Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



ГОРЯЧЕЕ ВРЕМЯ УЧЕБЫ




Читайте также:
  1. I.V Комплекс ГТО в послевоенное время
  2. II. Время по отношению к бытию.
  3. III. Время дивергенции палеоантропов и неоантропов
  4. Motorrad тестирует шесть спортивных мотоциклетных шин на сухой и мокрой трассе, а также во время марафона длиной 4 000 км на шоссе
  5. PrPf и настоящее время
  6. R будущая стоимость имеющихся в настоящее время наличных денег
  7. VV Использование DreamLink'а во время утреннего сна
  8. XXVI. ГЛАВА, В КОТОРОЙ МЫ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЛАЮЩЕМУ МАЛЬЧИКУ
  9. А дар, поднесенный недостойным людям, в неподобающем месте и в ненадлежащее время, непочтительно, называется тамасичным.
  10. А) социальное время жизни

(посвящается Байбулатову Рафаэлю)

Человек, живя в обществе, тесно связан с ним. Эти связи часто трудно понять без учета специфики времени. Поэтому невозможно описание характеристик личности без рассмотрения её ближайшего окружения и некоторых особенностей соответствующего времени.

 

1 сентября 1981 г. Рафаэль перешагнул порог геологического факультета (геофака) Казанского государственного университета (КГУ) в статусе студента I курса. В это время на геофаке проводилось обучение по трем специальностям – «Геология нефти и газа» (нефтяники), «Геологическая съемка, поиски и разведка месторождений полезных ископаемых» (поисковики) и «Геофизические методы поисков и разведки месторождений полезных ископаемых» (геофизики). Рафаэль выбрал специальность поисковика-съемщика. На каждом курсе было по четыре студенческие группы – группы нефтяников и поисковиков и две группы геофизиков, всего сто человек. На геофаке в целом училось около 500 студентов.

У первокурсников–поисковиков (группа № 312) самым первым занятием была практика по “Общей геологии”, которую вёл И. Я. Жарков.[1] Его введение в кристаллографию и минералогию оставило неизгладимый след. Вторым всем запомнившимся занятием была лекция декана геофака Р. К. Тухватуллина по курсу “Введение в специальность”[2].

Первые недели на геофаке – это не только время занятий, но и время знакомств[3]. Рафаэля в поисковой группе окружали:

– Байталов Артур (аспирант геофака в конце 1990-х гг., после этого связь с ним прервалась);

– Борисов Рудольф (связи с ним нет с начала 1990-х гг.);

– Будников Олег (ведущий инженер Поволжского территориального отделения ФБУ «Росгеолэкспертиза», г. Казань);

– Владимиров Валерий (в 1990-х гг. начальник одной из поисково-разведочных партий ФГУГП «Волгагеология», г. Н. Новгород, потом связь прервалась);

– Воробьёва Ирина (по состоянию здоровья была вынуждена уйти с геофака прямо на первом курсе, закончила другой факультет КГУ);

– Гильмаев Вячеслав (после первого курса взял академический отпуск, окончил геофак на год позже остальных);

– Загирова Сакина (со 2 курса геофака – Бадыкова, геолог НГДУ «Елховнефть» ОАО «Татнефть», г. Альметьевск);

– Зайнуллин Рустам (геолог ООО «Казаньгеофизика», г. Казань);



– Замараева Яна (Пшеничникова, ведущий советник отдела лицензирования недропользования Министерства экологии и природных ресурсов Республики Татарстан, г. Казань);

– Истаков Иван (после первого курса отчислился из КГУ и уехал в г. Белгород, связи с ним нет);

– Константинов Александр (до середины 1990-х гг. старший геолог одной из экспедиций Иркутской области, сейчас директор по экономике и финансам компании «НафтаБурСервис», г. Иркутск);

– Кузнецова Марина (Лежнина, начальник одного из отделов «ПечорНИПИнефть», г. Ухта (Республика Коми));

– Максимов Валерий (в середине 2000-х гг. главный геолог Вятской геолого-разведочной экспедиции, ныне генеральный директор «Вятская геологическая компания», г. Киров);

– Мусин Рустем (доцент Казанского федерального университета, г. Казань);

– Назимов Олег (после первого курса взял академический отпуск, окончил геофак на год позже остальных);

– Нуруллина Роза (в 2000-х гг. получила второе высшее геологическое образование в Университете Осло (магистр наук), работает в компании-поставщике передовых технологий для нефтяной и газовой пормышленности, г. Осло (Норвегия));



– Пестрикова Эльвира (Бас, в 1980-х гг. участвовала в открытии Воронцовского золоторудного месторождения, на котором работает до сих пор в качестве инженера по охране окружающей среды и промышленной санитарии ЗАО «Золото Северного Урала», г. Краснотурьинск Свердловской области);

– Рахимзянова Назия (с 4 курса геофака – Зайнуллина, инженер-геолог ГУП «Татинвестгражданпроект», г. Казань);

– Сабитов Загит (геолог-геофизик «Татнефтьгеофизика» ОАО «Татнефть», г. Бугульма);

– Садовничая Галина (Платонова, учитель географии одной из средних школ г. Ипатово Ставропольского края);

– Сайфуллин Альберт (директор ООО «ГеоМаркСервис», г. Казань);

– Салдин Виктор (зав. лабораторией литологии и геохимии в Институте геологии Коми НЦ УрО РАН и доцент Сыктывкарского госуниверситета, г. Сыктывкар);

– Смелова Валентина (в 1980-1990-х гг. геолог ПГО «Уралгеология», сейчас сотрудник АТП № 3, г. Чебоксары);

– Федотова Марина (с 2 курса – Максимова, главный специалист-эксперт в Департаменте по недропользованию по Приволжскому федеральному округу, г. Киров);

– Шарипов Ринат (более известен как Кашапыч, после первого курса перевелся в группу нефтяников, долгое время работал в нефтяных организациях Западной Сибири, сейчас генеральный директор ООО «НПЦ «Карат», г. Казань).

Всего 26 человек, значительная часть которых узнала о существовании друг друга в первый день занятий. Не успело пройти и трёх месяцев, как эти студенты стали сплоченной и дружной группой. В первую очередь это было связано с очень теплой и душевной атмосферой, которую создали рабфаковцы[4] группы – С. Загирова, Р. Зайнуллин (староста группы), М. Кузнецова, В. Максимов, В. Салдин, Р. Шарипов. Эти люди, прошедшие через службу в армии, имевшие опыт работы в различных сферах, связанные рабфаком, сформировали притягательный костяк группы. Объединению способствовали и довольно частые собрания группы, посвященные решению самых разнообразных проблем – выборы ответственных за то или иное направление учебной и общественной деятельности (комсорг, профорг, спорторг, культорг и т.д.), патрулирование улиц города в вечернее время в качестве добровольных народных дружинников (ДНД) и др. А к первому тесному знакомству привёл совместный пеший маршрут по сосновому лесу студентов первокурсников нескольких факультетов КГУ от ст. Васильево до г. Казани (25 км), специально для этого организованный ректоратом университета в первый месяц учебы. Проживание более половины группы в одном общежитии[5] также сплотило группу. Стоит отметить и благотворную роль куратора группы, которую исполнял доцент В. М. Игонин – известный специалист в области биостратиграфии пермской системы Русской платформы, отличавшийся многими достоинствами, в том числе свободным владением татарского (на зависть многим татарам) и французского языков.



Первый совместный выход на природу поисковиков

(маршрут Васильево-Казань, сентябрь 1981 г.).

Стоят (слева направо) – Истаков И., ??? Т. (из группы нефтяников), Пестрикова Э., Владимиров В.,

Федотова М., Смелова В., Замараева Я., Сайфуллин А.;

на корточках (слева направо) – Байбулатов Р., Салдин В., Максимов В., Зайнуллин Р., Сабитов З.

Виктор Михайлович Игонин со своими первокурсниками 312 группы на одном из субботников

 

На удивление группа № 312 представляла собой агломерат (союз) разных, но ярких талантливых и способных людей. Например, Олег Будников был восходящей легкоатлетической звездой Татарии, Загита Сабитова можно было назвать «Золотым голосом России» того времени, Яну Замараеву – «Мисс Мира», Валерий Максимов и Ринат Шарипов представляли собой кладезь неисчерпаемого и искрометного юмора, Артур Байталов был одним из лучших диск-джокеев города; если начинала смеяться Сакина Загирова, то через некоторое время смеялись все, кроме этого её по праву можно считать «Мамой» группы, а «Папой» был Рустам Зайнуллин. Всю 312 группу связывала еще романтика и любовь к природе, стремление к познанию её загадок и всего нового.

О талантах Рафаэля Байбулатова, скромного юноши из пос. Старая Кулатка Ульяновской области, умные и любознательные глаза которого немного скрывали очки в роговой оправе, а манера разговора и телодвижений свидетельствовали об открытости, спокойствии и дружелюбии, также стало скоро известно. Он хорошо играл на гитаре и пел, рисовал и писал стихи, отличался тонким юмором и очень заразительно и по-доброму смеялся, здорово играл в футбол, волейбол и настольный теннис, в любое свободное время читал. Рафаэль любил бардовскую поэзию (В. Высоцкого, А. Городницкого, Ю. Кима и др.). Сам пел песни Ю. Визбора, Б. Окуджавы, О. Митяева и параллельно писал свои стихи, некоторые из них стали песнями. Во время учебы на втором курсе появилась песня о городе Казани, стоящей на берегах двух рек, «волны которых омывают ноги наших девчат», которая стала песней нашей группы. К счастью, на первом курсе Рафаэль жил в одной комнате с Иваном Истаковым, Рудиком Борисовым и Эдуардом Нигмати в четвертом блоке шестого общежития. В этом блоке проживали в основном аспиранты, и он был довольно тихим и спокойным, в отличие от первого и второго блоков, где очень активная жизнь обычно замирала лишь в предутренние часы. Нигмати учился на первом курсе геофака, но в группе нефтяников и также был начинающим поэтом. Два поэта – в одной студенческой комнате, что может быть лучше для чтения и обсуждения стихов, полета фантазии и появления новых строк, бессонных ночей и радости открытий? Нигмати в то время уже имел опубликованные в городских и республиканских газетах и журналах стихи, и по словам самого Рафаэля был почти профессионалом. Общение обогащало обоих. К сожалению, Эдуард после окончания первого курса геофака стал студентом Казанского государственного педагогического института, но крепкая их дружба продолжалась до последнего дня Рафаэля.

Появление любой новой интересной книги в комнате общежития обычно приводило к одному результату – Рафаэль выбирал время и уединялся с ней. В то время любимыми его авторами были – В. В. Корчагин, И. А. Ефремов, Д. А. Гранин, братья А. Н. и Б. Н. Стругацкие, М. А. Булгаков и многие другие. Обсуждение и обмен книгами были обычным делом. На почве любви к современной и классической литературе и её знания Рафаэль подружился с Витей Салдиным и Сашей Константиновым.

В соседней с поэтами комнате жил еще один поисковик-первокурсник – Загит Сабитов. Это был юноша крепкого телосложения, кандидат в мастера спорта по стрельбе из пневматической винтовки, член сборной команды Татарии по стрельбе. Природа его очень щедро наградила. Он обладал истинно мужской красотой, великолепной памятью, «золотыми» руками, которые, к тому же, почти профессионально рисовали. Единственным недостатком Загита того времени было то, что он, обладая музыкальным слухом и очень красивым и сильным голосом, не умел играть на гитаре. Данный недостаток довольно быстро был исправлен с помощью Рафаэля Байбулатова. И к первому своему Новому году (1981-1982 гг.) группа № 312 имела пятерых хороших гитаристов и певцов – Р. Байбулатова, А. Байталова, О. Назимова, Р. Нуруллину и З. Сабитова, при этом у каждого был свой репертуар. Рафаэль исполнял душевные бардовские песни, а через некоторое время и свои сочинения. Артур предпочитал композиции модных в то время рок-групп (“Машина времени” и др.). Олег был туристом-горником и обычно пел песни казанских бардов. Роза любила шутливые песни. Загит мог исполнять практически всё. Групповые встречи (дни рождения, немногочисленные праздники) проходили очень дружно и весело, гитара переходила из одних рук в другие, песни были на любой вкус. Геофак всегда отличался сплоченностью, дружелюбием, гостеприимством и уважительным отношением к «его величеству – Женщине».[6] Посиделки всех геофаковских групп проходили весело, но праздники группы 312 отличались особой душевной теплотой (это признавали все).

Один из праздников 312 группы на первом курсе:

Слева-направо – Байбулатов Р., Истаков И., Шарипов Р. (Кашапыч), Чендарев В. (первокурсник-нефтяник), Мусин Р., Сабитов З.

 

Первый Новый год 312 группы.

Стоят (слева направо) – Пестрикова Э., Рахимзянова Н., Смелова В., ??? (первокурсник-

геофизик), Истаков И., Загирова С., Чендарев В. (первокурсник-нефтяник);

сидят (слева направо) – Байбулатов Р., Нуруллина Р., Шарипов Р., Замараева Я., Мусин Р.

 

В первое время не все принимали песни Рафаэля, по-разному относились к его тяге к поэзии, но со временем – где-то с начала второго курса – он стал всеобщим любимцем группы, с которым можно было и поговорить по душам, и обсудить прочитанные книги, жизненные и геологические проблемы, и посидеть за столом. Всех подкупали доброжелательность и скромность, простота и неприхотливость, открытость Рафаэля, его добрый и заразительный смех, и постоянная готовность помочь, отсутствие какого-либо высокомерия и фальши при очень высоком интеллектуальном и творческом потенциале.

Во второй половине первого курса открылся ещё один талант Байбулатова. В апреле месяце во всем университете проходила (и проходит ныне) так называемая «студенческая весна». В это время каждый факультет демонстрирует своё художественное актерско-сценическое мастерство в виде 1-2 часового представления. Сейчас они проводятся в концертном зале УНИКСа, а в 1980-х гг. для них арендовали сцены разных домов (дворцов) культуры, приближенных к КГУ (ДК «Менжинского», «Дома ученых» и др.). Подготовка геофаковского концерта сопровождалась проведением выступлений каждой группы I-IV курсов в актовом зале шестого общежития. Лучшие номера этих выступлений отбирались для общефакультетского представления.

В марте 1982 г. группа 312 начала подготовку своего первого выступления. Шум, гвалт, неразбериха. Просто выпустить наших гитаристов или великих шутников Валерия Максимова и Рината Шарипова на сцену было мало. Нужна была еще какая-нибудь групповая сценка и все номера должны были быть связаны какой-то общей идеей. Дело шло туго. Через какое-то время начала появляться связная нить возможных номеров, очертания необходимой сценки. Обсуждение стало приобретать все более конкретное направление. За всем этим стояли идеи, в первую очередь, Байбулатова и Салдина. Именно их творческие натуры «вытягивали» сложную задачу создания цельного и связного виртуального образа будущего представления группы все четыре года (I-IV курсы), а реализовывались эти образы практически всей группой. Оригинальными мини-шедеврами были сцены – переполненного трамвая, следующего от общежития к университету (I курс); пещеры с первобытными людьми (II курс); мужского застолья, в конце которого звучала популярная мелодия, издаваемая стеклянными бутылками, в разной степени наполненными водой, к которым прикасались металлические ложки участников застолья (III курс); серьёзная и глубоко трогающая, сопровождающаяся различными световыми эффектами сцена, посвященная 40-летию победы в Великой Отечественной войне (IV курс). Данные сцены, за исключением последней, были насыщены шутками и разными «приколами», вызывавшими бурю оваций почти всегда переполненного зала. Многие наши номера или их части включались в общефакультетское представление геофака и в течение всех четырёх лет наши выступления были лучшими в конкурсе выступлений отдельных курсов. Главная заслуга в этом была Рафаэлевских идей, его реально воплощаемых фантазий, стараний и огромной траты моральных и физических сил. Он тратил свое ценное время, особенно дефицитное в студенческие годы, ради всей группы.[7]

Выступление 312 группы на первом курсе. Сцена переполненного трамвая

 

Студенческая жизнь подобна фейерверку. Она такая же яркая и быстротечная. При этом нужно успеть очень многое. Лекции, семинары, коллоквиумы, различные собрания и выступления, подготовка рефератов и курсовых работ, и их защита. А ещё есть интересные новые кинофильмы и театральные постановки, музыкальные концерты и собрания молодых литераторов, дискотеки и спортивные соревнования с турпоходами и многое, многое другое. Жизнь в университете и общежитии кипела. Хочется всё успеть сделать, увидеть, многому научиться. И здесь фактором, ограничивающим потребности горящих глаз и душевных порывов, очень часто выступал пустой желудок. Размер нормальной стипендии составлял 40 рублей, повышенных стипендий – 46 и 50 руб. Комплексный обед в студенческой столовой стоил 60 копеек, буханка хлеба – 16 копеек. Сорокарублевой стипендии не хватало на месячную еду. Рафаэль из дома получал ежемесячно по 10 рублей. Это максимальная сумма, которую ему могла послать мама[8], но 50-ти рублей также не хватало. И неделя до стипендии часто превращалась в борьбу за жизнь. Спасали шабашки. Эти временные в основном разгрузо-погрузочные работы обычно находили рабфаковцы и ребята с других групп. Воскресные или ночные заработки отрабатывались на ближайшем к общежитию хлебозаводе № 3, складах и терминалах различных предприятий и организаций. Рафаэль был одним из постоянных участников этих временных работ. Иногда и «шабашных» заработков не хватало. Тогда на помощь являлись наши добрые феи – девчонки 312 группы, которые на первом курсе практически все жили в общаге. Они не были детьми директоров заводов или партийных деятелей (российские олигархи появились позднее) и также получали обычную стипендию и небольшую поддержку из родительского дома, но почему-то у них всегда было что поесть. Особенно актуально это было в позднее вечернее время, после закрытия магазинов.

 

Спасительницы и кормилицы мужской половины 312 группы на первом курсе.

Слева направо: Смелова В., Рахимзянова Н., Нуруллина Р., Воробьева И., Кузнецова М.

 

Студенты советских времен отличались не только дружелюбием и гостеприимством, но еще неприхотливостью и готовностью помочь друг другу. Подтверждением этого могли служить студенческие общежития. Количество постоянно проживающих в них людей было намного больше официально установленных мест. Так было и в «шестёрке» (общаге КГУ № 6). Спали на раскладушках и просто на полу, наиболее ходовым товаром были спальники. Некоторые студенты-геологи можно сказать вообще из них не вылезали. В учебный период расстилали спальники на полу какой-нибудь общагинской комнаты, а летом (во время производственной практики) – в палатке, которая могла стоять в любом месте бывшего СССР. На летний период разъезжались по всей необъятной стране – от Калиниградской области до Чукотки и Камчатки, от Таймыра до г. Кушка (самых южных границ), где работали подразделения Министерства геологии. В Рафаэлевской 4-х местной комнате также практически постоянно проживали пять человек. К законным хозяевам поздней осенью 1981 г. присоединился Рафаэль Татлыев, а привел его сам Байбулатов. Два Рафаэля были одноклассниками. Татлыев учился в медицинском институте, а койко-место в общежитии ему не досталось. Трудно сказать, как бы еще мучился будущий медик, если бы два друга-одноклассника случайно не встретились в подземном переходе центра Казани. С этого дня студент-медик наполовину стал геофаковцем (с некоторыми перерывами он жил в «шестёрке» на протяжении I-II курсов). А друзья-товарищи Байбулатова по комнате – Э. Нигмати, И. Истаков, Р. Борисов – восприняли это как должное, и ни одного слова упрека Рафаэли в свой адрес не услышали.

Посвящение первокурсников в студенты всех факультетов КГУ обычно бывает в первые месяцы учебы, а на геологическом факультете эти торжества переносятся на первое воскресенье апреля, когда отмечается «День геолога». Вечером и ночью на лесной поляне вдали от города первокурсники показывают сначала свои способности в художественной самодеятельности, спорте и различных играх. Потом они хором, повторяя за Главным Геологом (выбирался из дипломников), произносят слова клятвы верности Геологии. В клятве были и такие шутливые слова: «Обещаю бросить жену (мужа), если она (он) мешает геологии». После клятвы нас по одному человеку заводили в отдельную палатку, где старшекурсники ставили печать на наш лоб или щеку с надписью «Геолог», а дальше нужно было пройти сквозь строй старшекурсников, от которых мы получали поздравления в виде толчков, пинков и затрещин. Все это делалось шумно, весело и без обид. Палаточный лагерь жил так два дня с одной ночевкой. Много было костров (несколько десятков), разговоров, песен и игр. После такого посвящения мы в очередной раз убедились, что геологи – особые люди.

 

 

Чаепитие на посвящении в День геолога на втором курсе.

Девушки (слева направо) – Рахимзянова Н., Максимова М., Садовничая Г. (стоит);

ребята (слева направо) – Байбулатов Р., Мусин Р., Максимов В.

 

День за днем и неделя за неделей с боями за познание «гранита науки», «милой сердцу музы» и наполнение постоянно пустого желудка первый курс подходил к концу. Венцом обучения на каждом курсе геофака являлась и является полевая практика. На I-II курсах она учебная, а на III-IV курсах – производственная (геолога, не «нюхавшего» прелестей полевой жизни, трудно назвать геологом). Программа обучения на первом курсе предполагала две основные учебные практики – по курсу «Геодезия» и «Общая геология». В 1980-х гг. зачет по «Общей геологии» могли поставить и на основе отчета о работе в составе какого-либо геологического предприятия. Поэтому на этой практике обычно были одни девушки, а ребята разъезжались по всей стране. Билеты до места назначения приобретались обычно на 7-10 июня (впоследствии деньги за проезд возвращались геологическим предприятием), с расчетом необходимости выполнения заданий по геодезической практике, которая начиналась 1 июня и имела продолжительность две недели.

На этой практике мы должны были научиться работать с разными геодезическими приборами. Наиболее сложным заданием было составление топографической карты на часть долины р. Казанка, в районе парка им. Горького. Чтобы окончить практику раньше официального срока, ребята, объединенные в бригады по 5-6 человек, работали на полигоне с раннего утра до позднего вечера. По ночам в общежитии проводили необходимые расчеты и составляли отчеты. Теодолиты, нивелиры, треноги и другой инвентарь держали здесь же. Все рвались на реальное производство.

Рафаэль вместе с Сашей Константиновым, Витей Салдиным, Рустамом Зайнуллиным, Валерой Максимовым, Олегом Назимовым и Юрой Ильиным (геофизик с 314 группы) отправился на Полярный Урал. Добирались до п. Полярный (110 км железной дороги Воркута-Лабытнанги) отдельно тремя группами и в разное время. По воспоминаниям ребят, они встретились все в гостинице 22 июня и, отметив встречу, сразу решили покорить ближайшую горную вершину. По неопытным расчетам планировали потратить на это приблизительно 1,5-2 часа. Однако час потребовался лишь подойти к подножию горы. Через два часа подъема по курумнику они оказались у подножия очередной вершины. Время было уже три часа утра. Решили повернуть назад и спуститься вниз по снежнику, сидя на штормовках. Опасный скоростной спуск (несколько минут) закончился для всех счастливо. Набрав большую скорость, все удачно миновали отдельно торчащие глыбы у окончания снежника. Вернулись в поселок в пятом часу утра. Незавершенное восхождение их совсем не огорчило. Все были восхищены первым знакомством с удивительными белыми ночами, суровыми горами и красотой заполярья (кстати, именно здесь снимался фильм «Территория» по широко известной книге геолога-писателя Олега Куваева). Казанские студенты работали до 17 сентября в трех разных отрядах Райизской геолого-разведочной партии Полярноуральской экспедиции (Тюменская область). Рафаэлю вместе с Сашей Константиновым выпала «тяжелая» доля (все хотели попасть на съемку) работать на разведке хромитовых руд Райизского ультраосновного массива под руководством опытных геологов Виктора Кенига и Владимира Овечкина. (фото с Овечкиным). Горы со снежниками, карами (цирками), необыкновенно прозрачными озерами и ручьями, тундра, северные ягоды (морошка, голубика), а главное знакомство с настоящими геологами и замечательными людьми оставили незабываемый след в памяти ребят. Красивые места, невиданные минералы и горные породы, тяжелые маршруты и переезды (переходы), геологические открытия (иногда не только для себя), неожиданные встречи и всегда небо над головой – именно это и есть романтика студента-геолога, именно об этом половина разговоров на геофаке и в «шестерке». Рафаэль, как все нормальные студенты-геологи, привез с Полярного Урала огромный рюкзак с образцами (нефриты, жадеиты, сангвандиты, серпентиниты, яшма, тулитизированое габбро, плагиоклазиты с рубинами и др.), которыми щедро делился.

 

Рафаэль Байбулатов на Полярном Урале (лето 1982 г.)

 

В самом начале II курса группа № 312 стала несколько иной. Это был сплав уже возмужавших юношей, многое увидевших за лето и убедившихся в правильности выбора профессии, и загорелых сильно сдружившихся между собой девушек, в каникулярное время съездивших к Черному морю и отработавших на полях одного из приморских совхозов. К сожалению, отчислился из университета Иван Истаков, академический отпуск взяли Олег Назимов и Слава Гильмаев, в нефтяную группу перевелся Ринат Шарипов. Но в 312 группе появился Гена Максимов, который перевелся на геофак КГУ с другого вуза. Своей общительностью и дружелюбием он очень быстро стал своим, а вскоре выяснилось, что с нами рядом – настоящий художник. Гена великолепно рисовал, а также резал по дереву, кости и камню (его огромное воображение, тонкий вкус, тяга к искусству сделали своё дело и в период развала советской геологии в 1990-х гг. он уходит работать в Чувашский национальный музей, где сейчас является начальником реставрационного отдела). Художник и поэт. Хорошо стыкующиеся, многозначные и притягивающие слова. А у нас носители этих талантов (Гена и Рафаэль) быстро нашли друг друга и подружились. Забегая вперед надо отметить, что группа 312 больше никого не теряла, а в начале V курса приобрела Олега Лопатина и Ларису Новицкую. Оба они учились на курс раньше нас, но по разным причинам были в академическом отпуске. Это были люди, уже прошедшие основную школу геофака, и никто не воспринял их как новичков, а Лопатин стал новым гитаристом и певцом группы. Сейчас Лариса работает в области инженерной геологии в Казани, а Олег является широко известным специалистом в области геммологии (доктор геолого-минералогических наук) и любимцем всех нынешних студентов геофака КГУ.

Второй курс прошел намного быстрее, хотя ярких и важных событий было немало. В его первой половине Рафаэль Байбулатов увлекается спелеологией и знакомится с удивительным миром пещер[9] вместе с нашими уже опытными спелеологами Рустамом Зайнуллиным и Витей Салдиным.

Во второй половине этого курса Рафаэль начал издавать групповой журнал под названием «Раз, два, три». Журнал имел формат А-4, он делался в одном экземпляре на альбомной бумаге для рисования. Всего было выпущено около 5 номеров, последний – в конце III курса. Номера отличались общей темой, объемом и оформлением. Постоянными рубриками были – вводная часть; колонка, посвященная жизни и состоянию группы 312; ЖЗЛ (жизнь замечательных людей); фантастическо-юмористический роман с продолжением; заключительная часть с кроссвордом и анекдотами (юморесками). Рафаэль просил кого-нибудь из одногруппников написать о себе и это помещалось в ЖЗЛ (так группа заново открывала для себя Рустама Зайнуллина, Витю Салдина, Сакину Загирову, Марину Кузнецову, Валю Смелову), об имеющихся проблемах в группе также кто-то писал, всё остальное творил Байбулатов. Неизменными его помощниками были Валера Владимиров и Валя Смелова. После выхода в свет журнал переходил из руки в руки на геофаке. По смеху или гомерическому хохоту (иногда прямо во время занятия) можно было догадаться, кто смотрит журнал в данный момент.

 

Последняя страница нулевого листка журнала «Раз, два, три» (написано рукой Байбулатова Р.)

 

Предпоследняя страница первого номера журнала «Раз, два, три».

 

Кроссворд в третьем номере журнала «Раз, два, три».

 

Наступило лето и долгожданная учебная практика по геологическому картированию в Ильменском заповеднике (Челябинская область).

 

 

До отправки поезда Казань-Свердловск (Екатеринбург) в середине июня 1982 г.

остается 15 минут (группа 312 отправляется в Ильмены).

Стоят (слева направо) – Максимова М., Кузнецова М., Садовничая Г., Загирова С., Мусин Р., мама Рахимзяновой Н., Рахимзянова Н., Смелова В., Байбулатов Р., Пестрикова Э., Борисов Р., мама и папа Сайфуллина А.;

на корточках (слева направо) – Байталов А., Максимов Г., Зайнуллин Р., Сайфуллин А., Владимиров В.

 

Это райское место на Южном Урале с невысокими поросшими вековыми соснами горами, красивым и чистым Ильменским озером, копями с бериллами и топазами, изумрудами и цирконами. На базе заповедника было несколько уютных одноэтажных деревянных корпусов с 10-12 комнатами на 3-4 человека, большая кухня-столовая, 2-3 небольших административных здания, танцплощадка, футбольное и волейбольное поля. Все здания находились в лесу, одним краем база выходила к Ильменскому озеру.

 

Часть 312 группы после получения противоэнцефалитных костюмов.

Стоят (слева направо) – Смелова В., Кузнецова М., Максимова М., Борисов Р.,

Загирова С., Пестрикова Э., Нуррулина Р.;

на корточках (слева направо) – Сайфуллин А., Сабитов З., Байбулатов Р., Мусин Р.

 

Руководитель практики – Е. С. Шуликов, являвшийся замдекана и отличавшийся строгостью[10], построил нас и велел избрать коменданта лагеря. Это лицо должно было отвечать за порядок в пределах выделенного нам жилого корпуса и прилегающей к нему территории, соблюдение режима дня, а главное – за связь с администрацией базы, которая заключалась в основном в оказании нами помощи в виде ежедневных работ по благоустройству территории базы.[11] Комендантом был избран Рустем Мусин. Рафаэль Байбулатов тут же пишет права и обязанности жителей нашего комплекса. Прав и обязанностей было где-то по 8-10 пунктов. Они звучали примерно таким образом:

– «Каждый житель обязан здороваться с комендантом и его соседями по комнате и угощать их сигаретой»;

– «Каждый житель имеет право поздороваться с комендантом и его соседями по комнате и угостить их сигаретой».

Вся группа заняла шесть комнат – три мужские и, соответственно, три женские. Преподаватели жили в этом же блоке (корпусе) в отдельных комнатах. Рафаэль поселился с Загитом Сабитовым, Валерой Владимировым и Рустемом Мусиным, очень теплые и дружеские отношения между которыми сложились задолго до начала ильменской практики. В первый же день на двери комнаты этих четырех друзей появляется табличка – «Монахи» и ниже Рафаэлем дается должность каждого по церковной иерархии, при этом Мусин становится «евнухом». Примерно через час на двери комнаты Артура Байталова, Олега Будникова и Гены Максимова появляется табличка «Мафия» и роспись жителей по мафиозной иерархии. Роза Нуруллина в ответ на своей двери вывешивает лист с характеристикой женской половины, а также с правами и обязанностями «Монахов» и «Мафии» относительно этой половины группы. Теплый дружеский тон нашей практике был задан Рафаэлем.

 

«Монахи» в Ильменах.

Стоят (слева направо) – Сабитов З., Байбулатов Р., Владимиров В.;

на корточках – Мусин Р.

 

С утра до обеда мы были в маршрутах, потом камералили (обрабатывали полученный материал), выполняли хозработы, а после ужина было свободное время. Купание, книги, футбол и волейбол («Мафия» - «Монахи», КГУ – МГУ), а поздним вечером – посиделки у костра, который разводили на небольшой скале у берега озера. Иногда к костру приходили студенты-геологи Московского университета – наши соперники на спортивных полях, где шли настоящие сражения. Однажды, к нашему костру присел известный математик С. Б. Стечкин (основатель Института математики и механики Уральского отделения РАН). Он нам, студентам «ленинского» университета, высказал крамольную по тем временам мысль: «Вы казанские студенты должны гордиться не тем, что в вашем университете учился В. И. Ульянов-Ленин, а бывшим ректором – великим математиком Н. И. Лобачевским».

 

 

Бригада Байбулатова в конечной точке одного из маршрутов

в пределах Ильменского заповедника.

На переднем плане (слева направо) – Рахимзянова Н., Байбулатов Р., Пестрикова Э.;

на заднем плане (слева направо) – Владимиров В., Максимов Г., Смелова В. и

за каменной глыбой голова Нуруллиной Р.

 

Шуликов Евгений Семенович у обнажения

(позднее, уже в конце пятого курса, при составлении прощальной групповой газеты Байбулатов под этой фотографией напишет:

«Смотрите, дети, это - флиш! Дети смотрят, видят – шиш»)

 

В конце июня в один из выходных дней группа 312 устроила Сабантуй, одним из основных инициаторов и участников которого выступил Байбулатов. Постарались воспроизвести все спортивные состязания, которые обычно бывают на такого типа празднике. Были битвы с подушками, бег в мешках, прохождение дистанции с ложкой во рту (а в ложке – яйцо), доставание ртом мелких плоских предметов со дна глубокой тарелки, наполненной кефиром, и многое другое. Не было только конных скачек. После спортивной составляющей практически каждая комната дала какое-то артистическое представление. Крики, смех и аплодисменты не стихали в течение нескольких часов. На представление собрались практически все жители Ильменской базы. А вечером этого дня был праздничный ужин, сменившийся песнями у костра.

Подготовка к Сабантую.

Слева направо – Салдин В., Зайнуллин Р., Пестрикова Э.

 

Сабантуй. Байбулатов Р. – участник бега в мешках.

 

Сабантуй. Мужское представление

(крайний справа - Байбулатов Р.)

 

Еду готовили сами, при этом дежурная бригада в маршруты не ходила. В каждой бригаде было по 2-3 девушки, которые настолько творчески и старательно относились к своим временным обязанностям, что ни одно блюдо не повторялось в течение 2-3 дней. Приготовленная еда была настолько вкусной, что в кастрюлях никогда ничего не оставалось. Наши преподаватели (вначале это были Шуликов Е.С. и Сагитов Н.А. – доценты кафедры региональной геологии СССР, а во второй половине практики – доценты кафедры минералогии: А. И. Бахтин, В. В. Корчагин и Г. А Кринари) признали, что ничего подобного до нас еще не было. Удивительным стало и то, что после окончания практики каждый получил довольно приличную сумму – остатки от командировочных. Такое могла сделать только женская половина 312 группы. Честь ей и хвала.

На минералогической практике ясно запомнилась вводная лекция о загадочных пегматитах, сложенных крупно- и гигантозернистыми минералами. Их происхождение объясняли по-разному два знаменитых геолога-академика: минералог-геохимик А. Е. Ферсман и петрограф А. Н. Заварицкий. Интересно было то, что оба построили свои разные модели образования пегматитов приблизительно в одно время и на примере пегматитов Ильменского заповедника. Всей группой мы внимательно слушали лекцию о происхождения пегматитов, сидя на одном из них. Наши преподаватели в завершении лекции призвали нас найти новые необходимые геологические факты и ответить на вопрос: «Кто же из академиков был прав?». Мы отправились в свои первые самостоятельные маршруты. Казалось, что все нам по силам. Это было здорово!

На заключительном этапе практики нас вывезли с базы на автобусе для знакомства с широко известными гранитами-рапакиви Бердяушского плутона и Саткинским месторождением магнезита. Ночевали в палатках. Какое удовольствие было вечером у костра слушать прекрасных рассказчиков Владимира Владимировича Корчагина[12] и Георгия Александровича Кринари. Корчагин рассказывал о своих произведениях (он ежедневно знакомил нас с еще неопубликованным романом «Астийский эдельвейс»), геологе-писателе И. А. Ефремове (его романы «Час быка» и «Лезвие бритвы» были какое-то время запрещенными), о геологии и разных удивительных людях, событиях и явлениях природы. Рафаэль часто общался с Владимиром Владимировичем. Это общение многое дало нашему поэту и великому выдумщику.

 

Корчагин В. В. и Байбулатов Р. в одном из маршрутов

(крайний слева – Владимиров В.)

 

Заключительный этап Ильменской практики. Бивак в районе Бердяушского плутона.

Слева направо – Будников О., Ильгизар (водитель автобуса), Корчагин В. В., Смелова В., Максимова М., Кринари Г. А., Загирова С., Салдин В., Пестрикова Э., Борисов Р., чуть левее Борисова – Бахтин А. И.

 

 

Учебные практики второго курса закончились в середине августа. Впереди был месяц каникул. Этот месяц Байбулатов Р. и Мусин Р. провели на Кольском полуострове, работая в должности лаборантов в составе одного из полевых отрядов ВНИИГеолнеруд.[13] Отряд состоял из трех человек – начальника (старший научный сотрудник, к.г.-м.н.) Шепелева Юрия Федоровича, геолога (младший научный сотрудник) Ковязина Александра и водителя Александра. Основным объектом изучения отряда были ультращелочные породы Хибинского и Ловозерского массивов, в которых был обнаружен новый минерал – натрит (Na2CO3). Отряд перемещался на своем автобусе ПАЗ и нуждался в помощниках – рабочих, которых и получил.

Рафаэль Байбулатов у ВНИИГеолнерудовского автобуса на Кольском полуострове.

 

Шепелев на новом материале хотел сделать докторскую диссертацию и поэтому работал практически круглые сутки. Ковязин хотел съэкономить командировочные, т.к. имел небольшую зарплату. Поэтому новоявленным помощникам досталось. Рабочий день для всех начинался в 7 утра, отбой – в 11-12 ночи. В указанном промежутке времени – документация и опробование керна, конспектирование отчетов, выписки всевозможных анализов и обработка проб и образцов. Учитывая, что дежурили (отвечали за приготовление еды и помывку посуды) только студенты, то для них через раз рабочий день увеличивался на 1-2 часа. В постоянном рационе – капуста и камбала – самые дешевые продукты, которые всегда закупал А. Ковязин. С тех пор Рафаэль не любил капусту, в какой бы форме она не была. Но случались и праздники. Одним из них явился 15 километровый маршрут по Кольской тундре за хорошо ограненными и довольно крупными кристаллами цирконов. В этом маршруте участвовали и местные геологи, с двумя молодыми представителями которых Рафаэль, увлекшийся сложной геологией Кольского полуострова, очень быстро нашел общий язык. 14 сентября студенты вернулись в Казань, т.к. на следующий день начиналась учеба в университете.

 

Поход за цирконами.

Рафаэль на переднем плане, чуть левее – А. Ковязин (в шляпе), остальные – местные геологи.

 

Месячная работа на Кольском полуострове принесла не только новые знания и опыт, многочисленные впечатления от красот природы и душевной теплоты местного населения, дополнительные финансовые средства, но и признание характера и результатов студенческого труда. Шепелев Ю.Ф. по возвращении отряда в Казань приглашает Байбулатова и Мусина на работу в свой отдел (тему) на 0,5 лаборантской ставки (45 руб./мес.). Друзья приняли это приглашение и до начала сессии (до середины декабря) работали в центральном здании ВНИИГеолнеруд. Это уютное пятиэтажное здание с большой библиотекой и многочисленными аналитическими лабораториями. Основной объем работы заключался в подготовке каменного материала к различным анализам – дробление, просеивание и истирание проб, выделение из них монофракций отдельных минералов и т.д. Работать студентов посадили на чердаке, т.к. других свободных мест не нашли. На чердаке не хватало света и тепла. Последнее вскоре стало основным дискомфортом, т.к. на улице уже была отрицательная температура. Студенты, несмотря на все это, добросовестно отрабатывали положенные 4 часа. Шепелев был доволен, ему было, что докладывать на Ученом совете института. Приближалась защита его промежуточного отчета, и тут он узнает, что Рафаэль может хорошо рисовать, чертить и обладает оформительскими способностями. С этого момента Байбулатов начинает работать в теплой и светлой комнате вместе с начальником на 3 этаже, а на чердаке остается Мусин.

Третий курс, как и последующие, отличался от начального периода обучения. Все мы повзрослели. Некоторые обзавелись семьями – Олег Будников, Валера и Марина Максимовы, Сакина Загирова стала Бадыковой, несколько позже – Витя Салдин, Рустам и Назия Зайнуллины. Еще в университетский период они стали папами и мамами. Вся 312 группа активно постигала премудрости геологической науки, большая часть группы получала повышенную стипендию, а Роза Нуруллина стала ленинской стипендианткой. После аудиторных занятий многие интенсивно работали в университетских лабораториях, при этом результаты исследований включались не только в курсовые и дипломные работы, но и докладывались на различных Всесоюзных молодежных научных форумах, где поощрялись дипломами (работы Саши Константинова в области оптической спектроскопии минералов под руководством Бахтина А. И.).

 

 

Игра «Угадай, кто стукнул по спине» в ожидании автобуса в один из

пригородных колхозов для уборки капусты (осень 1983 г., III курс).

На переднем плане – Байбулатов Р.; слева направо – Максимова М., Мусин Р.,

Кузнецова М., Смелова В., Борисов Р., Замараева Я., Сабитов З.

 

После зимней сессии на третьем курсе весь курс совместно отметил так называемый «экватор». С этого времени отмечается очень тесное сближение всех четырех групп курса, и многие праздники мы начинаем отмечать совместно[14].

Наступает очередное лето – время первой производственной практики. Выбор мест её прохождения был огромный, каждый мог подобрать себе место по душе. Рафаэль вместе с Валерой Максимовым и Рустемом Мусиным в конце мая 1984 г. летит в г. Норильск, где одногруппники устраиваются рабочими (впоследствии их переводят в техники-геологи) в Центрально-Арктическую геологоразведочную экспедицию. Основным полем деятельности экспедиции был полуостров Таймыр, где она проводила геологосъемочные и поисково-разведочные на россыпное и коренное золото работы. В экспедиционном отделе кадров Валеру определяют в партию, проводившую работы в районе мыса Челюскин, и через 2-3 дня он улетает туда вместе с группой геологов и рабочих. Байбулатова и Мусина включают в состав Нижне-Таймырской поисково-съемочной партии, в которой было два отряда – геологосъемочный, под руководством Рогозова Юрия Григорьевича, и поисковый, начальником которого был Сальников Вячеслав Алексеевич[15]. Как студенты не просили определить их в съемочный отряд, их отправили к Сальникову, т.к. к съемщикам должны были приехать студенты из Ленинградского горного института[16]. Полевой сезон начался в начале июля после схода снежного покрова, а до этого казанские студенты занимались подготовкой к этому сезону вначале в Норильске, а потом на базе партии, располагавшейся на берегу Карского моря, в приустьевой части р. Нижняя Таймыра. В круг основных обязанностей практикантов входили – документация обнажений и горных выработок, и промывка шлихов. Одна шлиховая проба базировалась на промывке 0,02 м3 рыхлого грунта, это 30-40 кг горной массы, помещавшейся в два стандартных шлиховых лотка. Труд не из легких, но все его тяжести компенсировались радостью при наличии золотин в самом шлихе.

 

Байбулатов Р. с Мусиным Р. на поисковом участке «Горный»

(начало июля 1984 г.)

 

Поисковые работы велись в бассейне нижнего течения р. Нижняя Таймыра. Это слабо всхолмленная область тундры без единого кустика, в летний период заселенная северными оленями и гусями. Реки и озера были переполнены рыбой – голец, муксун, чир, хариус. Июль – время полярного дня, солнце не уходило за горизонт и светило круглые сутки, поэтому часто организовывались круглосуточные маршруты протяженностью до 20-25 км с отбором шлиховых проб через каждые 500 м. От лагеря к лагерю перемещались на вездеходе ГТТ. Палатки отапливались печками, куда по шлангу подавалась солярка. Все трудности переносились легко и с юмором, т.к. коллектив был замечательный, а кругом – неописуемая красота. Рафаэль посвятил много строк этим красотам и таймырским геологическим будням.

Рафаэль Байбулатов у вездехода ГТТ

 

 

Рафаэль с одним из рабочих-промывальщиков и лайкой «Унга» у бивня мамонта,

торчащего из мерзлых пород (конец июля 1984 г.)

 

В Норильск отряд вылетел в начале октября, когда все реки сковало льдом, тундра стала белой от снега и по ночам стали появляться первые всполохи северного сияния. В этот год в экспедицию питерские студенты не приехали, а казанские так отработали, что в Нижне-Таймырской партии стали говорить – «Нам питерские студенты не нужны, казанских – давай». Байбулатов и Мусин получают приглашение на практику на следующий год и, вообще, приглашаются на работу после окончания университета. А в Казани в первый же день (15 октября) ребята получают выговоры от Е. С. Шуликова за опоздание на занятия, при этом внимание на справку от предприятия об отсутствии авиатранспорта для своевременного вывоза студентов он не обращает[17].

Четвертый курс пролетел как один день, хотя он также был насыщен ежедневным тяжелым трудом и различными приятными событиями.

Чаепитие за настоящим самоваром в одной из комнат общежития № 6.

Сидят (слева направо) – Салдин В., Смелова В., Мусин Р., Бадыкова С., Кузнецова М.;

стоят – Байбулатов Р. и Сабитов З.

 

Свадьба Зайнуллиных (1 декабря 1984 г.).

Основная часть гостей – одногруппники молодой семьи, Рафаэль в третьем ряду (в очках)

 

 

Ожидание электрички на вокзале 8 марта 1985 г. в предвкушении лыжных прогулок в лесу (для разнообразия групповых праздников Рафаэль предложил сводить девчонок в их праздник в лес для катания на лыжах (лыжи на всех доставали заранее) и чаепития у костра, а основной праздник с хорошей мужской кухней, гитарой и танцами – вечером, после общения с лесом; также поступили и 8 марта на следующем – пятом курсе).

Стоят (слева направо) – Максимов Г., Владимиров В., Садовничая Г., Пестрикова Э., Смелова В., Кузнецова М.; на корточках – Байбулатов Р., а рядом с ним – местные мальчишки, примкнувшие к веселой группе добрых молодых людей

 

Первомайская демонстрация 1985 г.

(1 мая и 7 ноября (праздничные дни в советское время) студенты геофака, в отличие от студентов других факультетов, никогда не отдыхали, т.к. их священной обязанностью было замыкание со знаменами университетской колонны).

Знаменосцы: стоят (слева направо) – Сайфуллин А., Мусин Р., Байбулатов Р., Максимов Г., Замалеев В. (геофизик), Кузнецов В. (геофизик);

на корточках (слева направо) – Сабитов З., Гилязов Р. (нефтяник), Степанов И. (геофизик).

 

Во второй половине четвертого курса два дня в неделю шли занятия по военной подготовке, т.к. летом должны были состояться 45 суточные военные сборы. Они начались в конце мая 1985 г. на базе батальона химической защиты в г. Вольске Саратовской области. Из студентов биологического, геологического и химического факультетов КГУ сформировали роту с тремя взводами. Ребята 312 группы вместе с частью студентов-химиков попадают в первый взвод, командиром которого назначается Валера Максимов. В этом взводе Рафаэль оказывается в отделении под командованием Рустама Зайнуллина. Жили отделениями в 10-местных палатках. Режим дня как на курорте – от 600 до 2200. Практически каждый день – строевая подготовка и теоретические занятия, в отдельные дни – знакомство с боевой техникой, стрельба из автомата Калашникова, марш-броски в ОЗК (общевойсковой защитный комплект).

Рафаэль принимает военную присягу

 

Отделение Зайнуллина на кратковременном отдыхе.

На переднем плане (слева направо) – Зайнуллин Р., Борисов Р., Байбулатов Р., Мусин Р.;

на втором плане (слева направо) – Черногузов И. (химик), Ягин П. (химик), ??? (химик), Константинов А.

 

Этими сборами нас пугали, чуть ли не с самого начала занятий на военной кафедре (II курс). Но товарищи майоры и подполковники видимо не знали, что обычная обувь геологов – это сапоги, а марш-броски в ОЗК и с автоматом по ровной и спокойной грунтовой дороге не тяжелее 5-10 км маршрута в горной тайге или тундре с 20 кг (а иногда и более) рюкзаком. Поэтому, видя улыбки на наших лицах (даже потных после часовой пробежки в противогазе) они постоянно придумывали то, что могло сбить эти улыбки. Этому мы противостояли только одним – на строевых занятиях на команду «Песню запевай» всегда отвечали песней «Вихри враждебные веют над нами…». Во второй половине сборов наши офицеры перестали «выёживаться» и стали нормальными старшими товарищами. Часть была небольшой, солдат срочников – мало. В связи с этим очень часто караульную службу несли курсанты (студенты). Отделение Зайнуллина в карауле было 3-4 раза. Пост № 1 обычно доставался Рафаэлю Байбулатову, как самому надежному, спокойному и ответственному человеку (при несении караульной службы автоматы снаряжались боевыми патронами)[18].

Военные сборы закончились в первой половине июля. В день возвращения в общаге № 6 состоялся праздник. Геологи, биологи и химики гуляли совместно и сводным отрядом поздним вечером промаршировали с песней (традиционно) вокруг общежития. Практически между всеми установились очень теплые отношения. Рафаэль подружился с соседями по палатке – химиками Петром Ягиным и Игорем Черногузовым – неординарными умными и трудолюбивыми ребятами. На следующий день Байбулатов, Мусин и Гена Максимов улетают в Норильск, в Центрально-Арктическую экспедицию.

В Нижне-Таймырской партии их уже ждали, причем ждали в геолого-съемочном отряде, т.к. поисковики отряда Сальникова составляли отчет и в поле выезжать не собирались. Съемочный отряд уже был в поле, казанских студентов туда переправили отдельным бортом (вертолет МИ-8). Съемщики организовали четыре группы, в составе каждой было два геолога, три-четыре рабочих и водитель вездехода (группы перемещались на вездеходах ГАЗ-71). Огромная площадь северной части Центрального Таймыра, которая должна была подвергнуться геологическому картированию в масштабе 1:200000, была поделена между этими группами. Рафаэль с Геной попадают в группу Ю. Г. Рогозова, а Рустем – к Василию Проскурнину. Вместе с норильскими геологами в съемочном отряде в тот год работала Соболевская Римма Федоровна – очень известный биостратиграф, специалист по граптолитам и замечательный человек из «ВНИИокеангеология» (г. Ленинград). Основную часть времени она провела в группе Рогозова, картировавшей поле развития нижнепалеозойских отложений. Её профессионализм, высокая культура и человечность покорили всех. Длительное общение Рафаэля с Риммой Федоровной в совместных маршрутах и в палаточном лагере привело к тому, что он увлекается стратиграфией и палеонтологией. А Соболевская была покорена душевными качествами и трудолюбием казанского студента, его стремлением к познанию и эрудированностью. Менее чем через год Рафаэлем на «отлично» будет защищена дипломная работа, посвященная стратиграфии Центрального Таймыра, а его переписка с великой женщиной-геологом продолжалась ещё несколько лет.

Байбулатов у обнажения вулканогенно-терригенных нижнепалеозойских пород

(август 1985 г.)

 

Пятый курс, как и предыдущий, начался с двухнедельного опоздания на занятия.

Отношение к пятикурсникам на геофаке особое. Это уже не 17-18 летние юнцы, а зрелые люди с определенным опытом и багажом знаний. Отношения с преподавателями становятся более простыми и доверительными (сам Е. С. Шуликов часто здоровается крепким рукопожатием). Все строят планы на дальнейшую деятельность в геологической отрасли. Приходит время государственного распределения. География предлагаемых мест работы была обширной от ПГО «Центргеология» (г. Москва) до ПГО «Читагеология» (г. Чита). Рафаэль выбирает ПГО «Уралгеология» (г. Свердловск).

Пятикурсники-поисковики у входа в здание геологического факультета.

Стоят (слева направо) – Салдин В., Максимов В., Будников О., Байталов А., Лопатин О.,

Константинов А., Сайфуллин А.;

на корточках (слева направо) – Владимиров В., Мусин Р., Байбулатов Р., Максимов Г.

 

Очень важным завершающим аккордом была не только защита дипломной работы, но и выпуск групповой стенгазеты[19]. Естественно, главным редактором и составителем этой газеты выступил Рафаэль Байбулатов. Связную историю группы с шутливыми стихотворными переходами от одной части к другой и философскими обобщениями, которая была бы интересна всем, мог сделать только он. Данная газета, как и номера журнала «Раз, два, три», хранятся и на обозрение эти творения Рафаэля выставляются во время встреч курса раз в пять лет.

Вводная часть выпускной стенгазеты

(март 1986 г.; текст и его оформление – Байбулатов Р.)

Заключительная часть выпускной стенгазеты

(текст и его оформление – Байбулатов Р.)

 

Последняя посиделка группы 312 в полном составе состоялась 4 июня 1986 г. после получения дипломов об окончании геофака КГУ. Первая посиделка со смехом сквозь слёзы от предстоящего расставания. Рафаэлю Байбулатову было 22 года. Он был полон сил и энергии, желания работать на благо своей страны. Человек с большой буквы, в котором всё было прекрасно. В конце июня самолет уносит его в г. Свердловск (Екатеринбург) к новым открытиям и свершениям, к новой жизни.

 

Рафаэль Байбулатов – свидетель на свадьбе Валерия Владимирова

(8 июня 1986 г., г. Болгары)

 


[1] Лекции по «Общей геологии» читал М. Н. Соколов – замечательный человек и преподаватель, прошедший через всю Великую Отечественную войну, работавший на геофаке практически до своей кончины в 1996 г.

[2] Лекции и практические занятия почти всех преподавателей геофака 1980-х гг. были интересными и насыщенными. В то время работала плеяда великих профессоров, известных на всю страну, – В. М. Винокуров, В. И. Игнатьев, И. С. Муравьев, И.Н. Пеньков, В. А. Полянин, В. Г. Халымбаджа. Дополнительно стоит отметить М. Г. Солодухо, который не будучи отмеченным высокими учеными званиями, был палеонтологом-энциклопедистом и настоящим интеллигентом, его занятия любили все студенты.

[3] Тогда мы и предположить не могли, что геофак даст нам лучших друзей (а многие объединятся в супружеские пары), и время обучения практически все будут считать одним из лучших периодов своей жизни.

 

[4] Рабфак – неофициальное название подготовительных отделений вузов в 1970-1980-х гг.

[5] Знаменитая «общага» КГУ № 6, в первом и втором блоках которой проживали студенты геофака и химфака, и где в холле между 7 и 8 этажами на окнах была написана фраза «Геофак, мы любим тебя!!!», видимая издалека с улицы А. Кутуя, и заставлявшая учащенно биться сердца всех казанских геологов.

[6] Несколько примеров. В 1980-х гг. один раз в год проводился «День донора», единственным факультетом в КГУ, где фиксировалась практически 100 % сдача крови студентами, был геофак. Каждую субботу в общежитии № 6 проводились дискотеки, при этом на них не было ни одной потасовки, хулиганы казанских группировок обходили это общежитие стороной. Грубых слов в присутствии девушек никто себе не позволял.

[7] В последние годы для выступлений геофака стало модным приглашать известных профессиональных режиссеров и платить им деньги. Рафаэль, скорее всего, сделал бы многое лучше их, представления стали бы более предметными и связными, душевными и смешными без всяких дополнительных денежных средств. Талант и есть талант. Он не зависит от званий, знакомств и предпочтений, а его величие часто открывается лишь после ухода человека.

 

[8] Мама Рафаэля – Хатима апа – была очень спокойным, добрым и трудолюбивым человеком. В 1984-1985 гг. она с младшим сыном Рустамом переехала из Старой Кулатки в Казань, где трудоустроилась на хлебозавод № 2 и получила комнату в общежитии.

[9] Любимым местом свободного времяпровождения казанских спелеологов является Юрьевская пещера, расположенная на правом борту Волги (Куйбышевского водохранилища), в 80 км от Казани, имеющая протяженность более 400 м.

[10] В 1980-х гг. геофаком КГУ руководил замечательный тандем – декан Тухватуллин Р.К. и замдекана Шуликов Е.С. В студенческой среде первый считался добрым, а второй – суровым. К концу ильменской практики мы все поняли, что Евгений Семенович Шуликов – это великий геолог и хозяйственник, умеющий делать практически всё, а также добрейшей души человек. Суровость же его была напускной, ведь на факультете было 500 студентов, большая часть которых не являлась «ангелами».

[11] Оказание помощи администрации базы заповедника – очень мудрое решение Е.С. Шуликова. Работ было не очень много, за неделю мы практически все сделали (выкопали, закопали, подкрасили, подправили), работая 1 час в день, зато отношение к студентам КГУ было намного лучше, чем к студентам других вузов.

[12] Корчагин В. В. – известный писатель. Знаменитый его роман «Тайна реки злых духов» привел учиться на геофак очень многих.

[13] ВНИИГеолнеруд – Всесоюзный научно-исследовательский институт геологии нерудного сырья, базирующийся в г. Казани, ныне – ЦНИИГеолнеруд (центральный институт).

[14] Душевная близость и теплота, возникшие во время учебы, никуда не делись, и после окончания геофака курс собирается на 1-2 дня через каждые 5 лет.

[15] Рогозов и Сальников – замечательные люди и геологи. В то время им было около 45-50 лет. Рогозов занимался стратиграфией, был кандидатом наук и спортсменом (член сборной СССР по гребле на одной из летних Олимпиад). Сальников – настоящий инженер-геолог, сам сконструировал паровую машину, которую использовали в поле для быстрого оттаивания мерзлоты при проходке шурфов.

[16] Ныне Санкт-Петербургский государственный горный университет.

[17] Многие студенты работали на предприятиях не положенные три месяца, а намного больше и, соответственно, они не могли быть в Казани 1 октября (дата начала учебы на IV и V курсах геофака). Практически у всех были справки отмеченного типа, т.к. часто в реальности так оно и было. Евгений Семенович за опоздание на 2 недели или более объявлял выговоры, которые вывешивались на доску объявлений, при этом за этими выговорами ничего более не следовало, а в душе замдекана был рад – геофак растил настоящих геологов.

[18] Пост № 1 – это охрана боевого знамени, которое располагалось в корпусе, где несли службу офицеры части. Самый тяжелый пост, т.к. ни присесть, ни пройтись – нельзя, при проходе офицера – стойка «Смирно». За сутки, такова продолжительность караула, у знамени приходилось стоять 8 часов – 4 раза по 2 часа.

[19] Замечательной традицией геофака было вывешивание пятикурсниками в марте-апреле месяцах групповых стенгазет, где обычно раскрывалась история каждой группы от начала учебы в КГУ до её завершения. История в фотографиях, сопровождавшихся кратким текстом и различными шутливыми замечаниями. Размеры газет – 1*5-6 м. Они неизменно вызывали живейший интерес и определенное чувство жалости, что эти чудо ребята и девушки скоро покинут геофак. К великому сожалению, с начала 1990-х гг. выпускники уходят без рассказа о своей студенческой жизни.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 84; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
 | Мальчик-лазер, продолжение истории.


lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.084 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты