Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Приобретение статуса адвоката.




Читайте также:
  1. II.2.2) Приобретение прав гражданства.
  2. Виды юридических услуг, оказываемых адвокатами. Помощник и стажер адвоката.
  3. Внешняя политика Петра I и изменение статуса России.
  4. Вопрос 14. Основы административно-правового статуса граждан.
  5. Вопрос 21. Политическое и идеологическое разнообразие в РФ. Особенности конституционно-правового статуса политических партий и иных общественных объединений.
  6. Вопрос 23. Конституционно-правовые основы статуса политических партий в Российской Федерации.
  7. Вопрос 24. Принципы конституционного статуса личности.
  8. Вопрос 27. Особенности конституционно-правового статуса иностранных граждан и лиц без гражданства в РФ.
  9. Вопрос 29. Основы административно-правового статуса государственных служащих.
  10. Вопрос 37. Основные элементы конституционно-правового статуса субъектов S РФ.

Адвокат (лат. advocatus — от advoco — приглашаю) — лицо, профессией которого является оказание квалифицированной юридической помощи физическим лицам (гражданам, лицам без гражданства) и юридическим лицам (организациям), в том числе защита их интересов и прав в суде.

Статус адвоката в Российской Федерации вправе приобрести лицо, которое имеет высшее юридическое образование, полученное в имеющем государственную аккредитацию образовательном учреждении высшего профессионального образования, либо ученую степень по юридической специальности.

Одним из условий приобретения статуса адвоката является наличие у претендента на статус адвоката стажа работы по юридической специальности не менее двух лет либо прохождение им стажировки в любом из адвокатских образований в срок от одного года до двух лет.

В стаж работы по юридической специальности, необходимой для приобретения статуса адвоката, включается работа:

-в качестве судьи;

-на требующих высшего юридического образования государственных должностях в федеральных органах государственной власти, органах государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органах;

-на требовавших высшего юридического образования должностях в существовавших до принятия действующей Конституции Российской Федерации государственных органах СССР, РСФСР и Российской Федерации, находившихся на территории Российской Федерации;

-на требующих высшего юридического образования муниципальных должностях;

-на требующих высшего юридического образования должностях в органах Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации;

-на требующих высшего юридического образования должностях в юридических службах организаций;

-на требующих высшего юридического образования должностях в научно-исследовательских учреждениях;

-в качестве преподавателя юридических дисциплин в учреждениях среднего профессионального, высшего профессионального и послевузовского профессионального образования;

-в качестве адвоката;

-в качестве помощника адвоката;

-в качестве нотариуса.

Указанный перечень видов стажа работы, необходимой для приобретения статуса адвоката, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. Основной чертой указанного перечня является необходимость наличия стажа работы на должностях, требовавших или требующих высшего юридического образования.



Федеральным законом об адвокатской деятельности и адвокатуре установлено два ограничения для претендентов на приобретение статуса адвоката: недееспособность (ограниченная дееспособность) и непогашенная или неснятая судимость за совершение умышленного преступления.

В связи с требованием ст. 10 Закона об адвокатуре о предоставлении претендентом на статус адвоката анкеты, содержащей биографические сведения, информация о судимости может стать известной квалификационной комиссии. В этом случае Закон допускает проверку указанных сведений и дает возможность, в том числе путем запроса в компетентные органы, установить факт погашения или снятия судимости.

Иностранные граждане и лица без гражданства могут приобретать статус адвоката при соблюдении общих требований, установленных для российских граждан. В то же время законодательство содержит ограничения при осуществлении иностранными гражданами и лицами без гражданства адвокатской деятельности на территории Российской Федерации.

Лицо, отвечающее указанным требованиям, вправе обратиться в квалификационную комиссию с заявлением о присвоении ему статуса адвоката.



Претендент помимо заявления представляет в квалификационную комиссию копию документа, удостоверяющего его личность, анкету, содержащую биографические сведения, копию трудовой книжки или иной документ, подтверждающий стаж работы по юридической специальности, копию документа, подтверждающего высшее юридическое образование либо наличие ученой степени по юридической специальности, а также другие документы в случаях, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре.

Представление недостоверных сведений может служить основанием для отказа в допуске претендента к квалификационному экзамену. Далее претенденты сдают квалификационный экзамен. Претендент, не сдавший квалификационный экзамен, допускается к его повторной сдаче не ранее чем через один год.

Квалификационная комиссия в трехмесячный срок со дня подачи претендентом заявления о присвоении ему статуса адвоката принимает решение о присвоении либо об отказе в присвоении претенденту статуса адвоката. Решение квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката вступает в силу со дня принятия претендентом присяги адвоката.

Квалификационная комиссия не вправе отказать претенденту, успешно сдавшему квалификационный экзамен, в присвоении статуса адвоката, за исключением случаев, когда после сдачи квалификационного экзамена обнаруживаются обстоятельства, препятствовавшие допуску к квалификационному экзамену. В таких случаях решение об отказе в присвоении статуса адвоката может быть обжаловано в суд. Статус адвоката присваивается претенденту на неопределенный срок и не ограничивается определенным возрастом адвоката.



Закон об адвокатуре запрещает адвокатам состоять на службе в учреждениях, организациях, на предприятиях. Традиционный запрет адвокатам состоять на службе обусловлен тем, что такая служба может повлечь за собой снижение качества юридической помощи не только из-за занятости другой работой, но и в связи с утратой адвокатом своей независимости. Став служащим, адвокат должен будет выполнять указания вышестоящих должностных лиц, включая те, которые противоречат его убеждениям. Такое подчинение крайне нежелательно, ведь адвокатская профессия требует независимости от всяких посторонних влияний и может осуществляться успешно лишь под влиянием долга, который дает адвокату возможность поступать с надлежащей твердостью, решительностью, убежденностью. Пользуясь своей независимостью, адвокат должен помнить, что цель не может оправдывать средства. И высокие цели правосудного ограждения общества, и защита личности от несправедливого обвинения должны быть достигаемы только нравственными способами и приемами. Таким образом, оказывая юридическую помощь, адвокат руководствуется лишь указаниями закона и своего профессионального долга, а не мнениями и оценками органов и должностных лиц, в том числе органов и должностных лиц коллегии адвокатов.

 

24.Деятельность адвоката в арбитражном судопроизводстве.

Под представительством в арбитражном процессе следует понимать деятельность представителя в арбитражном суде, осуществляемую им с целью добиться наиболее благоприятного решения для представляемого, а также для оказания ему помощи в осуществлении своих прав, предотвращения их нарушения в арбитражном процессе и оказания содействия суду в рассмотрении арбитражных дел. Представители в арбитражном суде - это лица, которые на основании предоставленных им полномочий выступают в суде от имени представляемого в указанных целях.
Вести дело в арбитражном суде через представителя могут не все участники процесса, а только стороны, третьи лица с самостоятельными требованиями на предмет спора и третьи лица без самостоятельных требований на предмет спора.
Представительство возможно по всем категориям гражданских дел в арбитражном суде первой инстанции, в кассационной и надзорной инстанциях, при пересмотре вступивших в законную силу решений по вновь открывшимся обстоятельствам и при исполнении решений арбитражных судов.
Для выполнения поставленных задач представитель вступает в процессуальные отношения с арбитражным судом. Эти отношения регулируются нормами арбитражного процессуального права и имеют процессуальный характер. Отношения же представителя и представляемого регулируются нормами материального права (гражданского, трудового) и являются по своему характеру материально-правовыми отношениями.
Адвокат-представитель выступает в арбитражном процессе от имени представляемого - организации или гражданина-предпринимателя. Формула "выступает от имени представляемого" в данном случае означает правомерные процессуальные действия представителя, совершаемые в пределах его полномочий по отношению к арбитражному суду, осведомленному о представительском характере этих действий, и направленные на получение определенных правовых результатов для представляемого. Участие в арбитражном процессе адвоката-представителя не устраняет из дела орган юридического лица (руководителя организации, его заместителя) или гражданина-предпринимателя. Они могут участвовать в деле совместно с адвокатом-представителем.
Представительство в арбитражном процессе является самостоятельным институтом, и его необходимо отличать от других правовых институтов. Так, институт представительства в арбитражном процессе следует отличать от представительства в гражданском праве. Различать их можно по многим признакам:
- целям и характеру отношений между представителем и представляемым;
- субъектному составу;
- основаниям возникновения, правовым последствиям, которые вызывает выдача поручения на совершение юридических действий и др.

Полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются ордером, выдаваемым юридической консультацией, и доверенностью, выданной представляемым.
Согласно ч. 1 ст. 49 АПК, доверенность должна быть выдана и оформлена в соответствии с законом.
Доверенность от имени организации выдается за подписью ее руководителя или иного лица, уполномоченного на заполнение ее учредительными документами, с приложением печати этой организации.
Доверенность, выдаваемая гражданином, может быть удостоверена в нотариальном порядке, жилищно-эксплуатационной организацией по месту его жительства, администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором он находится на излечении и т.п.
При наличии надлежащим образом оформленных полномочий на ведение дела в арбитражном суде представитель допускается в процесс и приобретает право на совершение всех тех процессуальных действий, которые вправе совершать сам представляемый в суде.
Вместе с тем, закон (ст. 50 АПК) предусматривает и такие процессуальные действия, право совершения которых должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым. Так, в доверенности должно быть специально оговорено право подписания искового заявления, передачи дела в третейский суд, полного или частичного отказа от исковых требований и признания иска, изменения предмета или основания иска, заключения мирового соглашения, передачи полномочий другому лицу, обжалования судебного акта арбитражного суда, подписания заявления о принесении протеста, требования принудительного исполнения судебного акта, получения присужденного имущества или денег. Специальная оговорка в доверенности на право совершения каждого из указанных действий необходима, потому что они связаны с распоряжением материальным правом доверителя.
Каждое лицо, участвующее в деле (в том числе и адвокат-представитель), должно доказывать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Адвокат-представитель вправе представлять доказательства. Если он не имеет возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от участвующего или не участвующего в деле лица, у которого оно находится, он вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, обозначено доказательство и указано место его нахождения.
Рассмотрение спора по существу в арбитражном процессе, как правило, начинается с изложения обстоятельств дела представителем истца. В некоторых случаях в зависимости от характера дела и требований истца (его представителя) обстоятельства спора излагаются представителем ответчика.
Адвокат, принимающий участие в заседании арбитражного суда в качестве представителя стороны, обеспечивает выяснение всех обстоятельств по делу. С этой целью он участвует во всестороннем исследовании и оценке доказательств.
Адвокат-представитель (если это специально оговорено в доверенности) вправе подать апелляционную жалобу на решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу.
Апелляционная жалоба подается в течение месяца после принятия арбитражным судом решения. Она подписывается лицом, подающим жалобу, или его представителем.
К жалобе, подписанной представителем, прилагается доверенность, подтверждающая его полномочия на обжалование судебных актов, если она ранее не была представлена по делу.
При несогласии стороны с решением арбитражного суда судебный представитель (адвокат, юрисконсульт и др.) вправе подать кассационную жалобу на решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, и постановление апелляционной инстанции, если полномочие оговорено в доверенности, выданной представляемым.
К кассационной жалобе Арбитражный процессуальный кодекс (ст. 165) предъявляет требования, аналогичные требованиям, предъявляемым к апелляционной жалобе.

Кассационная жалоба не принимается к рассмотрению и возвращается в следующих случаях:
1) если жалоба не подписана либо подписана лицом, не имеющим права подписывать ее, либо лицом, должностное положение которого не указано;
2) если жалоба направлена, минуя арбитражный суд, принявший решение;
3) если к кассационной жалобе не приложены доказательства отсылки ее копии лицам, участвующим в деле;
4) если к кассационной жалобе не приложены документы, подтверждающие уплату государственной пошлины в установленном порядке и размере;
5) если кассационная жалоба подана по истечении месячного срока со дня принятия решения;
6) если кассационная жалоба не содержит указания на то, в чем заключается нарушение или неправильное применение норм материального права либо норм процессуального права;

7) если до направления лицам, участвующим в деле, определения о принятии кассационной жалобы к производству от лица, подавшего жалобу, поступило заявление о ее возвращении.

 

25. Место и роль института адвокатуры в государстве.

Деятельность адвокатуры носит публично-правовой характер, связанный с работой суда - государственного органа, осуществляющего правосудие, что требует четкого законодательного урегулирования взаимоотношений адвокатуры и органов государства с учетом принципов ее независимости, корпоративности и самоуправления.

По мнению А.П. Галоганова, государственная ангажированность присяжных поверенных обеспечивалась не только присягой, в которой они обязывались сохранять верность государю императору, но и порядком комплектования адвокатуры. Состав присяжных поверенных контролировался судебной палатой округа, при которой создавался совет присяжных поверенных, деятельность этого совета также была поднадзорна судебной палате. Жалобы на решения совета присяжных подавались в судебную палату. Таким образом, независимость, создаваемая в результате реформ адвокатуры, была относительной, а самоуправление - в пределах, контролируемых судом. К сожалению, и период советской адвокатуры не дает оснований считать ее свободной и независимой, поскольку была очень сильна руководящая роль государства и КПСС.

Субъекты, управомоченные осуществлять функцию государственного руководства адвокатурой, в истории ее организационного развития неоднократно менялись. К их числу относились следующие: Министерство юстиции СССР, Министерства юстиции союзных и автономных республик, управления НКЮ союзных республик при областных и краевых Советах депутатов трудящихся, а также исполкомы этих Советов. Одновременно с указанными органами в период с 1922 по 1939 г. к участию в государственном руководстве адвокатурой привлекался и суд. В истории советской адвокатуры не было такого периода, когда государственное руководство ею осуществлялось только одним судом, хотя и сегодня существует взгляд на возможность привлечения суда к выполнению функции государственного руководства адвокатурой.

Можно вспомнить, что привлечение суда к руководству адвокатурой в 1922 - 1939 гг. даже совместно с Министерством юстиции и исполкомами областных (краевых) Советов депутатов трудящихся и предоставление ему права принимать участие в рассмотрении дисциплинарных дел о проступках адвокатов поставили адвокатуру в зависимость от суда и привели к нежелательным последствиям. Так, по Положению о коллегии защитников от 5 июля 1922 г. постановления президиума коллегии по дисциплинарным делам могли быть обжалованы в президиум губисполкома. Жалобы подавались в президиум коллегии защитников, который направлял их вместе со всем делом в президиум губернского суда, а последний со своим заключением - в президиум губисполкома. В те времена во многих местах установились ненормативные взаимоотношения суда с защитниками, что выражалось в неосновательном привлечении защитников к дисциплинарной ответственности, пренебрежительном и высокомерном отношении со стороны судебных работников к адвокатам, а со стороны адвокатов - в подхалимстве и угодничестве.

Таковы были негативные последствия подчинения адвокатуры суду. И сегодня адвокатский корпус России не хочет возвращаться к прошлому. Да и судьи, думается, не горят желанием каким-то образом воздействовать на адвокатуру и вмешиваться в ее деятельность.

Организация советской адвокатуры на началах независимости от суда и прокуратуры была впервые закреплена Положением об адвокатуре СССР 1939 г. Практика подтвердила, что только при такой организации создаются необходимые условия для выполнения адвокатами своих профессиональных обязанностей - служение защите прав граждан, их интересам, соблюдение законности. Профессор М.А. Чельцов в свое время писал: "Специфика адвокатской работы, ставящая адвокатов в необходимость соприкосновения с клиентами - тяжущимися и подсудимыми, требует сохранения самоуправляющейся адвокатской организации, независимой от тех органов - суда и прокуратуры, с которыми ее представители не только встречаются на общей для них работе, но и сталкиваются. Освобождение адвокатских коллегий из-под дисциплинарного надзора местных судов и передача всего комплекса вопросов адвокатуры в НКЮ имеют в этом отношении огромное принципиальное и практическое значение".

К этому следует добавить, что нецелесообразность привлечения суда к осуществлению функции государственного руководства адвокатурой вытекает не только из взаимоотношений органов управления, коллегий адвокатов и суда. На практике между судами, с одной стороны, президиумами коллегий адвокатов и заведующими юридическими консультациями - с другой, нередко возникали разногласия по различным вопросам, а именно: о причинах срывов судебных заседаний, об обеспечении требований судов о выделении защитников, дисциплинарной ответственности адвокатов в связи с частными определениями судов, которые не всегда были обоснованными. Причинами вынесения необоснованных частных определений являлись недооценка роли адвокатов в судебном процессе, перекладывание ответственности за срыв дел и неявку в процесс только на адвокатов, хотя нередко процессы срывались и по вине других участников, в том числе суда. Поэтому было неправильно уполномочивать суд решать спорные вопросы, вытекающие из его взаимоотношений с адвокатурой. Неправильным являлся и сам факт вынесения в подобных случаях частных определений в отношении президиумов коллегий адвокатов, что противоречит ст. 29 УПК РФ.

Осуществление общего государственного руководства адвокатурой со стороны суда на деле не могло бы быть полным, так как оно должно охватывать право государственного органа на издание нормативных актов об адвокатуре, что также не свойственно суду. Именно поэтому, несмотря на то, что в свое время министерства юстиции были упразднены и на верховные суды были возложены функции судебного управления, за адвокатурой по-прежнему была сохранена ее независимость от суда. В частности, в Указе Президиума Верховного Совета РСФСР от 13 апреля 1963 г. было записано: "Упразднить Министерство юстиции РСФСР. Возложить на Верховный Суд РСФСР:

а) руководство и контроль за деятельностью верховных судов автономных республик, краевых, областных, городских судов, судов автономных областей, судов национальных округов и районных (городских) народных судов;

б) подбор и воспитание судебных кадров;

в) ведение судебной статистики;

г) общее руководство государственными нотариальными конторами"

Только в Таджикистане была сделана попытка возложить осуществление функций государственного руководства адвокатурой на Верховный Суд Республики, что встретило резкое возражение в печати.

Активно против этого выступал профессор И.Д. Перлов, который писал: "В Таджикской ССР общее наблюдение за деятельностью адвокатуры передано Верховному Суду Республики. Это вызывает серьезные возражения. Ведь адвокаты выступают в судах, в том числе и в Верховном Суде, и поэтому нецелесообразно возлагать на Верховный Суд функции контроля за их деятельностью. Это может отразиться на позиции адвокатов, занимаемой ими по конкретным делам". Тем более что законодательство того периода определяло организацию адвокатуры на началах независимости ее от суда и прокуратуры.

Проявив единство в тот период в вопросе сохранения государственного руководства адвокатурой и нецелесообразности возложения его на судебно-прокурорские органы, союзные республики вместе с тем пошли по разным путям при решении некоторых конкретных вопросов организации государственного руководства адвокатурой.

Различие обнаружилось в субъектах, управомоченных осуществлять функцию государственного руководства адвокатурой, в их компетенции и конкретных формах руководства.

В Российской Федерации и на Украине, в отличие от других союзных республик, имевших национально-территориальное деление, государственное руководство адвокатурой сразу же было построено по принципу двойного подчинения. Практически это означало, что общее руководство адвокатурой осуществлялось Юридической комиссией Совета Министров РСФСР. Организация и руководство коллегиями адвокатов на местах были отнесены к компетенции советов министров автономных республик, исполнительных комитетов краевых, областных, Московского, Ленинградского городских Советов депутатов трудящихся. Кроме того, к контролю над организацией и деятельностью адвокатуры РСФСР по некоторым вопросам привлекались исполнительные комитеты районных, городских Советов депутатов трудящихся.

Возложение на местные Советы общего государственного руководства адвокатурой, как считалось в то время, расширяло демократизацию этого руководства, так как давало возможность Советам привлечь к контролю над работой адвокатуры широкие массы общественности и могло послужить решению задачи дальнейшего укрепления адвокатуры. На самом деле это было не совсем так: в сферу деятельности адвокатуры могли вмешиваться различные далекие от ее деятельности организации (например, профсоюзы и КПСС).

История советской адвокатуры показывает, что государственное руководство ею строилось по принципу двойного подчинения с момента ее учреждения и до ликвидации управлений Министерства юстиции, т.е. до издания Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 августа 1956 г. "О расширении прав краевых, областных судов и упразднении управлений Министерства юстиции союзных республик при краевых, областных Советах депутатов трудящихся".

Местные Советы участвовали в осуществлении руководства адвокатурой на основании специального общесоюзного и республиканского законодательства, а также специальных положений о них.

Положением о губернских съездах Советов и губернских исполнительных комитетах, принятым ВЦИК 31 октября 1922 г., к конкретным функциям губернского исполкома по руководству коллегией защитников относилось утверждение первого состава членов коллегии защитников, а также отзыв вновь принятых с нарушением правил о приеме членов коллегии защитников.

В связи с ликвидацией губерний и установлением областного деления Постановлением ВЦИК от 6 апреля 1928 г. было введено в действие Положение о краевых (областных), окружных и районных съездах Советов и их исполкомах. Этим Положением на краевой (областной) исполком было возложено осуществление общего руководства организацией юридической помощи населению: на окружной исполком - общее наблюдение и контроль над деятельностью коллегий защитников, отвод и отзыв членов коллегии защитников округа, организация юридической помощи населению; на районные исполкомы - только организация юридической помощи населению.

Положением о городских Советах, утвержденным Постановлением ВЦИК от 24 октября 1925 г., и последующим Положением от 20 января 1933 г. предусматривалось, что на городские Советы возлагается принятие соответствующих мер в деле оказания юридической помощи населению.

Положение об адвокатуре СССР также сохраняло в основе организации государственного руководства коллегиями адвокатов принцип двойного подчинения (центру и на местах) в масштабе союзной республики, причем областные, краевые Советы стали участвовать в руководстве адвокатурой через состоявшие при них управления юстиции. С упразднением управлений юстиции практически сохранился принцип двойного подчинения при организации государственного руководства адвокатурой.

Поскольку областные (краевые) Советы депутатов трудящихся осуществляли руководство судами на местах, то возложение на них функции руководства и организации коллегий адвокатов создавало определенные предпосылки для разрешения взаимных претензий и всякого рода конфликтов, возникавших между адвокатурой и судебными органами. Это объяснялось и тем, что в таких условиях Советы должны были уделять больше внимания улучшению рабочих мест и бытовых условий адвокатов, а главное - улучшению условий осуществления их профессиональной деятельности.

Различие в субъектах государственного руководства адвокатурой союзных республик оказалось не соответствующим задаче улучшения этого руководства, и оно повсеместно было возложено на юридические комиссии при Советах Министров союзных республик. Кроме того, для улучшения государственного руководства адвокатурой во всех союзных республиках, имевших областное деление, было решено также ввести двойное подчинение адвокатуры.

Отсутствие централизованного государственного руководства и контроля над деятельностью адвокатуры в общесоюзном масштабе не отвечало, по мнению чиновников, задачам улучшения этого руководства. Поэтому по инициативе ЦК КПСС было признано необходимым осуществить централизацию, т.е. возложить общее руководство и контроль над деятельностью всей советской адвокатуры на Юридическую комиссию при Совете Министров СССР, создав в ее аппарате отдел адвокатуры. На взгляд А.П. Галоганова, это было направлено не только на упорядочение контроля над адвокатурой, но и на усиление этого контроля. Законодательство об адвокатуре не только устанавливало государственное руководство адвокатурой, но и определяло его конкретные формы.

К компетенции центральных органов союзных республик, осуществлявших общее государственное руководство адвокатурой, относились следующие функции: проведение ревизий работы президиумов коллегий адвокатов и юридических консультаций; заслушивание отчетов председателей президиумов и других руководящих работников коллегий об их работе; обобщение практики работы коллегий адвокатов; изучение и распространение положительного опыта работы президиумов коллегий, юридических консультаций и отдельных адвокатов; проявление в необходимых случаях инициативы созыва общего собрания (конференции) коллегии адвокатов; отмена решений общих собраний и постановлений президиумов коллегий адвокатов, не соответствовавших Закону и Положению об адвокатуре; издание Инструкций об оплате юридической помощи, о прохождении стажировки и др. В некоторых положениях об адвокатуре союзных республик имелись оговорки, что в случае отмены решения общего собрания или президиума коллегии орган, осуществляющий государственное руководство адвокатурой, может лишь предложить общему собранию и президиуму коллегии пересмотреть свое решение. В то время это имело большое значение, поскольку законодательно закреплялась недопустимость подмены непосредственного руководства, осуществляемого органами самоуправления адвокатуры, государственным руководством, носившим общий характер.

Советы министров автономных республик, исполнительные комитеты краевых, областных, Московский и Ленинградский городские Советы депутатов трудящихся осуществляли в тот период руководство и контроль над деятельностью коллегий адвокатов в следующих формах:

1) контроль над подбором кадров адвокатуры;

2) подготовка и проведение выборов руководящих органов коллегий адвокатов, проведение проверок работы президиумов коллегий адвокатов и юридических консультаций;

3) заслушивание отчетов председателей президиумов и других руководящих работников коллегий, утверждение правил внутреннего распорядка коллегий адвокатов;

4) разрешение в виде исключения приема в адвокатуру лиц, не имевших высшего юридического образования; отмена постановлений президиумов коллегий о приеме или об исключении;

5) утверждение штатов и лимита численного состава; утверждение вновь избранных председателя президиума коллегии и его заместителя;

6) отмена не соответствовавших закону и Положению об адвокатуре решений общих собраний (конференций) членов коллегий адвокатов и постановлений президиумов коллегий и др.

К конкретным полномочиям исполкомов районных и городских Советов депутатов трудящихся относилось согласование с президиумами коллегий адвокатов вопросов о составе и местонахождении юридических консультаций, о назначении и освобождении от работы заведующих юридическими консультациями.

Положениями об адвокатуре некоторых союзных республик предусматривались и такие формы осуществления государственного руководства адвокатурой, которые, думается, заслуживали серьезного возражения. Это исключение и отвод из коллегии адвокатов, а также роспуск президиума коллегии, не обеспечившего надлежащего руководства. Да и другие перечисленные выше формы государственного руководства адвокатурой как со стороны центральных органов союзных республик, так и со стороны областных и приравненных к ним в этой роли Советов вызывали серьезные сомнения в их целесообразности и необходимости, так как были направлены на вмешательство во внутренние дела адвокатских формирований.

Общий характер государственного руководства адвокатурой, по существу, означал выполнение этой функции не путем администрирования, а путем направления деятельности органов самоуправления адвокатуры в деле правильного и успешного решения стоящих перед ней задач. Вот почему предоставление права государственным органам самостоятельно осуществлять исключение адвокатов из коллегий необходимо признать противоречащим самой природе государственного руководства адвокатурой, носившего в тот период общий характер.

Предоставление такого права органам государственного руководства адвокатурой объяснялось в то время необходимостью усиления контроля над подбором, расстановкой и воспитанием кадров коллегий адвокатов, тем, что отдельные президиумы коллегий при рассмотрении серьезных дисциплинарных проступков адвокатов не исключали их из состава коллегии, а ограничивались более мягкими мерами дисциплинарного воздействия.

Вероятно, такие факты имели место. Но эти вопросы можно регулировать непосредственно улучшением контроля над дисциплинарной практикой.

В некоторых положениях об адвокатуре союзных республик в 60-е годы действовали такие устаревшие формы государственного руководства адвокатурой, как институт отвода вновь принятых в коллегию членов. Понятие института отвода в истории развития советской адвокатуры неоднократно изменялось. Так, Положение об адвокатуре 1922 г. устанавливало отвод как безмотивный и не ограниченный никаким сроком вывод вновь принятых членов президиумом губисполкома из состава коллегии защитников.

В Положении о коллегии защитников, утвержденном НКЮ 5 июля 1922 г., право на отвод ограничивалось месячным сроком со дня поступления в губисполком сообщения о зачислении в состав коллегии. По Положению об адвокатуре СССР 1939 г. право на отвод было предоставлено народному комиссару юстиции СССР и народным комиссарам юстиции союзных республик. Под отводом понимался безмотивный и не ограниченный никаким сроком вывод адвоката из коллегии.

В других союзных республиках под отводом понимался ограниченный определенным сроком принудительный вывод лиц, принятых в коллегию с нарушением Положения об адвокатуре. Очевидно, что как в первый период организации советской адвокатуры, так и в последующие годы такая мера не вызывалась необходимостью, поскольку являлась прямым посягательством на принцип самоуправления в адвокатуре.

Адвокатура сама в состоянии комплектовать свои кадры достойными людьми без применения такой устаревшей формы государственного руководства, каковой является отвод. О том, что этот институт действительно устарел, свидетельствует тот факт, что в 1961 г. Министерством юстиции РСФСР были отведены из адвокатуры лишь три адвоката. Такое же число адвокатов было отведено и за предшествовавшее 1961 г. пятилетие. Из трех адвокатов, отведенных Министерством юстиции РСФСР в 1961 г., один был отведен за оказание содействия лицам, желавшим избежать уголовной ответственности, минуя законные пути защиты, второй - за совершение преступления, третий - за серьезные, порочащие звание адвоката поступки. Не вызывает сомнения то, что члены президиума коллегии адвокатов и без вмешательства извне справедливо решили бы судьбу провинившихся коллег.

В таких республиках, как Казахстан и Туркменистан, в качестве конкретной формы государственного руководства адвокатурой предусматривался роспуск президиума, после которого должны были сразу же назначаться выборы нового состава.

Разумеется, подобные формы государственного руководства адвокатурой не соответствовали задачам ее дальнейшей демократизации. Право на роспуск выборного органа управления адвокатуры должно принадлежать только общему собранию этой организации и никому другому. Роспуск президиума коллегии властью органов государственного руководства адвокатурой являлся жестким ограничением прав самоуправления адвокатуры. Действовавшее Положение об адвокатуре СССР 1980 г. не предусматривало такого права государственных органов, нет необходимости применять его и сегодня. Если в результате проведенной ревизии или по каким-либо другим основаниям орган государственного руководства адвокатурой придет к выводу, что президиум коллегии не обеспечивает и не в состоянии обеспечить надлежащего руководства, то от него можно было освободиться не путем его роспуска, а путем досрочного переизбрания на внеочередном собрании. В результате можно было бы добиться тех же целей и устранения недостатков без применения мер, ограничивающих демократические основы организации адвокатуры.

В Казахстане, например, в 1950 - 60-е годы председателю Юридической комиссии при Совете Министров Республики было предоставлено право наложения дисциплинарного взыскания на председателей президиумов коллегий. В других же союзных республиках этот вопрос в то время вообще не был урегулирован Положениями об адвокатуре. Этот вопрос и в тот период вызывал много сомнений и разногласий, например когда приходили частные определения и информации судов и других государственных органов в отношении председателей президиумов коллегии или их заместителей. Кто должен был заниматься такими частными определениями и принимать в отношении должностных лиц коллегии какие-то решения, вплоть до дисциплинарных взысканий?

Раньше эти вопросы были в компетенции партийных органов. Они же наказывали или прощали руководителей адвокатских формирований, причем как по партийной линии, т.е. наказывали адвоката как коммуниста, так и вносили соответствующие представления в президиумы коллегии. Эти представления принимались членами президиума практически безоговорочно, ибо, как правило, все члены президиума были коммунистами.

Вряд ли целесообразно было предоставлять такое право и органу, осуществляющему государственное руководство адвокатурой. Дисциплинарное взыскание в коллегии адвокатов носит характер товарищеского воздействия. Наложение же взыскания органом государственного руководства в данном случае являлось не дисциплинарной, а административной мерой воздействия.

Все это позволяет сделать вывод, что рассмотрение проступков председателей президиумов коллегий и их заместителей и право наложения дисциплинарных взысканий могло быть признано функцией, соответствующей юридической природе лишь органов самоуправления адвокатуры, а не органа государственного руководства ею. Наверное, было бы правильно рассмотрение дисциплинарных проступков председателя президиума коллегии адвокатов и его заместителей отнести к ведению общего собрания корпорации, а в периоды между собраниями - к правомочиям исполнительного органа адвокатуры.

Анализируя ситуацию, сложившуюся в советский период государственного руководства адвокатурой, можно сделать следующие выводы:

1. Используя формулировку закона "общее руководство", государственные органы в лице управлений юстиции на местах очень часто незаконно вмешивались в деятельность адвокатуры, что выражалось в подборе и расстановке руководителей коллегии адвокатов, проведении необоснованных финансовых и других проверок, безусловных к исполнению указаний по вопросам внутриколлегиальной деятельности, вплоть до направления на уборочные работы всех адвокатов, что оставляло без защиты граждан, нуждающихся в правовой помощи.

2. Много негативного в работу коллегий адвокатов и в правозащитную деятельность советского периода внесла и "руководящая и направляющая роль КПСС". Один из авторов того периода писал: "Роль и значение местных руководящих партийных органов - республиканских, областных, краевых, окружных, городских и районных комитетов партии за последние годы резко возросла. Большой объем организационной работы местных партийных органов связан с их обязанностью объединять и направлять деятельность всех государственных и общественных организаций, в том числе и коллегий адвокатов. Эти органы контролируют коллегии адвокатов на местах, что благотворно сказывается на улучшении организации и деятельности адвокатуры".

В тот период практически ни один председатель президиума или его заместитель не мог быть беспартийным, а каждый кандидат на руководящую должность в коллегию адвокатов обязательно утверждался административным отделом обкома партии.

Правильно в этой связи указывает профессор А.Д. Бойков: "Влияние чиновничьего элемента в адвокатуре было в свое время обеспечено кадровой политикой нашей руководящей и направляющей силы в лице КПСС. Разве мало насаждалось руководителей в адвокатуре через обкомы КПСС и не гипертрофировалось ли значение так называемого государственного руководства адвокатурой со стороны органов Минюста и облсоветов?

А ведь такое вмешательство в дела адвокатуры не только противозаконно - оно противоестественно, ибо противоречит самой идее и статусу общественной организации".

Сегодня ситуация во взаимоотношениях адвокатуры с государственными органами резко изменилась: нет партийного "подхода", а отношения с Минюстом России постепенно приобретают нормальный, цивилизованный характер. Хотя, если исходить из положений ранее действовавшего законодательства об адвокатуре, любой чиновник мог вмешиваться в любую сферу деятельности адвокатуры. В статье 32 Положения об адвокатуре РСФСР 1980 г. было, помимо прочего, записано, что Министерство юстиции в пределах своей компетенции контролирует соблюдение коллегиями адвокатов требований Закона об адвокатуре, настоящего Положения, других актов законодательства, регулирующих деятельность адвокатуры; устанавливает порядок оплаты юридической помощи и по согласованию с соответствующими ведомствами условия оплаты труда адвокатов.

31 марта 1992 г. Федеративный договор и Конституция Российской Федерации отнесли регулирование вопросов адвокатуры к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов, что подразумевало наличие у последних полномочий на правовое управление данной сферой. Поэтому ряд вопросов регулирования адвокатурой перешел сразу к субъектам Российской Федерации, которые фактически во многих регионах из-за пассивности Министерства юстиции РФ взяли всю полноту власти над адвокатурой в свои руки.

В соответствии со ст. 73 Конституции РФ субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти по учреждению специализированных органов конституционного контроля - конституционных, уставных судов (палат), осуществляющих на их территории судебную власть посредством конституционного судопроизводства. Утвержденные субъектами Федерации вопросы судопроизводства в этих органах могут регулировать допуск и участие адвокатов в рассмотрении дел.

Административное и административно-процессуальное право находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. Последним это дает возможность в пределах своей компетенции устанавливать юрисдикционные нормы, в том числе связанные с обеспечением представительства адвокатуры по административным делам. Наличие в адвокатской деятельности публичных, конституционно закрепленных начал требует ее упорядоченности. Субъекты Российской Федерации, согласно ст. 72 Конституции, вправе принимать меры по обеспечению правопорядка путем регламентации исполнения адвокатами и их объединениями задач профессиональной деятельности.

В 1990-е годы государственное регулирование адвокатурой условно можно было разбить на три группы:

контроль над деятельностью адвокатуры;

взаимодействие с органами управления адвокатских объединений;

организация содействия адвокатской деятельности.

По первому направлению нормотворчества субъекты Российской Федерации могли устанавливать, а где-то и устанавливали порядок распределения между коллегиями адвокатов (там, где их было несколько) на территории субъекта объемов оказания юридической помощи по назначению правоохранительных органов; получения разрешения на создание и деятельность на своей территории филиалов коллегий адвокатов других субъектов Российской Федерации и взаимоотношения с ними; уведомления о местонахождении юридических консультаций; заключения адвокатами соглашений с гражданами об оказании платной юридической помощи; истребования актов, принятых органами управления адвокатских объединений; оказания иных видов юридической помощи; привлечения к ответственности адвокатских объединений за нарушение требований законодательства.

Взаимодействие с коллегиями адвокатов кое-где ориентировалось на подготовку, повышение квалификации адвокатов, формирование из них резерва судебного корпуса, обобщение и распространение положительного опыта адвокатской деятельности, разработку методических рекомендаций.

Третье направление в некоторых субъектах Российской Федерации включало в себя:

содействие в предоставлении необходимых помещений для юридических консультаций и их оснащение для приема населения;

полное или частичное освобождение от оплаты за пользование государственным или муниципальным имуществом;

регулярное освещение задач и деятельности адвокатуры и предоставление физическим и юридическим лицам льгот по уплате налогов.

Перечень указанных направлений, естественно, не является исчерпывающим. Субъекты Российской Федерации с учетом региональной специфики решали многие иные вопросы деятельности адвокатуры, чаше всего не вступая в противоречие с федеральным законодательством. Необходимо отметить, что по большинству из перечисленных направлений в целях достижения единого правового режима деятельности адвокатуры требовалось и федеральное регулирование.

Государство во взаимоотношениях с адвокатурой имеет минимум три основных интереса в сфере ее деятельности:

1) повсеместное качественное оказание юридической помощи населению России с тем, чтобы каждый гражданин знал свои права и умел защищаться; обеспечение на предварительном следствии и в суде защитой как обвиняемых и подсудимых, так и потерпевших от преступлений, финансирование расходов на оказание помощи малоимущим; издание инструкции по оплате юридической помощи;

2) прием в члены коллегии адвокатов, ставя цель, чтобы в адвокатском корпусе работали ранее ни в чем не скомпрометировавшие себя квалифицированные юристы, отвечающие всем требованиям профессии адвоката;

3) создание нормальных условий для деятельности адвокатуры в России, обеспечив определенные правовые и материальные гарантии адвокатам, освобождение адвокатских структур от налогов и сборов.

Ни у кого не вызывает сомнения, что государство, возложившее на адвокатуру обязанность оказания бесплатной юридической помощи, должно законодательно обеспечить независимость адвокатуры как конституционного института, имеющего публичное, общественное значение. Государство также должно создать необходимые условия для того, чтобы адвокаты могли выполнять свои профессиональные обязанности в обстановке, свободной от угроз, искусственно создаваемых препятствий, запугивания и неоправданного вмешательства в их деятельность, чтобы адвокаты не подвергались преследованиям за выполнение своих профессиональных обязанностей, чтобы адвокатов не ассоциировали с их клиентами и подзащитными. На государство возлагается обязанность создания необходимых правовых, экономических и организационных условий для эффективного функционирования конституционного института адвокатуры.

Гарантии адвокатской деятельности изложены в ст. 8 и 18 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". Статья 14 данного Закона является новеллой в российской адвокатуре: она предусматривает ведение реестров адвокатов. Территориальный орган федерального органа исполнительной власти в области юстиции ведет реестр адвокатов субъекта Российской Федерации. Пункт 2 указанной статьи устанавливает обязанность органов юстиции не позднее 1 февраля каждого года направлять в адвокатскую палату копию регионального реестра адвокатов. Из этой нормы следует, что по окончании календарного года органы юстиции обрабатывают информацию о принятых и отчисленных за этот период адвокатах.

Порядок ведения реестра определяется федеральным органом юстиции, т.е. Министерством юстиции Российской Федерации. Всем адвокатам России выдаются удостоверения единого образца, подписанные начальниками территориального органа юстиции. Ведение реестров и выдача удостоверений единого государственного образца не вызвали среди адвокатской общественности особых возражений, поскольку это, думается, позволит навести порядок в организационном построении российской адвокатуры, которая в последнее десятилетие развивалась стихийно и бесконтрольно. Взаимодействие государства и адвокатуры предусмотрено и в ст. 33 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", регулирующей деятельность квалификационной комиссии при адвокатской палате субъекта Федерации.

Квалификационная комиссия строит свою деятельность по двум направлениям:

прием квалификационных экзаменов у претендентов на получение статуса адвоката;

рассмотрение жалоб в отношении адвокатов.

Если раньше эти вопросы были в компетенции президиумов коллегий адвокатов, т.е. и прием в адвокатское сообщество, и дисциплинарную практику в отношении адвокатов осуществляли только адвокаты, без участия представителей государственных и общественных структур, то по новому Закону квалификационная комиссия представляет собой симбиоз, состоящий из адвокатов, представителей территориального органа юстиции, органа законодательной власти субъекта Федерации и судов.

Думается, введение в состав квалификационных комиссий представителей государственных органов и судейского корпуса не приведет к существенному нарушению принципов независимости и самоуправляемости адвокатуры, поскольку адвокатов в комиссии большинство. Наоборот, это снимает все вопросы о закрытости адвокатуры, о ее монополизме.

Взаимодействие адвокатуры и государства должно строиться таким образом, чтобы российское население на должном уровне было обеспечено квалифицированной юридической помощью. В то же время нельзя допустить, чтобы государство вмешивалось в профессиональную деятельность адвокатов. Вот почему на состоявшемся 20 декабря 2002 г. заседании президиума Федерального союза адвокатов России единогласно было принято решение просить депутатов Госдумы России внести в ст. 3, озаглавленную "Адвокатура и государство", следующую поправку: "Государство не вправе вмешиваться в профессиональную деятельность адвоката при выполнении им конкретных поручений". Это дополнение имеет серьезное значение, поскольку является одним из основополагающих международных принципов адвокатской деятельности.

 


Дата добавления: 2015-01-19; просмотров: 14; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.042 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты