Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника


ЗАКРЫТЫЕ МИРЫ 3 страница




— Ну и силища у вас! — изумленно уставился он на Чейна.

— Это только так кажется, — соврал Чейн. — Я уже надрезал прут вверху до того, как вас разбудил.

Вхолан показал на дверь в конце коридора, противоположного тому, где сидел охранник.

— Это единственный выход отсюда. Он всегда открывается с той стороны,

— прошептал он.

— А там, за дверью?

— Там два других охранника. Они вооружены. Если здешний охранник хочет выйти, он просто кричит им через дверь.

Чейн заметил, что освобожденный старается говорить быстро и по делу, но весь дрожит от возбуждения.

Чейн задумался. Ему виделась только одна возможность открыть дверь; они должны попробовать ее, а уж потом смотреть, что делать дальше.

Он взял за руку вхолана и, стараясь не поднимать шума, побежал с ним вдоль коридора к охраннику, лежавшему на полу. Он попросил вхолана встать спиной к стене рядом с сигнальной кнопкой. Затем поднял бесчувственного охранника и прислонил его лицом к вхолану.

— Держите его! — крикнул Чейн.

Выглядело, конечно, подумал он, не очень‑то убедительно. Бесчувственный охранник был выше вхолана и его фигура и мантии наклонилась вперед каким‑то неестественным образом, словно это был пьяный. Тем не менее охранник прикрывал собой прислонившегося к стене вхолана, и если обмана хватит на несколько секунд, то уже достаточно.

— Как только я свистну, нажмите кнопку сигнала треноги и стойте, не двигаясь, — сказал Чейн и отошел назад, чтобы встать у двери.

Он свистнул. За дверью раздался резкий звук звонка. Через мгновение дверь широко распахнулась в коридор, прикрыв собой Чейна.

Наступила минутная тишина, а затем послышалась тяжелая поступь двух нар ног. Вошли, но не очень поспешно два хараловца, оба со станганами. Они бросили быстрый взгляд, увидели стоящего к ним спиной внутреннего охранника и не приметили, чтобы кто‑нибудь из заключенных был вне камеры.

Стремительным прыжком сзади Чейн настиг хараловцев и обрушил на них град ударов ребром ладони, пока оба охранника не свалились на пол. У одного из них он взял станган и выстрелил по каждому, чтобы они оставались тихими на время.

Он побежал по коридору к вхолану, не в силах удержаться от смеха, увидев, как тот, словно борец на ковре, пытается выбраться из‑под бесчувственного тела высокого хараловца. Чейн выдал порцию заряда из стангана и по этому охраннику.

Он крикнул вхолану:

— Уходим! Заберите второй станган.

Проходя мимо камеры, в которой спал гуманоид, Чейн заметил, что этот тип проснулся и через решетку смотрел налитыми кровью глазами с красными кругами на то, что происходило в коридоре, однако перепой так помутил ему мозги, что он не понял бы смысла событий даже в том случае, если бы имел ум.

— Поспи еще, мой волосатый брат, — попрощался с ним Чейн. — Города не подходят нам обоим.

Бывшие узники вошли в комнату, в которой только что находились два охранника и через вторую дверь выбрались на широкую галерею, штопая тоже, была пуста.

Город притих, почти уснул, Доносилось лишь эхо приглушенных звуков флейты откуда‑то снизу, да чья‑то ругань издалека.

— Сюда — поманил вхолан. — Туе проходит главная автодорога.

— Ни в коем случае, — возразил Чейн. — На ней все еще большое движение и нас легко опознают, как только увидят наши более низкие фигуры.

Он пересек галерею и, высунувшись через невысокую защитную стену, стал всматриваться в ночь.

Туманность проплыла по небосводу положенное расстояние и над Харалом уже занимался новый день. Серебристое сияние туманности шло теперь не вертикально сверху, а косо сбоку, и фантастические каменные горгульи, выступающие с краев покатых крыш города‑горы, отбрасывали длинные, искаженные черные тени.

По торчащим на каждом ярусе горгульям Чейн прикинул: они находились где‑то выше десятого яруса над землей. Решение возникло мгновенно.

— Будем спускаться но внешней стене, — сказал он. — Она в выбоинах, выветрена, кроме того, на ней есть горгульи, которые тоже нам помогут.

Вхолан глянул вина. Нельзя быть бледнее, чем он был всегда, но можно выглядеть более болезненно, и он это сделал.

— Или спускаемся, или оставайтесь. Как хотите, — сказал Чейн. — Мне без разницы.

А про себя подумал: «Да еще какая разница! Между жизнью и смертью, если я верчусь на корабль один, без этого человека».

Вхолан поборол волнение и закивал головой в знак согласия. Оба перелезли через невысокую стену и стали спускаться.

Все оказалось сложнее, чем предполагал Чейн. Камень был выветрен не так сильно, как виделось под косыми лучами туманности. Чейну пришлось цепляться чуть ли не ногтями, чтобы спуститься к ближайшей горгулье. За ним, прижимаясь лицом плотно к камню, следовал вхолан. Он тяжело и часто дышал, когда поравнялся с Чейном.

Так они и спускались от одной горгульи к другой. Эти каменные чудовища казались состязались между собой в богохульной непристойности. На пятом ярусе беглецы остановились передохнуть. Рассматривая тут горгулью, посеребренную ярким светом туманности, Чейн подумал: как должно быть глупо он выглядит, торча на стене этого города‑горы в качестве всадника, восседающего на каменной спине толстогубой твари, у которой лицо и зад слились в одно целое.

Он хихикнул, вызвав испуг на белом лице вхолана.

Перед самой землей пришлось быть значительно осмотрительнее: неподалеку находились одни из больших ворот, и возле них толпились несколько фигур в мантиях. Чейн и вхолан нырнули в спасительную тень и потом направились к космопорту, держась в стороне от идущей туда же автострады. Они благополучно добрались до корабля, который взял их на борт и покинул планету Харал.

 

VI

 

Человек по имени Ёролин говорил и говорил без умолку, заполнив своими протестами тесную каюту Дайльюлло.

— Ведь нет никакого разумного объяснения тому, почему вы не хотите доставить меня домой, на Вхол.

— Послушайте, — отбивался Дайльюлло. — С меня хватит того, чего я натерпелся в этой системе. Мы прибыли на Харал, чтобы продать оружие, услышав, что здесь идет война. Но, едва высадившись, я должен бежать отсюда из‑за того, что один из моих людей попал в переделку. Где гарантия, что Вхол не будет столь же враждебным? Нет, я иду на третью планету — Ярнатх.

— Но это же полудикий мир с жалкими гуманоидами, — воскликнул Ёролин.

— Ну и что ж, — парировал Дайльюлло. — Возможно, они будут рады приобрести кое‑что из современного оружия и имеют что‑нибудь ценное, чтобы расплатиться.

Чейн сидел в углу и восхищенно смотрел, как блефовал Дайльюлло. Это было великолепно… настолько великолепно, что Ёролин впал в полнейшее отчаяние.

— Я принадлежу к одной из великих семей Вхола и имею влияние, — сказал он, — С вами ничего не случится. Даю гарантию.

Дайльюлло изобразил на лице сомнение:

— Не знаю, не знаю. Конечно, хотелось бы иметь бизнес на Вхоле, коль будет возможно. Я думаю. — И добавил. — А вам тем временем лучше бы поспать. У вас такой вид, как будто вы уже спите,

— Ив самом деле, — послушно согласился Ёролин, Дайльюлло вышел с ним в узкий коридор.

— Используйте каюту Дауда, вон ту. Он несет вахту на мостике.

Когда Дайльюлло возвратился в свою каюту и сел, Чейн приготовился к головомойке. Но Дайльюлло открыл холодильник, достал оттуда бутылку,

— Хочешь выпить?

Чейн удивился, но стараясь не выдавать этого, кивнул головой и взял бокал. Содержимое ему не понравилось.

— Это виски паше, с Земли, — сказал Дайльюлло. — К нему нужна привычка.

Он откинулся на спинку сидения и уставился на Чейна холодным, пристальным взглядом.

— Что собой представляет Варна? — совершенно неожиданно спросил он.

Чейн задумался.

— Это огромный мир. Но не очень богатый… но крайней мере, до тех пор, пока мы не начали космические полеты.

— Ну да, до тех пор, пока на Варну не прибыли земляне и не научили вас делать звездопланы, и вы не обрели свободу действий в галактике, — продолжил Дайльюлло.

Чейн улыбнулся.

— Я слышал об этом, то было очень давно. Варновцы провели землян, словно детей, заявив, что они хотели бы по примеру землян заниматься только мирной торговлей с другими народами Галактики.

— И с тех пор нам приходится иметь дело со Звездными Волками, — сказал Дайльюлло. — Независимые звездные миры могли бы давно очистить от них Варну, если бы хоть на один раз прекратили споры, объединились и выступили вместе.

Чейн отрицательно покачал головой.

— Это было бы не так‑то просто. В космосе варновцам нет равных: никто не в состоянии выдерживать при ускорении такие перегрузки, какие могут они.

— Ну, а если будет послан достаточно крутили коалиционный флот…

— Ему туго придется. В этом крага галактики насчитывается много могущественных звездных миров. Мы никогда на них не нападали. Более того, мы торгуем с ними, сбывая свою добычу и обмен на их продукцию. Мы выгодные для них партнеры, и они выступят против любой попытки аутсайдеров вторгнуться в их пространство.

— Дьявольская, аморальная взаимосвязь, но это, надо полагать, не смущает варновцев, — проворчал Дайльюлло. — Я слышал, что у них нет никакой религии.

— Религии? — удивился Чейн. — Абсолютно никакой. Именно поэтому мои родители и поехали на Варну, но их миссионерская миссия потерпела провал.

— Никакой религии, никакой этики, Но есть же, наверное, у вас какие‑то законы, правила. Особенно, когда вы уходите в рейд.

Начав понимать, куда клонит Дайльюлло, Чейн лишь поддакнул: — Да, есть.

Дайльюлло вновь наполнил бокал.

— Хочу тебе, Чейн, кое‑что сказать. Земля — тоже бедный мир. Поэтому многие из нас вынуждены уходить а космос на заработки. Мы не делаем разбойничьи рейды, мы делаем тяжелую, грязную работу в галактике за тех людей, которые не хотят делать ее сами. Нас нанимают, но мы независимые люди" мы не бегаем на поводке. Человек, нуждающийся и наших услугах, приходит к одному из лидеров, имеющих хорошую репутацию, вроде меня. Лидер набирает команду из наиболее подходящих для данной работы людей и нанимает корабль на соответствующих паях. После того, как работа выполнена, вознаграждение получено и разделено, команда распускается. Когда я предпринимаю новую операцию, я могу набрать совершенно иной состав команды.

— К чему все это я говорю, — уперся Дайльюлло глазами в Чейна. — Да к тому, что когда мы собраны вместе для какой‑то работы, наша жизнь не может не зависеть от точного исполнения всех приказов.

Чейн пожал плечами:

— Как вы помните, я у вас не просил никакой работы.

— Ты не просил, но ты ее имеешь, — грубо оборвал Дайльюлло. — Ты чертовски много мнишь о себе, поскольку ты Звездный Волк. Вот что скажу тебе: до тех пор, пока ты находиться со мной, тебе придется быть очень ручным волком. Если я скажу ждать, ты должен ждать, и ты будешь кусать только в том случае, если я прикажу «кусай!». Понятно?

— Я понимаю, о чем вы говорите, — осторожно ответил Чейн и спустя некоторое время спросил. — Не думаете ли вы, что можно сказать мне о цели нашего полета на Вхол?

— Думаю, что можно, — ответил Дайльюлло, — поскольку, если ты там проболтаешься об этом, тебе грозит смерть. Вхол для нас — это только промежуточный пункт. То, что нам нужно, находится где‑то в туманности, вхолане имеют там что‑то — какой‑то вид оружия или энергии, чего хараловцы боятся и просят, чтобы мы уничтожили. Вот на какую работу мы подрядились.

Помолчав, он добавил:

— Конечно, мы могли бы прямо отправиться в туманность и там летать многие годы, занимаясь бесполезными поисками. Но мы решили, что лучше отправиться на Вхол и предоставить возможность самим вхоланам _вывести_ нас к желанному объекту. Конечно, это хитрый ход и, если они его разгадают, нам несдобровать.

Чейн загорелся. Он видел, что это опасное дело, а опасность он знал всю жизнь, с того самого дня, когда подрос, чтобы участвовать в рейдах. Опасность — это враг, с которым ты борешься и, если ты его одолеваешь, у тебя будет добыча, а если нет, ты погибаешь. Без борьбы ты изнываешь от скуки, как изнывал до сих пор на этом корабле.

— Как хараловцы узнали об этом вхоланском оружии? От Ёролина? — спросил он.

— Да, Ёролин сообщил им, что у вхоланов имеется что‑то великое, но что именно, он не знал. Ёролин и понятия не имеет о том, что говорил… Перед допросами ему давали специальный препарат и вводили в бессознательное состояние.

— И вскоре вы предоставите Ёролину возможность уговорить вас лететь на Вхол?

— Конечно. Думаю, что ему не очень трудно будет уговорить меня. Надеюсь, что и нам не будет трудно отправиться туда!

Чейн возвратился в помещение экипажа, где застал только четырех человек во время полета наемники несут вахту, как и члены экипажа. Люди сидели на койках и разговаривали, но сразу же умолкли при его появлении.

Боллард повернул свою лунообразную жирную физиономию и прошепелявил:

— Ну как, Чейн, повеселился в городе?

— Повеселился, — кивнул Чейн.

— Замечательно, — сказал Боллард. — Не правда ли, ребята? Замечательно.

Рутледж метнул в сторону Чейна гневный взгляд и не сказал ни слова, но Биксел, не отрываясь от разбираемого им небольшого прибора, нараспев произнес, что это действительно за‑ме‑ча‑тель‑но.

Высокий, смахивающий на ковбоя, угрюмого вида Секкинен отбросил в сторону всякие тонкости и громко выпалил Чейну:

— Тебе же надлежало оставаться на корабле. Ты ведь слышал приказ.

— Да бросьте, Чейн — это не мы; он нечто особое, — вмешался снова Боллард. — Он должен быть чем‑то особым, иначе Джон не стал бы подбирать в космосе искателя камешков и давать ему все права наемника.

Чейн с первого дня почувствовал недоброжелательность со стороны наемников, но знай они правду о нем, дело бы обернулось куда хуже, чем простое недоброжелательство.

— Твои похождения, — продолжал Боллард, — могли довести хараловцев до бешенства и они могли убить нас. А если бы это случилось?

— Я был бы весьма опечален, — приятно улыбнулся Чейн.

— Он был бы опечален! — воскликнул Боллард. — Слышали? Вот что я скажу тебе, Чейн. Если подобное когда‑либо повторится, то я, во имя того, чтобы ты не ходил убитый горем и не страдал от печали, просто прикончу тебя.

Чейн ничего не сказал в ответ. Ему вспомнились слова Дайльюлло о том, что жизнь наемников зависит друг от друга, и он понял, что надо всерьез воспринимать предупреждение шепелявого Болларда.

Эти земляне, подумал Чейн, конечно, не варновцы, но по‑своему могут быть не менее опасны, недаром наемники получили репутацию отчаянных людей. По‑видимому, стоит закрыть рот и пойти поспать.

Он проснулся уже тогда, когда корабль, перейдя на посадочный вариант, совершал витки вокруг Вхола. Чейн присоединился к группе наемников, рассматривавших планету из переднего отсека. Сквозь медленно плывшие облака виднелись синие, почти лишенные волн океаны и побережья зеленых континентов.

— Очень похожа на Землю, — сказал Рутледж.

У Чейна чуть было не вырвалось «Неужели?», но он удержался от предательского вопроса.

Когда корабль снизился больше, Биксел сказал:

— Вон тот город не похож ни на один на Земле. Разве только не считать старую Венецию и не увеличить ее в пятьдесят раз.

Корабль приближался к равнинному побережью, окаймленному множеством мелких островов, между которыми через сотни проливов катило свои воды море. На островах теснились белые, невысокие здания, широко раскинувшегося города. На отдаленном острове со слегка приподнятой поверхностью виднелся средних размеров космопорт, за которым шли ряды высоких белых зданий, похожих на склады или промышленные предприятия.

— Это куда более развитый мир, чем Харал, — констатировал Рутледж. — Смотрите в порту стоит не менее полдюжины звездопланов собственного производства и много планетопланов.

После того, как они приземлились и открыли запирающий механизм, Ёролин начал переговоры на родном языке с двумя молодыми белокурыми портовыми чиновниками.

Чиновники глядели на прибывших с подозрением. Один из них обратился на галакто к Дайльюлло после того, как Ёролин представил его в качестве лидера.

— Имеется на борту оружие?

— Образцы оружия, — поправил Дайльюлло.

— Зачем вы привезли их на Вхол? Дайльюлло изобразил благородное возмущение.

— Я прилетел сюда только ради того, чтобы сделать одолжение вашему другу Еролину! Но возможно нам удастся сделать здесь и какой‑то бизнес.

Чиновники оставались учтивыми, но не переубежденными, и Дайльюлло продолжал терпеливо объяснять:

— Послушайте, мы являемся наемниками, и все, что мы хотим делать — это зарабатывать себе на жизнь. Мы слышали, что в этой системе идет что‑то вроде войны, и мы прибыли сюда с некоторыми образцами новейших видов оружия. Лучше бы мы никогда сюда не прилетали! Мы приземлились на Харале, но не смогли даже начать переговоры о бизнесе, как они нас выпроводили из‑за того, что один мой человек попал в переделку. Если ваши люди не хотят посмотреть на то, что мы предлагаем, ну что ж хорошо; но нет нужды раздувать крупное дело из этого.

Ёролин снова заговорил быстро на родном языке с чиновником и, наконец, тот дал согласие.

— Хорошо. Разрешаем посадку. Но у вашего корабля будет поставлен часовой. Никакого оружия с корабля брать нельзя.

— Я понимаю, — кивнул Дайльюлло и, повернувшись к Ёролину, сказал:

— Я хочу встретиться с кем‑нибудь из ваших чиновников, заинтересованных в покупке новейшего оружия. Кого бы вы посоветовали?

Еролин задумался.

— Тхрандирин, наверное, заинтересуется… Я немедленно свяжусь с ним.

— Если он пожелает встретиться со мной, то найдет меня прямо здесь, — сказал Дайльюлло и обратился к наемникам:

— Пока мы будем здесь находиться, вы можете поочередно побывать в городе. Кроме тебя, Чейн… тебя лишаю такой возможности.

Чейн ожидал этого и увидел, как наемники усмешками выразили свое удовлетворение решением лидера. Но Ёролин, поняв, о чем идет речь, выступил с пространным протестом.

— Чейн — это человек, спасший меня, — заявил он. — Я хочу, чтобы моя семья и мои друзья встретились с ним. Я настаиваю на этом!

Увидев на лице Дайльюлло растерянность и раздражение, Чейн почувствовал желание ухмыльнуться, но сдержался.

— Ладно, — кисло выдавил из себя Дайльюлло, — если уж вы так настаиваете.

Пока они дожидались вхоланских охранников, до прихода которых чиновники порта не разрешали никому покидать корабль, Дайльюлло переговорил один на один с Чейном.

— Ты знаешь, для чего мы прибыли сюда — узнать, что происходит и туманности и где именно. Держи уши открытыми, но не проявляй назойливого любопытства. И Чейн…

— Да?

— Я не очень убежден, что Ёролин уж так за все благодарен. Вполне возможно, что они попытаются выведать у тебя что‑то о нас. Будь осторожен.

 

VII

 

Все пили, веселились, а двое мужчин явно перехватили лишнего. Трое девушек и четверо мужчин, не считая Чейна, плотно набились в скиммер (автомобиль‑амфибию), медленно двигавшийся по оживленным проливам под ярко‑красным небом туманности.

Ёролин напевал веселую песенку, слова которой переводила Чейну находившаяся рядом девушка по имени Лэйниа или что‑то вроде этого. В песне говорилось о любви, цветах и прочих подобных вещах. Песня мало трогала Чейна: вот на Варне, там песни — так песни, в них говорится о рейдах, боевых схватках, преодолении опасностей в галактике, возвращении домой с богатыми трофеями. Однако, вхолане ему нравились, да и их обитель — самая удаленная из планет красного гигантского солнца. Здесь были приятные тропики, а не выжженная, сухая земля, как на Харале.

Поверхность проливов была спокойной, ощущалось лишь ленивое дуновение бриза, пропитанного ароматом цветущих деревьев, которые росли по обе стороны проливов. Эти острова были увеселительным районом вхоланского города, и фактически Чейну только их и удалось увидеть, если не считать удивительно претенциозной виллы, где он встретил родителей и друзей Ёролина и где началась эта гулянка.

Он помнил наказ Дайльюлло держать уши открытыми, но не рассчитывал услышать что‑нибудь полезное для наемников в этой компании.

— Нам не часто приходится видеть землян, — сказала Лэйниа, хорошо говорившая на галакто. — Время от времени приезжают к нам лишь редкие торговцы.

— Ну и как вы находите нас? Красивыми? — спросил Чейн, потешаясь в душе немало над тем, что его принимают за землянина.

— Ужасными. Волосы разного цвета, даже черные, как у вас. Лица не белые, а то красные, то рыжевато‑коричневые. — Сказала девушка, присвистнув выпяченными губами в знак отвращения. И тут же улыбнулась, как будто его она совсем не считала ужасным.

Это заставило Чейна неожиданно вспомнить о Варне, о Граал — самой очаровательной из девушек, которых он там знал, о том, как она подтрунивала над его безволосым телом, резко отличавшимся от ее прекрасного золотистого тела, покрытого нежными волосиками.

Скиммер остановился у причала, и все сошли на берег, где сияло множество огней и гремела веселая музыка. Тут было что‑то вроде базара развлечений. Под высокими цветущими деревьями красовались небольшие с остроконечными крышами здания, а между ними гудели толпы праздно шатающихся людей. Вхолане производили прекрасное впечатление, они гордились белизной своего тела и волос, были одеты в спускавшиеся до колен туники необычайно ярких красок.

Когда вся группа расселась под деревом, на котором пламенели огромные оранжевые цветы, и стала снова пить вхоланское фруктовое вино, Ёролин стукнул кулаком по столу и с отчаянием сказал Чейну:

— Мне следовало бы быть далеко в космосе, подобно тебе, а не мотаться на жалком планетном крейсере.

Лицо его раскраснелось от вина. Чейн тоже чувствовал воздействие вина и напомнил себе быть осторожнее.

— Ну, и что тебе мешает? — спросил Чейн. — Вхол же имеет звездопланы. Я их видел в космопорте.

— Не так много, — сказал Ёролин. — И на приобретение места в одном из них существует очередь согласно старшинству, но в один прекрасный день я попаду в звездоплан, попаду…

— Хватит вам болтать о звездах. Вставайте, пойдемте веселиться, — вмешалась Лэйниа. — А то мы с Чейном оставим вас здесь.

И они продолжили поход по базару развлечений, в одних местах задерживаясь, другие удостаивая только взглядом. Впечатления сменялись как в калейдоскопе: то жонглеры, подбрасывающие серебряные колокольчики — цветы, которые вырастают за секунды из семян и падают на головы посетителей, то снова вино, то танцовщицы, то опять вино.

Когда они выпивали последний раз в длинном, невысоком помещении, которое освещалось огнем в огромных чашах и имело пламенно‑красные стены, Ёролин неожиданно посмотрел вглубь помещения и воскликнул:

— Смотрите‑ка, пайэм! Давно его не встречал. Пойдем, Чейн. Тебе будет потом, о чем рассказать.

И он потащил Чейна за собой, оставив остальных собутыльников продолжать болтовню.

За столом сидел коренастый вхолан, а на самом столе находилось существо, привязанное тонкой цепочкой к запястью вхолана. Оно походило на маленького толстого карлика в форме турнепса, имело две коротких ноги, тело, лишенное шеи и заканчивавшееся конусообразной головой, маленькие мерцавшие глазки и маленький младенческий рот.

— Может ли ваш пайэм говорить на галакто? — спросил Ёролин у человека с цепочкой, и тот утвердительно кивнул головой.

— Может. И зарабатывает мне немало денег, которые платят люди из других миров.

— Что это за чертовщина? — полюбопытствовал Чейн.

Ёролин ухмыльнулся:

— Это существо не имеет отношения к человеческому роду, хотя смутно чем‑то напоминает. Это редкий обитатель наших лесов… у него есть некоторый интеллект и одна необыкновенная способность. — Он обратился к вхолану. — Пусть ваш пайэм покажет это моему другу.

Вхолан сказал что‑то на своем языке. Существо повернулось к Чейну и уставилось на него. Чейн почувствовал в себе какую‑то обеспокоенность от этого мерцающего взгляда.

— О, да, — сказало существо монотонным как у попугая голосом. — О, да. Я могу видеть прошлое. Могу видеть людей с золотистыми волосами; они бегут к маленьким кораблям в одном из чужих миров и смеются. О, да, я могу видеть.

Чейн моментально насторожился, поняв, какую опасность для него может представлять странная способность пайэма. Эта тварь могла читать чужие мысли и воспоминания, выбалтывать их своим противным скрипучим голосом; глядишь, через мгновение оно выболтает какой‑нибудь смертельный для Чейна секрет.

— Что это за чепуха? — перебил Чейн громким голосом тварь и обратился к ее хозяину. — Он что, телепат что ли? Если да, то я бросаю вызов: пусть скажет, о чем я сейчас думаю.

Чейн повернулся и уставился на пайэма, направив на него с неистовой злостью и яростью напряженный поток своей мысли: «Если ты хоть что‑нибудь скажешь о том, что я сейчас думаю, я убью тебя, убью сейчас, сию же минуту». В эту мысль он вложил всю силу своей воли, всю свою страстную убежденность в успехе.

Глаза пайэма замерцали.

— О, да, я могу видеть, — заскрипело существо. — О да…

— Да? — переспросил Ёролин. Мерцающие глаза смотрели Чейну в лицо:

— О, да, я могу видеть… отсутствие чего‑либо. Отсутствие. О, да…

Хозяин пайэма был поражен:

— Ничего подобного раньше с ним не было. Впервые такой провал.

— Наверное, его способности не оказывают воздействия на землян, — сказал Ёролин, рассмеявшись. Он дал вхолану монету и они пошли.

— Извини, Чейн. Мне подумалось, что тебе это будет интересно…

«Подумалось? — ухмыльнулся про себя Чейн. — А может быть ты все заранее подстроил и привел меня сюда, чтобы выведать мои мысли».

Теперь он был преисполнен подозрительности. Вспомнил почти забытое им предостережение Дайльюлло.

Не выдавая споим видом каких‑либо подозрений, Чейн возвратился с ё рол ином к столу, чтобы вместе с остальной компанией пить и смеяться. Поразмыслив, а затем обведя беззаботным взглядом помещение, он принял решение. Он начал пить больше и так, чтобы это всем бросалось в глаза.

— Не так часто, — останавливала его Лэйниа. — Иначе вам не протянуть до конца вечера.

— В межзвездном пространстве нет вина, происходит страшное обезвоживание, — улыбался в ответ Чейн.

Он продолжал пить, а потом стал вести себя так, как будто изрядно накачался. В голове, конечно, немного шумело, но он вовсе не был пьян и следил через все помещение за вхоланом с пайэмом. Около них было несколько человек, пайэм что‑то проскрипел, люди дали по монетке и ушли.

Коренастый вхолан сиял пайэма со стола, подхватил словно переросшего младенца и покинул помещение, как и предполагал

Чейн черным ходом.

Чейн выждал несколько секунд, затем неловко встал на ноги.

— Я скоро вернусь, — сказал он заплетающимся языком и нетвердым шагом направился вглубь помещения, как будто в туалет.

За спиной раздался смешок Ёролина:

— Наш друг, кажется, недооценил силу вхоланских вин.

В глубине помещения Чейн оглянулся и убедился, что никто на него не обращает внимания. Он быстро проскользнул через черный ход и оказался в темпом переулке.

Он увидел, как по аллее удалялась коренастая фигура вхолана. На носках, бесшумными пружинистыми шагами Чейн пустился вдогонку. Пайэм, очевидно, почувствовав приближение Чейна, проскрипел, и его хозяин резко обернулся.

Сжатым кулаком Чейн ударил по подбородку вхолана. Он использовал далеко не всю свою силу (хотя считал это глупостью), так как не имел желания снова представать перед Дайльюлло с извинением, что кого‑то убил.

Вхолан упал и потащил за собой цепочку с пайэмом, который от страха отчаянно заскрипел.

«Замолчи! Совершенно замолчи, и я тебя не трону», — направил на него свою мысль Чейн.

Тварь замолкла и съежилась от страха, насколько позволяли ей смешные короткие ноги.

Чейн снял конец цепочки с руки потерявшего сознание вхолана. Потом оттащил свою жертву в темное место между двумя постройками.

Пайэм начал тихо всхлипывать. Чейн слегка шлепнул его по конусообразной голове и мысленно спросил: «Ничего тебе не будет. Скажи, твоему хозяину заранее заплатили, чтобы он привел тебя в таверну?»

— О, да. Золотыми монетами. Да.

Чейн задумался и опять мысленно задал вопрос:

«А ты сможешь узнать, о чем думает человек, если он находится от тебя на некотором расстоянии? Скажем, в противоположном углу таверны?»

На сей раз скрипучий ответ пайэма, хотя и начинался привычным утвердительным вступлением, содержал сомнение.

— О, да. Но, если я буду видеть его лицо.

«А теперь говори шепотом, — мысленно приказал Чейн пайэму. — Шепотом. Не будешь говорить громко — не будет и шлепков».

Вместе в пайэмом он возвратился к черному входу таверны и чуть приоткрыл дверь в помещение.

«Вон тот человек за столом в глубине таверны, — работал мозг Чейна, — человек, на которого смотрю сейчас».

И он посмотрел на Ёролина.

Приглушенным, заговорщическим, скрипучим голосом пайэм начал читать мысли Ёролина:

— О, да… неужели Чейн заподозрил ловушку? Как он мог… но на какое‑то мгновение он выглядел так, как будто заподозрил… во всяком случае трюк не сработал, и я должен доложить Тхрандирину, что я не смог подтвердить наши подозрения… мы _не можем_ рисковать… что там Чейн сейчас делает… может быть ему плохо? Наверное, мне стоит пойти взглянуть.


Поделиться:

Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 87; Мы поможем в написании вашей работы!; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2024 год. (0.017 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты