Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



АРТ-ТЕРАПИИ 5 страница




Читайте также:
  1. D. Қолқа доғасынан 1 страница
  2. D. Қолқа доғасынан 2 страница
  3. D. Қолқа доғасынан 3 страница
  4. D. Қолқа доғасынан 4 страница
  5. D. Қолқа доғасынан 5 страница
  6. D. Қолқа доғасынан 6 страница
  7. D. Қолқа доғасынан 7 страница
  8. D. Қолқа доғасынан 8 страница
  9. D. Қолқа доғасынан 9 страница
  10. Hand-outs 1 страница

В большинстве случаев прохождение всех трех этапов художественной экспрес­сии предполагает как минимум несколько сессий, хотя в отдельных случаях оно может наблюдаться в рамках одной сессии и сопровождаться достижением опре­деленного психотерапевтического эффекта.

В настоящее время представители разных арт-терапевтических школ по-разно­му обосновывают психотерапевтическое воздействие художественной экспрессии: представители бихевиоралыюго направления связывают его с «отвлечением» вни­мания клиента от болезнен пых переживаний и развитием через изобразительную деятельность более адаптивных моделей поведения; представители транспер-сокального подхода — с отреагированием (абреакцией) и катарсическим пере­живанием опыта перинатальных травм; представители гуманистической психоте­рапии — с самоактуализацией и т. д. Наиболее распространенными, однако, среди современных арт-терапевтов являются такие способы обоснования психотерапев-


Глава 3. Основные факторы психотерапевтическою воздействия в арт-терапии 47

тического воздействия художественной экспрессии, которые связаны с различны­ми направлениями психодинамического подхода.

Так, в рамках классического психоанализа изобразительное творчество рас­сматривалось как частный аспект сублимации, связанной с трансформацией ин­стинктивного импульса в художественно-образное представление.

Согласно Фрейду, художественное творчество имеет много общего со снови­дениями и фантазиями, так как, подобно им, выполняет компенсаторную роль, снимая возникающее при фрустрации инстинктивных потребностей психическое напряжение. Вместе с тем художественное творчество является компромиссной формой их удовлетворения, осуществляющегося не в прямом, а в опосредованном виде, а потому связывается Фрейдом с незрелой психикой.

Создание в процессе изобразительного творчества символических образов трактовалось Фрейдом как проявление относительно примитивного психическо­го механизма, поскольку символ является результатом иллюзорного совмещения предмета инстинктивной потребности со свойствами внешних объектов. Когда происходит такое совмещение, символы могут включаться как в первичные, так и во вторичные психические процессы. Если они включаются в первичные процес­сы, то их содержание отрывается от свойств внешних объектов и отражает либи-диозные фантазии, что характерно, например, для сновиденческих символов или фантазий невротика. Если же символы включаются во вторичные психические процессы, то их содержание так или иначе привязывается к системе внешних объектов. В этом случае символы способствуют адаптации и являются инструмен­том воображения.



По мнению Фрейда, служа первичным процессам, символы обеспечивают лишь кратковременное снятие психического напряжения, что характерно для примитив­ной психики ребенка, а также различных психических расстройств. Включение символов во вторичные психические процессы ведет к осознанию человеком сво­их потребностей и развитию навыков коммуникации и взаимодействия с окружа­ющим предметным миром.

Несколько иного взгляда на природу художественного творчества и связанные с ним механизмы символообразования придерживался Юнг. Для него они были прежде всего связаны с реализацией самоисцеляющих возможностей психики (так называемой «гомеостатической функции*). Происходящий в ходе изобразитель­ного творчества контакт с бессознательным активизирует компенсаторные процес­сы, направленные на развитие психического аппарата.



Юнг полагал, что изобразительное творчество является внутренней потребно­стью, особого рода инстинктом, который превращает человека в инструмент вы­ражения опыта коллективного бессознательного. В связи с этим оно может приво­дить к конфликтам между личным и общечеловеческим. Формой же преодоления этого конфликта выступает процесс индивидуации, ведущий ко все большему вза­имопроникновению личного и общечеловеческого и максимальной социальной ре­ализации человеком своих возможностей.

В отличие от Фрейда, Юнг считал символообразивание универсальным спосо­бом психической экспрессии, используемым на самых разных этапах психическо­го развития, включая и зрелую психику. Символообразоваиие связывалось им с


динамикой личного и коллективного бессознательного. Отражающие динами­ку коллективного бессознательного символы назывались им архетипическими. Именно с ними он связывал проявление так называемой «трансцендентной функ­ции» психики, обеспечивающей психическую саморегуляцию и развитие психи­ческого аппарата.

Психоаналитические представления оказали большое влияние на мышление многих пионеров арт-терапии (М. Наумбург, Э. Крамер, И. Чампернон и др.) и по­служили основой для понимания лечебного воздействия художественного твор­чества. Вместе с тем нельзя не обратить внимание на то, что теория Фрейда оказа­лась малопродуктивной для объяснения целого ряда связанных с художественным творчеством положительных эффектов. Сам Фрейд признавал, что «психоанализ не может ни прояснить природу художественного таланта, ни объяснить средства, с помощью которых художник работает» (Freud, 1925, р. 65).



Понимая это, представители психодинамического направления попытались в дальнейшем рассмотреть процесс художественной экспрессии с новых позиций. Так, Эрнст Крис (Kris, 1975) связал процесс художественной экспрессии с прояв­лением творческого воображения, которое предполагает ограничение сознания, эмоциональную заряженность образов и включение механизма разрешения про­блем на визуальном уровне. Он отмечает, что художник способен получать доступ к материалу «Оно» и влиять на протекание первичных процессов, а также подчер­кивает взаимосвязь творчества и критических способностей и более активную и динамичную роль «Я» в изобразительном процессе, в отличие от спонтанных фан­тазий и сновидений.

Э. Крис пишет, что «бессознательные процессы с их разрушительными эффек­тами преобразуются в высокоэффективный инструмент создания новых связей и форм, прогрессивных концепций и образов. Сознание и бессознательное не толь­ко взаимосвязаны, но можно говорить о том, что мышление полностью растворя­ется в первичных психических процессах» (Kris, 1953, р. 262).

Психоаналитические взгляды на изобразительное творчество были также раз­виты А. Эренцвейгом (Ehrenzweig, 1967). Анализируя взаимодействие первичных и вторичных процессов изобразительной деятельности, он отмечает высокую сте­пень их взаимопроникновения. Если бессознательные процессы позволяют худож­нику охватить предмет изображения в целом, то сознание позволяет ему сфокуси­роваться на главном, а также деталях, приводя их в соответствие с целым. При этом сознание не навязывает бессознательному своих законов, но позволяет зафикси­ровать и оттенить тот -«скрытый порядок», который скрыт в бессознательном.

А. Эренцвейг сформулировал весьма интересную модель, позволяющую опи­сать процесс художественной экспрессии. По его мнению, этот процесс включает три основные фазы. Первая фаза, называемая им «шизоидной», связана с проек­цией фрагментированных частей «Я» художника на материал изображения. Вто­рая фаза — «маниакальная» — предполагает активизацию процесса «бессознатель­ного сканирования», с помощью которого обнаруживается «скрытый порядок» изо­бражения, который существует в переживаниях художника и его бессознательном, что ведет к взаимопроникновению художественного образа и личности творца. При этом преодолевается фрагментированность внешней, поверхностной струк-


Глава 3. Основные факторы психотерапевтического воздействия а арт-терапии 49

туры изображения, а произведение приобретает завершенность и способность к «независимому существованию». Третья стадия — «депрессивная» — связана с вторичным пересмотром и переоценкой произведения, его частной реинтеграци­ей в более поверхностный слой личности художника. Изобразительный процесс в целом представляется А. Эренцвейгу совокупностью переходов от состояния «оке­анической недифференцированное™»■ и регресса к состоянию фокусированного со­знания, позволяющего сформировать эстетический гештальт.

Большое значение для понимания фактора художественной экспрессии с пси­ходинамических позиций имеет также теория объектных отношений. Она, в част­ности, сыграла важную роль в развитии британской школы арт-терапии и в значи­тельной мере повлияла на мышление арт-терапевтов в этой стране. Это относится прежде всего кработам М. Клейн (Klein, 1948), Э. Шарп (Sharpe, 1950а, б), М. Мил-нер (Milner, 1950,1955,1969) и Д. Винникотта (Winnicott, 1980, 1988).

Являясь художницей-новатором и в то же время арт-терапевтом, М. Милнер смогла успешно реализовать возможности психоаналитической теории примени­тельно к художественному творчеству. Если М. Клейн рассматривала творчество с точки зрения динамики «восстановления утраченного объекта», то для М. Мил­нер «восстановление» является вторичной функцией творчества. Его первичная функция — сотворение нового и обретение иного мироощущения через взаимо­действие сознания и бессознательного. Она полагает, что изобразительное твор­чество ведет к психической трансформации и освоению новых форм психическо­го опыта. В отличие от многих других авторов, пытавшихся рассматривать изоб­разительное творчество с психоаналитических позиций, М. Милнер придавала большое значение взаимодействию тела и сознания в творческом процессе. По ее мнению, лишь такое взаимодействие позволяет соединить фантазию и действие и запускает спонтанные процессы психической саморегуляции.

М. Милнер (Milner, 1989) рассматривает изобразительное творчество взросло­го человека как один из способов воссоздания тех состояний, которые связаны с детским опытом. Эти состояния предполагают ослабление сознательного контро­ля, что позволяет взрослому в его отношениях с окружающим миром проявить боль­шую степень свободы и творческого начала.

В контексте обсуждения фактора художественной экспрессии работы Д. Вин­никотта интересны прежде всего тем, что позволяют осмыслить те формы психи­ческого опыта, которые появляются на стыке внутренней и внешней реальности и имеют большое значение для развития креативности и разных видов игровой дея­тельности.

Большое значение имеет то, что Винникотт в числе первых указал: изобрази­тельное творчество является одним из видов игровой деятельности, и ввел поня­тия «транзитных объектов» и «транзитных феноменов», «первичной материнской заботы» и «фасилитирующей среды», позволяющие лучше понять природу игро­вой деятельности и ее развитие на разных этапах жизни ребенка.

Винникотт проводит четкую грань между фантазиями и игрой. Если первые являются чисто иллюзорным способом удовлетворения потребностей, то игровая деятельность предполагает активное взаимодействие как с внутренней, субъектив­ной, так и с внешней — объективной — реальностью.


50 Часть I, Основные понятия. Концепция системной арт-терапии

При рассмотрении фактора художественной экспрессии в арт-терапии, конеч­но же, нельзя не упомянуть о привлекающих к себе в последнее время большое внимание работах Д. Шаверьен (Schaverien, 1989,1992) и Ш. Макниффа (MacNiff, 1992).

В своей работе «Образ откровения* (Schaverien, 1992), базируясь на философ­ских построениях Э. Кассирера и собственных клинических наблюдениях, Шаве­рьен пытается объяснить исцеляющие эффекты изобразительного творчества с точки зрения представления о символическом мышлении. Для нее символообра-зование является основным механизмом, с помощью которого субъект может об­щаться с самим собой и окружающими. Хотя художественные символы отличают­ся от «научных символических систем*, они также способны опосредовать процес­сы познания, обеспечивая связь внутренней и внешней — объективной — реальности. Шаверьен, в частности, утверждает, что образ в арт-терапии является «не просто результатом проекции, но тем средством, которое опосредует взаимо­действие субъективного и объективного опыта пациента» (Schaverien, 1992,р. 11).

Особое внимание Шаверьен обращает на те отношения, которые устанавлива­ются между художником/клиентом и создаваемым им художественным образом. По ее мнению, эти отношения характеризуются теми или иными проявлениями пе­реноса на предмет изобразительного творчества, причем во многих случаях, в осо­бенности если речь идет об арт-терапии, этот перенос имеет отрицательный харак­тер. Благодаря этому художественный образ становится «средством воплощения аффектов» и приобретает особую силу воздействия на клиента, заставляя его со­вершать с образом «определенные значимые манипуляции» (там же, р. 39). Эти ма­нипуляции зачастую приобретают ритуальный характер и во многом напоминают действия первобытных людей, в которых проявляются особенности магического мышления.

В некоторых случаях благодаря совершению с предметом изобразительной де­ятельности неких «значимых манипуляций» клиент превращает его в «талисман». Отличие талисмана от знака (каковым также может выступать изобразительная продукция), по мнению Шаверьен, заключается в том, что если знак является лишь условным обозначением определенного опыта, то талисман обладает в глазах сво­его создателя некими магическими свойствами. В этом смысле изобразительная работа может выступать в качестве -s вместилища» опасных для клиента и окружа­ющих его людей переживаний, на которые можно в определенной мере воздейство­вать и достигать над ними определенного контроля.

Шаверьен разделяет создаваемые в процессе арт-терапии образы на две основ­ные группы. Первую группу составляют так называемые «диаграмматические об­разы», являющиеся результатом деятельности сознания и представляющие собой в основном фигуративные изображения. «Диаграмматические образы, — пишет Шаверьен, — могут являться иллюстрацией или описанием чувств, но никогда их сами по себе не воплощают» (там же, р. 86). Диаграмматические образы являются знаками. Вторую группу составляют «воплощенные образы», заключающие в себе аффекты и их энергию и обладающие особой способностью воздействия на авто­ров этих изображений. Данные изображения как раз и являются «талисманами*. «Такие рисунки, даже в тех случаях, когда они эстетически несовершенны, явля-


Глава 3. Основные факторы психотерапевтического ооздейатвыя в арт-терапии 51

ются наиболее аутентичными и связаны с эмоциональной реальностью художни­ка» (там же, р. 2). Приводя затем клинические описания, Шаверьсн указывает на то, что в ряде случаев «воплощенный» образ может выступать в роли «козла отпу­щения» и использоваться клиентом таким образом, который очень напоминает ри­туал жертвоприношения.

Во многом взглядам Шаверьен весьма близки идеи Ш. Макниффа (MacNiff, 1986,1989, 1992), развивающего представления об арт-терапии как о шаманской практике особого рода и использующего для обоснования своих идей работы пост-юнгианца Д. Хиллмана (Hillman, 1991). Макнифф, ь частности, обращает внима­ние на акциокальный аспект арт-терапевтической работы и те формы поведения клиента и участников арт-терапевтической группы, которые носят спонтанный ха­рактер и напоминают исцеляющий ритуал. Он подчеркивает комплексный харак­тер поведенческих проявлений клиента в арт-терапевтическом процессе и тесную связь подобных ритуалов с телесным опытом и использованием «языка чувств». Так же как и Шаверьен, Макнифф полагает, что исцеляющее воздействие художе­ственной экспрессии может быть связано с тем, что изображения представляются некими «одухотворенными сущностями*, которые способны направлять своих ав­торов, «наблюдать за ними и сопровождать их», так же как и тех, кто находится с ними рядом. Лечебное воздействие этих изображений обусловлено их -яинако-стью», позволяющей им воздействовать на тех, «кто открывается для этого воздей­ствия в надежде получить от "иного" помощь» (MacNiff, 1992, р. I). Он также ука­зывает на то, что «диалог» автора со своей работой не представляет собой лишь двухстороннюю коммуникацию, поскольку в ходе художественного творчества «Я» автора представлено множеством разных «голосов». «Входя в мир изобра­зительного творчества, — пишет Макнифф, — мы осознаем то, что через нас начи­нает "говорить" многое — не только различные, изображаемые нами персонажи, — но и разные аспекты нашего мышления. Артикуляция мыслей всех этих "лично­стей" является еще одной гранью нашего диалога с художественными образами» (там же, р. 2).

Приведенный краткий обзор литературы, посвященный обсуждению фактора художественной экспрессии, показывает большое разнообразие взглядов, которые подчас противоречат друг другу. Нельзя, например, не обратить внимания на то, как различно трактуют механизмы и роль символообразования в процессе худо­жественного творчества представители различных психодинамических направ­лений. Одни связывают с ними преимущественно инфантильные, регрессивные формы сознания (Фрейд) и видят в символ ообразовании отражение «магического мышления» (Шаверьен), другие связывают с символообразованием прогрессив­ные и творческие проявления психической жизни (Милнер, Винникотт, Эрен-цвейг и др.). Однако и те и другие признают, что художественное творчество может быть связано с проявлением различных тенденций психики и что в одних случаях на первый план выходит иллюзорно-субъективный аспект символообразования, а в других — деятелыгастно-объективный. Признания этого факта, конечно же, не­достаточно, чтобы объяснить механизмы исцеляющего воздействия художествен­ной экспрессии. Для более полного и всестороннего анализа процесса художест­венного творчества необходимо изучать не только момент создания художествен-


52 Часть I. Основные понятия. Концепция системной арт-терапии

ного образа и тот смысл, который он несет для клиента, но и то, что происходит до и после этого, а также все те многообразные экспрессивные проявления и комму­никативные процессы, которые сопровождают художественное творчество, на что указывают, в частности, такие авторы, как Шарп, Милнер, Макнифф и др.

С учетом всего этого автор книги предлагает рассматривать художественную экспрессию как сложный, динамический процесс, включающий в себя несколько этапов. Своеобразие его протекания и уникальная комбинация различных вне­шних и внутренних факторов во многом определяют его психотерапевтические эффекты.

Современная арт-терапевтическая практика свидетельствует, что для достиже­ния лечебных эффектов, связанных с фактором художественной экспрессии, боль­шое значение имеет как то, что предшествует созданию художественных образов, так и то, что за этим следует. Без прохождения клиентом этих этапов достижение лечебных эффектов арт-терапии было бы вряд ли возможным. Более того, в опре­деленных условиях и при работе с некоторыми клиентами изобразительная дея­тельность может быть совсем не связана с символообразованием и созданием фи­гуративных образов, что не исключает ее психотерапевтических эффектов. В этих случаях художественная экспрессия может быть связана с сенсорной стимуляци­ей, развитием моторики, достижением седативного эффекта за счет выхода «сы­рых аффектов» или развитием навыков психической саморегуляции за счет до­стижения контроля над материалами изобразительной деятельности.

Наблюдения за клиентом в ходе арт-терапевтического процесса позволяют уви­деть, что еще до создания художественных образов клиент использует изобрази­тельные материалы главным образом для непосредственного отреагирования сво­их чувств, потребностей и внутрипсихических конфликтов и достижения большей степени контроля над материалами, что позволяет ему в той или иной мере орга­низовать свои психические процессы и структурировать поведение. Во многих слу­чаях большая роль при этом принадлежит психотерапевту, который не только фа-силитирует эмоциональную экспрессию клиента, но и организует его действия. Простое манипулирование с материалами и создание «нечленораздельной изо­бразительной формы» (по выражению Р. Саймон) способствуют удерживанию энергии аффектов и создают предпосылки для постепенной трансформации «сы­рого» психического материала в более высокоорганизованные формы психической деятельности. Большое значение имеет и то, что фокусировка на изобразительной работе и различных видах манипуляций с материалами является одним из средств психологической защиты клиента.

Кроме того, наблюдения за арт-терапевтическим процессом указывают на то, что работа клиента с изобразительными материалами даже в отсутствие символо-образования и создания завершенных художественных образов является основой для его взаимодействия с психотерапевтом и установления с ним эмоционального резонанса (раппорта), а также поддержки клиента со стороны психотерапевта.

Важная роль принадлежит при этом игровым элементам художественной экс­прессии, связанным с разными этапами процесса психического развития и видами игровой деятельности (так называемыми «сенсомоторными», «символическими» играми и играми «с правилами», Piaget, 1951). Несомненно, что проявление дан-


Глава 3. Основные факторы психотерапевтического воздействия в арт-терапии 53

пых игровых элементов художественной экспрессии так или иначе сопряжено с разнообразными телесными реакциями, использованием клиентом драматизации, ролевой игры и диалогов, в ходе которых он -«общается* с материалом и образами, а через них — с разными аспектами своего внутреннего мира.

Кроме того, большое значение имеет все то, что происходит в ходе арт-терапев-тической работы, после того как клиент завершает создание образа. Неслучайно некоторые арт-терапевты обращают внимание на различные виды манипуляций клиентов с созданной ими изобразительной продукцией (Schaverien, 1992). Мно­гие специалисты рассматривают те или иные виды последующей работы клиента с созданной им изобразительной продукцией, очень важной для достижения пси­хотерапевтических эффектов. К этим видам работы относятся художественные описания, драматическая импровизация на основе созданных изобразительных об­разов, перформансы или ритуалы, передача образа через движение и танец, работа с голосом, музыка и т. д. (см., в частности, MacNiff, 1992). Хотя все эти виды твор­ческой экспрессии традиционно связываются с музыкальной терапией, драмате-рапией и терапией движением и танцем, в настоящее время становится все более очевидным то, что они могут быть органически связаны с художественной экс­прессией и представляют собой различные грани единого процесса. С учетом всего этого было бы ошибочно рассматривать фактор художественной экспрессии в от­рыве от всего комплекса поведенческих проявлений и переживаний клиента и са­мого психотерапевта, а также тех сложных коммуникативных процессов, которые осуществляются как между разными элементами внутренней реальности клиен­та, так и между ним, изобразительными материалами/продукцией, психотерапев­том и окружающим их «интертекстуальным пространством». Поэтому использо­вание системного описания художественной экспрессии представляется наиболее оправданным. Попытка такого описания будет сделана в следующей главе, посвя­щенной анализу динамики арт-терапевтического процесса.

Резюме

Становление и развитие арт-терапии свидетельствуют о наличии разных точек зрения на природу и механизмы художественного творчества. Для ранних арт-терапевтических подходов характерно преимущественное внимание к созданию символических образов и связанным с ними феноменам сублимации (Фрейд), «трансцендентной функции» психики (Юнг) и «носстановления утраченного объекта» (Клейн). Дальнейшее развитие психодинамического подхода и других направлений психологии и психотерапии позволило значительно расширить диапазон различных видов теоретического обоснования психотерапевтического воздействия художественной экспрессии.

Развитие арт-терапии связано с постепенным включением в поле зрения специалистов всего комплекса поведенческих проявлений и переживаний клиента и психотерапевта и связанных с художественной экспрессией разнообразных коммуникативных процессов, протекающих между клиентом, изобразительными материалами (продукцией), психотерапевтом и «интертекстуальным пространством». В число этих коммуникативных процессов


54 Часть I. Основные понятия. Концепция системной арт-терапии

входят и те, которые протекают до и после самого создания художественного образа.

• Накопленные за последние годы и основанные на наблюдениях за арт-терапевтической работой данные свидетельствуют, что художественная экспрессия в арт-терапии представляет собой сложный, динамический, состоящий из ряда этапов процесс, на течение которого влияют различные внутренние и внешние факторы. С учетом всего этого использование системного подхода для описания процесса художественной экспрессии представляется наиболее обоснованным.

Фактор психотерапевтических отношений

Как следует из приведенного в первой главе определения арт-терапии,


работа клиента с изобразительными материалами в арт-терапевтическом процессе протекает в присутствии соответствующим образом подготовленного специалиста, способного выступать в качестве посредника в диалоге» клиента со своей изобразительной продукцией. Таким образом, психотерапевт вступает с клиентом в определенные, опосредованные изобразительной деятельностью клиента отношения. История развития арт-терапии свидетельствует о постепенном признании той роли, которую играют эти отношения в арт-терапевтическом процессе, и стремлением их обосновать с тех или иных позиций. Первоначально это делалось главным образом с использованием психоаналитических представлений; в дальнейшем с этой целью стали применяться иные теоретические модели, связанные с гуманистической психологией и психотерапией, групповой динамической и семейной психотерапией, социальные теории и т. д.

В настоящее время фактор психотерапевтических отношений рассматривается в качестве одного из наиболее значимых факторов психотерапевтического воздействия, независимо от конкретной модели или формы психотерапии (Фицдже-ральд,2001).

Применительно к арт-терапевтической работе фактор психотерапевтических отношений связан прежде всего со следующими функциями психотерапевта:

созданием атмосферы высокой терпимости и безопасности, необходимой для свободного выражения клиентом содержаний своего внутреннего мира — как в художественной работе, так и иных формах экспрессивного поведения;

структурированием и организацией деятельности клиента, достигаемых за счет формирования определенной системы правил его поведения, фокусировки его внимания на изобразительной работе, регулирования количества и качества используемых клиентом материалов, его обучения определен


Глава 3. Основные факторы психотерапевтического воздействия в арт-терапии 55

для «диалога* с клиентом, осуществляемого как напрямую — с использо­ванием вербальных и невербальных средств коммуникации, так и опосре­дованно изобразительными материалами и продукцией;

• использованием психотерапевтом различных интервенций, призванных оказать клиенту эмоциональную поддержку, фасилитировать выражение им своих чувств и мыслей и помочь ему в осознании содержания изобрази­тельной продукции и ее связи с особенностями его личности, проблемами и системой отношений.

Следует отметить, что психотерапевтические отношения в арт-терапии имеют свою динамику и особенности, что связано с тем, что они опосредуются изобра­зительной деятельностью клиента. С учетом этого можно говорить о стадийном характере этих отношений, тесно связанном со стадийным характером процесса художественной экспрессии, но в ТО же время отражающем ту динамику измене­ния и развития отношений клиента и специалиста, которая характерна для других форм психотерапии.

На психотерапевтические отношения оказывают влияние разные факторы — особенности личности и мировоззрения клиента и психотерапевта; их установки и взаимные ожидания от совместной работы; их пол, возраст, культурный ипыт; ха­рактер заболевания клиента и его проблем; наличие у него опыта предыдущей пси­хотерапевтической работы а общения с другими специалистами; взаимоотношения в семье клиента; институциональная динамика, продолжительность и условия про­ведения арт-терапии; частота и продолжительность сессий и используемые специ­алистом конкретные методы арт-терапии и формы интервенций; а также социаль­ный, политический, правовой и культурный контексты работы и иные факторы.

Большое значение имеют профессиональные умения, опыт психотерапевта и его личностные особенности, делающие его внутренне готовым к установлению с клиентом психотерапевтических отношений. В связи с этим хотелось бы проци­тировать Д. Фицджсральда, который отмечает, что «психотерапевты, обладающие достаточной эмпатией, заинтересованностью в судьбе своих пациентов, способные пробудить в них чувство уважения к себе и веру в благоприятный исход лечения, способны установить с ним психотерапевтический альянс, при котором здоровое и разумное начало, заключенное в личности пациента, сможет лишь укрепляться... Мы являемся экспертами в своем деле, но при этом не стремимся опекать других и признаем, что пациенты знают о многих вещах больше, чем мы сами* (Фицдже-ральд,2001,с. 78)

Многие современные арт-терапевты опираются в своей работе на представле­ния психодинамического подхода для обоснования психотерапевтического воз­действия их отношений с клиентом, пользуются понятиями переноса и контрпе­реноса. Понятия переноса и контрперепоса, как известно, обозначают как неосо­знаваемые, так и частично осознаваемые реакции клиента, возникающие у него в присутствии психотерапевта, а также аналогичные реакции психотерапевта, воз­никающие у него в присутствии клиента. В отличие от ранних психоаналитических представлений, в соответствии с которыми перенос и контрперенос рассматрива­лись в основном как неосознаваемые реакции, значительная часть современных ав-


Дата добавления: 2015-02-10; просмотров: 19; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.01 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты