Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Не песец, но горностай

Иллюстрация к части: http://static.diary.ru/userdir/2/3/6/4/2364346/75113011.jpg

Небо… Голубое, безоблачное небо… Неяркое солнце, легкий ветерок, отгоняющий мошек. Замечательный день, просто созданный для того, чтобы наслаждаться жизнью. Небольшая птичка, мелодично чирикая, кружит возле окна…

Идиллическая картина прервалась звоном разбитого стекла и невнятным ругательством. Растрепанный комок перьев камнем спикировал на землю. Нет, птица осталась жива, но это окно она определенно будет облетать десятой дорогой, мало ли что оттуда появится в следующий раз… Пернатой не хотелось бы стать невольной жертвой заклятия.

Невысокий светловолосый эльф снова выругался и усиленно задышал, бормоча что-то вроде:

– Так. Спокойно, вдох-выдох, вдох-выдох… Я спокоен, как удав во время зимней спячки… Неконтролируемые выбросы магии – это вам не шутки. Я спокоен… Да какое, к черту, спокойствие! Это уже переходит все границы! Тварь клыкастая, как же он меня бесит!

Причина этих воплей в это время стояла в тренировочном зале и методично тыкала рапирой несчастный манекен, клацая клыками и что-то шипя. Порой с рапиры начинали слетать крохотные молнии, тогда вампир подпрыгивал и начинал колоть бедное чучело еще сильнее.

– Ненавижу этого белобрысого задохлика!

Такую – или примерно такую – картину ученики Академии магии могли наблюдать практически каждый день. С утра царила тишь да гладь, но стоило этим двоим где-нибудь пересечься, как они за считанные секунды доводили друг друга до белого каления, неконтролируемых выбросов магии и частичной трансформации. Узнать причины этой вражды уже никто не пытался, так как при одном только упоминании о коллеге магистры мгновенно приобретали отвратительное настроение. А кому оно надо, ссориться с мастером фехтования или мастером-алхимиком, прекрасно разбирающемся в ядоделии?

– Есть идея, – однажды сообщил Райлис Вилен. – Давайте мы им приворотного подольем?

Студенты от вражды преподавателей страдали больше всего, ибо любой, посещающий занятия эльфа, моментально становился мишенью для вампира, и наоборот. А если уж бедолага ходил к обоим…

– Рис, отличная идея! – тут же хлопнул его по плечу Роэл Тан, который из-за своего характера и врожденной вредности, помноженной на редкостную энергичность, не пропускал ни единой шалости в стенах Академии. – Страсть между ними уже есть, осталось только направить ее в правильное русло. Вот только где бы хороший приворот найти?

– А сейчас в книжках покопаемся, благо, что я свободен как ветер. Директор в отъезде, а задания я все выполнил.

– Везет тебе, – завистливо вздохнул Роэл. – Мне еще со стихийкой разбираться. О! Надо Тамира спросить, он, как-никак, эльф, должен знать, что на их ушастое племя сильнее действует.

Тамир Вилен (ранее – Соран), лучший друг Роэла, хотя и закончил Академию экстерном, частенько бывал в ее стенах. Поговаривали, что талантливый выпускник скоро займет место одного из преподавателей. Так что помочь он согласился сразу, попадать под горячую руку двум магистрам эльфу уже доводилось. Попутно Тамир вспомнил еще кого-то, хорошо разбирающегося в зельеделии, потом – специалиста по приворотам… Студенческий заговор разрастался.

И, наконец, тот день настал… Коробки конфет, на которые скидывались все участники, были доставлены магистрам, перед этим будучи щедро приправленными приворотным зельем, которое гарантировало пожизненную влюбленность в объект, который был указан при наложении заклятья.

И быть бы профессорам привороженным намертво, если бы не одно НО. Альмарин уже не первый и даже не второй год преподавал алхимию и разбирался с последствиями студенческих приворотов тоже он, так что опыт по этой части у магистра был просто огромный. А Лиэр, как и все вампиры, обладал великолепным восприятием и довольно приличным иммунитетом к постороннему воздействию на создание, коим и являлся приворот. Так что конфеты подверглись яростному уничтожению. И вывод об отправителе такого «презента» тоже был на редкость предсказуем…

– Ой, – только и пробормотал Райлис, глядя, как со стороны корпуса друидов мчится, окутанный молниями, профессор Альмарин, вздыбив светлую гриву, как дикобраз - иголки.

– Ай, – согласился Тамир, разглядывая клацающего клыками Лиэра.

«Заговорщики» переглянулись и, хоронясь по углам и кустам, двинулись следом. Профессора столкнулись как раз во внутреннем дворике Академии, что немало порадовало студентов. Восстанавливать разрушенный корпус никому не хотелось.

– Ты-ы-ы!!! – взвыл Альмарин, прожигая вампира взглядом в буквальном смысле, так как визуально направил нехилый такой разряд убийственной энергии. – Как ты посмел подлить мне приворот?!!

– Я? Ты ничего, ушастый, не попутал? Это ТЫ мне свое зелье прислал! Думал, я совсем идиот?

– Да я на тебя даже яду пожалею! Тварь клыкастая! – трава под ногами вампира обернулась острейшими лезвиями.

Лиэр прыгнул вверх, высоко и плавно, в полете раскрывая крылья, взмахивая ими… И шарахнул друида в ответ молнией.

Эльф зашипел, отпрыгивая в сторону ближайшего дерева и буквально погружаясь в него. Спустя секунду он вынырнул совсем в другой стороне и выстрелил в сторону Лиэра пучком лиан, которые в полете начали сплетаться в сеть.

Вампир рассек сеть рапирой, приземлился рядом с лезвиями-травой, перекатился и шарахнул сонным заклятьем.

Увернуться эльф не успел бы, да он и не пытался – свой организм Альмарин, как и любой друид, контролировал превосходно. Алхимик только передернул плечами и злобно оскалился:

– И это все, что ты можешь?

– Что здесь происходит? Альмарин, Лиэр, вы опять? – спешащий от ворот Академии директор чуть не плакал.

– А он…

– А я ничего.

Директор вмиг стал выглядеть так, что профессора, не сговариваясь, потянулись за платками, леденцами и успокоительным.

– Ну, почему в других академиях все в поря-я-ядке-е-е? – проныл Льен. – Почему только у меня студенты долботрясы, преподаватели дуэлятся и ученики внаглую ко мне липнут? А-а-а!

И обоих профессоров накрыло от разнервничавшегося лиса беспрерывным потоком молний.

Увернуться они успели… Почти. Слегка подкопченного вампира и эльфа со стоящими дыбом волосами отбросило в одну сторону, но возмущение по этому поводу они удержали при себе. Провоцировать Вайленьена на повторный залп не хотелось.

– Мы еще не закончили, – тихо-тихо прошипел Альмарин, вставая и направляясь отпаивать перенервничавшего перевертыша успокоительным, которое сам же и варил для лазарета.

– И не надейся так легко отделаться, – так же тихо и зло отозвался Лиэр.

– Блин, Райлис, что делать будем? – схватился за голову сидящий в кустах Роэл. – Они ж теперь друг друга поубивают, и нас заодно.

Директор с горя перекинулся, вздернул нос и потрусил вслед за друидом, пламенея пушистым хвостом и злобно обтявкав кусты.

– Дурдом, – прокомментировал Тамир, глядя вслед лису с каким-то странным выражением лица. – Кстати, а вы заметили, что если первые удары должны были довольно сильно покалечить, то потом они старались друг друга только обезвредить?

– Думаешь, конфеты попробовали? – Райлис тоже таращился на лиса, уже явно сам готовый встать на четвереньки и поскакать вслед за директором.

– Скорее всего. Не по запаху же они приворот определили? Только не понимаю, почему тогда он не подействовал. Там же просто убойная доза была, на полгорода бы хватило.

– Может, он подействовал? – пробормотал Райлис. – Вот и злятся…

– Не знаю. Надо за ними понаблюдать. Плохо то, что они понимают, что это приворот, и будут с ним бороться. Один - друид и травник-алхимик, второй - вампир… Через пару недель ничего не останется, даже если и подействовало.

Лиэр за это время успел добраться до своей комнаты и, кривясь, бинтовал ногу – одно из лезвий успело проткнуть сапог, а регенерация почему-то не спасала, хотя боли почти не было.

– Сволочь ушастая, – вполголоса шипел он.

Альмарин же никакими мыслями и планами мести не мучился – он банально спал. Принимать на грудь сонное заклятье от вампира вообще не очень хорошая идея, а уж от Лиэра, с его боевой специализацией - и подавно. Стоило только схлынуть адреналину, как спать захотелось просто неимоверно. Эльф еле-еле успел до лазарета добраться.

Директор уже успел убежать к себе в кабинет, не меняя облика, так что друиду ничего не мешало. Ну, кроме того, что Альмарин был еще и университетским целителем, и сейчас в дверь медблока кто-то ломился.

Впрочем, чары Лиэр накладывать умел, так что какой-то жалкий стук в дверь Альмарина не разбудил. Он только перевернулся на другой бок и сладко засопел, умилительно подпихнув ладошку под голову. За дверью выругались, ударили сильнее… Поскольку замки в Академии стояли только на дверях личных комнат, лабораторий и складов, та немедленно распахнулась, демонстрируя спящего целителя.

– И он дрыхнет, – проворчал вампир, левитируя к постели и ударяя друида ладонью по плечу. – Подъем!

– Льен, еще пять минут, – сонно отозвался эльф, и не думая открывать глаза.

– Я не Льен! Я Лиэр!

– Ну, возьми в шкафу что там тебе надо… Лиэр?! Ты что здесь делаешь? – Альмарин взвился с места пружиной, едва не ударившись об потолок. – Приворот не сработал, решил меня до инфаркта довести?

– А я знаю, что мне надо? – возмутился вампир. – Кто тут медик?

– Вампир в академическом лазарете… Лиэр пришел лечиться ко мне… Странно, в конфетах вроде бы был только приворот, без галлюциногенов… Или это опять остолопы с боевого что-то в лаборатории разлили? – почти спокойно сказал эльф.

– Нет, это один придурок вырастил у меня под ногами лезвия… Лечи теперь, у меня рана не заживает.

Альмарин смерил вампира недоверчивым взглядом, но профессиональное все же взяло верх над личным. Он порылся в шкафу и вручил Лиэру пузырек и небольшую баночку.

– На. Мазь на раны, в пузырьке обезболивающее, – вид у него при этом был, словно он съел что-то неимоверно горькое, но, что странно, друид даже не пожелал Лиэру отравиться.

– Спасибо, – выдавил из себя вампир, разворачиваясь.

Нога болела все сильнее, так что он не стал героически прыгать до своей комнаты. В конце концов, это же лазарет? Лиэр долевитировал до кушетки, плюхнулся на нее и принялся наносить мазь на пробитую ступню.

– Гер-рой… Обезболивающее выпей сначала, – сквозь зубы посоветовал Альмарин. – Для чего я, спрашивается, его тебе дал?

– А оно поможет? – вампир обнюхал содержимое пузырька, потом принял внутрь.

– Я пациентов не травлю, я их лечу… Нет, ну, вот кто так бинтует? – душа медика не выдержала неловких движений Лиэра, и Альмарин решительно отобрал у него бинты и мазь, профессионально накладывая повязку.

– Я бинтовать не привык, – буркнул Лиэр, поднимаясь. – Спасибо за помощь, ушастый.

– Не обольщайся, клыкастый. Я тебе еще за конфеты не отомстил. Твое счастье, что Льен так быстро вернулся.

– Ах, это ты мне не отомстил? И какие конфеты вообще? Которые ты мне прислал, полные приворота?

– Я тебе прислал? Клыкастый, а ты не охренел? Мало того, что попытался приворожить меня – МЕНЯ – зельем, так еще и испоганил мои любимые конфеты! Знаешь, как жалко было их уничтожать?

– Это ТЫ мне прислал конфеты, а я тебе вообще ничего такого присылать и не думал!

Альмарин покрутил пальцем у виска.

– Зубастик, – ласково начал он. – Я тебя до сих пор ничем не траванул только потому, что яду жалко. С чего ты решил, что Я буду присылать ТЕБЕ конфеты?

– Ну… – Лиэр растерялся. – Потому что приворот был на тебя.

– Что?! – Альмарин нехорошо прищурился. Ложь магистр чувствовал на раз. – Так. Ты в последнее время ни с кем не ссорился? Потому что мне прислали приворот на тебя. И приворот, надо сказать, неплохой.

– Нет, ни с кем я, кроме тебя… Та-ак… РАЙЛИС!!!

За дверью пискнули и с топотом ринулись прочь.

– Райлис? Странно, вроде неплохой парень, братец о нем очень хорошо отзывается… С чего бы он? – эльф нахмурился в задумчивости, даже забыв про вампира. Вернее, про свое обычное желание этого вампира продырявить.

– Вытряхну из паршивца душу – узнаю, – сквозь зубы пообещал вампир, двигаясь к двери и окутываясь на ходу кровавым туманом.

– Э, стоять, – Альмарин обернулся зеленоватой дымкой и уцепился за одежду Лиэра, не давая тому сдвинуться с места. – Не сейчас. Мне брат не простит, если ты его на ломтики настрогаешь.

Вампир попытался вырваться, но друид держал, словно клещ. А стоило открыть рот, как эльф тут же ловко опрокинул туда пузырек с успокоительным.

– Вот, теперь можешь идти разбираться. Свой долг по предотвращению убийства на территории Академии я выполнил, – удовлетворенно прокомментировал он.

Лиэр ринулся к двери, уже не окутанный дымкой смерти, но все так же пылая праведным гневом.

– Райлис! Убью скотину!

– Пришел. Разбудил. Нашухарил. Озадачил и свалил, – тоскливо вздохнул Льмар, снова укладываясь на кушетку. – Вот как к нему можно нормально относиться? – впрочем, злости в голосе не было. Приворот у студентов вышел действительно качественным.

Лиэр в это время тряс Райлиса и Тамира, не успевших удрать, и обещал попеременно то прибить, то выпить, то проклясть, если ему немедленно не объяснят, какого черта тут творится и на кой его привораживали к этому – далее следовал список непечатных эпитетов – эльфу.

Студенты бледнели, краснели, дрожали, но молчали. От окончательной расправы их снова спас директор, который зачем-то вызывал Райлиса в свой кабинет. Узрев рядом с ним Тамира, Льен просиял и уцепил его тоже, на ходу крикнув что-то про необходимость консультации. Лиэр тоскливо посмотрел вслед спасенным жертвам и тяжело вздохнул.

– Ну вот, опять на самом интересном… А ведь они почти раскололись…

– Да разборки ваши их достали, – хладнокровно прокомментировал Астор. – Чего вы собачитесь?

– Бесит он меня.

– А ты – его, – хмыкнул некроэрд. – Сдайся ты этому привороту. Переспать вам обоим надо друг с другом – проблемы решатся.

– НИКОГДА!!!

В коридор вылетел запыхавшийся первокурсник.

– Магистр Вилен! Магистр Лиэр! Вы директора не видели?

– В своем кабинете директор. А что у нас случилось?

– Магистр Альмарин… Ему плохо! Он умирает! – парнишка явно был в панике.

– Не умрет, – поморщился вампир. – Астор, успокой парня. Я гляну, что с этим чахоточным припадочным ушастым.

Некроэрд только улыбнулся глядя вслед рванувшему по коридору Лиэру.

– А племянник-то молодец… Давно надо было, а то эти двое, пока их лбами не столкнешь, так ничего и не поймут.

Дверь в лазарет Лиэр распахнул только что не с ноги, намереваясь сразу высказать все, что он думает о некоторых ушастых. Но слова застряли у него в горле. Альмарина выламывало под немыслимыми углами, лицо магистра покрывала мертвенная бледность, глаза были закрыты. Эльф на секунду застыл, изогнувшись под немыслимым углом, а затем обмяк, глухо постанывая сквозь зубы.

– Твою же… – вампир рванул к нему, подхватывая на руки и окутывая собственной аурой, приглушающей боль. – Рин, что с тобой?

Эльфа снова выгнуло, он распахнул глаза и уцепился за ткань на груди вампира.

– Спа… …сибо… Лиэр? Ты как здесь оказался? – голос с каждым словом становился все увереннее.

– Чудом. Что с тобой? Ты болен?

– Да нет, – досадливо поморщился друид. – Просто у меня с обращением намного хуже, чем у Льена, плюс еще тотем друида… Я пропустил медитацию, вот меня и скрутило. Ничего серьезного, уже почти прошло. Эх, придется завтра занятия у природников отменять…

– Уф-ф, я думал, что-то серьезное случилось, обращать придется.

– Что? Да ты… Да с чего ты вообще взял, что я согласился бы? – тут Альмарин заметил, что Лиэр не торопится его отпускать. – И что ты в меня вцепился, как голодающий в НЗ? Надо ж мне было забыть наложить запирающее на дверь…

– А? А… – вампир убрал руки. – В следующий раз не забудь начать подыхать подальше от первокурсников, ладно?

– Обязательно. Приду под твою дверь, дабы испортить тебе аппетит и сон, – фыркнул Рин, вставая на ноги и, слегка пошатываясь, подходя к столу. После коротких поисков на свет показалась бутылка с янтарной жидкостью. – Будешь?

– Нет, предпочитаю восстанавливать нервы на тренировках… Подальше от ушастых недоумков, решивших, что они умнее всех на свете и вольны травить профессоров чем попало.

– Пф… Я, можно сказать, от души отрываю… – Альмарин сделал из бутыли хороший глоток. – Вот скажи, клыкастый, в кого ты такой вредный? И когда я с ушами прокололся?

– Вредный в расу, а с ушами – когда ты на мне уснул полгода назад, перепив на вечеринке.

– Что? Так вот какая зараза мне все лицо красками расписала!

– Ну, ты был такой милый. Ушками пошевеливал.

– Но это же не повод рисовать на мне усы! Фиолетовой краской! И губы – зеленой. Еще и ржал утром, как конь!

– Ну так смешно получилось, – пожал плечами вампир.

Альмарин задумчиво покосился на бутылку в своей руке, прикидывая, приложить наглого кровососа по голове или все-таки не надо.

– Не, коньяк жалко. Сволочь ты все-таки, Лиэр, – тяжело вздохнул магистр, дергая аккуратным круглым ухом, обычно спрятанным под волосами.

– Кто бы говорил, – вампир плюхнулся на кушетку, закинул руки за голову.

– Я? Да я вообще белый и пушистый! Иногда даже буквально.

– Песец ты мой.

– Горностай!

– Один хрен – животное.

– Кто бы говорил, морда холоднокровная, – огрызнулся Альмарин.

– Ну да, у меня кровь холоднее человеческой. И что?

– Да ничего. Ты заночевать тут собрался? Если не будешь со мною пить, то выметайся.

Вампир поднялся и пролевитировал в сторону двери – к чокнутому пушному зверьку он ломанулся так, что нога снова разнылась, все-таки, такая беготня ей явно была противопоказана.

– Надо было тебя не спать укладывать полгода назад, а оттрахать по полной программе, как ты и добивался.

– Стоять, – голосом целителя можно было замораживать воду. – А ну, повтори, что ты сказал?

– Я сказал: "Пошел ты нахер, нежная фиалка".

Тихое шипение сквозь зубы и распахнутая потоком магии дверь.

– Не задерживаю.

– Ну вот, а так многообещающе все начиналось, – тихонько вздохнули сидящие в засаде «заговорщики».

– РАЙЛИС!

– РОЭЛ! – два вопля слились в один.

– И почему их так сплачивает охота на нас?

– Беги и не зуди, – Райлис увернулся от молнии.

– Блин, а ведь идея показалась такой хорошей, – пропыхтел Роэл, уворачиваясь от «Дыхания Мрака». – Ну, почему они такие агрессивные?!

Райлис бодро уворачивался от заклинаний друида и не отвечал, прыгая и петляя.

– Прибью! – Лиэр потерял всякое сходство с гуманоидом, превратившись в стайку летучих мышей.

– А ну, не трожь племяша! – из-за поворота вывернулся магистр Вилен, принимая очередной удар на свои щиты. За спиной некроэрда маячил Тамир. – Я, конечно, понимаю, приворот и все такое, но это же не повод калечить парня!

– Они, между прочим, подглядывали!

– Можно подумать, было за чем! Вы ж наверняка в очередной раз прошлись друг другу по больным мозолям и только чудом не перешли на рукоприкладство!

Магистры чуть смутились, но боевого пыла не растеряли.

– Это не повод шпионить под дверью!

– Все! Надоели, тоже мне, дети малые! – Астор сцапал обоих дуэлянтов за шкирки, играючи выведя Лиэра из трансформации, и закинул в ближайший пустой класс, попутно запечатывая дверь.

– Некрос, ты охренел? – вампир ударил в дверь. – Астор, на дуэль вызову!

– Так вызывай, мне как раз спарринг-партнер нужен, – безмятежно отозвался Астор.

– Отравлю! – пнул дверь Альмарин.

– Ничего, Тамиру тоже практика нужна, так что вылечит.

Вампир скрипнул клыками, подошел к окну, выглянул.

– Ты не сильно за полгода растолстел, белый воротничок?

– Эльфы не толстеют! – возмутился Альмарин. – Перевертыши тоже! И вообще… – он сосредоточился, зажмурился и с легким хлопком перетек в белоснежного горностая. Который с ехидным выражением морды показал вампиру язык.

– Какая шкурка, – вампир бесцеремонно сцапал зверька. – Иди сюда, моя будущая заплата на плаще, щас прыгать будем. Надеюсь, у тебя в родне птиц не было, в полете не гадишь.

Горностай что-то возмущенно проверещал и цапнул вампира за палец. Правда, несильно, скорее, просто обозначил укус и вцепился лапками в его одежду. Лиэр грациозно вспрыгнул на подоконник, оттолкнулся от него и плавно отлевитировал, раскрыв крылья, на землю под окнами аудитории, придерживая перевертыша на груди.

Стоило ему коснуться земли, как Альмарин вернулся в прежний облик.

– Спасибо, клыкастый. С меня коньяк. А про плащ можешь даже и не мечтать, мне моя шкурка дорога как память.

– Хороший коньяк, – вампир поставил его наземь. – И починка моей рубашки, ты мне ее прогрыз, сердцеед.

– Эй, да я ее и зубом не тронул! – возмутился перевертыш. – Разве что когтями немного, – он внимательно осмотрел вампира, со вздохом обнаружил приличную дырку на рубашке в районе груди и надулся. – Какая-то у тебя одежда хлипкая… Прямо сама расползается.

Лиэр стащил рубашку через голову.

– Вот и чини, любитель кусать вампиров.

– Я тебя не кусал, – пробурчал Альмарин, заинтересовано кося глазом на обнаженный торс мастера фехтования. – Хм, ты так и будешь тут стоять? Или пошли коньяк пить?

– Пить.

Тело у вампира было очень даже ничего, особенно три черных застарелых шрама от стальных когтей через всю грудь и чьи-то клыки, отметившиеся на шее. Клыки какого-то не особо крупного зверя вроде ласки. Или горностая.

– Ну так пошли, – Альмарин махнул рукой в сторону корпуса друидов, продолжая косить глазами на Лиэра. – Пижон… Чего шрамы не сведешь? Это ведь просто. Или память о первой любви?

– Эти на груди – первая охота. А на шее – блохастое недоразумение.

– На кого ж ты охотился, что регенерация их до сих пор не убрала? – удивился перевертыш. – Впрочем, это не мое дело. Проходи, – он распахнул дверь собственных апартаментов. И не смотри на меня так, ты же не думал, что я нормальный коньяк держу в лазарете?

– На спятившего тиграна.

– Оу… – Альмарин выловил откуда-то из стола причудливой формы бутылку и теперь разливал ароматный коньяк по бокалам. – Уважаю… Их и командой охотников непросто завалить, а уж в одиночку…

– Аха. А я завалил, хотя он меня и подрал. Вот и не свожу – гордость.

– Тогда понятно… Так, что же с твоей рубашкой-то делать? Я могу, конечно, магией починить, но не думаю, что тебе понравится живая одежда.

– Руками зашей, – вампир чуть прищурился. – Это несложно.

Рубашка, странного покроя двухслойная вещица из металлизированного черного шелка, мерцала неподалеку.

– А я не умею. У меня вся одежда живая, она сама прорехи заделывает. Друид я или кто?

– Ну, зашей магией, – хмыкнул вампир. – Раз такой неумеха.

– Вот кто бы говорил… Что нужно было сделать с рубашкой из паучьего шелка, чтобы она так легко порвалась? – Альмарин провел ладонью вдоль прорехи, что-то тихонько шепча. Ткань замерцала и сошлась, скрепляясь поблескивающей серебристой нитью, которая легла на темную ткань в причудливом узоре, напоминающем небольшого зверька.
– Ой… – выдал Альмарин, испугано глядя на дело рук своих.

– Позволить одному блохастику укусить ее… Да-да, такому вот, как на шве.

– Кто же это у тебя рубашки грызет? Да еще и так старательно? – прищурился Альмарин. Ему не хотелось признаться, но слова Лиэра вызвали неожиданный укол ревности.

– Муж, – мрачно буркнул Лиэр. – Он у меня золото, так бы и закопал. Как напьется, так и бросается. Как протрезвеет, так и штопает.

– Ты замужем?! – Альмарин чуть не уронил бокал. – Да быть того не может!

– Только по вампирским законам, расслабься. Глоток моей крови, глоток его – и у меня в мужьях белая блохоловка-манто.

– Не знал, что вампиры могут превращаться в кого-то, кроме летучих мышей, – Альмарин отставил бокал, и принялся разглаживать ткань рубашки, которую так и не отдал хозяину. – А зубы ты за что ему выбил?

– Он не вампир, – буркнул Лиэр. – И зубы у него на месте, скалит их вечно не в тему.

– Э? – Альмарин подвис. – А чего он тогда кровь пил? И шрамы, опять же. Я думал, ты со своим характером подобного не спустишь.

– Мы были молоды, глупы, ни один не умел пить и думать о последствиях. И тогда эта шкура меня пленила…

Перевертыш отвернулся.

– Вот уж не знал, что у тебя такая тяга к белым шкуркам… – грустно сообщил он.

– Это в прошлом. Мой красавец-муж, с которым у меня сегодня мог бы быть праздник годовщины свадьбы, вспоминает меня, лишь напившись вусмерть. Все остальное время я для него враг.

– Везет тебе на перевертышей, – хмыкнул Альмарин, отставляя бокал. – К твоему сведению, это расовая особенность, алкоголь мозги отрубает полностью, и вспомнить, что делаешь под его воздействием, практически нереально. Прокляли нас когда-то. Ты бы видел, что Льен вытворяет в подпитии.

– Я на тебя насмотрелся. А что наш тихий рыжик творит, я знаю – лично затраханного Райлиса спасал.

– Райлиса? Когда это он Льена напоить успел? И как додумался, паршивец? Так. А когда это ты на меня насмотреться успел? – Альмарин нехорошо прищурился, наступая на сидящего в кресле вампира. – Или тебе одного перевертыша мало? – он мазнул взглядом по следу мелких клыков на шее Лиэра и потух так же быстро, как и вспыхнул. – Хотя мне по жизни не везет…

– Ты всегда такой идиот? О, Тьма, за что мне это вот тупое блохастое кусачее?

– Я не блохастый! – Альмарин припечатал вампира к креслу, наклоняясь над ним. – И вообще, сколько можно надо мной издеваться! Ну, не помню я, не помню, что было на той вечеринке! НЕ ПОМНЮ!

– Ты про ту, на которой решил, что у тебя в пасти консервный нож, а моя шея – банка сгущенки? Или когда вспомнил, что женат, и отдавал супружеский долг, завывая, как волк в капкане? Или какую? Я напомню, не сомневайся, я непьющий.

Растерявшийся перевертыш хлопнул ресницами, становясь неимоверно похожим на Вайленьена. По крайней мере, его точно так же хотелось погладить по голове и дать конфетку. Он съехал прямо на пол и жалобно спросил:

– А раньше сказать нельзя было? Я же правда не помню…

– А я пытался. Но одна белая горжетка на меня так шипела…

– Уй! – схватился за голову Альмарин. – Это слова: «Ушастый, а ты не слишком наглеешь? Вечером был намного покладистей», были попыткой поговорить? Извини, не знал! И вообще, я с похмелья злой и соображаю плохо! А ты тоже хоро… М-м-м-м-м…

Лиэр, видимо, решил все-таки раз в надцатый проверить, а вдруг супруг стал все-таки сговорчивее в трезвом состоянии. И поцеловал друида.

Тот потрепыхался еще пару секунд, но потом расслабился и обмяк, отвечая на поцелуй.

– Так даже получше. Много выпил?

– Я уже полгода не пью ничего, кроме успокоительного. Сразу, как трансмутацию освоил.

– Понятно. Так, ладно. Давай рубашку, я пошел.

– Куда это ты собрался? – друид одним движением оседлал колени не успевшего встать вампира. – Как обычно – нашухарил и в кусты? Фиг тебе!

– А что, ты решил в трезвом виде отдавать супружеский долг? Не глупи, Рин, я в любовь с первого укуса верю лишь по пьяни, а не пью уже пять лет.

– Тогда нахрена ты мне все это рассказал? – мелкий друид оказался неожиданно тяжелым, надежно придавливая вампира к креслу.

– Просто ты спросил про укусы.

– Ага, еще скажи мне, что рубашку ты просто так снял, без всякого умысла… Хорош мне лапшу на уши вешать!

– А ты дверь запер?

– Разумеется. Это ж не лазарет, а мои апартаменты. А тех, кто собирался и дальше шпионить, мы завтра сможем увидеть в лазарете, – мечтательно улыбнулся перевертыш.

– Ну, смотри… Раздевайся, что ли.

Рин пакостно улыбнулся, а потом его одежда сама поползла прочь, аккуратно складываясь на дальнем кресле. Вампир проводил ее заинтересованным взглядом.

– Я ж говорил – живая, – пожал плечами Альмарин. – Твоя рубашка ползать, конечно, не будет, но складываться может.

– А мне нравится. Штаны зачаруешь?

Судя по всему, Лиэра действительно мало волновал его супруг – вампир не верил, что тот всерьез все это говорит и делает, ждал подколок и не поддавался на провокацию.

– Если просишь, – снова пожал плечами Альмарин, делая какой-то замысловатый жест. Штаны тут же задергались, норовя слезть с владельца.

Вампир с интересом наблюдал за ними, оценивая скорость.

Альмарин вдруг обиженно вздохнул:

– Гад ты все-таки, Лиэр, холоднокровный… – и перетек в горностая, тут же обвиваясь вокруг шеи вампира. – Но даже не надейся, что так просто от меня отделаешься. Кстати, штаны управляются мысленно.

– Отлично. Теперь каждое утро ты будешь меня одевать…

Острые зубки цапнули Лиэра за мочку уха. Горностай обиженно засопел:

– Они управляются твоими мыслями, а не моими.

– Еще лучше. Так, горжетка, у тебя вроде как лекция через полчаса.

– Пофиг. У меня больничный, и вообще, я бедный, несчастный перевертыш с раздраем среди своих ипостасей.

– Ладно, отчитаю за тебя…

Горностай пхекнул, фыркнул и едва не свалился с шеи вампира от хохота.

– Пожалей студентов… Они не переживут тебя в качестве лектора по травам и их использовании в личной жизни. И вообще, почему ты так стремишься от меня убежать?

– Учебный процесс никто не отменял. Почитаю им про яды и противоядия, – вампир встал, одеваясь.

Правда, попытка отцепить от себя перевертыша провалилась. Тот вцепился намертво, и отодрать его можно было только с кожей.

Так в аудиторию они и влетели – левитирующий вампир, распространяющий аромат коньяка, и белый горностай, прикидывающийся воротником.

– Итак, дети, тема сегодняшнего занятия…

– А где профессор Альмарин? – пискнул кто-то.

– Висит на шее мужа и страдает. Хватит глупых вопросов. Итак, тема "Растительные яды".

Но лекции не вышло. Сногшибательная новость о личной жизни профессора взбудоражила студентов до полной потери страха перед Лиэром. Они загалдели, переговариваясь и строя предположения о кандидатуре неожиданного супруга. Со всех сторон сыпались вопросы, совершенно не имеющие отношения к теме лекции, а кто-то, набравшись наглости, даже поинтересовался, с чем связано изменение имиджа Лиэра. Белый «воротничок» довольно сильно контрастировал с остальной одеждой магистра.

Вампир мило улыбался некоторое время. А потом зашипел… Парализовало всех. Паскудный горностай только хихикал, щекоча шею усами, и продолжал притворяться воротником.

– Расскажи ты им лучше про привороты, – наконец, сжалился он. – Будут слушать, как самого Создателя.

– Ну ладно, если вас яды не интересуют… Расскажу про то, как правильно готовить привороты.

Шум мгновенно стих. На магистра уставились любопытно – даже, пожалуй, слишком любопытно – блестящие глаза.

– А заодно и то, почему очень глупо подливать их вампирам, оборотням и перевертышам, – усмехнулся Лиэр, показывая клыки.

Студенты ахнули еще раз и приготовились внимать каждому слову.

Рассказывал Лиэр интересно и образно, так что адепты даже лишний раз вздохнуть боялись, чтобы что-нибудь не пропустить. Альмарин продолжал хихикать, изредка ехидно комментируя происходящее. Наконец прозвенел колокол, но студенты, против обыкновения, не спешили покинуть класс.

– Магистр Лиэр, а вы еще будете читать у нас лекции? – с надеждой спросил кто-то.

– Буду, но на следующем курсе. Ты какое-нибудь средство от блох знаешь, а то у меня воротник подозрительно ерзает.

Горностай таки навернулся с шеи вампира и конвульсивно задергал лапой на столе.

– Ой, не могу-у-у-у-у… Лиэр, если они за целую пару не сумели распознать, что у тебя за воротник, то на следующий курс они попадут не скоро…

– Ну-ну… Это твой курс, ты карательные меры и раздавай. Черт, у меня своя лекция, – Лиэр подхватил мужа, обмотал вокруг шеи и бросился в Темное Крыло.

– Профессор Альмарин? – потрясенно пискнули где-то сзади.

– Лиэр, а давай у твоих я лекцию прочитаю? Мне просто любопытно, получится, или нет. Какая тема?

– Применение маскирующих заклинаний. Перекидывайся.

– О, вот заодно и проверим, как у них с обнаружением и разоблачением иллюзий, – Альмарин встал на ноги, а через мгновение напротив Лиэра стояла его точная копия. – Не вампирский гламур, конечно, но тоже сильная штука.

Вампир хохотнул, повесившись красивым нашейным украшением-летучей мышью на грудь супругу.

– Ух ты, какая прелесть, – Альмарин кончиками пальцев погладил мышь по крыльям. – Только за уши не кусайся, ладно?

В аудитории Темного Крыла вопросы задавать не рискнули, но косились на преподавателя подозрительно. Альмарин оскалился, копируя Лиэра:

– Тому, кто к концу лекции сумеет распознать, что именно в моей внешности не так, поблажка на экзамене.

Студенты посмотрели на него внимательно. И хором рявкнули:

– Профессор Лиэр вверх головой, хотя должен быть вниз!

– Как мило… – пробурчал под нос Альмарин. – Ты что, с потолка лекции проводишь?

– Иногда бывает. Ты читай-читай, раз уж мной прикинулся.

– Ответ неверный. Тема лекции – маскировочные чары и их применение, а также способы обнаружения. Вы пишите, не отвлекайтесь. Два раза повторять не стану, – маскировочными чарами перевертыш владел виртуозно. Полный оборот удался ему далеко не сразу, и раньше постоянно приходилось скрывать то хвост, то шерсть, то уши. Так что разоблачения со стороны студентов он не боялся.

Студенты старательно разглядывали его, хмыкали, щурились, явно пытаясь понять, что не так с любимым профессором. Ну, кроме того, что он не висит на балке, кутаясь в крылья.

Альмарин широким шагом пересекал аудиторию, рассказывая о разных видах маскировки и поглаживая летучую мышку на груди. Мимику Лиэра за годы вражды он успел изучить досконально, так что лохматый оборотень, словивший сердитый взгляд «вампира», попытался незаметно сползти под парту. Но полноценно насладиться розыгрышем перевертышу не дали. Дверь глухо бухнула об стену, едва не слетев с петель, и в аудиторию влетел директор Вайленьен, едва не извергающий пламя.

– Где Альмарин?! Что ты с ним сделал?!

Друид подскочил, заморгал, соображая, что ответить. Мышка с его груди сорвалась, перелетела на грудь к директору, обняв того крыльями, как давно обретенного родственника, и вцепилась клыками в шею директору, зачмокав с явным наслаждением.

– Лиэр! Ты охренел?! – Альмарин дернул нетопыря, пытаясь оторвать от шеи брата. – Если голодный, мог бы и мне сказать, я бы покормил!

– Профессор Лиэр? – с опаской спросил кто-то из студентов, отползающих в противоположный угол аудитории.

– Спи-и-ирт! – проорал вампир, не желая отпускать шею директора. – Он мартини налакался.

– Твою ж мать, треххвостую Лисицу! – взвыл Альмарин, скидывая маскировку. – Льен, стоять! Стоять, я сказал! Кто-нибудь, живо найдите магистра Вилена, он где-то здесь шатался!

У Лиэра была одна слабость… Вернее, две. Первая сейчас пыталась его оттащить за крыло от поглощаемой второй.

– Блин, ты ж говорил что не пьешь, – пропыхтел друид, всеми силами пытаясь отодрать мышку, но при этом не повредить тонкие крылья. – Льен, а ты чего застыл? Нормально все со мной, сам же вчера дал отгул…

Директор отмер, окутался светло-рыжим полем огненного барьера.

– Осторожней, Лиэра не обожги!

– Я не пью, я сосу-у-у-у-у!

– Вот же скотина клыкастая! – отчаянно выдохнул Альмарин, запуская по пальцам слабенький разряд.

– Ты его неправильно оглушаешь, – кто-то все же привел Астора, который одним прицельным заклинанием вырубил слетевшего с катушек вампира.

Мышка раскинулась на полу, блаженно посапывая. Студенты боялись даже дышать.

– А вам всем – экзамен в особо извращенной форме, – сверкнул глазами перевертыш. – Ладно, меня не раскусили, но не заметить высшего вампира, пусть и в трансформации… Астор, тащи его в лазарет. И этого рыжего балбеса – тоже, пока буянить не начал. С чего его вообще на мартини потянуло? Гадость же редкостная.

– Подарили ему мартини, – Астор взвалил на плечо директора, что-то невнятно бубнящего про то, что его тут не уважают, но он всех научит по струнке бегать.

– Узнаю кто – подолью слабительное. Со снотворным, – Альмарин нагнулся, бережно подбирая летучую мышь. – Да не тряситесь вы так, – повернулся он к студентам, – в порядке все с вашим магистром. Отоспится и опять станет клыкастой язвительной сволочью.

Студенты закивали. Мышка полезла мордочкой к шее Альмарина.

– Вот же ненажорный, – проворчал друид, но отстраняться не стал.

Мышка так сладко и аппетитно завтракала друидом, что половина студентов-вампиров тоже облизнулась.

– Но-но, клыки держать при себе, – погрозил кулаком друид, что при его невысоком росте и общей худощавости смотрелось не особо внушительно.

Мягкая мордочка уже просто тыкалась ему в шею, ясно выражая признательность.

– Так, на чем мы остановились? Маскировочные чары бывают двух разновидностей: ментального воздействия и условно материальные…

Студенты косились на друида, но лекцию послушно записывали. Лиэр угомонился, заснув на руках Альмарина, снова прижался, распластав крылышки.

– Все, занятие окончено. Домашнее задание спросите у магистра Лиэра, когда он проснется… Завтра, короче, спросите. Все, я пошел, – перевертыш махнул рукой и быстренько исчез из аудитории, пока опомнившиеся студенты не завалили его вопросами.

Вампир сладко дрых, весь мягкий, шерстяной, умилительный и очень ушастый.

– Нет, так нечестно, – возмущался Альмарин, укладывая вампира на подушку. – Это моя привилегия - быть маленьким, пушистым лапой, на которого невозможно злиться.

Вампир перекинулся, свернулся в клубок, накрывшись крыльями.

– М-да, так тоже не лучше, – тяжело вздохнул перевертыш, ласково гладя спящего Лиэра по волосам. – До чего ж хорош, зараза, – Альмарин огляделся, запечатал дверь и улегся рядом. В конце концов, у него отгул, так что имеет полное право.

Вампир пригреб его к себе, практически под себя.

– Рин…

– Тут я, тут, – Альмарин легко поцеловал вампира в уголок губ.

– Спи, – строго велел Лиэр.

– Сплю, – согласился друид, обнимая супруга в ответ. – И тебе тоже надо.

Вампир тихонько что-то проурчал и затих. Лежать в обнимку с ним оказалось приятно. А все разборки могли подождать до утра.




Дата добавления: 2015-01-05; просмотров: 42; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Главное - уши и хвост | Хвост! Хвост!
lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2017 год. (4.569 сек.) Главная страница Случайная страница Контакты