Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника


ISBN 5-04-006298-2 3 страница




И, наконец, последний пример поможет объеди­нить наше суждение об избыточности с прагматикой человеческой коммуникации. Возможно, читателю из­вестно, что компьютерное программирование состоит

' Такие сложные паттерныи паттерны внутри паттернов намежличностном уровне (во время психотерапевтических бесед) широко изучались Шефленом (Sheflen)(139). Его новаторская ра­бота показала, что эти паттерны существуют и что они имеют слож­ную, повторяющуюся и структурированную природу.

** Отсутствие обязательногоотношения между фактом иобъяснением было проиллюстрировано в недавнем эксперимен­те Бавелем (20). Каждому испытуемомусказали, что он участвует в экспериментальном исследовании по «генерированию идеи» и дали карточки, изображающие серую гальку, по поводу которой он должен был «формулировать идеи». Одному из каждой пары испытуемых (видимо, по отдельности, но согласованно) было сказано в среднем восемь из десяти раз, что егосоображение о карточке было верно, другому — пять из десяти. Идеи испытуе­мого, который «награждался» частотой 80%, оставались наниз­ком уровне, в то время как другой испытуемый предлагал слож­ные, искусные и глубокомысленные соображения о карточке, принимая во внимание мельчайшие подробности ее композиции. Когда испытуемым позволили поделиться друг с другомсвоими открытиями, первый сразу же поддался «блеску» идей другого и согласился, что последний анализировал карточку куда более тща­тельно.

 

 

-32-


ГЛАВА 1. СИСТЕМА ОТСЧЕТА

из приведения относительно небольшого количества специфических правил в определенный порядок (про­грамму); затем эти правила руководят огромным ко­личеством достаточно гибких операций компьютера. Если, как было сказано выше, кто-то наблюдает за избыточным количеством человеческой коммуникации, то все происходит с точностью до наоборот. Человек, наблюдая за определенной системой операций, пыта­ется сформулировать правила, лежащие в основе ее функционирования, ее «программы» в нашей анало­гии с компьютером.

1.5. МЕТАКОММУНИКАЦИЯ И ПОНЯТИЕ ИСЧИСЛЕНИЯ

Знания, приобретенные нашим гипотетическим наблюдателем, изучающим прагматическую избыточ­ность поведенческого феномена «игра в шахматы», вы­зывают аналогию с математическим понятием исчисле­ние. Исчисление, согласно Булю (Boole) (31, р. 4), — «метод, основанный на использовании символов, ко­торые подчиняются известным и общим законам ком­бинации, а результаты допускают логичные интерпре­тации». Мы уже предполагали, что подобная формали­зация возможна и в человеческой коммуникации, что вызывает ряд сложностей в ходе рассуждения об ис­числении. Как только математики перестают исполь­зовать математику как инструмент вычисления и дела­ют этот инструмент объектом изучения — как, напри­мер, в случае исследований последовательности ариф­метики как системы, — они применяют язык, который не является частью математики, а рассуждает о ней. Дэвид Гилберт (D. Hilbcrt) (64) называет этот язык ме­таматематическим. Формальная структура математики — это исчисление, метаматематика выражает это исчис­ление. Нейджел (Nagel) и Ньюман (Newman) опреде­лили разницу между этими двумя понятиями с восхи­тительной ясностью:

2 Прагмвтнкв человеческих кмшуникаднЯ

 

-33-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

«Невозможно переоценить важность отличия между математикой и метаматематикой. Игнорирование мета­математики вызовет парадоксы и путаницу. Признание ее важности дает возможность представить логическую структуру математической аргументации более четко. Отличие заключается в том, что оно предлагает точную кодификацию различных символов, которые создают формальное исчисление, свободное от скрытых допу­щений и иррелевантных ассоциаций смысла. Более того, оно требует точные дефиниции операций и логических правил математических построений и дедукций, многие из которых математики применяли, не задумываясь над тем, что они используют» (108, р. 32; курсив наш).

Если не использовать коммуникацию для обще­ния, а общаться на тему коммуникации, исследовать ее, то неизбежно вынуждены мы обратиться к кон­цепциям, которые не являются частью коммуникации, но позволяют рассуждать о ней. По аналогии с метама­тематикой это называется мстакоммуникацией. По срав­нению с метаматематикой исследование метакомму-никации затрудняется двумя важными обстоятельства­ми. Первое состоит в том, что в области человеческой коммуникации не существует ничего сравнимого с формальной системой исчисления. Это затруднение не исключает полезности самого понятия. Второе очень близко первому: хотя математики владеют двумя язы­ками (числа и алгебраические символы для выраже­ния математики и обычный язык -- для выражения метаматематики), мы же главным образом ограниче­ны обычным языком как средством и коммуникации, и метакоммуникации. Эта проблема будет возникать на протяжении всего дальнейшего обсуждения.

В чем же полезность понятия исчисления челове­ческой коммуникации, если, по общему признанию, оно является делом далекого будущего? С нашей точки зрения, его непосредственная полезность заключается в том, что понятие само по себе заменяет яркую мо­дель природы и степень абстракции того феномена, который мы собираемся идентифицировать с помощью

 

-34-


ГЛАВА 1. СИСТЕМА ОТСЧЕТА

лого понятия. Давайте суммируем: мы ищем прагма­тические избыточности; мы знаем, что они являются не простыми, статичными величинами или свойства­ми, а интерактивными паттернами, аналогичными математическому понятию функция; и, наконец, мы предвидим, что эти паттерны обладают теми же харак­теристиками, что и контролирующие ошибки и цслеполагающие системы. Следовательно, имея эти предпосылки и тщательно исследуя цепочки комму­никаций между двумя или больше участниками ком­муникации, мы получим некоторые результаты, не претендующие на то, чтобы считаться формальной системой, но обладающие природой аксиом и теорем исчислений.

В уже цитированной работе Нейджсл и Ньюментак описали аналогию между игрой в шахматы и фор­мальным математическим исчислением:

«Шахматные фигуры и квадратики на доске со­ответствуют элементарным знакам исчисления; опре­деленные правила расположения шахматных фигур на доске —- формулам исчислений; исходные положения фигур — аксиомам или исходным формулам исчисле­ний; последующее положение фигур -- формулам, извлеченным из аксиом (например, теоремам); пра­вила игры — правилам заключения (или происхожде­ния) для исчислений» (108, р. 35).

Они показали, насколько «бессмысленны» кон­фигурации шахматных фигур на доске, в то время как

утверждения относительно этих конфигураций доста­точно осмысленны. Установление этого порядка абст­ракции, по мнению авторов, происходит следующим образом:

«...Можно установить общие «меташахматпые» те­оремы, чьи доказательства предполагают только конеч­ное число допустимых конфигураций на доске. Таким образом, может быть выведена как «меташахматная» те­орема о количестве возможных ходов для белых, так и «меташахматная теорема» о том, что белые не могут объя-

 

-35-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

вить мат черным, если у них два коня и король, а у черных — только король (108, р. 35).

Мы привели эту аналогию так подробно, потому что она иллюстрирует понятие исчисления не только в метаматематике, но и в мстакоммуникации. Если мы распространим аналогию на двух игроков, мы будем изучать не абстрактную игру, а скорее результаты че­ловеческой коммуникации, на которую сильно влияет сложный свод правил. Единственное отличие заключа­ется втом, что мы предпочтем применять термин «фор­мально неразрешенный», а не «бессмысленный», го­воря о некоторых моделях поведения (ход в аналогии с игрой). Такая модель поведения, а, может быть след­ствием повышения платы, Эдипова комплекса, алко­голя или ливня, и любых других факторов, к которым разум «действительно» обраидается и склонен при этом к некоторому схоластическому диспуту (например, по поводу пола ангелов). До тех пор, пока сознание чело­века открыто для внешней инспекции, все, что у нас есть — это предположения и самоотчеты, а и то и дру­гое печально известны своей ненадежностью. Однако если мы обнаружим, что поведение а — каковы бы ни были его «причины» — одного коммуникатора вызы­вает поведение Ь, с, d или е другого и исключает пове­дение х, у и z, то в таком случае может быть сформу­лирована метакоммуникационная теорема. Предполо­жим, что интеракция может быть определена в поня­тиях, аналогичных игре, т. е. как последовательность «ходов», регулируемая правилами, осознаваемыми или нет самими коммуникаторами, но о которых можно сделать осмысленные метакоммуникационные выводы. Это означает, что, как было сказано в 1.4, существуют пока непроинтерпретированные исчисления прагма­тики человеческой коммуникации, чьи правила мож­но наблюдать при успешной коммуникации и кото­рые нарушаются в иной коммуникационной ситуации. Существование такого исчисления, при нынешнем по­ложении дел в науке, можно сравнить со звездой, чье

 

-36-


ГЛАВА 1. СИСТЕМА ОТСЧЕТА

существование и положение определяется теоретичес­кой астрономией, но еще не открыто сотрудниками обсерватории.

1.6. ВЫВОДЫ

Если подходить к человеческой коммуникации, учитывая выше указанные критерии, то возникает не­сколько концептуальных изменений, которые будут кратко рассмотрены в контексте психопатологии. Об­ращение к психопатологии не означает, что эти про­блемы пригодны только здесь, а то, что мы считаем их особенно подходящими и очевидными именно в этой области.

1.61. Понятие черного ящика

Сегодня вряд ли кто-то будет всерьез отрицать наличие человеческого сознания, разве только особен­но радикальные мыслители, но исследование фено­мена сознания, как известно всем, работающим в дан­ной области, затруднено из-за отсутствия Архимедо­вой точки опоры вне разума. В конечном счете психо­логия и психиатрия намного больше, чем любые дру­гие дисциплины, являются рефлексирующими: субъект и объекты идентичны, сознание изучает само себя, а любое предположение неизбежно стремится к само­подтверждению. Невозможность увидеть сознание «за работой» привело к заимствованию понятия Черного Ящика из области телекоммуникации. Этим понятием обозначали определенный тип трофейного электрон­ного оборудования, которое невозможно было открыть для изучения, поскольку внутри мог находиться взры­ватель. В наше время это понятие связано с тем, что электронные металлические изделия настолько слож­ны, что иногда целесообразнее игнорировать внутрен­нюю структуру их устройства и сосредоточиться на изу­чении их специфических «ввод-вывод» отношениях. Несмотря на то, что эти отношения могут позволить

 

-37-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

сделать выводы относительно того, что «в действитель­ности» происходит внутри ящика, это знание несуще­ственно для изучения функций устройства, которое яв­ляется лишь частью большой системы. Применительно к психологическим и психиатрическим проблемам это понятие имеет эвристическое преимущество, которое не нуждается в подтверждении интрапсихическими гипотезами и ограничивает себя видимыми входящи­ми и выходящими отношениями. Это — коммуникация. Мы считаем, что такой подход характеризует важную тенденцию в психиатрии рассматривать симптомы как одну из разновидностей входа в систему семьи, а не как выражение интрапсихического конфликта внутри нес.

1.62. Сознание и бессознательное

Если рассматривать поведение человека в поня­тиях Черного Ящика, то выход одного Черного Ящика — это вход другого. Теряет ли такой обмен информа­цией, независимо от того, сознательный он или бес­сознательный, свою первостепенную важность, кото­рой он обладает в рамках психодинамики? Поскольку рассматриваются реакции на специфические формы по­ведения, он не должен игнорировать разницу между сознательным и бессознательным поведением, умыш­ленным и неумышленным или симптоматическим. Если человеку наступили на ногу, для него будет очень важ­но, было ли это поведение умышленным или ненаме­ренным. Однако это мнение основывается на его оцен­ке мотивов другого человека, следовательно, на пред­положении о том, что происходит в голове у другого. Если же он спросит другого о его мотивах для того, чтобы развеять свои сомнения, он может так и про­должать сомневаться, то другой человек может заявить, что его поведение было бессознательным, хотя он имел в виду неумышленное, или даже заявить, что оно было умышленным, хотя фактически оно было случайным. Все это возвращает нас к приписыванию «смысла» по­за

 

-38-


ГЛАВА 1. СИСТЕМА ОТСЧЕТА

пятию, который важен для субъективного пережива­ния коммуникапии с другими людьми, но который мы считаем объективно несущественным для успеха исследования человеческой коммуникации.

1.63. Настоящее в сравнении с прошлым

С одной стороны, искать причины в прошлом — абсолютнобезнадежное занятие, хотя поведение, по крайней мерс частично, определяется предыдущим опытом. Замечания Эшби по поводу особенностей «па­мяти» как конструкта были приведены ранее (см. 1.2): она основывается на субъективных доказательствах и, следовательно, страдает от искаженного исследования, предполагающего игнорировать какие бы то ни было заявления человека А о том, что его прошлое нераз­рывно связано с человеком В и определяется взаимоот­ношением между этими двумя людьми. С другой сторо­ны, если значимость коммуникации и влияния других и жизни человека доказаны — как было указано в ана­логии с шахматами и как это происходит при совмест­ной психотерапии пар или полной семьи, — паттерны коммуникации в конечном счете имеют диагности­ческую ценность и позволяют планировать наиболее подходящую стратегию терапевтического вмешатель­ства. Такой подход является скорее поиском паттерна здесь и теперь, чем символического смысла, причин прошлого или мотивации.

1.64. Последствия в сравнении с причиной

Возможные или гипотетические причины пове­дения, с этой точки зрения, имеют второстепенную важность, а последствие поведения выступает как кри­терий первостепенной важности в интеракции между людьми, имеющими близкие отношения. Например, симптом, упорно остающийся в прежнем состоянии за время психотерапии, несмотря на интенсивный анализ его происхождения, внезапно обнаруживает свое значение, когда рассматривается в контексте ин-

 

-39-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

теракции между супругами. Затем симптом может про­явиться в виде принуждения, как правило особой ин­терактивной «игры»', а не как результат неразрешен­ного конфликта между гипотетическими интрапсихи-ческими силами.

Как нам кажется, симптом является образцом поведения, которое оказывает значительное влияние на окружающих пациента. В этом смысле вопрос «поче­му?» не проясняет модель поведения, а на вопрос «для него?» может давать валидный ответ.

1.65. Циркуляция коммуникационных паттернов

Все части организма образуют круг. Следовательно, каждая часть — и начало и конец.

Гиппократ

Хотя линейная, последовательная каузальность определяет «начало» и «конец» цепочки, эти термины бессмысленны для систем с петлей обратной связи. У круга нет ни начала ни конца. В такой системе раз­мышлений человеку приходится отказываться от пред­ставления о том, что, скажем, событие а происходит первым, а событие b определяется появлением а, так же ошибочно заявлять, что событие b предшествует а, в зависимости от того, в каком месте будет принято авторитарное решение разорвать непрерывность круга. Но, как мы убедимся в следующей главе, эта ошибоч­ная логика постоянно используется участниками че­ловеческой интеракции, когда оба, и А и В, требуют, чтобы только поведение партнера оказывало на них влияние, не осознавая, что, в свою очередь, сами вли­яют на партнера своей реакцией. Подобного типа рас­суждения заводят в тупик: является ли данная комму­никация в семье патологичной, потому что один из ее

" В этой книге понятие «игра» происходит из математичес­кой теории игр и относится к последовательности поведения, ко­торое руководствуется правилами.

 

-40-


ГЛАВА 1. СИСТЕМА


ОТСЧЕТА


членов психотик, или же один из се членов псцХОТИК1 потому что коммуникация патологична?*

1.66. Относительность «нормальности» и «ненормальности»

Ранние психиатрические исследования ставили перед собой цель классифицировать пациентов. Этот подход обладал несколькими практическими достоин­ствами, и одним не из последних было открьпие оп­ределенных взаимозависимых условий, таких к^к про­грессивный паралич. Следующим практическим шагом было объединение этой концептуальной Дифференци­ациинормальности и ненормальности в признанный язык, например, в понятия «психическое здор<^вье» и «психоз». Однако, как только было принято, что с ком­муникационной точки зрения модель поведения мо­жет быть изучена только лишь в контексте, в к^ТОрОМ она появилась, понятия «психическое здоровье» ц «пси­хоз» практически потеряли свои значения как атрибу­ты личности. Подобным образом представление 0 «не­нормальности» стало сомнительным. Теперь досТИГНу_ то соглашение о том, что состояние пациента н^ явля­ется статичным, а изменяется в зависимости от сго внутриличностной ситуации, впрочем, как иот пред­взятости наблюдателя. Когда же психиатрические сим­птомы стали рассматриваться как поведение, соответ­ствующее интеракции, система отсчета стала Диамет­рально противоположной классической психиатричес_ кой точки зрения. Значение этой смены акцст-а ВрЯд ли может быть переоценено. Таким образом, «Шизоф­рения», рассматриваемая как неизлечимое и прогрес­сирующее заболевание сознания, и «шизофрения» как единственно возможная реакция на абсурдный Или не­пригодный контекст (реакция, которая следу<$т это­му контексту и, следовательно, осуществляет правила

· Подобно безнадежной дискуссии «о курице и я[/щС>>_

-41-.


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММ У НИКАи|ИЙ

такого контекста) являются двумя всецело различны­ми представлениями хотя различие лежит в несовмес­тимости двух концептуальных рамок, несмотря на то, что клиническая картина, к которой они применены, похожа в обоих случаях. Смысл этиологии и терапии, вытекающий из этих различных точек зрений, также сильно отличается; следовательно, наш интерес к изу­чению и подчеркиванию коммуникационной точки зрения нельзя считать упражнением в схоластике (ин­теллектуальным упражнением).

-42-


J лава. 2

НЕКОТОРЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ АКСИОМЫ КОММУНИКАЦИИ

2.1. ВВЕДЕНИЕ

Поскольку выводы, сделанные в первой главе, подчеркивают несоответствие между традиционными психиатрическими представлениями и предлагаемой нами концепцией, возможно, создастся впечатление, ■но слишком мало остается того, на чем может быть основано изучение прагматик человеческой коммуни­кации.Мы хотим убедить читателей, что это далеко не i;ik. Однако нам придется рассмотреть нескольких про-ртыхсвойств коммуникации, имеющих фундаменталь­ные межличностные смыслы. Как будет видно ниже, ГГИсвойства — составная часть природы аксиом, лс-Кащихв основе наших гипотетических исчислений Человеческойкоммуникации. Когда они будут опреде-Пспы,мы сможем обсудить их в третьей главе.

2.2. НЕОБХОДИМОСТЬ КОММУНИКАЦИИ

2.21. Поведение-это коммуникация

Поведение обладает свойством, которое часто пе­реоценивают:у поведения нет противоположности. другимисловами, нет такого состояния как непове-II мне или еще проще: человек не может себя никак не net-in. Теперь, когда принято, что все поведение в си-рупцииинтеракции* имеет ценность сообщения, т. е.

Необходимо добавить,что, даже находясь и одиночестве,

II ювекможет вести диалоги вуме о жизни (см 8.3) иди со свои-

галлюци нация ми(15). Возможно, такая внутренняя «комму-

линя» следует тем же правилам, какими руководствуется меж-

(Ичностнаякоммуникация, однако этот невидимый феномен ле-i mi пределами нашего исследования.

 

 

-43-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

является коммуникацией, то из этого следует, что, как бы человек ни старался, он не сможет не общаться. Деятельность и бездействие, слова или молчание вес имеет ценность сообщения: они оказывают влияние на других, и эти другие, в свою очередь, не могут не ответить на эти коммуникации и, таким образом, сами общаются. Не вызывает сомнения, что молчание или игнорирование других не является исключением из до-казанного. И человек за переполненной стойкой во время ленча, который смотрит только прямо перед собой, и пассажир самолета, сидящий с закрытыми глазами, сообщают, что не хотят говорить с кем бы то ни было, и соседи обычно «получают сообщение» и соответственно реагируют, оставляя их в покое. Оче­видно, что это является таким же внутренним обме­ном коммуникацией, как и оживленная дискуссия*.

Мы не можем сказать, что «коммуникация» про­исходит, если она интенциональная, сознательная или успешная, т. е. когда возникает взаимное понимание. Анализ того, одинаковы ли послание, которое было

Люфт (Luft) (98) провел очень интересное исследование в этой области. Он изучалто, что позже назвал «социальной сти-мульпой депривацией».Он поместил двухнезнакомых людей в комнату, заставил их сесть друг против друга и проинструктиро­вал «не говорить ине общаться никоим образом». Последующие беседы с испытуемыми свидетельствовали о стрессовой ситуации. Согласно автору:

«...перед каждым испытуемым находилась уникаль­ная личностьсо своим, хотя имолчаливым, поведением. Принимается без доказательств,что is это время происхо­дит настоящее межличностное изучение, и только одна часть этого изучения делается сознательно. Например, как другойответит на невербальные сигналы? Возникает ли какая-ни­будь попытка понять вопрошающий взглядили взгляд хо­лодно игнорируется?Принимает ли другой какие-нибудьпозы, свидетельствующиео напряжении, утомлении? Ком­фортно ли ему, показывает ли он, что принимает другого,или же другой обращается с ним, как будто он вещь, кото­рая не существует? Существует много других проявлений поведения, которые можно легко распознать...»

 

-44-


ГЛАВА 2. НЕКОТОРЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ АКСИОМЫ

отправлено, и то, которое было получено, является важ­ным, но иным анализом, потому что он должен пол­ностью основываться на оценке особенных, интрос­пективных, субъективно заявленных данных, которые мы выбираем, чтобы не обращать внимания на бихе-виоральную теорию коммуникации. Наш интерес к неправильному пониманию будет связан с развитием некоторых видов патологии, что происходит помимо, а в действительности вопреки мотивации или намере­ниям участников коммуникации.

2.22. Единицы коммуникации (сообщение,

ИНТЕРАКЦИЯ, ПАТТЕРН)

Выше понятие «коммуникация» использовалось в двух случаях: как общее название нашего исследова­ния и как довольно общее определение поведения. Уточ­ним, что к прагматическому аспекту теории челове­ческой коммуникации мы будем далее относиться про­сто как, «коммуникации». Для различных единиц ком­муникации (поведения) мы стремились выбрать по­нятия, не нуждающиеся в расшифровке. Единица ком­муникации будет называться сообщением, или, чтобы не было путаницы, простой коммуникацией. Обмен се­риями сообщений будет называться интеракцией. (Для тех, кто настаивает на более количественном опреде­лении, мы можем только сказать, что порядок, кото­рый мы приписываем понятию «интеракция», более одного сообщения, но он не бесконечен). Наконец, в 4—7 главах мы добавим еще паттерны коммуникации, которые являются единицей человеческого общения са­мого высокого уровня.

Что же касается самых простых возможных еди­ниц, совершенно очевидно, что если мы приняли все поведение за коммуникацию, то мы будем иметь дело не с изолированной единицей сообщения, а с измен­чивым и многогранным объединением многих форм поведения — вербальных, тональных, касающихся поз, контекстуальных и т. д., каждая из которых определяет

 

-45-

 

 


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИИ

смысл всех остальных. Различные элементы этого объе­динения (рассмотренные в целом) способны на зна­чительные вариации и сложные перестановки, колеб­лющиеся от конгруэнтных к неконгруэнтным и пара­доксальным. Прагматическим эффектом этих комби­наций являются межличностные ситуации, составля­ющие предмет нашего исследования.

2.23. Попытки шизофреников не общаться

Необходимость коммуникации — это больше чем феномен, представляющий теоретический интерес. Например, она является неотъемлемой частью шизоф­ренической «дилеммы». Если наблюдать поведение больного шизофренией в латентный период, то созда­ется впечатление, что он пытается не общаться. Но поскольку даже бессмыслица, молчание, отдергива­ние, неподвижность (молчание поз) или любая другая форма отказа сама по себе является коммуникацией, то больной шизофренией вынужден отрицать то, что он общается, и в то же время отрицать, что его отказ является коммуникацией. Разрешение этой дилеммы является ключом ко многим аспектам шизофреничес­кой коммуникации, которая иначе так и останется непонятой. Поскольку любая коммуникация подразу­мевает передачу и этим определяет точку зрения от­правителя на его взаимоотношения с получателем, можно высказать гипотезу, что больной шизофрени­ей, избегая общения, избегает этой передачи. Являет­ся ли это его задачей в каузальном смысле, конечно же, невозможно доказать; вот почему этот эффект ши­зофренического поведения будет рассмотрен в деталях в 3.2.


Поделиться:

Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 62; Мы поможем в написании вашей работы!; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2024 год. (0.007 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты