Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Глава 36. ПСЕВДОИНИЦИАЦИЯ




Читайте также:
  1. LI. САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  2. VIII. ГЛАВА, СЛУЖАЩАЯ ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ ПРЕДЫДУЩЕЙ
  3. XLIII САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  4. XXVI. ГЛАВА, В КОТОРОЙ МЫ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЛАЮЩЕМУ МАЛЬЧИКУ
  5. В Бурятии подготовят закон по борьбе с «резиновыми» квартирами – глава республики
  6. Встречайте Джейка… Бонусная глава – Гостиница
  7. Глава "ЮКОСа" и государство квиты?
  8. Глава 0. Чувство уверенности в себе
  9. ГЛАВА 01
  10. ГЛАВА 06

 

Когда мы квалифицируем как «сатанинскую» ту антитрадиционную деятельность, различные аспекты которой мы здесь изучаем, то должно быть ясно, что это совершенно не зависит от частной идеи, которую каждый может себе составить относительно того, что называют «Сатаной» в согласии с определенными теологическими и иными воззрениями, так как само собою разумеется, что «персонификации» не имеют значения с нашей точки зрения и никоим образом не должны привходить в наши рассуждения. Рассматривать следует, с одной стороны, дух отрицания и переворачивания, в который «Сатана» метафизически превращается, каковы бы ни были специальные формы, в которые он может облечься для проявления в той или иной области, и с другой стороны, то, что его собственно представляет и «воплощает», так сказать, в земном мире, где мы рассматриваем его деятельность. Это и есть не что иное, как то, что мы назвали «контринициацией». Надо отметить, что мы сказали «контринициация», а не «псевдоинициация», которая является чем-то от нее очень отличным; действительно, не надо смешивать подделывателя и подделку, лишь одним из многочисленных примеров которой, в том смысле, о котором мы говорили в различных порядках, является «псевдоинициация», так как она сегодня существует в многочисленных организациях, большинство из которых связано с какой-либо формой «неоспиритуализма», хотя, может быть, имеет еще большее значение, чем подделка чего угодно другого. «Псевдоинициация» реально есть только лишь один из продуктов состояния беспорядка и смешения, вызванного в современную эпоху «сатанинской» деятельностью, имеющей свою отправную точку в «контринициации»; она может быть также, бессознательно, ее инструментом, но по сути, это на самом деле равно, в той или иной степени, всем другим подделкам, в том смысле, что они все являются как бы средствами, помогающими реализации того же самого плана разрушения, так что каждая в точности играет более или менее важную роль, которая ей предназначена в ансамбле, что, в конце концов, составляет еще один вид подделки самих порядка и гармонии, против которых направлен весь этот план.

"Контртрадиция", конечно, не является простой, совершенно иллюзорной подделкой, но напротив, чем-то в своем роде очень реальным, как это слишком хорошо показывает осуществляемая ею деятельность; по крайней мере, она есть подделка только в том смысле, что необходимым образом подражает инициации наподобие перевернутой тени, хотя ее подлинная интенция состоит не в том, чтобы ей подражать, а в том, чтобы ей противостоять. Впрочем, эта претензия абсолютно напрасна, потому что метафизическая и духовная сферы совершенно для нее закрыты, будучи по ту сторону всех оппозиций; все, что она может делать, это игнорировать и отрицать их, и ни в коем случае она не может выйти за "опосредующий мир", то есть за психическую сферу, которая в конце концов, во всех отношениях есть поле привилегированного влияния «Сатаны» как в человеческом, так и в космическом порядках,[147]но от этого интенция существует не в меньшей степени с тем упорством, которое она в себе заключает, идти в прямо обратную по отношению к инициации сторону. Что касается «псевдоинициации», то она есть не более чем простая пародия, что заставляет сказать, что она сама по себе есть ничто, что она лишена всякой глубокой реальности, или, если угодно, что ценность ее не является ни позитивной, как ценность инициации, ни негативной, как ценность «контринициации», а просто нулевой; и если она не сводится к более или менее невинной игре, как, может быть, предпочли бы думать в этих обстоятельствах, то по той же причине, которую мы уже объяснили общим образом, относительно истинного характера подделок и той роли, которую они предназначены играть; и еще надо добавить в этом особом случае, что «обряды», в силу их «священной» природы в самом строгом смысле этого слова, есть нечто, что никогда нельзя безнаказанно симулировать. Можно еще сказать, что «псевдотрадиционные» подделки, с которыми все извращения идеи традиции, о которых мы уже говорили раньше, достигают здесь максимума своей тяжести, прежде всего потому что они переводятся в действие, вместо того, чтобы остаться в состоянии более или менее неясной концепции, а также потому что они атакуют традицию «изнутри», в том, что образует сам дух, то есть в эзотерической области и в сфере посвящения.





Можно заметить, что «контринициация» старается ввести своих агентов в «псевдоинициационные» организации, которые они «вдохновляют» таким образом без ведома их рядовых членов и даже, чаще всего, их явных глав, которые не менее бессознательны, чем другие в том, чему они реально служат; но следует сказать, что она, фактически, вводит их всюду, где можно, во все «движения» внешнего порядка в современном мире, политические или другие, и даже, как мы это говорили выше, вплоть до подлинных религиозных организаций и организаций посвящения, где традиционный дух сильно ослаблен для того, чтобы они были бы еще способны сопротивляться этому коварному проникновению. Однако, исключая этот последний случай, позволяющий насколько возможно непосредственно осуществлять разлагающую деятельность, «псевдоинициационные» организации есть, несомненно, то, что должно отвлечь внимание прежде всего от «контринициации» и создавать объект более частных усилий со своей стороны, к чему одному, в конце концов, она целиком и сводится. Однако, очень вероятно, на этом основании, что существует множество связей между проявлениями «псевдоинициации» и всякого рода иными вещами, которые на первый взгляд не должны, кажется, к ним иметь ни малейшего отношения, но которые являются весьма представительными для современного духа в каком-нибудь из своих наиболее выявленных аспектов;[148]почему же, если бы это было не так, «псевдоинициированные» постоянно играли бы во всем этом столь важную роль? Можно было бы сказать, что среди инструментов и средств всякого рода, поставленных на службу тому, о чем идет речь, «псевдоинициация» по самой своей природе логически должна занимать первый ряд; разумеется, она есть всего лишь винтик, но винтик, который может управлять многими другими, с которым многие другие в некотором роде находятся в сцеплении и от которого они получают свой импульс. Здесь подделка продолжается еще дальше: «псевдоинициация» этим имитирует функцию невидимого двигателя, которая при нормальном порядке принадлежит собственно инициации; но здесь надо быть осторожным: инициация истинным и законным образом представляет дух, главного вдохновителя всех вещей, тогда как в том, что касается «псевдоинициации», дух, очевидно, отсутствует. Из этого непосредственно следует, что осуществляемая таким образом деятельность, вместо того, чтобы реально быть «органической», может иметь лишь чисто «механический» характер, что, впрочем, полностью оправдывает сравнение с винтиками, только что использованное нами; и не обнаруживается ли повсюду и самым поразительным образом как раз такой характер в современном мире, где все больше и больше машина заполняет собою все, где само человеческое существо сведено во всей своей активности к насколько более возможному сходству с автоматом, поскольку его полностью лишили духовности? Но именно в этом ярко проявляется вся неполноценность искусственной продукции, даже если «сатанинская» ловкость руководила ее выработкой; можно хорошо фабриковать машины, но нельзя — живые существа, потому что, повторим еще раз, недостает и всегда будет недоставать именно самого духа.



Мы говорили о "невидимом двигателе", и помимо этой воли к имитации, которая проявляется еще и с этой точки зрения, есть в этой «невидимости», сколь ни была бы, впрочем, она относительна, бесспорное преимущество «псевдоинициации» в той ее роли, которую мы только что отметили, перед всем другим, носящим более «публичный» характер. Это не значит, что «псевдоинициационные» организации в большинстве своем очень заботятся о маскировке своего существования; бывает даже, что они доходят до открытой пропаганды, совершенно несовместимой с их претензиями на эзотеризм; но несмотря на это, они являются все же тем, что менее заметно и что наилучшим образом подходит для осуществления «укромной» деятельности, следовательно, тем, с чем «контринициация» может самым непосредственным образом вступить в контакт, не опасаясь, что ее вмешательство рискует быть обнаруженным, тем более, что в этой среде всегда можно легко найти какое-нибудь средство предотвращения последствий нескромности или неосторожности. Надо сказать также, что большая часть публики, зная более или менее о существовании «псевдоинициационных» организаций, не слишком хорошо знает, чем они являются, и не расположена придавать им большое значение, видя в этом одну лишь простую «эксцентричность», без серьезного смысла; и это безразличие также служит, хотя и невольно, этим же самым проектам настолько хорошо, насколько могла бы это сделать самая строгая тайна.

Мы стремились сделать понятной, насколько это возможно, реальную роль, пусть и неосознанную, «псевдоинициации» и истинную природу ее отношений с «контринициацией»; надо ли добавлять, что последняя, по крайней мере в некоторых случаях, может обрести там место наблюдения и отбора для пополнения своих собственных кадров, но здесь не место останавливаться на этом. Но даже приблизительно нельзя составить себе идею о той множественности и невероятной сложности разветвлений, которые здесь существуют, только прямое и детальное их изучение может дать представление об этом; но разумеется, нас интересует лишь «принцип», если так можно сказать. Однако это еще не все: до сих пор мы рассматривали в целом, почему традиционная идея извращается «псевдоинициацией»; теперь нам осталось усмотреть это более точно, чтобы наши наблюдения не остались замкнутыми в исключительно «теологическом» порядке.

Одним из самых простых средств, которыми располагают «псевдоинициационные» организации, чтобы сфабриковать ложную традицию для своих приверженцев, является, конечно, «синкретизм», который состоит в собирании элементов, заимствованных худо-бедно отовсюду, в некотором «внешнем» их сочетании без всякого реального понимания того, что они представляют собою на самом деле в тех различных традициях, к которым они принадлежат. А поскольку этому собранию, более или менее бесформенному, надо придать некоторую видимость единства, чтобы иметь право представить его как единую «доктрину», то эти элементы стараются сгруппировать вокруг нескольких "направляющих идей", которые сами не являются по своему происхождению традиционными, но как раз наоборот, происходят из совершенно современных и профанных, и, следовательно, воистину антитрадиционных концепций; мы уже отмечали, по поводу «неоспиритуализма», что именно идея «эволюции» почти всегда в этом отношении играет доминирующую роль. Понятно, что тем самым дело особенно ухудшается: в этих условиях уже речь больше не идет о чем-то вроде «мозаики» из традиционных осколков, которая, в конце концов, могла быть лишь совершенно пустой, но почти безопасной, игрой; речь идет об извращении, можно даже сказать о «расхищении» заимствованных элементов, поскольку таким образом им приписывается смысл, который будет искажен для того, чтобы согласовать его с "направляющей идеей", вплоть до смысла, противоположного традиционному. Разумеется, впрочем, что люди, действующие таким образом, могут не осознавать этого четко, так как современная ментальность, им свойственная, может быть причиной истинного ослепления в этом отношении; при этом следует, прежде всего, принимать в расчет простое непонимание, присущее самой этой ментальности, мы также, возможно, должны говорить о «внушениях», первыми жертвами чего являются сами «псевдоинициируемые», прежде чем они внесут свой вклад во вдалбливание их другим; но эта бессознательность ничего не меняет в результате и никоим образом не уменьшает опасности от такого рода вещей, которые от этого не становятся менее пригодными служить, пусть даже только "задним числом", целям, предлагаемым «контринициацией». Мы не упоминаем здесь случай, когда ее агенты более или менее непосредственным вмешательством провоцировали бы или вдохновляли образование подобной «псевдотрадиции»; без сомнения, можно найти и другие примеры, что даже тогда не означает, что эти сознательные агенты были явными и известными творцами «псевдоинициационных» форм, о которых идет речь, так как очевидно, что осторожность принуждает их всегда скрываться за простыми бессознательными средствами.

Когда мы говорим о бессознательном, то мы его понимаем прежде всего в том смысле, что те, кто таким образом вырабатывает «псевдотрадицию», являются совершенно невежественными, чаще всего, относительно того, чему она служит в реальности; что касается ценности и свойства этой продукции, то труднее предположить, чтобы их чистосердечие было полным, и все-таки возможно, что они в некоторой мере обольщаются или что они обольщены в том случае, о котором мы только что упоминали. Чаще всего надо также учитывать некоторые аномалии психического порядка, которые еще больше все усложняют и, в конце концов, создают особо благоприятную площадку для того, чтобы влияния и внушения разного рода могли бы осуществляться с максимальной силой; мы только отметим, не останавливаясь больше на этом, немалую роль, которую «ясновидящие» и другие «сенситивы» часто играют во всем этом. Но несмотря на это, почти всегда есть некая точка, когда сознательное мошенничество и шарлатанство становятся для руководителей «псевдоинициационных» организаций чем-то необходимым: таким образом, если кто-нибудь замечает (что, в конце концов, не так уже трудно) сделанные ими более или менее неловко заимствования из той или иной традиции, то каким образом могли бы они распознать их, не будучи обязанными тем самым признаться, что сами они только лишь обычные профаны? В подобном случае они обычно, не колеблясь, переворачивают отношения и смело заявляют, что их собственная «традиция» представляет собою общий источник всех тех традиций, которые ими ограблены; и если не удается убедить в этом весь мир, то по меньшей мере находятся всегда в достаточном количестве такие наивные люди, которые верят на слово, для того, чтобы их положение "главы школы", которого они, главным образом, добиваются, помимо всего прочего, не было бы всерьез поставлено под сомнение, тем более, что сами они довольно мало внимания обращают на качество своих «учеников» и что, в согласии с современной ментальностью, количество им кажется гораздо более важным; однако это вполне ясно показывает, насколько они далеки от того, чтобы иметь даже самые элементарные понятия о том, что есть на самом деле эзотеризм и посвящение.

Едва ли нам следует говорить о том, что все здесь нами описываемое отражает не только более или менее гипотетические возможности, но как раз весьма реальные и должным образом констатируемые факты; мы бы никогда не закончили, если бы были обязаны процитировать их все, однако, это было бы, по сути, малополезно; довольно и нескольких характерных примеров. Таким образом, именно «синкретическим» методом, о котором мы только что говорили, очевидно, конституируется так называемая "восточная традиция", традиция теософов, почти не имеющая в себе ничего восточного, кроме плохо понятой и плохо применяемой терминологии; а так как этот мир "разделяется в самом себе", согласно евангельскому изречению, то французские оккультисты, в духе противоречия и соперничества, в свою очередь, воздвигают так называемую "западную традицию" того же рода, многие из элементов которой, а именно те, которые они извлекают из Каббалы, с трудом могут быть названы западными как по их происхождению, так и по тому особому способу, которым они их интерпретируют. Первые представляют свою «традицию» как выражение самой "древней мудрости"; вторые, может быть, более скромные в своих претензиях, стараются, по возможности, превзойти свой «синкретизм» ради «синтеза», поскольку мало кто в такой степени злоупотребляет последним словом. Если первые, таким образом, показывают себя более амбициозными, то это, возможно, потому, что на самом деле в истоках их «движения» лежат довольно загадочные влияния, подлинную природу которых они, без сомнения, не способны определить; что касается вторых, то они слишком хорошо знают, что за ними ничего не стоит, что их произведение есть только лишь плод труда нескольких индивидов, ограниченных своими собственными средствами, и если, тем не менее, случается, что «нечто» другое сюда также проникает, то это, конечно, происходит гораздо позже; было бы нетрудно в обоих рассмотренных случаях применить только что нами сказанное, и мы можем предоставить каждому самому извлечь последствия, которые, как ему покажется, логически должны отсюда следовать.

Разумеется, никогда не существовало ничего такого, что можно было бы назвать подлинно "восточной традицией" или "западной традицией"; такое наименование было бы явно слишком туманным, чтобы можно было его применять к определенной традиционной форме, поскольку, если не восходить к первоначальной традиции, которая здесь не принимается в расчет по слишком понятным причинам и которая не является, к тому же, ни восточной, ни западной, то всегда есть и всегда имелось много разных традиционных форм, как на Востоке, так и на Западе. Другие считают лучшим и более достойным доверия присваивать себе имя какой-либо традиции, реально существовавшей в более или менее отдаленную эпоху, делая из него вывеску сооружения, такого же причудливого, как и предшествующие, так как, если они используют в большей или меньшей степени то, что их может привести к познанию традиции, на которой они остановили свой выбор, то они принуждены восполнять эти некоторые всегда фрагментарные и даже отчасти гипотетические данные, прибегая к другим элементам, заимствованным в другом месте или даже целиком воображаемым. В любом случае, малейшего изучения всей этой продукции достаточно, чтобы обнаружить специфически современный дух, им присущий и неизменно выражаемый присутствием одной из этих самых "руководящих идей", о которых мы упоминали выше; нет, следовательно, необходимости продолжать исследование дальше и дать себе труд точно и детально определить реальное происхождение того или иного элемента из подобного ансамбля, поскольку одно только это утверждение уже достаточно хорошо показывает, не оставляя никакого сомнения, что здесь не присутствует ничего другого, кроме простой подделки.

Один из лучших примеров, который можно привести в данном случае, это многочисленные организации, которые в настоящее время называют себя «розенкрейцеровскими» и которые, само собой разумеется, не перестают быть в противоречии друг с другом и даже друг с другом открыто сражаться, претендуя равным образом быть представителями одной и той же «традиции». Фактически можно признать правоту каждой из них без всякого исключения, когда они провозглашают своих конкурентов незаконными и обманщиками; никогда, конечно, не было такого количества людей, называющих себя «розенкрейцерианцами», если только не «Розой-Крестом», в то время как это более уже ничему не соответствует! Впрочем, не очень опасно считать себя продолжением чего-то такого, что полностью принадлежит прошлому, в особенности когда опровержений тем менее можно опасаться, что, как и в случае, о котором идет речь, все покрыто некоторой темнотой, так что его конец не более точно известен, чем начало; но кто же среди профанной публики и даже среди «псевдоинициированных» может знать то, чем на самом деле была та традиция, которая в течение некоторого времени квалифицировала себя как розенкрейцеровская? Мы должны добавить, что эти замечания, касающиеся узурпации имени организации посвящения, не применимы к случаю, например, так называемой "Великой Белой Ложи", о которой, что довольно любопытно, со всех сторон спрашивают, и не только у теософов; это наименование, в действительности, никогда ни в коей мере не обладало ни малейшим подлинно традиционным характером, и если это конвенциональное имя и может служить «маской» чему-то, обладающему хоть какой-то реальностью, то это, конечно, в любом случае не сторона посвящения, которую следовало бы здесь искать.

Довольно часто критикуют тот способ, при котором кое-кто отправляет рекомендуемых ими «учителей» в какой-нибудь почти недоступный район Центральной Азии или в какое-нибудь иное место; и в этом, действительно, состоит средство сделать их утверждения неверифицируемыми; но оно не единственное — удаление во времени может в этом отношении играть роль, сравнимую с удалением в пространстве. Так, иные не колеблясь причисляют себя к какой-нибудь традиции, целиком исчезнувшей и угасшей уже много веков тому назад, даже много тысячелетий; но правда, что, если только они не осмеливаются дойти до утверждения, что эта традиция постоянно сохранялась в течение всего прошедшего времени способом столь тайным и столь хорошо скрытым, что никто другой, кроме них, не мог открыть ни малейшего ее следа, то это их лишает ценного преимущества относить к себе прямую и непрерывную преемственность, которая обладала бы большей видимостью правдоподобия, каковую она еще может иметь, если речь идет о более недавней форме, которой является розенкрейцеровская традиция; но этот недостаток, кажется, не имеет большого значения в их глазах, так как они настолько несведущи в подлинных условиях посвящения, что охотно воображают себе, что простая «идеальная» приверженность без всякой регулярной передачи, может занять место действительной приверженности. К тому же, совершенно ясно, что традиция тем с большей легкостью будет доступна любым фантастическим «реконструкциям», чем более полно она утрачена и забыта и чем меньше знают, как поступить с реальным значением сохранившихся от нее остатков, которые, таким образом можно заставить говорить почти все, что угодно; каждый, естественно, вложит туда то, что будет согласовано с его собственными идеями; без сомнения, не надо искать кроме этого иной причины для осознания того факта, что египетская традиция особенно часто «эксплуатируется» в этом отношении и что столько очень различных «псевдоинициационных» школ отдают ей предпочтение, что иначе было бы непонятно. Мы должны уточнить, чтобы избежать всякого ложного применения того, что мы здесь говорим, что эти наблюдения никоим образом не касаются Египта и подобных вещей того же рода, которые могут встречаться также иногда в некоторых организациях посвящения, но которые имеют там характер только лишь символических «легенд» без всякой претензии действительно похваляться подобными истоками; мы имеем в виду только то, что выдает себя в качестве реставрации, ценной как таковой, традиции или посвящения, которые уже не существуют, реставрации, которая, впрочем, даже при невероятной гипотезе, что она была бы во всех отношениях точной и полной, все же не имела бы никакого иного интереса сама по себе, кроме простого археологического курьеза.

Здесь мы прекратим свои и без того длинные рассуждения, которых вполне достаточно для того, чтобы сделать понятным все то, что вообще представляют собой все эти «псевдоинициационные» подделки традиционной идеи, которые все еще так свойственны нашей эпохе: более или менее связное (скорее менее, чем более) смешение элементов, отчасти заимствованных и отчасти изобретенных, и над всем доминирующие антитрадиционные концепции, свойственные современному духу; все это может служить, в результате, лишь еще большему распространению этих концепций, навязывая их некоторым людям в качестве традиционных, не говоря уже о явном обмане, который состоит в выдаче за «посвящение» того, что на самом деле имеет чисто профанный характер, чтобы не сказать «профанирующий». Если нам укажут после этого, как на смягчающее обстоятельство, на то, что почти всегда есть внутри, несмотря ни на что, несколько элементов реально традиционного происхождения, то мы ответим следующее: всякая имитация, чтобы заставить принять себя, естественно, должна принять по крайней мере некоторые из черт того, чему она подражает, но как раз это еще больше увеличивает опасность, не является ли самой ловкой и самой зловещей ложью та, которая смешивает неискоренимым образом истину с ложью, силясь, таким образом, заставить служить первую ради победы второй?

 

Глава 37. ОБМАН "ПРОРОЧЕСТВ"

 

Смесь истины и лжи, которая встречается в «псевдотрадициях» современного изготовления, вновь встречается также в так называемых «пророчествах», которые, особенно в последние годы, распространяются и используются различными способами для целей, по меньшей мере, очень загадочных; мы говорим "так называемые", так как должно быть хорошо понятно, что слово «пророчества» может применяться, собственно, к сообщениям о будущих событиях, содержащимся в священных Книгах различных традиций и исходящим от внушений чисто духовного порядка; в любом другом случае его использование является абсолютно незаконным, и тогда подходит только одно слово «предсказания». Предсказания эти могут быть, впрочем, очень различного происхождения; по крайней мере, некоторые из них были получены применением некоторых вторичных традиционных наук, и они, разумеется, являются самыми важными, но при условии, что реально можно понять их смысл, что не всегда бывает самым простым, так как по множеству причин они вообще формулируются в более или менее темных терминах, часто проясняющихся лишь после того, как события, о которых в них идет речь, реализуются; всегда, следовательно, можно к ним отнестись подозрительно, но не из-за самих этих предсказаний, а из-за ошибочных и «тенденциозных» интерпретаций, которые им могут быть даны. Когда, к тому же, то, что есть в них подлинного, происходит почти исключительно от искренних, но очень мало «просветленных» "провидцев", которые усмотрели нечто неясное, более или менее точно относящееся к будущему, довольно плохо определенному чаще всего в том, что касается дат и последовательного порядка событий, и которые, смешивая их бессознательно со своими собственными идеями, выражают их еще более спутано, так что нетрудно найти там почти все, что будет угодно.

Отсюда можно понять, чему все это может служить в современных условиях: поскольку эти предсказания почти всегда представляют вещи в беспокойном и даже ужасающем освещении, потому что именно этот аспект событий, естественно, более всего поражает «провидцев», постольку для того, чтобы возмутить общественное умонастроение, достаточно просто их распространять, сопровождая по мере надобности комментариями, подчеркивающими их угрожающую сторону и представляющими те события, о которых идет речь, как неизбежные;[149]если эти предсказания согласуются между собой, воздействие будет усиливаться, а если они будут противоречить друг другу, что тоже бывает, то они ничего, кроме беспорядка не произведут; как в том, так и в другом случае это будет одинаково на пользу сил разрушения. Впрочем, следует добавить, что все то, что происходит из достаточно низкой области психики, тем самым вместе с собой привносит влияния, разлагающие и разрушающие равновесие, что значительно увеличивает опасность; и несомненно, именно поэтому те, кто этому не верит, испытывают, тем не менее, во многих случаях болезненное чувство, сравнимое с тем, которое производит даже на очень мало «сенситивных» людей присутствие тонких сил низшего порядка. Трудно поверить, например, сколько людей были опасно и иногда непоправимо выведены из равновесия многочисленными предсказаниями, в которых речь шла о "Великом Папе" или о "Великом Монархе", и которые, однако, содержат некоторые черты определенных истин, но странным образом деформированных «зеркалами» низшего психизма и, сверх того, заниженных по мерке ментальности «провидцев», которые их в некотором роде «материализуют» и «локализуют» более или менее узко, чтобы ввести в рамки своих предвзятых идей.[150]Способ, которым эти вещи представляются упомянутыми «провидцами», которые часто также и "внушаемы",[151]очень сильно зависит, к тому же, от определенных слишком темных «низов», неправдоподобные разветвления которых, по крайней мере с начала XIX века, было бы особенно любопытно исследовать для того, кто хотел бы создать подлинную историю этого времени, историю, разумеется, очень отличную от той, которой «официально» обучаются; само собою разумеется, что у нас нет намерения входить в детали этого и мы должны ограничиться некоторыми общими замечаниями по данному очень сложному вопросу, к тому же, намеренно запутанному во всех своих аспектах,[152]что мы не могли полностью обойти его молчанием без того, чтобы перечисление главных характерных элементов современной эпохи оставалось бы очень неполным, так как в этом есть еще один из самых значительных симптомов второй фазы антитрадиционной деятельности.

Впрочем, простое распространение таких предсказаний, о которых мы только что говорили, в конце концов является лишь частью более элементарной работы, которая в этом отношении в настоящее время открывается, так как в этом случае работа уже почти полностью проведена самими «провидцами», хотя и без их ведома; есть и другие случаи, для которых надо вырабатывать более тонкие интерпретации, чтобы привести предсказания в соответствие определенным замыслам. Как раз это и происходит с теми предсказаниями, которые основаны на определенных традиционных познаниях, и тогда их темнота особенно удобна для тех, кто их принимает,[153]даже некоторые библейские пророчества по той же причине являются объектом такого же рода «тенденциозных» интерпретаций, некоторые из которых часто добросовестны, но есть также и «внушенные», которые служат для внушения другим; существует как бы нечто вроде психической, неизбежно заразной «эпидемии», которая, однако, очень хорошо подходит к плану разрушительной деятельности в качестве «спонтанной» и которая, как и любые другие проявления современного беспорядка (включая сюда и революции, считающиеся наивными людьми тоже "спонтанными"), неизбежно предлагает в качестве отправной точки сознательную волю. Худшим ослеплением было бы видеть в этом простое действие «моды» без всякого реального значения;[154]впрочем, можно было бы то же самое сказать и о растущем распространении "гадательных искусств", которые, конечно, тоже небезобидны, как это может показаться тем, кто не доходит до глубины вещей: это суть, главным образом, непонятные обломки древних традиционных, почти полностью утраченных наук, и кроме той опасности, которая связана с их характером «остатков», они еще аранжированы и скомбинированы таким образом, что приведение их в движение открывает под предлогом «интуиции» (а это совпадение с "новой философией" само по себе достаточно замечательно) дверь вторжению всяких психических влияний самого сомнительного характера.[155]

Используются также, при соответствующей интерпретации, предсказания, происхождение которых особенно подозрительно и которые являются достаточно древними, а возможно, не созданными для современных условий, хотя силы разрушения, очевидно, уже широко использовали свое влияние в ту эпоху (речь идет, в особенности, о времени, к которому восходят сами истоки современного отклонения, с XIV до XVI века), и с тех пор эти предсказания были нацелены, наряду с более частными и непосредственными целями, на подготовку деятельности, которая должна выполняться лишь в масштабе длительного времени.[156]Эта подготовка, по правде говоря, никогда не прекращалась; она продолжалась в иных модальностях, один из аспектов которых представляет внушение современных «провидцев» и организация «видений», носящих совсем не ортодоксальный характер, в чем обнаруживается самым четким образом прямое вмешательство тонких влияний; но это не единственный аспект, и даже когда речь идет о предсказаниях, явно полностью «сфабрикованных», подобные влияния очень даже свободно могут вступать в игру, прежде всего по причине «контринициационного» истока, откуда эманирует их первоначальное вдохновение, а также поскольку некоторые элементы привлечены для того, чтобы служить «опорой» для этой работы.

Написав эти последние слова, мы особо имели в виду пример, совершенно удивительный как сам по себе, так и по тому успеху, какой он имел в различных средах и который в этой связи заслуживает большего, чем простое упоминание: мы хотим сказать о так называемых "пророчествах Больших Пирамид", распространившихся в Англии и отсюда по всему миру, ради целей, отчасти, может быть, политических, но конечно, идущих гораздо дальше, чем политика в обычном смысле этого слова, и к тому же тесно связанных с другой работой, предпринимаемой для того, чтобы внушить англичанам, что они происходят от "племен, потерянных Израилем"; но мы не можем утверждать большего, не входя в размышления, которые в настоящее время были бы совершенно некстати. Как бы то ни было, вот о чем идет речь в нескольких словах: измеряя неким способом, который, впрочем, был не лишен определенной произвольности (тем большей, на самом деле, что в точности не были определены те меры, которыми реально пользовались древние египтяне), различные части коридоров и помещений Большой Пирамиды,[157]захотели открыть там «пророчества», приводя в соответствие полученные таким образом числа с периодами и датами истории. К несчастью, в этом есть настолько явная абсурдность, что можно спросить себя, как получается, что никто ее не замечает, и именно это показывает, до какой степени наши современники "подвержены внушению"; действительно, предполагать, что строители Пирамиды реально имели в виду некие «пророчества», означало бы допустить две вещи: или эти «пророчества», которые должны в значительной степени основываться на определенном знании циклических законов, относятся к общей истории мира и человечества, или они были адаптированы таким образом, чтобы специально касаться Египта, но фактически, нет ни того, ни другого, так как все то, что там желают найти, сводится исключительно к точке зрения иудаизма прежде всего, а затем и христианства, таким образом, что из этого логически следовало бы заключить, что Пирамида вовсе не является египетским памятником, а памятником «иудео-христианским»! Одного этого было бы достаточно, чтобы не оставить камня на камне от этой неправдоподобной истории; следует добавить еще, что все это понимается, следуя так называемой библейской, совершенно сомнительной «хронологии», согласно самому узкому и самому протестантскому «буквализму» несомненно потому, что следовало хорошо адаптировать эти вещи к особой ментальности среды, в которой они должны главным образом и в первую очередь распространяться. Можно было бы сделать еще и другие любопытные замечания: так, от начала христианской эры не нашлось для отметки никакой интересной даты до первых железных дорог; если следовать этому, то надо было бы поверить, что древние строители соотносили свои оценки важности событий с очень современной перспективой; в этом состоит гротескный элемент, в котором всегда нет недостатка в подобного рода вещах и через который предательски обнаруживается как раз их истинное происхождение: дьявол, конечно, очень ловок, но, тем не менее, он никогда не удержится от того, чтобы оказаться смешным с какой-нибудь стороны.[158]

Это еще не все: время от времени, опираясь на "пророчества Большой Пирамиды" или на другие какие-нибудь предсказания и предаваясь расчетам, основание которых всегда остается достаточно плохо определенным, заявляют, что такой-то точной датой должно обозначить "вступление человечества в новую эру", или же "пришествие новой духовности" (далее мы увидим, как следует это понимать в реальности); многие из этих дат уже прошли, и кажется, что ничего особо замечательного в них не произошло; но о чем все это может говорить на самом деле? Фактически, в этом обнаруживается еще раз другое использование предсказаний (мы хотим сказать «другое» по сравнению с тем, что они увеличивают беспорядок нашего времени, сея почти повсюду возмущение и волнение), и что не менее важно, оно состоит в том, чтобы делать из этого средство прямого внушения, вносящего свой вклад в действительное определение некоторых событий будущего; согласятся ли, например, — возьмем здесь самый простой случай, чтобы лучше быть понятыми, — что, с настойчивостью возвещая революцию в такой-то стране и в такое-то время, ей реально помогают разразиться в момент, желаемый теми, кто в этом заинтересован? По сути, речь для некоторых идет, в особенности в настоящее время, о создании "состояния духа", благоприятного для реализации некоего «нечто», которое входит в их намерения и, несомненно, может оказаться различным под воздействием противоположных влияний, но которое они очень надеются привести таким образом к реализации немного позже или немного раньше; нам остается более точно рассмотреть, к чему ведет это «псевдодуховное» предприятие, и надо сказать, не желая из-за этого никоим образом становиться «пессимистом» (тем более, что «оптимизм» и «пессимизм» суть, как мы это уже объясняли в другом случае, две сентиментальные установки, которые должны оставаться одинаково чуждыми нашей точке зрения, строго традиционной), что такова слишком малоутешительная перспектива для довольно близкого будущего.

 


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 4; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.023 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты