Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



ISBN 5-699-00510-2 © Издательство «Сова», 2001 16 страница. «Первичные слова Я—Ты могут быть высказаны только целостным существом




Читайте также:
  1. A XVIII 1 страница
  2. A XVIII 2 страница
  3. A XVIII 3 страница
  4. A XVIII 4 страница
  5. ANDREW ELIOT’S DIARY 1 страница
  6. ANDREW ELIOT’S DIARY 2 страница
  7. ANDREW ELIOT’S DIARY 3 страница
  8. ANDREW ELIOT’S DIARY 4 страница
  9. ANDREW ELIOT’S DIARY 5 страница
  10. Bed house 1 страница

«Первичные слова ЯТы могут быть высказаны только целостным существом... Когда человек говорит Ты, он ничего не имеет в качестве своего объекта... Он обретает свой статус в отношениях... Ты не имеет пределов (во взаимоотношениях ЯТы). Никакая фальшь сюда не проникает; здесь колыбель Подлинной Жизни» (Buber, 1937, р. 3, 4, 7).

Когда преданность и привязанность достигаются таким способом, какой мне в конце концов удалось сформулировать, тогда, я верю, они становятся той колыбелью, в которой могут начать свое развитие подлинные близкие взаимоотношения.

Общение

Какой клубок разноречивых и противоречивых представлений ассоциируется с этим словом! Что оно только не означает! «Передай мне масло». Это общение, причем такое, дальше которого у многих супругов дело не идет. «Мама всегда говорила, что ты — скотина, и так оно и есть!» Это тоже нужно рассматривать как общение, и подобные обвинения, суждения, оценки способны, наверное, повредить взаимоотношениям больше, чем любой другой известный мне фактор. Или вспомним Сильвию, молча, без единого слова, любовно проводящую своими длинными волосами по спине Роя — это ведь тоже общение, как и безропотный взгляд, или брезгливая мина, или защитное движение первой жены Хэла, когда он хотел поцеловать ее. Невербальное общение бывает весьма выразительным.

Так что утверждать, что в браке должно быть достаточно общения, — это, в сущности, почти ничего не сказать. В любом браке, к счастью или к несчастью, происходит какое-то общение, вербальное или невербальное. И все же в этих наслоениях смыслов я обнаружил нить развития, значительно повышающего шансы на прочность отношений, на счастье. Давайте посмотрим, смогу ли я вытянуть ее, чтобы внести ясность, — прибегая, вероятно, к примерам не только положительным, но и отрицательным.


Приверженность процессу совершенствования взаимоотношений (то, что я недавно попытался сформулировать) в каком-то смысле является основой для лучшего способа общения. Однако общение обусловлено многими компонентами.

Повторяющиеся чувства

Я, пожалуй, приведу самый заурядный пример. Мужу давно не нравится, как его жена выглядит во время завтрака, — неумытая, в мятом халате, с бигуди на голове. Если он будет постоянно копить в себе эти чувства, они однажды найдут свой выход — скорее всего, в виде раздраженного упрека, например: «Почему ты по утрам вы-глядишь как ханыга?» Однако если он в достаточной мере отдает себе отчет в том, какие чувства возникают у него внутри, тогда после нескольких повторов этого своего ощущения он сможет выразить суть дела с точки зрения того, что происходит с ним: «Знаешь, я понял, что мне не нравится, как ты выглядишь по утрам». Это, безусловно, вызовет отклик, и, хотя не исключено, что последующее общение будет не слишком приятным, каждый из супругов сможет многое узнать о другом, если им удастся и дальше говорить только о своих чувствах, а не упрекать друг друга. Это не фокус и не психологическая техника — в таком качестве этот стиль общения привел бы к полному провалу. Но если основываться строго на внутренней установке: «Я хочу рассказать тебе о себе и о своих чувствах, даже если не все они положительны», — тогда практически можно гарантировать конструктивное продолжение.



Риск

Такое общение всегда предполагает риск. Вы раскрываете до тех пор неизвестную — и потому уязвимую — грань самого себя. Когда женщина, набрав в грудь воздуха, решается рискнуть и говорит своему партнеру: «Не знаю, в ком тут дело, в тебе или во мне самой, но я, в сущности, не


получаю настоящего удовлетворения от наших сексуальных отношений», — она тем самым совершает два поступка. Она подвергает риску сами взаимоотношения ради возможности их развития, а также раскрывает опасливо прячущуюся часть своего «Я», которая может быть отвергнута, или неверно истолкована, или превращена в мишень для обвинений, — словом, ставит взаимоотношения на кон. Однако опровергнуть ее высказывание невозможно. Только она сама может знать, насколько оно соответствует действительности. И оно может стать исходным фактом, перед которым поставлен каждый из супругов и который побуждает их к глубокому общению.

В предыдущих главах мы видели немало тому примеров. И Дик, и Гейл с такой легкостью умеют упрекать друг друга, но, выражая собственные чувства, связанные с сексом, встречают сочувствие и понимание партнера (глава 2). Ирен, отчаянно, всеми способами пытавшаяся создать ложный образ самой себя, в том числе с помощью имитации оргазма, постепенно приходит к умиротворенности, рассказав обо всех ужасах, которые видит в самой себе, и в ответ находит лишь любовь (глава 5).

У такого предельно уязвимого общения существует один эффект, в который большинство людей просто не могут поверить, пока сами с ним не столкнутся. Он заключается в том, что раскрытие самых глубоких чувств, которые только можно найти в своем «Я», почти неизбежно вызывает в ответ аналогичную откровенность. Когда Пег рассказывает своему мужу все, что может, о том, какая она ужасная, он в ответ делится чувствами, которые испытывагт к самому себе, и она обнаруживает, что «он тоже адски мучился» (глава 1). После такого общения остается огромный задел волнующих и впечатляющих открытий, на которые можно опираться, чтобы совершенствовать процесс взаимоотношений.



Одна из самых счастливых особенностей того стиля общения, о котором я говорю, состоит в том, что такое общение может начать один из партнеров. Это, конечно, требует отваги, но это возможно.


Вот чем закончилась моя попытка как можно лаконичнее сформулировать различные трудноуловимые тонкости второй нити, ведущей к развивающемуся партнерству. И опять же, это далеко не случайное высказывание.

«Я подвергну себя риску, стараясь раскрыть своему партнеру любые постоянно возникающие у меня чувства, позитивные или негативные, во всей глубине, какая только доступна моему собственному пониманию, в качестве живой, актуальной части меня самого. Затем я продолжу рисковать, приложив всю свою способность к сопереживанию, чтобы понять его или ее отклик, — окажется ли он обвинительным и критическим или сочувственным и откровенным».

Я бы хотел сократить и это высказывание, однако моя привычка к систематическому мышлению требует от меня учета всех мыслимых ситуаций. Как бы то ни было, я убежден, что вы обнаружите — ив этой книге, и в окружающей вас жизни, — что в тех случаях, когда наблюдается, хотя бы в зачаточном виде, это сложное явление откровенного, рискованного, внимательного общения, шансы на развивающиеся, раскрепощающие взаимоотношения неизмеримо возрастают. Особенно это заметно на примере третьего брака Ирен, а также брака Эрика и Денизы, но это должно прослеживаться и в любых взаимоотношениях, имеющих тенденцию перейти в режим процесса, то есть динамики, а не статики. Чем меньше скрытого остается во взаимоотношениях (копание в прошлом не в счет), тем лучше подготовлена почва для изменения и развития. И один из партнеров способен ввести этот мяч в игру, хотя, если общение долгое время продолжается в качестве игры в одни ворота, перспективы развития становятся сомнительными.

Отмирание социальных ролей

Один из факторов, который, как мы видели, может играть и положительную, и отрицательную роль в зависимости от придаваемого ему значения, — это набор


социальных ожиданий, присущих данной культуре или субкультуре. Жизнь, выстроенная согласно ролевым ожиданиям, представляется полностью не совместимой со взаимоотношениями, которые к чему-то движутся, находятся в процессе развития. Будем ли мы говорить о женщине из Тепоцтлана, покорной своему мужу, потому что это само собой разумеется, или о Джоан, вышедшей замуж за Макса, потому что этого ждали от нее родители и друзья, или о Дике и Гейл, которые после свадьбы внезапно обнаружили, что очутились в новых «ящиках», сколоченных не ими самими, в любом случае мы будем говорить о взаимоотношениях, которые статичны или катятся в пропасть.

Итак, в тех брачных союзах, которые стремятся к тому, чтобы стать гармоничными и успешными, ролевые ожидания имеют все меньшее и меньшее значение, пока, как в случае Эрика и Денизы, не исчезают практически полностью. Следовать (в большей или меньшей степени слепо) ролевым ожиданиям со стороны родителей или религии, своей культуры означает привести к краху специфически идущий процесс развивающихся взаимоотношений.



Это не значит, что все подобные ожидания сами по себе «плохи». В самом деле, человек может по зрелом размышлении выбрать такой образ действий, который его родители тоже считают мудрым. Но он делает это потому, что он так выбрал, а не потому, что этого ждут от него родители. И в связи с этим возникает одна хитрость: действительно ли ваши собственные чувства, ваши «естественные ритмы» склонили вас к такому образу действий или же вы дурачите самого себя, уверяя, будто бы таков ваш свободный выбор? Разобраться в своих чувствах не так-то легко. В сущности, на это уходит вся жизнь. Однако в той степени, в какой вы способны прислушиваться к собственному организму и двигаться в том направлении, которое представляется правильным и ему, и вам, в такой степени вы отходите от поведения,

9 - 5001


определяемого ролевыми ожиданиями. И в той же самой степени вы приближаетесь к сложности подлинных взаимоотношений, к гармонии совместной жизни, которая совсем не так проста, как жизнь в соответствии с ролевыми ожиданиями, но которая гораздо более удовлетворительна. Итак, на мой взгляд, это еще одна нить, объединяющая те взаимоотношения, которые находятся в процессе становления. Партнеры не позволяют себе следовать шаблону ролевых ожиданий, какими бы авторитетными те ни казались: «Мы будем жить в соответствии с собственным выбором, с самыми глубокими ощущениями нашего внутреннего существа, на какие мы только способны, но мы не будем подстраиваться под те пожелания, предписания и социальные роли, которые окружающие с таким усердием нам навязывают».

Становясь самостоятельной личностью

Во взаимоотношениях, представляющих собой процесс, один из самых важных факторов, ответственных за их подлинное развитие, может показаться и одним из самых парадоксальных. Суть дела заключается в следующем: когда каждому из партнеров удается в большей степени стать самостоятельной личностью, взаимоотношения становятся более гармоничными. Это почти то же самое, что сказать: чем независимее вы становитесь, тем больше появляется шансов на прочность вашего союза. Не следует это воспринимать слишком буквально, ведь очевидно, что точно так же может произойти и обратное. Однако почти каждый пример в нашей книге служит тому подтверждением. Живые взаимоотношения образованы двумя людьми, каждый из которых обладает собственной индивидуальностью, ценит ее и развивает. Лучше всего это иллюстрируется примером Эрика и Денизы. Когда Дениза делает первые запинающиеся шаги, уходя от прежнего своего несамостоятельного существа, сформированного ее родителями или Эриком, их брак выигрывает в своем развитии. По мере


того как она превращается в сильную и независимую личность, каждый шаг в этом направлении идет на пользу взаимоотношениям. Но что это означает — стать самостоятельной личностью? Попробую сформулировать, что это означает для меня.

Выявление собственного «Я»

В первую очередь это значит, что он/она (замучи этот мужской/женский род местоимений!) все время старается приблизиться к своему внутреннему существу, к большей близости и осведомленности — с тем и о том, что происходит внутри него самого. История Джоан — короткий и драматический пример того, как женщина узнает — слишком поздно для ее первого брака, — что у нее существуют чувства и что им вполне можно доверяться (см. главу 1). Каждый индивидуум, в конце концов, обнаруживает, что его внутренние ощущения настолько сложны и разнообразны, что вызывают совершенно различные реакции — от неконтролируемых и «сумасшедших» до стабильных и социально одобряемых.

Признание самого себя

Человек приходит к признанию в качестве подлинной части самого себя всей этой изменчивой сложности — этой безумной мозаики своих особенностей, которых ему нечего стыдиться. Он начинает владеть собой — весьма ценное приобретение. Чем больше он владеет собой, тем больше он может быть собой. Чаще всего я наблюдал этот процесс во время психотерапии или групповых тренингов, однако с тем же успехом он мог бы происходить в нашей системе образования, если бы мы только осознали, что помогать личностям стать личностями — задача гораздо более фундаментальная, чем помогать им стать математиками или переводчиками с французского или кем-нибудь еще.


Итак, если участвующая во взаимоотношениях личность с приязнью смотрит на все свои ужасные, ненормальные, отвратительные, трогательные, симпатичные и сильные стороны, то она в большей степени пригодна для взаимоотношений. Ирен и Джо из главы 5 — классический пример, стоящий повторного чтения. Однако проследить, как медленно продвигается к успеху Дениза (см. главу 8) или Рой и Сильвия (см. главу 3), значит понять, какой это сложный, многолетний и многотрудный процесс. Он подтверждает как возможность причинения боли взаимоотношениями, так и восхитительный шарм их непредсказуемости. Когда две неповторимые личности живут вместе, в близости и общении, — это что-то!

Отбрасывание масок

Практически без слов ясно, что в этом процессе он и она отказываются от фасадов, брони самозащиты и притворства. Она — уже не испуганный недоразвившийся ребенок, прячущийся под маской искушенной светской женщины. Он может показаться живым экземпляром «мачо» (от исп. — мужчина, характеризующийся напускной напористостью, агрессивностью, доминантностью. — Прим. перев.), образцом сверхмужественности, сверхсилы, но ему нет нужды отгораживаться фасадом. Внутри он зачастую оказывается ребенком, беспомощным, нуждающимся в материнской опеке, точно так же как ей по временам нужна поддержка отца, которая так много значит для испуганной маленькой девочки. Каждый может быть таким, каким временами бывает, не опасаясь, что придется застыть в этой форме навеки. Я часто предлагаю людям быть добрыми, ласковыми и заботливыми по отношению к ребенку, который всегда живет у них внутри. И если моя партнерша тоже сможет любить этого мальчишку, часть меня, это будет вдвойне хорошо и заодно поможет мне быть тем мужчиной, каким я себя ощущаю.


Освоение ценностей

Каждый из партнеров развивает в себе то, что я назвал бы «внутренним оценочным центром». Этим я хочу сказать, что ценность или значение всего, переживаемого вами на опыте, определяются не тем, что говорит ваш партнер, не суждениями ваших родителей, не правилами вашей церкви, не привитыми в школе взглядами, но одним лишь «ощущением», возникающим на самых глубоких уровнях вашего существа. Например, все эти внешние влияния, которые я сейчас перечислил, могут клонить к тому, что имеющаяся налицо ситуация с вашим супружеским сексом правильна, законна и естественна и только доказывает любовь. Всё это вы знаете. И все-таки вы можете, в самых укромных уголках вашего существа, знать еще и то, что на самом деле это манипулирование одного партнера другим, что это лишь притворство, обман, не имеющие к настоящей любви никакого отношения. Коль скоро у вас есть внутренний центр оценивания, вы полагаетесь именно на такие суждения и именно они обусловливают ваше дальнейшее поведение. Тем самым также предполагается, что вами не управляют те «надо» и «нельзя», которые наша культура во всех ее аспектах с такой готовностью подставляет вместо ценностей, обнаруженных вами в себе и для себя.

Когда личность развивается во всех описанных мною направлениях, становясь самостоятельной и неповторимой, тогда человек представляет собой достойного партнера — не раба и не рабовладельца, не тень и не эхо, не всегда начальника и не всегда подчиненного, не самоуверенного типа «понятно, какой я» и, уж бесспорно, как указал Эрик, не того, с кем бывает скучно.

Развитие обоих партнеров

И наконец, усилия, направленные на пробуждение подлинного собственного «Я», настолько себя оправдывают, что почти неизбежно вы будете уговаривать и поощрять


своего партнера последовать вашему примеру и радоваться каждому сделанному им шагу. Так приятно развиваться вместе, жить двумя неповторимыми и сплетающимися жизнями!

Должен добавить, что в случае, когда это развитие самостоятельной личности происходит только с одним из партнеров, не поощряется и не культивируется в другом, тогда увеличивающаяся дистанция между партнерами может стать непреодолимой и взаимоотношения, катящиеся прямо в пропасть, сможет спасти разве что чудо.

«Возможно»

Я хотел бы предложить, как и в предыдущих разделах, свою личную формулировку этого последнего фактора, этой вплетенной во взаимоотношения упрочняющей нити. Выбор слов опять не был легким.

«Возможно, я сумею лучше узнать и приблизиться к тому, что я в действительности представляю собой глубоко внутри. Испытывая ли ярость или ужас, чувствуя ли любовь и доброту, бывая ли обаятельным и сильным или не знающим удержу и отвратительным, — я не стану скрывать эти чувства от самого себя. Возможно, я смогу высоко оценить себя во всей своей многогранности. Возможно, я смогу стать более похожим на того, кем являюсь внутри. В таком случае я смогу жить в согласии с собственными, усвоенными на опыте, ценностями, хотя и помня обо всех нормах общества. Тогда — со всей этой многогранностью чувств, представлений и ценностей — я смогу участвовать в отношениях с моим партнером — быть достаточно свободным, чтобы выказывать свою любовь, свой гнев и свою нежность такими, какими они существуют во мне. Может быть, тогда я смогу быть настоящим партнером, поскольку я на пути к превращению в подлинную личность. И надеюсь, я смогу побудить моего партнера встать на его собственный путь, ведущий к раскрытию его неповторимой личности, с которой нас объединит любовь».


Только четыре?

Я искренне уверен, что мог бы найти много таких «нитей», которые укрепляют взаимоотношения в смысле их обогащения, а не связывания обязательствами. Однако те четыре нити, которые я описал, — это все, что я предлагаю. О некоторых вещах яснее извещает их отсутствие, нежели присутствие. Возьмем, к примеру, «взаимное удовлетворение в сексуальных отношениях», зачастую расцениваемое как sine qua поп (лат. — букв, «без чего нет», совершенно необходимое, непременное условие. — Прим. перев.) устойчивых взаимоотношений. Однако я не вижу, чтобы оно само по себе имело фундаментальное значение. Оно почти наверняка может быть достигнуто, коль скоро во взаимоотношениях прослеживаются наши четыре тоненькие ниточки. Поэтому я опускаю множество поверхностных признаков, которые часто предлагаются для описания «успешного» брака. Мне кажется, что я сумел выявить четыре элемента, более фундаментальные для причинно-следственных связей, обусловливающие процесс становления взаимоотношений, — это приверженность самому процессу взаимоотношений, риск откровенного общения на уровне глубоких внутренних чувств, отказ от жизни в соответствии с социальными ролями и стремление выявить и раскрыть свою подлинную и неповторимую личность.

Впрочем, я не тешу себя иллюзиями и не считаю данный анализ абсолютно верным или единственно верным. Я надеюсь, что вы сможете найти свои решения.


Глава 10 Так что же? Как нам быть?

Позвольте мне на время забыть о браке и о его всевозможных альтернативных вариантах, чтобы попробовать подобраться к проблеме под новым углом.

Экспериментальная лаборатория является одним из базовых элементов американского общества. Врачи и их технические коллеги тратят колоссальное количество труда и денег, исследуя причины и способы лечения или компенсации разнообразных отклонений от нормы в человеческом организме. Правительство увеличивает ассигнования на изучение онкологических заболеваний. Фармацевтические компании расходуют миллионы, а правительство добавляет к ним еще много новых миллионов, чтобы найти новые способы лечения болезни с помощью лекарств и выявить побочные эффекты и другие недостатки некоторых существующих лекарств. Это происходит потому, что мы больше не считаем мор и эпидемии проявлениями Божьего гнева, которые нужно принимать безропотно.

У нас есть космические лаборатории, посвятившие себя проблемам космических путешествий и освоения космоса, дорогой ценой научившиеся предотвращать любые человеческие ошибки и отказы техники. Миллиардов долларов недостаточно для поддержки этих дерзких исследовательских проектов, итог которых никто не может предсказать. Люди выходят в космос вопреки традиционному убеждению, что человек прикован к своей планете.

Автомобильные компании располагают самыми совершенными лабораториями, в которых исследуются все ас-


пекты конструкции современного автомобиля с целью улучшить ее, устранить недостатки и сделать езду более безопасной. Без особых правительственных понуканий они даже отзывают из продажи тысячи и тысячи автомобилей, которые могут оказаться небезопасными, хотя вероятность такого несчастного случая не превышает одной стотысячной. Мы прошли долгий путь от насмешек над автомобилистами: «Купил бы себе лошадь!» И прошли мы эту дистанцию благодаря свободно осуществляемым лабораторным экспериментам.

Любая современная отрасль промышленности оценивается, среди прочего, и по объему инвестиций в НИОКР — научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. Общепризнано, что компания не может преуспевать, если не исправляет прошлых ошибок, не изыскивает новых возможностей, не изучает новых материалов для своей продукции.

Что касается сельского хозяйства, банальностью стало утверждение о том, что современная агрикультура, невероятно повысившая урожаи зерновых, производство молока, мяса и прочих продуктов, не могла бы обойтись без несметного количества институтов и лабораторий — правительственных, коммерческих, частных, — изучающих как прошлые ошибки, так и будущие возможности и поддерживаемых многочисленными финансовыми фондами.

Нет нужды в дальнейших примерах. Эксперименты играют ведущую роль во всех наших технических достижениях, и неважно, сколько традиций бывает при этом ниспровержено. Они не только признаны обществом, но и финансируются серьезными людьми и вызывают восхищение у публики. Игра называется «прогресс», и, практически без исключений, это общеизвестно и общепризнано. Все знают о революциях в здравоохранении, в сельском хозяйстве, на производстве, в военной технике, в космической технике. Мы прекрасно понимаем, что эти ненасильственные революции привнесли невероятные изменения в наш образ жизни.


Теперь давайте вернемся к теме данной книги. Брак и «нуклеарная семья» представляют собой нежизнеспособный общественный институт, малоперспективный образ жизни. Никто ведь не станет доказывать, что эта область переживает грандиозный расцвет. Нам нужны лаборатории, эксперименты, чтобы попытаться избежать прошлых ошибок и найти новые подходы.

Убежден, что в этой книге мы видели, какой масштабный лабораторный опыт в этой области осуществляется нашей молодежью. Проводятся необъявляемые и непро-славляемые исследования и эксперименты, в жизнь воплощаются новые представления о взаимоотношениях, о новых типах партнерства, люди учатся на своих ошибках и извлекают пользу из своих успехов. Они конструируют альтернативные варианты, новое будущее для находящихся в самом критическом состоянии институтов нашего общества — брака и «нуклеарной семьи». Неужели правительство поддерживает эти лаборатории своими многомиллиардными ассигнованиями, а молодые люди пользуются всеобщим уважением за эти эксперименты с новыми ценностями и новыми подходами? Эта тихая, ненасильственная революция встречает сочувствие у неравнодушной публики? Как бы не так! Каждый знает, что все обстоит в точности наоборот. Изменения в этой сфере так нас страшат, что мы ищем врагов под каждой кроватью, — нет, точнее будет сказать, в каждой кровати. Мы издаем законы и постановления, чтобы задушить этот расцветающий и многообещающий эксперимент. Мы способны только указывать на ошибки экспериментаторов и слишком напуганы, чтобы увидеть их успехи. Мы изо всех сил стараемся перекрыть кислород всякому, кто осмелится ставить эксперименты по изменению института брака. В этом отношении мы вернулись в средневековье, когда ученых — Галилея, например, — судили, признавали виновными в совершении открытия и вынуждали отречься. Мы по-прежнему считаем, что традиции, религиозные предписания и моральные кодексы, доставшиеся нам от прошлого, нару-


шить немыслимо и горе тому, чьи ценности, открытия или образ жизни им противоречат.

На мой взгляд, для нас пришло время и в этой сфере совершить переход к Двадцатому Веку, с большой буквы. Пришло время осознавать и уважать тот факт, что ненасильственные революционные эксперименты, как и эволюционные, являются счастливым, а не достойным сожаления аспектом нашей культурной жизни. Сможем ли мы признать тот факт, что и здесь речь идет о прогрессе и что нам отчаянно нужна точно такая же революция в сфере живых взаимоотношений и семейной жизни, какая произошла в промышленности, сельском хозяйстве, авиации, космонавтике и всех остальных областях? Сможем ли мы уважать наших исследователей? Это самый важный вопрос для нас. А если мы ответим «да», то что мы должны делать?

Свобода экспериментировать со взаимоотношениями

Глядя на перечень людей, чьи невероятно честные рассказы я поместил в эту книгу, я поражаюсь тому, что подавляющее их большинство в своих поисках лучших взаимоотношений по сути дела совершили — или совершают в данный момент — действия, явно противоправные с точки зрения федеральных законов, законов штата или местных постановлений. То, о чем вы прочитали на предыдущих страницах, можно определить, прибегая к старомодным обозначениям: «жизнь во грехе», «нарушение супружеской верности», «распутное и бесстыдное поведение», «прелюбодеяние», «гомосексуализм», «употребление запрещенных препаратов», даже «проституция», хотя, когда речь идет о действиях, совершаемых индивидуумом в его стремлении найти новые, лучшие, взаимоотношения, старомодные обозначения, откровенно говоря, просто смешны.

Итак, не исключено, что у нас, у нашей культуры, есть возможность сделать в поддержку этого чрезвычайно


ценного эксперимента, этих смелых экспедиций в новый космос взаимоотношений хотя бы одну вещь, а именно: избавить от нависающей тени нравственного осуждения и уголовного преследования.

Если бы нам только набраться храбрости и сказать: «Мы не будем вмешиваться», — это уже был бы значительный прогресс в нашем признании существующей реальности. Допустим, мы бы приняли билль, гласящий, что взаимоотношения любого типа, установленные взрослыми людьми по взаимному согласию, отныне являются абсолютно законными, при условии, что это не причиняет непосредственного вреда третьим лицам. Это способствовало бы открытым, а не подпольным исследованиям и позволило бы всем экспериментам в области взаимоотношений стать гласными и легальными. Не знаю, способны ли мы, наша культура, на подобный шаг? «Перемены» и «свобода», особенно когда они понимаются всерьез, — это слова, способные вызвать у американской общественности дрожь в коленках. Нам, похоже, тошно вспоминать, что наша нация сформирована сторонниками революций как ненасильственных, так и насильственных. И нам, наверное, слишком боязно будет сказать участникам взаимоотношений произвольного типа: «У вас есть свобода; мы признаем неизбежность и потенциальную полезность перемен». Однако я убежден, что общество, если бы набралось храбрости сказать хотя бы это, тем самым подготовило бы почву для революции в браке и взаимоотношениях.

Обучение межличностным взаимодействиям, общению между людьми

Одной из особенностей, которая привлекла мое внимание в столь многих примерах брачных союзов из этой книги, как и в других известных мне примерах, заключается в том, что молодые люди вступают во взаимоотношения даже без самого туманного представления о том, как жить в межличностном взаимодействии с другими людьми, —


буквально без какого бы то ни было опыта реальной межличностной коммуникации и общения. Иногда мне кажется, что наша образовательная система одной из своих главных целей ставит воспитание людей, предназначенных для жизни в изолированных клетках.

Пребывая в мечтательном настроении, я размышляю., не слишком ли самонадеянно будет обратиться к представителям нашей образовательной системы с просьбой уделить внимание еще одной, новой, цели в дополнение к тем, которые сформулированы ими с такой интеллектуальной отточенностью. Я думаю о том, согласятся ли они не только поверить, но и подтвердить на деле, что одна из целей образования — научить молодых людей жить в качестве личностей среди других личностей.

В сущности, эта моя мечта кажется мне достаточно скромной. Для ее воплощения в жизнь не потребуется вложения значительных ассигнований, построения новых зданий, расширения штата учителей. Нам просто пришлось бы изменить мышление школьных учителей, климат в школьных помещениях и — возможно, это самая трудная задача — мышление школьной администрации.

Если бы все учителя и преподаватели в начальной, средней и высшей школе смогли бы осознать и признать тот факт, что они являются обычными людьми, которым свойственно ошибаться, имеющими дело с другими людьми, которым тоже свойственно ошибаться, наша образовательная система уже наутро претерпела бы революционный переворот. Если бы только они признали, что общение между людьми — такая штука, которой предстоит продолжаться на протяжении всей их жизни и их учеников, тогда, может быть, они согласились бы включить практику реального, открытого, сочувственного общения в образовательную программу. Это стало бы грандиозной отправной точкой, начальной подготовкой для жизни среди людей.


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 3; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2022 год. (0.019 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты