Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Историческая необходимость и свобода личности




Читайте также:
  1. F60 Специфические расстройства личности.
  2. F60.6 Тревожное (уклоняющееся) расстройство личности.
  3. F62.0 Хроническое изменение личности после переживания катастрофы.
  4. F62.1 Хроническое изменение личности после психической болезни.
  5. Pr.). - Обязательство — это правовые узы, в силу которых мы связаны необходимостью что-либо исполнить в согласии с правом нашего государства.
  6. Quot;Свобода есть право на неравенство".
  7. VI. Человечество в XXI веке: необходимость новой цивилизационной парадигмы
  8. VI.2.2.) Требования к личности и действиям опекуна.
  9. А. Адлер считал, что стремление к власти порождается страхом. Кто боится людей, видит необходимость властвовать над ними.
  10. Активность личности

История развития человечества — это в известном смысле история его свободы и культуры. По определению Маркса, «каждый шаг вперед на пути культуры был шагом к свободе». В ряду человеческих сущностных сил свобода занимает особое место. Во-первых, потому, что без нее человек не может практически реализовать намеченные цели, развиваться как личность. Потребность в свободе глубоко заложена в человеке, она связана с самой сутью его природы. Поэтому не случайно, что практически с момента зарождения философской мысли она в той или иной мере находила свое понимание у философов, которые занимались проблемами человека и общества. Во-вторых, философское решение проблемы свободы и необходимости, их соотношение в деятельности и поведении личности имеет не только теоретическое, но и огромное практическое значение для оценки всех поступков людей. Обойти эту проблему не могут ни мораль, ни право, ибо без признания свободы личности не может идти речь о ее нравственной и юридической ответственности за свои поступки. Если люди не обладают свободой, а действуют только по необходимости, то вопрос об их ответственности за свое поведение теряет смысл, а «воздаяние по заслугам» — превращается либо в произвол, либо в лотерею.

Ответственность — это лишь обратная сторона свободы. Отношения в обществе невозможно себе представить без ответственности за свои поступки. Каждый человек несет нравственную и правовую, духовную и материальную, индивидуальную и коллективную ответственность, и там, где есть право действовать, неизбежна и ответственность за совершенный поступок. Если человек теряет чувство ответственности, он как бы выпадает из общества, утрачивает важнейшие ниши, связывающие его с другими людьми. Именно ответственность выделяет человека как личность из всей остальной природы. Но чтобы правильно разобраться в механизмах ответственности, которые действуют в обществе и составляют одну из существенных основ общественных отношений, необходимо рассмотреть решение антиномии «свобода или необходимость» в истории философии. Проблема свободы относится к числу сложнейших и фундаментальных проблем, когда-либо встававших перед человечеством. «Ни об одной идее нельзя с таким полным правом сказать, что она неопределенна, многозначна, доступна величайшим недоразумениям и потому действительно им подвержена, как об идее свободы, и ни об одной не говорят обычно с такой малой степенью понимания её».



Решение антиномии «свобода или необходимость» в истории философии зависело от того, к какому из направлений тяготели те или иные философы. Одни (например, фаталисты) считали, что свобода была лишь конкретным воплощением необходимости со случайным отклонением от нее, другие (волюнтаристы) рассматривали свободу как первичную реальность человеческой жизни, тогда как необходимость трактовалась как абстрактное понятие.

Но уже в глубокой древности детерминированность свободы индивида обществом, т. е. необходимость определенного баланса «свободных намерений» различных индивидов общественными институтами и государством, в целом сознавалась многими мыслителями.

Так, например, ярчайший представитель древнегреческой философии Сократ выводит нравственность или благо, под которым он понимает объективный порядок и закон, свойственный внутренней природе человека из разумного стремления к удовольствию, и доказывает, что лучший путь к пользе для человека состоит в подчинении объективным законам внутренних и внешних условий его жизни. Добродетель не врожденна человеку, не дана объективно, независимо от его сознания и воли. Добродетель есть знание, благодаря которому человек создает моральные нормы и законы как наилучшее средство для развития и улучшения своей жизни. Свои отношения в обществе люди должны строить, исходя из знания и учета объективных законов человеческой жизни.



Согласно Эпикуру, познавая себя, человек открывает в себе свободу, познает себя как свободное существо, а познавая себя как часть мира, человек обнаруживает свою гармонию с миром, обретая тем самым спокойствие духа. Эпикур говорит, что свобода объективно присуща самой природе человека. Но Эпикур не увидел, что следовать своей природе и быть свободным — это не одно и то же. Свобода — это область деяния самого человека, она не присуща природе и человек не может взять ее у природы. Эпикур по сути дела отказывается от аристотелевской теории самореализации. Свобода у него не есть особенность и достояние человека. Свобода у Эпикура является не тем новым, что человек вносит в природу, а, наоборот, он распознает и берет свободу у природы, как человек все берет у нее.

Стоики же главной своей идеей провозгласили следование естественному ходу вещей как таковых, следование природе во всем ее разнообразии, ничего не желая и ни о чем не жалея. Добродетель у них есть следование природе, что является источником блаженства и наслаждения. Конечно, человеку часто приходится выбирать между удовольствием и страданием. В удовольствии, в радости добродетель наиболее полно раскрывается и гармонично выражается. Если же человеку выпало страдание, то это не умаляет высокого наслаждения от следования долгу и закону, ибо источник наслаждения находится в душе, которая подчиняется природе, а не в чувствах. Стоики призывали человека испытывать наслаждение не от получаемой пользы, а от самой необходимости следовать природе и находить в ней не средство для удовлетворения своей потребности, а высшую свою цель. Тогда подчинение превращается в господство, а необходимость — в свободу.

Принципиально новый подход в понимании свободы, послуживший методологической основой для рассмотрения этой проблематики во всех последующих философских системах, был разработан Б. Спинозой. Будучи последовательным детерминистом, Спиноза считал, что все вещи в своем существовании и действии определены необходимостью природы, и поэтому понятие абсолютной свободы является не более чем субъективной иллюзией.

Тем не менее, согласно Спинозе, существует путь освобождения от естественной необходимости — это ее познание. Осознание необходимости есть осознание человеком причин и следствий своих поступков, и, следовательно, именно здесь открывается для него возможность управлять своими целями, поступками, чувствами и аффектами. Человек, живущий истинным познанием, счастлив и свободен. Человек в своем отношении к вещам претерпевает различные чувственные коллизии. Но самосознание представляет природу человека идеально. Человек всегда действует в соответствии со своей природой. Объективное, истинное знание у Спинозы выступает непосредственно как воля. Он не разделяет волю и разум. Весь вопрос состоит в том, что человек понимает под своей природой, и тогда естественно вытекает его субъективное представление о пользе, удовольствии и способности, а значит, и о добродетели, поскольку Спиноза под добродетелью и способностью подразумевает одно и то же. Тождественность счастья, свободы и добродетели обуславливается у Спинозы тождеством разума и воли.

Позднее эти идеи Б. Спинозы были развиты в работах известного французского философа-материалиста П. Гольбаха, который подробно рассмотрел вопрос о неправомерности отождествления необходимости с внешним принуждением, показал, что необходимость не только не исключает свободы, а более того, содержит ее в себе и является одним из ее условий. Вместе с другими французскими философами-материалистами он провозглашал свободу естественным правом человека при условии, что это стремление будет иметь в своей основе совпадение общественных и личных интересов и в целом будет служить общественному благу.

Но, пожалуй, наибольшая заслуга в разработке проблемы свободы и необходимости принадлежит немецкой классической философии. Так, ее родоначальник И. Кант рассматривал свободу как одну из центральных категорий своей этики.

Дуалистическая позиция Канта по отношению к реальности привела его к заключению, что, будучи частью природы, человек строго детерминирован законами естественной необходимости. Но, обладая разумом, человек способен выйти за пределы естественной необходимости. Более того, разум позволяет иметь человеку неограниченную свободу. Но этой свободой человек обладает лишь как объект морального поведения. Кант задает вопрос: на чем люди основываются, когда считают себя свободными? Из опыта, по мнению философа, свободу нельзя вывести. Но вот способность человека добровольно и осознанно подчиняться принуждению морального закона является доказательством свободы. Сфера нравственно-должного, по Канту, является и сферой человеческой свободы. Исходя из этого, свой всеобщий нравственный закон, категорический императив, Кант сформулировал так: «Поступай так, чтобы максима твоей воли всегда могла иметь также и силу принципа всеобщего законодательства».

Создание концепции свободы как целостного, всесторонне проанализированного и глубоко аргументированного учения принадлежит великому философу Г. В.Ф. Гегелю. Несмотря на известную ограниченность его положений, обусловленных идеалистическим мировоззрением, концепция Гегеля явилась крупнейшей вехой в истории развития учения о свободе.

Разработанный им диалектический метод познания позволил по-новому представить соотношение свободы и необходимости… «слепа необходимость, лишь, поскольку она не понята». Не в воображаемой независимости от законов природы заключается свобода, а в познании этих законов и в основанной на этом знании возможности планомерно заставлять законы природы действовать для определенных целей. Это относится как к законам внешней природы, так и к законам, управляющим телесным и духовным бытием человека.

Одной из главных заслуг Гегеля в разработке учения о свободе является последовательное рассмотрение этой проблемы с позиции историзма. Гегель совершенно справедливо отметил, что человек любой эпохи не свободен, прежде всего потому, что он определен, «отягчен» всей прошлой историей человечества, и все его цели, принципы, идеи, идеалы, стремления и т. д. выступают не как нечто присущее ему исключительно, но как звено в цепи исторических событий, состоявшихся в причинно-следственной связи.

Величайшей заслугой Гегеля явилось то, что он рассмотрел проблему свободы в самой непосредственной связи с общей теорией права в качестве одного из краеугольных камней этой теории.

Вся проблематика свободы в целом изложена Гегелем в работе, носящей наименование «Философия права». Начиная с Гегеля, теоретическое осмысление свободы тесно связывается с общими принципами функционирования государства, с политической организацией общества и прежде всего с проблемой демократии и с отражением этих принципов в основополагающих юридических законах, т. е. в праве. Принципиальное отличие гегелевского подхода к проблеме от взглядов Канта и многих других философов заключается в том, что основы права, точнее основы принципа свободы, выражаемой в праве, Гегель усматривал не в произволе, не в субъективных стремлениях отдельных лиц, а в государстве, воплощающем в себе главнейшие принципы абсолютной идеи, в том числе и принцип свободы. Положительной стороной гегелевской концепции свободы является то, что она была направлена против индивидуалистического взгляда на свободу и соответственно против индивидуалистической правовой идеологии. Гегель и Кант рассматривали свободу индивида и общества во взаимосвязи, но в основе кантовского учения в понятие свободы был заложен индивидуалистический интерес, тогда как у Гегеля — интерес коллективистский, всеобщий интерес общества и государства.

В дальнейшем концепции свободы в зарубежной философской мысли развивались по коллективистскому пути, когда свобода личности является производной от развития свободы в обществе и государстве, или по индивидуалистическому пути, когда государство и общество только мешают и противостоят свободе личности. Последнее направление наиболее ярко изложено в философских идеях основателя экзистенциализма С. Кьеркегора, а также в философских учениях Ж. — П. Сартра и Ницше.

С точки зрения Кьеркегора, чем больше человек освобождается от действительности, от всего «внешнего», тем он свободнее и тем больше имеет возможность выявить свою подлинную единственность и неповторимость, а главное, человек будет иметь возможность выбора: подчиниться чему-то внешнему или следовать велению своей души. Кьеркегор утверждает, что поступок человека свободен, если является проявлением нравственности воли человека, его хотения, а не продиктован какой бы то ни было необходимостью. Такая точка зрения на проблему свободы является крайне субъективистской, и уже Ж. — П. Сартр пытался как-то «коллективизировать» экзистенциализм, не меняя его сущности. Человек «творит себя» и является не чем иным, чем то, что он сделал из себя сам, т. е. у Сартра существование предшествует сущности человека. Человек сначала должен появиться в мире, а затем уже формировать свою сущность, неся при этом ответственность за свое существование. Сартр считает, что человек формирует свои ценности в своем одиночестве и желает, чтобы основой этих ценностей была свобода. Сартр понимает, что в предметной деятельности свобода отдельного человека зависит от свободы других, и, наоборот, тот факт, что человек, у Сартра, формирует свои ценности в одиночестве и отчуждении, не позволяет Сартру выйти за рамки крайней формы индивидуализма, так как эти ценности хороши для отдельного человека, но могут быть аморальны с общепринятой точки зрения.

Крайней формой индивидуалистического подхода к концепции свободы является философская доктрина Ницше, который провозгласил свободу уделом сильных личностей. В обществе, по Ницше, есть сила, которая подавляет индивида, но ее можно преодолеть, и сделать это могут только сильные личности. И здесь сила является единственным мерилом нравственности человека. Ницше делит общество на два сословия: сословие «свободных людей» и сословие «рабов». Если «рабы» захотели социальной справедливости, то это приведет только к гибели культуры, спасти которую можно, только подавив демократические преобразования общества. Такая сверхчеловеческая свобода приводит к самообожествлению. Желая стать беспредельно свободным, человек становится одержим силами зла. Трагедия сверхчеловеческой свободы, которую Ницше оставляет только сильным личностям, заключается в ее неизбежном вырождении в рабство у сил зла.

Большой интерес, на наш взгляд, представляет разработка проблемы свободы в учении русского философа Н.А. Бердяева, изложенная в книгах «О назначении человека», «Философия свободного духа», «Рабство и свобода человека». В центре учения Бердяева стоит иррациональная свобода, несотворенная свобода, а человек есть «дитя Божие и дитя мэона — несотворенной свободы» (Бердяев Н.А. О назначении человека. М., 1993). Бог не всесилен над несотворенной свободой, которая предшествует добру и злу. Акты свободной воли не могут быть предвидены Богом, поэтому Бог не несет ответственности за зло. Свобода у Бердяева первичнее Бога Творца, она является вторым Абсолютом и коренится в Ничто. Вот как раз зло и исходит из глубин иррациональной свободы, из гордыни духа, пожелавшего поставить себя вместо Бога. Кроме иррациональной свободы, Бердяев различает еще две формы: рациональную (моральную свободу творчества) и сверхрациональную свободу (покоряющуюся воле Божией). Если человек сам не захочет творить согласно воле Бога, то и Бог ему в этом не поможет. Именно в творчестве Бердяев видит положительное проявление свободы. Но вот плоды творчества, попадая в объективный мир, могут искажаться и самоотчуждаться, и тогда результат творчества обессмысливается. Безличные природно-социальные силы зачастую толкают человека на путь зла. Но рационально-моральная свобода, хотя и предохраняет человека от соблазнов зла, все же приводит его к принудительной добродетели. Такое принудительное добро теряет свою духовность и становится тираническим. Но все же человеку свойственно просветление божественным светом, человек может отвечать на жертвенный призыв любви, входить в Царство Божие. В этом нисхождении Бога в глубине свободы человека и в просветлении этой свободы изнутри и заключается, у Бердяева, сверхрациональная свобода. Но человек не должен быть одержим свободой. Человек должен владеть свободой. «Потусторонность» свободы у Бердяева означает для этики сверхморализм, а для онтологии — обожествление ничто. В результате чего Бердяеву не удалось найти свободе надлежащего места в иерархии бытия.

Дальнейшее развитие проблема свободы и необходимости, но уже на диалектико-материалистической основе, получила в философии марксизма, но уже на диалектико-материалистической основе.

Особое внимание в философии марксизма было уделено исследованию проблемы свободы выбора индивида в процессе деятельности. По мнению Маркса, индивид ощущает свою свободу, прежде всего, как личное чувство, которое заключается в возможности поступать так или иначе. Однако природа свободы не ограничивается этим субъективным аспектом. Поскольку человек — деятельное существо, то свобода выбора переходит на следующих высших ступенях в свободу решения, а затем в свободу действия, т. е. в объективную свободу.

Свобода индивида может служить также основой не только положительных ценностей, но и всего того, что связано с несправедливостью, беспринципностью, аморализмом, поэтому сам факт свободного, самостоятельного выбора не может служить единственным принципом моральной оценки поступка человека. Поэтому марксистское понимание связывает проблему внутренней свободы, свободы выбора с объективным содержанием тех ценностей (положительных или отрицательных), которые выбирает человек, с оценкой социальной значимости и направленности его побуждений. Только на этой основе возможна правильная оценка поступков человека.

В противоположность экзистенциалистскому пониманию свободы, которое проблему моральной ответственности и долга сводит к ответственности человека только по отношению к самому себе, к своим личным побуждениям, марксистское понимание исходит из того, что при оценке того или иного выбора необходимо учитывать степень ответственности человека не только перед самим собой, но и перед обществом, человечеством. Чувство социальной ответственности должно пронизывать все проявления человеческой свободы. Анархистско-безответственная, ничем не мотивированная «свобода» — это уже не свобода в подлинном смысле этого слова. Равным образом субъективистская ориентация индивида лишь на ответственность перед самим собой, своими личными побуждениями также еще не ведет к подлинной свободе. Последняя возможна при условии нравственной ответственности и морального долга индивида по отношению к обществу, ибо моральной мерой свободы является социальная ответственность.

Кроме того, свобода личности противоположна по своему смыслу «уравниловке, стандартизации общественных отношений, что обезличивает человека. Ядро свободы, с другой стороны, противоположна и произволу, поскольку свобода – это выбор, который делает интеллектуально сформировавшаяся личность, перед которой всегда присутствует эмоционально- волевое напряжение (бремя выбора), позволяющее осознать ответственность за принятое решение и поступки, являющиеся его следствием.

Одним словом, свобода и ответственность – две стороны одного целого – сознательной деятельности сформировавшейся личности. При этом, свобода обязательно порождает ответственность, ответственность направляет свободу, которая связана с необходимостью, обусловленной в конечном итоге объективными законами бытия. Однако в данной диалектической взаимосвязи надо учитывать, что абсолютизация необходимости, трактовка всякого действия человека как предопределенного заранее, исключающего всякую возможность выбора и случайности приводят к фатализму.

Пренебрежение же необходимости, объективными законами исторического процесса, принятие решения, сообразуясь лишь с субъективными оценками и желаниями, являются основой волюнтаризма и ведут к произволу и вседозволенности.

У значительной части российской элиты, главным образом политической, существует расхожее мнение, что без Б.Н. Ельцина народ в период реформ не смог бы обрести столько демократических свобод. Безусловно, он сыграл бы позитивную роль в истории России, если бы реализовал 15-летнюю программу народной приватизации, когда намечалось получение каждым гражданином именного чека стоимостью в 650 раз дороже, чем «чубайсовский» ваучер. По сути, это была идея народного капитализма, как в Скандинавских странах.

Для защиты народных интересов он должен был содействовать созданию настоящих, а не карманных «шмаковских» профсоюзов и свободных средств массовой информации. Но он испугался страны, в которой все станут собственниками. Вследствие такой недальновидной политики бывшего кандидата в члены политбюро ЦК КПСС, пересевшего в московские трамваи в скороходовских ботинках, чтобы получить народное признание в конце 80-х годов, после ГКЧП 91-го и обстрела Белого дома в 93-м, запустил обвальную приватизацию для формирования на просторах России олигархического капитализма. И все так произошло главным образом потому, что у первого Президента России не было должного понимания ответственности, как перед самим собой, так и перед народом, перед человечеством в целом.

Чувство социальной ответственности должно пронизывать все проявления человеческой свободы у политиков и государственных деятелей, а анархистско, безответственная, ничем не мотивированная «свобода» - это не свобода в подлинном смысле слова. Равным образом субъективистская ориентация индивида лишь на ответственность перед самим собой, своими личными и семейными интересами также не ведет к подлинной свободе.

Таким образом, свобода возможна только при условии нравственной ответственности и морального долга индивида, как сформировавшейся личности, по отношению к обществу, ибо моральной мерой свободы в современном обществе, в том числе и в правоохранительной деятельности, является социальная ответственность перед людьми.

 

 

Литература:

1. Бердяев Н.А. О назначении человека. М., 1993.

2. Гаджиев К.С. Размышления о свободе // Вопросы философии. М., 1993. № 2.

3. Гегель Г. Энциклопедия философских наук. Часть 3. Философия духа. // Соч. Т.3. М., 1956. С.291.

4. Дубов Г.В. Проблема свободы и ответственности в общественной мысли и современность. М., 1990.

5. История философии: Запад-Россия-Восток. М., 1996.

6. Козловский В.В., Уткин А. И., Федотова В. Г. Модернизация: от равенства к свободе. — СПб., 1995.

7. Левицкий С.А. Трагедия свободы. М., 1995.

8. Нарский И.С. Западноевропейская философия XIX века. М., 1976.

9. Ноговицын О.М. Ступени свободы. Л., 1990.

10. Самченко В.Н. Размышления о свободе. //Философские науки.



Кудин В.А. -генерал-лейтенант милиции, начальник Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук, доцент, заслуженный юрист РФ

Джегутанов Б.К. - профессор кафедры философии Санкт-Петербургского университета МВД России, Заслуженный работник высшей школы РФ, академик Академии геополитических проблем, доктор философских наук, профессор


Дата добавления: 2015-02-10; просмотров: 276; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2020 год. (0.012 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты