Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Панургово стадо




Читайте также:
  1. Человеческое общество как стадо

«Панург», не говоря худого слова, швырнул кричавшего и блеявшего барана прямо в море. Вслед за тем и другие бара­ны, кричавшие и блеявшие ему в лад, начали по одному ска­кать и прыгать за борт. Началась толкотня — всякий но­ровил первым прыгнуть вслед за товарищем. Удержать их не было никакой возможности, — вы же знаете баранью повадку: куда один, туда и все[31].

Любопытно, что Гитлеру понадобился лишь год для создания тоталитарного государства. Немцы с готовностью воплотили палку», если пользоваться метафорой М. Бакунина. Германия была готовак тому, чтобы принять Гитлера, на ждала его. Семена зла упали на подготовленную почву и дали гигантские всходы.

Мы сегодня уже достаточно наслышаны о том, что про­водило в годы сталинизма. Но тем не менее, несмотря на репрессии, люди «жили лучше и веселее». Почему? Э. Радзинский считает, что объяснение кроется в феномене коллективной совести.«Постоянная массовость от съездов до отдыха, это растворение личности в коллективе породило самое ценное — коллективную совесть. Личная ответственность умерла — есть коллективная: "так велела партия", "так велела страна"... Коллективная совесть помогала людям спокойно радоваться жизни в дни жесточайшего террора. И горе тому, у кого пробуждалась личная совесть»[32]. Личность растворялась в массе, идентифицировалась с ж «Единица! Кому она нужна?» — вопрошал поэт В. Маяковский.

Интересно, что Гитлер пошел гораздо дальше — он открыто объявил личную совесть химерой. Ничто не может сдерживать человека, осуществляющего волю фюрера, волю партии, волю коллектива.

В Советском Союзе система коллективной безответственности продержалась значительно дольше, чем в Германии, и в итоге дошла до полного абсурда. Вырождение системы происходило на наших глазах. Народ как бы застыл в ожидании. И вот грянула «перестройка».

История «перестройки» — это история манипуляций советскими людьми. Советский человек, не привыкший лично отстаивать свое мнение, оказался легкой добычей для всякого рода манипуляций. Он вел себя словно наивный гурон из повести Вольтера «Простодушный». На людей, привыкших к скупой, выхолощенной, дозированной информации, обрушились потоки сенсаций, разоблачений, признаний, покаяний и т. д. Людям, годами подавлявшим свое собственное «Я», легко было навязать любое суждение. В этой связи вспоминается известный анекдот. Профессор читает лекцию по философии и без конца цитирует Маркса, Энгельса, Ленина. В конце концов один студент выдержал и спросил:



— Что вы все классиков цитируете? У вас что, нет собственного мнения?

— Есть, — ответил профессор, — но я с ним категорически не согласен.

Именно «категорически несогласные» с собственным мнением граждане стали основным объектом манипуляций.

Парадоксально, но факт: система начала трещать тогда, когда, казалось бы, цель была достигнута. В начале 80-х советский народ был самым послушным и безропотным народом в мире. Казалось бы, власти должны этому радоваться. Но вдруг оказалось, что они не в состоянии эффективно управлять огромной массой послушных людей, страна лишилась динамизма, начала стремительно отставать в развитии. Безынициативность людей, которой так упорно добивалась Система, начала бить по ней самой. И тогда М. Горбачев стал призывать народ быть инициативней, активней. «Да­вайте раскрутим наш советский маховик. И дело пойдет, пойдет дело», — увещевал Генеральный секретарь. Но народ, наученный горьким опытом, не спешил «перестраиваться». Советские люди уже привыкли во всем видеть подвох, не доверять властям. М. Горбачев пребывал в растеряннос­ти: людям дают свободу, а они ее не берут! Нужен был силь­ный импульс,нужна была цель, идея, нужен был лидер, ко­торому бы люди поверили. И в этот момент на сцену вышел Б. Ельцин.



«Вот кому можно довериться, вот кто поведет нас, вот кто возьмет ответственность на себя». Да народ снова сбегал от свободы. Ведь Горбачев предлагал разделить ответ­ственность за будущее страны всем поровну. А Ельцин все взял на себя. После злополучного пленума Ельцин обрел ореол жертвы, стал народным героем, защитником его прав. «Он такая же жертва, как и мы, он понимает нас, болеет за народ» — так рассуждали люди.

Как вообще «жертва» превращается в «героя»? Непре­менный атрибут героя— готовность к самопожертвованию ради других. Герой берет на себя то, что большинстволюдей сделать неспособно. Советские люди восхищались, например, подвигом А. Матросова, потому что большинство понимали, что в подобной ситуации не смогли бы сделать то же самое. Смысл поступка Христа в том, что он принял мучения за всех людей. Он избавил других от мук, принял их на себя. Он взял на себя ответственность за чужие грехи. Таков смысл героических поступков, и причина поклонения героям довольно проста: люди готовы поступиться своей свободой и многими другими правами в обмен на то, что герой возьмет на себя бремя ответственности за их поступки.

Когда поступок Ельцина был истолкован как самопожертвование, Ельцин в одночасье стал героем. А значит, вся ответственность была переложена на него. И ему оставалось лишь публично подтвердить свою готовность принять на себя эту ответственность. «Я в ответе за все», — сказал Ельцин. Позже он пообещает «лечь на рельсы», что тоже было воспринято с воодушевлением. Народ с легкостью принимает приносимые ему жертвы.



Когда стало очевидно, что Ельцин «не оправдал надежд», герой немедленно превратился в антигероя. В народных сказках антигерой несет ответственность за всепроисходящие беды и несчастья. И с именем Ельцина сегодня связывают все беды и несчастья России. Люди перебрасывают ответственность за свою жизнь словно мячик из рук в руки. Жертва манипуляций сама выступает в роли манипулятора.

Манипуляции «во благо».Пора задаться вопросом: всегда ли манипуляции наносят вред объекту манипуляции. Нет, конечно. В связи с этим вспоминается Лука из пьесы М. Горького «На дне» с его философией «лжи во благо». Манипуляции тоже бывают «во благо». Рассмотрим конкретный пример, который приводит У. Юри. Президент Дж. Ф. Кеннеди и его советники искали способ, «который облегчил бы советскому премьеру Никите Хрущеву вывод ракет с Кубы. Кеннеди решил дать Хрущеву слово президента, что США не нападут на Кубу. Поскольку у Кеннеди таких намерений и не было, это обещание ему ничего не стоило. Но он позволил Хрущеву заявить перед всем коммунистическим ми­ром, что ему удалось защитить кубинскую революцию от нападения Америки. Он мог оправдать свое решение о выводе ракет тем, что они свою роль выполнили»[33]. Другими ловами, Кеннеди позволил Хрущеву, который заварил всю ту кашу, сохранить лицо.Кеннеди вынужден был пойти на ту уступку ради сохранения мира. В подобных пограничных ситуациях теория «малой лжи» оправдывает себя. Но гораздo чаще нам приходится сталкиваться с «большой ложью», здесь уже ни о какой пользе и речи идти не может. В этой войне каждый за себя.

«Психологическая толпа».В последующем анализе мы будем исходить из того, что действия индивидов носят национальный характер (теория рационального выбора), поскольку они в своих действиях руководствуются соображениями личной выгоды. Поведение же масс иррационально, поскольку у них нет собственных интересов. Эти интересы навязываются массе извне.

Выражаясь на языке теории массовых коммуникаций, манипулирование индивидом предполагает подмену интересов реципиента интересами коммуниканта. В результате индивид начинает осознавать внушенные ему интересы как свои собственные. Таким образом личность становится частью «психологической толпы». И. Шумпетер считал, что «читатели газет, аудитория радио, члены какой-либо партии, даже если физически они не находятся вместе, могут быть очень легко объединены в психологическую толпу и приведены в безумное психическое состояние, когда любая попытка привести рациональные аргументы лишь будит звериные инстинкты»[34].

М. Лернер считает, что аудиторию СМИ нельзя рассматривать как некую безликую массу. «Сам термин "массовые коммуникации" сомнителен, ибо предполагает наличие "массового сознания" у некой безликой и нерасчлененной массы. Он отражает ошибочную концепцию "психологии толпы", которая была в моде во времена становления новых средств коммуникации»[35]. Справедливости ради следует заметить, что «психология толпы» и сегодня в моде. Но заме­чание М. Лернера заслуживает внимания. Он рассматривает аудиторию СМИ как некое временное условное образова­ние. «Аудитория — это собрание индивидуумов, объеди­ненных общими интересами и заботами; когда повод, со­бравший их вместе, исчерпан, аудитория рассыпается на отдельные части, чтобы части эти могли войти в новые группы и массы по какому-то иному поводу»[36]. Таким образом аудитория представляет собой некую временную группу по интересам. Однако есть такое понятие, как постоянная аудитория (постоянные зрители, читатели, слушатели), т. е. аудитория, которая с определенной периодичностью собирает­ся по какому-либо общему поводу. Это может быть теле- или радиопередача, газета, журнал и т. д. М. Лернер вынужден признать, что «хотя аудитория сохраняет индивидуальные вариации вкусов и хотя прогнозировать их изменения невозможно, она все же имеет и общие побуждения и характеристики, которые до какой-то степени действительно дают возможность управлять ею»[37]. К сожалению, современные манипулятивные технологии позволяют не только «до какой-то степени» управлять аудиторией, но и превращать ее в ту самую «психологическую толпу», о которой писал И. Шумпетер. Доводы М. Лернера позволяют уточнить: не всегда аудитория является «психологической толпой».

В научной литературе не раз подчеркивалась мысль о том, что политика давно уже стала уделом профессионалов. Например, П. Бурдье пишет об отчуждении граждан от политического процесса, о монополизации его элитой про­фессиональных политиков. «В политике, как и в искусстве, экспроприация прав большинства соотносится и даже яв­ляется следствием концентрации собственно политических средств производства в руках профессионалов, которые могут рассчитывать на успех в собственно политической игре лишь при условии, что обладают специфической компетентностью. Действительно, нет ничего менее естествен­ного, чем способ мышления и действия, требуемый для участия в политическом поле: так же, как и религиозный, художественный или научный габитус, габитус политика предполагает специальную подготовку»[38].

Такое положение дел обусловлено тем, что большин­ство людей уделяют политической проблематике мало вни­мания. Частный гражданин на политические проблемы тра­тит «меньше целенаправленных усилий, чем на партию в бридж»[39]. Будучи компетентным в своей профессиональной области, он демонстрирует порой вопиющую некомпетент­ность в политических вопросах. В этом легко убедиться, до­статочно включить телевизор и послушать, как уважаемые и даже любимые народом люди — артисты, ученые, писате­ли, режиссеры и т. д. — начинают нести полную околесицу, когда речь заходит о политике. Слова Ленина о кухарке, уп­равляющей государством, видимо, прочно засели в нашем подсознании. Считается, что политикой может заниматься любой человек, было бы желание и деньги. Многие преус­певающие бизнесмены, пожелавшие стать политиками и свято верившие во всесилие денег; погорели на этом убеж­дении. Но еще больше страдает от этого все общество. Все «разбираются» в политике, но мало кто желает в ней акт но участвовать. Легче передоверить это занятие узкому кругу лиц — политикам. «Пусть каждый занимается своим делом» — весьма распространенное суждение. Однако на самом деле политика — это дело каждого. Но дело это требует определенной подготовки и знаний. Сегодня же сохраняют свою актуальность слова, написанные И. Шумпетером в 40-х годах XX столетия: «Как только обычный гражданин затрагивает политические вопросы, он опускается на более низкий уровень умственной деятельности... Он вновь становится дикарем: его мышление становится ассоциативным и аффективным»[40]. По Шумпетеру, это ведет к двум серьезным последствиям:

1. Обычный гражданин в политических вопросах более подвержен нерациональным или иррациональным предрассудкам и импульсам.

2. Слабость логического элемента в политике, отсутствие рациональной критики открывают широкие возможности для групп, преследующих свои корыстные интересы. Другими словами — создаются условия для осуществления политических манипуляций.

И. Шумпетер заключает, что «при анализе политических процессов мы в большей степени сталкиваемся не с подлинной, а со сфабрикованной волей... воля народа есть продукт, а не движущая сила политического процесса»[41].

До сих пор мы рассматривали политический процесс как систему взаимодействия народа (избирателей) и политической элиты. Что же происходит внутри самой элит Какие манипуляции сопутствуют тому, что именуется «борьбой за власть»? Этим проблемам посвящен следующий параграф.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 5; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2022 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты