Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АстрономияБиологияГеографияДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника


ГЛАВА 13. Бабушке тоже очень хочется, чтобы небо услышало ее




 

Бабушке тоже очень хочется, чтобы небо услышало ее. Она прочла уже три молитвы подряд, но пока ничего не происходит.

Вздохнув, она вновь преклоняет колени перед искусно выполненным распятием, украшающим центральную стену гостиной, и начинает читать молитву, обращенную к Деве Марии.

В эту минуту в гостиную влетает отец Артура. Перемазанный в земле, с ошалелым взглядом, он похож на заблудившегося марсианина,

— О ля-ля! Огромные! Невероятные! Всего пятеро! В саду! Все черные! Угольно-черные! Они не иметь часов! — выкрикивает он отрывисто, словно читает телеграмму.

Остановившись посреди гостиной, он пару раз прокручивается на одной ноге, останавливается и продолжает чеканить телеграмму:

— Быстро! Иначе большой черный стать красный гнева! Очень гневается! Не терять времени!

Произнеся этот странный текст, он мчится обратно к двери, через которую, собственно, и вошел, точнее влетел, пару минут назад. Дело в том, что он пришел вовсе не для того, чтобы исполнить данное вождю матассалаи обещание узнать время. Он забежал зачерпнуть немного смелости, чтобы, наконец, отважиться удрать куда глаза глядят, бросив в этом странном саду и жену, и сына. Впрочем, сына давно скинули на руки бабушки, а что касается жены, то он уже не раз подумывал, куда бы получше от нее удрать.

Бросив взгляд сквозь прозрачную занавеску, прикрывающую окно, он убеждается, что странные посетители все еще в саду. Значит, настал удобный момент для побега.

— Я… я вернусь! — бросает он бабушке, и, разбежавшись, скользит к входной двери и, распахнув ее… сталкивается с пришельцами!

Не сумев затормозить, он в ужасе машет руками, пробуксовывает на пятках и шлепается на навощеный до блеска пол. Руки, выполняющие роль пропеллеров, придают телу необходимое ускорение, и он, не снижая скорости, пролетает в дверь и мчится дальше, вниз по лестнице, используя вместо тобогана собственный зад. Внизу мелкий гравий прекращает действие силы скольжения, и он, подлетев вверх, падает и зарывается носом в садовую дорожку. Пришельцы, к счастью, успели отскочить в стороны.

Впрочем, это не пришельцы, а посетители. Их трое. Первый не слишком велик ростом и нисколько не черен. Он выглядит даже элегантно. Это Давидо. Отец немного успокаивается, а Давидо приветственно приподнимает шляпу. Двое других — черные. Только черное у них не лицо, а одежда. У них черная форма. Это жандармы.

— Полдень! — с широкой улыбкой, словно он только что выиграл в лотерею, сообщает Давидо.

Отец непонимающе пожимает плечами. Давидо вынимает из жилетного кармашка часы, заботливо прикрепленные к кармашку цепочкой.

— Без одной минуты… если быть совсем точным! — добродушно поправляется он. — Это предел моего терпения!

 

* * *

 

Маленький отряд во главе с Барахлюшем врывается в зал перемещения.

Вновь приходится побеспокоить старичка-сторожа, и тот, ворча, выбирается из кокона. Разумеется, настроение у него не самое лучезарное.

— Торопитесь! Я уже на всякий случай повернул первое кольцо! — недовольно бурчит он. — У вас осталась всего минута!

Арчибальд первым садится перед огромной линзой волшебной трубы. Среди провожающих сам король. Он прибыл без своего верного лошабака: животное слишком велико для зала перемещения. Монарх подходит к Арчибальду, старички пожимают друг другу руки и заговорщически подмигивают.

— Только приехал, а уже уезжаешь! — сокрушается король, не в силах скрыть огорчения, вызванного отбытием старого друга.

— Это закон звезд, а звезды не ждут! — с хитрой улыбкой отвечает Арчибальд.

— Да, знаю и очень сожалею об этом. Ты мог бы еще многому нас научить! Ведь кругом столько интересного! — с тоской в голосе произносит король. Арчибальд кладет руку ему на плечо.

— Сегодня вы знаете столько же, сколько я. И вместе мы составляем единое целое: знания одного дополняют знания другого. Разве не на этом держится государство? Разве не в этом сила минипутов? — с чувством произносит старик.

— Да, ты совершенно прав, — соглашается король. — «Чем больше нам хочется плакать, тем больше мы должны смеяться». Пятидесятая заповедь.

— Вот видишь, вы же сами обучили меня этой заповеди! — улыбаясь, отвечает Арчибальд. Король взволнован: он знает, что старый друг искренне любит и уважает его и его народ.

Оба старичка невелики ростом, — зато душа каждого, поистине, безмерна.

Проводник поворачивает второе кольцо — кольцо ума. Его хорошо бы смазать, а то оно ужасно скрипит.

— Позаботьтесь о моем зяте! — с улыбкой говорит дедушке король.

— С удовольствием. А вы присматривайте за моей невесткой! — отвечает Арчибальд.

Проводник поворачивает третье кольцо — кольцо души.

— По вагонам! — кричит он, как заправский проводник в поезде.

В последний раз Арчибальд прощально машет рукой, а затем бросается на стекло, которое втягивает его в себя. Старичок исчезает, словно утонувший в варенье кусок печенья.

Влекомый волшебной силой от одной линзы до другой, Арчибальд постепенно прибавляет в росте. А линзы становятся все меньше и меньше.

В конце-концов подзорная труба буквально выплевывает его из своих недр, словно косточку от вишни. Но, в отличие от косточки, Арчибальд растет и увеличивается в размерах под действием света и воздуха. Не удержавшись на ногах, он падает на густую зеленую траву, катится по ней и останавливается. Превращение совершилось — Арчибальд обрел свой прежний рост. Вдыхая воздух полной грудью, он садится на траву и приводит в порядок расшатанные нервы.

Неожиданно перед ним вырастает вождь матассалаи. Он улыбается, обнажив в улыбке крепкие белые зубы.

— Как прошло путешествие, Арчибальд? — спрашивает вождь.

— Великолепно… Немного затянулось, но… великолепно! — отвечает дедушка, очень довольный встречей со старым другом.

— А Артур? — обеспокоенно озирается африканец.

— Он сейчас прибудет!

 

* * *

 

Наши друзья-минипуты не спешат посадить отважного Артура перед превращательной линзой, да и сам Артур не горит желанием погрузиться в вязкую желеобразную массу, которая проглотит его, как хамелеон глотает прилипшую к языку муху. Но если он хочет увидеть своих родных и рассказать о своих невероятных приключениях бабушке, ему придется вытерпеть процедуру превращения. Впрочем, он пока еще не уверен, стоит ли обо всем рассказывать бабулечке — она наверняка страшно разволнуется.

К мальчику подходит Барахлюш.

— Мы будем скучать по тебе! Возвращайся поскорее! — просит маленький принц.

— Вернусь через десять лун! Договорились, чтоб мне лопнуть! — отвечает Артур, поднимая руку к небу и сплевывая на пол.

Барахлюш удивлен подобным подкреплением клятвы, однако обычай ему нравится, и он решает перенять его.

— Договорились! — повторяет он, тоже поднимает руку и с удовольствием плюет в угол.

Глядя, как старательно подражает ему крошечный человечек, Артур не может удержаться от смеха.

— А ну, поторопись! — напоминает проводник. — Проход закроется через десять секунд!

Артур подходит к огромной линзе.

К нему робко приближается Селения. Ей трудно сдерживать свои чувства.

Глядя на нее, Артур, чувствует, как у него мучительно щекочет в носу. Он понимает, что должен сказать что-то важное, но не находит подходящих слов.

— Нам отводится тысяча лет на поиски жениха, а я нашла его всего за несколько часов! — сдерживая слезы, печально говорит принцесса.

— Мне надо возвращаться, моя семья умирает от беспокойства. Твои родные тоже стали бы о тебе беспокоиться.

— Разумеется, конечно, — соглашается Селения, но, судя по сомнению, звучащему в ее голосе, она в этом не слишком уверена.

— А потом, десять лун — это не так уж и долго, — бодрым голосом произносит Артур.

— Десять лун — это миллионы секунд, которые я проведу без тебя, — отвечает Селения, и, не выдержав, хлюпает носом.

Глаза Артура тоже на мокром месте. Мальчик проводит рукавом по лицу, пытаясь незаметно убрать предательские слезы, и обнимает невесту за плечи.

— Согласно традиции и протоколу, эти секунды станут проверкой искренности нашего желания быть всегда вместе, — напоминает Селении Артур, хотя ему самому очень хочется послать протокол ко всем чертям.

— … К черту протокол! — словно читая его мысли, восклицает принцесса, и не успевает мальчик опомниться, как принцесса нежно целует его. Первый поцелуй любви. Счастье Артура поистине безгранично. Но пока он соображает, что ему теперь делать, принцесса с силой толкает его на линзу, и та с чавканьем его засасывает.

— Селения! — кричит мальчик, но вязкое вещество заглушает его голос.

Волшебная сила швыряет Артура в разные стороны, воздушные течения подбрасывают его и вертят, как хотят. Теперь он понимает, что чувствуют альпинисты, оказавшиеся в самом центре снежной лавины, которая тащит их за собой. Когда он читал об этом в книжках, он не мог себе этого представить. Стараясь справиться с несущим его потоком, Артур ни на минуту не прекращает молотить руками и ногами — подобно лягушке, упавшей в кувшин с молоком. Раньше эта сказка была его любимой, но потом он нашел дедушкины книги, и больше всего на свете ему стали нравиться африканские приключения.

Линзы, через которые он пролетает, становятся все жестче и все меньше. Последняя линза тверда почти как скала, и, втискиваясь в нее, Артур основательно стукается головой.

Магическая труба вышвыривает его в большой мир. Когда его легкие наполняются свежим чистым воздухом, ему кажется, что он превратился в воздушный шарик и сейчас улетит. К счастью, это всего лишь его ощущения.

Артур неуверенно делает несколько шагов, падает и катится по траве, словно бревно. Наконец, остановившись, он с трудом поднимается на четвереньки и нос к носу сталкивается с Альфредом. Пес улыбается и весело виляет хвостом.

Радуясь долгожданной встрече, Альфред бросается обнимать хозяина и на всякий случай умывает ему языком лицо. Мальчик с хохотом отбивается от бурных излияний нежности верного друга.

— Альфред, Альфред, дай мне хотя бы вздохнуть! — пытается утихомирить пса Артур, хотя сам он тоже ужасно рад их встрече.

На помощь внуку приходит Арчибальд: протянув руку, он помогает ему встать.

Первая, кого видит вскочивший на ноги Артур, — это мама, сидящая посреди рассыпанных фруктов. Ее пристальный взор устремлен на гигантского вождя и его воинов.

Артур бежит к ней, и, поскользнувшись на апельсиновой кожуре, падает рядом.

— Что с тобой, мама? — взволнованно спрашивает он, раскидывая вокруг себя яблоки.

— Она увидела нас и упала в апельсины, — объясняет вождь матассалаи. В качестве неопровержимого доказательства он держит в руке недочищенный фрукт.

— Скорее, в яблоки, — с улыбкой возражает Арчибальд, ужасно довольный тем, что нашелся повод подшутить над другом. Он наклоняется, поднимает яблоко и показывает его вождю. Африканец в недоумении смотрит на Арчибальда. Наверное, за время пребывания у минипутов его друг забыл часть слов собственного языка и все еще мыслит по-минипутски, думает он.

Артур ласково проводит рукой по лицу матери.

— Очнись, мама! — говорит он. — Это я, Артур!

Голос мальчика звучит так ласково и звонко, а главное, неожиданно, что мать, наконец, приходит в себя. Она моргает, трясет головой и, сбросив с себя оцепенение, с удивлением взирает на живого и здорового сына. Потом, решив, что она все еще спит, вновь закрывает глаза.

— Мама, проснись же, мама! — тормошит ее Артур.

Мать широко раскрывает глаза.

— А что, разве это не сон? — растерянно спрашивает она.

— Да нет же! Это я, Артур, твой сын! — говорит мальчик и, взяв мать за руки, поднимает ее на ноги.

Сообразив, наконец, что ребенок ее нашелся и с ним все хорошо, мать принимается рыдать.

— О, мой мальчик! Мой дорогой сынок! — причитает она и снова падает в раскатившиеся во все стороны апельсины и яблоки.

 

* * *

 

В другом конце сада разыгрывается совершенно иная драма. Ничего не подозревающая бабушка следует за Давидо. Встав на цыпочки и приложив ладонь козырьком ко лбу, владелец «Корпорации Давидо» вглядывается вдаль, ища взглядом тоненькую полоску дороги, петляющую по вершинам холмов. Затем смотрит на часы, которые, словно судья на соревнованиях, держит в руке.

— Итак, ровно полдень! — гордо возвещает он бабушке и сопровождающим его двум полицейским. — Ровно полдень, а на горизонте ничего! И никого! — добавляет он, видимо, из чувства долга. А может, просто для того, чтобы лишний раз повернуть нож в ране.

Давидо изображает крайнее отчаяние, но настолько фальшиво, что ему не верят даже прибывшие с ним полицейские.

— Боюсь, даже в такое прекрасное воскресенье, в день, когда Господь велел всем отдыхать, чуда не случится! — лицемерно вздыхая, произносит он.

И, отвернувшись от бабушки, довольно хихикает. Из него вышел бы превосходный осмат. Бабулечка пытается скрыть свое отчаяние, полицейские вообще ничего не понимают. Они бы с удовольствием помогли почтенной старушке, но сейчас закон на стороне Давидо, и именно он будет диктовать, что им делать.

Мерзенькая улыбочка покидает лицо Давидо, и оно вновь становится серьезным. Откашлявшись и прочистив горло, негодяй поворачивается к бабушке… и с ужасом видит, что та уже не одна. Рядом с ней, словно по волшебству, появились Арчибальд и Артур. Вот оно, то самое чудо, которого так ждали все! В растерянности Давидо буквально лишается дара речи.

Если бы фокусник Копперфильд сумел на глазах у зрителей заставить исчезнуть целый город, вряд ли Давидо удивился бы больше. Что ж, бывает, магия! Но то, что случилось сейчас, поистине необъяснимо. Это не магия и не чудо. Это катастрофа!

Узнав Давидо, Арчибальд улыбается ему подчеркнуто вежливо.

— Вы правы, Давидо, прекрасный воскресный день! — восклицает почтенный старец, никогда не упускающий возможность посмеяться.

Неожиданное появление Арчибальда так действует на Давидо, что он застывает как вкопанный и только широко открывает и закрывает рот, словно выброшенный на сушу карп.

— Нам надо подписать кое-какие бумаги, не так ли? — спрашивает дедушка.

Давидо мучительно соображает и, наконец, кивает. Пережитый им шок отрицательно повлиял на его умственные способности, и без того достаточно ограниченные.

— Пройдемте в гостиную, там прохладнее, и нам будет удобнее, — подчеркнуто вежливо предлагает Арчибальд.

По дороге к дому он успевает шепнуть на ухо Артуру:

— Сейчас нам бы очень пригодился клад! Я постараюсь выиграть время, а ты займись рубинами!

Артур не уверен, что на его долю досталось самое простое задание, однако доверие, оказанное ему дедом, переполняет его гордостью.

— Можешь на меня рассчитывать! — скромно, но с достоинством отвечает он и бегом мчится в другой конец сада.

Пробежав несколько метров, он со всего размаху падает в яму, вырытую его отцом.

Альфред опускает морду в яму: интересно, во что теперь хочет поиграть его хозяин?

— Ефо не фсе фатеряно! — кричит со дна ямы Артур, отплевываясь от набившейся в рот земли. — Фейчас я фыберусь отфуда…

 


Поделиться:

Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 62; Мы поможем в написании вашей работы!; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2024 год. (0.014 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты