Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



АНАЛИЗ ПОВЕДЕНИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ МАТЕРИ И МЛАДЕНЦА И ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ МАТЕРИ




Читайте также:
  1. B) различные понимания материи;
  2. CVP-анализ
  3. E) абстрактная метафизика, мифология и догматика в материализме
  4. I.Историко-стилистический анализ
  5. II. Некоторые механизмы нейросигнального взаимодействия между особями и популяциями палеоантропов
  6. II.Музыкально-теоритический анализ
  7. III ЭТАП: РЕЗУЛЬТАТЫ АНАЛИЗА
  8. III. Вокально-хоровой анализ
  9. IV. Вспомогательное оборудование и материалы
  10. IV. Исполнительский анализ

Полученные результаты обрабатывались посредством процеду­ры факторного анализа с выделением пяти факторов. В качестве при­знаков были выбраны, с одной стороны, характеристики взаимодей­ствия матери и младенца, с другой — показатели психологического функционирования матери на различных уровнях индивидуальнос­ти. Во избежание заведомого объединения в матрице факторных на­грузок от каждого из использованных методов определения индиви­дуальных особенностей матери было взято по одному показателю. В итоге индивидные характеристики были представлены значением роста и показателем функциональной асимметрии (чем больше зна­чение, тем более выраженное правшество). Особенности сенсорной организации были представлены порогом слуховой чувствительнос­ти (чем больше величина порога, тем меньше сенсорная чувствитель­ность) и уровнем наиболее приятной интенсивности звука. Из мето­дики оценки темперамента было выбрано значение по шкале экст-раверсии-интроверсии. Результаты использования шкал самооцен­ки были представлены в факторном анализе значениями личност­ной тревожности и уровня депрессии. Изданных, полученных с по­мощью методикопределенияличностных особенностей матери, были взяты значения авторитарности (методика Лири) и импунитивности (тест Розенцвейга). Лишь по результатам использования семантичес­кого дифференциала в виде признаков для факторного анализа было взято два показателя—общие оценки для понятий «ребенок» и «мать». Индивидуальный когнитивный стильдеятельности был представлен диапазоном когнитивной эквивалентности в виде числа групп сор­тировки квадратов.

Было проведено два факторных анализа, в которых группа по­казателей индивидуальных психологических характеристик матери (12 признаков) и поведения взамодействия младенца (суммарная оценка ясности сигналов и реакции на поведение матери) оставалась постоянной, однако менялись показатели поведения взаимодействия матери. В качестве характеристики поведения матери в I факторном анализе была выбрана чувствительность матери к сигналам ребенка, во II — стимулирование социально-эмоционального развития ребен­ка. Анализировались матрицы факторных нагрузок до вращения. Рассматривались признаки с факторными весами от 0,300 (для дан-




ной выборки испытуемых при значении коэффициента корреляции г = 0,300, р < 0,025). Внимание уделялось факторам, в которых зна­чительная нагрузка выпадала на долю характеристик поведения вза­имодействия матери и младенца.

Iфакторный анализ

ВI факторном анализе социальное поведение матери было пред­ставлено показателем ее чувствительности к сигналам ребенка. Пер­вый фактор объединил в себе особенности системы представлений матери (оценивание понятий «мать» и «ребенок», величины фактор­ной нагрузки равны, соответственно, —0,647 и —0,404), характер ее состояния (уровеньдепрессии, 0,615), конституциональную особен­ность (рост,—0,589), характеристику темперамента (экстраверсия-ин-троверсия, —0,550), тип отношений к людям (авторитарность, —0,497) и характер ее поведения по отношению к ребенку (чувствительность ксигналам ребенка, 0,375). По набору наиболее весомых признаков этот фактор представляет собой объединение чувствительности ма­тери к сигналам ребенка с показателями, отражающими самые раз­личные уровни структуры ее индивидуальности. При этом ведущи­ми в этом факторе многоуровневых характеристик матери являются отражающая ее личностные особенности система представлений и состояние. Индивидные особенности и проявления темперамента занимают несколько менее весомые позиции.



Во второй фактор вошли (с отрицательным знаком) показатель поведения взаимодействия ребенка (-0,502), импунитивность (ре­акции на фрустрацию) (—0,459), авторитарность (—0,445), уровень депрессии (—0,336) и личностная тревожность (—0,318). С положи­тельным знаком в фактор вошли показатель наиболее приятной ин­тенсивности звука (0,611) и число групп сортировки (0,605). Таким образом, данный фактор объединил параметры поведения взаимо­действия со стороны младенца с индивидуальными особенностями матери, прежде всего с характеристиками ее сенсорной организации (наиболее приятный уровень стимуляции) и стиля познавательной деятельности (широта диапазона эквивалентности), и лишь затем с ее личностными особенностями (направленность реакции на фруст­рацию и тип отношения к окружающим) и состоянием.

Иначе вы глядит третий фактор, где показатель поведения взаи­модействия ребенка (0,565) объединился прежде всего с имеющими


противоположный знак показателями состояния матери (личност­ная тревожность и уровеньдепрессии, -0,520 и —0,407 соответствен­но). Другими вошедшими в третий фактор признаками стали сен­сорная чувствительность матери (порогслуховой чувствительности, 0,489), рост (-0,458), правшество-левшество (0,342), экстраверсия-интроверсия (0,310).

В четвертом факторе показатель чувствительности матери к сиг­налам ребенка выходит, вместе с оценкой понятия «ребенок», на ве­дущие по факторным нагрузкам позиции (-0,618 и -0,660 соответ­ственно) и объединяется с импунитивностью (—0,443), порогом слу­ховой чувствительности (0,324) и авторитарностью (0,303). Таким образом, в этом факторе чувствительность к сигналам ребенка свя­зана не только с такими особенностями личности матери, как сло­жившееся к этому времени представление о понятии «ребенок», на­правленность реакции на фрустрацию и тип отношения к окружаю­щим, но и с индивидуальными особенностями функционирования на сенсорном уровне—с сенсорной чувствительностью. В таком объе­динении знак факторных нагрузок чувствительности к сигналам ре­бенка и сенсорной чувствительности (обратной к представленной в факторе величине порога) одинаков.

Анализ полученных результатов выявил, что, во-первых, пока­затели поведения матери и младенца не входят со значимыми фак­торными весами в один и тот же фактор, во-вторых, показатели по­ведения партнеров взаимодействия объединяются с показателями, представляющими различные уровни индивидуальности матери. Среди параметров индивидуальности матери, которые объединяют­ся в одном факторе с ее чувствительностью к сигналам ребенка, не­обходимо выделить прежде всего личностные особенности (наибо­лее всего представления о понятии «мать» в первом факторе и «ребе­нок» в четвертом факторе и меньше авторитарный тип отношений в первом и четвертом факторах и импунитивность в четвертом факто­ре) и состояние (уровеньдепрессии в первом факторе), а затем осо­бенности конституции (рост в первом факторе) и темперамента (эк-страверсия-интроверсия в первом факторе). Завершающим в этом списке будет показатель сенсорного функционирования матери (по­рог слуховой чувствительности в четвертом факторе). В отличие от этого социальное поведение младенца входит в один фактор прежде всего с характеристиками сенсорного уровня (наиболее приятная ин­тенсивность стимуляции во втором факторе и порог чувствительнс-


 




сти в третьем факторе), личностной тревожностью (в третьем факто­ре), характеристикой познавательного стиля деятельности матери (во втором факторе) и лишь потом с особенностями конституции (рост в третьем факторе) или другими характеристиками матери.

IIфакторный анализ

Во II факторном анализе в виде характеристики поведения ма­тери было принято стимулирование социально-эмоционального раз­вития ребенка. В первый фактор с положительными факторными нагрузками вместе с показателем стимулирования матерью социаль­но-эмоционального развития ребенка (0,484) вошли характеристи­ки представлений матери (оценка понятий «ребенок», 0,569, и «мать», 0,544), темперамента (экстраверсия-интроверсия, 0,494), типа отно­шения к окружающим (авторитарность, 0,467). С отрицательным знаком в первый фактор вошли показатели состояния (уровень деп­рессии, —0,541) и наиболее приятная интенсивность звуковой сти­муляции (—0,470). В отличие от результатов предыдущего факторно­го анализа в данном случае в первый фактор не вошел показатель роста матери, однако со значительными факторными весами доба­вились показатели наиболее приятного уровня стимуляцией реак­ции на фрустрацию. Если в I факторном анализе показатель поведе­ния матери в виде чувствительности к сигналам ребенка вошел в пер­вый фактор с одним знаком по отношению к уровню депрессии ма­тери и с противоположным знаком по отношению к ее представле­ниям о понятиях «мать» и «ребенок», особенностям темперамента (экстраверсия-интроверсия) и типу отношения к окружающим (ав­торитарность), то во II факторном анализе показатель стимулирова­ния матерью социально-эмоционального развития ребенка вошел в первый фактор, наоборот, с противоположным знаком по отноше­нию к уровню депрессии и с одним знаком по отношению к пред­ставлениям матери. Этот факт особенно примечателен, если принять во внимание, что по результатам корреляционного анализа стимули­рование матерью социально-эмоционального развития ребенка и чувствительность к сигналам ребенка положительно связаны между собой (ps0,01).

Во второй фактор вошли параметры взаимодействия со сторо­ны ребенка (—0,621), матери (-0,617) и такие индивидуальные пока­затели матери, как рост (0,670), правшество-левшество (—0,408), уро-


вень депрессии (-0,357), число групп классификации (0,351), наи­более приятная интенсивность звука (0,337), представления о поня­тии «мать» (0,302), порогслуховой чувствительности (—0,300). В этом факторе показатель взаимодействия ребенка объединяется, как и в предыдущем анализе, с показателями наиболее приятного уровня стимуляции и познавательного стиля деятельности. В отличие от ре­зультатов I факторного анализа в данном случае во второй фактор вошли показатели поведения со стороны матери, роста, функцио­нальной асимметрии и представления о понятии «мать», не вошли такие показатели личности, как авторитарность, импунитивностьи личностная тревожность.

Третий фактор объединил с положительным знаком характери­стики состояния (личностная тревожность, 0,627, и уровеньдепрес-сии, 0,508) и конституции матери (рост, 0,341), с отрицательным зна­ком — особенности сенсорного функционирования (наиболее при­ятная интенсивность звука, -0,494, и порог слуховой чувствитель­ности, -0,418), познавательного стиля деятельности (число групп сортировки, —0,386) и поведение взаимодействия со стороны ребен­ка (-0,300). При сравнении сданными предыдущего факторного ана­лиза можно обнаружить и сходство и различие. Так, в обоих случаях в этот фактор вместе с показателем поведения взаимодействия ре­бенка вошли характеристики состояния и конституции матери, фун­кционирования сенсорной системы (порогслуховой чувствительно­сти). В третий фактор 11 анализа не вошли со значимым весом пока­затели функциональной асимметрии и экстраверсии-интроверсии, но добавился показатель когнитивного стиля.

Обсуждение результатов

Обобщая полученные в результате I факторного анализа дан­ные, необходимо прежде всего отметить, что показатель поведения матери, в виде чувствительности к сигналам младенца, и показатель поведения ребенка, в виде реакции на поведение матери и ясности сигналов, вошли в выделенные факторы отдельно, объединились не друг с другом, как две стороны единого процесса социально-эмоци­онального взаимодействия, а с показателями различных уровней индивидуальности матери. Анализ матрицы факторных нагрузок пер­вого и четвертого факторов показал, что чувствительность матери к сигналам ребенка входит в эти факторы без весомого участия пока-


 





зателя поведения взаимодействия ребенка, однако вместе с различ­ными индивидуальными особенностями матери. Во втором и третьем факторах поведение ребенка по отношению к матери объединилось с индивидуальными особенностями матери без значимого влияния со стороны выбранного показателя поведения взаимодействия ма­тери. Ясность сигналов и реакция младенца на поведение матери и чувствительность матери к сигналам младенца, являясь характерис­тиками общего процесса взаимодействия, не объединяются в одном факторе. Иными словами, социальное поведение младенца, по всей видимости, соотносится не столько с актуальным поведением взаи­модействия матери в виде чувствительности к сигналам ребенка, сколько с ее индивидуальными особенностями. Во II факторном ана­лизе обнаружен как вариант распределения признаков, когда харак­тер стимулирования матерью социально-эмоционального развития ребенка и показатель поведения младенца вошли в разные факторы (первый и третий), так и вариант, когда они объединились в одном втором факторе.

Можно сказать, что, являясь относительно константными и про­являющимися в самых различных ситуациях, индивидуальные осо­бенности матери определяют инвариантные, наиболее часто встре­чающиеся характеристики первичного окружения младенца, стано­вятся неотъемлемой частью этого окружения и частью накопленно­го младенцем опыта. Обобщение опыта первичного окружения и на этой основе формирование отношения к матери ведет ктому, что по­ведение взаимодействия младенца является отражением не столько ситуативного поведения матери, сколько ставших частью его опыта индивидуальных особенностей матери. Индивидуальность матери, детерминируя полученный за время общения опыт ребенка и явля­ясь частью этого опыта, объединяется своими характеристиками от­дельно с показателями поведения младенца и поведения матери, оп­ределяет эти две стороны общего процесса взаимодействия.

Оценка второго фактора II анализа, в котором объединились показатели поведения матери и младенца, позволяет говорить, что поведение взаимодействия младенца может быть отражением не толь­ко опыта, основанного на инвариантных проявлениях различных уровней индивидуальности матери, но и собственно поведения вза­имодействия матери, в данном случае стимулирования ею социаль­но-эмоционального развития ребенка. Качество ее собственного со­циально-эмоционального поведения (сидит к ребенку «лицом к


лицу», смеется, улыбается, ласкает, обнимает, хвалит, не перебивает, не делает негативных замечаний, не кричит) способствует проявле­нию социальных реакций и ясности сигналов младенца. Корреляци­онный анализ показал, что стимулирование матерью социально-эмо­ционального развития ребенка и его реакции на поведение матери (например, внимательно смотрит после привлечения внимания, пы­тается установить контакт «глаза в глаза», вокализирует, улыбается или проявляет признаки отказа в ответ на поведение матери) поло­жительно взаимосвязаны друг с другом (р <. 0,025). Именно эта сто­рона взаимосвязи поведения матери и младенца подчерки валась в ранних исследованиях игрового взаимодействия матери и младенца и в работах, свидетельствующих о роли эмоциональной вовлеченно­сти, готовности и отзывчивости матери во взаимодействии с ребен­ком. Сигналы и реакции младенца в ситуации игрового обучения входят в единый фактор не с чувствительностью матери к сигналам ребенка (поведением, направленным на адекватное расположение ребенка, чувствительное привлечение, поддерживание внимания и окончание игры), а именно с социально-эмоциональными характе­ристиками поведения матери.

Величины факторных весов, полученные в результате I анали­за, показывают, что поведение взаимодействия младенца занимает во втором и третьем факторе ведущие позиции, а показатель чувстви­тельности матери к сигналам ребенка не является основным в пер­вом факторе и выходит на ведущее место только в четвертом факто­ре. Это позволяет сделать предположение, что социальное поведе­ние младенца способствует объединению различных характеристик матери. Это предположение, сделанное на основании сравнения раз­ных факторов I факторного анализа, нашло во II анализе подтверж­дение в соотношении признаков, составивших отдельный фактор. Так, во втором факторе II анализа характеристика социального по­ведения младенца, вместе с конституциональной особенностью (рост) и показателем поведения матери (стимулирование социально-эмо­ционального развития ребенка), занимает ведущее место. В этот же фактор с несколько меньшим весом вошел показатель функцональ-ной асимметрии матери (правшество-левшество). Примечательно, что после вращения этот набор признаков с самыми большими веса­ми во втором факторе сохранился, ведущее положение значений кон­ституции матери и поведения младенца усилилось (факторные веса после вращения равны соответственно 0,770 и —0,742), добавился


 




 


показатель сенсорного функционирования (порог слуховой чувстви­тельности, —0,616). Иными словами, результаты свидетельствуют, что условием объединения показателей социально-эмоционального по­ведения матери и младенца в один фактор является ведущее присут­ствие в нем базовых характеристик матери — индивидных, сенсор­ной организации (по результатам после вращения) и функциональ­ной асимметрии.

Известно предположение, что билатеральное регулирование как один из механизмов интегративной деятельности мозга обусловли­вает целостность человека (Ананьев, 1980). В этом случае проявле­ние показателя функциональной асимметрии весьма закономерно и может свидетельствовать о целостности поведения матери по отно­шению к младенцу. С нашей точки зрения, младенец способствует объединению и единому функционированию разноуровневых харак­теристик матери, формированию и проявлению интегральной инди­видуальности матери. Поведение младенца становится фактором, организующим в единую систему индивидуальности различные ха­рактеристики матери. В иерархической структуре индивидуальнос­ти матери важное положение занимает материнское поведение, дея­тельность, направленная на заботу, уход и полноценное общение с младенцем, чувствительное обеспечение адекватного особенностям младенца физического и социально-эмоционального окружения. И н-тегральная индивидуальность матери, единство всех ее разноуровне­вых характеристик, направленных на исполнение материнской фун­кции, является условием всестороннего развития ребенка.

В результате проведенного исследования обнаружено, что веду­щее место в факторах, в которые без объединения с поведением вза­имодействия младенца входит показатель чувствительности матери к сигналам или стимулирования социально-эмоцонального разви­тия ребенка, занимают прежде всего особенности ее личности в виде представлений о понятиях «мать» и «ребенок» и состояния в виде уровня депрессии. Характеристики конституции (рост), темперамен­та и сенсорного функционирования входят в группу ведущих при­знаков, нос меньшими весами. Несмотря на совпадение набора при­знаков, знак, с которым они входят в факторы вместе с показателями поведения матери, отличается. Так, повышение чувствительности к сигналам младенца соответствует небольшому росту матери, сниже­нию авторитарности в отношениях к окружающим, интровертиро-ванности и повышению уровня депрессии, пониженным представ-


лениям о понятии «мать». В отличие от этого увеличение стимулиро­вания матерью социально-эмоционального развития младенца со­ответствует, вне зависимости от величины роста, повышенным пред­ставлениям о понятии «мать» (сильная, активная, высоко оценивае­мая), скорее авторитарному стилю отношения к окружающим, экст-равертированности и малому проявлению состояния депрессии.

Сравнение первого и четвертого факторов I факторного анали­за показывает, что наблюдающееся и в том и в другом случае объеди­нение чувствительности матери к сигналам ребенка с особенностя­ми представлений матери о понятии «ребенок» может быть с разны­ми и одинаковыми знаками. В четвертом факторе, где не наблюдает­ся характерного для первого фактора весомого влияния со стороны состояния матери (уровеньдепрессии), ее чувствительность к сигна­лам ребенка объединяется с представлениями о понятии «ребенок» с одним и тем же знаком. Весьма вероятно, что повышение представ­ления о понятии «ребенок», связанное прежде всего с положитель­ным детским опытом самой матери и чувствительностью к ней со стороны родителей, благоприятствует повышению чувствительнос­ти матери к сигналам ребенка.

Характеристики поведения взаимодействия младенца объеди­нились прежде всего с характеристиками функционирования мате­ри на сенсорном уровне, с личностной тревожностью и показателем индивидуального стиля познавательной деятельности матери. Два последних показателя не встречаются в списках ведущих признаков, объединившихся отдельно с поведением матери, также какоценка представлений понятий «мать» и «ребенок» не попала в список при­знаков, вошедших в фактор отдельно с поведением младенца. Ины­ми словами, в своем социальном поведении младенец может не только не соотноситься с актуальным поведением матери (прежде всего с чувствительностью к его сигналам), но и ориентироваться совсем не нате индивидуальные особенности матери, с которыми связано это поведение. Для младенца наиболее важными являются сенсорно-пер­цептивные характеристики матери, ее стилевые особенности, он ори­ентируется на ее базовую тревожность, — вместе с ростом эти инди­видуальные особенности матери непосредственно определяют пер­вичный опыт ребенка, — тогда как мать строит социальное поведе­ние по отношению к младенцу прежде всего на основании своих пред­ставлений и состояния.


 





В результате факторного анализа обнаружено, что предпочте­ние особых уровней сенсорной стимуляции и индивидуальная сен­сорная чувствительность матери входят в число ведущих признаков, объединяющихся в отдельные факторы вместе с поведением взаимо­действия младенца (второй и третий факторы I факторного анализа и третий фактор 11 анализа). Данные корреляционного анализа по­казали, что ясность сигналов, как компонент социального поведе­ния младенца по отношению к матери в ситуации игрового обуче­ния, положительно связана со значениями порога сенсорной чувстви­тельности матери (р s 0,03) и величиной наиболее предпочитаемой интенсивности звуковой стимуляции (р s 0,05). Чем выше величина сенсорного порога матери (меньше слуховая чувствительность) и больше предпочитаемый ею уровень стимуляции, тем более ясные сигналы посылает младенец (например, его улыбка, признаки при­ятия или неприятия задания ясно узнаваемы, движения направлен­ные и интерпретируются однозначно, он вокализирует).

Иными словами, результаты факторного и дополнительно про­веденного корреляционного анализа свидетельствуют о явлении подстраивания характеристиксоциального поведения младенца кин-дивидуальным особенностям сенсорного функционирования мате­ри. И если в соответствии с данными корреляционного анализа та­кое подстраивание прямое, то факторный анализ свидетельствует о возможности подстраивания и с одинаковым, и с противоположным знаком. Так, показатель поведения взаимодействия ребенка входит в факторы с пороговой величиной слуховой чувствительности с оди­наковым знаком, а с наиболее приятной интенсивностью звуковой стимуляции и с одинаковым (третий фактор II факторного анализа), и с противоположным (второй фактор в I и II факторном анализе). Уменьшение реакций на поведение матери и ясности сигналов мо­жет наблюдаться даже при предпочтении матерью интенсивной сти­муляции, но этому сопутствует снижение матерью стимулирования социально-эмоционального развития ребенка, увеличение роста (чем выше рост матери, тем меньше стимулирование социально-эмоци­онального развития ребенка, р s 0,05) и проявление признаков скры­того левшества или правополушарного доминирования.

Снижение уровня социального поведения младенцев даже при предпочтении матерями интенсивной стимуляции может происхо­дить при уменьшении у матерей диапазона когнитивной эквивален­тности (во втором факторе I факторного анализа). В этом случае мож-


но предположить, что младенец подстраивается уже не подуровень предпочитаемой матерью интенсивности стимуляции, а под стиль об­работки информации, и, в соответствии с аналитичностью матери, посылает социальную информацию небольшими порциями малой интенсивности.

В заключение данного параграфа необходимо отметить, что су­ществует значительное число данных, свидетельствующих о зависи­мости социального поведения младенца от уровня предъявляемой ма­терью стимуляции и, соответственно, уровня возбуждения младенца (Field, 1987). Считается, что вследствие индивидуальных генетичес­ких особенностей, различий пренатального и перинатального опыта младенцы отличаются друг от друга по чувствительности и отзывчи­вости на стимуляцию. В целом, если уровень стимуляции низкий, то ребенок либо не обращает внимания, либо быстро теряет интерес и ищет стимуляцию вдругом месте. Если уровень стимуляции слиш­ком высок, то младенец избегает ее. Поддержание внимания и инте­реса младенца к социальному взаимодействию с матерью или дру­гим человеком возможно лишь в пределах некоторого оптимального уровня стимуляции и возбуждения. Это общее положение распрост­раняется на самые различные параметры стимуляции: интенсив­ность, контрастность, сложность, диапазон изменения и т.д.

По результатам нашего исследования социальное поведение младенца, в свою очередь, также обеспечивает мать уровнем стиму­ляции, соответствующим ее индивидуальным особенностям. Взаим­ное подстраивание под индивидуально предпочитаемые уровни сти­муляции становится необходимым для возникновения и поддержа­ния социального поведения не только младенца, но и матери, явля­ется важным условием поддержания и развития взаимосвязи и отно­шений в системе «мать — младенец». Социально-эмоциональное по­ведение младенца во многом связано с особенностями сенсорного функционирования матери, уровнем ее сенсорной чувствительнос­ти и предпочитаемой стимуляции. В наиболее благоприятном вари­анте взаимодействия мать и младенец изменением социального по­ведения обеспечивают друг друга оптимальной стимуляцией, и это является обязательным условием поддержания взаимодействия, со­хранения интереса друг к другу и получения радости от общения. Свидетельством оптимальности стимуляции для младенца считает­ся проявление им интереса и поддержание социального диалога.


 




 


При описании поведения взаимодействия и состояния младен­ца и матери широко используются данные, полученные при иссле­довании компонентов ориентировочного рефлекса (Соколов, 1958), природы и роли эмоционального предпочтения стимуляции в иссле­довательском поведении взрослых(Вег1упе, 1960). Однако существует необходимость изучения вопроса с точки зрения обработки сенсор­ной информации, поиска нейро- и психофизиологических корреля­тов предпочтения параметров стимуляции. В следующем параграфе анализируются исследования оптимального уровня стимуляции и основные модели, объясняющие механизм формирования положи­тельного эмоционального отношения к стимульной информации. В связи с тем, что индивидуальные характеристики сенсорной систе­мы матери в значительной степени определяют социальное поведе­ние младенца, приведены исследования индивидуальных различий восприятия и предпочтения интенсивности стимулауженщин, чей возраст и уровень образования сравним с таковыми у описанных выше матерей.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 11; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2020 год. (0.013 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты