Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Критика собственности и социализма




Читайте также:
  1. II. Право частной собственности
  2. VII.2.1) Происхождение и правовая конструкция собственности.
  3. VII.2.2) Способы приобретения права собственности.
  4. VII.2.4) Утрата права собственности; защита права собствен­ности.
  5. Административная и уголовная ответственность за нарушение прав интеллектуальной собственности
  6. Анализа и их критика Мертоном
  7. АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ Л. ФЕЙЕРБАХА: КРИТИКА РЕЛИГИИ, УЧЕНИЕ О ЧЕЛОВЕКЕ И ОБЩЕСТВЕ.
  8. Б) Критика торгашеского феодализма и обоснование буржуазного предпринимательства. М.Лютер и Ж.Кальвин
  9. БУДУЩНОСТЬ СОЦИАЛИЗМА
  10. Быт и отношения собственности

Произведение быстро сделавшее Прудона известным, появилось в 1840 году под заглавием “Qu’est-ce que la propriété?” (“Что такое собственность?”). Оригинальность книги заключается не столько в идеях, сколько в блестящем изложении, запальчивости его стиля и в пламенности его полемики против устаревших аргументов тех, кто основывает собственность нынешнего времени на труде, или на естественном праве, или на завладении.

Прудону был тогда 31 год.. С первой же страницы он бросает своим читателям знаменитую фразу, резюмирующую всю книгу: “Собственность - это кража”.

Что нужно понимать под этим? Признает ли Прудон всякую собственность продуктом кражи? Осуждает ли он присвоение само по себе, единственный факт владения? Широкие круги общества так именно и поняли, и нельзя, пожалуй, отрицать, что Прудон рассчитывал на смятение среди буржуа. Но не так надо ее понимать. Частная собственность, свободное распоряжение плодами своего труда и сбережения есть в его глазах “существо свободы”, это по существу “автократия человека над самим собой”. Что же он ставит в упрек собственности? Только право, которое она дает собственнику на получение нетрудового дохода. Не собственности самой по себе, а “droit d’aubaine” (“праву добычи”) собственников. Прудон вслед за Оуэном, английскими социалистами и сенсимонистами шлет проклятие тому самому “праву добычи”, которое, смотря по обстоятельствам и предметам, последовательно получает название ренты, аренды, платы, процента, барыша, ажио, дисконта, комиссии, привилегии, монополии, премии, совместительства, синекуры, взятки и т.д.

Ибо вместе со всеми социалистами, его предшественниками, Прудон признает производительным только труд. Без труда и земля, и капиталы остаются непроизводительными. Отсюда: “Собственник, требующий премии за свои орудия труда и за продуктивную силу своей земли, предполагает наличие абсолютно неправильного положения, что капиталы сами могут что-нибудь производить, и, заставляя других вносить ему это воображаемый продукт, он буквально получает кое-что за ничто”.

Вот в этом заключается кража. Поэтому он определяет собственность как “право по своей воле пользоваться и распоряжаться благом других, плодом ремесла и труда других”.



Вещью в себе остался для Прудона механизм эксплуатации наемного рабочего. Он отождествлял капитал и продукт, движение всего капитала сводил к движению той его части, которая приносит процент. Движение ссудного капитала Прудон рассматривал как сделку между заимодавцем и заемщиком. Присвоение капиталистом части продукта он объяснял тем, что к издержкам производства необходимо добавлять процент за используемый капитал. В теоретической системе Прудона процент выступает как основная форма эксплуатации труда. При этом он не понимал взаимосвязи между процентом и системой эксплуатации наемного рабочего.

Все социалисты-теоретики задаются вопросом, как совершаемое собственниками и капиталистами беспрерывное ограбление может практиковаться изо дня в день, не вызывая возмущение среди трудящихся и даже, по-видимому, оставаясь часто незамеченным ими? Не кажется ли это несколько невероятным? Проблема, действительно, интересная и подходящая для упражнения в остроумии. Прудон решает ее по-своему. По его мнению, между хозяином и рабочим происходит постоянная ошибка в счете. Хозяин уплачивает каждому рабочему ценность его индивидуального труда, но оставляет для себя продукт коллективной силы всех рабочих; этот продукт выше того, что могла бы доставить сумма всех их индивидуальных сил. Это дополнение есть прибыль.



Уже после опубликования первого памфлета экономисты нашли в Прудоне своего сильного критика, и уж нетрудно было им открыть в нем не менее решительного противника социалистов. Рассмотрим вкратце его отношение к последним.

Никто не употреблял, критикуя социализм, более резких выражений, чем Прудон. “Сенсимонисты прошли, как в маскараде”. Система Фурье - “величайшая мистификация нашего времени”. Коммунистам он шлет следующую брань: “Прочь от меня, коммунисты; от вашего присутствия разит зловонием и при виде вас я чувствую отвращение”. В другом месте он заявляет: “Социализм ничто, ничем не был и никогда ничем не будет”. Его жестокость по отношению к предшественникам, впрочем, объясняется ни чем иным, как боязнью быть смешанным с ними. Это прием, чтобы насторожить читателя против всякой двусмысленности и лучше подготовить его к оценке его собственных решений, точно ограничив то, что неприемлемо в их теории.

Что же ставит он им в упрек? То, что они, чтобы избавиться от существующего строя, до сих пор не сумели ничего иного сделать, как обратиться к прямой противоположности его. Трудность поставленной проблемы заключается не в том, чтобы уничтожить существующие экономические силы, а в том, чтобы установить равновесие между ними.

Дело не в том, чтобы уничтожить эти “истинные экономические силы”, каковыми являются “разделение труда, коллективная сила, конкуренция, кредит, даже собственность и свобода”, а наоборот, в том, чтобы сохранить их и оградить от всякого вреда. Социалисты же думают только об уничтожении их.



На место конкуренции социалисты хотят поставить ассоциацию и организацию труда; на место свободной игры личного интереса - страсти, как у Фурье, любовь и преданность, как у сенсимонистов, или братство, как у Кабе. Прудона ничто это не удовлетворяет.

Он находит ассоциацию и организацию труда противными свободе трудящегося и отвергает их. Предполагаемая у них мощь проистекает исключительно из “коллективной силы и разделения труда”. Свобода является экономической силой по преимуществу. “Экономическое совершенство состоит в абсолютной независимости трудящихся, равно как политическое совершенство - в абсолютной независимости граждан”. Свобода - вот вся моя система,- говорит он в 1848 г. в обращении к своим избирателям,- свобода совести, печати, труда, торговли, образования, конкуренции, свободное распоряжение плодами своего труда и своего ремесла, свобода бесконечная, абсолютная, повсюду и всегда.

Не менее энергично отвергает Прудон коммунизм как юридический строй. Речь идет у него не об уничтожении собственности как необходимого стимула труда, условия семейной жизни, необходимой для всякого прогресса. Речь идет только о том, чтобы сделать ее безвредной, и, даже еще лучше, о том, чтобы предоставить ее в распоряжение всех. Коммунизм был бы лишь строем “собственности навыворот. ”Общность есть неравенство, но в смысле обратном тому, в каком существует ныне неравенство в строе частной собственности. Собственность есть эксплуатация слабого сильным, а общность собственности есть эксплуатация сильного слабым”. Это все то же воровство. “Общность имуществ,- восклицает он,- есть религия нищеты”. “Между строем частной собственности и коммунизмом я воздвигну иной мир”.

Что же касается преданности и братства как принципов деятельности, то он тоже не хочет допустить их, ибо они предполагают самопожертвование, подавление человека человеком. Люди равны в своих правах, и правилом их взаимоотношений может быть лишь справедливость. Это аксиома, и она кажется Прудону столь очевидной, что он даже не пытается доказать ее. Ему важно только определить, что такое справедливость. “Это,- говорит Прудон,- признание в других равной нам личности”; и дальше: “Справедливость есть самопроизвольно испытываемое и взаимно охраняемое уважение человеческого достоинства во всякой личности и при всяких обстоятельствах, какие ни грозили бы ее нарушением, и перед лицом всякой опасности, какой мы ни подвергались бы при защите ее”.

Она, следовательно равнозначна равенству. Если мы применим это определение к экономическим отношениям людей, то найдем, “что принцип взаимности уважения логически превращается в принцип взаимности услуг”. Реализовать эквивалентность услуг - такова потребность людей; только благодаря этому будет уважаться равенство. “Делай для других то, что ты хочешь, чтобы тебе делали”,- это принцип вечной справедливости на экономическом языке выражается во взаимности и взаимодействии услуг. Взаимность или mutuellisme (мутуализм),- таков новый принцип, который должен нами руководить в организации экономических отношений общества.

Таким образом, критика социализма ведет Прудона к выяснению положительных основ своей системы, и теперь вместе с тем становится ясно, в каком новом виде ставится перед ним социальная проблема, она состоит, с одной стороны, в уничтожении “нетрудового дохода” собственности, так как это доход есть отрицание принципа взаимности услуг, с другой стороны, она состоит в охранении собственности, свободы труда и торговли. Иными словами, нужно уничтожить основной атрибут собственности, но не затрагивать ни собственности, ни свободы.

Но не есть ли это квадратура круга? Уничтожение нетрудового дохода не предполагает ли обращение орудий труда в общую собственность? Прудон не думает этого. До сих пор думали, что собственность можно реформировать, введя изменения в производство и распределение богатств. Об обмене не думали. Но ведь в обмене услуг проскальзывает неравенство, следовательно, надо добиваться реформы обмена. Но какой? В конце “Экономических противоречий” она проглядывает у него еще в очень туманных очертаниях. Заявив, что “больше ничего не остается, как вывести общее уравнение всех наших противоречий”, он спрашивает: какова будет формула этого уравнения? “Она уже становится доступной нам, она должна быть законом обмена, теорией взаимности... Теория взаимности (mutuum), то есть натуральный обмен, есть с точки зрения коллективного существа синтез двух идей - собственности частной и коммунистической”. Но он не дает более точных указаний.

11. ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ РАННЕГО УТОПИЧЕСКОГО СОЦИАЛИЗМА:

В XVI XVII веках в экономической и общественно-политической жизни Западноевропейских стран происходят значительные сдвиги, которые характеризуются процессом первоначального накопления капитала, разложением феодальных отношений, обесцениванием крестьян, возникновением промышленных монофактур и появлением наемных рабочих. Появляется и прогрессивное общественное течение - гуманизм. Гуманисты выступали против религиозного аскетизма, за свободу личности, за удовлетворение человеком земных потребностей. Однако они отрицательно относились к революционному движению масс, были далеки от них. И лишь отдельные представители гуманизма открыто встали на сторону угнетенных. К ним относится основоположник утопического социализма Томас Мор (1478-1535) , который одним из первых понял, что основой эксплуатации человеком-человека является частная собственность на орудия и средства производства. В своей работе “Золотая книга, столь же полезная, как забавная, о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия” (1576г.) он не только критикует современные ему социально-экономические отношения, но и дает изображение такого общества, где господствует общественная собственность. Т. Мор одним из первых на рационалистической основе решает проблему организации общественного потребления путем создания демократического централизованного государства посредством внедрения общественного производства. Наряду с выдающимися догадками об устройстве будущего общественного строя, организации социально-политической жизни, учению Мора присущи черты наивности и примитивизма, идеализируем патриархальную семью, допускай рабский труд, терпим к религии, уравнительность в распределении.

Другим основоположником утопического социализма по праву считается итальянский монах Тосмано Компанелла (1568-1639) . В произведениях Т. Компанелла подвергаются критике феодальные отношения и сопутствующие им такие явления, как праздность, ленность, тунеядство, отвергает частную собственность и противопоставляет ей общественную. Несмотря на всю наивность и утопичность суждений Компанелло, некоторые его положения заслуживают серьезного внимания. К ним относятся воспитание любви и уважения к труду; выбор сферы трудовой деятельности в соответствии со склонностями и способностями; усиление роли общественных, государственных органов в воспитании подрастающего поколения; эмансипация женщин. “Утопию” Т. Мора и “Город Солнца” Т. Компанелло объединяет то, что они создавались в соответствующих условиях периода первоначального накопления капитала и разложения феодальных отношений, их авторы являются наиболее яркими представителями раннего утопического социализма. В их взглядах отражалась идеология освободительного антифеодального движения наиболее угнетенной части народа - крестьянства и предпролитариата.

 


Дата добавления: 2015-01-29; просмотров: 5; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.005 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты