Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ БАЗА СИСТЕМЫ НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ (ВЫСТУПЛЕНИЯ НА СОВЕЩАНИИ ОБЩЕСТВА ПЕДАГОГОВ-МАРКСИСТОВ) СОВЕЩАНИЕ ОБЩЕСТВА ПЕДАГОГОВ-МАРКСИСТОВ 7 ФЕВРАЛЯ 1930 г.




Читайте также:
  1. A. системы учета
  2. A.Становление системы экспортного контроля
  3. B) Информационные системы в логистике
  4. D) определение стратегии развития общества.
  5. D) преобразования происходят постепенно, не изменяя существующий общественно-политический строй.
  6. GNU(рекурсивный акроним от GNU’s Not UNIX — «GNU — не Unix!») — это проект создания свободной UNIX-подобная операционной системы, открытый в 1983 году Ричардом Столлмэном.
  7. I. Декларация-заявка на проведение сертификации системы качества II. Исходные данные для предварительной оценки состояния производства
  8. I. Особенности формирования отраслевой системы оплаты труда работников учреждений здравоохранения
  9. I.I. Системы управления технологическими процессами
  10. II. Становление и развитие системы общественного призрения

 

Товарищи, сейчас то, что происходит в окружающей жизни – развитие промышленности, коллективизации, все те сдвиги, которые мы наблюдаем в хозяйственной и общественной жизни, – не может не отразиться и на деле народного образования. Наша система отличается коренным образом от системы буржуазных государств. Система буржуазных государств приноровлена к удовлетворению потребностей хозяйства, построенного на базе капиталистической, и там классовый характер всей этой системы чрезвычайно резко сказывается и в системе народного образования.

До революции наша система была копией с худших буржуазных систем, на ней еще лежала тяжелая печать докапиталистического периода, периода феодального, и сейчас даже, спустя 12 лет после Октябрьской революции, это сказывается, и мы еще не имеем всеобщего обучения– так над нами тяготела, так мешала и связывала нам руки старая система народного образования.

В программе партии определенно указаны основные линии социалистической системы народного образования, вытекающей из учения Маркса и Ленина. Конечно, программу нашей партии присутствующие здесь достаточно знают, и я останавливаться на этом не буду, но надо отметить, что сейчас мы ясно видим, насколько еще мало эта система проведена в жизнь. Теперь по всем линиям С особой остротой встают те вопросы, которые встали сразу после Октябрьской революции. Сейчас характерно, что все те вопросы, которые ставились в конце 1917 и в 1918 г., – все эти вопросы ставятся опять, но уже мы имеем другие средства и другие возможности для их осуществления и разрешения.

Если в 1918 г. многие вопросы ставились лишь как перспективные, не ясны были пути осуществления многих из поставленных задач, то 12 лет спустя, после борьбы изо дня в день, борьбы повседневной, при новой организации, которая за эти годы создалась, – сейчас мы ставим все эти вопросы не только как вопросы далекого будущего, но как вопросы, к разрешению которых можно приступить сейчас же. Тут особенно мы чувствуем весь пройденный нами путь, когда приступаем к решению этих вопросов не только по линии народного образования, но и по всем другим линиям.

То, что казалось далекой перспективой, в теперешних условиях делается. близким, поднимается революцией на другую, более высокую ступень. Если мы посмотрим на нашу систему народного образования, то мы увидим, что в программе нашей партии стоит вопрос о поголовном обслуживании всего подрастающего поколения. А если мы посмотрим на то, как у нас обстоит с этим дело, – то дело обстоит более чем скверно. В этом "отношении мы к социализму не только не приближаемся, но еще буржуазных стран не догнали. Нет у нас даже всеобщего обучения, дошкольное дело представляет собой еще жалкие крохи. И I ступень и школы второступенского типа представляют собою каплю в море. Так что в этом отношении отставание у нас очень большое.



Но, с другой стороны, мы видим сейчас, как создаются новые методы вовлечения населения в культурное строительство. Метод культпоходов имеет огромнейшее значение, особенно ярко это сказывается на примере ЦЧО (Центрально-Черноземной области. – Ред.). Надо сказать, что такое ЦЧО, какое мы там имеем наследство. Это была область густопсовых помещиков, сплошной неграмотности населения, а теперь мы видим, что ЦЧО начала развертывать культпоходы. Год тому назад это было бы совершенно немыслимо, потому что там еще не было того сдвига, который необходим для того, чтобы методы культпохода могли развернуться.



Еще года два тому назад крестьянка писала оттуда: «У нас даже вслух нельзя произносить слово «колхоз». Я помню это интересное письмо, которое заканчивалось словами: «А все же я на межи теперь и глядеть не могу». Это было два года тому назад, а сейчас мы там имеем сплошную коллективизацию.

Там для населения, состоящего в огромном большинстве из бедноты, открылись новые выходы, и там поэтому совершенно ломается старая психология. В связи с этой ломкой мы видим там чрезвычайно большие сдвиги. Я слежу за газетой «Орловская правда» (правда, не очень систематически). Каждый " номер ее говорит о том, что там идет доподлинная культурная революция.

Несколько примеров. В связи с ликвидацией неграмотности развертываются интереснейшие бытовые формы, например, там объединяют швейные машины, устраивают починочные мастерские и посылают туда бригады портных. Возьмем дошкольное дело: вдруг создается 500 дошкольных изб. Своими силами провели всеобщее обучение. Они открыли 2500 комплектов по ЦЧО – это значит, что всех детей восьмилетнего возраста они принимают в школу. Все, кто там был, указывают на то, что среди взрослого населения чрезвычайно большой подъем. Характерно не только это.

Возьмем такую вещь, как детдома. Оказывается, там сейчас огромное внимание обращается на детдома – это дело у нас везде в последнее время в забросе, – там ставится соцсоревнование между детдомами. Во всех областях идет по-новому работа, – в одном из последних номеров я вычитала такую историю.

Мы несколько лет тому назад начали составлять «паспорта» некоторых губерний –тогда еще районов не было. Паспорта включают в себя материал о природных условиях, об истории края начиная с 1861 г., все массовые движения, которые там были, рассматривается организация промышленности, сельского хозяйства, всего строительства. И вдруг читаешь в «Орловской правде», что сейчас в Орловском округе подготовляется фильм, где будут, с одной стороны, даны характерные природные условия, с другой – история края: борьба с деникинцами, как они к Орлу подходили и пр., картины теперешней жизни: Шатиловская станция, совхозы, колхозы, предприятия и т. д.



Характерно, что толчок дан не только в области низовых форм просвещения, вроде ликвидации неграмотности, но толчок дан во всех областях, даже в такой области, как создание кинофильмов.

Сейчас, когда слушаешь рассказы Нижней Волги о том, что делают они, то ясно, что мы сейчас вступили в полосу совершенно других темпов. То, о чем невозможно было несколько лет тому назад подумать, – то сейчас возможно осуществить. Поэтому темпы нашего строительства должны быть взяты таким образом, чтобы охватить действительно поголовно все подрастающее поколение, – это одна сторона дела.

Другая сторона дела – это качество нашей школы и политпросветительных учреждений. В программе нашей партии очень определенно говорится, что школа наша должна быть школой, которая перевоспитывает молодое поколение в коммунистическом духе. С другой стороны, она должна быть школой политехнической.

Но если мы подойдем к этому вопросу, то за эти 12 лет какие формы школы и школьной работы мы у себя имеем? Скажем, такой основной вопрос, как вопрос об общественно полезной работе? Этот вопрос в свое время довольно горячо обсуждался, и это, пожалуй, то, что отличает нашу школу коренным образом от школы буржуазной. Наша школа ведет общественно полезную работу, которая выражается, с одной стороны, в культурной, с другой стороны, в хозяйственной работе. Может быть, наиболее типична в этом отношении школа крестьянской молодежи. Если вы придете на конференцию ШКМ, то услышите, как ребята рассказывают про эту работу, которую они проводили в деле ликвидации неграмотности, по перевыборам Советов, а с другой стороны, расскажут, как они проводили работу по сортировке семян, по пропаганде правильного кормления скота и т. д.

То же в отношении школы I ступени, главным образом деревенской, – она также проделывает большую общественно полезную работу; это имеет огромное значение в том отношении, что она научает подрастающее поколение быть активными строителями новой жизни.

Но если мы посмотрим, как у нас проходит это дело в городе, то мы увидим, что город у нас сильно отстает, отстает и школа I ступени, но в еще большей мере отстает школа II ступени. Если в деревне в ШКМ почти все принимают участие в общественно полезном труде, то этого совершенно нельзя сказать про городские школы I и II ступени.

Но и в деревне мы видим весьма пеструю картину. Мы видим, что одна школа проводит весьма интересное начинание, а другая только время от времени ведет эту общественно полезную работу, чтобы только отделаться. Последнее обследование инспектуры, которое было в ряде областей, подтверждает эту пестроту в отношении общественно полезной работы, которую ведет школа.

Что мы можем сейчас сделать? Считаем ли мы необходимым сделать эту общественно полезную работу обязательной для школы? Каждый скажет, что это возможно, это не требует ни огромных построек, ни оборудования, это потребует только определенной четкой установки, и это можно провести без особых затруднений, но надо требовать, чтобы была общественно полезная работа в такой же степени, как от всякой школы требуется, чтобы она научила читать и писать и давала определенные общеобразовательные навыки. Наша школа должна в обязательном порядке давать навыки общественной работы.

Часто говорят: общественно полезная работа школы, а оказывается, что в школе работает только какая-нибудь головка – учком, а вся масса ребят относится пассивно, или иногда работает один учитель или один избач, а не работает все учреждение как целое.

Я думаю, что было бы необходимо проводить то, что школа как целое – все учащиеся, все преподаватели и весь технический персонал школы – должна проводить общественно полезную работу.

Если школа будет проводить эту работу как целое, то она должна иметь свой производственный план, продуманный, и тут мы подходим к одному большому вопросу.

Мы очень часто гордимся пятилеткой; мне пришлось слышать, как после доклада о пятилетке на съезде Советов с большим воодушевлением съезд Советов пел «Интернационал», – ясно, был подъем. Но что значит пятилетка? Планировка хозяйства означает, что не только Госплан один работает над плановостью, а вся страна, каждый планирует работу своего учреждения, своего предприятия. Четко должна планироваться и работа школы. Но это планирование, конечно, должно проходить не в бюрократическом порядке, а быть планированием, в которое должны быть вовлечены все ребята. Это будет давать те навыки плановой работы, которые будут иметь огромное значение. Мы должны наше подрастающее поколение воспитать таким образом, чтобы у него было понимание того, что работа каждого примыкает к общей работе, плановость надо воспитывать практически на этой работе. Это вопрос чрезвычайно важный, который отличает наше хозяйство от капиталистических стран. Это показывает все качественное различие нашего хозяйствования от хозяйствования капиталистического.

Если мы хотим социалистическую школу строить, то мы должны ее строить так, чтобы у ребят воспитывать умение планировать. Конечно, план школы должен строиться не произвольно, а он должен строиться таким образом, чтобы эта общественно полезная работа была действительно чрезвычайно нужной работой. Плановая работа школы и избы-читальни должна примыкать к плану района. Сейчас каждый район имеет свой производственный план. И необходимо, чтобы школа планировала не только общественно полезную работу по линии только кампаний, а чтобы она планировала свою повседневную общественно полезную работу. На этой работе научатся ребята, особенно школы II ступени и техникумов, понимать и изучать планирование данного района. Планирование предполагает умение четко учесть все возможности, умение проверить исполнение, и тут чрезвычайно важно, чтобы план школы, план каждого учреждения связывался с общим планом района.

Конечно, необходимо, чтобы все наши просветительные учреждения помогали друг другу, чтобы между ними было какое-то разделение труда – не все вели одну и ту же работу. Работа школы I ступени будет качественно и по размаху и по возможностям отличаться от работы техникумов или школ II ступени. Тут важно правильное распределение функций, которые тоже будут базироваться и на возрастных возможностях.

Когда мы говорим о том, что надо, чтобы работа наших просветительных учреждений примыкала как-то к общественным и культурно-бытовым задачам, то тут мы подходим к целому ряду новых вопросов.

У нас был недавно съезд юных натуралистов и ЦБ юных пионеров. Все они подходят к вопросу о необходимости создания детских колхозов в деревне. Одно время даже давался ими лозунг: «Детские колхозы». Но сейчас уже и у юных натуралистов и ЦБ юных пионеров создалось определенное представление о том, как детский труд планировать. Предполагается таким образом, что в общих больших колхозах взрослых будет организовываться труд, ребят в детских коллективах. «Детские колхозы» будут брать на себя выполнение разных функций, выполнение известных хозяйственных работ. Это чрезвычайно важно, потому что если этого нет, то в колхозах некоторые ребята будут загружаться такой работой, на которой они не могут расти, а часть ребят будет болтаться без дела и не находить нужного применения своим силам.

Мне приходилось говорить по .этому поводу с колхозниками, которые также ставят вопрос о детском труде, о том, что необходимо организовать труд детей. Пусть они хоть маленькую работу делают, пусть ребенок хоть курицу кормит, но все же что-то делает, потому что только тогда он будет себя чувствовать членом колхоза.

Мы знаем отдельные колхозы в ЦЧО. Есть интересный колхоз «Искра Ленина». В этом колхозе педагог принимает участие в организации колхоза, и ребячья работа организована определенным образом. Сейчас и молодежь, и взрослые – все подходят к вопросу о необходимости организации труда поголовно всех ребят, организации труда на колхозных основаниях. Как организовать этот труд? Эта задача стоит во весь рост, над ней думают отдельные педагоги.

В журнале «Па путях к новой школе» довольно много проходит статей, в той или иной форме касающихся данного вопроса. Некоторые статьи довольно интересны и указывают на то, что вся эта проблема организации детского труда в колхозах, организации особых детских участков труда, где бы ребята учились общественно работать, коллективно работать, распределять между собой труд, стоит на очереди.

Сейчас в городах развивается индустрия, развивается много бытовых форм, например развитие всякого рода столовых. Сейчас жилкооперация выдвигает чрезвычайно интересную проблему в области общественного обслуживания быта. Видно, как снизу прут все эти вопросы бытового обслуживания, открываются очень большие перспективы. Возьмите механизацию быта и обобществление бытовых сторон жизни. Школа должна быть со всем этим увязана точно так же, как она должна быть увязана и с производством. У нас создаются ФЗС. Там есть очень интересные отдельные опыты, но наряду с этим там есть и большие промахи.

Есть такого типа школы, которые только в мастерской ставят работу, совершенно не увязывая этой работы с работой заводов и предприятий. Они только в своей теоретической учебе касаются вопросов данного производства, но участия в работе предприятий не принимают. Эти предприятия даже стараются как-то особо отгородиться от ребят, от школы. Тут нет часто необходимых сдвигов в этом отношении.

Но сейчас меняется в очень многом взгляд на школу, и особенно важно, чтобы этот взгляд переменился в рабочей среде. Мне кажется, что тут сдвиги возможны. Сегодня мне пришлось говорить с товарищем из Нарком-труда– и как будто бы вырисовываются такие перспективы: в НКТ сейчас меньше расходов на безработицу, которая сильно сокращается. В связи с новыми перспективами у целого ряда товарищей из НКТ возникает мысль о необходимости того, чтобы прийти на помощь Наркомпросу со стороны НКТ в деле технического и политехнического воспитания подрастающего поколения.

Мы должны все наше поколение поголовно воспитать способным к труду. Это – колоссальнейшая задача, которую прекрасно понимают рабоче-крестьянские массы, а в этом отношении у нас сделано до чрезвычайности мало, и возможности у самого НКТ, если он в одиночку это дело поведет, чрезвычайно ограниченные.

Сегодня, проглядывая № 9 «Статистического обозрения», я наткнулась на статью, которая указывает на то, что в школьных зданиях, которые выстроены за период с 1918 г., мастерские занимают только 1,9% площади школьных зданий. Даже раздевалки в школьных зданиях– и те занимают около. 5%.

Итак, в программе у нас значится политехническая школа, а когда здания строились, то строились таким образом, что под мастерские отводились какие-то уголки. Если мы посмотрим, что это за уголки, то увидим, что они помещаются в подвалах и т. д.

Если в одиночку это дело вести, то ничего не выйдет. Необходимо, чтобы и НКТ, и ВСНХ, и другие хозяйственные организации поняли все значение трудового воспитания подрастающего поколения. Сейчас, когда так остро стоит вопрос с рабочей силой, когда мы видим постоянные прорывы на трудовом фронте благодаря отсутствию самой элементарной культуры труда у тех новых кадров рабочих, которые приходят на производство, – хозяйственники начинают лучше понимать значение трудового воспитания.

Если человек откроет кран и уйдет, а потом остановится вся фабрика, так как вода залила машину, и предприятие станет на ремонт, – то это следствие отсутствия трудовой культуры.

Необходимость воспитания трудовой культуры в школе осознали буржуазные государства, но они не в состоянии разрешить эту задачу по другим причинам. Это теперь настолько бьет в глаза, что не знаю – в будущем году или через несколько лет, но наши хозяйственники почувствуют эту проблему со всей силой.

Индустриализация страны предъявляет спрос на рабочую силу, и вопрос этот становится чрезвычайно злободневным.

С другой стороны, мы в наше понятие «политехнизм» должны внести еще одну добавочную черту. Мы не только должны обучать ребят главным, основным видам труда, но необходимо, чтобы они и технические и агрономические знания, которые они будут приобретать, учились применять к весьма сложным и разнообразным условиям.

Политехнизм, преподаваемый как особый предмет, – это политехнизм мертвый, а политехнизм живой – это политехнизм, связанный с предприятием, с общественно полезной работой, и сейчас вся жизнь толкает на то, чтобы этот живой политехнизм начать проводить.

В этом направлении сейчас ясно, что можно сделать и как можно сделать, и вся проблема стала совершенно актуальной. Наличие детских организаций показывает, как мы можем в весь детский труд внести момент организации. Мы все наблюдали слет пионеров и видели, какая у этих пионеров в массовом масштабе привычка к организации, вырабатываются организационные навыки и умения. Это скажется на нашей политехнической учебе и на воспитании ребят чрезвычайно положительно, потому что одно дело – ребенок, который привык в одиночку учиться и работать, и другое дело – ребенок, который привык всю свою жизнь, всю свою деятельность организовывать вместе с другими ребятами и в деле организации имеет определенные навыки.

Мне кажется, что весь переживаемый нами момент дает возможность все то, что значится в нашей программе в разделе просвещения, т. е. поголовное обслуживание подрастающего поколения и поголовное обслуживание взрослого населения, провести в жизнь, углубить социалистический характер нашей школы, воспитать у ребят организационные навыки, осознание себя членом коллектива, определенную выработку навыков культурно-коллективистических– все это дает возможность осуществить настоящий реконструктивный период. Перед нами открываются широкие возможности. То же самое и в отношении планирования и в отношении социалистического строительства.

И наконец – тот вопрос, которому мы придавали все время такое большое значение, – поголовное трудовое воспитание подрастающего поколения, которое строит республику труда и должно будет жить в республике труда. Этот вопрос в значительной степени по-новому ставится, а на этом фоне некоторые наши спорные вопросы получают другое освещение. Мы очень горячо спорим с комсомолом, который говорит, что надо над семилеткой строить техникум. Соцвос говорит: надо школу II ступени строить, комсомол говорит: надо выход в жизнь давать.

Дает ли школа II ступени выход в жизнь? Около этого спорного вопроса ведутся горячие дебаты. Но надо сказать, что умение сочетать теорию с практическим знанием жизни будет давать та школа, которая тесно будет увязана с хозяйственной стройкой, она будет давать ту практическую закалку, которая даст умение теорию связать с практикой.

Поэтому вопрос о том, надо ли давать общеобразовательные или политехнические знания, или можно их сводить до минимума, как в техникуме, как давать трудовую практику и т. д., – все эти вопросы потеряют свою остроту. Пока мы будем стремиться семилетку сделать всеобщей, над семилеткой, может быть, будут строиться школы другого типа, которые будут иметь в себе положительные элементы и техникума и школы II ступени. Тут теория будет с практикой теснейшим образом связана, будет расти поколение, хорошо знающее жизнь не только по книжкам, а знающее жизнь потому, что оно принимает участие в социалистической стройке. Это будет поколение, вооруженное для того, чтобы быть активными работниками социалистического государства. В этом отношении многие из спорных вопросов отпадут сами собой.

Что касается учреждений для взрослых, то на этом вопросе я сегодня не буду останавливаться подробно. Сегодня хотелось бы внимание сосредоточить главным образом на школе, но, конечно, если возьмем какую-нибудь Бородинскую избу-читальню, которая вместе с- активом спланировала, как из церкви сделать мельницу, которая сумела это провести при горячем участии всего актива, посещавшего избу-читальню, который провел эту постройку собственными руками при участии избы-читальни, причем изба-читальня постоянно вывешивала сведения о ходе работ, и была выстроена мельница, которая сразу подорвала религиозные верования, и тогда население другую церковь превратило в дом социалистической культуры, – то нельзя не видеть, что вся эта плановая работа дала огромный толчок всему культурному развитию села. . Если бы изба-читальня занималась только книжками– а есть такой уклон, например в Ленинградской области, где хотят, чтобы изба-читальня поменьше в жизнь совалась, а она суется и не может не соваться в жизнь, – то такого результата мы бы не имели. Там, где избач мало-мальски подкован, где он умеет плановую работу развернуть и ее увязать с задачами строительства, – там получаются чрезвычайно большие результаты, и все смотрят на это просветительное учреждение не как на бедного родственника, а как на нечто действительно ценное, и тот соседний завод, который не хотел дать избе-читальне цемента, теперь с удовольствием дает, раз из церкви строится мельница, о которой вздыхало все население.

Так именно надо подойти ко всем этим вопросам, так поставить просветительную работу, чтобы высшие ее звенья низшим помогали, чтобы все это шло по одному . плану, – это сделает нашу школу подлинно социалистической, подлинно политехнической.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ СОВЕЩАНИЯ 4 МАРТА 1930 г.

 

Товарищи, с первого нашего заседания прошел целый месяц. Поэтому я боюсь, что у многих стерлись уже воспоминания о том, о чем мы говорили. Кроме того, может быть, сегодня присутствуют товарищи, которые в тот раз не были. Поэтому я в нескольких словах напомню содержание нашей беседы и цель ее.

Мы как раз хотели обсудить вопрос о том, как то новое, что происходит в нашей экономической и общественной жизни, как оно должно отразиться на системе нашего народного образования. Мне пришлось в своем докладе говорить о том, что сейчас создаются условия для того, чтобы мы могли построить школу подлинно политехническую, которой у нас еще до сих пор нет, политехническую в широком смысле этого слова, где теория может связываться с практикой, – это с одной стороны. С другой стороны, я говорила о том, что сейчас создаются условия, когда мы можем построить школу социалистическую, т. е. не престо трудовую школу, а такую школу, в которой был бы общественный труд, был коллективный труд. Это то, что всей нашей школе может придать социалистический характер. Сейчас мы вообще имеем в лучшем случае только трудовую школу, а нам чрезвычайно важно использовать момент для того, чтобы создать именно социалистическую по духу школу.

И, наконец, третий вопрос, на котором я тогда хотела остановиться и останавливалась, – это вопрос о том, что сейчас мы можем каждое наше просветительное учреждение, каждое воспитательное учреждение строить как учреждение, выполняющее известную культурную и хозяйственную работу. Поэтому сейчас наша система народного образования должна и может гораздо больше, чем раньше, опираться на всю хозяйственную систему, быть гораздо теснее с ней связанной. Ведь вся наша система народного хозяйства должна строиться таким образом, чтобы все учреждения были связаны между собой, связаны в нечто единое. Это даст нам возможность несколько по-иному, гораздо глубже ставить нашу основную идею, которую мы выдвинули, – идею о единой школе. Школа разных ступеней может сейчас быть превращена в подлинную единую школу. Вот это содержание доклада, около которого развернулись прения.

За прошедший месяц этот вопрос и у нас, в Нарком-просе, и на разных собраниях в разговорах с товарищами пришлось обсудить с разных сторон. Поэтому к тому, что говорилось раньше, я бы хотела прибавить еще несколько слов.

Я хотела бы указать на то, что у нас сейчас замечаются такие вещи. С одной стороны, чувствуя, что много возможностей открывается перед нами, люди часто начинают фантазировать, чувствуют, что что-то такое можно по-новому, как-то гораздо шире и глубже делать. Начинают с того, что, например, хотят уничтожить школу, говорят, что школа уже потеряла свое значение, что в сущности сейчас можно так строить систему образования, что и школ-то не надо. А наряду с этим возникают такие теории, что мы должны труд ребят делать обязательным начиная с самого детского возраста. Я слышала, например, разговоры об обязательности детского труда начиная с семи лет... Ставится знак равенства между семилетним ребенком и взрослым человеком, совершенно упускаются из виду особенности детского развития. Так что в этом отношении замечается большой перегиб.

Причем еще таким образом толкуется, что надо, чтобы детский труд происходил по заданиям, по нарядам колхозов. По надо же отдать себе отчет, что это значит: детский труд по наряду колхоза. Колхоз и правление колхоза – это не есть какая-то такая единица, которая педагогически подходит к этому вопросу. Как будет колхоз подходить к этой проблеме в большинстве случаев? Он будет смотреть на ребенка так, как смотрели до сих пор в крестьянском хозяйстве. Надо там стеречь мелкий скот, надо там полоть гряды, надо стеречь бахчи, – ребята будут стеречь бахчи. Одним словом, самый однообразный труд, тот труд, на котором ребенок не может расти, развиваться, может как раз стать тем трудом, который по наряду колхоза будет даваться ребятам, и ребята обязаны будут его выполнять. Это, конечно, к политехническому воспитанию никакого отношения не имеет.

Затем у нас наблюдается увлечение практикой. Часто даже комсомольцы начинают говорить о «расщепленном» труде. На молодежь производит впечатление организация хозяйства в колхозе. Видят: один доит коров, другой засыпает корм коровам, третий занимается куроводством, четвертый еще чем-то, – словом, разделение труда. И вот это разделение труда, человек видит, дает большие положительные результаты, и он поэтому воодушевляется. Начинают говорить, что и ребят надо учить «расщепленному» труду. Но что значит расщепленный труд? Это значит–мелкие функции: девочку учить с малых лет быть только дояркой. Это будет не политехническое воспитание, а узкопрофессиональное, против которого мы всячески должны восставать. Вот все такие перегибы – они, конечно, вполне естественны, но очень вредны.

Когда начинают впервые обсуждаться вопросы, то, понятное дело, очень многие вопросы начинают ставиться не всегда в том разрезе, в каком следует, чтобы они были поставлены. Мне бы хотелось, чтобы те товарищи, которые сегодня будут высказываться, чтобы они побольше говорили о том, что им приходилось наблюдать в области детского труда в колхозах, и говорили бы по поводу того, как им представляется организация политехнического труда в колхозах. Но не только вопрос о колхозном труде ребят – сейчас встает и вопрос о труде на предприятиях, поскольку мы говорим о заводах-втузах, где рабочий проходит все стадии обучения.

Предполагается, что во втузах молодежь будет проходить известную политехническую подготовку.

И, наконец, третье – именно сейчас, в этом году, в эту зиму, мы обсуждаем довольно много разных бытовых вопросов: вопрос об общественных формах всего хозяйства, об общественном питании, об общественном воспитании малышей – обо всех этих вопросах сейчас очень много говорится. И в связи с обсуждением, например, такого вопроса, как дома-коммуны, дома в новых социалистических городах, приходится другой раз слышать такие отзывы, такие мнения, что там должен быть использован труд детей. Но если мы не говорим, как должен быть труд действительно использован в домах-коммунах, где живет 2 тыс. человек, если мы просто скажем об использовании детского труда, то что в результате у нас получится? – Что у нас ребята будут на посылках, их будут посылать с этажа на этаж за кипятком, за справками, за письмами и т. д., и будем говорить – вот у нас организованный труд. Так что тут, конечно, необходимо точно так же дать себе отчет в том, что мы должны очень настороженно относиться к вопросу о домашнем детском труде даже в обобществленном секторе, мы должны обдумать, что в этом большом хозяйстве, которое заменяет домашнее хозяйство, какую роль могут играть дети, могут ли они вообще играть какую-нибудь роль и как, в чем должна быть настороженность. А с другой стороны, надо не упустить те новые возможности, которые открываются для политехнического воспитания ребят, для социалистического воспитания нашего подрастающего поколения. Это вопрос, который за этот протекший месяц особенно встал со всей, по-моему, яркостью.

Другой вопрос, по которому было бы хорошо, если бы товарищи высказались, – это вопрос такого рода: мне кажется, что те успехи, которые мы делаем на хозяйственном фронте, они со всей остротой ставят вопрос о трудовой, поголовно трудовой подготовке, политехнической подготовке подрастающего поколения, подростков.

Конечно, в ближайшем будущем мы не будем иметь столько школ повышенного типа, чтобы они охватывали всю молодежь. Школа в лучшем случае может стать определенным консультационным пунктом, таким учреждением, которое обрастет целым рядом вспомогательных учреждений. Но имея такие организационные пункты, как школы, мы должны охватить нашим влиянием нашу молодежь, молодежь, даже не посещающую школу. И надо эту молодежь как-то пропустить через какую-то политехническую учебу. Этот вопрос ставился и в других государствах, например, в Австрии, но там он ставился на базе ремесленного, труда. Правда, говорили там не о трудовом воспитании детей рабочих, но все же этот вопрос ставился.

Мы знаем, в Германии обращается внимание на трудовое воспитание подрастающего поколения, оно там обязательно. И вот сейчас, по-моему, и у нас в стране встает вопрос об обязательном политехническом воспитании подрастающего поколения – не только детей рабочих, но и всех детей поголовно, всего молодого поколения поголовно. Если мы сейчас, в ближайшем будущем, добьемся того, что у нас школа I ступени будет поголовно охватывать всех ребят, – мы знаем, что сейчас это осуществимо, что сейчас это не далекая перспектива, а что мы можем добиться того, чтобы школа I ступени в ближайшем будущем стала обязательной, – то затем надо держать курс на всеобщность школы-семилетки.

Сейчас на предприятия ребят принимают с 14 лет, они получают заработную плату, которая нормирована, регулируется определенным образом. Необходимо, чтобы и труд молодежи в колхозах не шел стихийно, а нормировался, чтобы этот труд не был расщепленным каким-то трудом, не давал бы им лишь какие-то узкие профессиональные навыки, а чтобы он давал навыки труда в самых разнообразных областях, давал бы политехническую культуру. Это – одна задача. И я думаю, что надо не только путем организации достаточного количества школ, на что в ближайшие годы трудно рассчитывать, помогать молодежи учиться, надо создать целую систему народного образования, разных курсов, лекций, рекомендательных списков книг, которые надо прочитать, учебников заочного типа.

Я думаю, что если бы мы продумали, как надо труд подростков поставить политехнически в городе, и деревне, продумали бы всю систему культурного обслуживания молодежи в смысле вооружения ее необходимыми знаниями, то мы могли бы ту задачу, которая так настоятельно выдвигается жизнью, – задачу политехнического воспитания молодежи вне школы, при помощи школы, при помощи консультации со стороны школы, постоянной помощи со стороны школы, – я думаю, мы эту задачу смогли бы разрешить.

Вот те замечания, которые я бы хотела сделать перед открытием прений.

 

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО

 

Я остановлюсь сначала на одном вопросе, на котором останавливался предыдущий оратор, – на вопросе о том, насколько плодотворна наша дискуссия о социалистических городах.

Конечно, если бы мы только и делали, что говорили о социалистических городах, а не смотрели бы на то, что нам надо делать сегодня, то это было бы довольно бесплодным занятием. Но дело в том, что разговор о социалистических городах имеет самое прямое и непосредственное отношение к нашей повседневной работе, – эти разговоры о социалистических городах заставляют нас самих проверять, насколько мы социалистически умеем смотреть на то, что находится у нас под руками.

И вот те споры, которые на нас обрушились довольно неожиданно, имеют для нас большое значение в том отношении, что каждый участник этих споров отдает себе отчет в том, да что же это такое, какие же это социалистические города будут, а в чем же тут социалистическое– одни ли здания, или социализм в чем-то другом.

Правда, когда вопрос обсуждается в таком учреждении, как Госплан, то в большинстве случаев обсуждается самый вопрос о строительстве. Естественно, конечно, для педагогов поставить вопрос шире: а как же будет поставлено воспитание в этих социалистических городах, как эти города будут удовлетворять потребности населения? И тут же возникает вопрос: а какие же потребности это будут? И вот мы таким образом всеми четырьмя лапами попадаем в вопрос о том, что такое социализм.

Всем нам казалось и все мы думаем, что мы знаем, что такое социализм, но в этих спорах о социалистических городах выявляется, что надо еще очень многое продумать в этом отношении. Например, возьмем вопрос о социалистических городах: как там будет организована жизнь? Мне как-то пришлось быть в Брянске, там в центре города стоит большой Дом Советов, где собраны и партийные и профсоюзные организации. Тут же рядом – большой театр, где происходят массовые собрания. Этот в центре города находящийся Дом Советов является центром, который притягивает к себе массы. Брянск – не социалистический город и весьма мало на него походит, потому что, кроме этого Дома Советов, все остальные дома – это типичные дома провинциального города. Но это здание Дома Советов и вся эта картина невольно заставляли думать: пожалуй, когда новый город будет строиться, то необходимо, чтобы был какой-то центр, в котором сердце жизни города будет биться.

Когда я слушала потом обсуждение вопроса о социалистических городах, то вопрос о центре всей жизни города как-то выпадал. Может быть, надо строить не совсем так, как в Брянске, может быть, по-другому, гораздо проще – широкие улицы и т. д.:

Ясно, что, когда строился в Брянске этот Дом Советов, вряд ли кто думал о социализме, а думали о том, как удобнее это сделать. Этот маленький зачаток нового строительства говорит о том, что необходимо, чтобы все было связано в одно целое.

Социалистический город – это город-коллектив, где должна быть глубокая связь между всем населением. Это – не просто обыватели, которые живут в своих уголках: одни – в одном хорошем доме, другие – в другом хорошем доме, а это нечто такое, что связано в живую могучую силу, которая живет общими интересами, которая эти интересы глубоко продумывает.

Когда говорят о социалистических городах, о кубатуре, как бы там больше не пришлось против нормы, сколько можно, под каждую комнату подвести, – все это как-то мертво. Тут не чувствуется биения жизни. Представляется часто город в этом плане чем-то стабильным: столько-то тысяч, все они заняты на фабрике. Относительно детей много было споров: где они селиться будут – за городом или в городе. Уступка сделана, что дети в городе будут жить, но основной вопрос, где именно и как будут жить, отодвигается. И еще один большой вопрос: как же этот город будет связан с деревней, с районом? Мы все говорим, что при социализме пропасть между городом и деревней будет уменьшаться, они будут сближаться, а тут мы строим какой-то город, который– сам по себе, точно вокруг него какое-то безвоздушное, незаселенное пространство или пустыня.

Вот эта связь между городом и деревней, которая должна быть гораздо более интенсивной, чем в настоящее время, как-то упускается, и этот вопрос мало обсуждается.

Но и то обсуждение вопроса, которое началось только со зданий, с рационализации построек, с внешних форм, помогает нам уяснить, как мы по-настоящему должны строить. Если мы посмотрим на нашу окружающую действительность после того, как поспорим немного, мы начинаем больше замечать то, чего не замечали раньше. Придет рабочий с собрания, где говорилось о социалистических городах, и ему казарма или дом, в котором он живет, станет настолько непереносимым, что он захочет сейчас же приложить руку, чтобы его перестроить по-новому.

Если бы мы только и делали, что собирались и говорили о социалистических городах, то это было бы довольно праздным занятием. Но наряду с этим должно развиваться довольно большое бытовое движение. О быте сейчас очень много говорят, и не только говорят, но кое-какие результаты конкретные получаются непосредственно, и эта увязка с повседневной жизнью, с улучшением быта имеет огромное значение.

Когда мы говорим о быте, мне всегда вспоминается один рассказ Джона Рида, который, вероятно, многие из вас читали, – «Дочь революции», где рассказывается о внучке коммунара, ставшей проституткой. В этом рассказе очень хорошо вскрыто, как быт обывательский, где отец – глава семейства, где женщина должна заниматься только хозяйством, где отношение к женщине остается старым, глушит другие влияния, влияния отца-коммунара. Несмотря на то, что отец был коммунаром, что отец был участником революционного движения, несмотря на» все это, внучка коммунара – дочь революции – все же остается чуждой этой революции, потому что быт остался старый, в отношении быта ничего не изменилось. Вот вопрос о быте, который ставит Джон Рид, сейчас особенно чувствуется со всей актуальностью.

Все вопросы быта, которые сейчас ставятся на массовых собраниях, конечно, непосредственно связаны с тем большим вопросом социалистического строительства, который перед нами стоит.

Мы часто в последний год говорим: «Строим социализм», – но говорим только о хозяйственной стройке, а ведь это не только хозяйственная стройка, это – перестройка всех взаимоотношений между людьми, и сейчас этот вопрос начинает с достаточной яркостью выступать.

Многие товарищи отмечали, что мы заново ставим теперь многие вопросы, которые уже в начале революции нами ставились. Тов. Крупенина напомнила мне, как в 1918 г. у нас внутри Наркомпроса ставился вопрос, да нужна ли школа вообще, особенно после речи Владимира Ильича, который говорил о том огромном значении, какое имеет школа. У него есть даже такое выражение, что только школа сможет избавить подрастающее поколение от тех войн, которые сейчас происходят, от того разматывания и растраты человеческих сил, свидетелями чего мы сейчас являемся.

Эта установка Владимира Ильича о школе встретила со стороны некоторых товарищей возражения, и в журнале «Народное просвещение» появилась статья одного из наших сотрудников т. Шапиро, который доказывал, что при социализме школа не нужна. Это, конечно, совершенно неправильная постановка вопроса. Школа необходима. Школа, которая явится организационным центром, которая поможет молодому поколению, всем ребятам по-новому организоваться, по-новому овладевать знанием и которая будет для всей молодежи таким центром, – такая школа, конечно, сыграет крупнейшую роль. И тут я подхожу к основному вопросу – к вопросу о том, что социализм – это организация.

Ленин всегда подчеркивал, что гвоздь строительства социализма в организации, и поэтому неверно думать, что профсоюзы через некоторое время, не при социализме, а даже в более близкое время, отомрут. И текстили, и металлисты, и другие профсоюзы нужны, у них у всех свои особенности. Надо так, чтобы население по разным занятиям, по разным целям, по самым различным направлениям организовывалось.

Если мы сравним теперешнее население с тем, которое у нас было в 1917 г., то мы увидим, что в смысле организационном сделан огромный шаг. Я помню первые женские собрания наперечет; были работницы, которые участвовали в женских конференциях. Была захвачена верхушка, а низы только присутствовали и сами активного участия не принимали. Если же мы теперь посмотрим, как обстоит дело в этом отношении, то мы увидим обратное. В отношении Ленинграда мы не можем сказать, чтобы там в 1917 г. был мал актив, – напротив, масса там была очень активна в смысле революционном и в смысле политическом. Но если подойти к бытовому вопросу, то я помню, как у нас в Выборгском районе было заседание относительно того, как организовать клуб. И вот на этом заседании все передовые рабочие оказались в плену у пары поваров, которые захватили власть и повели разговор о том, какие кушанья в клубе надо приготовлять и как их надо вкусно готовить. И так как никто не знал, с какой стороны к клубу подойти и что должен собой рабочий клуб представлять, то чрезвычайно развитые рабочие терпеливо выслушивали рассказы поваров о том, как надо приготовить судак. На этом заседании почувствовалось, насколько это новая область и как здесь придется по-новому организовываться.

Если мы возьмем деревню, то в организационном отношении положение в деревне в 1917 г. было чрезвычайно тяжелое, а посмотрите, какие теперь организаторы выросли в деревне. Деревенский организатор как организатор еще ярче выступает, он знает приемы, как работать с массой, как массу организовывать. И вот поэтому сейчас, когда вопросы встают по-новому, у нас имеются совершенно новые возможности, которые заключаются в том, что сейчас можно всю эту систему народного образования уже строить руками самих масс, что в 1918– 1919 гг. сделать было нельзя.

В особенности сейчас, когда идет строительство в области промышленности, коллективизации хозяйства, создаются новые условия, и эти новые условия хозяйства, новая организация самого хозяйства, организаторские таланты, которые создались в массе, – все это, вместе соединенное, открывает необыкновенно широкие возможности глубоко по-новому организовать всю систему народного образования.

В разговорах мельком товарищи касались некоторых вопросов, главным образом изменения школы в направлении ее гораздо большей политехнизации. Говорилось о том, что сейчас создаются новые предпосылки, которые делают возможным поголовное воспитание всех подростков, даже не ходящих в школу. Много говорилось о новых методах.

Возьмем хотя бы вопрос о детских домах. Если мы возьмем период до 1920 г., то о детских домах говорили совершенно иначе, чем сейчас. Сейчас мы все привыкли к тому, что у нас детские дома – это дома для беспризорников, и сами наши детские дома стали какими-то беспризорными учреждениями, какими-то пасынками.

А если мы возьмем 1918–1919–1920 гг., то тогда говорили о детских домах, как о таких учреждениях, которые должны явиться формой нового общественного воспитания.

Мы с детскими домами пережили чрезвычайно тяжелую вещь. Если у нас вначале детские дома развивались и в 1921–1922 гг. число детей, обслуживаемых детскими домами, достигало 540 тыс., то начиная с 1921–1922 гг. число детей, обслуживаемых детскими домами, стало быстро падать. Сейчас мы имеем цифру в 136 тыс. – огромное падение количества детей, обслуживаемых детдомами. Установился на детдом взгляд как на учреждение только для беспризорных.

А теперь мы в колхозах видим, что возрождается старое понимание детского дома не только как дома для беспризорных, но как дома, который помогает воспитывать ребят вообще, и первое, что в коммуне строят, – это скотный двор, а второе – детский дом. Правда, часто детские дома строятся по соседству со скотным двором, и врач, приезжая, только руками разводит, – настоящей помощи и инструктирования в этом отношении еще нет, мы опаздываем с инструкциями, не видим тех потребностей, которые есть, а между тем надо понимать, что потребность очень большая, потому что стихийно начинают строиться нового типа детдома, которые находятся на глазах колхозников, в которых их дети воспитываются.

Чрезвычайно важно сейчас вопрос о детдомах обсудить, сделать детдома открытыми, доступными для всех ребят. Этот пример с детским домом показывает, как меняется отношение ко всем вопросам. Детский дом должен войти также определенным звеном в систему народного образования.

Меняется, конечно, отношение ко всем вопросам профессионального образования, открываются новые формы, меняется вся система политпросветработы и т. д.

Наши три заседания, которые мы провели по вопросу о новой системе народного образования, прошли несколько разбросанно. Общество педагогов-марксистов только-только еще образовалось, и самая аудитория еще не очень отстоялась – у нас еще не отстоялось ядро, еще не сложились основные кадры. Но я думаю, что было правильно, что первым вопросом, который мы на трех заседаниях обсуждали, мы поставили вопрос о системе народного образования, а не поставили какой-нибудь отвлеченный вопрос, носящий академический характер.

Мы поставили тот вопрос, который сейчас имеет колоссальное значение. Вы знаете, что будет партсовещание 25 апреля сего года, на котором будет стоять вопрос о системе народного образования. Стенограммы нашего обсуждения этого вопроса дадут, конечно, материал, который поможет лучше оформить и продумать вопрос о системе народного образования.

Сейчас мы несколько связаны партсовещанием, и совет еще не определил следующей темы открытого совещания. Может быть, надо поставить другим вопросом также вопрос, стоящий на повестке партсовещания? Мне кажется., что такого рода совещание, как это, помогает иногда отдельной фразой, отдельным замечанием того или другого товарища бросить известный свет на весь вопрос.

Поэтому думается, что в дальнейшем надо практиковать такие собрания, может быть, несколько лучше подготавливая их, чем это, но думается, что и данное обсуждение вопроса о системе народного образования прошло не без пользы.

1930 г.

 


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 4; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.039 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты