Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



МЕТОДИЧНА РОЗРОБКА ПРАКТИЧНОГО ЗАНЯТТЯ № 13 7 страница




Читайте также:
  1. D. Қолқа доғасынан 1 страница
  2. D. Қолқа доғасынан 2 страница
  3. D. Қолқа доғасынан 3 страница
  4. D. Қолқа доғасынан 4 страница
  5. D. Қолқа доғасынан 5 страница
  6. D. Қолқа доғасынан 6 страница
  7. D. Қолқа доғасынан 7 страница
  8. D. Қолқа доғасынан 8 страница
  9. D. Қолқа доғасынан 9 страница
  10. Hand-outs 1 страница

кто жаждут свободы, знают, что ты - единственный, кто может нам ее дать.

- Что значит "единственный"? - поморщился Ричард.

- Ну, прежде правил Имперский Орден. Они были бесчеловечны,

простите... - парень запнулся. - Точнее, были введены в заблуждение и не

знали, как можно управлять иначе. Возможно, это не их вина. Не мне судить

об этом, - Оуэн остановился, подыскивая слова, припоминая жестокие деяния

Имперского Ордена. - Потом пришел ты и дал людям свободу. Ну, так, как это

случилось в Алтур-Ранге.

Ричард провел рукой по лицу. Так много забот! Так много всего, что он

должен сделать... Ему необходимо перевести книгу. А еще надо выяснить, что

это была за вещь, до которой дотронулась Кара, и почему их преследуют

чернокрылые птицы. Необходимо вернуться к Виктору и к тем, кто участвовал в

восстании против Ордена. И он обязательно должен встретиться с Никки и

разобраться со своими головными болями. Кто знает, возможно, Никки сможет

помочь ему в этом лучше, чем кто-либо другой.

- Оуэн, я не "давал" людям свободу.

- Да, лорд Рал.

Оуэн, конечно, не осмелился возразить Ричарду, но его глаза ясно

говорили, что парень не согласен с его словами.

- Оуэн, почему ты думаешь, что я дал людям свободу?

Парень откусил кусочек печенья и взглянул на остальных. Он ссутулил

плечи и неуверенно пожал ими. Наконец, прочистил горло.

- Ты делаешь то же, что и Имперский Орден - ты убиваешь людей. - Он

неуклюже выбросил вперед руку с печеньем, пронзая воздух, словно мечом. -

Ты убиваешь тех, кто порабощает других, и даешь свободу угнетенным, поэтому

и мир возвращается.

Ричард глубоко вздохнул. Он не был уверен, то ли Оуэн и вправду так

убежден в том, что он говорит, то ли по-ослиному упрям, то ли сильно

нервничает перед новыми людьми и потому с таким трудом выражает свои мысли.

- Это не совсем так, - сказал Ричард.

- Но именно поэтому ты здесь. Все знают об этом. Ты пришел в Древний

мир принести людям свободу.

Присев на корточки, Ричард наклонился вперед, растирая немеющие ладони

и думая о том, как много хотел бы он объяснить. Он почувствовал волну

теплоты, когда Кэлен нежно положила руку ему на плечо. Сразу стало намного

легче дышать. Все, в чем Ричард действительно нуждался - как человек, а не

как чародей и Правитель Рал, - это никогда не возвращаться к тому ужасу,

когда был узником и жил вдали от Кэлен, думая, что больше ее не увидит. Но

сейчас надо было отложить в сторону весь груз эмоций.

- Оуэн, я пришел из Нового мира...

- Да, я знаю, - кивнул головой Оуэн. - И ты пришел сюда освободить

людей от...

- Нет. Это не так. Мы жили в Новом мире. Мы жили мирно, очевидно, как

и твой народ. Император Джегань...

- Сноходец.

- Да, Император Джегань, сноходец, двинул свою армию завоевывать Новый

мир, превращать в рабов наш народ...



- И мой народ тоже.

- Понимаю, - кивнул Ричард. - Я знаю, что это за ужас. Его солдаты

неистовствуют в Новом мире, убивают и заковывают в кандалы людей.

- И у нас творится то же самое, - согласился Оуэн, обратив полный слез

взор в темноту.

- Мы пытались бороться, - сказала Кэлен. - Но их слишком много. Армия

Джеганя огромна, и нам не выгнать их с нашей земли.

Оуэн снова принялся грызть печенье, избегая взгляда Кэлен.

- Мой народ страдает от людей Ордена - да простит Создатель их

заблуждения.

- Нет! Да вопят они в муках агонии в самой темной тени Хранителя

подземного мира до скончания веков! - внесла безжалостную поправку Кара.

У Оуэна отвисла челюсть. Он никогда не слышал проклятия,

произнесенного столь громко и с такой силой.

- Мы не смогли победить их с ходу, просто вышвырнув обратно в Древний

мир, - произнес Ричард, возвращая Оуэну его взгляд. - Поэтому я здесь, на

родине Джеганя, надеясь помочь тем, кто жаждет быть свободным, сбросить

оковы Ордена. Пока сноходец там, далеко, завоевывает нашу землю, он оставил

свою родину незащищенной. И это дает возможность тем, кто стремится к

свободе, ударить его в самое слабое место. Нанести удар в глубоком тылу...

Мне пришлось поступить так потому, что я не вижу другого пути борьбы против

Имперского Ордена - пути, на котором нас может ждать успех. Если нам

удастся ослабить тылы, откуда Джегань черпает людей и ресурсы, тогда он

будет вынужден отказаться от завоевательных планов и бросить свою армию

сюда, отвоевывать собственную землю... Тирания не может продолжаться вечно.

Ее суть настолько извращенна, что по природе разлагает все, включая себя

самое. Но такой процесс может занять целую жизнь. Вот почему мы пришли

сюда - чтобы его ускорить, чтобы я и те, кого я люблю, имели право выбора,

были свободны прожить свою собственную жизнь так, как пожелаем. Если

достаточно много людей поднимется против правления Имперского Ордена, тогда

мы ослабим тиски Джеганя и сокрушим и его и Орден, - Ричард помолчал и

наконец закончил. - Так я сражаюсь с ним, так пытаюсь сломить нашего общего

врага и выманить из моей страны.

- Все так, - согласно кивнул Оуэн. - Это именно то, в чем мы

нуждаемся. Мы - жертвы судьбы. Нам нужен ты, чтобы выдворить людей Джеганя



из нашей страны, а затем ты бы вложил свой меч в ножны, и наш народ смог бы

снова зажить спокойно и мирно. Ты нужен нам, чтобы дать свободу.

В костре треснуло полено, и в воздухе закружились, поднимаясь к небу,

искорки. Ричард сидел, склонив голову и сложив вместе кончики пальцев.

Похоже, парень не услышал ни единого слова. Создатель, как ему объяснить,

чтобы до него наконец дошло? Отряд Ричарда очень мал. Им необходим отдых.

Ему самому надо толковать книгу. Они должны добраться до места, куда

направляются... Но хотя бы сейчас его не мучают головные боли.

- Оуэн, прости, - наконец тихо произнес Ричард. - Я не могу помочь

тебе и сделать то, чего ты от меня ждешь. Но я хочу, чтобы ты понял: успех

моего дела ведет к успеху твоего. И то, что я делаю, в конце концов,

заставит Джеганя вывести свою армию с твоей родины. По крайней мере, они

будут ослаблены, и вы сможете их выгнать.

- Нет! - вскрикнул Оуэн, чуть не плача. - Его люди не уйдут, пока ты

не придешь и не... - Парень содрогнулся. - Не уничтожишь их.

Само слово "уничтожить" и все, что с ним связано, вызывало у Оуэна

тошноту.

- Завтра мы пойдем своей дорогой, - Ричард уже не заботился о том,

чтобы выглядеть вежливым. - Ты пойдешь своей. Желаю тебе удачи в

освобождении твоего народа от Имперского Ордена.

- Мы никогда не сможем, - запротестовал Оуэн, вскакивая на ноги. - Мы

не варвары. Ты и подобные тебе дикие способны убивать других и дать нам

свободу. Мой народ решил, что я единственный, кто может привести тебя. Ты

должен идти и сразиться, и принести свободу нашей империи...

Ричард потер кончиками пальцев морщины над бровями и посмотрел на

парня устало и с жалостью. Кара приподнялась было, но взгляд Правителя

заставил ее сесть на место.

- Я дал тебе воды, - сказал он парню, поднимаясь. - Я не могу дать

тебе свободу.

- Но ты должен...

- Дежурим ночью по двое, - оборвал Ричард Оуэна и повернулся к нему

спиной, давая понять, что разговор окончен.

Рот Кары искривила довольная усмешка. Наконец прозвучало твердое

решение, вполне соглашающееся с ее представлениями о том, что следует

делать, и потому она была удовлетворена.

- Утром Оуэн пойдет своей дорогой, - добавил Ричард довольно громко,

чтобы все его слышали.

- Да, безусловно, - взгляд голубых глаз Кары скользнул по Оуэну. -

Пойдет как миленький.

 

 

Глава 11

 

- Что с тобой? - спросила Кэлен, подъезжая верхом к повозке.

Ричард выглядел чем-то взбешенным. Она заметила, что в одной руке муж

держит книгу, а другую сжал в кулак. Он было хотел ответить, но Дженнсен,

сидящая рядом с Томом, повернулась посмотреть, в чем дело, поэтому Ричард

обратился к ней:

- Мы с Кэлен собираемся проверить дорогу впереди. Следи за Бетти,

чтобы она не выскочила. Хорошо, Джен?

Девушка улыбнулась и кивнула.

- Если Бетти будет плохо себя вести, дай мне знать, и я отведу ее к

одной леди, которая делает замечательные колбаски, - подмигнул Том.

Дженнсен рассмеялась шутке и добродушно ткнула его локтем под ребра.

Когда Ричард выбрался из повозки и спрыгнул на землю, она ухватила Бетти за

виляющий хвостик.

- Голубушка! Ты останешься здесь. Ричард совсем не хочет, чтобы ты

постоянно таскалась за ним.

Бетти, успевшая положить передние копытца на борт повозки, заблеяла,



посматривая на Дженнсен и как бы упрашивая ее передумать.

- Вниз, - скомандовала Дженнсен. - Лежать.

Бетти с недовольным видом прыгнула назад в повозку, требуя, чтобы в

утешение ее хотя бы почесали за ушами, а иначе она не ляжет.

Кэлен наклонилась в седле и отвязала от повозки поводья лошади

Ричарда. Он поставил ногу в стремя и одним быстрым движением оказался в

седле. Кэлен видела, что он взволнован, но ее сердце ликовало, когда она

просто смотрела на него.

Ричард переместил вес немного вперед и подстегнул коня. Кэлен, держась

рядом с мужем, сжала ногами бока своей лошади, пустив ее в галоп. Ричард

поехал впереди нее, описывая круги среди неровных холмистых склонов. Скоро

они встретили Кару и Фридриха, объезжающих местность.

- Мы собираемся проверить эту часть, - сказал им Ричард. - Может,

вернетесь, разведаете, что там сзади?

Кэлен поняла, что Ричард отослал их обратно для того, чтобы Кара не

следила за ними, как она обязательно бы сделала, поедь они в

противоположную сторону. А так Кара могла не беспокоиться о том, что они

будут возвращаться и заблудятся.

Охранница натянула поводья и повернула назад. Кэлен неслась вперед за

Ричардом, прижавшись к холке. Пот пропитал рубашку на ее спине. Несмотря на

редкие деревья и высокую траву, покрывающую подножия холмов, жара не

спадала. Ночью немного холодало, но днем было все так же жарко. Когда над

гребнями гор повисали облака, воздух становился еще и влажным.

Суровая горная гряда на востоке внушала страх. Отвесные каменные стены

поднимались над плоскогорьями, нагроможденными в хребет. Нависшая каменная

стена высотой в тысячу футов, с которой то и дело падали глыбы камня,

делала восхождение невозможным. Если тропы через перевалы и проложены, они,

несомненно, опасны для путников.

Все же перейти эти серые раскаленные горы было невероятно трудно, но

шанс был. Куда большая проблема лежала дальше.

Ближние горы, простирающиеся по краю пустыни с севера на юг, скрывали

за собой устрашающую цепь снежных пиков, которые полностью преграждали путь

на восток. Кэлен никогда не видела таких внушительных гор. С ними не могли

сравниться даже славящиеся своей непроходимостью горы Ранг-Шада в Срединных

землях. Эти же горы казались гигантами даже на их фоне. Отвесные скалы

вздымались на тысячи футов. Мрачные склоны не оживлялись ни единой тропкой

или просветом и были настолько круты, что на них не росло ни единого

чахлого деревца; их корням было просто не за что уцепиться. Высокие

заснеженные пики величественно поднимались над облаками, напоминая скорее

острые лезвия ножей, чем отдельные вершины.

Днем раньше, когда Кэлен увидела, что Ричард пристально вглядывается в

эти горы, изучая их, она спросила, можно ли их обойти. Ответ мужа был

категорически отрицательным. Ричард уверился, что единственная

возможность - это пересечь их, пройдя ущельем, которое он отметил, когда

нашел место, где была загадочная граница.

Сейчас они двигались к северу по удобной тропе вдоль голых склонов

близких гор.

Недалеко от пологого покрытого бурой травой холма Ричард остановил

лошадь. Он повернулся в седле, проверяя, что остальные далеко.

- Я просмотрел книгу, - Ричард подвел лошадь почти вплотную к Кэлен и

все же понизил голос.

- Когда я тебя спрашивала, почему ты не просмотришь книгу, ты сказал,

что это не самое мудрое решение, - жене не понравился его тон.

- Знаю. Но я так ни к чему и не пришел, а нам нужно найти ответы. -

Лошади перешли на легкую рысь. Ричард потер плечи. - После такой жары с

трудом верится, что наступят холода.

- Холода? О чем ты?..

- Ты встречалась с такими необычными людьми, как Дженнсен? - Кожа

седла заскрипела, когда Ричард еще ближе склонился к Кэлен. - С теми, кто

рожден без дара, даже без малейшей его искры? С теми, кого называют Столпы

Творения? Знаешь, в прошлом, когда была написана книга, их можно было

встретить гораздо чаще.

- То есть, в их рождении не было ничего странного?

- Да, ничего. Они вырастали, женились и рожали детей - детей без дара.

- Разорванная связь в цепи рожденных с даром... - Кэлен посмотрела на

него с большим удивлением. - Это то, о чем ты мне говорил раньше?

- Такими были дети лорда Рала, - кивнул Ричард. - Не те дети, что

рождались у Даркена Рала, или у его отца. Понимаешь, все дети лорда Рала и

его жены были членами семьи, и их лечили, если они рождались такими. Это

значит, что волшебники пытались помочь им - сначала прямым потомкам, потом

их детям, потом детям их детей. Они пытались исцелить...

- Исцелить? От чего?

Ричард поднял руки в нетерпеливом жесте.

- От отсутствия дара - от рождения без крошечной его искры, которая

есть у каждого. Волшебники пытались восстановить разорванную связь.

- И как же они думали исцелить рожденных без искры? Ричард сжал губы,

подбирая нужные слова.

- Помнишь тех волшебников, которые послали тебя через границу искать

Зедда?

- Да, - начиная прозревать, произнесла Кэлен.

- Они не были рождены с даром, не были прирожденными волшебниками. Кем

они были - вторыми или третьими волшебниками? Кем-то вроде этого? Однажды

ты рассказывала мне о них, - он щелкнул пальцами. - Волшебниками Третьего

уровня. Так?

- Да. Только один, Джиллер, был волшебником Второго уровня. Никто из

них не смог пройти испытания и стать Первым, как Зедд, потому что у них не

было дара. Быть волшебниками было их призванием, но они не обладали

необходимым даром - только той искрой, которой наделен каждый.

- Это как раз то, о чем я говорю, - сказал Ричард. - Они не были

рождены с даром волшебников, только лишь с искрой, как и все. Зедд каким-то

образом обучил их способности применять магию, то есть быть волшебниками,

хотя они не были рождены для этого и не имели дара.

- Ричард, обучение длилось бы всю жизнь.

- Я знаю, но суть в том, что Зедд помог им стать волшебниками,

способными пройти испытания и накладывать заклинания.

- Да, помню. Когда я была маленькой, волшебники Третьего и Второго

уровня учили меня тому, как действует магия и Башня Волшебников,

рассказывали о людях и созданиях Срединных земель. Может, они и не были

рождены с даром, но учились всю жизнь, чтобы стать волшебниками. И мои

наставники были ими, - убежденно закончила Кэлен.

На лице Ричарда появилась улыбка, сказавшая Кэлен, что она верно

ухватила самую суть его доводов.

- И все-таки твои учителя не были рождены с этим свойством, с даром, -

он приблизился к ней. - Зедд ведь не только обучал, он применял магию,

чтобы помочь им стать волшебниками, так ведь?

- Не знаю, - Кэлен, обдумывая, нахмурила брови. - Ни Джиллер, ни

другие никогда не рассказывали о том, как их учили быть волшебниками. Это

не имело отношения ко мне или моему обучению.

- Но Зедд обладает Магией Приращения, - подчеркнул Ричард. - Магией

Приращения можно изменять предметы, добавляя новые или усиливая те

свойства, которые у них уже есть.

- Ну ладно, - осторожно согласилась Кэлен. - Так в чем же суть?

- А суть в том, что Зедд отобрал людей, не имеющих дара волшебника, и

обучил их. Но, что важнее, он должен был использовать свою силу и изменить

то, что им было дано при рождении, чтобы помочь им пройти этот путь. Дед

должен был наделить каждого частицей дара, - Ричард взглянул на Кэлен

сверху вниз, когда его лошадь неторопливо обходила низенькую кривую

сосну. - Он изменил их с помощью магии.

Кэлен глубоко выдохнула, взглянув на Ричарда, и перевела взгляд на

расстилающиеся впереди холмы, покрытые травой. Женщина осмысливала то, что

сказал ей муж.

- Никогда не думала об этом, но так оно и есть, - помолчав, признала

она. - И что это значит?

- Мы предполагали, что только волшебники прошлого могли делать такое,

но, очевидно, это искусство не было утеряно, и оно не столь недоступно, как

я думал. Оно доступно тем волшебникам, кто верил в возможность изменения в

желательном для них направлении. И вот что я понял. То, что сделал Зедд,

наделив даром твоих учителей, делали и волшебники прошлого, пытаясь дать

Столпам Творения искру дара.

Для Кэлен настал момент озарения. Она была поражена. Не только

волшебники прошлого, но и Зедд использовали магию для изменения природы

людей, их сущности, того, с чем они были рождены.

Раньше Кэлен думала, что Зедд только лишь помог ее учителям в

Эйдиндриле достичь того, что было величайшей целью их жизни - их призвания.

Она считала, что Первый Волшебник лишь усилил данное им при рождении, помог

развить способности в полную силу. Однако такая возможность была только у

тех, кто обладал искрой. Но если волшебники прошлого делали такие вещи,

чтобы помочь людям, возможно, они могли использовать свою силу и в других

целях?

- Таким образом, волшебники прошлого, знающие, как изменить врожденные

способности, считали, что могли бы исцелить и тех, кого называли Столпами

Творения, - заключил Ричард.

- Исцелить от отсутствия дара? - недоверчиво переспросила Кэлен.

- Не только. Они не собирались делать их волшебниками, но думали, что

смогут наделить их самой малой искрой дара, которая позволила бы таким

людям взаимодействовать с магией.

Кэлен глубоко вздохнула.

- И что произошло?

- Книга написана после окончания Великой войны, когда Древний мир был

отделен границей. Она написана во времена мира в Новом мире. Но помнишь, к

чему мы пришли с тобой раньше? Мы думали, что во время войны волшебник

Рикер и его сторонники сделали так, что дети волшебников перестали

наследовать способность владеть Магией Ущерба. После войны все реже

рождались дети с даром, и никто из рожденных не обладал Магией Ущерба.

- Значит, после войны, очень быстро перестали рождаться дети,

обладающие двумя сторонами дара - Приращения и Ущерба. Это мы знали, -

сказала Кэлен.

- Именно, - Ричард приблизился к ней с книгой. - Но потом, когда стало

рождаться все меньше волшебников, внезапно волшебники осознали, что

появилось много людей, не обладающих даром - разорвалась связь магической

преемственности. Неожиданно они оказались не только перед проблемой

отсутствия волшебников, но и столкнулись лицом к лицу с появлением на свет

Столпов Творения.

Кэлен качнулась в седле, представляя, что творилось в то время в

Башне.

- Думаю, они были очень обеспокоены.

- Они были в отчаянии, - многозначительно понизил голос Ричард.

Кэлен опустила поводья, идя рядом с Ричардом, лошадь которого обходила

древнее поваленное дерево, высеребренное беспощадным солнцем.

- Я предполагаю, что волшебники стали делать то же, что и Зедд, -

Кэлен направила свою лошадь за Ричардом. - Учить тех, кто чувствовал

призвание и желал стать волшебником, но не был рожден с таким даром.

- Да, но тогда они еще могли научить обладающих Магией Приращения

использовать Магию Ущерба, - произнес Ричард. - Со временем они утратили

это искусство, но были способны, как и Зедд, научить людей быть

волшебниками, колдующими лишь Магией Приращения. В книге написано и о

другом, - Ричард взмахнул рукой. - Волшебники прошлого стремились не только

к этому. Ими двигала вера в свои силы и убежденность в собственной правоте.

Они считали, что могут исцелить Столпы Творения так же, как и научить

волшебников использовать в колдовстве Магию Ущерба, а лишенных по рождению

дара волшебника - использовать Магию Приращения. - То, как Ричард

размахивал руками, напомнило Кэлен Зедда, когда он особенно

воодушевлялся. - Чародеи прошлого пытались изменить природу людей. Людей,

не обладающих искрой дара, они отчаянно пытались наделить способностью

воспринимать магию. Волшебники не добавляли или увеличивали данное от

природы, они хотели создать что-то из ничего.

Кэлен все это не нравилось. Она знала, что в то время волшебники

обладали большой силой и могли изменять дар людей и управлять им в своих

собственных целях.

Так они создавали оружие против людей.

В Великую войну предки Джеганя - сноходцы - были таким оружием.

Сноходцев создали для того, чтобы проникать в сознание жителей Нового мира

и управлять им. В те ужасные времена родилась и магическая связь лорда Рала

с его народом, которая была призвана противостоять сноходцам и защищать

людей.

Прирожденные чародеи прошлого, не задумываясь о последствиях,

вмешивались в человеческую природу, заколдовывая людей и превращая их в

живые орудия. Эти изменения затрагивали саму сущность человека, и, чаще

всего, были необратимы. Порой такие создания становились безгранично

жестокими монстрами. Их наследник - Джегань.

Во время Великой войны один из осужденных за предательство волшебников

отказался признаться в том, что совершил. Не сумев даже пытками вырвать у

него признание, волшебники обратились к могущественному Мэрриту и создали

Исповедниц. Первая же Исповедница, Магда Сеарус, коснулась

волшебника-отступника и получила искомую исповедь. Суд был настолько

удовлетворен результатами колдовства Волшебника Мэррита, что решил создать

Орден Исповедниц.

Кэлен чувствовала этот мир так же, как и обычные люди, она была

женщиной от прекрасной макушки до кончиков изящных пальцев и страстно

любила жизнь - ничуть не меньше, чем любая простая женщина. Но... Кэлен

была особенной, и ее власть Исповедницы была результатом колдовства. Она -

наследница женщин, созданных как оружие - оружие, предназначенное искать

правду. Как горько осознавать это...

- Что с тобой? - спросил Ричард.

Кэлен подняла глаза и безмятежно встретила обеспокоенный взгляд мужа.

Она заставила себя улыбнуться и покачала головой, давая понять, что все в

порядке.

- Ну, так что ты обнаружил, пролистнув книгу? Ричард глубоко выдохнул,

касаясь руками луки седла.

- В общем, можно сказать так. Они применяли краску, чтобы рождались

люди... без глаз.

В представлениях Кэлен о магии и истории это было ужасно, даже в

сравнении с наиболее жестокими экспериментами по превращению людей в

оружие. В самых отвратительных случаях обычно отнимали какое-либо свойство

человеческой натуры и привносили или усиливали другие способности. Но никто

не смог бы создать то, чего нет.

- Другими словами, они не сумели, - подытожила Кэлен.

- Да, Великая война закончилась, и Древний мир был надежно отделен

созданной границей. А с ним и те, кто хотел положить конец магии, - кивнул

Ричард. - Волшебники осознали, что все меньше людей рождаются с даром

колдовства, а магическая связь с народом, вызванная Домом Ралов ради защиты

от сноходцев, имеет неожиданные последствия. И самое страшное из них

заключается в рождении детей без дара, в необратимом разрыве в магической

цепи.

- Итак, перед ними стояли две проблемы, - продолжила размышления мужа

Кэлен. - Все меньше появлялось на свет магов и, кроме того, рождалось все

большее количество людей, не имеющих даже искры дара.

- Ты права. И вторая проблема росла быстрее, чем первая. Вначале

волшебники прошлого верили, что отыщут решение, лекарство. Но не смогли. А

что еще хуже, как я уже говорил тебе, так это то, что рожденные без дара,

как Дженнсен, рожали таких же детей. Через несколько поколений количество

подобных людей возросло бы неизмеримо.

- Действительно, наверное, они испытывали отчаяние, - глубоко

вздохнула Кэлен.

- Это был хаос, - мрачно констатировал Ричард.

Женщина откинула назад прядь волос.

- И что они решили?

Ричард бросил на Кэлен взгляд, в котором читалось потрясение тем, что

он узнал.

- Чародеи выбрали магию, а не людей. Они решили, что магия или тот,

ктo ею обладает, намного важнее, чем человеческая жизнь, - лорд Рал гневно

повысил голос. Его разум был едва в силах вместить масштаб и ужас

содеянного предками. - Волшебники прошлого поставили превыше всего права

тех, кто, так же как и они, от рождения обладали магическим даром. Превыше

всего - собственные "уникальные" жизни, собственное "уникальное"

существование... Дар для них стал значить больше, чем жизнь, в которой он

заключен! - Он с трудом перевел дыхание. - Уничтожать пришлось бы слишком

многих, поэтому они придумали кое-что получше: изгнание.

- Изгнали? Куда? - брови Кэлен изумленно взлетели вверх.

Ричард приблизился к ней. В его глазах пылал огонь

- В Древний мир.

- Как?!

Ричард пожал плечами, пытаясь представить рассуждения волшебников

прошлого.

- А что еще они могли сделать? Едва ли они могли всех казнить, к тому

же среди рожденных без дара были их друзья и члены семей. У многих обычных

людей, обладающих искрой, но не такой сильной, как дар волшебников или

ведьм, были сыновья, дочери, братья, сестры, дяди, тети, двоюродные

родственники и соседи. И эти сыновья и дочери, тети и дяди, кумовья и

дорогие их сердцу друзья и соседи были женаты или замужем за теми, кто не

имел дара, за Столпами Творения. А все эти люди были частью общества -

общества, которое все меньше и меньше составляли наделенные даром... Там,

где Столпы Творения составляли большинство, стоящие у власти не могли

обречь их всех на смерть, каким бы даром они ни были наделены.

- Ты хочешь сказать, что они рассматривали такую возможность?

Ричард промолчал. Стыд за малодушие предков обжигал его сердце. Но

Кэлен прочла горькое "да" в его глазах.

- Они все-таки не решились. Но потом, перепробовав разные варианты,

волшебники осознали, что не смогут восстановить разорванную магическую

связь, а те, кого прозвали Столпами Творения, женились и рожали детей -

таких же ущербных. И число ущербных росло быстрее, чем кто-либо мог себе

представить... Чем больше рожденные с даром беспокоились, тем больше их мир

подвергался опасности, той же, что и во время войны. Это то, чего хотел

добиться Древний мир - уничтожить магию. И однажды им пришлось признать,

что случилось то, чего они так боялись... Волшебники уже не могли ничего

исправить в прошлом, не могли остановить распространение того, что было в

их глазах хуже любой чумы, и не могли убить таких людей. Страшась того, что

их время уходит, они решили, что единственный путь для ущербных - изгнание.

- А как они сумели пересечь границу? - поинтересовалась Кэлен.

- Граница существует только для тех, кто обладает даром, а для Столпов

Творения нет магии. Магия не действует на них, поэтому граница не стала

препятствием.

- Но как они могли быть уверены, что все Столпы Творения ушли? Если бы

кто-нибудь сбежал, то изгнание оказалось бы бессмысленным, и уход не решил

бы проблему.

- Рожденные с даром - волшебники и ведьмы - каким-то образом узнают

тех, кто не имеет искры. Помнишь, Дженнсен говорила, что их называют

"дырами в мире"? Имеющие дар видят их глазами, но не могут ощущать с

помощью дара. По-видимому, не составляло труда выяснить, кто Столп

Творения, а кто нет.

- Ты можешь объяснить мне разницу? - спросила Кэлен. - Ты ощущаешь

Дженнсен как-то по-другому? Как "дыру в мире"?

Доверь свою работу кандидату наук!
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь

Дата добавления: 2014-12-30; просмотров: 7; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2022 год. (0.085 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты