Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



ГЛАВА VI. Зачем Евно Азеф решил работать на полицию и революцию одновременно




Читайте также:
  1. LI. САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  2. VIII. ГЛАВА, СЛУЖАЩАЯ ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ ПРЕДЫДУЩЕЙ
  3. XLIII САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  4. XXVI. ГЛАВА, В КОТОРОЙ МЫ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЛАЮЩЕМУ МАЛЬЧИКУ
  5. А зачем? 1 страница
  6. А зачем? 2 страница
  7. А зачем? 3 страница
  8. А зачем? 4 страница
  9. А зачем? 5 страница
  10. А непрофессиональным революционером быть сложно: надо ведь еще работать, кормить себя и близких!

 

Любые крепости легче всего берутся изнутри.

И. В. Сталин

 

В полицейском и в революционном мирах устанавливалось искреннее и глубокое убеждение, что Азеф служил каждому из них правдой и верой, между тем как он, в сущности, не служил ни тому, ни другому.

Ж. Лонге

 

Словно истосковавшиеся по живительной влаге растения, потянулись вверх побеги революционных организаций после смерти императора Александра III. Сначала робко, потом все уверенней и уверенней двигались они к источнику жизни и существования. Только если для настоящих растений средоточием жизненных сил является солнце, то для «борцов за свободу» дающим энергию предметом является земное воплощение далекого светила. Золото! Именно оно придает их идеям напор и отточенность фраз, именно оно дает уверенность в завтрашнем дне. Деньги – вот истинное горючее перемен в человеческом обществе. Хоть и не любят об этом рассказывать в своих мемуарах революционеры, но без финансовых вливаний великое дело освобождения чего–либо от кого–либо быстро хиреет и сходит на нет.

И одновременно с ленинским РСДРП потянулся к своему «светилу» и другой ядовитый побег: эсеры, социалисты–революционеры. Они вошли в нашу историю под грохот бомб и револьверных выстрелов. Когда русский император, задушивший крамолу, медленно угасал от «почечных колик», именно в это время, не раньше и не позже, в 1894 г. в Берне (Швейцария) был образован «Союз русских социалистов–революционеров». Внутри России в тот год было еще не развернуться – попытка создать платформу для будущей организации внутри страны проваливается. Доказательством этого служит биография будущего лидера эсеров, Виктора Чернова. Именно в 1894 г. он был арестован по делу партии «Народное право». Но вот Александр III умирает, и практически сразу, в 1895–96 гг., аналоги зарубежной эсерской организации появились и в самой России – в Киеве и Саратове. Затем ячейки будущей партии появляются в Москве, Минске и других городах. О процессе ее формирования мы поговорим чуть ниже, пока же отметим, что он был долгим и трудным, и лишь в январе 1902 г. было опубликовано известие об объединении всех эсеров в единую структуру.

Говоря об эсерах, их руководителях и методах борьбы за «светлое будущее», нельзя не отметить многих удивительных мелочей. Эта партия начала свою террористическую деятельность, продолжая дело народовольцев. Однако если Софья Перовская и Александр Желябов сначала написали свою программу, а уж потом начали охоту на русского царя, то эсеры поступили наоборот. Вслед за социал–демократами они представляли собой любопытную картину для будущих исследователей партийного строительства. И в том и в другом случае партия была создана без устава, программы и даже без руководящего органа! Главное – быстро сляпать революционный скелет, костяк, а мясо теорий, документов и программ нарастет на нем позднее.



Первая программа РСДРП будет принята в Лондоне летом 1903 г., т. е. через пять лет после создания партии!

Первая программа эсеров будет принята на съезде в конце 1905 – начале 1906 г., через три года после создания партии!

Но на этом совпадения не исчерпываются. Если посмотреть на даты выхода в свет первых номеров главных социал–демократической и эсеровской газет, то можно убедиться, что появились они на свет тоже одновременно. Первый номер газеты партии социалистов–революционеров «Революционная Россия» вышел в январе 1901 г. Социал–демократическая «Искра» появилась на свет в декабре 1900 г., а фактически все в том же январе 1901 г. И что еще более любопытно, точно так же в октябре 1905 г. обе конкурирующие революционные газеты одновременно прекратили свое существование…



Почему так похожи этапы партийного строительства будущих разрушителей Российской империи?

Потому что лепились они по одному и тому же сценарию.

Почему образование эсеров и эсдеков так не похоже на появление современных нам политических организаций, которые сначала пишут программы, а уж потом на их основе создают партию?

Потому что скроенные по одному шаблону революционеры готовились не для чинной парламентской борьбы. Они готовились не разговаривать, а стрелять и взрывать. Поэтому слова в их деятельности вторичны – их можно написать потом. Главное – найти людей, которые будут стрелять и взрывать. И тех, кто будет ими руководить.

Уже в самый разгар взрывов и убийств руководители партий удосужились, наконец–таки, сформулировать свои цели. Позиция социалистов–революционеров в вопросе о терроре была наиболее полно изложена в статье «Террористический элемент в нашей программе», написанной Черновым и опубликованной в июне 1902 г. в седьмом номере «Революционной России». Вслед за кровожадными нигилистами эсеры поют оду взрывным устройствам, револьверным выстрелам и другим способам умерщвления людей. Террор – это не только одно из «крайних и энергичных средств борьбы с самодержавной бюрократией», но и эффективное средство агитации и мобилизации революционных сил. В своей брошюре «Ко всем гражданам цивилизованного мира», изданной в Париже после очередного злодеяния, эсеры почти дословно повторяют аргументы своих идейных отцов:



 

«…Мы во всеуслышание порицаем, как это всегда делали наши героические предшественники «Народной воли», террор как тактическую систему в свободных странах. Но в России, где деспотизм исключает всякую возможность…»

 

Далее цитировать не нужно. Смысл этого заявления прост: взрывы в России – это благо для цивилизации. Это просто особая форма ее спасения. С точно таким же пылом любой людоед с радостью вступит в полемику со своей жертвой. Ведь если он съест вас – то это просто акт утоления естественного чувства голода, и потому это благо. Ну а если вы съедите его – то это уже попрание общечеловеческих ценностей и потому – серьезное преступление…

И действительно, «агитация» эсеров была весьма наглядной и впечатляющей. Всего за два с половиной года первой русской революции эсеры совершили около двухсот террористических актов. Наиболее известные принадлежат «перу» Боевой организации партии, вошедшей в нашу историю как наиболее кровавая ступенька на пути к разрушению Российского государства.

Кого убивали эсеры? Да любого, кого они считали вредным для дела революции. Разумеется, это верные данной присяге и своему государю управленцы, военные, полицейские и жандармы. Вместе с ними погибали и становились калеками случайные прохожие, простые солдаты и матросы.

 

Великий князь Сергей Александрович Романов, Сын императора Александра II, как и отец, погиб от бомбы террориста

 

Боевая организация (БО) эсеров была предвестницей всех известных нам на сегодня террористических группировок. Не по времени, нет – по качеству своей организации! Продумано было все. БО строго законспирирована. Являясь частью партии, она, тем не менее, существует автономно от нее. Члены Боевой организации не принимают участия в региональных комитетах партии, рядовые эсеры ничего не знают о деятельности боевиков. Те, кто будет терроризировать всю страну, имеют свои отдельные явки. Они почти не подконтрольны ЦК партии.

«Боевая организация пользуется полной и технической, и организационной самостоятельностью, имеет свою отдельную кассу и связана с партией через посредство Центрального комитета», – гласил второй пункт устава БО. Принципы ее организации практически идеальны. Именно поэтому малочисленная кучка фанатиков в 25–30 человек сможет держать в страхе огромную империю.

Работа террористов была эффектна и дерзка с самого начала. 2 апреля 1902 г. в вестибюле подъезда к министру внутренних дел Сипягину подошел франтоватый офицер, одетый в адъютантскую форму. Его мундир и выправка не вызвали у охраны ни малейшего беспокойства. Как и предлог – необходимость передать министру конверт. Вскрыть его Сипягин не успел, это позднее сделают за него следователи. Внутри – смертный приговор, подписанный Боевой организацией социалистов–революционеров. Выстрел «офицера» оказался смертельным. Это неудивительно – ведь по старой доброй традиции народовольцев пули в его револьвере были отравленными…

Будут у Боевой организации и менее красивые дела. Следующего министра внутренних дел Плеве взорвут бомбой. Точно так же будет убит московский генерал–губернатор великий князь Сергей Александрович. Его жена, родная сестра супруги Николая II, великая княгиня Елизавета Федоровна будет в буквальном смысле соскабливать останки мужа с мостовой. Сквозь сухие строки полицейской сводки мы можем почувствовать ужас наступавшей вместе с динамитными взрывами новой эпохи:

 

«Взрывом, произошедшим от разорвавшейся бомбы, великий князь был убит на месте, а сидевшему на козлах кучеру Андрею Рудинкину были причинены многочисленные тяжкие телесные повреждения. Тело великого князя оказалось обезображенным, причем голова, шея, верхняя часть груди, с левым плечом и рукой, были оторваны и совершенно разрушены, левая нога переломлена, с раздроблением бедра, от которого отделилась нижняя его часть, голень и стопа».

 

Не побрезговала подробным описанием своего злодеяния и эсеровская газета «Революционная Россия» (№ 60): «Зрелище было подавляющее. Головы не оказалось; из других частей можно было разобрать только руку и часть ноги».

Описание последующих акций, совершенных эсерами, и связанных с ними ситуаций, также не может не вызывать ужас и отвращение у любого нормального человека. Как, например, убийство губернатора Санкт–Петербурга генерал–майора фон дер Лауница. Выполняя свои представительские функции, 21 декабря 1906 г. градоначальник посетил открытие и освящение новой клиники кожных болезней. На это торжество было приглашено около двухсот человек. Приглашенные начали съезжаться к 10 часам утра. В 12 часов губернатор вышел из церкви, находящейся на четвертом этаже здания, и направился завтракать на третий этаж. На площадке лестницы стоял молодой человек в безупречном фраке. Когда фон дер Лауниц с ним поравнялся, тот выхватил револьвер и застрелил градоначальника. Убийца был убит на месте, установить его личность никак не удавалось. И тогда следствие пошло на неординарный шаг: отрезанную голову преступника сфотографировали и опубликовали для опознания…

Однако не кровавым и громким акциям посвящена эта глава. Она о том человеке, под чутким руководством которого рвались бомбы в российских городах. Практически вся история эсеровского террора неразрывно связана с Евно Азефом, с одной из самых таинственных фигур «русского освободительного движения». Его точное имя (как оно прописано в метрическом свидетельстве) – Евно Мейер Фишелевич Азеф. Полицейский агент и революционер одновременно. Человек, готовивший теракты и сам же их предотвращавший. Однако самые интересные факты его биографии обычно остаются за кадром. Жаль, ведь именно в этих тайнах ответ на многие вопросы нашей революции…

Надо сразу сказать, что о детстве и отрочестве Азефа имеются очень скудные и, кроме того, крайне сбивчивые и противоречивые сведения. Впрочем, как и о его юности, зрелости и смерти. Словом, весь жизненный путь этого человека почему–то оказывается укрыт густым и непроницаемым туманом. Но некоторые факты можно считать достоверными. Родился наш герой в местечке Лысково Гродненской губернии в семье бедного портного. Затем окончил гимназию в Ростове-на-Дону. Перебивался мелкими и случайными заработками корректора и репортера. Баловался молодой юноша и крамольными идеями. Поэтому, когда жандармское управление начало серьезную разработку революционного кружка, где Азеф состоял, он неожиданно отправился за границу. Там, в немецком городе Карлсруэ, поступил в политехникум и в 1899 г. получил диплом инженера–электротехника. На какие деньги бедный еврейский юноша уехал на учебу за границу; не совсем понятно до сих пор. В ту пору он еще не сотрудничал с полицией и денег от нее не получал. Не финансировали его и эсеры – по той простой причине, что их как таковых еще не было. Во многих изданиях можно прочитать, что, отбывая в Германию, Азеф украл значительную сумму у некоего промышленника. Однако в книге Жана Лонге и Георгия Зильбера «Террористы и охранка», выпущенной в 1909 г. в Париже (т. е. по «горячим следам») и переизданной в Советской России в 1924 г., написано, что авторам «не удалось, несмотря на наши расспросы и изыскания, нигде найти подтверждения этим слухам». Получается нестыковка: деньги у Азефа были, и много, но взять их ему было Неоткуда. Если конечно считать, что ни с кем из сильных мира сего, кроме русских революционеров и русской охранки, он никогда не сотрудничал…

Получение им денег неизвестно откуда и страстное желание познавать плоды просвещения именно за рубежом станут для нас более связанными между собой, если мы вспомним даты отъезда Азефа. Это 1892 г. – разгар «реакции» Александра III. В России революционной карьеры сделать нельзя, моментально угодишь в тюрьму. Зато за границами России полно эмигрантов, вынашивающих различные планы ее сокрушения. И смышленый, сообразительный парень будет там весьма кстати…

Учился Азеф в Германии необычно долго – семь лет! Наверное потому, что эта учеба изначально была не целью, а прикрытием для совсем других замыслов. Уже на следующий год после своего приезда, в 1893 г., он появляется в Швейцарии, где о общении с политэмигрантами показывает себя решительным сторонником террора. Один из руководителей эсеров А. А. Аргунов, давая показания судебно-следственной комиссии при ЦК партии, рассказывал: «Азеф… подробно излагал свои взгляды на очередные задачи, признавал потребность одной террористической борьбы, отрицательно относясь к прочим видам работы как к нецелесообразным… Все наши хлопоты с печатанием называл «пустяками». Главное ведь – террор, прибавлял он обычно…».

 

Газета с фотографией заспиртованной головы эсера, убившего губернатора Петербурга фон дер Лауница

 

На тот момент такая позиция – это свежая струя. Это любопытно, интересно и потому привлекает к его фигуре внимание. Однако никто из дающих ему лестные оценки эмигрантов не знает, что одновременно со смелой проповедью терроризма Азеф предложил себя в качестве информатора российскому Департаменту полиции. Зачем он так поступает?

Задумаемся. Человеческая история знает всего лишь две схемы внедрения агентов в подобной ситуации:

революционеры могут заслать своего человека в охранку с целью ее дезинформации;

полиция засылает провокатора в среду бунтарей и смутьянов, чтобы иметь возможность контролировать их действия.

Поведение Азефа, однако, не вписывается ни в одну из них. Ведь мы видим, что Азеф одновременно (!) пытается вызвать к себе интерес и революционеров, и полиции. Следовательно, ни те ни другие его не внедряли к своим противникам! Это подтверждается и всей дальнейшей деятельностью Азефа. Он будет 17 (!) лет ловко лавировать между полицией и эсерами, пока его не разоблачат. Но об этом мы поговорим чуть ниже. Пока же зададимся одним простым вопросом.

 

Евно Фишелевич Азеф

 

А зачем Евно Азефу надо было войти в доверие сразу к двум противоборствующим силам? Зачем он пытался внедриться одновременно и туда, и сюда? Зачем он так рисковал? Ради чего было ценнейшему агенту охранки организовывать убийства министра внутренних дел и дяди царя, великого князя Сергея Александровича? И почему в то же самое время проверенный боец, глава террористов выдавал своих сотрудников и товарищей полиции?

Ответ историки дать не могут. Такая противоречивая натура, нравилось ему всех обманывать – именно такие объяснения дают они небывалому поведению главы Боевой организации эсеров. Хотя почему его поведение небывалое? История знает случаи двойных агентов. Только не история революционного движения, а история… разведки. Вот там любой специалист назовет вам множество персонажей, работавших на несколько стран одновременно, например всем известный Рихард Зорге. Такая ситуация в тайной борьбе спецслужб не редкость. Однако всегда есть одна разведка, которая санкционирует контакт и сотрудничество своего агента с другой. Шпион, работающий на две (или даже более) спецслужбы, сознательно обманывает и вводит в заблуждение разведку страны «икс» по заданию разведки страны «игрек».

Если встать на эту точку зрения, тогда и странное поведение Азефа, ищущего контакта с революционерами и полицией одновременно, становится понятным. Легко предположить, что и Евно Азеф вел ежедневную борьбу со смертью, преследуя интересы некоей третьей силы. Ничего загадочного в его действиях нет – он просто выполняет свое задание! Сделать это он сможет, лишь войдя в состав революционной эмиграции и внедрившись в состав русской охранки. И главный вопрос, на который надо ответить, зачем? Чего же он стремился достичь? Какова же была цель Азефа? Ради чего он 17 лет рисковал жизнью?

Отбросив в сторону «шпионские страсти», попробуем объяснить его поведение по–другому. Первое, что приходит на ум, – деньги. Ради них совершается бессчетное количество преступлений. Евно Фишелевич Азеф любил красиво пожить и вкусно поесть. Любил красивых женщин, певичек и актрис, часто посещал самые дорогие и модные рестораны. Однако если бы шелестящие купюры с портретами царей, королей и президентов были его заветной целью, то для этого ему достаточно было быть только революционером. Надо было быть террористом, главой Боевой организации, и все финансовые проблемы решились бы для Азефа автоматически.

Почему? Да потому, что бюджет эсеровской партии был огромным! Он был невероятно большим! Машина эсеровского террора, быстро и эффективно поставившая власти Российской империи в сложнейшее положение, была до отказа смазана денежными купюрами. Вопрос финансирования антироссийской деятельности партии социалистов–революционеров был решен еще на стадии ее формирования. «Бюджета определенного не было, и давалось столько, сколько нужно», – рассказывал позднее А. А. Аргунов, член эсеровского ЦК, ведавший партийной кассой. Только кем?

Вопрос происхождения этих средств достоин отдельного и подробного рассмотрения. Любопытно, что членские взносы, которым историки обычно приписывают формирование всех революционных бюджетов, вообще у эсеров отсутствовали! Временный организационный устав партии включат в себя всего 8 пунктов. Ни в одном из них о взносах не было ни слова. Так и провела первую русскую революцию наша самая кровавая партия! И лишь в 1909 г., на Пятом Совете партии, было принято решение об обязательности поддерживать партию трудовым рублем. Но даже после этого уплата членских взносов не стала нормой партийной жизни! Да что там взносы! У эсеров не предусматривалась даже обязательность личной работы члена партии в одной из партийных организаций! Назвал себя эсером – и довольно! Взносов не плати, ничего не делай. Только иногда взрывай бомбы…

Прекрасное описание ситуации, когда эсеры денег просто не считали, оставил в своих воспоминаниях ближайший помощник Азефа Борис Савинков. В процессе подготовки к убийству министра внутренних дел Савинков «должен был приобрести автомобиль, необходимый, по мнению Азефа, для нападения на Плеве». Давайте вспомним, что речь идет о самом начале XX в., когда автомашины еще только появились. Может быть, просто покупательная способность у русского населения накануне революции была столь высока, что любой мог купить себе автомобиль? Конечно, нет. Авто и сейчас является довольно дорогой игрушкой, а в 1904 г. было просто невероятно дорогим приобретением. Желающие убедиться в этом могут открыть замечательную книгу А. И. Спиридовича «Записки жандарма». Автор сам был жандармским офицером, лично занимался поимкой революционеров. И вот что он пишет об одном из случаев: «Департамент же полиции в это время засыпал меня телеграммами о розыске и аресте утерянного наблюдением в Саратове террориста Мельникова, который направился в Крым, что очень беспокоило Петербург. Мне прислали знавших его в лицо филеров. Все поезда между Симферополем и Севастополем сопровождались филерами и жандармами, на почтовых же станциях были учреждены дежурства. Автомобилей тогда еще не было».

Это у полиции и жандармов нет машин, потому что у Российской империи нет денег на их приобретение! А у эсеров–террористов деньги есть. В любых количествах. Если речь идет о подрыве стабильности, убийствах и терроризме.

Вот еще одно свидетельство удивительно вольготной жизни эсеров–террористов. Во время подготовки все того же убийства министра Плеве Савинков готовит метальщика бомб. Это молодой застенчивый паренек двадцати лет Лейба Сикорский. Для участия в покушении ему необходимо купить новую одежду и широкий плащ. Савинков, которому присущ литературный талант, описывает сцену ярко и наглядно:

Я дал ему сто рублей.

– Вот, купите костюм.

Он покраснел еще гуще.

– Сто рублей! Я никогда не имел в руках столько денег…

 

Это неудивительно, если мы вспомним, что ткачи, во имя свободы которых взрывали свои бомбы эсеровские боевики, получали в месяц всего 7 рублей. Зарплата в 20 рублей была для них пределом мечтаний. А вот для террориста Савинкова 100 рублей – так, мелочь, разменная монета. И таких свидетельств по его мемуарам рассыпано великое множество. Особенно любопытно, что золотой дождь с особой силой обрушивался на эсеров сразу после очередного убийства. «В Женеве по случаю убийства Плеве царило радостное оживление… В Боевую организацию поступали многочисленные денежные пожертвования…», – читаем мы у Савинкова. Словно кто–то выжидал, стоит ли выделять ребятам средства, и делал это лишь по предъявлению ими веских аргументов своей состоятельности. В виде размазанной по мостовой кареты и ошметков тела министра внутренних дел.

Вспомним нашу недавнюю историю. Когда моджахеды в Чечне сбивали наш вертолет, взрывали колонну наших солдат, то всегда снимали атаку на видеокамеру. И не просто для «истории» или собственного тщеславия. Просто для получения «денежных пожертвований» от спонсоров надо предоставить доказательства их целевого использования. Вот и сидит оператор в кустах, снимает смерть и разрушения. Все четко и рационально – утром пленка, вечером деньги. А в начале XX в. видеокамер еще не было, поэтому деньги начинали приходить после публикаций в газетах…

 

Министр внутренних дел В. К. Плеве. Его убийство стало первым громким делом на счету Азефа

 

«Деньги, привезенные нами из-за границы, приходили к концу», – уже совсем откровенно пишет Савинков в другом месте своих воспоминаний. А откуда же еще их можно получить? Туда же после удачного дела уезжают и сами террористы. Они совершенно свободно перемещаются по европейским столицам, колесят по Российской империи вдоль и поперек. Совещания Боевой организации проходят не в заштатном кабаке на неприметной московской улочке, а в Париже, Брюсселе и Лондоне. Что позволяет им так свободно перемещаться? В карманах эсеров лежат первоклассные документы. Паспорта не фальшивые, самые настоящие. Только не российские…

«У Каляева был русский (еврейский) паспорт, у меня – английский. В Берлине нужно было визировать его у русского консула», – пишет в мемуарах Савинков. Через пару страниц его книги вновь читаем: «Это был Швейцер, живший по английскому паспорту». Еще через 50 страниц вновь: «После совещаний Каляев и Моисеенко уехали в Брюссель, я же остался в Париже, ожидая паспорта и динамита. Паспорта я и Швейцер получили английские…».

Жаль, не пишет Савинков, откуда получал взрывчатку. Судя по построению фразы – «паспорта и динамит», – все снабжение террористов идет из одного источника…

Купить билет на поезд, идущий за границу, для террориста с британским паспортом и полным кошельком все равно что для нас с вами купить пачку жевательной резинки. В случае необходимости боевики могут себе позволить и длительное бездействие. Хорошо оплачиваемое, разумеется. «До июня 1908 года я прожил в Париже, вдали от всех террористических мероприятий», – рассказывает Борис Савинков. Ну, жил и жил, ничего, казалось бы, особенного. Если не учитывать того, что приехал во французскую столицу он в октябре 1907 г., а следовательно, ничего не делал ровно 8 месяцев. И вопрос хлеба насущного у Савинкова не вставал. А ведь он – всего лишь правая рука Азефа…

«В то время Боевая организация обладала значительными денежными средствами: пожертвования после убийства Плеве исчислялись многими десятками тысяч рублей», – вновь твердит о финансовом изобилии Савинков. Денег у эсеров было столько, что они могли позволить себе любые траты, совершенно не задумываясь о последствиях. Некий изобретатель с фамилией Бухало разработал проект летательного аппарата, развивающего невиданную тогда скорость 140 км в час. Можно быстро подлететь, совершить теракт и так же быстро скрыться. Для осуществления проекта необходимо было построить опытный образец. Гарантии успеха никакой, стоимость «эксперимента» – 20 тыс. рублей. Азеф согласился дать деньги.

Еще раз вспомним среднюю зарплату простого русского рабочего тех лет, и нам станет окончательно ясно, что никакие доброжелатели не могли пожертвовать убийцам и террористам такие суммы, которыми они так эффектно и красиво готовы были рисковать!

А теперь вновь вернемся к мотивам поступков Евно Фишелевича Азефа. Денежное изобилие партии социалистов–революционеров – это неоспоримый факт. Боевая организация была у эсеров на особом положении и денег всегда имела даже больше, чем необходимо. Их отдельный, особый бюджет фактически не подконтролен даже ЦК партии. Неужели в такой ситуации Азеф не мог иметь столько средств, сколько ему бы хотелось? Кто бы мог его поймать за руку? Как проверить затраты на теракты и убийства?

Значит, не за деньгами идет по лезвию ножа Евно Азеф. Чтобы иметь бессчетное количество денег, ему не надо служить в охранке. Достаточно быть только революционером. Тогда непонятно его странное желание быть слугой двух господ. Может быть, он был искренним патриотом и, войдя в доверие к террористам, просто хотел их всех сдать с потрохами родному охранному отделению? И именно полиция была его первым и основным «местом службы»?

Не проходит и эта версия. Ведь Азеф был не просто одним из руководителей партии эсеров, не только вождем ее Боевой организации. Он был еще и одним из активных ее создателей (если не самым активным)!

Вспомним его «трудовую» биографию. Из Германии Азеф вернулся с дипломом инженера и с ноября 1899 г. стал работать «по специальности» в Москве. На самом деле он занимался выпуском первых номеров новой революционной газеты «Революционная Россия». Одновременно наш герой начинает давать полиции первую ценную информацию. По его наводке разгромлена типография в городе Томске, в которой «Революционная Россия» как раз и печаталась. Произведены аресты, в результате доверие к Азефу в полиции возрастает. Понемногу он начинает становиться самой ценной фигурой среди осведомителей.

Как поступил бы настоящий идейный полицейский агент? Его основная задача – задушить революционное подполье, выдать всех смутьянов и тем самым принести любимой державе годы спокойствия и благоденствия. В реальности он поступает совсем не так. Мы можем заметить удивительную картину: Азеф отнюдь не стремится выдать всех и вся. Он не стремится к уничтожению в зародыше группы убийц–террористов. Нет, словно заботливый садовник, Азеф отсекает наименее ценные ростки будущей партии эсеров, оставляя самые страшные и ядовитые. «Арест томской типографии и причастных к ней лиц по Сибири не сопровождался одновременным, в сентябре же месяце, заарестованием всех известных членов «Союза» по разным городам Европейской России. С этими арестами запоздали месяца на три…» – рассказывает в своих «Записках жандарма» генерал Спиридович.

Почему так получилось? Потому что информацию осведомитель Азеф выдал неполную. Вступив в подпольный «Северный союз» социалистов–революционеров, он выдает его членов охранке. Блестящая операция – злодеи арестованы. Но не для торжества покоя в Российской империи сдает своих товарищей Азеф. Передав полиции руководителей Союза, Азеф занимает их место за столом переговоров, где соединятся робкие ростки эсеровского подполья внутри страны и питаемая зарубежными финансами эмиграция. Может быть, Азеф едет в Швейцарию для того, чтобы потом провалить всю эсеровскую организацию? Предотвратить создание опасной террористической партии, спасти жизни сотен и тысяч людей? Тогда он герой, и его памятникам место на центральных площадях наших городов!

Откроем учебники, полистаем мемуары. И сквозь прошедшие 100 лет мы сможем осознать страшную истину: Азеф не смог предотвратить создание партии эсеров. Почему? Потому что его настоящее задание было прямо противоположно! Азеф едет в Швейцарию, чтобы создать опасную антироссийскую террористическую организацию!

Именно там «провокатор» проводит переговоры по созданию партии наряду с Гершуни, Черновым и Гоцем. В итоге разрозненные кружки, разбросанные в России, сливаются в единое целое с эмигрантскими кругами. До поездки Азефа это никак не получалось. Положение дел среди эмигрантов мы можем понять из показаний эсера С. Н. Слетова судебно–следственной комиссии при ЦК партии по делу Азефа: «За границей я застал положение дел такое: существовал целый ряд маленьких организаций, совершенно оторванных от России… Сношений с Россией почти никаких не было, или если и были, то страшно отрывочные…». Не лучше дела и внутри страны: «В 1902 г. я ездил в Россию… В сущности говоря, организации в то время никакой не было, были просто группы работавших людей, вот и все», – продолжает Слетов.

Интересная картина получается: нет организации за рубежом, и в России тоже нет. И это в 1902 г., когда партия эсеров была официально создана! Что же изменило такую плачевную ситуацию? Поездка Азефа! Благодаря деятельности Азефа удается замкнуть два полукруга эсерской партии в одно единое стальное кольцо.

«За границей же начались переговоры об объединении, в результате чего в январе 1902 г. официально образовалась «Партия социалистов революционеров»», – читаем в «Записках жандарма» генерала Спиридовича. И тут же он сам дает ответ на вопрос, почему охранка не смогла этому помешать: «Департамент полиции не сумел тогда помешать сплочению партии, хотя и имел к тому полную возможность. Не сумел, хотя имел около центра своего осведомителя Азефа, хотя объединение происходило за границей, где находился весьма талантливый его чиновник Петр Иванович Раковский, получавший сведения непосредственно от Азефа».

Странная получается история. Как только осведомитель полиции Азеф берется ее информировать, так сразу охранка становится беспомощной, нерасторопной и слепой! Значит, отнюдь не патриотическим мотивами руководствовался Евно Азеф, помогая вставать на ноги партии эсеров. Но все же зачем он это делал?

Можно перебрать еще множество версий. И все они не смогут до конца объяснить поведение Азефа. Правильно понять его можно, сначала оценив, кем в действительности был самый знаменитый провокатор всех времен и народов.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 6; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.025 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты