Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Блейк Лоу Баррингтон. Наши высшие истины это всего лишь полуправда; не вздумайте успокаиваться навечно в любой истине




Читайте также:
  1. Анита Блейк - охотница на вампиров 1 страница
  2. Анита Блейк - охотница на вампиров 10 страница
  3. Анита Блейк - охотница на вампиров 11 страница
  4. Анита Блейк - охотница на вампиров 12 страница
  5. Анита Блейк - охотница на вампиров 13 страница
  6. Анита Блейк - охотница на вампиров 14 страница
  7. Анита Блейк - охотница на вампиров 2 страница
  8. Анита Блейк - охотница на вампиров 3 страница
  9. Анита Блейк - охотница на вампиров 4 страница
  10. Анита Блейк - охотница на вампиров 5 страница

 

Наши высшие истины это всего лишь полуправда; не вздумайте успокаиваться навечно в любой истине. Используйте ее как палатку, в которой проходят ваши летние ночи, но не стройте из нее дома, или это будет ваша могила.

Граф Бальфура

 

Я смотрю в след машине, на которой уехала Виктория, пока она не поворачивает за угол и не скрывается из вида. Через дорогу меня ждет Том. Я делаю шаг по направлению к нему, и вижу длинный черный лимузин с затемненными черными окнами, который ползет ко мне. Я не боюсь умереть, я никогда не боялся смерти. Он останавливается рядом со мной. Я смотрю на Тома и взглядом показываю, что все нормально. Возможно, я ненадолго задержусь, но даже если на долго, то все равно все нормально. Я все сделал правильно, я больше не собираюсь вытаскивать этот чертовый «меч».

Я открываю дверь и ледяной воздух кондиционера врывается мне в лицо, наполненный духами, очень знакомыми духами. У меня скручивает живот, я сгибаю шею и заглядываю внутрь приглушенного интерьера.

— Привет, Блейк, — говорит моя мать.

Я смотрю на нее ошеломленными глазами. В полной неразберихе и ненужных воспоминаний, я отбрасываю неважные, остаются крошечные события, обрывки фраз, брошенный ее взгляд, жест, и на верху всей этой пены всплывает требование официального признания. Это тонкие нюансы языка, которого я так и не понял до сих пор. Затемненный холодный интерьер автомобиля разверзается своей пастью, готовый принять меня. Я сажусь в него, чувствую боль в животе, и закрываю дверь с мягким щелчком.

— Я убил не того родителя, не так ли?

Она улыбается.

— Ты убил правильного родителя. Ты просто не убил власть, стоящую позади трона.

— Ты?

— Твой отец, каким бы могущественным он не был, был всего лишь видимостью, крупным зерном в этой суспензии частиц, в войне нашей matterium. Власть никогда не бывает там, где ты думаешь, и никогда не стоит там, где ее можно легко увидеть. Значение анонимности для непрерывной мощи, не поддается исчислению. Если ты видишь что-то потом, то можно протянуть руку и взять.

Я смотрю на нее с удивлением. Возможно, я не был бы более поражен или потрясен, если бы у нее вдруг выросли рога. Никто не мог себе даже представить, что именно она скрытая рука за кулисами сцены. Невидимая сила в Великой схеме вещей. Я не в состоянии описать то, что я чувствую. Даже сама мысль, что моя родная мать — одна из немногих самых влиятельных людей в мире, о которой могут знать только высшие посвященные, сидит на вершине пирамиды мирового господства и направляет программу действий и повестки дня во все тайные общества в мире, является слишком фантастической, чтобы поверить. И все же она здесь.



— Зачем ты здесь? — ошеломленно спрашиваю я.

— Твой автомобиль должен попасть в ДТП.

— Я отменил удар по Виктории, — говорю я тупо.

— Но мы нет, — она бросает взгляд на свои часы. — Должно быть это происходит сейчас.

— Почему?

— Потому что ее план был убить моего сына, потом моего внука, и, наконец, умертвить жену моего сына.

Я с замиранием сердца смотрю в ее надменные, магические глаза. Что-то проносится у меня голове, что-то неопределимое. Черт побери, похоже, что просто нет выхода. Независимо от того, какой путь я выберу и как далеко я убегу, я всегда в конечном итоге буду оказываться перед одной и той же дверью. Я отворачиваюсь и закрываю ладонями глаза. Ох, Виктория, Виктория! Кажется, у тебя появляется реальный шанс отомстить мне, в конце концов.



— Хочешь чаю со льдом? — любезно предлагает мне мать.

— Нет, — говорю я медленно. Я убираю ладони и смотрю ей прямо в лицо.

— И что ты хочешь взамен?

— Преемника. Такие же скрытые силы, чтобы удержать власть после меня.

— Меня?

Она медленно отрицательно качает головой.

— Не тебя.

Что-то внутри меня съеживается и тихо умирает, но мой голос остается спокойным и далеким.

— Почему не одного из сыновей Маркуса?

Она опять отрицательно качает головой.

— Жребий был брошен. Твои.

— Нет, — твердо заявляю я. — Ты не можешь забрать Сораба.

— Не тебе решать. Дети приходят через нас, но они не принадлежат нам. Решение присоединиться к нам должно быть его собственное, он должен будет выбрать.

— Он не присоединиться к вам. Я буду учить его совершенно другим вещам, нежели учили меня. Я буду воспитывать его, чтобы он смог отличить плохое от хорошего.

Она кивает, как будто уступая.

— Всеми средствами. Ты можешь воспитывать его, как тебе угодно, но, если он решит, когда у него появится такая возможность присоединиться к нам, ты не должен стоять у него на пути. Это все, о чем я прошу.

— С чего бы ему захотеть вступить в братство смерти и уничтожения, если у него появится выбор?

— У тебя есть своя роль. У меня — своя. У него тоже есть своя.

— А если я соглашусь, ты оставишь мою семью в покое.

— Пока Сорабу не исполнится восемнадцать, до этого времени мы не будем связываться с ним.

— И как вы собираетесь это осуществить? Заманить в ловушку, подстроить ему совершить какое-то преступление или грандиозный скандал, а потом шантажировать его этим?



— Нет. В этом нет необходимости.

Я хмурюсь.

— Предложите ему деньги, власть и престиж?

Кажется, она даже развеселилась.

— Сораб — катализатор, ускоритель процесса, и предлагать ему такие вещи, было бы пустой тратой времени.

— Так что же? — разочарованно спрашиваю я.

— Боюсь, я не смогу сказать тебе больше.

— Спасибо, Мама.

Она нежно улыбается.

— Это все красивые и сложные игры. Будь смелее в пути, который ты выбрал. Ничего не бойся. Внутри тебя имеется все, что ты пожелаешь и даже намного больше, но ты пока даже не в состоянии представить. Можешь поблагодарить нашего бесконечного создателя и направиться в свой путь.

Я с трудом узнаю ее. Всегда я знал только ее злонамеренное остроумие и порочные сплетни, и еще как испорченную жену поразительно богатого человека, несравненную королеву Королевства снобизма. Для меня такие изменения кажутся слишком огромными, чтобы переварить их сразу.

— Почему ты выбрала этот путь?

Она смотрит на меня, как будто я снова стал ребенком, но я почти не помню ее уже такой. Возможно, одно маленькое воспоминание, когда мне было пять лет, связанное с жестокостью моего воспитания.

— Я родилась в этом. И мы обязаны это сделать, потому что это наше божественное предназначение, и мы играем определенную роль, данную нам нашим Творцом. Мы помогаем взращивать урожай, отделяя зерна от плевел, не знаю, как это сказать по-другому. Если бы не было главного действующего лица в этом мире, то не было бы и возможности человеческой душе выбирать между добром и злом. С помощью негатива мы увековечили это инструмент. Все является инструментом, то что мы сейчас с тобой разговариваем тоже своего рода инструмент, проявляемый таким образом.

— Войны, бессмысленное загрязнение воды, воздуха и земли, где же ты видишь выбор? — спрашиваю я.

— Мы руководим скрыто. Наша задача — предоставить катализатор, а твоя — использовать его. Насилие, войны, ненависть, контроль над пищей, порабощение, геноцид, пытки, моральная деградация, проституция, наркотики — все эти вещи и многие другие служат нашей цели. Что ты делаешь по отношению к нашим настоятельным призывам и убеждениям? Уступишь ли ты, поддашься темноте, или же ты будешь стоять на своем и освещать себя своим внутренним светом? Если я вложу тебе в руку пистолет, я дам тебе инструмент, и этот опыт может стать для тебя положительным или отрицательным. Результат зависит только от тебя.

Я закрываю лицо руками, на сердце повисла тяжесть.

— Помни всегда, это всего лишь игра. Никто реально не пострадает и не умрет. За сценой мы все — лучшие друзья.

Я поднимаю на нее сердито глаза.

— Приукрашивай все сколько хочешь, но я не хочу, чтобы Сораб играл роль катализатора. Я хочу, чтобы у него была нормальная жизнь.

— Ты можешь взглянуть на это с другой стороны? Никто не запрещает тебе выражать свою любовь и быть счастливым в мире страха и темноты, и если ты сможешь это сделать, то станешь лучом света в этой темноте.

Я смотрю в глаза своей матери.

— Хорошо, я принимаю твои условия. Посмотрим, на чьей стороне будет Сораб.

— До свидания, Блейк.

Она нажимает кнопку, и автомобиль останавливается. Я выхожу и закрываю за собой дверь, машина отъезжает.

 

 

30.


Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 6; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты