Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



РАННИЙ ИСЛАМ 4 страница




Читайте также:
  1. D. Қолқа доғасынан 1 страница
  2. D. Қолқа доғасынан 2 страница
  3. D. Қолқа доғасынан 3 страница
  4. D. Қолқа доғасынан 4 страница
  5. D. Қолқа доғасынан 5 страница
  6. D. Қолқа доғасынан 6 страница
  7. D. Қолқа доғасынан 7 страница
  8. D. Қолқа доғасынан 8 страница
  9. D. Қолқа доғасынан 9 страница
  10. Hand-outs 1 страница

Первые императоры Македонской династии (867—1056), беспокоясь, что разорение свободного крестьянства подорвет основы финансового и военного могущества империи — разорившийся крестьянин не мог платить налоги, а обедневший стратиот состоять в воинских списках, — издали ряд законов в поддержку крестьянской собственности. Член общины получал предпочтительное право на покупку земли своих односельчан. Но законы не соблюдались, и в середине X в. под давлением динатов они были отменены. В общине усилилась прослойка богачей, которые, используя право предпочтения, превращали целые деревни в свои поместья и становились динатами.

Подчинение общины государством выразилось и в изменении терминологии. Вместо георгов крестьяне-общинники все чаще начинают именоваться димосиариями, а позднее и париками. Возникают три категории государственных крестьян: димосиарии, экскуссаты и стратиоты. Различались они по характеру повинностей, выполняемых в пользу государства. Димосиарии должны были платить денежный налог (канон) и выполнять барщину (ангарий), экскуссаты — обслуживать ведомства и хозяйство императорского двора, а стратиоты — нести воинскую службу.

Некоторая часть общинных земель была переведена в разряд воинских, а их владельцы стали стратиотами. В середине X в. их участки были объявлены неотчуждаемыми, но процесс расслоения продолжался. Поэтому с зажиточного хозяйства выставлялся воин-всадник, а с более бедного — пехотинец. Владелец первого участка постепенно становился мелким вотчинником, наподобие западноевропейского рыцаря.

Формирующееся в IX—X вв. крупное землевладение было феодальным. Раба, колона и свободного арендатора сменил парик — зависимый наследственный держатель земли феодала- землевладельца, императора или казны. Различные пути генезиса феодализма обусловили появление разных типов динатских поместий (икос): компактное, обособленное от общины; состоящее из многих земельных участков в различных селах; сама община, подчиненная динату. В X в. получает широкое распространение практика дарения церкви и монастырям пустующих земель, поместий с государственными париками, а также пожертвований и вкладов окрестных землевладельцев, дарений мелких монастырей с их землями более крупным монастырям. К концу века складывается характерный тип монастырской феодальной вотчины: поселение с центральным строением и комплекс подчиненных владений — метохов (отдельных деревень и земельных участков).



Параллельно с захватом крестьянской земли шло феодальное подчинение самих крестьян. Они оставались на своем наделе в общине.

Связь их с участком не прерывалась и в случае прекарного держания. Общинник передавал свою землю в собственность феодала, а тот возвращал ее прежнему владельцу, ставшему зависимым, на правах пожизненного держания за определенную ренту. К феодальной зависимости вела и передача земли феодалу во временное пользование, когда крестьянин не имел возможности вернуть долг. Временное пользование на практике превращалось в постоянное. Были и другие пути: обезземеливание, отрыв от общины, аренда у феодала.

Таким образом, к концу X — началу XI в. в Византии в условиях централизованного государства и благодаря его помощи в основном сложилась феодальная вотчина с зависимым крестьянством. Византийское государство помимо пожалований земель феодалам широко практиковало в X-XI вв. и

условные дарения ряда невещных прав. К ним относились такие византийские институты, как солемний (право на сбор точно установленной суммы государственного канона с крестьян, не подчиненных феодалу или церкви), арифмос (право на приобретение и владение строго определенным количеством париков), харистикий (пожизненная передача светскому или духовному феодалу монастыря). К условным пожалованиям относились и податные привилегии (экскуссии) крупным феодалам. Они схожи с западноевропейским иммунитетом. В начальный период развития этого института (X в.) освобождение от «вмешательства» сборщика налогов относилось только к крестьянам феодала, но не касалось всех объектов его собственности. В процессе развития экскуссии податные привилегии включали уже все владения феодала. Таким образом, условные пожалования были действенным средством процесса феодализации, так как экономически полностью подчиняли крестьян феодальным собственникам.



В конце XI — начале XII в. в Византии завершился процесс формирования основных институтов и двух классов феодального общества. Солемний превратился в прению — пожалование не только права сбора налогов, но и самой земли (вначале на срок жизни) на условиях несения службы (чаще военной) в пользу государства. Прония была схожа с западноевропейским бенефицием. Уже в конце XII в. обнаруживается тенденция к превращению ее в наследственное владение. В вотчинах феодалов не только процветает податной иммунитет (налоги собирает сам феодал в свою пользу), но и возникает судебный иммунитет: сбор судебных пошлин и право суда принадлежат феодалу. Вотчинники и прониары имели собственные военные отряды, телохранителей, тюрьмы; наделяли землей верных слуг. Все эти процессы, наиболее четко проявившиеся в последние десятилетия XII в., вели к созданию феодальной иерархии и к раздроблению страны.



Византийский город после упадка в VIII — первой половине IX в. вступил в полосу подъема. Возрождались старые города, возникали новые городские центры. Константинополь по-прежнему оставался самым крупным городом средневекового мира. В торговле с Западом и Востоком наряду со столицей играли важную роль Фессалоника, Трапезунд, Адрианополь, Эфес. Возросла не только торговля, но и производство ремесленных изделий. Большая часть ремесленников и торговцев была объединена по роду деятельности в производственные корпорации. Наиболее привилегированными и состоятельными были корпорации торговцев. Хозяин ремесленной мастерской, как и ранее, применял труд рабов и наемных работников. Главное отличие константинопольских 135

корпораций от западноевропейских цехов состояло в том, что корпорация находилась в полной зависимости от центральной власти, которая давала заказы на изготовление изделий для нужд армии и двора, контролировала производство, поставку и качество сырья, торговлю и снабжение населения столицы.

Государство регулировало также норму прибыли, а с нею и нормы подоходного обложения городского населения (8,33% от прибыли). Часть ремесленников и торговцев не входила в корпорации. В основном это были представители «низших», массовых профессий и ремесел.

В конце XII в. вновь начинается упадок города, прежде всего крупного. Этому, помимо прочих причин, немало содействовала система мелочного контроля и консервативного управления корпорациями, сдерживающая рост городского ремесла и торговли. Другой причиной было предоставление государством итальянским республикам (Венеции, Генуе, Пизе) права беспошлинной торговли во многих крупных городах империи. Многочисленные более дешевые привозные товары вытесняли византийские. В городах усилились экономические позиции феодалов, скупавших дома и суда. Они вступали в прямые торговые сделки с итальянскими купцами.

Начало данного периода ознаменовалось мощным социально-идеологическим движением внутри господствующего класса, известным как иконоборчество. Военно-служилая фемная знать, поддерживаемая императорами Исаврийской династии (717-802), требовала передачи ей монастырских и церковных земель, ограничения прав духовенства и связанной с ним сановной знати. В идеологическом плане иконоборцы выступали против почитания икон, называя это идолопоклонством. Идеи иконоборцев нашли поддержку и среди широких народных масс. Но здесь они приняли более радикальный характер, поддержанные сектой павликиан. Это народно-еретическое движение, возникшее в Армении, получило широкое распространение в VIII-IX вв. в Малой Азии. Учение павликиан носило дуалистический характер: мир им представлялся разделенным на царство бога и царство сатаны. Исходя из требования восстановить обычаи раннехристианской церкви и равенство раннехристианских общин, павликиане выступали за уничтожение церковной иерархии и почитания икон, ликвидацию монашества и упрощение богослужения. Современную им церковь с ее богатствами они относили к царству сатаны и боролись против нее.

Преодолев сопротивление городской сановной знати, верхушки торгово-ремесленных кругов и части населения, иконоборцы к середине VIII в. одержали победу. На церковном соборе, созванном императором Константином V в 754 г., иконопочитание было осуждено. Его сторонников сместили с

церковных должностей, провели конфискацию церковных сокровищ и секуляризацию монастырских земель. Однако победа иконоборцев была непрочной. Военно-политические неудачи иконоборческих императоров в конце VIII — начале IX в., усиление государственной эксплуатации крестьян и рост их недовольства, ухудшение отношений с папством толкали группировки господствующего класса к примирению.

Толчком стало восстание Фомы Славянина в 820-823 гг. против центральной власти, первое массовое выступление византийского крестьянства. Восставшие, ядро которых составляли закрепощенные крестьяне, стратиоты, городская беднота, рабы, славянское население империи, павликиане, в течение года держали Константинополь в осаде. Лишь помощь болгарского царя позволила правительству в 823 г. разгромить

повстанцев. 11 марта 843 г. на соборе было торжественно восстановлено иконопочитание, хотя значительная часть конфискованных у монастырей земель осталась в руках военно-служилой знати. На соборе все ереси были преданы анафеме, павликиане подверглись жестокому преследованию. На это они ответили новым восстаниемА и создали свою республику с центром в Тефрике в Малой Азии. Несмотря на ряд побед над императорскими войсками, в 872 г. крепость Тефрика пала, а павликианское движение пошло на убыль. Проникнув позднее на Балканы, учение павликиан стало одной из частей богомильства.

Богомилы также не признавали догматов официального православия, церковной иерархии и обрядов. Они считали весь материальный мир творением дьявола, призывали не повиноваться властям и не работать на господ. Правительство жестоко преследовало богомилов, а их глава ересиарх Василий был публично сожжен в 1111 г. в Константинополе. Одновременно с богомилами на Балканах активно действовали и павликиане. Дважды в конце XI — начале XII в. они поднимались против центральной власти, одерживали победы, но в конце концов были разбиты.

Рост закрепощения крестьян в X—XII вв. вызывал протест народных масс, который часто выливался в восстания. Правда, чаще всего они носили местный, локальный характер. Таковы были восстания Василия по прозвищу Медная Рука в 932 г. в феме Опсикий, Петра Деляна в 1040— 1041 гг. в западных славянских фемах, восстания малоазийских крестьян в XII в. Налоговый гнет и произвол чиновников побуждали и городское население к протестам. Восстание в Константинополе в 1042 г. завершилось свержением Михаила V. Последовавшие одно за другим восстания в столице в 80-х годах XII в. закончились, однако, поражением.

В течение VIII-XII вв. Византия пережила два культурных подъема: так называемые Македонское и Комниновское возрождения. В эпоху Македонской династии возникает интерес к позднеантичному наследию, возрождаются после периода VII-VIH вв. светская литература и светское образование, падает значение агиографической литературы. В эту эпоху сложились основные принципы и формы византийской культуры, которые в Комниновскую эпоху получили дальнейшее развитие. Интерес к античности стал еще более глубоким, хотя и аристократическим, в науке появляется больше рационализма, возрастает самосознание византийской народности как греческой. Широкое распространение получают конные состязания, игры в поло, ярмарочные зрелища. Семейная замкнутость предшествующих столетий сменяется в XI-XII вв. открытым образом жизни, процветанием меценатства, созданием «ученых кружков» при дворах знати. Невежество и неграмотность становятся предметом насмешек.

К концу рассматриваемого периода Византия стала феодальным государством. Но процесс феодализации в отличие от Запада протекал в условиях длительного сохранения рабовладельческого уклада, устойчивости свободной крестьянской общины, крупных городов как центров ремесла и торговли, сильного централизованного государства. Это и обусловило типологические особенности византийского феодализма: наличие развитой частной собственности на землю; существование государственной поземельной собственности; длительное существование сельской общины свободных крестьян; медленное складывание феодальной вотчины; сохранение централизованной ренты. Типологические особенности византийского феодализма проявились и в структуре феодально-зависимого

крестьянства: значительном количестве категорий зависимого населения; наличии государственных крестьян-париков; более длительном сохранении в империи категорий свободных крестьян. Политический кризис конца XII в. совпал-еАрасцветом феодальных отношений в империи.

РАННЕСРЕДНЕВЕКОВАЯ ИНДИЯ (VII-X вв.)

Падение империи Гупта в начале VI в. ознаменовало существенные изменения в общем облике североиндийской цивилизации, хотя этот перелом и не был резко выражен. Политическое крушение блестящей империи, оставившей величественные воспоминания, лишь подчеркнуло процесс, шедший с первых веков нашей эры. Но все же именно эти события — падение империи, нашествие варваров, борьба с ними и восстановление суверенитета местных правителей — кладут конец «классическому» периоду и открывают иной — «феодальный», «раджпутский», «раннесредневековый», как его обозначают в разных исторических школах. Основой этого перелома, возможно, явились изменения в способе производства, переход к использованию более свободного труда в сельском хозяйстве. Однако при данном уровне наших знаний доказать это на фактическом материале нельзя. Мы можем лишь проследить ряд других изменений, лежащих ближе к поверхности, и по ним судить о глубинных процессах. Начать надо с натурализации экономики и упадка городов. Этот факт, бросающийся в глаза даже при беглом знакомстве с источниками, долгое время не был общепризнан. После опубликования монографии Р.Ш.Шармы «Упадок городов в Индии» (см. библиографию) дискуссию по этому вопросу можно считать закрытой. Индийский ученый проанализировал археологические данные по более чем сотне городов и пришел к бесспорным выводам. Они заключаются в том, что пик развития городов как центров ремесла и торговли приходится на II в. до н.э. — III в. н.э. К этому же периоду относится наибольшее количество найденных многообразных монет. После III в. начался упадок прежде всего в западных областях (нынешние Пенджаб, Харьяна, западная часть Уттар-Прадеша). Играло свою роль общее положение в Евразии — упадок Рима, Парфии, исчезновение империй Кушанов и Хань и т.д. Но были, видимо, и внутренние причины. Волна упадка распространялась на восток и юг, замедлившись на некоторое время с возникновением державы Гупта и возобновлением трансазиатской торговли с Византией. Но серьезного нового импульса город в этот период не получил.

Вторая фаза упадка начинается после VI в. Она охватывает прежде всего города среднего течения Ганга. Торговля, видимо, в значительной мере замирает. Металлические деньги почти выходят из употребления — от династий VII в. мы не имеем эмиссии; находки монет других стран и периодов в слоях, относящихся к этому времени, крайне редки.

Возрождение городской жизни началось в части страны в XI в., и только к XIV в. вторая урбанизация стала несомненным фактом.

Понятно, что дезурбанизация, несомненно, вызвала, в свою очередь, серьезнейшие изменения и в

социальной структуре общества, и в

экономике, и в политическом строе. Аграризация хозяйственной жизни была связана не только с абсолютным хозяйственным упадком. Именно в этот период распространяется земледелие, а вместе с ним и государственность на недавно еще дикие территории. Вслед за земледельцами на новые территории шли брахманы, а также ремесленники и торговцы, а затем и чиновники. Практика дарения деревень и земель, существовавшая с древности, в первые века нашей эры становится массовой и документально фиксированной. Дарственные грамоты стали выбивать на медных табличках и на камне. Само появление эпиграфики такого содержания свидетельствует о желании дарителя и получателя закрепить этот дар «навечно». Получателю грамоты даровались права, которые с полной уверенностью можно назвать феодальными, — право распоряжаться землей, право фискального, административного и частичного судебного иммунитета, право требовать подчинения со стороны населения и т.п. Сомнения в значимости этого института земельных дарений возникают иногда в связи с тем, что земельные дарения, зафиксированные в надписях, — это почти исключительно дарения брахманам, группам брахманов, храмам с единственной целью приобретения дарителем «религиозной заслуги», иногда сопровождаемые обязательством со стороны получателя давать религиозное благословение семье дарителя. Однако многие исследователи указывают, что несколько надписей о дарениях светским лицам все же найдено, что предоставления земель вассалам за военную службу не фиксировались на «вечном» материале и потому до нас не дошли, что они должны были быть, как о том свидетельствует фиксируемая теми же надписями сложившаяся землевладельческо-управленческая структура. Надписи попутно с основным дарением упоминают неких землевладельцев (бхогиков), имевших по одной или по нескольку деревень и ту или иную власть над их населением. С IX в. появляется термин тхаккура, означавший землевладельца из любой касты, имевшего тот или иной титул (рай, рана, рават и т.д.).

Соответственно слабел, сокращался и терял значение собственно государственный, управленческий аппарат. Создается впечатление, что государства VII-X вв., впрочем как и последующие, были устроены весьма просто. Двор был сведен к минимуму, основным институтом государства была армия, которая передвигалась по стране, обеспечивая лояльность населения разных территорий как бы по очереди.

Армия состояла из отрядов вассалов. Наемная армия была неизвестна. Основным родом войск была пехота, конница составляла незначительную часть армии. Использовались, как и прежде, слоны.

В V-VII вв. на территории Индии отмечено около 50 государств, существующих рядом друг с другом или сменяющих друг друга. Даже возникавшие время от времени крупные государственные образования были, по существу, конфедерациями мелких княжеств. После распада империи Гупта сохранились государства ее прежних вассалов, из которых наиболее известным стало государство Майтрака из Валлабхи (Гуджарат). Последний правитель Валлабхи упоминается в 766/67 г. Это государство сошло со сцены как-то незаметно, вытесненное, видимо, Чаулукьями из Анхильвады.

Нашествие эфталитов сыграло определенную роль в разгроме остатков «классической» Индии. Эфталиты принесли кочевнические представления о

государственном устройстве, которые повсюду придали феодализму похожие формы. Эфталиты и пришедшие с ними гурджары слились с местными племенами, населявшими нынешние Синд, Раджастхан, Северный Гуджарат и Малву, и образовали общность, получившую позднее наименование раджпутов и сыгравшую большую роль в оформлении «индусского феодализма». К концу VI в. крупными государствами в долине Ганга можно счесть Гауда (Бенгалия), государство Маукхари и государство Пушпабхути. Расцвет Гауды связан с именем Шашанки (конец VI — 30-е годы VII в.). Его государство простиралось на запад до Праяги и охватывало часть Ориссы. Маукхари из Канауджа и Пушпабхути из Стханешвара стали союзниками, но потерпели поражение в борьбе с Шашанкой. Харшавардхана (Харша) Пушпабхути (616-646) объединил оба княжества и приступил к завоеваниям. Он сумел объединить под своей властью долину Ганга, Бенгалию (после смерти Шашанки), Ориссу, Малву. Однако продвинуться к югу от гор Виндхья ему не удалось. В 620 г. он потерпел поражение от государства Чалукья на р.Нарбада и больше походов на юг не предпринимал. После смерти Харши его государство распалось. Индийские историки последних десятилетий склонны считать Харшу лишь одним из удачливых завоевателей своего времени, подобных его основным противникам Шашанке из Бенгалии и Яшодхарману Чанделла из Малвы или завоевателям VIII в. Яшоварману из Канауджа и Лалитадитье из Кашмира, устанавливавшим на короткое время власть над долиной Ганга. Все эти империи рассеялись по смерти их основателей.

В этот же период существовали государства Чалукья на Декане и Паллава на крайнем юге, устойчивость которых была значительной. Именно с этого периода создается система постоянных центров политической жизни, борющихся друг с другом под флагами разных династий, — Бенгалия, Северная Индия, Декан и крайний юг.

Княжество Чалукья из Ватапи возникло в начале VI в. при Пулакешине I и достигло расцвета при Пулакешине II (609-642). Оно охватывало Махараштру и северную часть Карнатаки. Именно Пулакешин II отбил нападение Харши. В Лате (Гуджарат) и в Андхре правили братья Пулакешина, признававшие его главенство.

Княжество Паллава существовало еще с III в. Пулакешин II Чалукья нанес Паллавам тяжелые поражения, но Нарасимхаварман I сумел восстановить мощь государства Паллава, разгромил Пулакешина, захватил Ватапи. Пулакешин погиб в битве, и на 13 лет государство Чалукья прекратило существование. Однако затем оно возникает снова и борьба Паллавов и Чалукьев возобновляется.

В середине VIII в. политическая обстановка в Северной Индии изменилась. Началась экспансия кланов раджпутов из Раджпутаны и завоевание ими Северной и части Центральной Индии. Раджпуты возводили свои родословные к кшатрийским Солнечной и Лунной династиям. Еще одна группа кланов создала легенду о своем происхождении от Огненной династии. Раджпуты стали претендовать на право политической власти по всей Индии. Наибольшую известность среди них приобрел клан Гурджара-Пратихаров, образовавший государство в Малве и части Гуджарата. Кланы Чахаманов (Чауханов), Чаулукьев (Соланки), Парамаров были реально или фиктивно родственны Пратихарам, что и позволило последним долгое время господствовать в Центральной

и Северной Индии.

Примерно в это же время Декан был в руках Раштракутов, сменивших Чалукьев на два века (742­973), а Бенгалия — в руках Палов. Противоборство Пратихаров, Раштракутов и Палов, их борьба за Доаб (территорию Джамна-Гангского двуречья) стали основной канвой политических событий VIII-X вв. Канаудж по традиции продолжал считаться столицей всей Индии. Ватсараджа Гурджара-Пратихара (ок. 778-784) нанес поражения Дхармапале (ок. 770-810), но в 785г. Гурджара-Пратихары были разбиты Дхрувой Раштракутой (ок. 780-793). Дхрува принял титул императора, но в 790 г. он уже не владел Доабом, там распоряжались Палы. В начале IX в. Нагабхата II Гурджара-Пратихара (ок. 805-833) вновь нанес поражение Палам, но снова раштракутский правитель, на этот раз Говинда III (ок. 793-814), сын Дхрувы, лишил его плодов победы и подчинил себе Канаудж. В 810-850 гг. Палы вновь вытеснили другие державы из Доаба, но во второй половине IX в. гегемония перешла к Гурджара-Пратихарам. В начале X в. произошло очередное и последнее усиление Раштракутов. Кришна II (ок. 880-914) из этой династии подчинил Восточный Декан (государство Восточных Чалукьев) и Гуджарат. При его преемнике Индре III (ок. 914-928) Раштракуты овладели Канауджем и дошли до Аллахабада и Варанаси. В X в. пришли в упадок все три державы, боровшиеся до этого за Северную Индию. Чалукьи вернули себе власть на Декане. Они сделали своей столицей г.Кальяни. На землях империи Гурджара-Пратихара возникли независимые княжества Парамара, Чанделла, Калачури, Гухилот, Чаухан (Чахамана) и Чаулукья (Соланки). Государство Пала с середины X в. уже не вмешивалось в политическую борьбу за Северную Индию, но продолжало существовать до XII в., когда распалось на несколько владений, среди которых наиболее известно государство Сена. На крайнем юге в IX в. исчезло государство Паллава, и весь Тамилнад в X в. был объединен Чолами, столица которых была в Танджуре. Расцвет государства Чола приходится уже на XI в. К этому периоду относится появление ислама на земле Южной Азии. Первые попытки арабов напасть на Индию морским путем — снаряжая экспедиции на Тхану, Броч, Дебал — были отбиты. Предпринятая затем попытка пройти через Хайберский проход была отражена индиа- низованными княжествами на территории современного Афганистана. Наконец, в 712 г. армия под руководством Мухаммеда бин Касима прошла к устью Инда по побережью Макрана и подчинила несколько княжеств на территории современного Синда. Арабы попытались развить успех, но это им не удалось. Пратихары и Чаулукьи из Анхильвады в Гуджарате отбили нападения. Синд остался мусульманским, но на остальную территорию Южной Азии это обстоятельство влияло мало.

Раджпутские государства Северной Индии в основном унаследовали предшествовавший им политический и социальный строй. Но значительно большее значение в структуре господствующего класса приобрело родство. Вассальные отношения обеспечивались большей частью родственными и клановыми узами. Раджпутские кланы, тесня друг друга, двигались по равнинам Северной Индии, и это движение в дальнейшем, вплоть до колониального завоевания, не останавливалось. При завоевании новой территории подразделения клана получали округа, состоявшие из нескольких сот деревень, более мелким подразделениям выделяли доли, называвшиеся обычно чаураси, т.е. «восемьдесят четыре», хотя реальное

число деревень в них могло быть различным. Глава подразделения клана, военачальник, раздавал территорию своим офицерам. Так появлялись объединения в 48, 24, 18, 12, 10 деревень. Рядовой член клана, глава патронимии, получал одну-две деревни, с которых он должен был содержать отряд в помощь главе подразделения. В одном из документов такой отряд насчитывает 100 пехотинцев и 20 кавалеристов. Создался своеобразный кодекс взаимных обязательств вассала и сюзерена. Вассалы были обязаны уплатой дани, выражением покорности, присутствием и службой при дворе, помощью государю во время войны. Совокупность этих обязанностей носила наименование авалагана. Этот термин впервые встречается в надписи VIII в. из Раджпутаны. Таким образом, можно говорить о возникновении феодальной структуры господствующего класса. Окончательно она была оформлена в последующий период.

Что касается процессов на уровне хозяйства и сельской общины, то о них известно очень мало. Резко сокращается количество сведений о рабах и прочих зависимых, лишенных средств производства слоях населения, об аренде земли.

Судя по надписям, сельские общины в целом, включая их землевладельческую верхушку, попадали в зависимость от бхогиков (тхаккуров), начинали платить им ренту и выполнять для них отработки (вишти), которые ранее возлагались лишь на самые низкие, шудрянские слои. Надписи сообщают

единичные факты, поэтому по ним нельзя представить себе размах этого процесса, но возможно, что именно этот процесс привел в первые века нашей эры к изменению взгляда на труд земледельца. В древности и по традиции земледелие считалось одной из основных (вместе со скотоводством и торговлей) обязанностей вайшьев, т. е. входило в круг довольно уважаемых, не унижающих занятий. Однако в рассматриваемый период варновым занятием вайшьев считалась уже только торговля, а земледелие и скотоводство стали уделом шудр. Это можно интерпретировать так, что сельские хозяева, члены сельской общины, стали в это время восприниматься как шудры, т. е. что их социальных статус понизился. Возможно, что это понижение объясняется общим обеднением слоя общинников и их феодальным подчинением.

В VII-X вв. завершается становление современной кастовой системы — возникновение многих новых каст в результате разделения более крупных прежних социальных единиц, возникновения сект и религиозных течений, арианизация племен и включение их в кастовую систему. Иерархичность, характерная для индийского взгляда на мир, получает в этот период значительное подкрепление в процессе мультипликации каст и социальных градаций.

В религиозной сфере Индия в этот период вернулась от буддизма к индуизму. Буддизм в Индии, видимо, так и не стал массовой религией, хотя ему покровительствовали Ашока, кушанские правители, а в рассматриваемый период — Харша и бенгальские Палы. Вытеснение буддизма из Индии, безусловно, связано с особенностями индийского социального строя периода средневековья — именно с тем, что развились кастовый строй и кастовое мышление, для которых идеальную объясняющую и закрепляющую схему представлял индуизм.

Силой индуизма, способствовавшей его победе над буддизмом, а впоследствии и его успешному сопротивлению исламу и христианству, были его «слабости» — аморфность, раздробленность, отсутствие канона, церкви, догматики. Индуизм целиком состоит из сект и направлений, отличаю- 142

щихся друг от друга почитаемым богом, способами его почитания и т.п. Общими для всех индуистских сект были лишь несколько положений.

Наиболее важное из них — учение о дхарме, карме и ахимсе. Каждый человек, по учению индуизма, должен был исполнять свои обязанности, свой долг (дхарму), различный для разных каст. В зависимости от того, насколько неукоснительно человек исполняет свои обязанности, в зависимости от его поступков (карма) его душа после смерти возрождается в более высокой или в более низкой касте; для особенно безнравственных предусматривалось рождение в виде самых отвратительных животных. Таким образом, рождение брахманом являлось наградой за прошлую добродетельную жизнь, а рождение неприкасаемым — наказанием за совершенные в прежних рождениях дурные поступки. Связь этого учения с кастовой системой очевидна. Принцип ахимсы был связан с учением о переселении душ: нельзя приносить вред живым существам, поскольку в них могут быть души умерших людей.

Конечной целью индуиста является не рождение в высшей варне, а освобождение из цепи рождений (мокша). К этой цели ведут три пути: путь благочестия (дхарма — здесь этот термин употребляется в ином значении, чем указано выше), путь погони за материальной выгодой (артха) и путь погони за наслаждениями (кома); они равно возможны, хотя каждый предыдущий прямее, а потому и предпочтительнее, чем последующий. В некоторых текстах сущность путей формулируется по-иному: джняна-марга («путь знаний»), карма-марга («путь деятельности») и бхакти-марга («путь любви»). В этой триаде наиболее прямым и лучшим считается третий путь, поскольку он предполагает личную любовь адепта к богу. Учение об этих трех путях, выраженное впервые в «Бхагаватгите», стало идеологической основой религиозного движения бхакти, имевшего позже большое значение.


Дата добавления: 2015-01-19; просмотров: 3; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.017 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты