Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Как определить границы дозволенного и последствия действий




Читайте также:
  1. D. Запись действий мыши и Клавиатуры
  2. Fffs|« 5.3. Последствия расторжения брака
  3. MS Access. Это поле в режиме конструктора необходимо для ограничения действий пользователя, когда это необходимо.
  4. V – множество выходных воздействий;
  5. А. Оппозиция логичных и нелогичных действий как исходноеотношение социальной системы. Теория действия Парето и теория действия Вебера
  6. А.Смит о последствиях вмешательства государства в экономику
  7. Агроэкосистемы, их отличия от природных экосистем. Последствия деятельности человека в экосистемах. Сохранение экосистем.
  8. Акт — документ, составленный для подтверждения установленных фактов, событий, действий.
  9. Алгоритм действий Правительства
  10. Амперметр класса точности 1,5 имеет 100 делений. Цена каждого деления 0,5 А. Определить предел измерения прибора, наибольшую абсолютную погрешность в точках 10, 30, 50, 70, 90

«Мне кажется, я не могу установить границы для своего сына» — стало очень частым признанием и криком о по­мощи со стороны многих родителей. Довольно трудно установить справедливые и разумные границы поведе­ния для себя, взрослого, если мы никогда не делали это­го в детстве. На книжных прилавках лежит множество хороших книг по воспитанию детей, но нужно всегда ид­ти на одну главу впереди своего растущего сына. Стра­ницы об установлении оград следует изучить задолго до того, как он подрастет. Вот каких установок придержи­вались мы, и нам это помогало.

Установление пределов дозволенного и оград — про­цесс недемократичный.Существует три стиля воспита­ния. Авторитарные родители устанавливают жесткие правила, предоставляют немного возможностей выбора и ожидают приверженности стилю жизни семьи. Демо­кратичные родители стараются быть справедливыми в любой ситуации, вникают в состояние каждого, предос­тавляют достаточную возможность выбора и принимают решения на основе правила большинства. Все позволяю­щие родители разрешают детям вести себя как угодно и верить в то, во что хочется.

Исследование детей из этих трех групп семей, продол­женное, когда они уже стали взрослыми, дало поразитель­ные результаты. Дети, воспитывавшиеся во вседозволен­ности, став взрослыми, испытывали затруднения при не­обходимости работать вместе с другими людьми и ладить с ними. Демократичный стиль сформировал взрослых, которым трудно принимать решения. Те же, кого воспи­тывали авторитарные родители, были наиболее приспо­собленными взрослыми: они умели принимать решения, следовать нормам и сотрудничать с другими.

Необходимо провести четкое различие между жест­ким авторитаризмом, который можно было бы назвать четвертым стилем воспитания, и авторитетом родителей. Первый, т. е. родитель, который утверждает свою власть при помощи жестокости и насилия, не обращая никако­го внимания на потребности, чувства, состояние других членов семьи, — такой родитель воспитывает детей, еще менее приспособленных к жизни, чем в трех остальных группах. Многие дети из подобных семей становятся извергами в детском коллективе, дерутся, ругаются и в конце концов превращаются в психически нездоровых взрослых. Наиболее продуктивным стилем воспитания является благожелательно-авторитетный, когда роди­тель заботится о ребенке с добротой, пониманием и сочувствием. Такой подход убеждает ребенка, что есть кто-то, кто думает о нем. Ребенок верит, что родители всегда сде­лают, что сказали. И это снимает с ребенка ответствен­ность за ситуацию, с которой сам он не может справиться. Вопреки популярному мнению, дети совсем не малень­кие взрослые! Рахима Бальдвин напоминает нам: Жан Пиаже, швейцарский психолог и философ, пришел к вы­воду, что рациональное мышление не может развиться до возраста 10-11 лет. Бальдвин пишет: «Нам кажется, что мы сможем все объяснить ребенку, как только он начнет говорить. Мы беремся обсуждать с ним все: от поведения и его последствий до вопроса о том, почему море соленое. И действительно, некоторые пятилетки оказываются спо­собными вести такие беседы со своими родителями, но они научились этому за годы подражания такому спосо­бу взаимодействия. Маленькие дети не умеют мыслить рационально, и разумные доводы малоэффективны в уп­равлении их поведением». Только четкие рамки допусти­мого поведения и логические последствия непослушания могут помочь им вести себя должным образом.



Как-то раз, сказав своему сыну, что из его пло­хого поведения последует то-то и то-то, я спро­сила его: «Ты знаешь, почему так будет?» Со всей серьезностью он ответил: «Чтобы мне стало плохо?»



Необходимо многократно напоминать об одних и тех же правилах, доброжелательно и авторитетно. Причем ус­тановленные правила не должны приниматься голосова­нием. Иногда, в зависимости от возраста ребенка, обсуж­дение бывает необходимо, но голосование — никогда. Го­лосовать он будет после восемнадцатилетия.

Установленные границы должны соответствовать возрасту.Четырехлетнего сына нужно держать в строгих рамках, чтобы обеспечить его безопасность и иметь воз­можность наблюдать за ним постоянно. Подростку нужно больше «пространства»; фактор безопасности здесь принимает форму установленного «времени Ч» возвра­щения вечером домой. Запереть его мы не в силах.

Основные нормы устанавливаются для пятилетки твер­до и безо всякого обсуждения. Что ему нужно, так это бес­конечное повторение, терпение и понимание того, что он еще маленький и иногда может нарушить их. С подро­стком же нужно все обсуждать, чтобы держать руку на пульсе совершающихся в нем перемен, процесса его со­зревания и изменения потребностей. Отрочество требу­ет постоянного анализа того, насколько свободными или строгими должны быть правила в каждый конкретный момент. Вполне вероятно, что не раз он поставит нас в тупик: только что вел себя вполне сознательно и вдруг «откусил больше, чем способен прожевать». Если мы не будем готовы к обсуждению, сын может просто отвер­нуться от нас. Начнется жестокая борьба, и недостаток доброты заставит нас переживать поздно вечером: где он и когда вернется домой. Большинство хорошо приспо­собленных к жизни взрослых, способных регулировать свое поведение, выросли в семьях, где родители были доброжелательны, но строги.



Последствия должны вытекать непосредственно из плохого поведения.Подростки обычно хорошо знают, какого наказания они заслуживают от родителей, и отно­сятся к себе гораздо суровее, чем это делают взрослые. Один подросток вспоминает, как однажды он приехал до­мой на два часа позже, чем обещал. «Мама запретила мне смотреть телевизор в течение двух недель. Это приве­ло меня в бешенство! Она должна была отобрать у меня автомашину на неделю, но только не говорите ей об этом».

Д:Иногда последствия, которые мы декларируем, бывают более неприятны для нас самих, чем для детей. Мы все помним, как в минуту гнева было объявлено о последствиях в истории с Диснейлен­дом, причем реализация обещания потребовала больше времени и сил, чем само поведение, его вызвавшее. Од­нажды в чудесный субботний день мой сын и его товарищ гонялись друг за другом по всему дому, громко и радост­но крича. Рассердившись, я гаркнул: «Если крикнете еще раз, гулять не пойдете!» Конечно, они крикнули, и я, вме­сто того чтобы спокойно провести утро за чтением газе­ты на диване, был вынужден сидеть взаперти с двумя ску­чающими мальчишками, которые ходили и канючили, чтобы я с ними поиграл. Совсем не обязательно сразу же называть последствия. Обдумайте, что вы хотите сказать, а не заявляйте в запальчивости первое, что придет в го­лову, чтобы потом не сожалеть о сказанном.

Будьте осторожны, прибегая к отсроченным наказа­ниям: например, сказав сыну, что в следующую среду, когда наступит время вечерней сказки, он не будет ее смотреть, вы вносите в жизнь маленького ребенка очень много беспокойства. Есть хорошее правило: чем моложе ребенок, тем ближе к проступку должно быть наказание. Мальчики постарше, у которых хорошо развито чувство времени и пространства, могут справиться и с наказани­ями, отнесенными во времени на определенный срок. По­мните, главное — воспитывать у сыновей сознательность и ответственность, а не создавать эмоциональный дис­комфорт.

Устанавливайте границы, которые дают возможность маленьких побед.У одного из лучших кеглистов брали интервью после 300 удачных игр. Телеведущий спросил его: «Когда вы были маленьким мальчиком, что вы испы­тывали, бросив мяч мимо всех кеглей?» Кеглист ответил: «Я никогда не бросал мимо. Я не хвастаюсь. Когда я был маленьким, вместо сегодняшних машин были такие "ке­гельные мальчики", которые расставляли кегли. Отец заставлял меня катить мяч по трассе, и, конечно, мяч закатился бы в лунку, но "кегельному мальчику" была дана инструкция ставить кеглю на пути мяча. Когда я стал старше, мой мяч катился уже между лунками, но и тогда "кегельный мальчик" ставил кеглю каждый раз точно пе­ред ним. Я попадал в кегли все чаще и чаще, пока нако­нец не привык попадать в них всегда. Это отец всегда рас­ставлял кегли так, чтобы я мог в них попасть».

Ключ к сотрудничеству и самомотивации спрятан в постановке реалистичных целей и границ дозволенного поведения. Маленький успех, которого можно добиться, рождает веру в себя, дружелюбное отношение к дисцип­лине и настойчивость. История тринадцатилетнего Джейсона хорошо иллюстрирует, насколько это верно.

Д:Впервые я встретился с Джейсоном и его роди­телями на сеансе психотерапии сразу после то­го, как они лишили мальчика всех привилегий, кроме права есть, спать и ходить в школу. В ходе работы я узнал, что, когда Джейсону было семь лет, его ввиду вы­соких результатов тестирования перевели на класс впе­ред. Теперь, когда его тело выглядело на 16 лет, от него ожидали большего, чем он мог дать в соответствии со сво­им развитием. Джейсон эмоционально отставал от свер­стников, он чувствовал себя изгоем в классе и не мог со­средоточиться на уроках из-за той отверженности, кото­рую испытывал в школе. Дома он тоже замыкался на себе. И его подавленность достигла уровня клинической деп­рессии. Его «кегли» все время оказывались за пределами попаданий: чем ближе он к ним подходил, тем дальше они отодвигались!

Мы нашли несколько решений. Во-первых, чтобы ос­лабить «мертвую хватку» трудностей в общении, Джей­сону разрешили почаще бывать на мероприятиях в се­мейной церкви, где возрастная группа охватывала ребят нескольких классов. Кроме того, семья наняла репетитора, который должен был помочь мальчику наверстать ма­териал по тем предметам, где он особенно отстал. После этого было проведено повторное тестирование на пред­мет оценки уровня развития. Результаты тестирования убедили родителей изменить программу обучения сына на такую, которая бы в большей степени соответствовала его навыкам. Это несколько поуменьшило выдан­ный ему кредит доверия, но зато сняло с него огромное бремя необходимости соответствовать недостижимым стандартам.

Я увидел Джейсона спустя полгода и был поражен про­исшедшими в нем изменениями. Он был воодушевлен, увлечен своими занятиями и горд успехами. Когда он ока­зался в рамках, которые позволяли достичь небольшого успеха в различных областях, жизнь вернулась к нему во всех своих красках. Границы, установленные прежде ро­дителями из самых благих побуждений, душили мальчи­ка. Сейчас родители поддерживают его, а не властвуют над ним. «Мне кажется, как будро с груди у меня сняли двадцатикилограммовую гирю», — говорит он.

Границы дозволенного поведения подобны плетню вокруг пастбища: периодически их нужно ремонти­ровать, заделывать дыры, укреплять и расширять.Как «правила устанавливаются для того, чтобы их наруша­ли», так и мы ставим ограды, зная тем не менее, что наши сыновья неизбежно проверят их на прочность и попыта­ются выйти за их пределы. Мальчик переступает грани­цу разными способами и по многим причинам. Если он просто толкает наш плетень, подобно корове, которая по­тянулась за забор, чтобы достать зелененькую травку по другую его сторону, то, вероятно, сын проверяет нас: ему интересно посмотреть, как мы будем реагировать. Одно­го короткого напоминания будет достаточно, чтобы отре­монтировать забор и удержать его по эту сторону ограды. Если жеон ломится сквозь нее подобно быку, увидавшему красную тряпку, то за его отказом оставаться на паст­бище могут стоять совсем другие причины.

Ж: Я всегда настаивала, чтобы наш маленький сын ехал в бакалейный магазин в коляске. Тогда он ничего не ронял с полок, не терялся, его не тол­кали, да и сам поход занимал меньше времени. Но в тот день он разразился плачем, потому что ему не хотелось сидеть в коляске, а когда я отказалась спустить его, он вылез оттуда сам. Его не отвлекала ни игра в подсчиты­вание красных коробок, ни продукты, которые я клала в корзинку. Я посадила его обратно и строго велела не вы­лезать, но это не дало никакого результата. Потом я вдруг вспомнила, что мы ничего не ели с раннего утра, а эта ос­тановка была последней в длинном списке дел на сегодня. Он дошел до предела и заявлял мне об этом единствен­ным доступным ему способом.

Маленькие дети обычно переступают границы, когда они устали, заскучали или голодны. Подросток может на­рушить правила, если он рассердился или хочет отомстить. В обоих случаях проблема возникает не из-за границы как таковой, а из-за какой-то потребности, часто неосоз­нанной, которая осталась незамеченной или неудовлет­воренной.

Периодически границы приходится укреплять так же, как бывает нужен особо прочный загон, чтобы удержать на ферме вновь приобретенного жеребца. Естественное любопытство и энергия будут толкать его к тому, чтобы проверить, может ли он перепрыгнуть через ограду или пройти сквозь нее. То же самое происходит и с мальчи­ками в возрасте от трех до десяти лет у нас по соседству. Обычно мамаши с детьми собираются вечерком на одной из ближайших лужаек, и пока ребятишки играют, ма­мы общаются между собой. Немного беготни, толкотни, борьбы и потасовок между мальчишками вполне допускается. Нельзя лишь всерьез драться и обижать друг дру­га. Однажды вечером игра стала слишком шумной, до­шло до драки, и для нескольких мальчиков она закончи­лась слезами и синяками. Вмешались родители, и игра продолжалась нормально. На следующий день опять слу­чилось то же самое, на этот раз были разбиты до крови носы и коленки. Матери пришли к выводу, что нужно установить более строгие ограничения, чтобы избежать серьезных травм.

Когда жеребенок становится великоват для пастбища, нужно расширить загон, чтобы ему хватало места побегать и размять ноги. Если мальчик начинает перелезать через ограду, настала пора расширить пределы допустимого.

Когда Крису было тринадцать лет, ему захотелось ходить ни свидания. Я установила время его возвращения домой — 9.30 вечера и сказала, что пока не станет старше, он должен; проводить время в компании друзей. Он согласился, и до сих пор у нас с этим проблем не было. Сейчас ему шестнад­цать, у него есть постоянная девушка. Он всегда возвраща­ется домой вовремя, все было вроде бы прекрасно. А потом я обнаружила кухонную табуретку под его окном. Он пояснил, что около 11 якобы отправлялся спать, а потом вылезал через окно, чтобы встретиться с девушкой. Она делала то же самое. В ту ночь он вернулся очень уставшим и забыл табуретку под окном. Я поняла, что он вырос и пора корректировать требования.

Шейла, мудрая одинокая мать

В следующем разделе мы рассмотрим пять основ типов границ, или пределов, которые могут использовать родители, чтобы ввести жизнь сыновей в какие-то рам­ки. Более подробно о том, как и когда в соответствии возрастом применять эти границы, будет рассказано главах 8-10, где пойдет речь об этапах возрастного вития мальчика с рождения до 17 лет.

Словесные наставления (соблюдается соглашение, достигнутое на словах)-Эти словесные соглашения между сыном и родителем не имеют никаких последствий. Соблюдение соглашения поддерживается обеими сторонами. Напоминания бывают нужны редко, а если случаются ошибки, то мальчик сам добровольно исправляет их. Например, девятилетний Джон должен был ежедневно кормить и поить кошку, и если он забы­вал это сделать, то чувствовал жалость к кошке и испы­тывал угрызения совести. Поэтому он сам разработал си­стему, которая напоминала ему об этой обязанности. Со­блюдать соглашение с родителями для него было важно, ибо от этого зависело состояние его любимицы. Никакие наказания не были нужны. Шестнадцатилетний Рекс взял на себя обязанность закупать продукты. Если он за­бывал купить какую-нибудь из трех важнейших состав­ляющих семейного питания, он извинялся за причинен­ные всем неудобства и, не колеблясь, возвращался в ма­газин.

Совсем другая история приключилась с Мэри, сыну которой полтора года. «Я просила его не трогать стеклян­ную вазу, а он двинулся прямо на нее и перевернул. Я шлеп­нула его по руке, но на следующий день он сделал то же самое!» Мэри ожидала, что ребенок последует ее словес­ному распоряжению, которое он был не в состоянии даже понять. До шести лет у большинства детей нет того, что Пиаже называет «конкретным операционным мышлени­ем», которое позволяет ребенку следовать инструкции и запоминать ее на будущее. «Спасая» ребенка, уберите по­дальше все ценные и опасные предметы: это самый на­дежный выход, когда в доме маленькие дети. Словесная инструкция предполагает довольно высокий уровень раз­вития способности соблюдать установленные границы. Это — цель, которой можно достичь, когда ребенок будет к этому готов (обычно после девяти лет). И если вам удалось добиться соблюдения словесных инструкций, може­те праздновать победу.


Дата добавления: 2015-04-11; просмотров: 5; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты