Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Результаты и их обсуждение




Читайте также:
  1. Амортизационная политика как элемент финансовой политики организации: сущность, способы начисления амортизации и влияние на финансовые результаты
  2. Виды работ производственной практики и проверяемые результаты обучения по профессиональному модулю
  3. Влияние отраженных сигналов на результаты измерений. Многопутность.
  4. Влияние отражённого сигнала на результаты измерений. Многопутность
  5. Возможные результаты медиации и их оформление.
  6. ГДЕ ЖЕ РЕЗУЛЬТАТЫ?
  7. Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ). Цели и принципы создания. Результаты деятельности.
  8. Гражданская война и интервенция в Росии: причины, этапы, результаты и последстия.
  9. Данные и результаты эксперимента
  10. Данные опыта и результаты расчетов

Нормативные показатели для испытуемых разных возрастов, полученные в результате обработки данных тестирования детей, подростков и взрослых из разных регионов Российской Федерации, представлены в табл. 4

Рисунки 23, 24, 25 и 26 также отражают рост показателей по отдельным заданиям теста и общих оценок РТС по мере увеличения возраста испытуемых, входящих в общую репрезентативную группу.

В целом можно отметить повышение показателей выполнения отдельных видов заданий и общих оценок РТС по мере увеличения возраста испытуемых, развитие их невербального, пространственного мышления. В то же время рост пока-

Таблица 4

Нормативные показатели по отдельным заданиям РТС

и общие оценки для испытуемых разных возрастов,

входящих в общую репрезентативную выборку

Возраст Количество Задание на прогнозирование Задание на рисование с натуры Задание на воображение Общая оценка
M m M m M m M m
5-6 6,67 7,67 6,42 20,50 1,60 2,02 1,51 2,58
6-7 8,58 8,29 6,84 23,77 1,82 2,23 1,39 4,16
7-8 9,17 9,87 7,94 27,17 1,89 1,41 1,14 3,05
8-9 10,14 10,49 8,11 28,78 2,40 1,89 1,34 3,72
9-10 11,00 11,09 7,62 30,05 2,89 1,58 1,39 4,19
10-11 10,83 13,61 8,61 32,89 1,69 1,61 2,57 3,18
11-12 12,68 11,85 8,21 32,62 2,16 3,06 1,90 5,14
12-13 13,21 13,91 9,29 36,38 1,76 1,52 2,68 3,85
13-14 12,63 14,33 9,88 36,78 2,13 1,10 2,76 4,07
14-15 13,37 14,17 10,14 37,66 1,77 1,42 2,35 3,77
15-17 12,72 14,36 9,96 37,04 1,86 0,95 2,39 3,96
17-19 13,65 14,13 10,35 38,13 1,23 1,49 2,19 3,55
Взрослые 13,95 14,89 12,15 40,98 1,36 0,34 1,86 2,40

 

зателей был неравномерным: наиболее значителен он в дошкольном возрасте и в младших классах шкалы. Начиная с 12-13 лет рост балльных оценок происходил медленнее. Обращает на себя внимание некоторое снижение показателей (наиболее явное в заданиях на рисование с натуры и на воображение) от 17 до 18 лет. В группе взрослых показатели выполнения всех видов заданий и общие оценки максимальны. Тенденция к снижению показателей теста была также отмечена в американских исследованиях (Silver, 1996), но отсутствовала в бразильских (Алессандрини и др., 2001).



Сравнение нормативных показателей для испытуемых разных возрастов, входящих в общую репрезентативную группу жителей Российской Федерации, с аналогичными американскими показателями позволяет констатировать более высокие показатели успешности выполнения теста российскими детьми и подростками, причем это было характерно для большинства возрастных групп. Показатели же выполнения отдельных заданий теста и общие оценки в группе взрослых россиян совпадали с соответствующими показателями у взрослых американцев.

Дифференцированное сравнение показателей выполнения отдельных заданий российскими и американскими детьми и подростками позволяет констатировать, что российские дети и подростки, как правило, успешнее справляются с задания-



Рис. 24. Рост показателей выполнения задания на рисование с натуры по мере увеличения возраста испытуемых

 

ми на прогнозирование и рисование с натуры, в то время как американцы — с заданием на воображение.

Все это, на наш взгляд, может указывать на то, что развитие невербального, пространственного мышления в определенной мере связано с контекстуальными

Рис. 26. Рост общих оценок РТС по мере увеличения возраста испытуемых

факторами. Мы предполагаем, что такими факторами в данном случае могут являться: культура, условия жизни и деятельности людей, в том числе характер занятий и основные способы коммуникации в среде детей и подростков, а также характерные для того или иного общества подходы к воспитанию и образованию. Так в частности, мы не можем не принять во внимание следующее:

· все прошедшие тестирование дошкольники и большинство школьников из российской выборки посещают или посещали детские сады, в которых за-

метное место отводится развитию невербального мышления, в то время как большинство американских детей и подростков детские сады не посещали;

· в отечественной культуре развитие мануальных навыков как у мальчиков, так и у девочек тесно связано с традиционными гендерными ожиданиями и предполагает освоение ими разных видов деятельности, имеющих непосредственное отношение к невербальному мышлению;

· государственная отечественная система образования имеет сравнительно высокий уровень.

 

Было бы, однако, преждевременно делать какие-либо однозначные выводы о том, какие именно контекстуальные факторы и в какой степени являются причиной обнаруженных различий в показателях РТС у российских и американских детей и подростков. Определение данных причин требует проведения дополнительных системных исследований на основе использования соответствующих инструментов оценки. Совпадение же оценок РТС у взрослых россиян и американцев указывает на относительность этого влияния и на то, что оно оказывается наиболее значимым в детском и подростковом возрасте и гораздо слабее проявляется во взрослой жизни.



Сопоставление показателей выполнения теста детьми и подростками из разных городов и регионов Российской Федерации и из Эстонии свидетельствует об отсутствии сколь-либо существенных различий между ними. Так, различия в балльных оценках детей и подростков, проживающих в районных центрах и поселках Ленинградской, Московской и Новгородской областей, и их сверстников из Таллинна были практически незаметны (рис. 27 и 28).

Рис. 27. Рост общих оценок РТС по мере увеличения возраста детей и подростков, проживающих в Ленинградской, Московской и Новгородской областях

Рис. 28. Рост общих оценок РТС по мере увеличения возраста у детей и подростков из Таллинна

Рис. 29. Рост общих оценок РТС по мере увеличения возраста у детей и подростков, посещающих школу с инновационной программой (Чебоксары, Чувашия)

 

В то же время были обнаружены ощутимые различия в результатах выполнения теста детьми и подростками из обычных общеобразовательных школ и теми, кто посещает школу с инновационным подходом к образованию, делающим акцент на всестороннем и более гармоничном развитии учащихся (рис. 29). Интересно,

Рис. 30. Рост общих оценок РТС по мере увеличения возраста у детей и подростков из коррекцией ной школы-интерната для лиц с речевыми нарушениями (Уфа, Башкирия)

Рис. 31.Рост оценок РТС по мере увеличения возраста у испытуемых мужского и женского пола

 

что по результатам РТС дети и подростки из коррекционной школы-интерната для лиц с речевыми нарушениями практически ничем не отличались от своих сверстников с нормальным речевым развитием (рис. 30).

Представляет большой интерес также сравнение результатов выполнения теста лицами мужского и женского пола в разных возрастных группах. Как видно при

Рис. 32. Сравнение показателей шкалы оценки эмоционального содержания рисунков у испытуемых мужского и женского пола

Рис. 33.Сравнение показателей шкалы оценки образа «:Я» у испытуемых мужского и женского пола

 

сопоставлении динамики роста общих оценок РТС, по мере увеличения возраста испытуемых мужского и женского пола (рис 31), различия между ними были несущественны. В то же время были обнаружены достоверные различия в показателях шкалы оценки эмоционального содержания рисунков и шкалы оценки образа «Я» у испытуемых мужского и женского пола (рис 32 и 33)

С целью более дифференцированного анализа показателей этих шкал мы сопоставили частоту пяти разных типов оценок у мужчин и женщин (рис 34 и 35).

Рис. 34. Сопоставление разных типов оценок по шкале эмоционального содержания рисунков у испытуемых женского и мужского пола

 

Рис 35. Сопоставление разных типов оценок по шкале образа «Я» у испытуемых женского и мужского пола

 

Как видно на рис 35, на фоне превалирования у обоих полов рисунков с нейтральным, неопределенным либо противоречивым эмоциональным содержанием (3 балла), у испытуемых мужского пола примерно в три раза чаще, чем у лиц женского пола, встречались рисунки с выраженным отрицательным эмоциональным содержанием, на которых изображены грустные, одинокие или беспомощные персонажи, персонажи, находящиеся в смертельной опасности, либо такие рисунки, где имеют место проявления агрессии и деструкции. У испытуемых же женского

пола примерно вдвое чаще, чем у лиц мужского пола, встречались рисунки с умеренно положительным эмоциональным содержанием (4 балла), изображающие счастливых и получающих удовольствие, но пассивных персонажей, дружеские отношения между персонажами или сцены спасения. Кроме того, у испытуемых женского пола примерно в три раза чаще, чем у лиц мужского пола, встречались рисунки с выраженным положительным эмоциональным содержанием (5 баллов), изображающие счастливых и достигающих своих целей персонажей, а также проявления любви, заботы и поддержки.

Как следует из рис. 35, хотя представители обоих полов чаще всего идентифицировали себя с переживающими противоречивые чувства или равнодушными персонажами либо с теми, чей образ «Я» неясен (3 балла), лица женского пола примерно втрое чаще, чем лица мужского пола, идентифицировали себя со счастливыми, но пассивными персонажами либо с теми, кого спасают (4 балла). Кроме того, испытуемые женского пола втрое чаще, чем лица мужского пола, идентифицировали себя с достигающими своих целей персонажами или теми, кого любят (5 баллов).

Данные наблюдения и их отличия от данных американских и бразильских исследований (Silver, 1996; Аллессандрини и др., 2001), на наш взгляд, также могут свидетельствовать о влиянии контекстуальных факторов. В данном случае наиболее значимым представляются тендерные ожидания, определяющие разный характер фантазий лиц мужского и женского пола. Кроме того, более низкие показатели по шкале оценки образа «Я» у испытуемых мужского пола могут свидетельствовать о том, что в условиях характерной для нашего общества экономической и политической нестабильности образ «Я» у лиц мужского пола (включая детей и подростков) страдает в большей степени, чем у лиц женского пола, заставляя их уже с детства сомневаться в своей социальной адекватности и эффективности.

Определенный интерес представляют также результаты проведенного нами исследования корреляций между результатами выполнения отдельных заданий и общей оценкой РТС, общей оценкой теста и показателями эмоционального содер-

 

Таблица 5

Корреляции между результатами выполнения отдельных пунктов и общей оценкой РТС

  Пп Пг Пв Нпл Нвн Нбу Вв Вк Вр
Коэфф. Корр. 0,35 0,75 0,60 0,77 0,69 0,75 0,63 0,77 0,68

 

Пп: задание на прогнозирование, последовательность

Пг: задание на прогнозирование, горизонтальность

Пв: задание на прогнозирование, вертикальность

Нпл: задание на рисование с натуры, отношения право — лево

Нвн: задание на рисование с натуры, отношения верх — низ

Нбу: задание на рисование с натуры, отношения близость — удаленность

Вв: задание на воображение, выбор

Вк: задание на воображение, комбинирование

Вр: задание на воображение, представление

жания рисунков и шкалы оценки образа «Я», а также между показателями РТС и арт-терапевтических шкал формальных элементов.

Как видно из табл. 5, коэффициенты корреляции между результатами отдельных пунктов разных заданий и общей оценкой РТС у 702 испытуемых колебались в диапазоне от 0,35 до 0,77. Это указывает на то, что показатели каждого пункта всех заданий положительно влияют на конечные результаты теста и являются достаточно информативными для оценки невербального, пространственного мышления. При этом, однако, ни один из пунктов теста сам по себе не может считаться достаточным для такой оценки. Наименее информативным оказался первый пункт заданий на прогнозирование, поскольку подавляющее большинство испытуемых с ним успешно справились.

Коэффициенты корреляции между тремя основными заданиями теста колебались от 0,48 до 0, 67 (табл. 5).

Весьма интересные результаты были получены при изучении корреляций между оценками РТС и арт-терапевтических шкал формальных элементов. Тест, заключавшийся в изображении человека, срывающего яблоко с дерева, был предъявлен 72 испытуемым разных возрастов.

Как видно из табл. 6, коэффициенты корреляции между результатами выполнения разных заданий РТС, общей оценкой РТС и показателями большинства арт-

Таблица 6

Корреляции между результатами отдельных заданий и общей оценкой РТС и оценками арт-терапевтических шкал формальных элементов

Шкала Задание на прогнозирование Задание на рисование с натуры Задание на воображение Общая оценка
1. Значимость цвета 0,52 0,62 0,56 0,67
2. Адекватность цвета 0,10 0,01 0,01 0,03
3. Энергия 0,51 0,50 0,47 0,57
4. Пространство 0,58 0,64 0,61 0,71
5. Интеграция 0,51 0,62 0,75 0,72
6. Логика 0,18 0,22 0,09 0,20
7. Реализм 0,66 0,66 0,63 0,76
8. Решение проблемы 0,48 0,50 0,55 0,59
9. Уровень развития 0,67 0,71 0,77 0,83
10. Детали объектов и окружающего пространства 0,40 0,44 0,49 0,54
11. Качество линии 0,18 0,38 0,37 0,37
12. Человек 0,46 0,65 0,67 0,70
13. Ротация 0,18 0,22 0,09 0,20
14. Персеверация 0,18 0,22 0,09 0,20

П р и м е ч а н и е. Выше 0,25 — достоверно.

терапевтических шкал формальных элементов были весьма высоки, и лишь с отдельными шкалами они не достигали достоверного уровня (р > 0,05), а именно со 2-й шкалой «Адекватность цвета», 6-й шкалой «Логика», 11-й шкалой «Качество линии», 13-й шкалой «Ротация» и 14-й шкалой «Персеверация». Наиболее высокие корреляции были обнаружены между показателями РТС и 4-й шкалой «Пространство», 5-й шкалой «Интеграция», 7-й шкалой «Реализм», 9-й шкалой «Уровень развития» и 12-й шкалой «Человек».

Данные результаты позволяют сделать вывод о том, что РТС и большинство арт-терапевтических шкал формальных элементов измеряют один и тот же диагностический конструкт, а именно конструкт невербального, пространственного мышления, тесно связанный с художественными способностями, креативностью и способностью к передаче и переработке информации с помощью визуальных образов. Эти результаты также указывают на достаточно высокую межтестовую валидность РТС и возможностью использования арт-терапевтических шкал формальных элементов с теми же целями, что и РТС — как отдельно от него, так и в сочетании с ним, что может повышать достоверность результатов тестирования. Это представляется тем более оправданным, если учесть, что Гантт и Табон (Gantt & Tabone, 1998) считают возможным применение арт-терапевтических шкал формальных элементов не только для анализа изображений человека, срывающего яблоко с дерева, но и другой графической продукции.

 

Выводы

· Проведенное нами исследование позволило определить нормативные показатели РТС для разных возрастных групп. Общий объем наблюдений и включение в группу обследуемых жителей разных регионов Российской Федерации, крупных и мелких населенных пунктов позволяет считать по­лученные данные достаточно репрезентативными. В то же время целесообразно дальнейшее расширение объема исследования, в первую очередь для того, чтобы увеличить некоторые возрастные группы. Кроме того, имеет смысл увеличить группу взрослых испытуемых, включив в нее лиц с разным уровнем образования, в том числе с неполным средним образованием. Различия между полученными нами и американскими нормативными показателями, отражающими динамику развития невербального интеллекта у детей и подростков, а также эмоциональное состояние испытуемых и их отношение к себе и другим, могут свидетельствовать о влиянии на результаты тестирования различных контекстуальных факторов, в том числе культуры и связанных с ней тендерных ожиданий и способов коммуникации, условий жизни и деятельности людей, подходов к воспитанию и обра­зованию и др. В то же время различия между результатами выполнения теста жителями разных регионов Российской Федерации, Эстонии, а также крупных и мелких населенных пунктов оказались несущественными. Все это указывает на необходимость дифференцированного анализа внешних и внутренних детерминант графической экспрессии, в том числе на

основе мультикультурального подхода и развиваемой нами концепции системной арт-терапии.

· Нам не удалось выявить какие-либо различия в выполнении основных заданий теста испытуемыми мужского и женского пола. В то же время были обнаружены существенные различия в показателях шкалы оценки эмоционального содержания рисунков и шкалы оценки образа «Я». Отсутствие подобных различий в американских и бразильских исследованиях позволяет сделать предположение о влиянии контекстуальных факторов.

· Отсутствие сколь-либо заметных различий между результатами выполнения РТС детьми и подростками, посещающими общеобразовательные школы и коррекционную школу для лиц с речевыми нарушениями, свидетельствует о независимости развития вербального интеллекта от невербального. На это указывают и приводимые Сильвер (Silver, 1996) данные об отсутствии корреляций между результатами РТС и большинства тестов для оценки вербального интеллекта.

· Высокая корреляция оценок РТС с показателями большинства арт-терапевтических шкал формальных элементов позволяет сделать вывод о том, что они измеряют один и тот же диагностический конструкт, а именно конструкт невербального, пространственного мышления. Эти результаты также указывают на высокую межтестовую валидность РТС и возможность использования арт-терапевтических шкал формальных элементов с теми же целями, что и РТС — как в отдельности, так и вместе с ним, что может повысить достоверность результатов тестирования.

Заключение

Арт-терапия все еще является малоизвестным в России направлением лечебно-коррекционной, профилактической и реабилитационной работы. Та информация о ней, которая содержится в опубликованных в 1980-1990-е гг. работах, как, впрочем, и та, которая приводится в некоторых изданиях последнего времени, не отражает ни зарубежных достижений в этой области, ни того, что происходит у нас на родине. В силу разных причин развитие арт-терапии и психотерапии в целом в нашей стране приобрело за последние десять лет в значительной мере стихийный характер. Появление новых форм психотерапевтической практики и целых направлений происходит благодаря инициативе «снизу». Отечественная арт-терапия является ярким тому примером.

За последние годы происходит стихийное освоение арт-терапевтических методов и их внедрение в разные области практического применения. Из-за отсутствия достаточной информации об этом направлении, отсутствия системы профессиональной подготовки, недостаточно развитой теоретической базы, отечественным специалистам приходится довольствоваться сведениями второго и третьего сорта, мастерскими зарубежных «гастролеров» либо осваивать арт-терапию по книгам иностранных авторов, путем общения с коллегами или участия в краткосрочных образовательных программах.

Во многих случаях, имея лишь отрывочные представления об арт-терапии, отечественные специалисты приходят в своей работе к использованию методов художественной экспрессии интуитивно, проявляя при этом немало энтузиазма и творческой инициативы. Нередко к освоению арт-терапии их побуждает неудовлетворенность традиционными методами работы, стремление улучшить ее качество и расширить диапазон различных возможностей общения с клиентами.

Процесс стихийного освоения отечественными специалистами методов арт-терапии в чем-то напоминает то, что происходило в ряде зарубежных стран в 1960-1970-е гг., когда вместе с изменениями в их культурном климате пробуждался интерес к использованию исцеляющих возможностей различных форм творческой экспрессии. В свое время это дало толчок профессионализации арт-терапевтической деятельности и ее постепенной интеграции в систему здравоохранения, образования и социального обслуживания. Не исключено, что и в России будет происходить нечто подобное. В отличие от зарубежных пионеров арт-терапевтического направления, отечественные специалисты могут воспользоваться теми знаниями и опытом, информационными и организационными ресурсами, которые имеются у современного арт-терапевтического сообщества. Кроме того, им предстоит развивать арт-терапию и внедрять ее в разные области практики в эпоху информационных технологий, постмодернизма и мультикультуральности. Все эти факторы оказывают существенное влияние на характер общения арт-терапевтов с клиентами и формы психотерапевтической работы.

Наличие множества школ и направлений в современной арт-терапии тесно связано с существующими в разных странах политическими, социально-экономическими, правовыми, культурными и институциональными контекстами, что диктует необходимость системной оценки и формирования целостного представления об арт-терапии не только как о совокупности теоретических взглядов и эмпирически наработанных приемов, но и как о социальном и культурном феномене.

Автор книги стремится по-своему решить эту задачу. Анализируя различные точки зрения на предмет и методы арт-терапии, а также различные способы теоретического обоснования связанных с ней основных механизмов и факторов лечебного воздействия, он использовал элементы системного подхода. Достоинством системного подхода является то, что, не стремясь к уточнению преимуществ какой-либо отдельной системы взглядов, он предоставляет богатые возможности для описания комплексных феноменов и «дает достаточно широкую и детально разработанную теоретическую базу, позволяющую соотнести друг с другом разные теории и сформировать целостную картину разного уровня сложности» (Фримен, 2001, с. 57).

Данные особенности системного подхода делают его удобным способом теоретического анализа и описания процессов, связанных с индивидуальной и групповой арт-терапией. Его ценность, по убеждению автора книги, заключается также в том, что он позволяет учитывать контекстуальные влияния, без чего анализ этих процессов был бы обречен на редуктивность.

При написании книги автор руководствовался собственным опытом практического применения методов арт-терапии, в том числе в работе с психиатрическими пациентами, что позволило ему лучше понять их возможности и оценить перспективы дальнейшего развития арт-терпии Приводимое в книге описание хода работы и ее результатов можно рассматривать в качестве примера практической реализации системной методологии Рассматривается ее использование как на этапе планирования, так и непосредственно в ходе проведения арт-терапии, при анализе полученных результатов и разработке рекомендаций по ее дальнейшему использованию.

Немалую ценность системный подход представляет для анализа тех разнообразных феноменов, которые проявляются в ходе групповой арт-терапии, в частности внутригрупповых коммуникативных процессов разного уровня и направленности, связанных с использованием различных форм творческой экспрессии Подтверждением этого могут быть приводимые автором описания различных моментов групповой арт-терапевтической работы. Большой интерес представляет то что автор фактически первым в современной арт-терапии использует системный подход для анализа тех комплексных опосредованных разными формами творческой экспрессии и особенностями внутригрупповой коммуникации процессов, с которыми во многих случаях связано достижение психотерапевтических изменений. В книге представлены инновационные модели групповой арт-терапевтической работы мультимодального характера; обоснование лечебного воздействия которых основано на привлечении системных представлений.

Написанию книги во многом способствовал опыт проведения автором программы подготовки в области арт-терапии и других направлений терапии творчеством. Благодаря преподаванию арт-терапии и общению со студентами с разной базовой подготовкой, автор книги смог узнать, в какой мере арт-терапевтические методы могут быть востребованы в различных областях их практического применения; какие кадровые, институциональные, материальные и иные предпосылки для этого имеются и какие модели арт-терапевтического образования являются наиболее перспективными.

Более глубокому пониманию основных проблем современной арт-терапии и связанной с ней системы профессиональной подготовки способствовало сотрудничество с зарубежными коллегами и организациями. Благодаря этому автор смог осознать, что дальнейшее развитие отечественной и зарубежной арт-терапии невозможно без создания перспективной и отвечающей реалиям XXI в. ее организационной и методологической базы, что в свою очередь связано с необходимостью решения ряда задач, включающих:

 

· эффективный обмен информацией между региональными и национальными арт-терапевтическими сообществами, касающийся теоретических и практических вопросов арт-терапии, а также вопросов профессиональной политики, что может быть, в частности, связано с переводом и изданием арт-терапевтической литературы, подготовкой совместных книг, созданием общенациональных и транснациональных периодических изданий, развитием электронных средств коммуникации и т. д.;

· развитие научных исследований в области арт-терапии и формирование научно-обоснованной системы представлений и приемов практической работы; немаловажная роль при этом может принадлежать совместным исследованиям специалистов из разных регионов Российской Федерации, стран ближнего и дальнего зарубежья, проведению конференций, симпозиумов и других мероприятий;

· создание национальных и международных, в частности общеевропейских, образовательных стандартов в области арт-терапии, способствующих подготовке специалистов высокого уровня.

Начало решению этих задач так или иначе уже положено, но очень много еще предстоит сделать. Есть основания полагать, что особенности самого арт-терапевтического подхода и сообщества представляющих его специалистов будут этому способствовать. Арт-терапии как сравнительно молодой специальности, возникшей на стыке разных областей деятельности и явившейся результатом синтеза различных систем взглядов, посчастливилось избежать явной редуктивности и сохранить то внутреннее богатство, которое ценно для любого развития.

Притягательность и сила арт-терапии как метода заключается в ее способности выступать в качестве инструмента творческой коммуникации — внутриличностной, межличностной и культурной. Идея о том, что творческая деятельность, в частности художественное творчество, обладает способностью исцелять людей, тесно связана с историей культуры. В то же время эта идея дополняется признанием того, что современные условия жизни, формализация и инструментализация человеческой деятельности и отношений негативно сказываются на здоровье людей, что требует более активного использования их творческого потенциала. Однако раскрытие этого потенциала, в том числе на основе арт-терапевтического подхода, вряд ли может быть достигнуто путем использования неких универсальных технологических приемов.

Современная арт-терапия не стремится к использованию стандартных способов решения проблем. Она ориентирована на исследование внутреннего мира людей и системы их отношений, и в случае необходимости — на их изменение. Она вырастает из местных культур, в отрыве от которых она являлась бы не более чем эрзацем или очередной «душеспасительной утопией». Использование разных техник и подходов, с учетом конкретных условий жизни людей, их проблем и опыта, является отличительной чертой современной арт-терапии. Она призвана исцелять людей и делать их более свободными и счастливыми благодаря способности специалистов в этой области сохранять высокую степень открытости и сенситивности к множеству внешних и внутренних факторов, а также развивать и корректировать свои взгляды и методы работы.

Приложение 1


Дата добавления: 2015-02-10; просмотров: 11; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.019 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты