Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Глава 78. Цена бесценного. Прелюдия: Жульничество 1 страница




Читайте также:
  1. A XVIII 1 страница
  2. A XVIII 2 страница
  3. A XVIII 3 страница
  4. A XVIII 4 страница
  5. ANDREW ELIOT’S DIARY 1 страница
  6. ANDREW ELIOT’S DIARY 2 страница
  7. ANDREW ELIOT’S DIARY 3 страница
  8. ANDREW ELIOT’S DIARY 4 страница
  9. ANDREW ELIOT’S DIARY 5 страница
  10. Bed house 1 страница

Суббота, 4 апреля 1992 года.

Мистер и миссис Дэвис выглядели довольно нервно. Они сидели в особой ложе на квиддичном стадионе Хогвартса, но сегодня из мягких кресел открывался вид не на летающие мётлы, а на гигантский квадрат из чего-то, похожего на пергамент. На большой белой пустоте вскоре появятся окна, через которые будут видны трава и солдаты. Но сейчас там было лишь отражение серого пасмурного неба. (Судя по всему, вскоре разразится буря, хотя маги-синоптики обещали, что дождь начнется не раньше наступления темноты.)

По древней традиции Хогвартса всяким там родителям следовало держаться подальше — примерно по тем же причинам, по которым нетерпеливым детям говорят выйти из кухни и не путаться под ногами. Учитель встречался с родителями, только если он считал, что те ведут себя как-то неправильно. Нужны были исключительные обстоятельства, чтобы администрация Хогвартса подумала, что она должна перед вами оправдываться. Грубо говоря, в каждом конкретном случае на стороне администрации Хогвартса были восемьсот лет выдающейся истории, которых не было у вас.

Поэтому мистер и миссис Дэвис настаивали на аудиенции у заместителя директора МакГонагалл с определённым трепетом. Было трудно набраться надлежащего чувства возмущения, чтобы противостоять той же почтенной ведьме, которая двенадцать лет и четыре месяца назад назначила вам обоим двухнедельные отработки, застукав за актом зачатия Трейси.

С другой стороны, набраться храбрости мистеру и миссис Дэвис помог экземпляр «Придиры», которым они сердито размахивали. Передовица журнала ярким жирным шрифтом вещала на весь мир:

СОГЛАШЕНИЯ С ПОТТЕРОМ?
БОУНС, ДЭВИС, ГРЕЙНДЖЕР
В ЛЮБОВНОМ ПРЯМОУГОЛЬНИКЕ СТРАХА

И таким образом мистер и миссис Дэвис пробили себе дорогу в преподавательскую ложу на трибунах квиддичного стадиона Хогвартса, откуда открывался прекрасный вид на экраны, установленные профессором Квирреллом, и теперь они могли своими глазами увидеть «Что за чертовщина происходит в этой школе, простите за выражение, заместитель директора МакГонагалл!»

Место слева от мистера Дэвиса занимал ещё один обеспокоенный родитель — беловолосый мужчина в элегантной чёрной мантии непревзойдённого качества. Некий Люциус Малфой — политический лидер сильнейшей фракции Визенгамота.



Слева от лорда Малфоя, с презрительной ухмылкой на покрытом шрамами лице сидел аристократ, которого Дэвисам представили как лорда Джагсона.

Ещё левее расположился пожилой, но обладающий пронзительным взглядом тип по имени Чарльз Нотт, который, по слухам, был почти так же богат, как лорд Малфой.

Справа от миссис Дэвис можно было обнаружить прелестную леди и ещё более привлекательного лорда Благородного и Древнейшего Дома Гринграсс. Молодые по меркам волшебников лорд и леди были одеты в серые шёлковые мантии, на которых крошечными тёмными изумрудами были вышиты травинки. После того как её мать удивительно быстро удалилась от дел, леди Гринграсс считалась одним из самых влиятельных независимых членов Визенгамота. А её очаровательный супруг входил в совет попечителей Хогвартса, хотя его род сам по себе не был благородным или богатым.

Справа от них сидела старая ведьма с квадратной челюстью, чрезвычайно сурового вида, которая пожала руки Дэвисам без малейшего намёка на высокомерие. То была Амелия Боунс, директор Департамента Магического Правопорядка.

Место справа от Амелии Боунс занимала пожилая женщина, которая когда-то потрясла мир моды магической Британии, использовав в качестве украшения своей шляпы живого грифа. Некая Августа Лонгботтом. Она не носила титул «леди», но тем не менее, фактически, именно она являлась главой семьи Лонгботтомов до тех пор, пока последний наследник не достигнет совершеннолетия. Мадам Лонгботтом считалась важной фигурой в одной из небольших фракций Визенгамота.



А сбоку от неё сидел не кто иной как Верховный чародей Визенгамота и председатель Международной Конфедерации Магов, директор Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, знаменитый победитель Гриндевальда, алхимик, заново открывший легендарные двенадцать способов использования драконьей крови, самый могущественный волшебник мира и так далее.

И, наконец, самое крайнее место справа занимал загадочный профессор Защиты, Квиринус Квиррелл, который, словно отдыхая, сидел откинувшись в мягком кресле. Казалось, он чувствует себя совершенно непринуждённо в компании голосующего кворума совета попечителей Хогвартса, который в этот прекрасный субботний день собрался, чтобы узнать, что за чертовщина происходит в Хогвартсе в целом и с Драко Малфоем, Теодором Ноттом, Дафной Гринграсс, Сьюзен Боунс и Невиллом Лонгботтомом в частности. Также в дискуссии часто упоминалось имя Гарри Поттера.

Да, и конечно, нельзя забывать про Трейси Дэвис. Директор Боунс заинтересованно подняла брови, когда молодая чета представилась как её родители. Лорд Джагсон бросил на них быстрый недоверчивый взгляд, презрительно фыркнул и отвернулся. Люциус Малфой поприветствовал их вежливо. Правда, в его улыбке была нотка чёрного юмора, смешанного с жалостью.

Мистер и миссис Дэвис, чьё последнее волеизъявление по сколько-нибудь важному вопросу заключалось в прикосновении палочкой к табличке с именем министра Фаджа, у которых в хранилище в Гринготтсе лежало всего триста галлеонов, которые зарабатывали себе на жизнь, продавая котлы в магазине зелий и зачаровывая омниокуляры соответственно, сидели в мягких креслах, тесно прижавшись друг к другу и не шевелясь. В их головах навязчиво крутилась мысль, что им следовало надеть мантии получше.



Мрачное небо, полностью затянутое тёмно-серыми и светло-серыми облаками, обещало бурю. Но пока ещё не было видно сверкания молний и не было слышно раскатов грома. Лишь угрожающе упало несколько капель дождя.

* * *

Солнечный отряд маршировал по лесу к назначенной им позиции для старта, хотя на самом деле это было больше похоже на неторопливую прогулку — бессмысленно тратить силы ещё до начала битвы. Дул неприятно влажный, хотя и прохладный, апрельский ветер. Впереди, приноравливаясь к скорости их шага, летело и указывало путь жёлтое пламя.

В течение всего их пути по сумрачному лесу Сьюзен Боунс озабоченно оглядывалась на Солнечного генерала. Разнос, устроенный профессором Снейпом, судя по всему, всерьёз подкосил Гермиону. Она даже пропустила официальное заседание штаба Солнечного Отряда, и её можно было понять. Но когда Сьюзен зашла к ней позже, чтобы её поддержать, Гермиона, запинаясь, ответила, что потеряла счёт времени. Это было для неё очень необычно, к тому же она выглядела измученной и напуганной, словно её продержали три дня взаперти в туалетной кабинке наедине с дементором. Даже сейчас, когда Солнечному генералу стоило бы сосредоточиться на предстоящей битве, когтевранка постоянно осматривалась по сторонам с таким видом, будто боялась, что сейчас из кустов выпрыгнут Тёмные волшебники и принесут её в жертву.

— После запрета магловских артефактов у нас стало гораздо меньше вариантов, — кисло сказал Энтони Голдштейн. Подобный тон он использовал, когда хотел подчеркнуть свой показной пессимизм. — У меня была идея трансфигурировать сети и бросать их в противника, но…

— Не пойдёт, — Эрни Макмиллан, который выглядел ещё серьёзнее, чем Энтони, покачал головой. — В смысле, это то же самое, что и кидать проклятия — от них можно увернуться.

Энтони кивнул.

— Именно так я и подумал. Симус, а у тебя есть идеи?

Бывший лейтенант Хаоса, ныне маршировавший вместе со своими новыми товарищами по Солнечному Отряду, до сих пор, судя по его виду, был не в своей тарелке.

— Извините, — ответил свежеиспечённый капитан Финниган. — Я больше по стратегической части.

Я занимаюсь стратегической частью, — безапелляционно заявил Рон Уизли.

— Армий — три, — язвительно вмешалась Солнечный генерал, — то есть мы сражаемся с двумя сразу, поэтому нам нужен больше чем один стратег, поэтому заткнись, Рон!

Рон удивлённо и обеспокоенно посмотрел на своего генерала.

— Эй, — успокаивающим тоном сказал гриффиндорец, — ты не должна позволять Снейпу так на тебя влиять….

— Что по-вашему мы должны делать, генерал? — быстро и очень громко спросила Сьюзен. — Я хочу сказать, на данный момент у нас вообще нет плана.

Заседание штаба провалилось совершенно ошеломляюще — Гермионы не было, а Рон и Энтони одновременно считали, что должны взять на себя командование.

— А нам действительно нужен план? — немного рассеянно отозвалась Солнечный генерал. — У нас есть ты, я, Лаванда, Парвати, Ханна, Дафна, Рон, Эрни, Энтони и капитан Финниган.

— Это… — начал Энтони.

— Довольно неплохая стратегия, — одобрительно кивнул Рон. — У нас сильных солдат столько же, сколько в остальных армиях вместе взятых. У Хаоса остались только Поттер, Лонгботтом и Нотт, ну и Забини, думаю, тоже надо посчитать…

— И Трейси, — заметила Гермиона.

Несколько человек нервно сглотнули.

— Ой, хватит вам, — резко сказала Сьюзен. — Генерал всего лишь подразумевала, что Трейси — закалённый боец ЖОПРПГ.

— И всё-таки, — Эрни с серьёзным видом повернулся к Сьюзен, — думаю, капитан Боунс, вам лучше пойти с той группой, которая будет сражаться с Хаосом. Я знаю, вы можете использовать ваши дважды магические способности только когда невинные в опасности, но… просто на случай, если мисс Дэвис, ну, выйдет из-под контроля и попытается съесть чью-нибудь душу…

— Я с ней справлюсь, — заверила его Сьюзен самым убедительным тоном. Надо сказать, что в данный момент на месте Сьюзен не было метаморфомага, но и Трейси сейчас скорее всего не Дамблдор или кто-нибудь ещё под оборотным зельем.

Капитан Финниган изобразил низкий рокочущий голос:

— Меня тревожит этот недостаток скептицизма, — Симус протянул руку в сторону Эрни, почти соединив при этом указательный и большой пальцы.

Энтони Голдштейн почему-то внезапно закашлялся.

— И что это должно было значить? — спросил Эрни.

— Так иногда говорит генерал Поттер, — ответил капитан Финниган. — Забавно, когда впервые оказываешься в Легионе Хаоса, кажется, что вокруг тебя полное сумасшествие. А через пару месяцев понимаешь, что на самом деле сумасшедшие — все, кто не в Легионе Хаоса…

По-моему, — громко перебил его Рон, — это довольно неплохая стратегия. Мы ничего не трансфигурируем, мы не тратим сил, мы справляемся с тем, что применят они, а затем быстро их выносим.

— Хорошо, — сказала Гермиона. — Так и поступим.

— Но… — Энтони сердито посмотрел на Рона, — генерал, у Гарри Поттера осталось в армии шестнадцать человек. У нас и у Драконов — двадцать восемь. Гарри это знает, он понимает, что ему нужно сделать что-то невероятное…

— Например? — нервно спросила Гермиона. — Если мы не знаем, что он планирует, мы можем сберечь нашу магию для массового Фините. Как мы и должны были сделать в прошлый раз!

Сьюзен мягко тронула Гермиону за плечо.

— Генерал Грейнджер? Думаю, вам стоит немного отдохнуть перед битвой.

Она ожидала, что Гермиона начнёт спорить, но та лишь кивнула и зашагала чуть быстрее, отделяясь от штаба Солнечного Отряда. Когтевранка по-прежнему посматривала в сторону леса и иногда — на небо.

Сьюзен последовала за ней. Если бы она этого не сделала, со стороны это выглядело бы, словно Солнечного Генерала выгнали из собственного штаба.

— Гермиона? — мягко окликнула Сьюзен, когда они отошли подальше. — Тебе надо сосредоточиться. Здесь всем заправляет профессор Квиррелл, не Снейп, и он не позволит, чтобы что-то плохое случилось с тобой или кем-нибудь ещё.

— Не в этом дело, — дрогнувшим голосом ответила Гермиона. — Дело совсем не в этом, капитан Боунс.

Девочки зашагали ещё быстрее. Они обходили кругом своих солдат, осматривая строй и поглядывая на окружающие деревья.

— Сьюзен? — тихо заговорила Гермиона, когда они оказались вдалеке от всех остальных. — Как ты думаешь, Дафна права? Драко Малфой что-то замышляет?

— Да, — совершенно без раздумий ответила Сьюзен. — Можешь не сомневаться. Ведь в его имени есть буквы М, А, Л, Ф, О, а также И краткое.

Гермиона огляделась по сторонам, словно пытаясь убедиться, что никто за ними не наблюдает — хотя это безусловно был прекрасный способ привлечь к себе внимание.

— Может Малфой стоять за тем, что сделал Снейп?

— Снейп может стоять за Малфоем, — задумчиво ответила Сьюзен, вспомнив разговоры за обедом, которые она слышала у тёти, — а Люциус Малфой может стоять за ними обоими.

От последней мысли у Сьюзен самой по спине слегка побежали мурашки. Внезапно совет просто сосредоточиться на предстоящей битве, который она дала Гермионе, показался намного менее разумным.

— А что, у тебя появились какие-то улики?

Гермиона покачала головой.

— Нет, — по голосу казалось, что она сейчас расплачется. — Я просто… размышляла. И всё.

* * *

В лесу близ Хогвартса, в назначенном месте, куда привело их красное пламя, под серыми небесами стояли и ждали генерал Драконов и его армия.

По правую руку от Драко стояла Падма Патил, его заместитель, которая однажды руководила всей Армией Драконов, пока он был без сознания. За его спиной был Винсент из Крэббов — семьи, которая с незапамятных времён служила Малфоям. Мускулистый мальчик был настороже, как и всегда, вне зависимости от того, была то битва или нет. Чуть дальше позади, рядом с одной из двух мётел, выданных Армии Драконов, стоял Грегори из Гойлов . Хоть Гойлы и не служили Малфоям столь же долго, как Крэббы, но их служение было не менее безупречно.

По левую руку сегодня стоял Дин Томас из Гриффиндора, грязнокровка или, возможно, полукровка, который ничего не знал о своём отце.

Драко был уверен, что Гарри умышленно определил Дина Томаса в Армию Драконов. К Драконам попали ещё три бывших легионера Хаоса, и все трое коршунами следили — не нанесёт ли Драко их бывшему лейтенанту хоть малейшую обиду.

Кто-то назвал бы это диверсией, но Драко знал в чём дело. Гарри также отдал лейтенанта Финнигана в Солнечный Отряд, хотя профессор Квиррелл постановил, что Гарри должен отдать только одного лейтенанта. Это тоже был намеренный ход, который ясно говорил, что Гарри не воспользовался случаем, чтобы избавиться от самых нелюбимых бойцов.

С одной стороны, Драко было бы гораздо легче завоевать верность своих новых солдат, если бы они думали, что Гарри посчитал их ненужными. С другой… ну, это было нелегко выразить словами. Гарри отдал ему хороших солдат, не задев их гордость, но это было не всё. Гарри проявил доброе отношение к своим солдатам, но и это было не всё. Гарри не просто играл честно, он поступал так… что его действия невозможно было не сравнивать с тем, как играют в Слизерине.

Поэтому Драко не нанёс мистеру Томасу ни малейшей обиды, напротив — поставил рядом с собой, и тот теперь подчинялся лишь Драко и Падме и более никому. Драко объявил мистеру Томасу и всем остальным, что это испытание, а не повышение. Мистер Томас должен будет показать, что он достоин такого ранга в Армии Драконов — ему дан шанс и оценка будет справедливой. Во время церемонии мистер Томас выглядел очень удивлённым (насколько знал Драко, в Легионе Хаоса подобных формальностей не придерживались), но, выслушав речь нового командира, гриффиндорец чуть сильнее расправил плечи и кивнул.

Затем, после того, как мистер Томас достаточно хорошо показал себя на одной из тренировок Армии Драконов, его пригласили на мероприятие по разработке стратегии в огромный штаб Армии Драконов. Спустя несколько минут после начала мероприятия Падма как бы ненароком поинтересовалась, есть ли у мистера Томаса идеи, как победить Легион Хаоса.

Гриффиндорец весело отозвался, что Гарри предвидел, что генерал Малфой попросит одного из своих солдат спросить его об этом, и что Гарри просил передать, что генерал Малфой должен спросить самого себя — в чём может заключаться его относительное преимущество — что Драко Малфой должен сделать, или что Армия Драконов должна сделать, чтобы Легион Хаоса не смог ничего этому противопоставить, а затем попробовать использовать это преимущество в полной мере. Дин Томас понятия не имел, что бы это могло быть, но если у него появятся идеи, как побить Хаос, он ими поделится. В конце концов так ему приказал Гарри.

Эхх, — подумал Драко, поскольку не мог вздохнуть вслух. Но это был хороший совет, и Драко воспользовался им. Он сел за стол в своей спальне, взял перо и пергамент и выписал всё, что могло бы стать относительным преимуществом.

И, к его собственному удивлению, у него появилась идея. Настоящая. Вообще-то даже целых две.

Разнёсшийся над лесом гулкий звон колокола показался как никогда зловещим. В тот же миг два пилота крикнули «Вверх!», вскочили на мётлы и устремились в серое небо.

* * *

Мистер и миссис Дэвис уже слегка опирались друг на друга — нервное напряжение отняло у них слишком много сил. На огромном белом экране перед ними появились три больших окна, словно в нём прорезали дыры, через которые можно было увидеть лес и три армии на марше. Меньшие окна показывали шестерых всадников на мётлах. В углу пергамента изображался лес в целом, светящиеся точки обозначали армии и разведчиков.

Окно к Солнечным показывало, как генерал Грейнджер и её капитаны шагают в центре Солнечного отряда под защитой щитов Контего, поддерживаемых другими учениками. Профессор Квиррелл пояснил, что Солнечный отряд прекрасно осведомлён, что у них намного больше опытных бойцов, и потому защищает этих бойцов от внезапного нападения. А в остальном, Солнечные уверенно двигались вперёд, сохраняя силы.

Солдаты в армии генерала Малфоя — по крайней мере те, у кого были хорошие оценки по трансфигурации — подобрали листья и трансфигурировали их… ну, если посмотреть на Падму Патил, которая почти закончила свою работу, то можно было увидеть, что её лист, похоже, превратился в перчатку на левую руку со свисающим ремешком. (Окно приблизило изображение.)

Мрачно смотревший на экран лорд Джагсон заговорил:

— Что делает ваш сын, Люциус? — его голос сочился надменностью.

Ведьма-иностранка, стоящая справа от Драко Малфоя, уже закончила трансфигурировать свою перчатку и поднесла её генералу Драконов, словно жертву.

— Я не знаю, — спокойным, но не менее аристократическим тоном ответил Люциус Малфой, — но я верю, у него на это есть веские причины.

Падма надела перчатку на левую руку, затянула ремешок и протянула руку в перчатке Драко Малфою. Вся Армия Драконов остановилась. Генерал Малфой несколько раз глубоко вздохнул, поднял палочку, чётко выполнил последовательность из восьми движений и выкрикнул:

Коллопортус!

Воин Драконов вскинула руку в перчатке, сжала её в кулак и коротко поклонилась Драко Малфою. Тот ответил более лёгким поклоном, но при этом его немного покачнуло. Падма вернулась на своё место справа от Драко, и Драконы зашагали снова.

— Ну хорошо. Не мог бы кто-нибудь объяснить, что происходит? — поинтересовалась Августа Лонгботтом.

Амелия Боунс, не отрывая взгляда от экрана, слегка нахмурилась.

— По той или иной причине, — насмешливо ответил профессор Квиррелл, — наследник Малфоев, судя по всему, способен использовать удивительно сильную магию для первокурсника. Несомненно, дело в чистоте его крови. Уверен, добрый лорд Малфой не стал бы открыто нарушать законы о колдовстве несовершеннолетних, обеспечивая своего сына палочкой до принятия в Хогвартс.

— Я бы посоветовал вам быть осторожнее с намёками, Квиррелл, — холодно прервал его Люциус Малфой.

— О, конечно, — отозвался профессор Квиррелл. — Заклинание Коллопортус нельзя снять с помощью Фините Инкантатем, для этого требуется заклинание Алохомора равной силы. До тех пор зачарованная таким образом перчатка неуязвима для умеренных физических воздействий и будет блокировать усыпляющее и оглушающее проклятья. И, поскольку ни мистер Поттер, ни мисс Грейнджер не в состоянии применить достаточно мощное противозаклинание, такие чары неодолимы на этом поле боя. Изначально это заклинание служит для других целей, и мистера Малфоя ему научили, чтобы он мог ускользнуть от врагов. Но, судя по всему, мистер Малфой учится творческому подходу.

Пока профессор Защиты говорил, осанка Люциуса Малфоя становилась всё более царственной. Теперь он сидел совершенно прямо и держал голову ощутимо выше, чем раньше. В его голосе зазвучала тихая гордость:

— Он будет самым великим лордом Малфоем из всех, кто носил это имя.

— Сомнительное достижение, — буркнула себе под нос Августа Лонгботтом.

Амелия Боунс усмехнулась. На какую-то крошечную роковую долю секунды усмехнулся и мистер Дэвис, но тут же осёкся, и смех превратился в странный булькающий звук.

— Полностью согласен, — было неясно, к кому обратился профессор Квиррелл. — К несчастью, творческий подход для мистера Малфоя ещё в новинку, и потому он совершил классическую ошибку когтевранца.

— Какую же именно? — голос Люциуса Малфоя опять превратился в лёд.

Профессор Квиррелл откинулся на спинку скамьи, бледно-голубые глаза на секунду расфокусировались, и изображение в одном из окон сместилось и увеличилось, показав капли пота, выступившие на лбу Драко Малфоя.

— Идея показалась настолько прекрасной, что мистер Малфой полностью упустил из виду некоторую её непрактичность.

— Нельзя ли объяснить поподробнее? — спросила леди Гринграсс. — Не все здесь эксперты в подобных… делах.

— У них появится искушение ловить проклятья, от которых мудрее было бы увернуться, — бесстрастно сказала Амелия Боунс. — Особенно, если на тренировку этого навыка у них было мало времени. И к тому же такое количество заклинаний утомит их самого сильного бойца.

Профессор Квиррелл обозначил кивок в сторону директора ДМП.

— Совершенно верно, мадам Боунс. Мистер Малфой — новичок в искусстве поиска идей. Поэтому, найдя одну, он гордится уже этим. Пока у него недостаточно идей, чтобы решительно отбрасывать те, что в некоторых отношениях прекрасны, но в других — непрактичны. У него нет уверенности в том, что он сможет придумать идеи лучше, когда они ему понадобятся. Боюсь, то, что мы видим, не лучшая идея мистера Малфоя, а его единственная идея.

Лорд Малфой молча повернулся обратно к экранам, словно профессор Защиты исчерпал своё право на существование.

— Но… — заговорил лорд Гринграсс, — во имя Мерлина, что Гарри Поттер…

* * *

Шестнадцать оставшихся солдат Легиона Хаоса — или скорее пятнадцать плюс Блейз Забини — уверенно маршировали по лесу, их обувь глухо стучала по ещё сухой земле. Их камуфляжная форма смешивалась с лесом даже больше обычного — все цвета растворились в оттенках пасмурного дня.

Шестнадцать легионеров Хаоса против двадцати восьми воинов Драконов и двадцати восьми солдат Солнечных.

Солдаты Хаоса единогласно пришли к мнению, что при настолько плохих шансах практически невозможно проиграть. В конце концов, в таких условиях генералу Хаоса придётся устроить нечто особенно впечатляющее.

Судя по всему, все теперь считали, что Гарри способен вытаскивать чудеса из шляпы всегда, когда это ему потребуется. В этом было что-то кошмарное. Получалось, что если ты не можешь сделать невозможное, ты разочаровываешь своих друзей и не используешь свой потенциал…

Гарри не стал беспокоить профессора Квиррелла жалобами на «слишком большое давление». Его мысленная модель профессора Защиты предсказывала, что тот будет выглядеть изрядно раздражённым и скажет — помимо прочего — «Вы прекрасно способны решить эту задачу, мистер Поттер. Вы хотя бы пробовали?» и после этого снимет несколько сотен баллов Квиррелла.

Сверху, где две метлы наблюдали за их продвижением, раздался звонкий крик Тессы Уолш:

— Свой!

И через мгновение:

— Пряник!

Несколько секунд спустя к отряду подбежала солдат, взявшая себе кодовое имя «Пряник», слегка вспотевшая от пробежки к дубу, который заметил Невилл, и обратно на холодном, но влажном воздухе. В горстях она несла жёлуди. Пряник подскочила к Шэннон, которая держала в руках форменную рубашку с завязанным горлом, чтобы не трансфигурировать сумку. Когда Пряник попыталась бросить жёлуди в импровизированную сумку, Шэннон хихикнула и отдёрнула рубашку вправо, а затем, когда Пряник предприняла вторую попытку, — влево. Наконец, после резкого окрика «Мисс Фридман!» от лейтенанта Нотта, Шэннон вздохнула и прекратила дурачиться. Пряник бросила свои жёлуди в рубашку и побежала за следующей порцией.

Где-то на заднем плане Элли Найт распевала собственную версию марша Легиона Хаоса и примерно половина солдат пытались под неё шагать, хотя и не знали мотива. Неподалёку Нита Бердин, у которой были высокие оценки по трансфигурации, закончила создавать ещё одну пару зелёных очков, и вручила их Адаму Берингеру, который сложил их и убрал в карман своей формы. Некоторые солдаты, несмотря на пасмурный день, уже надели собственные зелёные очки.

Можно было предположить, что всему этому есть чрезвычайно сложное и интересное объяснение, и попасть в точку.

Двумя днями ранее, в промежутке между уроками и обедом, Гарри сидел посреди книжных полок в уютном кресле-качалке, которое он приобрёл для подвального уровня своего сундука, и размышлял о силе.

Чтобы шестнадцать солдат Хаоса победили двадцать восемь Солнечных и двадцать восемь Драконов, их надо как-то усилить. Есть пределы тому, чего можно достичь манёвром. Должно существовать какое-то тайное оружие, и оно должно сделать их непобедимыми. Ну или по крайней мере достаточно неостановимыми.

Магловские артефакты теперь, после министерского эдикта, в учебных битвах Хогвартса оказались вне закона. Можно было найти какое-то умное и необычное заклинание, но проблема заключалась в том, что армия вдвое большего размера грубой силой заклинания Фините справится практически с чем угодно. Солнечный отряд не додумался до этой тактики в случае с трансфигурированными кольчугами, но после того, как на это указал профессор Квиррелл, никто больше не допустит такую ошибку. И как грубое противозаклинание, Фините Инкантатем требует по меньшей мере столько же магии, сколько нужно на отменяемое заклинание… что в условиях значительного численного перевеса противника выводит военную задачу на совершенно новый уровень. С помощью Фините враг может покончить со всем, что вы используете, и у него останется ещё достаточно магии на щиты и залпы усыпляющими заклинаниями.

Если, конечно, не применить какое-нибудь колдовство, в котором будут задействованы силы, лежащие за пределами возможностей первокурсника Хогвартса. Что-нибудь слишком мощное для вражеского Фините.

Поэтому Гарри спросил Невилла, не слышал ли тот о каких-нибудь маленьких, безопасных ритуалах с жертвоприношениями…

А затем, когда вопли и крики поутихли, когда Гарри оставил спор о Нерушимых Клятвах и просто принял как данность, что с позиции взаимоотношений с общественностью эта идея неприменима, он осознал, что ему не нужны ритуалы. На обычных уроках в Хогвартсе их учили колдовству, в котором задействовались силы, превышающие их собственные.

Иногда, даже глядя на что-то в упор, невозможно понять, на что ты смотришь, пока не задашь совершенно конкретный вопрос…

Защита. Чары. Трансфигурация. Зелья. История магии. Астрономия. Полёты на мётлах. Травоведение…

— Враг! — раздался крик сверху.

* * *

К счастью, Невилл Лонгботтом совершенно не представлял, что за ним наблюдает его бабушка. Иначе он бы постеснялся выкрикивать изо всех сил страшные боевые кличи, которые он издавал в трёхсекундных промежутках между Люминосами. Невилл висел на хвосте у Грегори Гойла и ракетой мчался за ним сквозь густой лес.

(— Но… — Августа Лонгботтом была изумлена чуть ли не больше, чем обеспокоена. — Но Невилл боится высоты!)

(— Не все страхи вечны, — сказала Амелия Боунс, оценивающе наблюдая за происходящим на широком экране перед ними. — Или он нашёл в себе храбрость. Итог в целом один и тот же.)

Красный отблеск…

Невилл уклонился — еле-еле разминувшись с деревом, но всё же уклонился. А потом каким-то образом сумел увернуться почти от всех веток, прежде чем они ударили его по лицу.

Метла мистера Гойла уходила в отрыв всё дальше и дальше — их мётлы были одинаковы, и мистер Гойл весил больше, но у Невилла всё равно не получалось его догнать. Поэтому Невилл притормозил, подал назад, направил метлу к лесу и поспешил обратно, туда где всё ещё маршировал Легион Хаоса.

Через двадцать секунд — это была недолгая погоня, но захватывающая — Невилл уже был среди своих друзей из Хаоса и слез с метлы, чтобы немного пройтись по земле.

— Невилл, — не глядя в его сторону, сказал генерал Поттер, — я же говорил, Невилл, ты не должен…

Гарри осторожно двигался сквозь лес с палочкой, по-прежнему прижатой к почти законченному объекту, который он медленно трансфигурировал. Позади него Блейз Забини, похожий на бредущего инфернала, работал над меньшей копией того же объекта.

— Нет, должен, — отозвался Невилл. Он посмотрел на свои пальцы, сжимающие метлу, и заметил, что дрожат и пальцы, и вся рука. Но после дуэльных занятий с мистером Диггори, ежедневно по часу в день, а потом ещё часа самостоятельного обучения прицеливанию, Невилл, вероятно, стрелял с метлы лучше всех в Хаосе, (если, конечно, кто-нибудь ещё не занимался таким же образом) пусть и не был самым лучшим наездником.


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 5; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.041 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты