Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Хрущевская «оттепель» (1953-1964 гг.): попытки либерализации советского общества. Реформы «сверху», социальная политика.

Читайте также:
  1. Gt; Социальная интеграция и системная интеграция
  2. II. Начало процесса исторического развития общества.
  3. III. Общество как объемлющая социальная система
  4. III. Первоначальное возникновение общества.
  5. V. Зрелость человеческого общества. Коммунизм.
  6. XIX и XX династии Египетских фараонов. Внутренняя и внешняя политика. Рамзес II и хетты. Причины упадка новоегипетской державы.
  7. А). Классификация предпринимательских структур по типам на втором этапе становления постсоветского предпринимательства.
  8. А). Классификация предпринимательских структур по типам на первом этапе становления постсоветского предпринимательства
  9. Абсолютная монархия в Англии. Реформы Генриха VIII и Елизаветы I
  10. Абсолютная монархия во Франции. Реформы Ришелье

РОССИЯ В ГОДЫ "ОТТЕПЕЛИ" (1953 -- 1964)

Особое место в послевоенной истории России занимает период от смерти И. В. Сталина до отстранения от руководства Н. С. Хруще­ва. Эти годы, получившие с легкой руки И. Эренбурга название "оттепели", характеризуются сложными, противоречивыми тенденция­ми социально-экономического и общественно-политического разви­тия. В это время предпринимается смелая попытка устранить край­ности, наиболее одиозные проявления тоталитарной системы. Бес­порной заслугой послесталинского руководства, прежде всего Н. С. Хрущева, является прекращение политики массовых репрессий, осво­бождение узников ГУЛАГа. В период "оттепели" впервые за многие годы предпринимаются попытки значительных реформ в обществен­но-политической области, в промышленности и в сельском хозяйс­тве, проводятся важные меры по повышению материального благосос­тояния населения.

В то же время все эти преобразования носили верхушечный характер, были весьма ограниченными, непоследовательными и противоречивыми. Они ни в коей мере не посягали на основополагающие институты тоталитарной системы -- монополию бюрократической номенклатуры на экономические ресурсы и власть. В силу противоречивости реформаторской деятельности Н. С. Хрущева именно в эти годы стали обостряться многие ранее загнанные внутрь противоречия коммунистического режима, все более ощутимо накапливаться сложные социальные, экономические и политические проблемы, ранее подавлявшиеся "железом и кровью". В годы правления Н. С.Хрущева намечаются заметные симптомы упадка тоталитарной коммунистической системы, которые в конце концов переросли в ее всеобъемлющий кризис и на наших глазах -- в крах.

Несмотря на актуальность этой темы, период "оттепели" отнюдь не принадлежит к числу достаточно хорошо изученных исторических пе­риодов. Этому, на первый взгляд, противоречит обилие публикаций о деятельности Н. С. Хрущева, изучение которой первоначально ак­тивно разворачивалось главным образом в зарубежной советологии . В последние годы эта тема привлекла значительное внимание и в нашей стране. Важным позитивным моментом стало радикальное расширение источниковой базы изучения темы -- публикация доклада–Н. С Хрущева на ХХ съезде партии о культе личности, его воспоми­наний, мемуаров современников (в том числе, А. Аджубея, С. Хру­щева и др.) и других подобных подобных материалов. Появляется ряд сборников статей и документов, а затем и монографий.



Из числа отечественных исследований наиболее обстоятельным анализом периода "оттепели" отличается коллективная монография "ХХ съезд КПСС и его исторические реальности, подготовленная под руководством Н. А. Барсукова. В сущности, этот труд охватывает весь период "оттепельных" преобразований. В нем, наряду с поли­тическими процессами, рассматриваются проблемы экономической и социальной политики, вопросы идеологий и культуры (всем этим ас­пектам посвящены специальные разделы книги.) Характеризуя кон­цептуальные ориентиры этого труда, следует, однако, иметь в ви­ду, что он, как и большинство из названных в нашем обзоре работ, вышел в разгар горбачевской "перестройки" и в полной мере соот­ветствует преобладавшим в то время подходам (идея "возрождения ленинских истоков", "очищения" социализма от сталинских извраще­ний и т. д.). Естественно, в настоящее время эта идейно-методо­логическая парадигма вряд ли может нас удовлетворить.



Наиболее глубокая аналитичная характеристика общественно-по­литического, социально-психологического контекста "оттепели" да­ется в упоминавшейся уже монографии Е.Ю.Зубковой "Общество и ре­формы". Кроме исторических исследований, нужно отметить и ряд работ публицистического характера, -- из них выделяются глубиной анализа труды Ф. Бурлацкого, М. Гефтера и А. Стреляного.

И все-таки, несмотря на появление довольно обширного круга пуб­ликаций об этом периоде, в настоящее время назревшей потреб­ностью исторической науки стало создание обобщающих трудов по истории "оттепели", где в комплексе характеризовались бы эконо­мические, социальные, политические, культурные и психологические процессы.

Это необходимо не в последнюю очередь потому, что недостаточная изученность рассматриваемого периода, преобладающая политизированность имеющихся трактовок породили весьма различные и даже прямо противоположные оценки его, - в особенности деятельности–Н. С. Хрущева. Так, если в "либерально-демократической" публицистике Хрущев рассматривается преимущественно как антисталинист, выдающийся реформатор, провозвестник "перестройки", то ав­торы "национал-патриотического", фундаменталистского направления расценивают его как безответственного политика, положившего на­чало упадку нашей державности.

ПРЕДПОСЫЛКИ И ХАРАКТЕР ПРЕОБРАЗОВАНИЙ ПЕРИОДА "ОТТЕПЕЛИ"

Ключевой проблемой изучения послесталинских преобразований является вопрос об их предпосылках, движущих силах и характере. Это, в свою очередь, в существенной мере позволяет отрефлектировать динамику и результаты реформ. Уже говорилось, что в имеющихся публикациях отсутствуют обобщающиеся характеристики периода "оттепели", предлагаемые же объяснения нередко страдают односторонностью. Так, высказывается мнение, что сталинский режим к 1953 г. находился в состоянии кризиса, тупика, что и определило переход нового руководства к реформам.

Из зарубежных публикаций такая точка зрения проводится в упоминавшейся работе М. Геллера и А. Некрича, наиболее же последовательно она излагается в обобщающем труде итальянского историка Д. Боффы. Тезис о кризисе сталинского режима однозначно проводится в ряде публикаций Е. Аксеновой и Ю. Зубковой.

Представляется, что все названные авторы в своем анализе гиперт­рофируют реальные общественно-исторические тенденции. Тоталитар­ная система, имевшая, разумеется, объективные границы своего развития, к концу сталинского периода являлась еще весьма жиз­неспособным организмом. Во всяком случае, для большинства совре­менников сложившиеся порядки представлялись закономерными и дос­таточно эффективными, что доказывалось -- в их представлении -- победой в войне и успешным послевоенным восстановлением. Труд­ности же и противоречия советского режима воспринимались преиму­щественно как "отдельные недостатки", а отнюдь не как пороки всей системы.

Высказывается также мнение о значительном недовольстве широких масс, существенном и даже решающем воздействии этого фактора на политику правящих кругов после смерти Сталина. Одним из первых такую концепцию обосновал в статье "Народ и власть" (1956 г.) известный 1917 года А. Ф. Керенский, до конца своей жизни внимательно анализировавший общественные процессы в России.

Конечно, массовые настроения оказывали определенное воздействие на политику властвующей элиты, но лишь косвенно и опосредованно; народ же в то время в основном народ "безмолвствовал". Исключени­ем стали массовые выступления узников ГУЛАГа в 1953 -- 1955 гг., которые, бесспорно, ускорили переход к массовому освобождению политических заключенных. Прямые же выступления против произво­ла, в защиту своих прав (вроде событий в Новочеркасске 1962 г.) были все же весьма редким явлением и вряд ли могли стать решаю­щим фактором политических процессов.

Особое значение для перехода к преобразованиям имели, видимо, политические настроения властвующей элиты, бюрократической но­менклатуры. Социальный интерес этого основного привилегированного слоя нашего общества состоял в том, чтобы сохранить свой со­циальный статус, полученный в годы сталинского правления, и вместе с тем избавиться от страха репрессий, получить необходи­мую социальную стабильность. Это, как нам представляется, во многом объясняет поддержку номенклатурой хрущевских преобразова­ний, в том числе и в экстремальной ситуации борьбы с "антипар­тийной группой" летом 1957 г. а затем - предпосылки последующей изоляции Хрущева и его отстранения от власти в 1964 г.

Таким образом, реформы периода "оттепели" были ограниченными и непоследовательными и осуществлялись в атмосфере острой борьбы за власть, в противоборстве различных группировок властвующей элиты, что в существенной мере сказывалось на динамике преобразований.

БОРЬБА ЗА ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО И АЛЬТЕРНАТИВЫ

ПОСЛЕСТАЛИНСКОГО РАЗВИТИЯ

В публикациях последнего времени неоднократно отмечалось, что борьба за власть после смерти Сталина характеризовалась наличием внутри правящей элиты различных группировок, выдвигавших опреде­ленные альтернативные варианты осуществления назревших общест­венных преобразований. Правда, по поводу реальной расстановки сил в правящих кругах высказываются неоднозначные суждения, что и неудивительно, если принять во внимание их преимущественно ап­риорный, гадательный характер, что объясняется отсутствием дос­товерных источников.Так, Р. Медведев рассматривает политическую борьбу 50-х гг. через призму смены трех "триумвиратов". По его оценке, после смерти Сталина, в марте -- июле 1953 г. доминировал "триумвират"–Берия -- Маленков -- Хрущев; с июля 1953 по 1955 г. --–"триумвират" Хрущев -- Маленков -- Булганин; и наконец,–применительно к 1955 -- 1957 гг. правомерно говорить о–"триумвирате" Хрущев -- Булганин -- Жуков.

В называвшейся статье М. Гефтера высказывается предположение о наличии в первые месяцы после смерти Сталина особой политической платформы Берии -- Маленкова. В его трактовке, она включала та­кие важные новации, как курс на ускорение развития группы "Б", облегчение положения крестьянства, начало критики "культа лич­ности", меры по смягчению международной напряженности. (Маленков в одном из своих выступлений выдвинул тезис о невозможности по­беды какой бы то ни было стороны в атомной войне). По оценке М. Гефтера, предложения Берии -- Маленкова носили более радикальный в сравнении с хрущевскими преобразованиями характер и вместе с тем, принимая во внимание концентрацию власти в их руках, могли бы осуществляться более последовательно и взвешенно. В понимании этого автора, названные деятели стремились к утверждению "об­щества полицейского социализма", где осуществлялись бы назревшие экономические преобразования при условии сохранения незыблимой авторитарной власти. С этой позиции победа Хрущева в борьбе с Берией имела неоднозначные последствия, в какой-то мере заблоки­ровала более прогрессивный вариант общественных преобразований.

По-иному трактуется расстановка сил в правящих кругах после смерти Сталина в работе известного философа А. П. Бутенко. По его оценке, применительно к этому моменту правомерно было бы вести речь о борьбе Хрущева, Маленкова и Берии, каждый из которых опирался на определенные социально-политические силы: соответственно -- на партийный аппарат, государственный аппарат, карательные органы.

Если в статье М. Гефтера речь шла о платформе Берии -- Маленко­ва, то в некоторых публикациях определенные, далеко идущие за­мыслы по преобразованию нашего общества связываются с Берией. Это явствует в частности, из опубликованных в настоящее время ранее секретных материалов июльского (1953 г.) Пленума ЦК, где рассматривалось "дело Берии". Здесь ему, наряду с другими обви­нениями, инкриминировалось стремление к "реставрации капитализ­ма" и, в частности, намерение ликвидировать колхозный строй. Эта версия подтверждается таким участником событий, как В. М. Молотов, суждения которого приводятся в книге писателя Ф. Чуева, много лет общавшегося с этим "ближайшим соратником вождя".

Наиболее последовательно позитивная, даже крайне апологетическая трактовка деятельности Л. П. Берии проводится в недавно появив­шихся мемуарах его сына -- известного конструктора-ракетчика. Как утверждает мемуарист, "мудрый политический деятель, прекрас­ный аналитик и выдающийся организатор, просто умный и талантли­вый человек явно не вписывался в команду беспринципных кремлевс­ких деятелей ... дерущихся за оставленное наследство... Перест­ройка оказалась всего лишь неудачной реализацией идей, выдвину­тых за три десятилетия до "исторического" Пленума 1985 года".

Некоторые авторы, признавая наличие определенных реформистских стремлений еще до утверждения у власти Хрущева, связывают их преимущественно с Маленковым. Так, по мнению патриарха американской советологии Р. Такера, Маленков представляет одну из наиболее интересных фигур послесталинской истории России, а краткий период его политического лидерства представляет своего рода прообраз "перестройки". В частности, как считает Р. Такер, своеобразие политики Маленкова выражалось в том, что он вслед за Сталиным делал ставку на государственный аппарат, в то время как Хрущев -- на партию.

Весьма подробно реформаторские замыслы Г. Маленкова рассматрива­ются в статье Л. А. Опенкина, который также приходит к выводу, что в результате победы Хрущева в борьбе за политическое лидерс­тво была отсечена более радикальная альтернатива реформистских преобразований российского общества.

Определенную специфику политических позиций Хрущева и Маленкова признает также Е. Зубкова, которая обращает внимание на то, что в выступлениях первого акцент делался на организационные факто­ры, в суждениях же второго -- на экономические интересы. ВМесте с тем этот автор выступает против преувеличений этих различий, не считая возможным настаивать на особой, более радикальной в сравнении с хрущевской альтернативе общественных преобразований. В большей мере особенности "полической платформы" Маленкова прослеживаются в статье Е. Зубковой, опубликованной в журнале "Политические исследования".

Как и в случае с Берией, наиболее позитивная, апологетическая характеристика деятельности Маленкова содержится в мемуарах его сына. Этот автор является одним из немногих, кто пытается выявить социальную подоплеку борьбы за лидерство в советской элите после смерти Сталина. Согласно его трактовке, в тот период произошло столкновение трех социально-политических сил: технократов, партократов и представителей карательно-репрессивных органов. Наиболее прогрессивный характер носили взгляды первой группы, которую как раз и возглавлял Г. М. Маленков. Победа партократов во главе с Н. С. Хрущевым заблокировала возможность радикальных преобразований, привела к реализации худшего варианта послесталинского развития.

Значительное вниамние в публикациях последнего времени уделяется "политическому кризису" 1957 г., вызванного противоборством Хрущева и "антипартийной группы". Имеются различные суждения о характере и значении этого политического конфликта. Так, в одной из статей Е. Зубковой высказывается мнение, что в ходе этого противоборства не было определенного размежевания консерваторов и реформистов -- скорее, преобладала борьба за власть независимо от определенных политических программ. В статье другого автора,–Н. Барсукова, отмечается, что критика Хрущевым позиций "антипартийной группы" носила во многом односторонний, гипертрофированный характер и игнорировала рациональные моменты в ее суждениях. На конструктивные элементы в позиции противников Хрущева указывает в воспоминаниях и входивший в "антипартийную группу" В. М. Молотов. В частности, по его словам, оппозиционеры выступали не против целины, а против ее чрезмерной распашки.

Авторы ряда публикаций отстаивают мнение о неоднозначных последствиях победы Хрущева над своими политическими противниками в 1957 г. Так, по мнению С. Попова, разгром "антипартийной группы" подавление "консерваторов" привели к устранению единственной в то время политической оппозиции, что послужило импульсом для усиления волюнтаристских тенденций в политике Хрущева . Аналогичные подходы прослеживаются и в публикации–Ю. Аксенова и Е. Зубковой, которые утверждают: "Добившись устранения оппонентов, Хрущев, казалось бы, развязал себе руки. На деле же получилось иначе: борьба за власть на данном этапе подчинила судьбу прогрессивных преобразований. От руководства были устранены не только противники, но и некоторые наиболее сильные, с точки зрения возможной конкуренции, соратники: так, по решению Пленума ЦК в октябре 1957 г. был смещен с партийных и государственных постов–Г. К. Жуков".

Своеобразная оценка значения конфликта с "антипартийной группой" выдвигается в упоминавшейся статье М. Гефтера. Как и в 1953 г., по оценке данного автора, с победой в этом противоборстве Хруще­ва была отсечена определенная, - более прогрессивная альтернатива общественных преобразований. По мнению М. Гефтера, в случае ус­пеха противников Хрущева, они -- в союзе с Г. К. Жуковым -- вы­нуждены были бы осуществлять назревшие общественные преобразова­ния в более взвешенной форме.

Соц. сфера

К концу 50-х годов произошли изменения в со­циальной структуре общества, что отразила проведенная в 1959 г. Все­союзная перепись населения СССР. Выросла численность жителей страны: в 1959 г. она составляла 208,8 млн. человек против 190,7 млн. в 1939 г. Освоение природных богатств восточных районов привело к росту населения Западной Сибири, Восточной Сибири, Дальнего Восто­ка. Доля горожан составляла 48%. Увеличилась численность рабочих в общем составе населения, сократился процент сельских жителей и кол­хозного крестьянства.

Были осуществлены мероприятия по повышению благосостояния на­рода. Для подростков устанавливался 6-часовой рабочий день. Для ос­тальных рабочих и служащих он сокращался на два часа в субботние и предпраздничные дни. В июле 1956 г. был принят Закон о государст­венных пенсиях. В соответствии с ним размер пенсий для отдельных категорий граждан увеличился в 2 раза и более. Началось постепенное осуществление программы повышения заработной платы низкооплачи­ваемым группам рабочих и служащих. Была отменена плата за обучение в школах и вузах.

Увеличились масштабы жилищного строительства. Ускорению его темпов способствовала индустриализация строительных работ, исполь­зование в домостроении сборного железобетона. Были разработаны но­вые принципы застройки жилых микрорайонов, сочетающие жилые комплексы с культурно-бытовыми учреждениями. Во второй половине 50-х годов почти четвертая часть населения страны переселилась в но­вые квартиры.


Дата добавления: 2015-02-10; просмотров: 390; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Политическое и социально-экономическое развитие СССР после Великой Отечественной войны. Апогей сталинизма (1945-1953 гг.). | Политическое и социально-экономическое развитие СССР во второй половине 1960-х - первой половине 1980-х гг. Конституция 1977 г. Кризис «развитого» социализма.
lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2019 год. (0.013 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты