Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



ГЛАВА IX. Почему революционеры очень любили японцев, а потом стали грабить банки




Читайте также:
  1. I. ДИСКОМФОРТ. Эти эмоции не обладают очень высокой интенсивностью, но они беспокоят нас и создают раздражающее ощущение, что все идет не совсем так, как надо. Информация
  2. II Финансы. Деньги, кредит, банки
  3. LI. САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  4. Quot;Просто подумай об этом, пожалуйста. Я очень сильно тебя люблю. Я хочу, чтобы ты осталась в моей жизни навсегда. Я хочу каждый день просыпаться с тобой".
  5. Quot;Я чувствую себя очень легко, отказавшись всего лишь от одного слова. Я чувствую себя лебедем, летящим к вечным снегам Гималаев".
  6. S:Почему в заголовке окна после имени файла написано слово [группа]?
  7. VIII. ГЛАВА, СЛУЖАЩАЯ ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ ПРЕДЫДУЩЕЙ
  8. VIII. Почему массы во все лезут и всегда с насилием?
  9. VIII. Почему массы во все лезут и всегда с насилием?.
  10. VIII. ПОЧЕМУ МАССЫ ВТОРГАЮТСЯ ВСЮДУ, ВО ВСЕ И ВСЕГДА НЕ ИНАЧЕ КАК

 

Нет веры в револьверы!

Поговорка социалистов–революционеров

 

Nichts ohne Geld auf dieser Welt.

(Ничто в этом мире не делается без денег.)

Немецкая поговорка

 

Очень часто можно слышать, что неудачный ход русско–японской войны вызвал в России революционный взрыв. И этот штамп стал настолько расхожим, что в его смысл мы уже перестали вдумываться. А действительно, что же такого страшного принесла Русско-японская война населению нашей страны? Каким образом выстрелы японских пушек под Мукденом сделали невыносимой жизнь петербургских и одесских рабочих?

Может быть, враг стоял на исконно российской территории? Сапог вражеского солдата топтал наши нивы и поля, выжигая посевы и разрушая города и села? И тогда возмущенные россияне пошли крушить несостоятельную власть?

Опять не то. Война велась не просто далеко, а очень далеко от территории России – в Китае и Корее. Посмотрите на карту, и вы увидите гигантские пространства между театром боевых действий той войны и основными жизненно важными центрами Российской империи. Расстояния в 6 тыс. верст являлись для нас основной проблемой для подвоза военного снаряжения и подкреплений. Та война для граждан России была словно кампания в Ираке или Афганистане для современных американцев или англичан. В обычной жизни ее не видно. О том, что идет война, можно узнать, лишь посмотрев выпуск теленовостей. Тогда для этой цели читали газеты.

Может быть в 1905 г., как в феврале 1917 г., в стране начались перебои с хлебом? Или, как в разгар перестройки, из магазинов исчезли мыло, масло и колбаса?

Да нет, не пишет ни один мемуарист ни о каких продовольственных проблемах в период борьбы с Японией. Не было ни голода, ни очередей, ни дефицита, ни безудержного роста цен. Словом, ничего такого, что могло разом вызвать массовое недовольство властью. Как вы думаете, когда произошла первая забастовка, выдвинувшая требование окончания «позорной» войны? После первого существенного поражения русской армии? После падения Порт–Артура? После Цусимы? Нет, она началась 11 февраля 1904 г., т. е. через пару недель после начала войны! Забастовали 3 тыс. рабочих харьковского паровозостроительного завода. Какие дополнительные «тяготы» или «лишения» они испытали за прошедшие 15 дней войны, знает лишь Господь Бог и главари их стачечного комитета…



Что же такого вычитали в периодической печати харьковские рабочие, выдвинувшие требование повышения зарплаты и… прекращения войны? Как они себе это представляют? Ведь это не Россия нанесла удар по Японии, это японцы атаковали русский флот. В Манчжурии, защищаясь, гибнут русские солдаты и моряки, а русские же рабочие города Харькова проводят на следующий день антивоенный митинг?! В условиях вражеского нападения такая позиция выглядит довольно странно. Для сравнения представьте себе антивоенную манифестацию в Харькове в июле 1941 г. или 1812 г. Как русское правительство может прекратить войну? Что же, Россия должна через две недели капитулировать? А если она так поступит, что хорошего от этого будет харьковским и всем остальным трудящимся? Ничего, а вот Гитлеру, Наполеону и японцам будет от такой капитуляции просто прекрасно…

Может быть, Россия потерпела необыкновенно страшные поражения в той войне? Наверное, потери наших войск превысили все мыслимые пределы? Миллионы солдат легли в далекую землю непонятно за что? Похоронка пришла в каждый российский дом, и убитые горем люди вышли на улицы, чтобы сказать погубившему их близких правительству свое решительное «нет»?



И опять наше предположение действительности не соответствует. Российский флот потерпел в той войне ряд серьезнейших поражений, были разгромлены две наши эскадры. Однако на суше дела японцев были далеко не так блестящи. Эта книга не о той далекой войне, поэтому не хочется удаляться в дебри цифр. Вообще статистика – вещь, как известно, лукавая. Статистика военных потерь – лукавая вдвойне. Все и всегда собственные потери занижают, а противника увеличивают. Существует множество методик расчетов потерь, но все они, увы, на глазок. Отсюда постоянное появление различных цифр, показывающих потери сторон во всех мировых кампаниях. Поэтому когда в каком–либо источнике вы прочитаете некие данные по этому вопросу, надо иметь в виду, что это лишь одна из многочисленных точек зрения на этот вопрос. И различаться они могут в разы! Так и с Русско–японской войной. Но все исследователи сходятся в одном: поскольку японцы были наступающей стороной, то их потери убитыми превышали потери русской армии! Один из наиболее авторитетных исследователей Б. Ц. Урланис в «Истории военных потерь» об этом говорит прямо: «Потери японцев в боях на суше вдвое превышали потери русских». Даже во время осады Порт–Артура, которая закончилась его взятием, убыль японской живой силы намного превысила нашу. На море ситуация была обратной: наши потери были значительней. И в плен русских солдат взяли больше, чем японцев. Однако большинство их потом благополучно вернется домой!

В начале XX в. телевидения не было, всю информацию обыватель черпал из прессы, а там печатали цифры, весьма далекие от катастрофы. И не потому, что что–то намеренно скрывалось, дабы спрятать от народа страшную правду об этой войне. А просто потому, что никакой катастрофы на самом деле не было! 2(15) декабря 1905 г. газета «Русское Слово» (Москва) напечатала следующую информацию:



 

«Только теперь стали известны точные цифры наших убитых и раненых за последнюю русско–японскую войну. Убито офицеров – 646, солдат – 18 530, ранено офицеров – 3689, солдат – 115 556. Общие наши потери в офицерах, считая попавших в плен, 4946, а солдат – 175 000».

 

Изучив несколько вариантов данных о потерях России и Японии, мы можем смело делать вывод, что потери русской армии были вполне сопоставимы с японскими (любой интересующийся этим вопросом может сам порыться в источниках). Однако для маленькой Страны восходящего солнца они куда более чувствительны. И никакой революции там не началось…

Гибель каждого русского солдата или офицера – это трагедия. Но давайте на минутку отбросим моральный аспект любой войны, связанный с многочисленными смертями, и сравним эти потери с числом погибших в других конфликтах в человеческой истории, которые, однако, ни к каким революциям не привели. Поскольку цифры от источника к источнику скачут, словно зайцы, сверим их примерно, на глазок, чтобы понять общую закономерность. Например, во время нашествия Наполеона русская армия потеряла убитыми, ранеными и пленными порядка 190 тыс. военнослужащих (только в одном Бородинском сражении около 50 тыс. солдат), а всего за время борьбы с «корсиканским чудовищем» – около 450 тыс. человек. Не забудем, что во время Отечественной войны погибло значительное количество мирного населения, и страна понесла серьезный экономический урон. Однако, как мы помним, никакой революции не произошло, даже когда противник поджег русскую столицу.

Следующим крупным военным конфликтом с нашим участием стала Крымская война. Число наших потерь в ней, по понятным причинам, западные исследователи любят сильно преувеличивать. Часто можно увидеть цифру в диапазоне от 400 до 500 тыс. человек. Б. Ц. Урланис в «Истории военных потерь» называет эту цифру фантастической и дает свою оценку –153 тыс. человек. Разница колоссальная! В любом случае, в тот момент в России недовольство появилось – но оно было вызвано не числом погибших, а обидой за державу, проигравшую войну. Революции не случилось, хоть деятели «Колокола» и пытались ее активно вызывать. Не было даже мало–мальски крупных антиправительственных выступлений.

Потом Россия участвовала в борьбе с Турцией, освобождая братьев славян от османского ига. Потери составили около 70 тыс. убитыми и умершими. Потом западные дипломаты на Берлинском конгрессе красиво украли все плоды русской победы. Повод для бунта замечательный – столько людей погибло зазря. Однако кроме бомбистов-народовольцев, вызванных к жизни совсем другими причинами, мы не знаем ни о каком общественном недовольстве.

Вот пример из близкой для нас действительности: потери советских войск в Афганистане составили по официальным данным 14 433 военнослужащих и 20 гражданских лиц погибшими, 298 пропавших без вести, 54 тыс. раненых и 416 тыс. больных. И ведь Советский Союз развалился совсем не из–за этого…

Почему же историки и современники решили, что Россия проиграла эту войну? «Потому что она потерпела ряд серьезных поражений», – услышим мы ответ. Но позвольте – были в нашей истории поражения и пострашнее: Карл XII добрался до Полтавы, Наполеон захватил Москву, Гитлер уничтожил всю кадровую армию и захватил полстраны, но это не уберегло агрессоров от разгрома. После своего триумфа они были разбиты русской армией и бесславно сошли с политической сцены. Так вот в 1905 г. нашей армии не дали разбить японцев, заключив мирный договор в момент наивысших успехов противника. Ситуация, аналогичная подписанию договора с Наполеоном в Москве или с Гитлером в Сталинграде. Заключи Россия с ними тогда мир, и по сию пору писали бы историки, что так и надо было поступать, и не было у России никаких шансов победить «корсиканское» и «австрийское» чудовище. И Кутузов вошел бы в историю как трус и мерзавец, отдавший нашу столицу врагу, а Сталин – как тряпка, ради своей власти отдавший фашистам Крым и Украину…

Уже после окончания войны большинство русских генералов сетовали на то, что им не дали разгромить японцев и закончить дело победой. Кулаками после драки не машут – таков общий лейтмотив учебников и статей, приводящих эти факты. Пусть так. Однако весьма любопытно, что знаменитый германский генерал Шлиффен придерживался похожей точки зрения. Начальник германского генерального штаба, давший свое имя плану, с которым немецкая армия вступит в Первую мировую войну, считал, что Россия совершенно спокойно могла бы продолжать воевать. Ресурсы огромной империи едва затронуты, она может легко выставить новую армию. А вот империя японская, по мнению Шлиффена, так поступить не может и потому весьма разумно стремится как можно скорее завершить конфликт мирным договором.

Так вот, на вопрос, почему русское правительство заключило с японцами мир, не дождавшись побед собственной армии, мы и попытаемся ответить в этой главе…

Чем же отличалась русско–японская война от всех бесконечных войн, которые с разной степенью успеха вела Россия на протяжении столетий?

Ничем. Потери в ней не были феноменально большими, никаких особенных экономических трудностей она не принесла. Новым было совсем другое: общественное отношение ко всему происходящему. Как и во всякой, подчеркиваю, всякой стране, в любое историческое время, в Российской империи в начале XX в. существовало недовольство правительством. Но оно было «тихим». А для разрушения империи его надо было перевести в совершенно другую степень. Вот этим активно занялись все те, с кем мы уже познакомились. Формированием нового, крайне негативного отношения к своей стране занялся молодой Владимир Ильич Ленин. Бессилие власти активно показывал Евно Азеф, стоявший за большинством громких покушений. На население страны обрушился мощный поток печатной пропаганды от вдруг сформировавшихся революционных и националистических организаций. И если во время правления императора Александра III власть нашла в себе силы и мужество всю эту заразу держать в узде, не давая ей показываться на поверхности, то после его смерти процесс принял лавинообразный характер. Не поленитесь, поищите информацию – и вы увидите любопытную закономерность. Все «борцы за свободу» стали настоящей организацией и силой в течение следующих за кончиной Александра III нескольких лет. До этого по всем революционным направлениям мы видим лишь по несколько штук эмигрантов…

Иными словами, предпосылки для бунта есть всегда и в любой стране. В относительно спокойном 2006 г. мы с удивлением наблюдали массовые погромы в Париже и не менее серьезные беспорядки в венгерской столице. Жгли машины, ранили полицейских, громили магазины и государственные учреждения. Но революции не получилось. Почему? Да потому, что ее никто не готовил! Чтобы массовые беспорядки переросли в нечто куда более серьезное, кто–то должен толпу направлять в нужное русло. Должны появиться агитаторы, призывающие пойти туда–то и сделать то–то. И главное – надо начать формирование новых органов власти. А еще для того, чтобы беспорядки разрослись в революцию – надо много и кропотливо работать, создавая негативное отношение населения к своим правителям. Для этого хороши любые средства: газеты, разжигание войн. Подойдут и прямые провокации, вынуждающие власть применить к населению силу. В России было необходимо Кровавое воскресенье, чтобы по его итогам развить еще более бешеную пропаганду. От того любой бунт для революционеров ценен сам по себе, даже если он не имеет никаких шансов на успех. Нужны жертвы – и чем больше, тем лучше. И начинается страшная карусель – каждый погибший (даже случайно) подается как мученик революции, за него надо отомстить, его дело (о котором он даже и не подозревал, будучи живым) надо продолжить. Вновь трупы, вновь кровь и так до полного разрушения страны.

То, что революционеры и не собирались побеждать, писали (не особо анализируя такую странность) даже писатели советской поры. К примеру, Антонов–Овсеенко, который в октябре 1917 г. отправит в Петропавловскую крепость последний состав Временного правительства, во время первой революции находился в Польше. «Поднять полки, поднять все русские войска в Польше, вооружить крестьян и двинуть армию… Куда? Точного плана не разработали, явной цели не видели…», – пишет его биограф А. В. Ракитин. Мы уже видели, как странно вели себя восставшие матросы «Потемкина». Не менее удивительно будут поступать и боевики во время Московского вооруженного восстания (подробно о нем – в следующей главе).

Ленин потому так возвышается надо всеми остальными нашими «борцами за свободу», что он единственный, кто направил своих соратников брать власть по–настоящему. Не для того, чтобы развалить страну, не для раскачивания ситуации, а чтобы строить новое государство. Если говорить детским языком – всевозможные бундовцы, меньшевики и эсеры, будучи марионетками зарубежных недругов Российской империи, просто отрабатывали свои гонорары, стремясь брать власть «понарошку». Ленин, будучи связанным с теми же заинтересованными зарубежными лицами, пришел в нее всерьез…

Чуть ранее, анализируя даты народовольческого движения, мы увидели много интересных «совпадений». Не будет исключением и Русско–японская война. Надо лишь вспомнить ее хронологию и сравнить с датами революционных выступлений российского пролетариата, неожиданно начавшего невероятно активную борьбу за свои права. (Даты возьмем по старому стилю.)

Русско–японская война началась в ночь с 26 на 27 января 1904 г. внезапным ударом по нашей эскадре. Те, кто любит повторять мифы советской пропаганды о желании царского правительства развязать «маленькую победоносную войну» для предотвращения революции, как–то не любят объяснять тот очевидный факт, что нападающей стороной оказалась Япония. Ну, допустим, что это простая случайность. Однако не готовое к войне на море русское правительство должно было быть готовым хотя бы к сухопутной войне. В действительности не было и этого. Русских войск, достаточных для наступления, в Манчжурии сконцентрировано не было. Но все и всегда пишут о дате начала войны и почти никогда о дате первого серьезного сухопутного столкновения этой Русско–японской войны: 18 апреля 1904 г. Почти три месяца ушло на то, чтобы крупные воинские контингенты противников смогли добраться друг до друга! Получается весьма странная картина – царское самодержавие очень хочет развязать войну, однако забывает завести на театр военных действий армию и флот в нужных количествах! Поэтому и не пишут псевдоисследователи о фактах, нарушающих стройный вид исторических стереотипов. Иначе никак не получится объяснить дальнейшие события внутри нашей страны и очернить Российскую империю. Незатейливая логическая цепочка: желание предотвратить революцию – война – ее неудачный ход – революция, не замкнется…

Россия к войне не готовилась, более того, Николай II до последнего момента не верил в возможность японского нападения. Отсюда и равная нулю подготовка «маленькой победоносной». Не было никакой подготовки, потому что не было желания войны! И правильная событийная цепочка должна выглядеть так: желание ослабить Россию ее главным геополитическим соперником – провоцирование Японии на войну с Россией – финансовая и организационная подпитка революционеров – развязывание революции – невозможность для России воевать в условиях внутреннего хаоса и анархии.

Совсем другая картина получается, если отбросить штампы и начать думать и анализировать…

Царское правительство так стремилось и готовилось к войне, что через 11(!) дней после начала боевых действий на суше (29 апреля 1904 г.) японские войска приступили к осаде нашей главной крепости – Порт–Артура. И хотя общее течение военных действий благоприятствовало Японии, ее правительство значительно лучше современных историков понимало свои собственные возможности. А поэтому уже в июле 1904 г. начало через посредничество Великобритании, Германии и США предпринимать попытки склонить Россию к переговорам о мире! Однако практически каждое военное столкновение в нашей истории протекает по одному и тому же сценарию: Россия проигрывает первые бои, чтобы потом победить. Заключать мир с Японией через полгода борьбы для Николая II нет никакого смысла. Дерзкий агрессор должен понести соответствующее наказание. Война нами ведется неудачно, но это неудачи тактические, говорить о поражении не приходится.

Японцы продолжают штурмовать Порт–Артур, неся огромные потери. Во время второго приступа они теряют 15 тыс. солдат, русские – всего 6 тыс. В августе 1904 г. происходит и крупное Ляолянское сражение. Наша армия отступает. Правда, каждое продвижение вперед японцы оплачивают своей кровью. Становится ясно, что еще четыре–пять таких «побед», и армия Страны восходящего солнца вслед за античным царем Пирром может понести невосполнимые потери.

И вот уже именно летом 1904 г. происходит всплеск контактов японских спецслужб и русских революционеров. На Амстердамском конгрессе II Интернационала происходит историческая сцена обмена рукопожатиями между представителем РСДРП Георгием Плехановым и лидером японских социалистов Сэном Катаямой. Но если задуматься, дружба у них получилась какая–то однобокая. Вместо того чтобы вместе бороться за мир во всем мире, начинается активная подготовка поражения России в текущей войне. Это у нас будут стачки, баррикады, взрывы, убийства и восстания – в Японии будет тихо. А почему? Ведь гибнут же и русские, и японцы, деньги на борьбу тратят оба правительства, сирот останется после войны примерно одинаково. Но у нас революция, а в Японии – ничего.

Есть тому вполне рациональное объяснение. Никакой конспирологии, никакой «теории заговоров». Для того и создавались партии, вооруженные передовыми учениями и зарубежными деньгами, чтобы вовремя начать разжигать внутреннюю смуту! А смута в Японии никому не нужна. Эта быстрорастущая страна пока никому на мировой арене не мешает. Потом мешать начнет, и ее быстро спровоцируют начать войну и совершить поистине самоубийственное нападение на США. Но, – не будем отвлекаться…

Лето 1904 г. – золотой век русской революции. В смысле количества драгоценного металла, нежданно пролившегося на наших «борцов за свободу». Бывший японский военный атташе в России полковник Мотодзиро Акаси налаживает активные связи с нашими революционерами. Это логично – ранее японцам наши смутьяны были не нужны.

Но вот они стали необходимы. Кто же их знакомит? Да те, кто ранее помогал революционерам деньгами, паспортами и советами. Не японцы же, в самом деле, учили народовольцев делать бомбы…

Акаси знакомится (а точнее, его знакомят, как иначе?) с основателем и лидером Финляндской партии активного сопротивления Конни (Конрадом) Циллиакусом. Это тоже социал–демократ, но с легким национальным оттенком. Циллиакус охотно вызвался наладить контакты со всеми революционными партиями и обеспечить координацию. Основная цель и революционеров, и японцев (и тех, кто их свел вместе) – вооруженное восстание и свержение государственного строя. Деньги на это выделить не жалко. И не только японцам!

 

«Член финской партии активного сопротивления, Конни Циллиакус. сообщил центральному комитету, что через него поступило на русскую революцию пожертвование от американских миллионеров в размере миллиона франков, причем американцы ставят условием, чтобы эти деньги пошли на вооружение народа и были распределены между всеми революционными партиями», – пишет в мемуарах Борис Савинков.

 

Ох уж эта странные и добрые американские миллионеры! Как они все же любят русскую революцию! И всегда хотят, как и благородные анонимы во Франции, как лондонский «Бахметев», помочь борьбе за освобождение. И помогают – дают деньги, большие деньги. А припоминаются многочисленные телеинтервью наших современных «борцов за свободу», «правозащитников», «независимых» журналистов. Лишь только раздастся робкий голос их оппонентов о зарубежной финансовой помощи – они пускают в ход свое главное и единственное оружие. Иронию! Других аргументов ведь у них нет! Улыбаются холеными лицами, смеются от всей души и говорят, честно смотря в глазок телекамеры: «Я денег от Запада не брал!». Кривят душой? Нет, ребята абсолютно искренни. Как честно мог говорить руководитель стачкома харьковского паровозостроительного завода, что никогда в жизни не взял ни одной японской йены. Как не соврал бы, отрицая зарубежное происхождение партийных средств любой эсер среднего звена. Они честны и благородны. Ведь деньги на забастовки, манифестации и террористические акты революционеры получают от своих руководителей! А вот откуда их берут главари – это уже другой вопрос. Обычно на финансовых потоках такой важности «сидят» один–два человека. Вот они знают все. Но перед камерами–то красуются совсем другие. И честно убеждают нас в своей денежной невинности…

Однако вернемся назад. После хлопот Конни Циллиаккуса 18 августа 1904 г. весь Центральный комитет партии социалистов–революционеров дружески обедает с Мотодзиро Акаси в одном из парижских ресторанов. Почему наибольший интерес у японского разведчика вызывала партия эсеров? Она в тот момент была более организованной, говорят нам историки, в этом и причина японского интереса. Социал–демократы ведь расколоты на меньшевиков и большевиков – поэтому они менее интересны. А еще именно в ЦК партии эсеров есть Боевая организация, громко заявившая о себе убийством министра внутренних дел Плеве всего лишь месяц назад. У социалистов–революционеров есть опыт, отлаженная структура, а также немногословный Евно Азеф, который является лучшей гарантией доставки подрывной литературы и взрывчатки в Россию. А задача на этот раз будет куда более серьезная – надо будет протащить в страну целый пароход с оружием…

С 30 сентября по 4 октября 1904 г. представители 13 революционных организаций России собираются в Париже на конференцию. Кроме радикалов участие в собрании принимают и умеренные. Правда их «умеренность» сопоставима с радикализмом их коллег. Среди делегатов Милюков (будущий глава партии кадетов, министр иностранных дел Временного правительства), Чайковский, возглавлявший в Лондоне Общество друзей русской свободы, граф Гейден из Императорского Свободного экономического общества. Формулируется общая цель – замена самодержавия республикой. Провозглашается и «любимый» принцип наших революционеров – самоопределение наций. С тем, что от империи должны быть оторваны значительные куски территории, согласны не только представленные на конференции польские, латышские, финские, армянские и грузинские социалисты–националисты. За развал страны с готовностью голосуют и русские либералы.

Как известно, от любви до ненависти один шаг. Ровно столько же и от ненависти до любви.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 4; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.015 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты