Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Эпизод 1. Встань и иди.




Читайте также:
  1. Встань, пока время, и слезами очистись.
  2. Встань, сойди и иди с ними, ни мало не сомневаясь; ибо Я послал их.
  3. конкурсный эпизод
  4. Эпизод 10 Мечта
  5. Эпизод 11 О чем она мечтала?
  6. Эпизод 2. Кастинг господина Сантаны.
  7. Эпизод 3 Наши будни
  8. Эпизод 3. Два по цене одного.
  9. Эпизод 4 Театр

Новые приключения Иисуса.

- Кто круче — The Beatles или Бог?
- Думаю, все-таки The Beatles.

Когда Бог в последний раз выпускал альбом?

Liam Gallagher (Oasis)

 

 

Стук колес поезда и невыносимая сухость во рту разбудили его в двенадцатом часу по Москве. Голова раскалывалась.

- Боже, - было первым его словом.

Он слез со своей верхней полки, взял со стола пластиковую бутыль с выветрившейся колой и осушил ее почти всю. Остальные пассажиры купе спали. В грязных стаканах на столе стояло недопитое вино.

А потом он вдруг подумал: «Так, а я кто?»

Ответа не последовало.

Он посмотрел в зеркало на двери и узнал, что на нем черная мятая рубашка и синие джинсы. На левой руке веревочная фенечка, на голове – длинные дреды. Молодое лицо старила борода, срощенная с усами, она ему сразу не понравилась. Он провел рукой по волосам и головная боль исчезла.

- Доброе утро, Иисус! - услышал он сзади.

На нижней полке пробудился парень с кучерявыми темными волосами и равномерной щетиной на щеках и больших скулах.

- Доброе. Почему ты называешь меня Иисус? – попытался что-то вспомнить проснувшийся первым.

- Потому что ты так представился вчера.

Темноволосый поджал ноги и сел у окна, освободив часть полки. За окном были только белый снег и волны черных проводов на столбах. Он допил остатки колы до капли и спросил, указывая на стаканы с вином:

- Можешь обратно сделать?

Иисус сел на освободившееся место.

- Что обратно сделать?

- Ну, как вчера, только наоборот, - нетерпеливо сказал тот, слив все вино в один стакан. - Это же, наверное, проще?

Он придвинул стакан недоумевающему соседу.

- Вот с этого места поподробнее. Что я делал вчера? Что я вообще здесь делаю? Почему я не помню ни единой детали своего прошлого?

Собеседник цокнул языком.

- Вчера ты сам популярно отвечал на эти вопросы, но я ничего не понял. Мне не до того было – я видел чудо из чудес. Воду, набранную в эти вот самые стаканы, ты превращал в самое настоящее вино! Причем отменного вкуса и аромата. Такого не то, что в тетра-паке – даже в стекле не продают. И мы пили его, пока оставался кто-либо, способный дойти с этими самыми стаканами до бойлера и обратно.



- Я превращал воду в вино? – с сомнением уточнил Иисус.

- Именно, дорогой мой загадочный друг. А поскольку сейчас утро и вино нам пить не пристало еще несколько часов, даже такое волшебное, будь так добр: преврати его назад в чистую кипяченую воду. Только не горячую. Или во что-нибудь кисленькое, морс клюквенный, например. Главное – без градуса, мне нужно передохнуть.

- Ладно. Я попробую.

Он взял стакан, пристально посмотрел через него на свет, взял другой рукой, понюхал. Даже с утра оно пахло восхитительно. Ничего о превращении воды в вино он совершенно не помнил, потому очень серьезно сказал:

- Нет. Процесс необратим.

- Ну, ничего, - не расстроился темноволосый. – Главное, чтобы воду в вино получалось.

И направился к двери со стаканом.

- Стой. Тебя как зовут?

- Паша мое имя. А фамилия – Апостол.

- Ясно, - кивнул Иисус. – Я мог бы и догадаться.

***

В это самое время вышел из небольшого частного самолета в аэропорту Пулково высокий смуглолицый пассажир. Он был одет в белоснежный костюм и шляпу, туфли из крокодиловой кожи и шубу, за создание которой несколько сотен пушных животных пожертвовало своими жизнями. Он был гладко выбрит, сравнительно молод внешне, а количество морщинок возле глаз говорило о том, что ему приходилось много улыбаться. Кожаная перчатка сжимала золотой набалдашник черной лакированной трости.



Красная дорожка, выпавшая из самолета перед его выходом, сделала крутой вираж почти на 90 градусов и сама собой выстелилась до самых ворот терминала аэропорта, достигнув длины порядка ста метров. Пассажир засмеялся и зашагал по ней. Каблуки его туфлей каким-то образом умудрялись цинично цокать даже по мягкой ковровой ткани. Через восемь шагов к их цоканью добавились звучащие неясно откуда звуки кислотного баса, тяжелые удары синтетических барабанов, раздались сэмплы оркестра с обезумевшим дирижером, и чей-то страшный голос стал читать гангста-рэп. Судя по злобе голоса, его обладатель мог, не поморщившись, съесть на завтрак грудного младенца.

Он шел к воротам терминала, а подлетавшие снежинки плавились на расстоянии полуметра от него. Автоматические двери раздвинулись и не сдвинулись назад, зима поползла в терминал и охранник, который холода не любил, стал вызывать техников, стараясь перекричать плюющийся рэп, вошедший вместе с прибывшим. Гудки арки, недовольной прошедшим под ней гостем, зазвучали в ритм музыки. Красивая женщина с металлодетектором преградила дорогу, но гость лишь провел тростью по ее блузке, легко сорвав все пуговицы, притянул к себе за пояс юбки и поцеловал в губы, сдирая зубами алую помаду. Та невнятно простонала и отключилась, упав на ленту для вещей.

Через несколько шагов туча студенток, улыбаясь скобками на зубах, протянула гостю невероятное количество анкеток, заполнив которые, он мог бы получить прекрасные кредитные карты, на которые зачислялись бы бонусные баллы за отлетанные мили. Тут музыка прервалась, он погладил одну из них по голове и сказал с улыбкой:

- Умнички вы мои! Работайте!

Он сделал прямо в воздухе четыре громких жующих скрэтча пластинки, и гангста-рэп загремел отовсюду вокруг вновь. Выйдя из аэропорта, гость запрыгнул на багажник, ближайшей к нему машины, прошел по ней, игриво постукивая тростью по крыше, легко перепрыгнул на следующую, потом на следующую, пританцовывая. Так он добрался до последней из тех, что стояли в ряду, спрыгнул, открыл водительскую дверь, сделал учтивый жест рукой, показывая водителю наружу.

- Спасибо! – восхищенно сказал тот, покидая авто.

- Не стоит, не стоит, право! – с прежней улыбкой ответил гость, занимая место за рулем.

Он захлопнул дверь и заметил ромб на баранке.

- Опять «Рено», - сказал он. – Везет же мне на странных людей.

И сорвался с места со скоростью совсем не свойственной «Рено», при этом столкнув с дороги маршрутку. А водитель бежал за машиной и все кричал, чуть не задыхаясь: «Спасибо! Спасибо! Вы не пожалеете!..»

***

- Я еще и на бас-гитаре играю? – поразился Иисус.

- Да ты играешь как Бог! Вот это ты крендель, Иисус, ничего не помнишь! - опять удивлялся Павел. – Не помнишь, что едешь в Питер, не помнишь, как мы с тобой решили группу сделать, не помнишь, как Махмуд отрекся от своей религии, увидев твои фокусы с вином.

- Вай, горе мнэ!.. – раздалось из-под одеяла с соседней нижней полки.

- И как остановил инфаркт Валентина, тоже не помнишь?

Иисус обхватил голову руками.

- Говорю тебе: не помню, кто я, откуда, как я оказался в поезде, где родился, сколько мне лет, как спас Валентина, и как довел беднягу Махмуда до такого.

- Вай, позор мнэ!.. - опять простонало одеяло Махмуда.

- Ну ладно, будем надеяться, это разовый случай. Кстати, собирайся, мы приехали.

Иисус посмотрел за окно. За ним уже прекратились снег с проводами и стояли люди в разноцветных куртках, встречающие своих на перроне.

Он взял чехол с бас-гитарой, которая, по словам Павла, принадлежала ему, одел свои (тоже с его слов) шарф, куртку и разбитые ботинки. Когда они уходили, Махмуд так и не показал лица – остался лежать на полке и причитать. Они вышли на перрон и направились к вокзалу.

- Такси, такси, - заговорщицки пробубнил им мужчина в кепке.

- Комнату сдаю, - сказала бабуля с табличкой «Сдаю жилье».

- Айфон надо? – подмигнул шумный цыган.

- Ты тут не слушай никого, - проследил Павел блуждающий между ними взгляд Иисуса. – Я тут не впервой, расскажу тебе, что к чему, Иисус. Крутое у тебя все-таки имя. Ты прямо как тот парень, который продавал турбоблендер в телемагазине.

- Это впечатляет, - отвечал тот. – Куда мы направляемся?

- На студию, мужик, на студию! Там Юра Юдин, он мой старый знакомый. Он запишет нам с тобой мега-рок-н-ролльный гипер альбом! Этот чувак – последний, кто не променял рок-музыку на чертову попсу, наш чувак!

- Отлично, - повеселел Иисус. - Рок я люблю. Не помню, кто мои родители и кто сейчас президент, но рок – это да. Запилим мега альбом.

И поезд метро понес дуэт к студии, где их ждал Юра.

- Главное, мужик, не потеряй свои сверхспособности. Если ты не сможешь играть на басу круче, чем Фли, превращать жидкость в алкоголь и лечить похмелье и инфаркты – нам конец, - заверил Павел. – Вон, посмотри: в вагон зашла девочка с женщиной в инвалидном кресле. Знаешь, что надо делать?

- Бросить мелочи ей в стакан.

- Бросит мелочи ей в стакан, - передразнил Паша. – Подойди к ней, исцели, и скажи погромче: «Встань и иди!»

- А что если у меня не получится? - засомневался Иисус.

- Как не получится? Ты сегодня вылечил нас обоих от похмелья, а вчера – Валентина от инфаркта, так что парализованные ноги – детские игрушки для тебя, давай!

- Люююююди добрые! – уже во всю завывала девушка с фингалом под глазом, - Не оставьте, подайте на операааацию Христа ради!

- Стойте! – вырос у них на пути парень с дредами и бас-гитарой.

Он провел руками вдоль ног женщины в каталке и почувствовал каким-то образом, что все в порядке. Такое же ощущение было, когда он сегодня лечил себя и Павла, ошибки быть не могло. Он почувствовал себя нужным и знающим Истину настолько, что чуть не засиял нимб, и сказал добро:

- Встань и иди!

- А самому бы тебе не пойти? – с удивлением услышал он в ответ.

Знание Истины хрустнуло и развалилось.

- Уйди с дороги, говорю, работа ждет! – прошипела женщина и больно пнула его по колену увесистой здоровой ногой. – Пошел прочь, ненормальный!

Иисус смиренно отошел. Женщина в коляске кивнула девушке с синяком и та помчала ее прочь, поближе к последним дверям, к следующему вагону.

- Тяжелые времена, - сказал Иисус.

- Да. Не растрачивай себя по пустякам, я же говорил, - покачал головой Паша.

Студия Юрия Юдина находилась в большом стеклянном бизнес-центре в районе Финляндского вокзала. Стеклянные двери, ресепшн, фонтан, лестница, лифт, и вот она – эта самая студия.

Юрий встретил гостей прямо в приемной, будто поджидал их там:

- О, Паша, как я рад, что ты наконец приехал, крутые кеды, - шумно и радостно надвигался он на товарищей, - Я думаю, что вам срочно, безотлагательно, совершенно необходимо уйти отсюда.

С последними словами улыбка переползла в жалостную мину, и Юдин быстро закивал.

- Разве он не сам пригласил тебя? – Спросил Пашу Иисус.

- Сам, - ответил тот. – Говорил, нашел солиста для группы.

- Так почему теперь ты гонишь нас? – обратился Иисус к Юрию.

- Гоню? Да что вы, ни в коем случае! – возмутился тот, - Нет, правда. Может, уйдете?

- Да какого черта происходит?! – пошел в наступление Апостол.

- Ююююдин! – гулко разнеслось из кабинета.

Затем дверь этого кабинета распахнулась, и вышел некто в белоснежном костюме и с тростью.

- Вот это сюрприз! – восхитился он, глядя в глаза Иисуса.

А потом сказал Юдину:

- В общем, мы решили. Там тридцать тысяч долларов. С завтрашнего дня занимаешься только коммерческой музыкой. Распорядись, чтобы объявили кастинг r’n’b исполнителей. Красивых только! Красота же у нас спасет мир, верно, Иисус?

- Откуда вам известно мое имя?

- О, так ты ничего не помнишь? – рассмеялся тот, что был в белом, пристально посмотрев в глаза того, что с дредами.

- R’n’b исполнителей?! – набросился Павел на Юдина, - За 30 тысяч? Ты ебанулся?

- Простите, господин Сантана, - скорбно посмотрел на своего спонсора Юдин, - простите моего неразумного друга ради Бога!

Господин Сантана одарил Юрия таким взглядом в ответ, что он всерьез подумал в ту секунду о самоубийстве, затем вновь повернулся к Иисусу и Апостолу.

- Ладно. Есть нам с тобой, о чем поговорить. Пойдем вниз.

Он щелкнул пальцами и все трое оказались в огромном главном зале офисного здания, где в центре двенадцатиэтажного цилиндра окон, упирающихся в стеклянный купол потолка, был гигантский фонтан в виде солнечных часов с массой ответвлений, деталей, дорожек и лестниц из гранита, проходящих над ним. Вокруг фонтана стояли рестораны и кофейни. За столиком одной из них и обнаружили себя Павел и Иисус. Господин Сантана сидел напротив них с бокалом мартини. Перед Иисусом на столе стоял зеленый чай, а перед Павлом – темное пиво.

- Делая скидку на твою амнезию, которая мне напоминает какой-то из любимых блокбастеров, представлюсь.

Сантана продолжал так невозмутимо, будто не перенес их только что в пространстве, а свернул жирафа из воздушного шарика. Он извлек свободной рукой из ее же рукава две бархатистые черные визитки и бросил их по плоскости стола. Они повернулись и остановились перед удивленными парнями. На визитках золотыми буквами было тиснено одно лишь слово: «Дьявол».

- В общем, я должен тебя ввести в курс дела, таковы правила, - продолжал он. – Если вкратце, я – объективное вселенское зло, падший ангел и бла-бла-бла. Существую миллионы лет, но при этом един во всех временах и пространствах, так же, как и Бог. Этим объясняется то, что мы с ним оба не умерли со скуки, пока не придумали людей. Без них не было добра и зла, ясно? Ничего не было, потому что антилопы не могли организовать свой Гринпис, а колибри невозможно объяснить, что такое сетевой маркетинг и корпоративное зомбирование. Можете пить, не стесняйтесь, если бы мне нужно было убить вас двоих, я бы придумал более оригинальный и болезненный способ.

Парни переглянулись.

- Ты лучше продолжай, - сказал Иисус.

Он сам не понимал, почему не чувствовал волнения. Еще более странным ему казалось то, что Павел был спокоен, сидя за одним столом с самим Дьяволом. (Позже выяснится, что первый обладал невиданной силой бесстрашия, а второй – просто уже все самое страшное в жизни видел в кино.)

- Ну так вот, - прихлебнув мартини, пустился дальше Антихрист. – Игра эта в добро и зло нам безумно понравилась. И ставки все росли. По воле Господа люди создавали поэзию, по моей – автоматы. По его воздвигали небоскребы, по моей – изобретали водородные бомбы. По его стали шить красивое женское белье, за мной остались БДСМ и копрофилия. Господь придумал Джона Бон Джови, я – Тимати, ну, в общем, вы поняли систему?

- Да, а кто придумал травку? – Заинтересовался Паша, все-таки прихлебнув пива, - От нее круто, но от нее умирают быстрее.

- Это само как-то вышло, - пожал плечами Сатана, - она себе росла, росла, а потом один раста с тупой прической решил скурить свой гербарий. Вот героин и ЛСД, - это моя находка. Детка, повтори!

Маленькая толстая официантка засеменила на коротеньких ножках.

- Ну, это ни в какие ворота, - покачал Дьявол головой, глядя на нее. - Будь секси!

И добавил зачем-то:

-Ради всего святого!

- Ого. Не думал, что это твоя коронная фраза, - удивился Иисус.

- Да плевать, - отмахнулся Сатана и собственноручно составил крест из ножа и вилки.

- Вот черт!.. – ответил Иисус.

Тем временем, маленькая официантка стремительно менялась: ее ноги выросли, похорошели и стали достойными носить тело Меган Фокс, груди налились и натянули дешевую блузку с логотипом кафетерия до треска швов, а жирные волосы, собранные в пучок, распустились, стали красивее, чем в любой рекламе шампуня, и распростерлись до крутых (во всех значениях слова) бедер. Она уронила поднос и в шоке разглядывала свое новое тело.

- Жанночка, быстро неси бухло, иначе превращу назад и оставлю без чаевых! – прикрикнул Антихрист.

Та бросилась к бару. Люди в зале стали коситься на происходящее, но по очередному щелчку дьявольских пальцев вернулись к своим делам.

- Вот так-то лучше, - Сатана принял бокал из красивых рук. – Твое здоровье дорогая.

Павел смотрел на нее с восхищением.

- Зачем же ты добро творишь? – Заинтересовался Иисус. – Нестыковочка какая-то.

- Ну… не разочаровывай меня, - расстроился демон. – Ты должен бы понимать, что добро – понятие относительное, мы с Господом не творим добро и зло, просто люди начинают так называть разные вещи. А бывает, что я или Бог ошибаемся, например, он считал, что «Сумерки» - будут прекрасным высокохудожественным романом. И фильмом. А я сразу смекнул – будет полный трэш для девочек! Небось, еще и до трилогии растянут.

- Ты серьезно? – спросил Павел, оторвав взор от официантки.

- Да, Стефани бы мне душу продала, если бы она мне была нужна…

- Да нет. Про добро, и зло, и прочую хренотень. Ты можешь просто взять и подарить такую отменную задницу некрасивой девушке, несмотря на то, что ты – вселенское зло?

- Ну, если быть до конца откровенным, то завтра она уволится с работы, устроится в модельное агентство, где ей воспользуются все, кому не лень, через три недели выбросят на улицу, ей нечем будет платить за квартиру, она пойдет продавать обложки для паспорта в метро и умрет в первый же день этой работы под колесами поезда, куда ее столкнет нетрезвый подполковник милиции. Или полиции, какой там сейчас год?

Дьявол безразлично отхлебнул мартини.

- Что? Ах ты, Дьявол! – хлопнул бокалом по столу Паша.

- Я – да, - кивнул тот.

- А если я сейчас верну ей ее обычный облик, она будет всю оставшуюся жизнь ненавидеть меня за это, верно? – Спросил Иисус.

- Ты приходишь в себя на глазах, мальчик мой! – порадовался Сатана. – Ну да ладно, вернемся к главному. Дело в том, что Господь ваш играет не по правилам. Создал это все христианство, где меня всячески поносят, а ему строят храмы… Да и вообще, сам сидит в своей канцелярии, а все за него делают Иисусы, такие вот как ты. Я вот всегда все сам…

- Стоп, стоп, стоп! – прервал Иисус, - Что значит такие, как я? Нас что несколько?

- Да вас больше, чем приложений в Apple Store! На каждую эпоху свой. Если бы не я, все бы знали о втором, и третьем, и десятом, и двадцатом пришествии. Вы, полубожки, все разные, а упертые как один. Да и вообще, может ты и есть один, я этого всего жульничества с воскрешениями так до конца и не понял. – Дьявол вдруг посерьезнел, показалось, что воздух вокруг сгустился и стал тугим и натянутым, раскатывая его слова. - Я всегда побеждаю. Всегда. Посмотри на окружающий мир, что ты видишь? Налоги, пьянство, бездуховность, коррупцию, продажность, корпорации, войны, педофилию, Джигурду, сайты, продающие купоны. Я победил. Окончательно победил. Так что брось пока не начал. Доживи остаток жизни и не лезь. Это была наша с Господом игра. Не твоя.

Воздух снова разрядился и стал слышен звук льющейся в фонтане воды и говор людей. Иисус мрачно посмотрел в свою нетронутую чашку чая.

- Иисус! Иисус! – дергал его за руку Апостол. – Иисус!

Тот не отвечал.

Павел зло посмотрел на Дьявола, встал из-за стола и направился к барной стойке, где коллеги недоумевали по поводу новой официантки.

- Я Павел, - сказал он ей, тронув за плечо. - Фамилия моя – Апостол. Там за столом Иисус и Сатана. Если после этих слов ты все еще не считаешь меня ненормальным, что, согласись, было бы грубо, учитывая твою недавнюю метаморфозу, я приглашаю тебя на свидание. Завтра.

- Я… Меня зовут Жанна и я… - девушка покраснела. - Да, конечно... спасибо.

Ее никогда не приглашали на свидания. Короткие ноги, помните?

- Но! – Поднял указательный палец Павел. – Никаких. Модельных. Агентств.

- Что, прости? – не поняла она.

- Ничего, просто пообещай не увольняться из этого кафетерия. По крайней мере, сегодня-завтра. А завтра я тебе объясню почему.

- Ты странный, - улыбнулась она. – Сегодня все странное. Я обещаю.

И записала на салфетке свой номер.

Павел вернулся за стол. Сатана ухмылялся, но как-то недовольно. Иисус поднял глаза на Павла. Он повернулся к Дьяволу и сказал:

- Помимо того, что ты перечислил, в мире есть еще кое-что. Это искусство, знания, любовь, рок-н-ролл, литература, семьи, благотворительные организации, вековое наследие, сила духа, стремление развиваться, современные мудрецы, добрые люди, художники, не требующие денег, доноры, жертвующие свою плоть, ощущение того, что ты сделал что-то в первый раз, звуки и запахи, которые ты хочешь слышать. Это знание того, что тебя любят, и ты любишь. Это слезы радости на глазах близких людей. И это игры для тебя? И это ты собрался победить? Я в игре.

И голос его набрал силу. И в зале повисла тишина.

Дьявол допил мартини одним глотком. Глубоко вздохнул.

- Опять… – расколотил бокал о стол.

- Твоя! – легко швырнул стол в фонтан, подняв тучу брызг.

- Вечная!! – поднял жестом тонны гранита конструкций фонтана.

- Херня!!! – Голос стал похожим на рык животного, усиленный сотнями киловатт.

Дьявол в бешенстве разломал в воздухе все огромные гранитные конструкции на глыбы, и те с силой полетели во все стороны, во всех людей в зале, охваченных паникой, во все стекла офисов, где трудились остальные.

Парень с дредами на голове поднял руку глядя верховному демону ада в воспаленные глаза, остановил камни в воздухе, пока они не причинили никому вреда, и сложил их назад в детали фонтана, а затем плавно вернул их на место. Вода зажурчала как раньше. А Иисус улыбнулся, щелкнул пальцами, как то делал Дьявол, и вода сменилась вином с все тем же удивительным ароматом, разнесшимся по всем помещениям здания.

- Пеняй на себя, - сказал Сатана.

Он вдруг снова успокоился, вставил в уши наушники, вошел в выросшую из-под земли кабину лифта, помахал своим золотым набалдашником Павлу и Иисусу и нажал трижды кнопку шестого этажа. Лифт стремительно уехал под землю, а разбитые керамические плиты пола живо срослись, затянулись без единой трещины, и, надо заметить, стали даже чище, чем были.

- Теперь я помню, - сказал Иисус Павлу Апостолу. – Теперь я понял.

Зал заполнился гулкими аплодисментами.

[продолжение следует…]


Дата добавления: 2015-09-14; просмотров: 6; Нарушение авторских прав


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
ФАС займется тарифами конкурентно. Служба отдала тарифное регулирование профильным подразделениям | Эпизод 2. Кастинг господина Сантаны.
lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2020 год. (0.014 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты