Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Глава VI. Классический (немецкий) период в философии Нового времени 2 страница




Читайте также:
  1. D. Қолқа доғасынан 1 страница
  2. D. Қолқа доғасынан 2 страница
  3. D. Қолқа доғасынан 3 страница
  4. D. Қолқа доғасынан 4 страница
  5. D. Қолқа доғасынан 5 страница
  6. D. Қолқа доғасынан 6 страница
  7. D. Қолқа доғасынан 7 страница
  8. D. Қолқа доғасынан 8 страница
  9. D. Қолқа доғасынан 9 страница
  10. Hand-outs 1 страница

1. Понятия количества: единство, множество, цельность.

2. Понятия качества: реальность, отрицание, ограничение.

3. Понятия отношения: присущность и самостоятельность, причина и действие, взаимодействие.

4. Понятия модальности: возможность - невозможность, существование - несуществование, необходимость - случай­ность.

Эти категории, как и все априорные понятия, принадлежат нашему сознанию; все зависимости в мире осуществляются не благодаря объективным связям, а потому, что наше сознание, благодаря соответствующим категориям, связывает так явле­ния. Природные процессы изменчивы, законы же рассудка (являющиеся одновременно и законами природы) отличаются:

а) постоянством и устойчивостью;

б) проявляются совершенно тождественно в настоящем, прошлом и будущем абсолютно у всех людей.

Возникает вопрос: как при подобных условиях возможно научное познание? Кант уверен, что наше сознание само соз­дает предметы, то есть наш ум находит и может найти во внешнем мире то, что только сам туда и вкладывает. Таким образом, вещи сами по себе непознаваемы.

Идеи рассудка до полной законченности доводит разум. Он не имеет дело с наглядными представлениями, а лишь с об-

щими принципами. Чистый разум стремится проникнуть в непознаваемый мир «вещей в себе», что приводит его к проти­воречиям, к иллюзиям, антиномиям. Кант рассматривает че­тыре антиномии «чистого разума», называя их диалектикой.

1. Мир имеет начало во времени и ограничен в пространст­ве. - Мир не имеет начала во времени и бесконечен в про­странстве.

2. Существует только простое и то, что сложено из про­стого - В мире нет ничего простого.

3. Существует не только причинность по законам природы, но и свобода. - Нет никакой свободы, все совершается соглас­но законам природы.

4. Существует безусловно необходимое существо, то есть Бог, как причина мира. - Нет никакого абсолютно необходи­мого существа как причины мира.

Кант считает эти противоречия неразрешимыми, но этим самым он одновременно признает, что разумному мышлению присущи диалектические противоречия.

Вместе с тем главная задача разума есть достижение абсо­лютной целостности в понятиях рассудка, овладение «трансцендентальными идеями», которые не соприкасаются с чувственным опытом. Таких идей три: о Душе, как безусловном единстве всех психических процессов; о мире, как безусловном единстве всех условных, причинных явлений; о Боге, как без­условной причине всего сущего и мыслимого. Доказать их теоретически невозможно, но противоречия, рожденные раз­мышлениями о них, как и антиномии, мнимые. Они возника­ют потому, что человек-подчиняется заблуждению о возмож­ности теоретического познания всего существующего. Такого рода суждения существуют только благодаря вере. Космологи­ческие, теологические, психологические науки не имеют права на существование; стремящиеся поставить веру в зависимость от знаний, они порождают новые иллюзии.



Критика практического разума

Веры требует наш практический разум, то есть наше нравственное сознание. Оно не зависит от чувственных моти­вов, и с его помощью человек возвы­шается над природой. Мораль (практическая философия) не может быть теорети­чески обоснована. Она, как и религия, покоится на вере, но религия не является источником нравственных норм. «Религия

ничем не отличается от морали по своему содержанию, то есть объекту, ибо она касается долга вообще; ее отличие от морали лишь формальное, то есть религия есть законодательство ра­зума, призванное придавать морали влияние на человеческую волю для исполнения человеком каждого его долга при помо­щи созданной самим разумом идеи Бога».1



Существует неразрешимое противоречие между чистой нравственностью и реальной жизнью людей. В своих поступ­ках человек руководствуется личными интересами, потребно­стями и побуждениями. Чистая же нравственность воплощает в себе общественное нравственное сознание, которое индивид воспринимает как свое собственное. Понятие чистой нравст­венности означает господство практического разума над чувст­венными мотивами. Независимость воли от мотивов, ее сво­бода предстает в виде господства человека над самим собой.

По мнению Канта, знания только тогда имеют ценность, когда позволяют человеку стать лучше, гуманнее. Следова­тельно, практический разум выше, совершеннее теоретиче­ского, а мораль автономна от каких-либо условий жизни и представляет собой область свободы, в которой властвует еди­ное, внутреннее повеление, главный нравственный закон - категорический императив2. Суть его философ сформулировал следующим образом: «Поступай так, чтобы максима твоей во­ли могла в то же время иметь силу принципа всеобщего зако­нодательства».3 Это требование может противоречить внеш­ним условиям существования и интересам отдельного человека, но оно запрещает действия, которые никогда не станут общечеловеческими нормами поведения. Вообще ка­тегорический императив Канта созвучен древним этическим рекомендациям. Еще у Конфуция (VI - V вв. до н. э.) мы на­ходим: «Благородный муж ко всему подходит в соответствии с долгом... Не делай другим того, чего не желаешь себе».4 Но у Канта этот нравственный закон выступает не производным философской системы, а ее основой.



Предмет практического разума - обнаружение высшего блага, то есть того, что необходимо для свободы человека. Свободный человек свободно мыслит: вначале - дело и пове­дение, а затем - его осмысление. Моральные поступки есть

1 Кант И. Сочинения, т. 6, М., 1966, с. 334.

2 Императив - (от лат.) повеление.

3 Кант И. Сочинения, т. 4, ч. 1, М., 1994, с. 347.

4 Древнекитайская философия, т. 1, М., 1972, с. 167.

результат внутреннего веления, отрицающего аморализм внешнего мира. Это веление не может быть стремлением к счастью, ибо оно индивидуально, специфично для каждого человека. А вот должное - универсально и общечеловечно. Поэтому именно долг придает поступку моральный характер. Чтобы личность была способна свободно следовать долгу, она должна обладать такой мощной формой самоконтроля как совесть. Совесть заставляет человека делать так, как требует правило, препятствует раздвоению замысла и поступка.

Объясняя идею нравственного закона, Кант выдвигает ряд постулатов. Постулат свободы воли говорит о способности каж­дого определять свое поведение, проникаясь сознанием долга. Если человек хочет быть моральным, то он следует долгу, а если он долгу не следует, то должен понимать, что ему при­дется отвечать за свои поступки. Постулат бессмертия души позволяет рассчитывать на достижение нравственного идеала и блаженства даже после смерти. Постулат о существовании верховной причины «высшего блага», Бога, предлагает гарантию такого воздаяния. (Таким образом, бытие Бога теоретически обосновать невозможно, оно существует как требование прак­тического разума).

Кант в своих нравственных поучениях сух и аскетичен, но не безразличен к человеку. Его волнует, что многие соотечест­венники живут лишь чувствами, как животные, да еще и жа­луются на судьбу. Те, у кого есть достоинство, должны жить жизнью интеллектуальной, совестливой, должной, творить самих себя по высшим образцам. Не случайно, завершая «Критику практического разума», он говорит знаменитую в настоящее время фразу: «Две вещи наполняют душу все новым и нарастающим удивлением и благоговением, чем чаще, чем продолжительнее мы размышляем о них, - звездное небо надо мной и моральный закон во мне».

Критика способности суждения

Эти два чуда сливаются в общем существовании в сфере культуры. Кант называет культурой способность ставить

какие-либо цели.

Целесообразность выступает у него универсальным прин­ципом как для природы (единого гармонического мира), так и для человека, обладающего способностью к художественному творчеству, сопровождаемому чувством удовольствия. Природу можно рассматривать - как своего рода произведение искусст-

ва, а человека - как порождение природы и Творца одновре­менно. Целесообразность проявляется в искусстве через пре­красное, в теологии через совершенное.

Целесообразность в эстетической области как бы не имеет це­ли и представляет собой свободную игру способностей чело­века. Прекрасное демонстрирует свою форму и тем доставляет удовольствие. Содержание в нем либо отсутствует, либо не представляет интереса, либо недостижимо. Именно поэтому только в сфере художественного творчества возможна гени­альность, так как только в ней возможны оригинальность, создание идеальных образов, новых норм и принципов. Наука же, связанная с реальным миром и его познанием, творцов не терпит. Ее удел - талантливые люди. Художник заключает цель своего существования в себе самом и может определить ее разумом. Наивысшим из всех искусств Кант считал поэзию, соединяющую в себе пластичность с полнотой мысли. Наиме­нее совершенна музыка, которая представляет собой ощуще­ния без понятий и без материала к размышлениям.

Целесообразность в природе заключается в организации су­ществ, их развитии и воспроизводстве. Этот процесс служит аналогом для человека, творца мира культуры. Она же, в свою очередь, представляет собой систему гуманистических ценно­стей, несущих счастье человечеству.

В первом крупном произведении критического периода «Критика чистого разума» Кант сформулировал три принци­пиальных вопроса: «Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться?». В его творческом поиске родились ответы, породив еще один, но самый принципиальный во­прос: «Каким надо быть, чтобы быть человеком? Что такое человек?»

Суть ответов коротко сводится к следующему:

Наши знания не являются копиями процессов, проте­кающих во внешнем мире. Продуктивное воображение чело­века располагает поступившие извне хаотичные сведения в соответствии с логическими конструкциями рассудка, полу­ченными доопытным путем. Разум синтезирует знания, давая им единство. Он свободно порождает понятия и строит умо­заключения. Свободно - значит в ходе выбора. В реальном мире все зависимо и обусловлено, и лишь в царстве знаний человек волен делать то, что считает целесообразным, опира­ясь на разум и веру.

- Человека человеком делают не знания, а поступки. Они харак­теризуются как моральные лишь в том случае, когда опреде­ляются внутренним повелением, моральным законом. Свобод­но повинуясь долгу, индивид стремится к нравственным идеалам, то есть видит в своем лице и в образе ближнего все человечество. Он морален, если в поведении руководствуется общечеловеческими ценностями.

- «Дорога надежды» прокладывается человеком собствен­ными усилиями и представляет собой творчество в сфере культуры.

- Человек по природе своей зол, так как мир противоречив и неразумен, но в нем есть зачатки добра. Моральное воспи­тание позволяет им проявиться и победить склонности ко злу. Но нравственное благо не может быть осуществлено ни от­дельным человеком, ни для одной личности. Это достижимо лишь для всех людей, только в коллективе.

Социальная философия

Кант видел о обществе серьезную опору гуманизма, которая укрепляется правом. Если надежды человека в его внутрен­нем мире базируются на творческих потенциях, то во внешнем мире они обеспечиваются деятельностью соци­альных институтов и юридических за­конов.

Кант, придавая особое значение свободе индивида, выделя­ет права, которые ее обеспечивают, являясь природными и неотчуждаемыми (в этом случае развиваются идеи, сформули­рованные Руссо). Гарантией таких прав выступает коллектив­ная воля всех членов общества, ибо это их общие права. Пре­жде всего Кант говорил о праве приобретения, по которому всякое лицо может присвоить себе любой предмет, если это не нарушает свободы других лиц.

Вполне в духе веления практического разума звучит сен­тенция философа о том, что в обществе всякий человек дол­жен повиноваться правовому порядку, адресованному каждому в виде общих законов. Свобода у Канта есть право повино­ваться тем законам, с которыми он согласен. Равенство - пра­во признавать высшим, главным того, кто подчиняется безус­ловно диктуемому всем остальным гражданам.

Кант - враг деспотии и тирании. Избавление от них воз­можно путем строгого разделения властей: исполнительной,

законодательной и судебной. Их разумное соотношение по­зволит обуздать и ограничить любое своеволие. Единственным строем, отвечающим условиям свободы, Кант считал парла­ментскую республику.

Власть закона дарит людям мир, и он должен стать вечным. Мечта о вечном мире выражалась и обосновывалась многими мыслителями прошлого. Создавались проекты, предлагались планы. Не остался в стороне от этой идеи и Кант.

У Канта противоречия являются источником развития. Они свойственны всем сферам человеческого бытия (разум­ной, нравственной, творческой), полным антиномиями, не терпящим умиротворения и довольства. Стремясь к согласо­ванности в отношениях, люди создали государство, установили внутри него правовой порядок, ввели законы. Но это породи­ло другую проблему - установление правовых отношений меж­ду государствами. Неуживчивые люди и государственные орга­низации «побуждают сначала к несовершенным попыткам, но, в конце концов, после многих опустошений, разрушений и даже полного внутреннего истощения сил, к тому, что разум мог бы подсказать им и без столь печального опыта, а имен­но - выйти из не знающего законов состояния диких и всту­пить в союз народов, где каждое, даже самое маленькое госу­дарство могло бы ожидать своей безопасности и прав не от своих собственных сил или собственного справедливого суж­дения, а исключительно от такого великого союза народов, от объединенной мощи и от решения в соответствии с законами объединенной воли».1

Преодолеть войну можно, по мнению Канта, лишь тогда, когда она станет непосильным экономическим, финансовым и нравственным бременем для всех. Бесполезно призывать к миру тех, кто в ней виновен, бесполезно упрекать воинствен­ных и эгоистичных, бесполезно взывать к совести монархов и политиков. Стремясь к самосохранению и опираясь на добрую волю, государства сами в ходе истории откажутся от решения вопросов военным путем. Человек стремится к счастью, и по­тому он заинтересован в вечном мире. А достичь его можно либо путем договора, запрещающего войны, либо «вечный мир» установится на всемирном кладбище после очередной войны.

1 Кант И. Сочинения, т. 6, М., 1966, с. 15.

Влияние идей Канта на современников и потомков огром­но. Его работы породили споры и дискуссии, сформировали целые направления последователей и противников. Дебаты вокруг его творчества продолжаются до сих пор. Что в судьбе философа может быть более достойным? Кант умер и похоро­нен в своем родном городе. На этом месте соотечественники создали мемориал. Много войн пронеслось над городом; в 1944 году авиация союзников превратила центр Кенигсберга в руины; Советская Армия брала его штурмом. Единственным сооружением, уцелевшим в этом огненном смерче, была моги­ла Канта.

4. Философия Фихте

Философом Иоганна Готлиба Фихте сделало стечение обстоя­тельств. Он родился в 1762 г. в семье многодетного деревенского ремесленника, и ему была уготовлена судьба продолжателя дела жизни отца. Но прекрасная память и общая одаренность мальчи­ка привлекли внимание местного помещика, который определил его на воспитание в семью пастора и оплатил затем его учебу в закрытой школе. Образование позволило Фихте поступить на теологический факультет Иенского университета. Однако по­кровитель к этому времени скончался, и на долгие годы спут­ником ученого стали нищета и нужда. Он несколько раз бро­сает учебу, чтобы заработать на жизнь трудом домашнего учителя. Желание одного из его учеников познакомиться с учением Канта обратило внимание философа на труды прус­ского затворника. «Вообще я обрел теперь покой от моего прожектерством исполненного духа; и я благодарю Провиде­ние, которое совсем недавно, до того, как мне испытать кру­шение всех моих надежд, дало мне возможность спокойно и радостно нести судьбу. А именно, по побуждению, которое было простой случайностью, я отдался совершенно изучению кантовской философии, такой философии, которая укрощает воображение, у меня всегда столь безудержное, которая дает перевес рассудку и позволяет всему духу непостижимо возвы­ситься над всеми вещами. Я принял более благородную мораль и вместо того, чтобы заниматься вещами, вне меня сущими, стал заниматься больше самим собой».1 Фихте едет к Канту, и их знакомство способствует публикации первой крупной рабо-

1 Фихте И.Г. Избранные сочинения, т. 1, М., 1916, с. 24.

ты философа «Опыт критики всякого Откровения». Всю жизнь он преподавал в немецких университетах: Иенском, Эрлангенском, Берлинском (которого был первым ректором). Всю жизнь Фихте вел активную, бурную деятельность; энтузиазм его был неисчерпаем. Умер он в 1814 г.

Начав как последователь Канта, сосредоточившись на «самом себе», Фихте исходным пунктом своей философии делает понятие человеческого Я. В нем заключено, по мнению фило­софа, единство, которое априорно, независимо от опыта (трансцендентально) объемлет все доступное мышлению. Как и Кант, Фихте признает соотношение теоретической и прак­тической философии, отдавая предпочтение последней, т. е. Морали. Но практика, сводимая им к деятельности, представляет собой исключительно деятельность нравственного сознания.

В отличие от Канта Фихте отрицает существование каких-либо внешних объектов, независимых от разума субъекта. У него Я - это единственная реальность, творящая мир, сози­дающая все и совпадающая с самопознанием. У него нет кан­товской раздвоенности: Я - это разум и воля, познание и дей­ствие одновременно. Объективная, независимая основа бытия невозможна; все богатство мира сосредоточено и исходит из человеческого Я, а оно есть дух разумный. В связи с этим из­вестная фраза Фихте: «Действовать! действовать! - вот для чего мы существуем» - приобретает довольно необычное звучание.

В мире нет внешних объектов (тем более непознаваемых «вещей в себе»). Первичным выступает всеобъемлющее Я, ибо субъект свое сознание может направить в любое мыслительное русло и тем самым создать любой объект.

Фихте считал, что идеализм (движение от сознания к бы­тию) объясним, а материализм (движение от бытия к созна­нию) не логичен. Познание начинается с констатации абсо­лютно достоверного, вне всякого сомнения существующего. Например, утверждение: «Я полагает самое себя» (сравните с «Мыслю, следовательно, существую» Р. Декарта). Бытие со­мнительно, сознание - нет, но только в виде «чистого Я», то есть всеобъемлющего, а не единичного человеческого сознания.

Основополагающие принципы знаний о человеке, мире, природе устанавливает философия и диктует их всем наукам и всем видам деятельности. Не случайно главное произведение Фихте называется «Наукоучение», или «Основы общего наукоучения». Наукоучение «исчерпывает все человеческое знание».

Для познания, творения, действия в сфере разума необхо­дим толчок, источник изменения. Следовательно, кроме ут­верждения о наличии Я, необходимо утверждение о наличии не-Я, то есть другого, того, что обычно называют «природа», «объект». Взаимодействие Я и не-Я не познается, а чувствует­ся, его природа бессознательна. Если деятельность Я есть нравственное поведение, то есть следование долгу и мораль­ному предписанию, закону, то деятельность не-Я - это чувст­венные склонности человека. Чем сильнее чувственные влия­ния, тем значительнее моральная победа личности над самой собой.

Не-Я, однако, не существует само по себе, а порождается Я для развития его деятельных функций. Это некий антитезис, выводимый из безусловного тезиса. Именно поэтому Фихте называет свой метод антитетическим. В соответствии с ним познание (а значит, и творение) проходит путь от постижения основных теоретических положений, категорий, данных рас­судка к постижению основных положений практического ра­зума, пониманию способностей, стремлений, особенностей человека. Наукоучение предстает своеобразным изложением истории человеческого духа.

Отдельный человек слаб, так как он не в состоянии осоз­нать в самом себе мощь Абсолютного Я. То, что он видит во­круг, кажется ему внешним и независимым от него состоянием. Он не понимает того, что сам сотворил своим собственным сознанием. Не ведая причин, человек считает результаты слу­чайными. Но подобная видимость порождена недостаточным познанием.

Необходимость царит в естественном и социальном мире; она доступна разуму. Постижение ее и добровольное подчине­ние ей выступает условием свободы людей. Фихте в этом слу­чае является преемником взглядов на свободу у стоиков и Спинозы, но, в отличие от них, свобода у него не удел мудре­цов, а общее человеческое состояние, накапливающее свой потенциал в ходе истории.

Свобода человека реализуется в его внутреннем мире, а во внешнем властвует право, как добровольное соглашение под­чиняться единым законам общежития. В целом человечество у Фихте представлено собственниками и несобственниками. Гармония между ними возникнуть не может. Справедливость наступит лишь при условии обеспечения каждому права на частную собственность. Это должно сделать государство, кото-

рое является организацией собственников. Государство высту­пает гарантом нравственного существования людей до тех пор, пока они не достигнут способности к свободному мышлению. Для этого необходимо создавать общедоступные воспитатель­ные и образовательные учреждения, совершенствовать законо­дательство, увеличивать знания.

Цель общественного развития - обеспечение свободы. На этом пути общество проходит пять основных эпох: «1) эпоха, в которую человеческие отношения устанавливаются без при­нуждения, благодаря одному разумному инстинкту; 2) эпоха, в которую этот инстинкт, ставший слабее и проявляющийся лишь в немногих избранных, превращается последними в принудительный для всех внешний авторитет; 3) эпоха, в ко­торую отвергается этот авторитет и вместе с ним разум в един­ственной форме, в какой он проявлялся до этого времени; 4) эпоха всеобщего распространения в человеческом роде разума в форме науки; 5) эпоха, в которую к науке присоединяется искусство, чтобы твердой и верной рукой преобразовывать жизнь сообразно с наукой; и так как это искусство свободно совершает сообразное с разумом устроение человеческих от­ношений, чем достигается цель всей земной жизни, то затем наш род вступает в высшие сферы другого мира».1 Там он представлен тремя сословиями: производителями, добываю­щими природную продукцию, художниками, ее обрабатываю­щими, и купцами. Кроме них, еще есть те, кто занят искусст­вом и обороной. Отношения между ними строго регулируются.

Несмотря на сложность и абстрактность, философия Фихте имела чрезвычайно широкое распространение. Его обращение к человеку и его возможности влиять на мир было актуальным и своевременным. Однажды Фихте определил свой любимых афоризм: «Каков человек, такова и его философия». Так ка­ким же он был, по мнению современников? «Он - умный, глу­бокомысленный, неотесанный, чудаковатый крестьянин, иду­щий удивительными извилистыми путями, который при обстоятельном взвешивании находит в себе и в других обрат­ное тому, что есть в действительности, хотя это ему трудно дается. Беспокойный, нелюдимый, он к тому же одержим по­разительной в его положении и смешной идеей о том, что он должен действовать, стать вождем, двигать мир».2

1 Фихте И.Г. Основные черты современной эпохи. СПб., 1906, с. 57.

2 Цит. по: История философии, т. 3. М., 1943, cc. 137, 138.

5. Философия Шеллинга

В XVII - XIX вв. в Европе философия входила в число обяза­тельных университетских курсов. Возможно, поэтому, многие одаренные студенты, столкнувшись со всеобщим, вкусив сла­дости познавания, оценив плодотворность и жизненность аб­стракции, изменяли свои первоначальные планы. Они ставили новые философские проблемы, разрабатывали собственные концепции.

В этом отношении не был исключением и Фридрих Виль­гельм Йозеф Шеллинг (1775 - 1854). Его отец (пастор, пропо­ведник, преподаватель духовной семинарии) был образован­ным и культурным человеком. Своего одаренного сына он подготовил к раннему образованию, и в Тюбингенский уни­верситет юный Шеллинг поступил на три года раньше предпи­санного возраста. Закончив обучение, он, как Кант и Фихте, стал домашним воспитателем, продолжая самостоятельные занятия философией. Его первые работы на этом поприще были замечены Гете, и вскоре Шеллинга пригласили в Иенский университет. Взлет авторитета философа и его популяр­ности были чрезвычайно стремительными.

После недолгого пребывания в Вюрцбургском университете Шеллинг переезжает в Мюнхен, где его избирают членом Ака­демии наук и секретарем Академии изящных искусств. Но к этому времени философская позиция ученого заметно изме­нилась, а с ней постепенно стал утрачиваться и авторитет. Са­молюбие Шеллинга было глубоко уязвлено этим фактом, а также тем, что пальму первенства в философии перехватил Гегель, его друг и сокурсник по Тюбингенскому университету. Открытая полемика окончилась поражением Шеллинга. И после смерти Гегеля, заняв его кафедру в Берлинском универ­ситете, ему не удалось вернуть былого влияния. Шеллинг практически исчез с философского небосклона Германии и последние десять лет жизни провел замкнуто, почти отшель­нически.

Обратимся к философскому творчеству Шеллинга. Изучая работы Канта и особенно Фихте, он приходит к выводу, что один из бесспорных элементов бытия как бы выпадает из тео­ретических систем этих философов - это природа. У Канта она поглощена таинственной непознаваемой «вещью в себе», а у Фихте ограничена природными склонностями человека и по-

знаваема лишь этическим знанием. Однако все это вступало в противоречие с открытиями в сфере естествознания (см. при­ложение 1 к главе).

Опираясь именно на них, Шеллинг провозглашает сущест­вующим не только субъективное Я, но и природу. Первоосно­вой всего мира он объявляет тождество бытия и мышления, между которыми нет ведущего и ведомого элементов, началь­ного и производного. «Высшее начало не может быть ни субъ­ектом, ни объектом, ни тем и другим одновременно, но ис­ключительно лишь Абсолютной Тождественностью...»1 Это -бессознательная составляющая Мирового Духа. Абсолютное тождество полно желаний, их неосознанная реализация и тво­рит природу, развивающуюся до самопознания. Происходит это путем усматривания в природе наличия реальных динами­ческих противоречий в виде противоположностей. «Эти две борющиеся силы... приводят к идее организующего начала, образующего систему мира. Быть может, древние и хотели его обозначить термином Мировая Душа».2 Противоположность первоначальных сил абсолютна, а потому у всех процессов долж­но быть единое начало и не может быть особых материй, типа «электрическая материя», «световое вещество», «теплород», «флогистон» и др. Любой природный объект обладает способ­ностью разложения до некоторого предела, достигнув которого процесс меняет свою направленность на обратную. Таким об­разом в природе осуществляется бесконечный круговорот.

«Природа - это различные ступени развития одной и той же абсолютной организации».3 Опираясь на эту мысль, Шел­лингу удалось высказать ряд выдающихся догадок: о единстве и развитии природы, об электромагнитной теории материи, о происхождении органического мира из неорганического, о чувственном этапе познания и роли психических процессов в жизни человека.

Предлагая свою позицию в отношении природы, Шеллинг исходил из идеи тождественности бытия и мышления и разра­ботал собственную версию процесса познания. В соответствии с ней, в изначальном Абсолюте содержится особое орудие по­знания - «интеллектуальная интуиция», которая позволяет разуму непосредственно созерцать предмет. Созерцание озна­чало и творение. Творение осуществлялось в соответствии с

1 Шеллинг. Система трансцендентального идеализма. Л., 1936, с. 362.

2 Шеллинг. Система трансцендентального идеализма. Л., 1936, с. 218.

3 Шеллинг. Идеи к философии природы. Соч., т. 1, М., 1987, с. 192.

Абсолютом. Идеальный по своей сути Абсолют порождал стремление к совершенству в природе, результатом чего и ста­ло ее многообразие. Таким образом, природа стремится в сво­ем развитии к Абсолютному Духу, как к собственной цели. Познание же идет от него как источника и проходит при этом три этапа: ощущение (пассивное состояние, признающее влия­ние извне), созидательное созерцание (созидание тела в природе без осознания самого процесса), рефлексия (осознание тожде­ства субъекта-творца и объекта-творения). Следовательно, по­знание представляет собой у Шеллинга некий мистический акт воспоминания своей предыстории, в начале которой ле­жит Абсолютный Дух.

История человечества в целом тоже имеет свою цель. Это свобода. Но раз каждый человек свободен в своих поступках, то, значит, следствия их постичь невозможно. Однако равно­действующая всех движений в обществе подчиняется скрытой необходимости, аналогичной кантовскому нравственному за­кону. В соответствии с ним в истории общества выделяются три периода:

- период судьбы с его трагедиями, необузданностью, произ­волом и хаосом;

- период природы, когда на основе постижения законов начинается созидательный процесс управления обществом;

- период Провидения - будущее человечества: «Мы не мо­жем сказать, когда начнется этот период. Но когда он наста­нет, тогда придет Бог».


Дата добавления: 2014-12-30; просмотров: 17; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.025 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты