Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



АГРЕССИЯ 4 страница




Читайте также:
  1. ACKNOWLEDGMENTS 1 страница
  2. ACKNOWLEDGMENTS 10 страница
  3. ACKNOWLEDGMENTS 11 страница
  4. ACKNOWLEDGMENTS 12 страница
  5. ACKNOWLEDGMENTS 13 страница
  6. ACKNOWLEDGMENTS 14 страница
  7. ACKNOWLEDGMENTS 15 страница
  8. ACKNOWLEDGMENTS 16 страница
  9. ACKNOWLEDGMENTS 2 страница
  10. ACKNOWLEDGMENTS 3 страница

– Что случилось? – спросил Кунра, – Кто эта женщина?

– Она жрица, из числа приближенных Шимрры. Я знал ее до моего… падения. И она знает мое имя, Кунра.

Глаза бывшего воина расширились, и Ном Анор увидел, что тот понял всю важность происходящего.

– Но я думаю, мы можем доверять ей, – продолжил Ном Анор, – Она предоставила… доказательства этого.

Унрик в его руке пульсировал, как сосуды на шее Нгаалу.

– Тогда… она, возможно, именно то, что нам нужно, – сказал Кунра.

– Именно так. Но прежде мы должны убедиться, что о случившемся известно только нам.

Собравшиеся на проповедь становились все более обеспокоенными, бесцельно бродя по залу и разговаривая между собой.

– Возможно, необходимо… принять меры, о которых мы говорили?

– Нет, – Ном Анор знал, что Кунра готов убить всех собравшихся, чтобы обеспечить безопасность Пророка – и свою. Но это было бы далеко не лучшее решение. Нгаалу потом будет спрашивать, что случилось с ними, да и Шуун-ми тоже, – Мы не должны без пользы тратить жизни наших сторонников и давать повод для ненужных слухов. Лучше удостовериться, что моя тайна осталась тайной и отпустить их. Кто знает, возможно в будущем это сослужит нам хорошую службу?

Кунра подумал немного и кивнул.

– Будет сделано.

Ном Анор встал и обратился к толпе:

– Сегодня знаменательный день, – сказал он трагическим голосом, зная, что истина слишком опасна, чтобы открывать ее, – Меня пытались убить, но я победил и стал сильнее. Идите и расскажите всем! Врагу потребуется нечто большее, чтобы не позволить нам добиться того, чего мы заслуживаем!

Толпа приняла это объяснение одобрительно, хотя и с некоторой неуверенностью. Он успел сказать им все, что хотел до того, как Нгаалу отвлекла его. Они услышали все, что им нужно было услышать. Хотя Кунра предпочел бы их не выпускать отсюда живыми, им было позволено уйти, чтобы начать миссионерскую работу.

– Наше время наступает, – сказал он, когда они начали выходить, – И после того, что произошло сегодня, оно наступит еще быстрее, чем я ожидал…

 

– Если здесь станет еще хоть чуть-чуть жарче, я расплавлюсь, – Тахири стряхнула пот со лба.

– Отрегулируй систему охлаждения, – сказал Гур, его голос звучал приглушенно из-под шлема тяжелого скафандра. Огромный скафандр с экзоскелетом для работы в опасной среде позволял рину выполнять самую тяжелую и опасную работу. На Тахири был точно такой же скафандр тускло-металлического цвета со стершимися номерами на груди и спине. Смотря вокруг сквозь визор шлема, Тахири чувствовала себя так, словно надела древние боевые доспехи.



– Поверни термостат вниз, и тебе станет прохладнее.

– Он уже повернут до упора, – сказала Тахири.

Они могли бы говорить по встроенным комлинкам, но Гур сказал, что при этом есть риск, что их подслушают. У скафандров были внешние динамики и микрофоны, и они хорошо работали – в отличие от системы охлаждения в скафандре Тахири.

Пытаясь стряхнуть соленый пот, заливавший ей глаза, она ударилась подбородком о панель управления. Выросшая среди Песчаного Народа, она привыкла находиться в жаркой среде, но здесь ситуация была просто нелепа.

Что-то толкнуло ее в спину, потом послышался отчетливый щелчок. Поток ледяного воздуха ворвался в скафандр, облегчение было такое, что Тахири могла только выдохнуть благодарность.

– У тебя засорился шланг подачи охладителя, – сказал курцен Арризза, еще один рабочий, сопровождавший их. Гур сказал Тахири, что Арризза не является членом конспиративной сети ринов, хотя и помогает им. Он работал в подземных коммуникациях сенатского комплекса, не преследовал никаких политических целей и просто был рад помочь Гуру незаметно провести Тахири в здание сената.



– Думаю, ты только что спас мне жизнь, – сказала Тахири, изгибаясь в скафандре, чтобы холодный воздух достиг каждого сантиметра ее измученного жарой тела. Экзоскелет, усиливавший ее движения, давал ей увеличенную силу и гибкость, но ее движения выглядели странными.

– Как-то один из наших умер от перегрева на работе, – сказал Арризза, – Поэтому мы всегда следим, в порядке ли скафандр у товарища.

Тахири не знала даже, что сказать на это.

– Спасибо, – сказала она через некоторое время, – Я постараюсь об этом не забывать.

Турболифт, лязгнув, остановился, и стальная решетчатая дверь открылась перед ними. Арризза вышел первым. Странно, но его скафандр казался грязнее, чем у Гура. Кроме того, на нем сверху скафандра был кожаный пояс с карманами. Тахири предположила, что там были инструменты, хотя она сомневалась, что толстые перчатки скафандра позволяют работать маленькими инструментами с точностью.

Они вышли в аварийный коридор на подвальном этаже сенатского комплекса. Коридор, созданный для облегчения доступа к оборудованию и коммуникациям здания, был достаточно широким и высоким, чтобы по нему можно было пройти в скафандрах. В обслуживании сенатского комплекса не использовались дроиды. Тахири вспомнила, что бакурианцы испытывают к дроидам отвращение. Но если нет дроидов, чтобы делать грязную работу, ее приходится делать живым существам. Поэтому им и приходится надевать такие скафандры.



Арризза провел их к другому турболифту, который доставил их прямо под главный зал сената. Отсюда можно было войти в сам комплекс, избежав внимания охраны, усиленно следившей за обычными входами. Как часть ремонтной бригады, совершавшей обычный обход, Тахири и ее спутники могли беспрепятственно передвигаться по нижним уровням комплекса. Конечно, они не могли подняться на верхние этажи, но и с нижних этажей можно было относительно легко подключиться к внутренней сети сената.

– У тебя есть какие-то соображения насчет того, что происходит? – спросила она.

– Нет. Полиция усилила бдительность после похищения Кандертола. Я еще не знаю, кто стоит за этим, но это точно не Малинза Танас. Это просто не ее стиль.

– Тогда кто же?

– Я… не уверен.

Некоторое время они шли в тишине, потом Тахири включила комлинк и задала следующий вопрос:

– Нам обязательно идти в этих штуках? – спросила она, когда они шли по коридору, металлическая обувь скафандров тяжело топала по бронированному полу, – Должен быть какой-нибудь другой способ добраться туда.

– К сожалению, из-за усилившегося внимания полиции мне стали недоступны мои обычные источники, – сказал рин, – Особенно в связи с прибытием Кирамака и этой церемонией освящения. Я знаю, это тяжело, но сейчас это единственный способ, который позволяет проникнуть сюда. Я надеюсь, это не приведет к тому, что моя активность здесь будет раскрыта.

– А что случится, если тебя раскроют? Пришлют кого-то другого?

– Да. Как только нашим станет об этом известно, меня заменит другой рин.

– Но как им станет известно, если ваши бакурианские агенты не смогут им сообщить, когда введено эмбарго и ограничена межпланетная связь, как сейчас?

– Наши агенты прежде всего разрабатывают способы, как передавать такие срочные сообщения. Мы умеем проникать туда, куда проникать не должны потому, что нас игнорируют, никто не подозревает нас во владении таинственными технологиями или сверхъестественными способностями. В этом наше преимущество. Кто заметит сообщение, зашифрованное, например, в судовой декларации? В слове, которое докер сказал дроиду? В сплетнях, рассказываемых в таверне? Даже сейчас на Бакуру продолжают летать торговые корабли. Всем нужны репульсоры. Мы вполне можем передать сообщение через этих торговцев. Конечно, это не так быстро, но зато эффективно.

Тахири некоторое время обдумывала услышанное.

– То есть ваши агенты – что-то вроде галактических собирателей слухов?

– Ты говоришь так, как будто в этом есть что-то плохое. Но на самом деле наша сеть работает очень эффективно. Если одно из моих регулярных сообщений не придет в определенное место в определенное время, об этом будет сообщено туда, где могут принять решение послать на мое место другого агента.

– Кого же? – Тахири не могла справиться с любопытством, ей хотелось узнать больше о шпионской сети ринов. До Галантоса Тахири вообще не знала о ее существовании, но, похоже, рины действовали куда более эффективно, чем агенты Бригады Мира.

Гур засмеялся.

– Я не могу рассказать тебе слишком много, Тахири. Тайная организация может действовать эффективно только пока она остается тайной. Так как ты уже знаешь, что у нас такая организация есть, я могу сказать, что у ринов нет такой строгой иерархической системы как у джедаев. Но у нас есть лидер, который получает всю добываемую нами информацию и кому доверено принимать важные решения.

– А у вашего лидера есть имя?

– Конечно. Но открыть его означает поставить под угрозу его безопасность. Даже мне неизвестна его настоящая личность. Мы просто знаем, что кто-то руководит всей нашей сетью агентов, и возможно, это тот, кто учил меня – и многих подобных мне – нашему искусству получать информацию, и направил меня сюда. Запомни мои слова: придет время, когда о нем сложат песни.

Гур остановился, когда они подошли к другому турболифту. Он был таким старым и изношенным, как и все оборудование на этом этаже. Его двери открылись со стонущим скрипом. Как только Тахири и ее спутники зашли в турболифт, он резко поехал вверх. Тахири вцепилась в стенку лифта, чтобы удержаться на ногах. Все ее мускулы напряглись. Чтобы отвлечься, она задала другой вопрос:

– Как можно сложить песню о том, у кого нет имени?

Из динамиков скафандра Гура раздался дребезжащий звук, Тахири поняла, что это смех.

– Ты такая практичная…

Но до того, как Гур успел ответить, Арризза поднял руку, призывая к тишине.

– Мы уже почти пришли, – сказал он, – Не забывайте, как мы договаривались...

Тахири кивнула внутри своего шлема. Теперь они должны были называть друг друга Йон, Гайзи и Скод, рабочие подземной ремонтно-очистительной группы, называвшейся «Треножник».

Через секунду лифт со скрипом остановился, и массивные двери открылись. За ними был еще один коридор, почти не отличавшийся от того, что они видели внизу – за исключением того, что заканчивался толстыми бронированными дверями.

Тахири последовала за Арриззой по коридору, пытаясь создать впечатление, что она чувствует себя в тяжелом скафандре так же удобно, как и в обычной одежде.

– Идентификация, – раздался голос с другой стороны бронированной двери. По скафандрам скользнули лазерные лучи, считывая код идентификации.

– Рабочая группа «Треножник», – сказал Арризза скучающим голосом, – Хватит уже, Скиффл, пропускай нас, я не могу стоять здесь весь день.

– Да уж, вам сегодня предстоит много работы, – двойная дверь открылась с гидравлическим шипением, – Вам назначен мусорный отсек в блоке J.

Арризза только хрюкнул, проводя свою группу мимо охраны. Двое охранников, сидящих в открытой будке, наблюдали за ними, держа оружие на коленях и самодовольно улыбаясь. Экзоскелет скафандра мог раздавить их как насекомых, но более высокий социальный статус был важнее физической силы.

Тахири прошла шаркающей походкой, униженно сгорбившись, как по ее мнению и должны были ходить простые рабочие. Она так сосредоточилась на этом, что не сразу поняла, что один из охранников говорит с ней.

– Гайзи, как насчет поцелуя? – спросил он, скорчив рожу. Его напарник расхохотался.

Тахири издала губами мокрый сосущий звук, отвернулась и пошла дальше.

– Просто очаровательно, – проворчал Гур, когда они, пройдя пост, шли за Арриззой по подземному коридору сенатского комплекса, – Я всегда удивляюсь, что происходит с мужскими особями большинства рас, когда они надевают униформу и берут в руки ствол.

– А ваши мужчины, конечно же, выше этого, не так ли? – ехидно поинтересовалась Тахири.

– Разумеется! – возмущенно воскликнул Гур, – Поэтому мы действуем тайно, без всяких напыщенных званий или привилегий. Мы против тех методов бессмысленного самовозвеличивания, которые использует, например, Бригада Мира. Вообще-то ходят слухи, что основатель нашей агентурной сети был вдохновлен примером «Великой Реки», которую создал мастер Скайуокер для спасения джедаев от предателей.

– Поэтому рин помог нам на Галантосе?

– Мне лишь недавно стало известно о том, что там произошло, – сказал он, – Но действительно, если там была Бригада Мира, мы сделали бы все возможное, чтобы помешать им. Рассматривай это как наш вклад в военные усилия Альянса. Мы не воины, и не можем прямо сражаться с йуужань-вонгам, как не можем внедрить агентов в их структуры. Но мы можем помешать тем, кто пытается разложить Альянс изнутри.

– Вторая линия обороны? – сказала Тахири.

– Мы предпочитаем рассматривать наши усилия как первую линию обороны, – возразил рин, – Нет смысла побеждать йуужань-вонгов, если мы убиваем сами себя изнутри.

Это звучало так таинственно, что напомнило философские размышления Джейсена о последствиях войны, выигранной одним насилием. Также это заставляло ее задуматься о возможных причинах собственных проблем.

– Мы же не собираемся чистить этот мусорный отсек, правда? – спросила она частично чтобы сменить тему, частично не желая оказаться в замкнутом пространстве среди кучи отбросов.

– Вы пойдете делать свое дело, – сказал Арризза, – а я пока буду очищать отсек.

– Мы сможем связаться с тобой, если понадобится, – сказал Гур.

-Если вас будут спрашивать охранники, – добавил Арризза, – Просто скажите, что ищете сектор С. Я найду вас там.

Тахири кивнула.

Они дошли до перекрестка и разделились: Арризза пошел направо – чистить мусорный отсек, а Гур и Тахири направились в левый коридор. Тахири знала, что с этого момента риск многократно возрастает. Она не знала, насколько тщательно следили здесь за рабочими, или как глубоко они могут проникнуть в комплекс, пока кто-нибудь не заметит, что они не следуют обычным путем. Все, что она могла – действовать быстро и надеяться, что у них будет достаточно времени, чтобы сделать то, зачем они пришли.

Гур вел ее долгим и извилистым путем по подземным уровням сенатского комплекса, иногда приходилось подниматься или спускаться на турболифтах, или проходить мимо складов, полных закрытых контейнеров.

– Комплекс гораздо больше, чем кажется снаружи, – прокомментировала Тахири, когда они проходили по огромному бункеру, который был до потолка набит контейнерами с продовольственными пайками.

– После войны с сси-руук здесь было построено убежище, – объяснил Гур, – Сенат и значительная часть населения Салис Д’аара могут выжить здесь достаточно долгое время – пока противник не вторгнется сюда с поверхности.

– А тогда что?

– На этот случай здесь есть и склады с оружием, – ответил рин, – Достаточно, чтобы вооружить небольшую армию. Можешь мне поверить, они не намерены сдаваться без боя.

Зная об ужасах перекачки, Тахири могла понять, почему бакурианцы так намерены избежать их. Десятилетиями над ними висел призрак смерти и вечного рабства. Страх перед новым вторжением глубоко укрепился в их душах. Не удивительно, что многие бакурианцы не хотели иметь дело с п’в’еками, неважно рабы они сси-руук или нет.

«Почему вдруг такой неожиданный поворот в политике?» размышляла Тахири. Принцесса Лейя как-то упоминала, что Кандертол, будучи сенатором Новой Республики был настроен против нечеловеческих рас. Почему же сейчас он так изменил убеждения?

Она заставила себя отбросить посторонние мысли и сконцентрироваться на том, что необходимо сделать.

– Если у них здесь склады с продовольствием и оружием, – сказала она, – то наверное, должно быть и что-то вроде командного пункта?

– Конечно, – ответил Гур, – Мы туда и направляемся.

Им пришлось сделать небольшой обход, чтобы взять репульсорную уборочную машину, потом они продолжили прежний путь. Они прошли мимо пустого поста охраны и еще раз спустились вниз на турболифте. Тахири внимательно осматривала помещения, через которые они проходили, но этот уровень комплекса был необитаем. Они словно шли по хорошо сохранившимся древним руинам.

Но на каждом углу здесь были камеры наблюдения. Все это выглядело подозрительно.

Большие бронированные двери открылись, пропуская их в пустой командный пункт. Тахири и Гур уверенно вошли внутрь, как будто они ходили сюда каждый день. Тахири с помощью сенсоров на своем скафандре осмотрела огромное помещение, пустые посты техников и операторов и выключенные голографические проекторы. Здесь были места для пятидесяти человек, расположенные вокруг центрального мостика, на котором, как предположила Тахири, во время войны должен был находиться премьер-министр и его высшие офицеры. Хотя командный пункт явно был пустым уже много лет, он был готов выполнять свои функции в любой момент – словно это место ожидало, что такой момент наступит.

«Возможно, так и произойдет», цинично подумала Тахири, «если намерения Кирамака не такие, как кажется».

Гур остановился в середине огромного зала и включил уборочную машину. Звук работы ее двигателя должен был помешать подслушивающим устройствам.

– Делай вид, что чистишь пол. Я взломаю сеть и посмотрю, есть там что-нибудь насчет Джейны. Переключи сенсоры на 17-й канал, так ты сможешь следить за моей работой.

– Никто не сможет обнаружить, что мы здесь делаем?

– Нет, если я сделаю все как надо, – он улыбнулся ей сквозь транспаристил шлема, – а я сделаю все как надо.

Уже более серьезно он добавил:

– Чтобы проникнуть в сеть, нам нужно находиться в командном пункте, но я не хочу пользоваться его компьютерами, потому что тогда нас точно обнаружат. Наши скафандры могут сделать всю работу за нас. Думаю, мы справимся очень быстро.

Тахири старательно изображала работу, используя силу и гибкость своего скафандра, продолжая при этом наблюдать за действиями Гура, используя дисплей в своем шлеме, на который передавалось то же, что на дисплей в скафандре Гура. Сначала Тахири не увидела ничего кроме строчек машинного кода, когда Гуру удалось подключиться к сети. После этого работа пошла труднее, и ему понадобилось некоторое время, чтобы взломать защиту. Наконец он получил доступ к данным полиции Салис Д’аара, где сообщалось об арестованных и выпущенных, но о Джейне там ничего не было.

Следующие двадцать минут Гуру понадобились на то, чтобы проникнуть в сеть правительственной администрации Бакуры, где, как он говорил, были спрятаны настоящие секреты. Тахири была восхищена его искусством, и он напомнил, что рины имеют славу отличных «ледорубов». Кроме того Бакура была захолустным изолированным миром на краю Внешних Территорий, и здесь не было такого продвинутого программного обеспечения и систем безопасности, как, к примеру, на Мон Каламари. Тем не менее, способность так быстро взломать системы безопасности государственной администрации произвела на Тахири впечатление.

– Интересно… – прошептал Гур.

– Ты что-то нашел? – воодушевилась Тахири. Она уже устала изображать уборку помещения.

– Да, но не насчет Джейны. Я получил доступ к скрытым голографическим камерам в тех помещениях, где их не должно быть.

На дисплее Тахири появилось изображение широкой круглой кровати, окруженной пышными занавесками.

– Похоже, кто-то за кем-то шпионит? – предположила Тахири.

– Сомневаюсь. Скорее это слишком бдительный начальник службы безопасности. Наверное, это тот случай, когда левая рука не доверяет правой.

Гур просмотрел еще несколько скрытых камер в других комнатах. Изображение на дисплее менялось от полного 3D до черно-белого 2D. В основном это были пустые офисы сенаторов, которые ушли на подготовку к церемонии освящения. Ничего особо интересного.

Пока Гур переключался с камеры на камеру, Тахири уже подумала, что едва ли они так найдут что-то полезное. Как вдруг…

– Стой! – крикнула она, – Прокрути назад!

Но Гур и сам заметил. На экране появилось изображение Хэна и Лейи. Они находились в роскошном офисе премьер-министра Кандертола, стоя перед его рабочим столом. Выражение лица Лейи было, как обычно, спокойным и сдержанным, но на лице Хэна явно было видно разочарование.

Тахири только собралась спросить, можно ли включить звук, как Гур включил его.

– … понимаю ваше беспокойство, – говорил Кандертол, – Но сейчас я ничего не могу сделать, особенно учитывая тот факт, что ваша дочь помогла сбежать опасной преступнице.

Хэн ощетинился.

– Если Джейна помогла Малинзе бежать, у нее, несомненно, была для этого очень важная причина.

– Возможно и так, капитан Соло, но она нарушила закон. Если ваша дочь считала, что Малинза невиновна, она могла бы использовать законные средства для доказательства этого. Вы сами видите, что мои руки связаны. С точки зрения закона невозможно отрицать то, что она виновна.

– Виновна в том, что помогла невиновной девушке!

– Едва ли Малинза Танас невиновна, – мрачно сказал премьер-министр, – Она создала незаконную политическую организацию и нанесла более чем достаточно ущерба миру и спокойствию Бакуры. Но до сих пор ей удавалось уходить от ответственности.

– Но вы сами считали, что она невиновна! – возразил Хэн.

Кандертол изумленно взглянул на него.

– Почему вы так решили?

Лейя решила вмешаться, чтобы предотвратить вспышку кореллианского характера Хэна:

– Премьер-министр, я скажу вам о своих подозрениях насчет того, во что была вовлечена Джейна. С нами связался некто, заявивший, что у него есть информация для нас. На основе полученной информации Джейна решила встретиться с Малинзой Танас – но только чтобы поговорить с ней! Она точно не собиралась помогать Малинзе бежать. И если она в этом участвовала, то, вероятно, под принуждением.

– Записи показывают, что она вывела Малинзу Танас из тюрьмы без всякого принуждения.

– Тогда, вероятно, она была обманута, – сказала Лейя.

– Каким образом?

– Если бы мы это знали, – огрызнулся Хэн, – мы не тратили бы здесь время, а решали бы эту проблему сами.

Лейя положила руку на плечо мужа.

– Мы не собираемся вас осуждать, – сказала она, – Мы просто обеспокоены судьбой нашей дочери.

– А что насчет другой вашей спутницы? Девушки-джедая? Она вернулась?

Хэн нахмурился еще сильнее, но выражение лица Лейи оставалось спокойным.

– К сожалению, нет. И я начинаю беспокоиться о ее безопасности.

– Значит, по Салис Д’аару разгуливают два неконтролируемых джедая. Думаю, вы простите мне предположение, что здесь происходит… нечто странное. Всего за день до вашего прибытия Бакура готовилась заключить прочный мир со старыми врагами, но тут появляетесь вы, и начинаются неприятности. Я думаю, не хотите ли вы заставить нас разорвать связь с остальной Галактикой. Или, возможно, есть что-то, что вам нужно от нас, и вы боитесь, что мы не захотим вам это дать…

– Не думаю, что вы сами верите в это, премьер-министр, – сказала Лейя, продолжая сохранять спокойствие, несмотря на эти обвинения, – Вы знаете нас, и вы знаете, что мы действуем только в интересах мира.

– Боюсь, что не вижу доказательств этого, принцесса…

В этот момент из стола премьер-министра раздался звонок. Одним быстрым движением Кандертол встал и пригладил волосы. Перемена в его поведении была поразительной. Во время разговора он оставался невозмутимым, несмотря на угрожающий тон Хэна, сейчас же премьер-министр явно был встревожен.

– Сожалею, но вынужден прервать нашу беседу. Вы действительно должны меня простить: у меня назначена еще одна срочная встреча. Уверяю вас, что мы делаем все, что в наших силах, чтобы найти пропавших джедаев – и Малинзу Танас.

Словно только сейчас вспомнив, он добавил:

– Надеюсь увидеть вас на церемонии освящения. Я не хочу, чтобы вы считали меня невежливым настолько, что я из-за срочных дел забыл пригласить вас. Принцесса Лейя, капитан Соло, вы остаетесь нашими почетными гостями… пока у нас не будет причин считать иначе…

Лейе пришлось буквально за руку вытаскивать Хэна из офиса. Они явно были не удовлетворены встречей с премьер-министром, но Тахири понимала, что они мало что могут в данный момент.

Когда двери за ними закрылись, Кандертол снова сел на свое место. Некоторое время он сидел абсолютно неподвижно, словно находился в медитации.

– Лейя упоминала тебя, – сказала Тахири Гуру, – Это ты связался с нами в космопорту и предложил расспросить Малинзу Танас. Возможно, Лейя думает, что ты как-то замешан в тех неприятностях, в которых оказалась Джейна.

– Тем больше причин выяснить, что с ней случилось. Давай посмотрим, не сможем ли мы…

– Подожди… Смотри!

Дверь в офис Кандертола снова открылась. Вошли четыре п’в’ека – телохранителя с тускло-коричневой чешуей, одетые в разукрашенную кожаную амуницию и вооруженные ионными излучателями. Они встали по обеим сторонам стола и начали подозрительно осматривать помещение. За ними вошел Лвотин, а позади него двигалось с необычайной грацией, несмотря на свои размеры, существо, которое внешне напоминало п’в’ека, но в то же время почти во всем отличалось.

«Кирамак», догадалась Тахири. Она не могла не восхищаться сверкающей многоцветной чешуей необычного сси-руу. Чешуйки блестели и переливались всеми оттенками радуги под ярким светом ламп в офисе. От каждого движения на чешуе словно сверкали драгоценные камни. Сси-рууви обладали телосложением совершенных охотников, выработавшимся за тысячелетия господства над низкорослыми п’в’еками. Осанка Кирамака была более прямой и сбалансированной, чем у п’в’еков, конечности были гораздо длиннее, мускулы более гладкими, а его глаза светились умом и коварством. Взгляд Лвотина по сравнению с ним напоминал угрожающий взгляд эвока.

За ним вошли еще двое п’в’еков – телохранителей, и дверь закрылась. Кирамак подошел к столу Кандертола и остановился, подергивая своим мощным хвостом.

Кандертол встал и поклонился.

Кирамак сказал что-то на свистящем языке сси-рууви. Тахири приготовилась услышать перевод, но его не было. Она предположила, что у Кандертола в ухе микронаушник, переводящий речь сси-рууви на общегалактический язык. «Жаль, конечно, но ничего. По крайней мере, мы услышим, что он скажет в ответ», подумала Тахири.

Но то, что произошло потом, повергло ее в полное изумление. Когда Кирамак закончил говорить, премьер-министр Кандертол открыл рот и ответил ему на том же языке сси-рууви – на языке, который не мог произносить голосовой аппарат человека.

Тахири уставилась на экран, наблюдая, как Кандертол издает серии быстрых свистков.

– Это невозможно… – ошеломленно сказала она.

Кирамак громким свистом прервал речь Кандертола, махнув когтистой лапой. Кандертол запротестовал, но Кирамак снова прервал его. Наконец, с угрюмым выражением лица Кандертол кивнул и сел обратно в свое кресло, скрестив руки на груди.

Он снова заговорил на языке сси-рууви, на что Кирамак ответил, фыркнув, что вероятно, означало смех. Лвотин попытался вмешаться в беседу, но Кирамак грубо оттолкнул его в сторону. Кандертол улыбнулся.

– Не нравится мне все это… – сказала Тахири.

– Мне тоже, – ответил Гур, – Если бы мы только могли записать это, или хотя бы включить компьютер-переводчик. Но если мы сделаем это, то привлечем внимание службы безопасности.

– Возможно, нам придется это сделать, – сказала она, – Кто-то должен узнать о том, что здесь происходит!

Едва она успела это сказать, как разговор между Кандертолом и Кирамаком закончился. Премьер-министр встал и снова поклонился. Лвотин и Кирамак вышли из офиса, сопровождаемые п’в’еками телохранителями.

Когда они ушли, Кандертол снова опустился в кресло, на его лице было явное облегчение.

– Я не знаю, что здесь происходит, – ответил Гур, – Но ты права: мы должны кому-то рассказать.

– Только о чем рассказать? – спросила Тахири. Уже сейчас, спустя несколько секунд после окончания этого странного разговора, она с трудом могла поверить, что видела и слышала его. И как другие смогут поверить им с Гуром без доказательств? – Мы просто выйдем и скажем, что премьер-министр – гибрид человека и сси-руу? Нам никто не поверит!

– Кое-кто может поверить… – задумчиво сказал Гур.

– Если об этом узнают, с политической карьерой Кандертола будет покончено, независимо от того, какие у него были намерения. И кто получит от этого наибольшую выгоду?

Тахири кивнула.

– Заместитель премьер-министра.

– Точно. У него есть как мотив, так и возможность что-то сделать. Если мы сообщим ему…

– …до церемонии освящения! – закончила Тахири, – Если Кирамак намерен атаковать Бакуру, мы должны успеть сообщить об увиденном до церемонии. Единственное, что сейчас удерживает их от нападения – страх за их души. Когда Бакура будет освящена, их ничего не остановит.

– Согласен. Тогда у нас осталось мало времени.

Изображение офиса премьер-министра на дисплее сменилось схемой сенатского комплекса.

– Посмотрим, где сейчас находится Харрис…

Но прежде чем Гур успел найти заместителя премьер-министра, в командном центре раздался громкий голос:

– Рабочая группа, по чьим указаниям вы действуете?

Гур включил внешний комлинк, его голос зазвучал слишком громко в правом ухе Тахири:

– По указаниям инспектора Джакейтиса, сэр.

– Инспектор Джакейтис заявляет, что не направлял своих рабочих в эту зону, – немедленно ответил голос, – Ваше присутствие здесь не санкционировано.

– Сэр, думаю, если вы его спросите еще раз…

– Вы нарушаете статьи с четвертой по шестую Закона о секретности. Оставайтесь там до прибытия сотрудников службы безопасности. Вы считаетесь официально задержанными.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 3; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.04 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты