Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника


Политический режим: понятие, типы. Характеристика политического режима современной России.




В науке конкурируют в основном два подхода в трактовке режима: юридический, делающий акцент на формальные нормы и правила отправления власти институтами государства, и социологический, опирающийся на анализ тех средств и способов, с помощью которых осуществляется реальная публичная власть и которые в той или иной мере обусловлены социокультурными традициями, системой разделения труда, характером коммуникаций и т.д.

2й подход - Соловьев: совокупность наиболее типичных методов функционирования основных институтов власти, используемых ими ресурсов и способов принуждения, которые оформляют и структурируют реальный процесс взаимодействия государства и общества. Как подчеркивают Г. Доннел и Ф. Шмиттер, режим – это совокупность явных или скрытых структур, «которые определяют формы и каналы доступа к ведущим правительственным постам, а также характеристики [конкретных] деятелей, ...используемые ими ресурсы и стратегии...»

По определению Л. Сморгунова, «политический режим представляет собой единство формальных, политико-правовых институтов и неформальных норм и отношений, образующих конкретно-историческую систему осуществления государственной власти и управления».[3] Из определения термина можно выделить две основные составляющие политического режима: характеристики формальных институтов и характеристики неформальных правил игры.

По мнению многих ведущих теоретиков, стабильность, позволяющая добиваться повышения управляемости общественных процессов, является наиболее важной характеристикой не только политического режима, но и социального порядка в целом.

существуют стабильные, среднестабильные и крайне нестабильные режимы.

К факторам нестабильности относятся: культурные и политические расколы в обществе; невнимание к нуждам граждан со стороны государства; острая конкуренция партий, придерживающихся противоположных идеологических позиций; предложение обществу непривычных идей и форм организации повседневной жизни.

Американский ученый Д. Сандрос пришел к выводу, что нестабильность прямо пропорциональна действию таких факторов, как рост урбанизации и перенаселения; индустриальное развитие, которое разрушает естественные социальные связи; ослабление механизмов социально-политического контроля; торговая и финансовая зависимость страны от внешних источников. В то же время она обратно пропорциональна уровню легитимности режима; развитости политических институтов; повышению социально-экономической мобильности, темпам экономического развития; совершенствованию сети политических коммуникаций; консенсусу внутри элиты и прочим аналогичным факторам.

В качестве основных типов политического режима исследователи выделяют:

1. демократический политический режим.

Основные характеристики.

Ÿ согласно Х. Линцу и А. Степану: ответственный плюрализм, социальный и экономический плюрализм, приверженность гражданским принципам и правилам конкуренции, уважение прав меньшинства, законности и ценности личности, низкая мобилизация при понимании ценности высокого уровня участия, терпимость к мирной, соблюдающей правила оппозиции, лидеры меняются периодически по итогам свободных выборов, власть их ограничена конституционно.

Ÿ по представлению Л.В. Сморгунова: субъект управления представлен иерархической структурой политических институтов и руководящих должностных лиц, избранных народом и сменяемых им, предполагает вертикаль государственной власти, идущая как сверху вниз, так и снизу вверх, что предполагает контроль общества над властными структурами.

2. авторитарный политический режим.

Основные характеристики.

Ÿ согласно Х. Линцу и А. Степану: ограниченный, безответственный плюрализм, может присутствовать социальный и экономический плюрализм, нет четко разработанной руководящей идеологии, нет политической мобилизации, кроме исключительных случаев, власть лидера (малой группы правителей) ограничена вполне предсказуемыми, но плохо определенными нормами.

Ÿ по представлению Л.В. Сморгунова: власть в государстве принадлежит определенному лицу или группе, власть заинтересована в осуществлении одностороннего влияния на общество и в недопущении общественных структур к принятию важных политических решений.

3. тоталитарный политический режим (хотя вопрос о выделении тоталитарного политического режима в качестве самостоятельного является спорным вопросом).

Основные характеристики.

Ÿ по мнению Х. Линца и А. Степана: нет политического плюрализма – партия обладает полной монополией на власть, наличие руководящей и направляющей идеологии, описывающей достижимую в будущем утопию, экстенсивная мобилизация в большое число созданных режимом организаций, большая непредсказуемость лидерства, рекрутирование на высшие посты зависит от приверженности и успешной карьеры в парторганизации.

 

Еще можно посмотреть про: Типология промежуточных форм посткоммунистических режимов. Российский вариант «авторитарной ситуации» и мировой опыт (теоретические конструкции Б. Капустина, А. Галкина, Ю. Красина).

Тезисы о «гибридности» политического режима и их методологическое обоснование (модель «делегативной демократии» Г. О’Доннелла, модель Ф. Шмиттера, «режимная система Р. Саквы; российская модель «неконсолидированной моносубъектности» Л. Шевцовой, И. Клямкина и др.). Возможности построения динамической модели российской политической трансформации (В. Гельман).

Популяризация транзитологической парадигмы в России. Аналитическая модель как универсальная объяснительная конструкция. Публицисты и аналитики об «управляемой» и «суверенной» демократии в современной России (В. Третьяков, А. Мигранян, В. Никонов, В. Лысенко и др.).

 

Политический режим периода пребывания на посту президента РФ Б.Н.Ельцина характеризовался исследователями как переходный к демократическому (к примеру, Рой Медведев). Хотя по этой позиции нет единого мнения. Естественно, что разрушение старой советской системы делало возможным и отчасти обоснованным предположения о складывании принципиально новой для истории России тенденций – развитие основ демократии, готовность к осуществлению радикальных реформаторских шагов и реформ.

Важной чертой этого периода стало развитие принципов федерализма – одного из основных черт демократического общества и политической системы. Исследователь И.М. Бусыгина указывает, что «президент в течение ряда лет балансировал между интересами регионов и интересами федерального центра, как правило, склоняясь в сторону уступок регионам».[4] Стоит отметить, что распределение полномочий центра и регионов (пусть и вызванное слабостью Власти) свидетельствовало о включении в политическую систему принципа федерализма.

Личность Б.Н. Ельцина и политический режим в России 1993-1999 г. Характеристика политического режима Б. Ельцина в политической науке (демокрадура, «суперпрезидентское самовластие», безвластный суперпрезидентский режим, выборная монархия и т.д.) Проблема гибридности политического режима Б. Ельцина.

 

Лилия ШЕВЦОВА. ОТ РОССИИ ЕЛЬЦИНА К РОССИИ ПУТИНА (ЭВОЛЮЦИЯ ВЫБОРНОЙ МОНАРХИИ)

Новый российский лидер Владимир Путин продемонстрировал сложную взаимосвязь между преемственностью и резким обрывом связи с недавним прошлым. Он не только изменил привычный баланс политических сил в нынешнем обществе и конфигурацию самой власти, но и рискнул пойти на демонтаж важнейших элементов ельцинской политической постройки, тем самым породив новые тенденции в развитии страны. В то же время он не отверг основной принцип ельцинского режима – принцип нерасчлененной, монолитной власти, сделав акцент на его усилении, тем самым возвращая нас к давней российской традиции моносубъектного правления.

При оценке ельцинского наследия будем исходить из того, насколько политика Кремлевского лидера ведет к укреплению либерально-демократических начал в российской жизни, какова цена его реформаторской деятельности.

Ельцин с самого начала был одновременно и разрушителем и консерватором, и только соединение этих двух ролей позволило ему, с одной стороны, предотвратить полный и неконтролируемый обвал старой системы, но, с другой – не дать обществу возможности последовательно двигаться по пути либерально-демократических преобразований. в решающий для новой России момент, в конце 1991 года, когда у власти утвердилась российская элита во главе с Ельциным, общество все еще переживало революционный подъем и было полно надежд на обновление. Оно было готово идти на немалые жертвы во имя нового будущего. Основные структуры партийно-номенклатурной системы, включая и силовые институты, были ослаблены либо находились в стадии саморазрушения. Идеи демократии были поддержаны самыми разными социальными слоями.

Но в то же время существовало гораздо больше факторов, которые осложняли движение России к либеральной демократии. Так, периоду демократизации в России не предшествовал успешный период декомпрессии, либерализации, который, скажем, в Польше и Венгрии облегчил расставание с коммунистическим прошлым. Процесс посткоммунистической трансформации осложняла необходимость одновременно строить новое государство, проводить демократизацию и создавать рыночную экономику – средства решения этих задач нередко противоречили друг другу. Еще больше затрудняло реформы стремление самых разных сил, включая и демократов, сохранить за Россией статус ядерной сверхдержавы, который, между прочим, базировался на элементах старой системы (в первую очередь на мощном военно-промышленном комплексе) и советской ментальности. Играло свою роль и то, что в российском обществе не возникло чувство поражения в отношении предшествующего строя и прежнего государства, которое в свое время в других странах (например, в Германии и Японии после Второй мировой войны) облегчило их включение в западную систему координат. Отнюдь не благоприятствовало реформам в России и сохранение амортизационной подушки в виде мощного сырьевого комплекса, который вел к сохранению прежних механизмов экономического развития и позволял оттягивать момент радикальных экономических реформ.

Разумеется, на ход трансформации повлияла и личность самого Ельцина: груз его политического опыта, его ментальности и привычек, его образование, его амбиции и устремления. Нет сомнений в том, что, по крайней мере вначале, он искренне стремился к возрождению России в качестве цивилизованного члена западного сообщества и был готов поддержать далеко идущие шаги по реформированию плановой экономики. его идеалом была персоналистская модель правления, в которой с самого начала просматривались отчетливые монархические черты, причем византийского характера. Ельцин никогда не понимал целесообразность и необходимость существования оппозиции, политического плюрализма, механизмов сдержек.

Не менее существенным для судеб трансформации в России было и то, что команда молодых реформаторов, которую призвал Ельцин в 1991 году, с самого начала сделала упор не на создание демократических институтов и механизма сдержек и противовесов, а на персоналистское лидерство Ельцина, на так называемую “президентскую вертикаль”.

В результате ельцинского правления в России возник гибридный, смешанный режим, в котором можно увидеть и демократические, и авторитарные, и олигархические элементы и который условно можно определить при помощи метафоры “выборная монархия” либо “выборное единовластие”. Российская власть опирается на одобреную в ходе референдума 1993 года конституцию. Но стоит подчеркнуть, что эта конституция является не следствием общественного договора между властью и обществом и даже не следствием соглашения-пакта между различными политическими силами, а результатом победы одной силы, ликвидировавшей своих противников и предложившей обществу свои правила игры, а также использовавшей все ресурсы государства, для того чтобы обеспечить одобрение этих правил. Эта власть получает легитимацию в ходе регулярных и относительно свободных выборов, что нередко вводит в заблуждение исследователей, которые в этом факте видят подтверждение демократизма российского режима. Но действует эта власть, исходя из интересов узких олигархических группировок, и нередко обращается к авторитарным или полуавторитарным методам. Сам факт смешения в структуре режима противоположных по своей сущности элементов, с одной стороны, придает этому режиму определенную пластичность, создает ему возможность эволюционировать в разных направлениях – как в сторону более определенной демократии, так и в сторону откровенного авторитаризма. Но, с другой стороны, гибридный политический режим в России сам воспроизводит напряженность и нестабильность, не имея возможности разрешить внутренний конфликт между демократической легитимацией власти и полуавторитарным, полумонархическим характером ее функционирования.

В посткоммунистической России на волне демократических ожиданий удивительным образом была воспроизведена модель власти, которая с теми или иными модификациями существовала здесь на протяжении столетий. Эта власть опирается на Лидера-Арбитра, стоящего над схваткой и регулирующего отношения между традиционными блоками российской политической реальности – региональным, силовым, идеократическим и бюрократическим. Данный тип власти концентрируется исключительно на проблеме своего воспроизводства, и потому вопрос преемственности, поиска наследника и гарантий последующей безопасности для ее представителей является решающим.

демократическая легитимация. Последняя оказывается не только важнейшим средством выживания власти.

Не приспособленная для конструктивного созидательного процесса, не имеющая видения перспективы, занятая осуществлением групповых интересов власть была заинтересована в продлении революционного периода до бесконечности. А это предполагало сохранение компартии в качестве основной оппозиционной силы и использование антикоммунистической риторики для консолидации общества, а также постоянный поиск врагов и “козлов отпущения”, на которых можно было бы сбросить ответственность за провалы и неудачи.

Еще одной отличительной чертой ельцинского режима является его неспособность, несмотря на все те огромные полномочия, которыми обладает президент, к эффективному осуществлению решений. Механизм силового обеспечения выполнения решений (который действовал на прежних этапах единовластия) уже не работает, а механизм правового обеспечения так и не был создан. В результате президент был вынужден постоянно обращаться за помощью к группам влияния либо создавать новые за счет раздачи властных полномочий и собственности в обмен на поддержку и лояльность. Показательным примером явилось включение Ельциным в процесс принятия решений представителей теневых групп и массовая раздача государственной собственности (через залоговые аукционы) в качестве благодарности за поддержку на выборах 1996 года.

исключительная роль всевозможных неформальных либо полуформальных и аппаратных центров принятия и лоббирования решений. С одной стороны, их существование (например, исключительная роль президентской администрации в осуществлении власти в ельцинской России) позволили узкой группе обновленного правящего класса довольно успешно лоббировать свои интересы. С другой – переток власти в теневые либо аппаратные структуры означал усиление патримониального правления, которое неизбежно должно вести к трению с новым, более плюралистическим и открытым обществом.

Несмотря на наличие глубокого внутреннего конфликта между демократизмом и авторитарностью, ельцинский режим оказался удивительно устойчивым, способным к приспособлению относительно меняющейся реальности. Его самосохранению способствовало отсутствие политической оппозиции, готовой и способной к взятию власти, раздробленность политического класса и его неготовность противостоять правящей кремлевской группировке, возникновение развитой системы патернализма и сделок между различными социальными группами, пассивность общества и его уход в “серую зону”, то есть его выживание через существование разнообразных не всегда легальных экономических механизмов.

Не менее важную роль в самосохранении ельцинского режима играла созданная первым российским президентом атмосфера, при котором власть давала обществу возможность развиваться и выживать самостоятельно, фактически не ограничивая его движение, заботясь лишь о своих собственных интересах.

Либеральная и демократическая риторика Кремля давала ему возможность сохранять относительно цивилизованный облик, что было важно в отношениях с Западом, и одновременно предотвращала возникновение серьезной либеральной оппозиции. Кроме этого ельцинский режим сумел создать для себя довольно устойчивую социально-политическую базу, в которую входили группировки с внешне противоположными интересами: прагматики-сырьевики, либералы-технократы, силовики-государственники.

по мере политического угасания Ельцина, усиления его неадекватности, его неспособности решать управленческие вопросы все более очевидно проявлялись признаки деградации выборной монархии: президент все больше ограничивал свои контакты с внешним миром и в своей политике начал опираться на узкое окружение, которое стало играть роль двора. неизбежным становилось усиление роли фаворитов, которые стали играть роль наместников и серых кардиналов. А вскоре наступила и очередь родственников Ельцина. Возник феномен так называемой “Семьи”, которая стала решающим фактором в российской политике начиная с 1996 года.

Несмотря на свою гибкость, ельцинский режим, однако, оказался неготовым к разрешению серьезного политического и экономического кризиса. Осенью 1998 года Россия оказалась перед угрозой обвала власти. Ельцин в целях выживания пошел на неожиданный эксперимент, который лишь доказывает отчаянность его положения: он согласился на формирование в России системы двойного лидерства, возложив ответственность за текущее развитие на премьера (им стал Евгений Примаков), который получил поддержку парламента. Впервые за всю историю прежде монолитная власть в России оказалась расчлененной. Но в обществе не оказалось сил, которые бы заставили Ельцина и его окружение пойти на конституционное закрепление разделения власти.

«Паутина» (Л. Шевцова) как система противовесов между политическими элитными группами.

 

Перестройка президента Владимира Путина

Неожиданная массовая поддержка, которую получил и продолжает сохранять наследник Ельцина Владимир Путин (даже после трагедии с подлодкой “Курск” в августе 2000 года его поддерживали 65% опрошенных), объясняется в первую очередь тем, что он сумел стать символом, с одной стороны, преемственности для правящей группы, которая все еще контролирует важнейшие рычаги власти, с другой – гарантом обновления, прощания с эпохой Ельцина для значительной части россиян. Одновременно Путин стал олицетворением долгожданного Порядка для разочарованного и уставшего от ельцинских встрясок общества. Для одних порядок- это возвращение к стабильности в советском духе, для других – это умеренные реформы. Для одних порядок – это национализация приватизированной собственности, для других – это “нулевой вариант”, который означает отказ от любого пересмотра результатов ельцинской экономической реформы и мирное подведение черты под прошлым.

Для того чтобы прежняя правящая группа согласилась на добровольную передачу власти, ей были необходимы гарантии несменяемости сформированных Ельциным правил игры и, судя по всему, такие гарантии от Путина правящая группа получила. Но ему нужно было пойти на решительные меры по обновлению режима, а также по смене его прежней базы и ближайшего кремлевского окружения. В противном случае Путин не имел никаких шансов удержать в сфере своего влияния тех, кто надеялся на обновление, а это было большинство российского общества.

Так что рано или поздно Путин должен был начать демонтировать ельцинский режим выборной монархии. Но при этом перед ним было несколько вариантов ее реорганизации. Путин пошел по пути – он сделал ставку на создание механизма “приводного ремня”, формирование более четкой и последовательной системы подчинения сверху донизу, на ликвидацию ельцинской практики теневых сдержек, а также атмосферы взаимного попустительства. Не ликвидируя сам принцип выборного самодержавия, Путин сделал попытку придать этому режиму вертикальное обеспечение, стройность и ясную проходимость решений, которые не должны обсуждаться, а должны выполняться, причем по-военному, без напоминаний.

Целый ряд предпринятых им на первом этапе своего правления шагов укладывается в рамки именно такого – “вертикального”, назначенческого понимания власти. Это и попытки ограничить строптивость независимых СМИ, ослабить их критику власти и одновременно усилить за ними государственный контроль. Это и начатая им реформа отношений центра и регионов, которая ведет к большему подчинению региональных лидеров центру, а также усилению унитарных элементов в функционировании Российской Федерации. РЕФОРМЫ (см. ниже)

Немаловажным компонентом нового режима является и усиление влияния на процесс принятия решений представителей силовых структур, и в первую очередь спецслужб, которые начали привносить в политический процесс вполне определенные стереотипы ментальности и политического поведения: подозрительность к инакомыслящим, попытки ограничить свободу оппозиции, подчинить все институты воле президента.

Если судить по внешним показателям, то можно констатировать несомненные успехи Путина в зачистке политического поля и приручении всех политических сил. Путин превратился в основной системообразующий фактор российской политики в том смысле, что все остальные субъекты политики теперь вынуждены зависеть от его действий и их функция сводится в основном к реагированию на действия Кремля.


Поделиться:

Дата добавления: 2015-04-18; просмотров: 112; Мы поможем в написании вашей работы!; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2024 год. (0.007 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты