Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



НОРВЕГИЯ




Читайте также:
  1. Норвегия.

 

Как и во всей Скандинавии, в Норвегии считалось, что ведьмы способны вызывать бурю, переворачивать лодки и прогонять от берегов косяки рыбы. Чтобы совершать подобные подвиги, им приходилось оборачиваться гусями или лебедями и летать в таком обличье над морем, бросать в море завязанное узлами полотенце, открывать мешок с ветром или высвистывать бурю. В северных странах на Рождество и в канун летнего солнцестояния проходили большие шабаши, в которых участвовали до 60 ведьм; излюбленными местами для такого рода сборищ были гора Лидергорн близ Бергена, Бальвольден и гора Домен в Восточной Финляндии, Доврефьельд, а также Гекла в Исландии. Многие из этих мест расположены довольно далеко, но норвежские ведьмы легко преодолевали расстояние, обернувшись кошками, собаками, волками или воронами и путешествуя на метле, кочерге, черной овце или собаке. На шабашах они пили мед и пиво, танцевали и играли в карты. Иногда сам дьявол подыгрывал им на лангшпиле (народный струнный инструмент, на котором играют смычком) или на дудке и барабане, а то и просто на рожке.

Всего в Норвегии прошло не более 20 ведовских процессов. Первый зафиксированный в документах состоялся в 1592 г. в Бергене, когда приговорили к смерти Олуфа Гурдаля. Два года спустя в том же Бергене приговорили еще трех ведьм: Дитис Ренке объявили вне закона, а Юханну Йенсдаттер Фламске (фламандку) и Анну Кнутсдаттер, жену Кирстена Юде, сожгли. До следующего процесса прошло почти 13 лет; в 1622 г. Синневе (фамилия неизвестна) удавилась в тюрьме в ожидании суда; ее тело сожгли.

В 1650 г. Карен Торсдаттер призналась, что в возрасте 26 лет поступила на службу к человеку, который называл себя Люцифером. Он научил ее воровать молоко при помощи магии (к примеру, втыкая нож в стену) и оберегать от порчи собственных коров. Она назвала еще нескольких женщин, с которыми вместе летала по ночам: заводилой у них была Кристен Клод, она летала на теленке; Сидсель Мортенсен (вдова бургомистра) на кочерге; сама Карен на коте. Однажды они попытались убить двух судей, но не смогли, поскольку те пламенно верили в Бога и у одного висел на шее крест на золотой цепочке. Одна из обвиненных Карен женщин, Бодиль Квамс, признала, что летала на кочерге и пыталась убить судей. Другую женщину, которую Карен обвинила в том, что та вызывала бури, арестовали прямо в день свадьбы — она выходила замуж за сельского судью. Когда она предстала перед судом, муж так яростно защищал ее, настаивая на том, что в столь серьезном случае нельзя полагаться на свидетельства преступниц (так он называл Карен и Бодиль), что его жену оправдали. Карен и Бодиль приговорили к костру в Кристиансанде.



Случай Оле и Лизбет Нипен, произошедший в 1670 г. в Лейнстранде, Трондхейм, один из двух десятков норвежских примеров того, какую форму принимало ведовство в странах, свободных от влияния демонологов. Причиной казни Нипенов стали белая магия, воображаемая порча, злоба и зависть, без которых не обходится в деревне. Супругов осудили на смерть на основании сплетен, предрассудков и домыслов. И все же в их случае никакой организованной охоты на ведьм, пристрастного суда и финансовой выгоды ни для кого не было. Суд над ними фактически не имел отношения к религии, хотя в обвинительном акте и значилось ведовство (под которым в данном случае понималось «сотворение крестного знамения»), а также «неподобающее кощунство по отношению к Слову Божьему». В свое время было составлено детальное описание процесса, здесь, однако, приводится лишь краткое содержание.



В 1667 г. в крещенский вечер у кого-то в доме Эрик Квенельд назвал Оле Нипена колдуном. Эрик считал, что руки у него ломит по вине Оле, и сулил ему «красного петуха», если тот его не вылечит. Завязалась перепалка, мужчины обменялись резкими словами, и Оле понял, что Квенельд настраивает против него священника и соседей. Три года спустя, 30 апреля 1670 г., Оле Нипен вызвал Квенельда в суд за клевету. Результатом того первого слушания стало опровержение Квенельдом собственных обвинений, допрос свидетелей касательно предполагаемого колдовства Оле и Лизбет, а также признание самой Лизбет в том, что она пользуется заклинаниями и солью для лечения болезней.

Квенельд заявлял, что по вине Оле он не может поднять рук, а груди у него отросли как у женщины, а у его жены брови так нависли над глазами, что она ничего не видит, и уши вытянулись до плеч, как у собаки. Трое соседей показали, что Оле и Лизбет имели обыкновение нашептывать над поврежденными членами заклинания, натирая их солью; более или менее исцелившись, они платили Лизбет небольшую мзду. Лизбет доказывала, что поскольку ее заклинания — это слово Божие, то никакого вреда от них быть не может; все дело не в соли, а в «молитвах», которые она читала. Вот какое заклинание, или молитву, она использовала для лечения простуды:

Христос подошел к церкви с книгой в руках. Пришла и сама Дева Мария. «Отчего ты так бледен, любезный мой сын?» — «Я подхватил сильную простуду». «Я вылечу тебя от простуды: кашель, простуда внутри, простуда в спине, простуда в груди, из кости и плоти в березу и камень уйди, во имя Отца, Сына и Святого Духа».



Прошло три месяца, и в августе Лизбет предъявили обвинение на основании ее репутации колдуньи и использовании святотатственных молитв. Против нее выступили четверо свидетелей, но не сказали ничего нового: все та же заговоренная соль для лечения недугов, перенесение боли с человека на животных или других людей. Приходской священник клялся, что слышал, как Нипены занимались ведовством; да и суд заявил, что все «знают, какие слухи ходят о Нипенах уже много лет, и что немало таких, кто платил им только из страха».

Лизбет задали следующие вопросы, на которые она дала ответы:

1. Добровольно ли она служила сатане, читая свои запретные молитвы? — Нет, и не думала никогда, что их так истолкуют; всему виной ее невежество и недостаток понимания в подобных вопросах. По распоряжению суда прокляла сатану.

2. Какая сила помогала ей лечить или насылать порчу на людей и скотину? — Если ей удалось кому-нибудь помочь, то только с помощью Божией; порчи она ни на кого не насылала.

3. Знает ли она кого-нибудь еще, в этих местах или дальше, кому известны эти заклинания, кроме Ане Фергстад? — Никого не знает; она слышала, как Ане читала такое заклинание от обморожения.

4. Порча, которая поразила девушку, действительно была предназначена для нее или для ее хозяйки, Кари Окстад? — Утверждает, что ничего об этом не знает.

Третье слушание состоялось 27 августа 1670 г., когда одна девушка поклялась, что стала калекой по ошибке вместо Кари Окстад (которая, по мнению Лизбет, оклеветала ее дочерей).

В докладе, посланном местным префектом Хансом Эдвардсеном окружному судье, указаны четыре пункта обвинений против Оле и Лизбет:

1. Упоминание имени Господа всуе.

2. Порча, насланная на соседей: одних сводили с ума, других калечили, третьих обезображивали (к примеру, уши до плеч и нависшие над глазами брови) или ослепляли, а потом сами же лечили, если хотели.

3. Лечили людей, изгоняя из них демонов в их врагов, а если это не получалось, то в животных.

4. За супругами давно установилась дурная слава, что подтвердил местный священник и жители округа.

Префект предложил судье, поскольку смертный приговор все равно неизбежен, под пыткой вырвать у Нипенов более полное признание, после чего сжечь обоих. Супругов осудили на основании всех четырех обвинений, однако особый акцент был сделан на упоминании имени Господа всуе и плохой репутации. Отметили также, что осужденные так и не признали свою вину (применяли к ним пытки или нет, не сказано). В соответствии с Божественным законом и основанным на нем королевским правом Оле и Лизбет приговорили к сожжению; Оле предварительно обезглавили.

В 1670 г., в год суда над Нипенами, другой случай произошел в Кристиансанде. Городской советник Нильс Педерсен, находясь в Копенгагене по делам службы, внезапно жестоко заболел, у него даже отнялся язык, и он решил, что его околдовали. После долгих допросов Карен Снедкерс созналась, что пыталась навредить советнику, сделавшись невидимкой и насыпав мелкой соли ему на одежду. Вместе со своей помощницей Дортс Фудсвик она полетела в Копенгаген и опорожнила спящему советнику в рот целый пузырек какой-то жидкости. Обернувшись вороном, она закапывала в саду городского клерка Йохана Ворма волосы, обрезки ногтей, кости и перья, чтобы его куры дохли. «Волосы она вырывала у своего мальчика, “Белого гуся”, который живет при ней под видом белого жеребчика и на котором она ездит, когда очень спешит куда-то». Свидетелей против нее нашлось множество. На одном из последних слушаний Карен сообщила, что летала, обернувшись вороном, с двумя другими ведьмами поднимать бурю на море с целью потопить корабль советника Педерсена. Одна ведьма уселась на руль, еще две — на борта, но никакого вреда причинить не смогли, потому что Педерсен не расставался с молитвенником. Карен сожгли, а с ней и еще шесть женщин, на которых она указала как на соучастниц.

Возможно, один из последних ведовских процессов в Норвегии, закончившихся вынесением смертного приговора, имел место в области Сондмор в 1680 г. Другой суд произошел в 1684 г. в Йедерене, но о судьбе обвиняемого ничего не известно. Мужчина по имени Ингебригт сознался, что обошел кладбище кругом спиной вперед три раза и тем самым перед лицом дьявола отрекся от христианства. Несколько раз на шабаше в Доврефьельде он играл на барабане двумя телячьими хвостами. Более того, воровал облатки для причастия, чтобы травить скот. Ингебригт назвал нескольких сообщников, но позже отказался от своих обвинений. Его приговорили к костру.

ШВЕЦИЯ

Необычайный случай ведовства в Швеции имел место в Море, провинция Далекарлия, в 1669 г.

В результате удивительнейшего происшествия в истории ведовства расстались с жизнью 85 человек, которые якобы соблазном завлекли три сотни детей летать по ночам на Блокулу. «Разве не ясно, — писал скептически настроенный епископ Фрэнсис Хатчинсон, — что родители до того запугали своих детей всякими россказнями, что те уснуть не могли без того, чтобы им не привиделся во сне дьявол, а потом заставили каких-то бедных женщин сознаться в том, что говорили про них дети?»

Заявление о том, что дьявол «подчинил своей власти» несколько сот детей и что его «видели, когда он в доступном глазу обличье разгуливал по стране», положило начало расследованию в августе 1669 г. Гром грянул 5 июля 1668 г., когда пастор из Эльфсдейла, в Далекарлии, сообщил, что Эрик Эриксен, 15 лет, обвинил Гертруду Свенсен, 18 лет, в том, что она украла несколько ребятишек и перенесла их к дьяволу. Другие женщины, обвиненные в аналогичных поступках, все как одна заявили о своей невиновности, кроме одной старухи, которой был тогда 71 год.

Интерес к этому делу все возрастал, и к маю 1669 г. король Карл XI назначил комиссию, которая должна была привести обвиняемых к покаянию посредством молитв, без тюремного заключения и пыток. Но молитвы только способствовали разрастанию массовой истерии, и когда королевская комиссия собралась впервые 13 августа 1669 г., 3000 человек пришли послушать проповедь и помочь следователям. На следующий день, выслушав рассказы детей, члены комиссии обнаружили 70 ведьм. Двадцать три сознались без принуждения, после чего в течение двух недель были осуждены и сожжены; еще 47 отправили в Фалун, где их сожгли позже. Кроме того, на костер попали и 15 ребятишек; вину еще 36 детей в возрасте от 9 до 15 лет определили как не столь серьезную, и в качестве наказания они должны были всего лишь пройти сквозь строй; 20 других, «не столь склонных» к ведовству по причине своей молодости (младше 9 лет), должны были «стегать розгой по ладоням три воскресенья подряд перед церковной дверью; также и вышеупомянутые 36 должны были подвергаться такому же наказанию розгой раз в неделю на протяжении всего года».

25 августа, «в яркий славный день, когда вовсю светило солнце», через 12 дней после того, как комиссия приступила к своей деятельности, состоялась массовая казнь осужденных. Прежде чем взойти на костер, все ведьмы должны были признать истинность обвинений, выдвинутых против них детьми. «Сначала большинство из них, не пролив и слезинки, яростно все отрицали, хотя и против собственной воли и желания». Когда их стали допрашивать поодиночке, большинство «продолжали упорствовать в своих отречениях».

Основания для этого легализованного массового убийства распадались на три основные категории: полеты на шабаш; участие в шабашах; предполагаемая порча.

Ведьмы переносили одетых в красное или синее детей по воздуху на козлах, на палках или даже спящих людях! Они вылетали в окна, из которых дьявол вынимал предварительно стекла. Если дети потом раскаивались и называли имена ведьм, то их били, но «следов от ударов судьи не видели… и тогда ведьмы объяснили, что они быстро проходят».

Местом сбора была Блокула, «прекрасный большой луг, которому конца не видно. Перед домом, где они собирались, стояли разрисованные разными цветами ворота; через них все попадали на луг, не тот, на котором оставались животные, а другой, внутренний».

В этой сказочной стране справлялись, однако, дьявольские церемонии, которые состояли из семи актов:

1. Отречение от Бога, для чего нужно было порезать палец и написать кровью свое имя в книге дьявола.

2. Крещение дьяволом.

3. Клятва верности. Ведьмы бросали в воду пружинки от часов с такими словами: «Как эти пружинки никогда больше не вернутся в часы, из которых они взяты, так и моя душа никогда не вернется на небеса».

4. Пир. В меню входили: «бульон с беконом, овсянка, хлеб с молоком, маслом и сыром».

5. Танцы, которые кончались «дракой всех со всеми».

6. Музыка и совокупления.

7. В конце все строили дом, где ведьмы должны были укрыться в день Последнего Суда, но стены все время падали.

Ведьмы обещали дьяволу творить зло, которое сводилось, однако, к обыкновенной порче. Это мрачное повествование оживляет одна забавная деталь: один свидетель рассказывал о своих головных болях.

Священник из Эльфсдейла сообщил, что, по его мнению, однажды ночью ведьмы собирались прямо у него на макушке, почему у него так долго и неотступно болела голова. Одна ведьма даже созналась, что дьявол точно послал ее мучить этого священника и велел ей взять железный гвоздь и вбить ему в макушку, но гвоздь никак не входил, отсюда и головная боль.

Как и следовало ожидать, ни одна ведьма не в состоянии была совершить ничего из того, что им приписывали, но у тех, кто верил в ведовство, на все готов был ответ: «Господа члены комиссии со всей честностью и усердием пытались убедить их продемонстрировать какие-нибудь из своих фокусов, но без пользы; все как одна признали, что с тех пор, как они раскаялись в своих преступлениях, их ведовская сила исчезла».

Следствие действовало в соответствии с законами Карла IX от 1608 г. и Густава Адольфа от 1618 г., которые предусматривали попытки отравления и порчи в том числе. Обвинения в колдовстве должны были подтвердить 6 свидетелей, обвиняемому предоставлялось право оправдаться, если 12 человек со стороны защиты либо столько же уважаемых свидетелей его поддержат или найдутся люди, которые засвидетельствуют его добрую репутацию.

Из Моры истерия перекинулась через Норланд на две провинции Финляндии, где говорили по-шведски, а в 1675 г. достигла Стокгольма. Здесь она наконец остановилась, когда молодой доктор Урбан Хьярне убедительно доказал, что безумие держалось на болезненном воображении, путаных полусумасшедших мыслях или чистом злопыхательстве и желании привлечь к себе внимание. Даже образованные люди, которые пали жертвой либо галлюцинаций, либо давления со стороны, оказались втянуты в эту историю: школьный учитель, впоследствии декан Моры, настойчиво утверждал, что дьявол переносил его на остров Блакула (Блокула), а профессор из Уппсалы по имени Лундий и асессор Андерс Стьернхок верили, будто дьявол являлся им трижды за одну ночь.

Любопытным эпилогом к делу ведьм Моры стал случай, когда 60 лет спустя тринадцатилетняя норвежская девочка Сири Йоргенсдоттир повторила подробности этой истории и обвинила нескольких старух в ведовстве. Нельзя сказать, услышала ли Сири эту историю непосредственно от своей бабки, которую она выдала потом за ведьму и которая, без сомнения, знала о шведской мании, оказавшей в свое время влияние на всю Скандинавию, или же девочка узнала об этом из какой-нибудь книги историй или проповеди. Судьи, однако, отметили, что описание Сири в точности совпало с тем, которое приводится в рассказах о ведьмах Моры и Эльфсдейла.

Судьи направили девочку к декану и священнику для осмотра. Те поверили всему, что она им наговорила, однако епископ и губернатор оказались не столь легковерны, и во второй раз дело до суда так и не дошло.

Отчет декана и священника

Сири рассказала им, что когда ей было семь, бабка привела ее в свинарник, где намазала свинью какой-то мазью из рожка, после чего они обе взобрались на нее и, пролетев немного по воздуху, оказались в месте, которое ее бабка назвала Блаакуллен. По пути туда они повстречали троих мужчин, одетых в черное, которых бабка назвала «дедушкиными мальчиками». В Блаакуллене они оставили свинью на улице, а сами вошли в дом и сели за стол рядом с дьяволом, которого бабка называла «дедушкой». Им подали сливочный пудинг, масло, сыр, хлеб, рыбу свежую и вяленую, а также пиво. Столов было семь, и за каждым сидели люди. После еды гости принялись бросать друг в друга кусками хлеба. Затем в полу распахнулся люк и оттуда вырвалось синее пламя, в котором маленькие человечки двигались и что-то пищали. Дьявол, весь в черном и в черной шляпе, сидел за главным столом. Вокруг его пояса была обмотана железная цепь, которую он не переставал пилить, но стоило ему распилить одно звено, как оно тут же срасталось вновь. Дьявол все время разговаривал с людьми, и, когда он поговорил с ее бабкой, они полетели домой…

В канун прошлого Нового года Сири с бабкой вновь летала в Блаакуллен. Они пировали, как и раньше, но на этот раз дьявол оставил у нее на мизинце отметину. Происходила эта процедура так: дьявол надрезал кончик ее пальца ножом, высосал оттуда немного крови и написал ею имя девочки в большой книге, после чего укусил ее за правое ухо. У нее на пальце есть заметный шрам, и те места ее тела, где дьявол сделал надрез и укусил ее, нечувствительны к боли.

Затем, после недолгой болезни, ее бабка умерла. Пока она болела, она передала девочке деревянную емкость с мазью, которую дал ей дьявол, чтобы она могла полететь в Блаакуллен в канун Троицы вместе с Анной Хольстенстад и Горо Браенден. После бабкиной смерти девочка переехала жить к дяде. Вскоре после этого тетка обнаружила мазь и сожгла ее вместе с метлой, на которой девочка летала. Перед этим девочка поделилась секретом с двумя подружками, которые рассказали об этом тетке. Тогда дядя повел ее к декану. Трижды пособники дьявола приходили говорить с ней, каждый раз поодиночке. Первый просил ее сохранить все в тайне, второй и третий грозились оторвать ей голову, так как она все выболтала… Она рассказала также, что видела, как ее бабка втыкала в стену нож, привязывала к нему три веревки, которые дал ей дьявол, и доила любую корову в округе, какую хотела.

И наконец, она сообщила, что летом к ней приходила Анна Хольстенстад и запретила рассказывать что-нибудь под угрозой потери здоровья.


Дата добавления: 2015-01-19; просмотров: 11; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.01 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты