Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Антарктида или пять часов, изменившие жизнь.




Читайте также:
  1. А. Журба Не плачь обо мне, Антарктида!
  2. Антарктида
  3. Антарктида и Кротовая нора
  4. Антарктида осталась за кормой
  5. Глава 5: Серьезней некуда! Решающая борьба за жизнь.
  6. Жизнь.Свойства живого. Уровни организации живого
  7. КУЛЬТУРНАЯ ЖИЗНЬ. УЧРЕЖДЕНИЯ КУЛЬТУРЫ
  8. Он чувствовал себя так, будто ему предстояло сдать невероятно сложный экзамен, от которого практически будет зависеть не его ДАЛЬНЕЙШАЯ жизнь. А просто - жизнь.
  9. Особенности материка Антарктида.

Снежная пустыня. Тишина и безмолвие. Тяжёлые свинцовые тучи закрывают всё небо, но здесь отнюдь не темно из-за белизны снега. Но эту картину призвана разрушить яркая и искрящаяся зелёным воронка земного моста.

На белый снег спрыгивает Лана, а за ней Фокс.

– Тебе теперь и маскировка не нужна! – смеётся бот. – Тебя всё равно не видно.

Он прав – белоснежный корпус Ланы сливается со снегом, только ярко-синие полоски да светло-зелёная оптика выдают её присутствие. Про себя фем недовольно отмечает, что здесь стоит жуткий холод.

– Ты не забыл, зачем мы здесь? – спрашивает она.

– Нет, не забыл. Пошли.

Их задание невероятно важно выполнить. Ретчет и Серена засекли радиомаяк автоботов, сигнализирующий наличие ещё одного артефакта на Земле.

Фокс идёт вперёд, сверяясь с устройством слежения. Вскоре оказывается, что они не первые, кто отправился по сигналу. На заснеженной равнине ярко выделяется красный, блестящий полировкой корпус Нокаута, медика десептиконов. Рядом с ним отряд вехиконов со специальным оборудованием пытается извлечь артефакт.

– Ого, да мы здесь не первые! – восклицает бот. – Подождём, пока они его достанут или нападём сейчас?

– Подождём, – отвечает Лана.

Начинается метель. Она сильно понижает видимость, поэтому автоботы решают подобраться поближе, замаскировавшись.

– Ну что так долго! – возмущается Нокаут. – У меня уже энергон застывает!

– Он в своём репертуаре, – шёпотом замечает Лана.

– Точно, – соглашается Фокс.

Десептиконы тем временем прекращают бурить лёд и отходят, давая Нокауту взглянуть на полярную находку. Лана и Фокс одновременно переглядываются друг с другом. Фем исчезает из вида – она вновь пользуется своими способностями. Слышится характерный звук трансформации – видимо, Лана активировала виброклинки. Фокс не отстаёт от напарницы, он тоже маскируется и идёт в атаку.

Нокаут получает сильный удар в спину и, не удержав равновесия, падает в снег.

– Что за?.. – он переворачивается на спину и тут же чувствует что-то острое у себя на шее.

– Уходи подобру-поздорову, пока я тебя не прикончила, десептикон! – на последнем слове Лана делает ударение и старается вложить в него всю ненависть и презрение, которые испытывает по отношению к враждебной расе.



– Кто ты? – еле слышно лепечет док.

– Мортал Темпрест, если тебе это что-то скажет.

Нокаут ещё во время войны слышал о загадочной Мортал Темпрест, это был своеобразный ужастик на Кибертроне. Действовавшая тихо и незаметно, не оставлявшая после себя следов и скорая на расправу невидимка носила это имя, в переводе означающее “смертельная буря”. Но в конце войны она бесследно исчезла. Шоквейв, конечно, догадывался, что Мортал Темпрест – Лана, но не смел в этом признаться, потому что неминуемая расправа ждала его, если Мегатрон проведал бы об этом.

Медика захлестывает страх, неподдельный ужас. Он боится одного этого имени, а теперь сама невидимка стоит перед ним. То есть не перед ним, а на нём.

Фокс пользуется тем, что Лана отвлекает десептиконов – он застаёт их врасплох своей атакой и забирает артефакт.

– С-согласен, – выдавливает из себя Нок и чувствует, что таинственная Мортал Темпрест освобождает его. Но медбот не так прост – он вскакивает на ноги, активирует циркулярную пилу и со свистом рассекает ей воздух в том месте, где, по его предположениям, находится невидимка.

– Не достанешь, – слышится насмешливое за его спиной. Нокаут поворачивается, и невидимый клинок царапает его обожаемую краску.



– Моя краска!!! – орёт медик. – Ты за это ответишь!

Он начинает ещё интенсивнее размахивать своей пилой, но цель ускользает от него. Отчаявшись причинить вред Мортал Темпрест, он осматривается по сторонам. Его взору предстает такая картина: полный разгром, трупы вехиконов и … отсутствие артефакта! Нокаут вне себя от бешенства, но что он может поделать! Лана и Фокс не оставили никаких следов.

* * *

Когда они отходят на достаточное расстояние, Лана вновь становится видимой.

– Отличная работа, Мортал Темпрест! – восклицает Фокс.

– Для тебя просто Лана, – улыбается фем.

– Нам нужен земной мост, – по каналу связи говорит бот.

– Направляю в ваши координаты, – отвечает Ретчет.

Автоботы ждут. Но зелёная сверкающая воронка моста всё не появляется. Через минуту Лана обеспокоенно спрашивает Фокса:

– Что-то случилось?

– Я не знаю, попробуй связаться с кем-нибудь.

– Серена, Ретчет, ответьте! – пытается наладить связь фем.

Но ответом ей тишина.

– База, как слышно? – повторяет она. И опять безрезультатно.

– У них что-то случилось … – растерянно говорит она ему. – Что-то со связью и земным мостом.

Ещё минут пять они безуспешно пытаются связаться с базой.

– Наверно, какая-то поломка, – успокаивает её напарник. – Они исправят и выйдут на связь.

Лана кивает и задумывается о чём-то.

– Лана, ведь ты можешь … – начинает Фокс.

Лана поднимает голову и смотрит ему в оптику. Мысленно фем укоряет себя за непредусмотрительность.

– Я не смогу переместить нас обратно, – виновато, будто извиняясь, произносит она. – У меня не хватит энергии, чтобы осуществить перенос двоих на такое дальнее расстояние. И на таком холоде я не смогу сконцентрироваться.



– Тогда мы подождём помощи с базы, – не унывает бот. – Рано или поздно они устранят неполадку.

“Если смогут”, – мысленно прибавляет Лана, а вслух спрашивает:

– Артефакт у тебя?

– Да, а что?

– Интересно, что это может быть.

Они открывают крышку и достают артефакт.

– Никогда такого не видел, – говорит Фокс.

– Вау! – восхищается Лана. – Сверхмощный лазер десептиконского производства!

– Откуда ты знаешь? – удивляется Фокс.

– Разведчица обязана всё знать, – отвечает Лана. – Я сама выкрала это оружие у десептиконов. Поэтому ты о нём не знаешь. В противном случае много автоботов были бы уничтожены этим лазером.

Лана берёт в руки мощный артефакт, но по его виду не скажешь, что он может прожечь дырку в Немезиде. Недлинная, сантиметров тридцать, трубка с пусковым устройством.

– Десептиконы могут нас атаковать снова. Надо дезактивировать радиомаяк.

– А ты умеешь? – спрашивает Фокс.

– Нет, но кое-что подобное делать приходилось.

С этими словами Лана начинает искать источник сигнала. Найдя, фем подцепляет пальцем микропроводок и обрывает его.

– Теперь мы в относительной безопасности, – изрекает она. – Но всё же следует поискать укрытие, иначе мы замёрзнем.

* * *

Получасом ранее

На Немезиде…

– Нокаут! Ты достал артефакт? – грозно вопрошает Мегатрон, направляясь к прибывшему медику.

– Нет, лорд Мегатрон, я … – пытается оправдаться Нок.

– Ты опять меня подвёл!!!

– Но Мортал Темпрест …

– Мортал Темпрест? – переспрашивает лидер. – На Земле?

Их дискуссию прерывает молчаливый Саунд, который указывает на экран консоли.

– Ну что там, Саундвейв? – несколько раздражённо спрашивает Мегатрон.

Он смотрит на экран и тоже замечает сигнал радиомаяка.

– Значит, артефакт всё ещё там, в Антарктиде, – замечает он.

– Учти, Нокаут, с тобой я ещё не закончил, – бросает лидер десептиконов алому медботу. Похоже, у него уже созрел план мщения Мортал Темпрест. В том, что она – автобот, Мегатрон не сомневается.

Нокаут, обрадованный тем, что наказание откладывается, поспешно удаляется.

– Отследи частоту канала связи автоботов, как только появится такая возможность, – инструктирует разведчика тёмный лорд. – И запусти вирус в их системы!

Беспилотник кивает и поворачивается к консоли.

На базе автоботов…

Ретчет и Серена принимают сигнал Ланы и готовятся активировать земной мост, как вдруг гаснет свет, отключается компьютер, и перестают работать абсолютно все системы.

– Что произошло?! – несколько ошарашенно спрашивает сестра-близнец Арси.

– Аварийное отключение, – констатирует медбот.

– Надо срочно что-то делать! – восклицает Арси, вспоминая свой опыт долгого пребывания на морозе.

– Надо понять причину выключения, а потом уже устранять последствия, – откликается Рет, а сам думает: “Уж не скраплеты ли опять портят оборудование?” Но отсутствие источника заражения тут же опровергает мимолётную мысль. Может, снова сбой, вызванный несовершенством человеческих технологий?

Оптимус, тоже слышавший безрадостные новости, только хмурится и молчит. И в его процессоре всплывает тот день, когда они с Арси “застряли” во льдах Арктики.

Док между тем сканирует компьютер на наличие вирусов или чего-нибудь подобного. Серена отправляется проверять микросхемы и проводку, так как не исключает возможности их перегорания или короткого замыкания.

Саундвейв постарался на славу: Ретчет бился целый час, прежде чем ему удалось обнаружить вирус. Серене пришлось заменить метры сгоревших из-за перенапряжения сети проводов.

* * *

Дует пронизывающий ветер. В лицо летит мелкая снежная крошка, заставляющая зажмуриваться. Видимость очень низкая. Похоже, Антарктида совершенно не одобряет присутствие двух “нарушителей спокойствия”.

Автоботы идут молча. Лана уже начинает дрожать от холода, но всё равно сосредоточенно ищет оптикой какое-нибудь укрытие.

– Нашёл! – радостно провозглашает Фокс, указывая рукой направо. Там действительно едва различима расселина между двумя ледниками.

Они устремляются туда. Это место – лучшее, что можно пожелать в таких условиях. Несмотря на то, что там так же холодно, как и снаружи, ветер со снегом залетает туда крайне редко.

Лана садится на снег, рядом устраивается её напарник.

– Бррр … Холод зверский! – ежится он.

– Я могу держать поле, оно немного согревает, – тихо говорит фемка.

– Давай, – соглашается бот.

Лана делает неуловимое движение пальцами, и вокруг них возникает светящийся голубой барьер, излучающий тепло.

– Так лучше? – спрашивает она.

– О да, намного!

Он даже и не подозревает о том, что теплее стало только ему. На самом деле на Лану не действуют её силовые поля. Она продолжает дрожать, но Фокс не замечает этого – он о чём-то думает.

В какой-то момент она роняет голову на скрещенные на коленях манипуляторы и закрывает оптику, потому что сил сопротивляться накатывающим волнам сонливости почти нет.

От напарника не укрывается это её движение. Бот трогает её за плечо и замечает, что корпус фем холодный, как лёд.

– Лана, с тобой всё в порядке?

– А … да … – поднимая голову, отвечает фем.

– А я вижу, что нет. Почему ты такая ледяная?

– Моя энергия не может согреть меня.

– Ох, почему ты не сказала раньше?..

Грустная улыбка Ланы – ответ на его вопрос. Она никогда никому не жалуется.

Без дальнейших рассуждений Фокс сажает её к себе на колени и крепко обнимает, пытаясь согреть. Лана немного шокирована и не совсем понимает, что он только что сделал, поэтому её оптика упирается в него с недоумением и немым вопросом: “Что ты делаешь?”

– Ты согреваешь меня – я согреваю тебя, – говорит Фокс.

“Железная логика”, – думает Лана, но в глубине Искры ей очень приятно, что кому-то небезразлична её судьба. Поэтому она молчит.

– Лана, ты никогда не рассказывала о себе … – произносит Фокс.

– А ты хочешь знать? – откликается согревшаяся фем.

– Да.

– Это будет долго.

– Всё равно, лучшего занятия, чем разговаривать, я придумать не могу.

– Учти, ты сам напросился, – в голосе Ланы сквозит ирония. – Начнём с того, что перед тобой искусственно созданный трансформер, – Лана бросает на него беглый взгляд, желая понаблюдать за произведённой реакцией. Фокс несколько удивлён.

– То есть? – спрашивает бот, догадываясь о создателе.

– Именно то, о чём ты сейчас подумал. Я – ещё один эксперимент Шоквейва в области биотехнологий. Ему нужна была всепроникающая модель, которой он мог бы управлять. Но я никогда не была роботом без собственного разума. Искра у меня есть со дня активации, и… – Лана делает паузу. – Мне жаль, но чтобы создать меня, пришлось лишить Искры другого автобота.

Конечно же, он применил свою новую разработку – устройство невидимости, – Фокс замечает, что Лана не хочет произносить имя Шоквейва. – Поэтому меня очень чувствительные сенсоры, я улавливаю даже колебания электромагнитных полей. Вследствие этого появился побочный эффект – возможность управлять энергией пространства. Но он тогда о нём не знал, да и я тоже.

Я точно не знаю, как так получилось, но каким-то образом ему удавалось на время подчинять себе мой разум. Это был не полный контроль, а нечто иное. Всегда, когда я была ему нужна, он встречался со мной взглядом, а после … Он словно поселял свою мысль в моём процессоре, и она всё время была со мной. Мне поневоле приходилось выполнять его приказания, чтобы снова стать собой какое-то время. Это было ужасно!

Лана останавливается. Ей не очень приятно вспоминать эти подробности.

– Ты помнишь, что ты делала тогда? – пользуясь паузой, спрашивает Фокс.

– Я ничего не помнила из того, что делала, находясь под контролем.

– И тебе удалось сбежать от него?

– Да. Опомнившись от очередного … даже не знаю, как это назвать … – Лана пытается подобрать нужные слова. – … акта управления моим сознанием, я поняла, что не могу так больше. Моя Искра негодовала от подобного обращения и подобного окружения. Я была автоботом с самого начала, хоть и не понимала этого.

Итак, я решила сбежать. Я хотела пресечь эти проникновения в меня. И не допустить больше визуального контакта с ним. Я его просто ненавидела!

План был составлен за какой-то час. Единственное, что там не было учтено – это то, куда я пойду после. Но вопрос решился сам собой.

Выбравшись, я заметила, что в нескольких кликах от того места, где я оказалась, шло сражение. Я уже поняла, что я не буду больше десептиконом, поэтому присоединилась к автоботам. Это была битва за Калис, первая крупная победа Оптимуса1.

Но самое трудное ещё было впереди. Ты же знаешь, как автоботы относились тогда к десептиконам. В лучшем случае меня бы не приняли. Так и случилось бы, если бы совершенно незнакомый мне автобот не принялся меня яростно защищать. Я тогда даже не поняла, почему. Вот так я и стала автоботом, – Лана останавливается.

– И тот автобот был…

– Да, это был он, Спаркер. Так мы и познакомились, – заканчивает за него Лана, пряча лицо. Но Фокс всё же успевает заметить её предательски заблестевшую оптику.

– А дальше?

– Ну… Потом в одном из боёв открылись мои способности. Это произошло чисто случайно, из-за того, что я здорово струсила. Десептиконов в радиусе пяти метров от меня разбросало во все стороны силовым полем. Никто не понял, как это получилось. А после меня определили в разведку, затем я стала выполнять специальные задания, за которые никто не брался, конфискация десептиконского оружия в том числе.

Не хочу хвастаться, но задания я выполняла весьма успешно. Возможно, всё было бы иначе, чем сейчас, если бы я не попалась десептиконам на одной из миссий.

Наши узнали о прототипе оружия, взломав их сеть. Надо было достать его. Невидимкой я пробралась на их базу, просочилась в отсек, где хранился артефакт (а это было очень непросто). Посеяв панику среди десептиконов, я завладела прототипом. Надо было уходить, но в коридоре я наткнулась на Шоквейва. Понятия не имею, что он там забыл. Снова визуальный контакт и опять то почти забытое неприятное ощущение. Он заставил меня следовать за собой. Больше ничего не помню…

Возможно, он погрузил меня в стазис. Да, скорее всего. Как бы то ни было, очнулась я на их транспортном корабле. Как там его… Немезида, кажется? – она прерывается, чтобы посмотреть на Фокса. Тот кивает. – Первое, что я сразу заметила – Шоквейв стоял надо мной и смотрел на меня. Наученная горьким опытом, я зажмурилась. Но ошиблась. Он не имел никаких планов относительно меня в тот момент. Оказалось, что прототип ещё со мной. Шоквейв то ли не догадался, то ли догадался слишком поздно, а потом забыл.

Я слышала, как он отошёл, и открыла оптику. Сбежать пока не представлялось возможным – в зале была куча охраны, системы мои ещё не совсем восстановились, и ещё он приковал меня к платформе. Я следила за ним, он что-то набирал на консоли в другом конце отсека. Потом он вновь подошёл и велел двум десептиконам вести меня в главный отсек. До сих пор не могу понять, почему он не пытался заставить меня идти за ним, как в прошлый раз.

– Может, забыл, как это делается? – перебивает Фокс.

– Вряд ли. Здесь что-то другое … – задумчиво говорит Лана. – Дальше рассказывать?

– Ага.

… Лану вели по бесчисленным лабиринтам коридоров. Даже её феноменальная наблюдательность не помогла запомнить все повороты. В главном зале было трое (не считая вехиконов, конечно же) – Мегатрон, Старскрим и Саундвейв. Последний стоял у консоли.

Итак, цель была ясна, проста и почти невыполнима: сбежать оттуда, найти автоботов и передать им прототип. Но для фемки не существует слова “невозможно”.

Лана быстро оценила обстановку. Лидер десептиконов повернулся к ней и окинул изучающим взглядом. Она смотрела на него с презрением и ненавистью.

Шоквейв сказал тёмному лорду, что фем – автоботская пленница. Признаваться в том, что Лана – его рук дело, он, видимо не хотел.

Всё также продолжая смотреть на неё, Мегатрон спросил:

– Как твоё имя?

– Если я скажу, это ничего не изменит, – спокойно ответила та. Она не могла бояться того, кого ненавидела.

– Где Оптимус и его команда? – грозно спросил главный десептикон.

– Даже если б знала, не сказала бы тебе.

– Она не может знать, – пояснил Шоквейв. – Она была схвачена ещё на Кибертроне.

– Так зачем ты притащил её сюда?! – уже с нескрываемым раздражением сказал Мегатрон.

– Она владеет секретной информацией автоботов, – невозмутимо ответил изобретатель.

– Вот и достань мне эту информацию.

После этих слов Лана поняла – сейчас или никогда. Воспользовавшись тем, что все смотрят на неё, фемочка, продолжая смотреть на лидера десов с тем же невозмутимым видом, с помощью небольшого искривления свалила на пол предмет, стоявший около консоли, и он разбился вдребезги. Секундное замешательство всех, в том числе и её охранников, позволило разведчице освободить руки и невидимой ускользнуть из зала.

Надо было бежать оттуда. Мимо неё проходили патрули, а тут ещё и Мегатрон выставил повсюду своих часовых. Корабль подавлял её сигнатуры, поэтому невидимости хватило ненадолго. Лане оставалось пробежать лишь метров десять, как вдруг она снова появилась в зоне видимости. Пришлось пробиваться сквозь их ряды, а это было непросто.

Потом, когда фем вылетела на свободу, её ослепило солнце. Десептиконы добрались до неё, и ей чудом удалось от них ускользнуть. Лана приземлилась в каньоне, а потом Сайдсвайп нашёл её …

– Остальное ты знаешь, – заканчивает она.

Минут пять оба молчат. Фокс переваривает услышанное, а Лана просто о чём-то думает.

– Они что там, уснули все? – не выдерживает фемка. Отчасти её раздражение вызвано томительным ожиданием, отчасти сознанием того, что она долго не сможет держать поле.

Напарник молчит. Он и сам уже не знает, что думать. Около трёх часов с базой нет никакой связи.

Барьер, удерживающий холод, вдруг вспыхивает и исчезает. Лана изо всех сил пытается восстановить его, но ничего не выходит.

– Брось, ты не виновата, – говорит Фокс, замечая её взгляд, полный отчаяния. – Мы не замёрзнем, помощь обязательно придёт.

Несмотря на уверенный тон и ободряющие слова Лана сомневается в этом, но не показывает виду. Да и сам бот не уверен в счастливом исходе их миссии.

– Будем надеяться… – произносит фемка, тоже желая поддержать товарища.

* * *

В то время как замерзшие автоботы пытаются хоть как-то согреться на пятидесятиградусном морозе, на базе в каньонах все силы брошены на устранение разрушительных последствий вирусной атаки десептиконского связиста.

Несмотря на полную мобилизацию и оперативную работу пока восстановлено лишь около пятидесяти процентов систем. Огромнейший плюс состоит в том, что совместными усилиями Ретчета и Рафаэля удаётся хотя бы остановить разрушительную работу вируса.

Другие дети тоже стараются помочь, как могут: Джек состоит в отряде по замене проводки вместе с Сереной, Арси и Сайдсвайпом, а Мико старается не мешаться под ногами и не задавать лишних вопросов. В общем, дело находится для всех, а у медбота это день сплошной нервотрёпки. Всё-таки и он не бесчувственный, тоже беспокоится за жизни Ланы и Фокса.

* * *

Лана и Фокс, полузасыпанные снегом, лежат неподвижно и молчат. Уже становится трудно сопротивляться навалившейся сонливости. Может быть, ещё хоть крошечная искорка надежды на спасение сохраняется в их Искрах. Но она так мала, что почти не берётся в расчёт.

– Мне очень жаль… – вдруг подаёт голос Лана. – Что всё вот так вышло…

– Пойми, это от нас не зависит, – отвечает ей Фокс.

Лана поворачивает голову в его сторону. Во взгляде этой светло-изумрудной оптики прослеживается грусть и какая-то совсем уж непонятная нежность.

– Что бы ни случилось, даже если мы замёрзнем здесь, – с трудом говорит она, едва шевеля замерзшими губами. – Мы будем вместе до конца.

В её тихом голосе чувствуется такая сила, что он перекрывает шум метели и вой ветра.

Фокс ловит этот взгляд и понимает, что сам думал о том же. Он смотрит на неё сосредоточенно и внимательно. Два этих выразительных взгляда встречаются. И автоботы понимают что-то, доселе недоступное им. Это даёт уверенность, а уверенность перетекает в нечто большее. В чувство, возвышенное и истинное. Чувство, которое завораживает и заставляет ничего не бояться. Чувство, перед которым все проблемы и беды кажутся ничего не стоящей мелочью. Чувство, которое согревает изнутри.

Не сговариваясь, они соединяют манипуляторы в крепком пожатии. Они живут этим моментом, и уже не важно, что случится дальше.

– Лана, я хотел сказать … – Фокс смотрит в красивое личико напарницы, очевидно, решаясь на что-то очень важное для него. Лана ловит на себе его взгляд и вся обращается во внимание. – И скажу это сейчас, потому что второго шанса может и не быть, – снова пауза. – Я … люблю тебя.

Фем с трудом улыбается и совершенно искренне признаётся:

– Я тоже.

* * *

Вся команда Оптимуса собирается в главном отсеке. Проводка заменена, микросхемы проверены, и только Рет с Рафом продолжают “колдовать” над компьютером. Но и они вскоре заканчивают. Наступает волнительный момент – через несколько секунд система заработает (если всё сделано, как положено), или же (это не хочется признавать) – нет.

Медбот нажимает кнопку, и после непродолжительной загрузки компьютер наконец включается. Все обрадованы, а Мико громко что-то кричит. Только у Серены и Ретчета на лицах особой радости нет: ведь шансы на то, что пятичасовое пребывание на сильном морозе не погасило Искры Фокса и Ланы, ничтожно малы.

Первым делом Ретчет кидается к монитору и поспешно вводит параметры поиска двух сигналов жизни. Секунду помедлив, он начинает искать. Серена в это время стоит рядом с ним, она очень волнуется, хотя ей нельзя.

Проходит секунда, другая, третья … Вместе с каждой из них улетают капли надежды.

Десять секунд … Серена отворачивается, а док опускает оптику. Это конец …

На двенадцатой секунде по всему притихшему залу раздается писк аппаратуры. Найдены!

У всех вырывается облегчённый вздох. Сира активирует мост в заданные поиском координаты. Она делает шаг навстречу сверкающей воронке, но бот останавливает её. Бамблби уже спешит на помощь.

* * *

Фокс, уже в полусне, сквозь завывания вьюги слышит такой знакомый звук … Знакомый звук почему-то не хочет узнаваться. Мысли путаются, но звук слышен всё отчетливей. Огромным усилием воли бот заставляет себя открыть оптику. Перед ним, всего в пяти шагах, такое долгожданное спасение!

Он поворачивает голову. Лана лежит рядом, только, кажется, ничего не слышит. И при этом продолжает сжимать его манипулятор (она несколько раз будила Фокса, прежде чем сама начала засыпать). Другой манипулятор фемки зарыт в снег, но обжигающего холода она, похоже, не чувствует.

Фокс высвобождает свои пальцы из пальцев подруги и начинает её тормошить.

Из моста выскакивает Би и тут же подбегает к ним. Фоксу уже удалось привести напарницу в сознание. Что-то прогудев, жёлтый разведчик осторожно берёт её на руки. Лана, делая последнее усилие, указывает на чуть припорошенный снежком артефакт. Бамблби захватывает и его, устремляясь к земному мосту. Фокс идёт следом, но чуть отстаёт.

* * *

Когда Лана очутилась на базе, прохлада показалась ей живительным теплом. Если бот “оттаял” довольно быстро, то феминой пришлось заняться всерьёз. Тонкая броня была не приспособлена к таким низким температурам, делая хозяйку уязвимой не только для холода, но и для вражеского оружия.

Серена вслед за Ретчетом выскальзывает из отсека, хитро подмигивая Фоксу. Похоже, проницательная фемочка уже успела кое-о-чём догадаться.

Они остаются одни в зале: Фокс, уже вполне оправившийся от пережитого, и Лана, сидящая на медплатформе и завернувшаяся в термоодеяло.

Пару минут они молча смотрят друг на друга, припоминая всё, что случилось двумя часами ранее. Фокс первый делает шаг навстречу – он подходит и садится рядом с ней. Лане приходится начинать разговор.

– Послушай … А то, что ты сказал мне тогда, было правдой?

– Конечно. И всегда будет, – шепчет он на аудиосенсор фемке, нежно целуя её.

 


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 8; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Конспект урока по русскому языку по теме Главные члены предложения: подлежащее и сказуемое. | 


lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.037 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты