Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника


ПОЯС СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ




 

Увлеченные захватом запертых в пещере метро «террористов», оперативники службы внутренних расследований не сразу заметили птеран с беглецами, а когда спохватились и бросились в погоню, те были уже далеко. И хотя скорость аппарата преследователей была побольше, чем у птерана (им оказался десятиместный неф), все же догнать его он не смог, не хватило, может быть, каких-то минут. Когда неф достиг первых островов Борейского архипелага, птеран с ходоками уже скрылся в туманной шапке, окутывающей остров Уанкайовы.

Во время перелета они обогнали большую птичью стаю, стремящуюся куда-то на юг, в сторону Пояса Снежной Королевы, и Ванесса с удивлением проводила глазами стаю, не обратившую на птеран ни малейшего внимания. Огромные черные, с белыми поясками на шее и у хвоста, орланиды, мутировавшие потомки лебедей, медленно и величественно махая двухметровыми крыльями, пронеслись мимо и остались позади, держа курс к только им ведомой цели.

«Куда они летят? — спросила Ванесса, зачарованная удивительно четким треугольником стаи и гордым видом птиц. — Там же снег и лед, температура под минус восемьдесят, воздуха мало...»

«Учитель говорил, что это триангуляционная миграция, — ответил Влад, — но о причинах не рассказывал. — Он подумал и честно признался: — Да я и не спрашивал».

«Сколько же еще здесь у вас на Земле тайн, — задумчиво проговорила женщина, поглаживая Секама за ухом. — Я почти три года летаю над Землей, а не узнала и тысячной доли того, что скрывает старая разбитая планета».

Влада покоробило ее признание, неприятно было осознавать, что жизнь землян давно находится под наблюдением переселенцев с Геи, но говорить об этом он не стал.

«Древним индусам и шумерам Земля представлялась плавающим островом в безбрежном океане, — продолжала Ванесса. — Странно, что их фантазии исполнились. Не хватает только китов и слонов, держащих на своих спинах Землю, вместо этого под ней торчит нагуаль. Кстати, не знаешь, кто-нибудь из кладоискателей туда спускался?»

«Не знаю, — подумав, ответил Влад. — Учитель бродил по Австралийскому океану и даже спускался к северной полярной зоне, но дальше не проходил. А может, просто не рассказывал».

«Да, как все это грандиозно... и страшно! Представить невозможно, каково было тем, кто не успел покинуть Землю до Катастрофы! Разве кто-нибудь из них верил, что сбудется пророчество Гермеса Трисмегиста? — Ванесса закрыла глаза и нараспев процитировала: — «Земля потеряет равновесие, море перестанет быть судоходным, нарушится упорядоченное движение звезд в небе…» Как точно, да?!»

«Там у него дальше еще более оптимистичное предсказание: «Когда все вещи свершатся... тогда Господь и Отец, высший Бог, правящий единством Мира, видя нравы и деяния людей, исправит зло деянием воли и божественной доброты; дабы положить конец заблуждению и всеобщей развращенности. Он утопит мир в потопе, или уничтожит его огнем, или разрушит его войнами и вернет миру его первозданную красоту, дабы мир еще казался достойным восхищения и обожания, похвал и благословений...»

Ванесса с интересом посмотрела на профиль спутника, покачала головой.

«Я все время забываю, что образование на Земле не уступает нашему. Вам повезло, что землян обучают волхвы. Ты, говорят, закончил ранарию?»

«Закончил, — лаконично ответил Влад. — Кто говорит?»

«Дивий, твой учитель. Еще он говорил, что ты будущий файвер, но это уже совсем из области невообразимого. Ты вот сам себя файвером чувствуешь?»

«Нет».

«Я тоже. Оглянись, они уже близко».

«Мы уже у цели».

Влад кинул птеран вниз, и машина нырнула в туманное облако над островом, где обитал афроид-мутант Уанкайова.

 

***

 

Он ждал их в бухточке, где пряталась древняя атомная субмарина. Когда Влад после недолгих поисков запеленговал его мыслесферу и прижал птеран к воде возле рубки подводной лодки, Уанкайова появился из люка и, помахав гостям рукой, так и сказал:

— А я вас тут дожидаюсь.

Влад и Ванесса обменялись взглядами-слоганами.

— Разве мы договаривались о встрече? — пробормотал Влад.

— У меня недавно один старик побывал, оставил вам сообщение и сказал, чтобы я вас ждал. Вот и торчу на лодке вторую денницу.

— За нами гонятся, — напомнила Владу Ванесса. — Если это «собаки» из ОКО, то у них есть спецаппаратура многодиапазонной локации, нас вот-вот засекут.

— Полезайте в лодку, — предложил Уанкайова, изучая лицо геянки — А машину свою затопите пока, потом достанем.

Влад подумал и согласился.

Ванесса и Секам перебрались на металлический волдырь рубки атомохода, спустились в люк. Влад дал команду инк-водителю птерана закрыть кабину и опуститься под воду, после чего тоже перелез на лодку. Довольный тем, что может показать гостям свое жилище, Уанкайова повел их в кают-компанию подлодки по довольно узким коридорам, объясняя на ходу назначение люков, кремальер, перегородок и встроенных в стены приборов. Везде горели плафоны, кают-компания, в которой могло разместиться одновременно человек пятьдесят, тоже была освещена, и хозяин пояснил, что он подключил к энергосети атомарины найденный целехонький кварк-реактор, сохранившийся со времен Катастрофы. Где он его нашел и как дотащил до острова, а потом впихнул в лодку, Уанкайова говорить не стал. Предложив гостям привести себя в порядок в туалетной комнате, сверкающей фарфоровой белизной и никелем, он усадил их за столик с напитками и исчез, бросив через плечо:

— Я ненадолго, только посмотрю, кто за вами гнался.

Влад и Ванесса остались одни, ошеломленные простотой и быстротой контакта с отшельником, в одиночку осваивающим Борейский архипелаг.

«Интересный экземпляр, — сказал Ванесса, разглядывая кают-компанию, — домовитый. Не предполагала, что один человек, да еще мутант, способен создавать такой уют».

«Он очень умный и опытный физик. У него здесь целая лаборатория, где он продолжает изучать нагуали».

«А это что такое?»

Влад, кормивший Секама сухим мясом из сумки, проследил за взглядом спутницы и увидел прикрепленную в углу помещения деревянную доску с изображением величавой женщины с мудрым и печальным взглядом.

«Это древняя ликона Божьей Матери».

«Неужели он, физик, человек науки, поклоняется богам?!»

«Почему человек науки не может быть человеком Веры? — пожал плечами Влад. — Земляне выжили благодаря Вере в духовного Отца, в справедливость его законов. Они и Катастрофу связывают со вторым пришествием Христа, который во время первого пришествия обещал прийти и покарать отступников. Теперь все ждут третьего появления Отца, хотя и связывают его с Конструктором».

Ванесса фыркнула:

«Я немножко изучала вашу историю. Интересно все же у вас все переплелось: Святая Троица, Иисус, Аллах, Конструктор… интегральная Вера...»

«Православная в основном. Только в Аравийской общине исповедуется преимущественно исламиитская Вера».

«Странно, что афроид — у нас люди с черным цветом кожи называются неграми — повесил ликону белой Божьей Матери. По идее, он должен верить в африканских богов».

«На Земле давно нет ни Африки, ни Европы, ни Азии, один материк...»

«Я не об этом. Корни-то у него, негритянские».

Уанкайова вернулся через несколько минут. По лицу афроида невозможно было судить о его душевных переживаниях, а читать чужие мысли Влад не хотел. Зато Ванесса не отличалась такой щепетильностью и еще до того, как владелец подводного атомохода открыл рот, заявила:

«Нас до сих пор ищут. Упорные, собаки, попались».

— Вас до сих пор ищут, — сказал Уанкайова, бросив на Ванессу беглый ироничный взгляд. — Две машины, четырнадцать человек в боевых костюмах. Принадлежат какой-то службе внутренних расследований, подчиненной непосредственно службе этического контроля за опасными тенденциями развития общества Геи, точнее, созданной недавно бригаде быстрого реагирования. Я не понял, чем вы провинились, но настроены они весьма решительно. Сейчас обе машины прочесывают остров с воздуха.

— Они приняли нас за террористов, — буркнул Влад.

— Откуда вы знаете такие подробности? — недоверчиво и подозрительно спросила Ванесса.

Афроид усмехнулся:

— На лодке стоит отличная поисково-следящая аппаратура, я ее починил и запустил. Вот, читайте пока. — Он протянул Владу красивую жемчужину фрейма. — А я немного опущу лодку под воду, метра на три, чтобы нас не заметили сверху.

Через минуту послышался тихий дребезжащий шум хлынувшей в балластные цистерны воды, и лодка плавно погрузилась под воду. Пока Уанкайова занимался маскировкой, ходоки «читали» сообщение, переданное Дивием.

Учитель Влада, ставший на Гее советником Владыки («Ну и связи у старика!» — восхитилась Ванесса), передавал, что внутри СЭКОНа создана особая служба внутренних расследований, задачей которой является поиск террористов и защита особо важных персон. Службу эту сначала хотел создать новый претор ОКО Асур Вариг, но потом в связи с покушением на жизнь бывшего комиссара безопасности Горана Милича ее подчинили чрезвычайной комиссии СЭКОНа. Кроме того, заработала служба контроля метросети, существенно ограничившая как деятельность террористов, убивающих ученых и похищающих женщин, так и возможности возрожденной контрразведки, которую возглавил Милич, получив к этому времени новое назначение «кобры» спецгруппы по особым поручениям, подчиненной Асуру Варигу. Чиновники СЭКОНа, перехватившие инициативу Варига по созданию службы внутренних расследований, не захотели оставить во главе службы интраморфа, коим был Горан Милич. Последнее, о чем говорилось в послании Дивия, касалось корректировки планов ходоков. Они должны были дождаться новых документов, подтверждающих особые полномочия, и карты метро с новыми кодами станций выхода. После этого им надлежало «аккуратно» выйти на сеть метро интраморфов, не контролируемую геянами, и продолжить работу по привлечению профессиональных воинов в службу контрразведки.

«Значит, на Горана было совершено нападение, — проговорила Ванесса, настроение которой заметно упало. — Вот негодяи! Что же там у нас творится, если даже «собаки» ОКО не могут спать спокойно?!»

«Главное, что он остался жив», — поспешил успокоить ее Влад.

«Это не гарантирует Горана от нового нападения. Он исключительно решительный, смелый и рисковый человек и никогда не попросит охрану. Я вообще надеялась, что наша миссия скоро станет ненужной, а оказывается, на нас все еще возлагают надежды».

«Почему наша миссия называется «носорог»? – вспомнил Влад.

«Откуда ты взял?» — не совсем искренне удивилась Ванесса.

«Ты подумала об этом во время разговора с Мечиславом».

«Ты подслушивал мои мысли? Впрочем, не бери в голову, ты просто не так меня понял. Носорогом я назвала Мечислава».

Взгляд женщины был чист и невинен, однако Влад чувствовал, что она говорит неправду. Хотел было расставить точки над «i», но появление Уанкайовы избавило Ванессу от объяснений.

— Что молчите, словно воды в рот набрали? — весело заговорил афроид, морща уродливый широкий нос. — Или вы общаетесь мысленно?

— Разумеется, общаемся, — откликнулась Ванесса, смущенная красноречивым взглядом напарника. — Уан, вы тут давно живете, все знаете, не скажете, куда летела стая орланид? Мы тут перегнали одну. Двигалась она на юг и так целеустремленно, будто знала точно, куда летит и зачем.

— Вы обо мне слишком хорошего мнения, — засмеялся Уанкайова, присаживаясь рядом за столик. — Зачем орланиды летят на юг, я вам точно не скажу, в физике птичьих стай я не силен, зато я знаю, что стая орланид обладает эквивалентом воли и сознания. Вообще, Катастрофа вызвала на Земле к жизни множество самоорганизующихся подсистем, каждая из которых достигла определенной стадии эволюции и обрела психосоматику, нечто вроде сознания. Таковы рои мутапчел, колонии муравьев, стаи птиц, не говоря уже о сообществах мутантов вроде гоминоидов. Даже я, — он весело прищурился, — мутант, хотя и предпочитаю жить отшельником, а не в стае. Ну что, давайте выпьем винца, по старой доброй традиции, за встречу. У меня припрятано несколько бутылочек старомолдавского.

— Давайте, — с готовностью согласилась Ванесса, поддерживая тон, хозяина. — Сами делаете или с материка привозите?

— Сначала выпьем, потом скажу, это сюрприз.

Уанкайова достал из буфета длинную узкую бутылку темного стекла без этикетки, но с выдавленной на стекле печатью и названием вина: «Живая вода» — на старорусском и румынском языках, разлил по бокалам прозрачно-малиновую жидкость, поднял свой бокал:

— За добрые встречи!

Бокалы сдвинулись с легким хрустальным звоном, Уанкайова сделал глоток, зажмурился, потом посмотрел на разглядывающих его гостей одним глазом:

— Райское наслаждение!

Влад пригубил вино, прислушиваясь к своим ощущениям, и почувствовал огненную струйку, скользнувшую по пищеводу. «Живая вода» действительно оказалась сухим вином с привкусом трав и смол и действовала на организм мгновенно, приводя его в легкое эйфорическое состояние.

— Ну как?

— Великолепно! — похвалила вино Ванесса. — Давно такого не пила. Теперь признавайтесь, откуда оно у вас.

— Не поверите: из запасов капитана подлодки. В его каюте я обнаружил бар, оборудованный стабилизатором влажности и температуры, а в нем около пятидесяти бутылок вина, водки и коньяка разных сортов. Как видно, любил капитан выпить. Коньяк, конечно, превратился в уксус, а вот вино, как ни странно, и водка сохранились. А вы, в свою очередь, признавайтесь, почему за вами гонится правительственная команда. Аж на Земле достала!

— Дивий вам ничего не рассказывал?

— Старик-то? Ничего особенного, попросил только передать вам сообщение да советовал не высовываться с острова.

— И о положении на Гее вы не осведомлены?

— Ни сном ни духом, как говорится.

— Странно, я была убеждена, что вы все знаете. Дивий сказал, что на вас можно положиться и даже просить помощи.

— Разве я отказывался? — Уанкайова подвинул молчащему Владу блюдо с малинояблоками. — Угощайся, спаситель, собрано в садах на Уралтае, у вас в Дебрянской долине такие фрукты не произрастают. — Он повернулся к Ванессе: — Ну, коли не хотите рассказывать, то и не надо. Меньше знаешь — дольше живешь. Не ведаю, как у вас на Гее, а у нас на Земле мужчины живут на двадцать лет меньше, чем женщины, исключительно потому, что слишком озабочены сохранением знаний.

— На Гее женщины живут в среднем столько же, сколько и мужчины, — улыбнулась Ванесса, — вследствие одинаковой бездумности. Неужели у вас действительно такая большая разница? Почему, если не секрет?

— Любая популяция, в том числе и человеческая, адаптируется к меняющимся внешним условиям, не считаясь с гибелью значительной части особей мужского пола. — Уанкайова подмигнул Владу. — Именно на них идет отбор нового путем проб, ошибок и отбраковки ненужного. Мужчины — не главное звено в цепи эволюции общества.

— Вы шутите. .

— Ничуть. Историческая миссия мужчин — всегда быть впереди, отрабатывать на себе все новое в биологическом и социальном смысле, больше рисковать, чаще заболевать и раньше умирать. Миссия женщин — сохранять и приумножать то, что создали мужчины.

Ванесса не выдержала и засмеялась:

— Довольно оригинальный взгляд на человеческую эволюцию. Недавно нам сказали, только не обижайтесь, что человечество — тупиковая ветвь эволюции разума в нашем метагалактическом домене. Вы, наверное, придерживаетесь другой точки зрения?

— Скорее нет, чем да, — грустно сказал Уанкайова. — О переселенцах на Гею я знаю мало, хотя, по слухам, вы создали нечто вроде огромного человеческого муравейника, озабоченного проблемой времяпрепровождения, а что касается землян, то именно они становятся потенциально разумной расой, способной дать миру файверов. Однако это отдельный разговор, а вы, наверное, устали. Знаете что? Пока ваши преследователи рыскают вокруг острова, отдохните-ка перед дальней дорогой. Когда еще придется отдыхать в комфортных условиях? Каюты вам я уже приготовил.

Ванесса посмотрела на отрешенно-рассеянное лицо кладоискателя, передала ему многозначительный слоган: ночь — свеча — кровать — два бокала с вином — силуэт сплетающихся рук — тихая музыка. Влад очнулся и, покраснев под взглядами афроида и женщины, ответил:

— Я не возражаю... подождать... — Он хотел добавить, что не прочь осмотреть всю субмарину, и вдруг почувствовал «прозрачно-хрустальный» толчок в голову: кто-то звал его через поле Сил. Через мгновение стало ясно, что заработала торс-рация старосты.

— Что?! — насторожилась Ванесса, заметив его остановившийся взгляд.

— Терентий... — глухо проговорил Влад. — Меня ищет староста.

— Он интраморф?!

— Нет, у него рация.

— Понятно. Ты должен ему ответить?

— Мы договаривались... но учитель ничего не говорил о связи... Мы ведь не собирались возвращаться на Землю...

— Тогда ответь ему, что все в порядке, что ты на островах нашел тоннели...

— Это не может послужить объяснением, почему я не отвечал так долго.

— Скажи, что ты едва не разбился и пролежал несколько дней без сознания.

Влад вышел в поле Сил, уже сознавая, что делает ошибку, ответил на вызов. И тут же почувствовал знакомый внимательный «взгляд с высоты»: его запеленговали.

 

* * *

 

Ощущение чужого взгляда — эгрегорного потока внимания, как объяснил этот феномен учитель, несколько притупилось, по все же мешало Владу чувствовать себя свободным и портило настроение, которое не мог поднять даже «свет сна», проведенный с Ванессой и называемый ею ночью.

«Нам надо уходить отсюда, — сказал кладоискатель после утреннего урагана ласк и любви, расслабленно лежа в объятиях женщины. — Я чувствую приближение опасности».

«Дивий велел нам ждать, — возразила Ванесса. — Куда мы пойдем? Здесь самое безопасное место».

«Меня запеленговали во время ответа старосте, сюда могут прилететь другие люди... или террористы».

«Не надо было отвечать, — с чисто женской логикой упрекнула его Ванесса, хотя именно она и заставила Влада поддержать связь со старостой общины. — Давай спросим совета у нашего друга, может, он подскажет, что делать».

Влад не ответил, закрывая глаза и чувствуя приятный гул во всем теле.

Ванесса поцеловала его в плечо, передав слоган материнской нежности и совсем не материнского пылкого желания, выскользнула из его рук и, накинув на себя лоскут какой-то пушистой белой ткани, заменявший здесь простыню, вышла из каюты Влада; ее каюта находилась рядом. Спустя мгновение прилетел ее непререкаемый пси-голос:

«Умывайся, корми своего гепарда и приходи в кают-компанию».

Влад покачал головой, размышляя над простотой отношения Ванессы к жизни с мужчинами, потом встал и начал делать комплекс физических упражнений, помогавших восстановить утраченное душевное равновесие и поднять тонус. Когда он покормил Секама и появился в кают-компании, Ванесса уже завтракала, беседуя с Уанкайовой за столом, где были расставлены приборы для еды.

— Я не знаю, едите ли вы мясо, — пожал ему руку афроид, поэтому приготовил вегетарианский завтрак. Но у меня есть и консервы...

— Не надо, — отказался Влад, присаживаясь рядом. — Мой желудок способен переварить без вреда для здоровья любую пищу, но я предпочитаю именно растительную.

— А я хищница и предпочитаю мясо, — засмеялась Ванесса, — Но сегодня у меня разгрузочный день, так что не беспокойтесь за нас. Что там наверху?

— Тихо, — сказал Уанкайова, поглядывая то на гостью, то на ее спутника. — Улетели ваши недруги, можете погулять по острову, подышать свежим воздухом. Или у вас другие планы?

— Нам приказано ждать сообщений, не будете возражать, если мы поживем тут у вас пару дней?

— Буду только рад, — развел руками афроид. — Если заскучаете, позовите меня, я буду возиться со своими железками у нагуаля, он торчит прямо над водой у южного берега. Обед в три по местному времени…

— Спасибо, обедать мы будем в другом месте. У нас возникла идея посмотреть на Пояс Снежной Королевы. — Ванесса посмотрела на Влада. — Вернемся только к вечеру... или как тут у вас принято говорить? К предсонью.

Уанкайова тоже посмотрел на жующего маринованные побеги бамбука Влада и поднялся.

— Тогда желаю приятно провести время на краю Земли. Я там бывал, встречаются исключительно красивые места.

Он ушел, ходоки остались доедать завтрак.

«Извини, что я не спросила твоего мнения насчет прогулки, — покаялась Ванесса без всякого сожаления в пси-голосе. — Но ведь хорошая идея, правда? Чего нам здесь сидеть, в металлической скорлупе, когда можно совершить прогулку? Что молчишь?»

«Я не молчу, — ответил Влад. — Я ем».

«Я вижу. Ты сердишься?»

«Конечно, нет. Учитель говорил, что желание женщины — самый абсолютный из всех законов и что спорить с ней отваживается лишь полный глупец».

«А ты что ж?»

«Я следую его советам».

Ванесса засмеялась, притянула к себе голову слабо сопротивлявшегося парня и поцеловала.

«Ты просто прелесть, файвер. Земляне вообще очень простые и непосредственные люди, но ты в особенности. А вначале ты мне не понравился».

Влад не нашелся что ей ответить.

Через четверть часа они вылезли из лодки через люк рубки, подняли из-под воды птеран, уселись и взлетели. Секама брать с собой не стали, рассчитывая вернуться при любых обстоятельствах.

Нестор по обыкновению помалкивал, пристроившись на виске за ухом Влада, и на его вопрос: «Как дела, советник?» — ответил ехидно: «Голова пока цела. — После чего добавил: — Неуютно мне, душно».

Влад понял, что имеет в виду терафим: ощущение «взгляда сверху» не проходило, а это означало, что за кладоискателем ведется эгрегорное наблюдение, не зависимое ни от расстояния, ни от погодных условий, и терафим это чувствовал тоже. Наблюдателя как такового, как личности, не существовало, за Владом «следило» пси-поле какого-то человеческого коллектива, и точных координат объекта оно своим инициаторам дать не могло, но ощущение того, что ты находишься «под колпаком» чужого внимания, было не из приятных.

Они нашли нагуаль, возле которого возился Уанкайова, — десятиметровый сросток черных «сталактитов», перекинулись с физиком парой фраз, и птеран набрал высоту, выныривая из белесого марева в яркий солнечный свет над островом. Океан распахнулся под аппаратом во всей своей красе — глубокого синего цвета с серебристой рябью — под ними и зеленеющий к горизонту. Точно такого же цвета был и купол неба над головой, на севере зеленеющий, с красивыми перламутровыми перьями облаков, к югу же цвет неба становился фиолетовым, с красноватым отливом. В той стороне лежал край Земли, над которым слой атмосферы становился тонким и совсем прозрачным.

Птеран поднялся выше, сквозь дымку расстояния стала видна белая полоса Пояса Туманов, не расходящихся вот уже в течение тысячелетия. За туманами простирались обширные владения Пояса Снежной Королевы — край Земли. Влад увеличил скорость аппарата, навострил сенсинг-сферу и несколько минут, так же, как и Ванесса, процеживал сквозь себя пространство вокруг, но ничего подозрительного не обнаружил. Даже ощущение взгляда почти исчезло, притупилось, утонуло в пси-шумах природы, что заметил и Нестор, которому «стало легче дышать».

Проплыли под крылом птерана большие и малые острова Борейского архипелага. Влад проводил взглядом остров, в недрах которого он отыскал тоннели борейцев, обратил на него внимание Ванессы, и геянка сообщила, что пограничники Геи давно знают о существовании на Земле тоннелей, хотя об их исследовании речь не шла, перед Даль-разведкой стояли другие задачи.

Приблизился пушистый, фонтанирующий паром Пояс Туманов, потянулся под птераном удивительным белесым полем с частоколом светящихся полупрозрачных струй, похожих на необычной формы деревья. Потом это поле стало уплотняться, прижиматься к поверхности океана, в нем появились полыньи фиолетовой воды и кружевные снежные острова, которые вскоре разрослись вширь и в высоту, соединились и превратились в сверкающее фарфоровой и снежной белизной ажурное творение, королевский «сад» с миллионами «замков», назвать который замерзшим океаном не поворачивался язык.

Влад снизил скорость, ощущая странную гордость пополам с печалью, словно был причастен к созданию такой необычной сказочной панорамы и в то же время осознавал, что она — результат глобальной планетарной Катастрофы. А еще пейзаж внизу напомнил ему ландшафты Орилоуха.

Та же мысль пришла в голову и Ванессе.

«Ты не находишь, что ваш Пояс Снежной Королевы — копия пейзажа Орилоуха?»

«Я подумал об этом, действительно есть что-то общее».

«Очень красиво! Страна замков и крепостей! Иногда даже начинаешь верить, что они созданы не природой, а человеком. Ты никогда не поднимался в космос, не летал над Землей?»

«Не приходилось».

«Жаль. Увидел бы, насколько необычной стала Земля. Представь себе огромный купол, край которого — Пояс Снежной Королевы — сверкает, как алмазное ожерелье, а дно напоминает щетку в форме конуса. Был бы у нас вместо птерана куттер или когг, я бы показала тебе твою планету из пространства».

Влад поднял птеран в быстро темнеющее с высотой небо, ощущая легкость во всем теле: сила тяжести на краю земной линзы была меньше, чем на куполе, и действовала не отвесно вниз, перпендикулярно к поверхности, а под углом в сорок градусов.

«Смотри-ка, опять орланиды!» — воскликнула Ванесса.

Впереди открылась ровная снежная поляна с коричнево-серым обелиском посредине, вокруг которого сидела и расхаживала стая черных птиц. Чем они занимались, было непонятно, однако неуклюжие на суше птицы явно тяготели к скале в центре ложбины, то и дело подходя к ней, касаясь ее клювом и тут же отходя в сторону. Этот процесс походил на некий ритуал и длился непрерывно, до тех пор, пока орланиды не скрылись из виду.

«Хотела бы я знать, что они там делают, — задумчиво проговорила Ванесса. — Словно молятся. Уан говорил, что стая орланид обладает зачатками разума, и я в это почти поверила. Вот бы спросить у этого разума, каков смысл его деятельности».

Влад промолчал, подумав, что даже человек не знает смысла своей жизни, что уж говорить о коллективном негуманоидном разумном существе.

Птеран пролетел еще несколько десятков километров над торосами снежно-ледяной окраины Земли, остановился над огромной неровной трещиной, расколовшей снежное поле. Дальше начиналась зона разрушений и деформаций ледяного покрова океана при почти полном отсутствии атмосферы, что сказалось и на температуре внутри кабины аппарата.

«Как здесь холодно, — поежилась Ванесса, хотя могла выдержать и более серьезную отрицательную температуру. — Поворачиваем назад?»

«Ничего не замечаешь?» — спросил Влад, разглядывая хаос ледяных скал, гор, нагромождений глыб, торосов и стен, сменивших кружевные «паруса», «скульптуры» и «замки».

«Где?»

«Левее разлома градусов на тридцать».

«Похоже на какое-то искусственное сооружение, — спустя минуту сказала Ванесса. — Подойди поближе».

Посмотрев на счетчик энергозапаса, Влад опустил птеран пониже и завис над длинным и широким снежным валом сигаровидной формы, с рядом ям и дыр, складывающихся в геометрически правильный узор. Снег вокруг вала высотой по крайней мере в два человеческих роста был истоптан следами огромных когтистых лап.

«Господи, неужели и здесь кто-то живет?!»

«Гоминоиды, — сказал Влад, уже догадываясь, чье жилище они обнаружили. — Медвериды, потомки белых медведей».

«Может быть, спустимся и познакомимся?»

«Не рекомендую, человек для медверид является не братом по разуму, а преимущественно пищей. Проверено жизнью».

«Где же они сами? Прячутся, что ли? Как тут вообще можно жить, при температуре минус пятьдесят и низком давлении?»

«Жизнь приспосабливается к любым условиям», — философски заметил Влад.

Ванесса прыснула, обняла его, так что птеран клюнул носом, и начала тормошить, дергать за волосы и целовать, пока он не рассердился. Тогда геянка откинула сиденья в кабине, искоса посмотрела на порозовевшее лицо Влада, на котором было написано колебание, и начала раздеваться.

«Посади где-нибудь машину и включи отопление на всю мощь. Времени у нас до вечера достаточно».

Уник на женщине треснул «молнией» застежки, открывая ее грудь, и Влад уже больше не колебался.

 


Поделиться:

Дата добавления: 2015-05-08; просмотров: 61; Мы поможем в написании вашей работы!; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2024 год. (0.007 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты