных людей. Это нашло отражение в церковных уставах, принятых русскими князьями До нас дошли: Устав князя Владимира, Устав князя Ярослава, уставы новгородских князей Всеволода и Святослава и др. Они содержат положение о церковной десятине, которую со времен Владимира Святого русская церковь получала из казны на содержание; церковные люди освобождались уставами от всяких сборов и частично oт юрисдикции княжеского суда; церковь получила право надзора за правильностью мер и весов, совершения брачного союза и др. Уставы, таким образом, позволяют выяснить отношения государства и церкви, помогают восстановить правовые нормы, не нашедшие отражения в Русской Правде. Это ценный источник изучения права. Однако главный источник, по которому мы изучаем древнерусское право, представляет собой уже упомянутая выше Русская Правда – первый свод законов Руси, которая вобрала в себя и обычное право, и право византийских источников, и законотворческую деятельность русских князей XI–XII вв. Русская Правда дошла до нас в более чем ста списках XIV–XVI вв., которые сильно отличаются друг от друга по составу, объёму, структуре. О происхождении этого законодательного памятника в литературе не выработано единого мнения, как, собственно, и о толковании его содержания. Учёные спорят об этом на протяжении более 250 лет, с того времени, когда в 1738 г. В.Н. Татищевым был обнаружен и подготовлен к печати первый список Русской Правды. Все сохранившиеся тексты по содержанию принято делить на три редакции: Краткую, Пространную и Сокращённую. Древнейшая из них Краткая Правда, состоящая из двух главных частей: Правды Ярослава и Правды Яросяавичей. Правда Ярослава включает в себя первые 18 статей Краткой Правды и целиком посвящена уголовному праву. Вероятнее всего, она возникла во время борьбы за киевский престол между Ярославом и его братом Святополком (1015–1019 гг.). Пытаясь заручиться поддержкой новгородцев, конфликтовавших с его наёмной варяжской дружиной, Ярослав «дав им Правду, и устав списав, тако рекши им: по се грамоте ходите» (Новгородская I летопись). Правда Ярославичей (ст. 19–43 Краткой Правды) вобрала в себя законодательную и судебную практику сыновей Ярослава Мудрого и может быть датирована временем между 1054 (годом смерти Ярослава) и 1072 – годом смерти одного из его сыновей. Создание второй редакции Русской Правды – Пространной Правды – исследователи относят к XII в., ко времени княжения Владимира Мономаха и его сына Мстислава Великого. Но и она не представляет собой созданного в одно и то же время единого свода законов. Её составляющие – Суд Ярослава Владимировича (ст. 1–52), обобщивший законодательную практику князя Ярослава Мудрого, и Устав Владимира Всеволодовича Мономаха (ст. 53–121), целиком состоящий из постановлений этого князя. В Пространной Правде представлено (в группах статей) не только уголовное право, но и право наследственное, основательно разработан юридический статус категорий населения (о чём уже шла речь), содержится банкротский устав, введенный в 1113 г., после известного киевского восстания, определяются нормы процессуального права и пр. Сокращенная редакция считается сжатым вариантом Пространной Правды, возникшим позднее, в XIII–XIV вв., в условиях феодальной раздробленности. Но её происхождение ещё более туманно, чем происхождение двух предыдущих редакций. При столь однозначном выводе трудно объяснить, почему в ней присутствуют статьи, которых нет в Пространной Правде, и пропущены статьи, заимствованные в Пространную Правду из Краткой.
|