Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



С МЕЖДУНАРОДНЫМ ГРАЖДАНСКО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ ПРАВОМ РОССИИ 1 страница




Читайте также:
  1. C2 Покажите на трех примерах наличие многопартийной политической системы в современной России.
  2. D. Қолқа доғасынан 1 страница
  3. D. Қолқа доғасынан 2 страница
  4. D. Қолқа доғасынан 3 страница
  5. D. Қолқа доғасынан 4 страница
  6. D. Қолқа доғасынан 5 страница
  7. D. Қолқа доғасынан 6 страница
  8. D. Қолқа доғасынан 7 страница
  9. D. Қолқа доғасынан 8 страница
  10. D. Қолқа доғасынан 9 страница

 

На протяжении уже нескольких десятилетий развитие унифицированных правил в сфере международного гражданско-процессуального права является одним из ключевых политико-правовых аспектов деятельности ЕС <1>. На смену важнейшего правового инструмента ЕС в этой области - Брюссельской конвенции 1968 г. <2> начиная с 1 марта 2002 г. пришел почти дословно ее повторяющий Регламент "Брюссель I" <3>. Одновременно с этим ЕС за последние годы приняло множество новых нормативных правовых актов, которые охватывают почти все области международного гражданского процесса <4>. Толчком и правовым основанием для принятия этих регламентов была предусмотренная Амстердамским договором 1997 г. новая компетенция, обозначенная в п. "c" ст. 61, ст. 65 Договора о ЕС. Сейчас, после вступления в силу Лиссабонского договора, эта компетенция регулируется ст. 67, абз. 1 и 4 ст. 81 Договора о порядке осуществления деятельности Европейского союза <5>. Лиссабонским договором компетенция ЕС в области международного гражданского процесса (и МЧП <6>) была сформулирована более подробно, чем раньше, и некоторые аспекты законодательного процесса и полномочий Суда ЕС в этой сфере были модифицированы <7>. Однако по сути компетенция ЕС в этой сфере не изменилась.

--------------------------------

<1> Как известно, термин "ЕС" может на русском языке относиться или к Европейскому сообществу (международная организация), или к Европейскому союзу (форма в основном политического сотрудничества между государствами - членами ЕС). Лиссабонским договором было произведено слияние Европейского сообщества и Европейского союза. Европейский союз стал правопреемником Европейского сообщества (ст. 1 абз. 3 Договора о ЕС в редакции Лиссабонского договора).

<2> ABl. EG. 1972. L 299. S. 32 ff. Перевод на русский язык почти дословно повторяющей Брюссельскую конвенцию 1968 г. Луганской (Параллельной) конвенции 1988 г. (Соглашение между государствами ЕС и государствами - участниками ЕАСТ: Швейцарией, Норвегией, Исландией) см.: Международное частное право: Сб. норм. актов / Сост. Г.К. Дмитриева, М.В. Филимонова. 3-е изд. М., 2006. С. 549 и след.



<3> ABl. EG. 2001. L 12. S. 1 ff. Перевод на русский язык см.: Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2003. N 2. С. 582 и след.

<4> Об этом см.: Литвинский Д.В. Новый "формат" Брюссельских правил, регулирующих признание и исполнение судебных решений между государствами ЕС // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2004. N 3. С. 342 и след.

<5> Подробнее об этом см. в гл. 7 разд. I настоящей монографии.

<6> Статья 81 Договора о порядке осуществления деятельности Европейского союза охватывает (как и ранее ст. 65 Договора о ЕЭС 1957 г.) под заголовком "Судебное сотрудничество в гражданских делах" компетенции ЕС и по международному гражданскому процессу, и по МЧП, и по сближению гражданского процессуального права в общем.

<7> Подробнее об этом см.: Groot G.-R., Kuipers J.-J. The New Provisions on Private International Law in the Treaty of Lisbon // Maastricht Journal of International and Comparative Law. 2008. Vol. 15. N 1. P. 113 - 118; URL: http://ssrn.com/abstract=1476744.

 

Нормативные правовые акты, которые были приняты ЕС в области международного гражданского процесса, до сих пор регулируют, по сути, только отношения, возникающие внутри ЕС. Поэтому национальное международное гражданско-процессуальное право государств - членов ЕС применяется, как правило, и дальше по делам с участием третьих стран. Кроме того, продолжают действовать международные договоры отдельных государств ЕС с третьими государствами. Своим правомочием на заключение договоров в области международного гражданского процесса с третьими государствами <1> ЕС воспользовалось только в одном случае: для заключения "новой" Луганской конвенции от 30 октября 2007 г. с некоторыми европейскими государствами, не являющимися членами ЕС (Исландией, Норвегией и Швейцарией) <2>.



--------------------------------

<1> См.: заключение Суда ЕС от 7 февраля 2006 г. 1/03 на сайте Суда ЕС (URL: http://curia.europa.eu), в соответствии с которым ЕС принадлежит исключительная компетенция на заключение конвенции, призванной сменить Луганскую (Параллельную) конвенцию 1988 г.

<2> См.: ABl. EG. L 33. S. 3 ff.

 

Международное гражданско-процессуальное право ЕС имеет значение для России по разным причинам. Во-первых, правовые нормы ЕС действуют в отношении российских граждан и организаций, которые хотят воспользоваться судебной защитой в государствах ЕС. При наличии определенных предпосылок правила международного гражданского процесса ЕС применяются еще и в том случае, если в судах государств ЕС ответчиками становятся российские граждане (с местом жительства вне ЕС) <1> или российские организации. Во-вторых, правовые нормы ЕС могут представлять интерес для политико-правовой дискуссии в России, например при проведении в будущем реформы российского гражданского и арбитражного процессуального законодательства. В-третьих, знание европейского международного гражданского процесса будет иметь значение для России также тогда, когда дело дойдет до переговоров с ЕС о заключении соглашения о правовой помощи между Россией и Европейским союзом <2>. То же самое касается тех случаев, когда в будущем будут идти переговоры между Россией и отдельными государствами ЕС о модернизации прежних двусторонних договоров о правовой помощи <3>.



--------------------------------

<1> Для российских граждан с местом жительства в одном из государств ЕС правовые нормы ЕС, касающиеся международного гражданского процесса, действуют в полном объеме. Международное гражданское процессуальное право ЕС не делает различий в зависимости от гражданства.

<2> Заключенная 10 мая 2005 г. между ЕС и Россией Дорожная карта (Roadmap) о едином пространстве свободы, безопасности и права содержит положение, согласно которому может быть заключено подобное соглашение; см. об этом: Trunk A. EU Rules on Judicial. Cooperation with Russia and the Ukraine in Civil and Commercial Matters // Russia, Europe and the Rule of Law / Ed. by F. Feldbrugge. 2007. P. 153.

<3> Это могло бы также касаться заключения Россией договоров с другими государствами. Уже сейчас можно провести параллели, например, между Брюссельской конвенцией 1968 г. и Минской конвенцией 1993 г.

 

Настоящая глава состоит из двух частей. В первой (автор - А. Штаудингер) дается обзор основных структур и актуальных тенденций в европейском международно-гражданском процессуальном праве. Вторая (автор - А. Трунк) проводит сравнение между правом ЕС и российским международно-гражданским процессуальным правом.

 

1. Европейское международное

гражданско-процессуальное право

 

О динамике процесса унификации в рамках ЕС международного гражданского процессуального права (создания единого права Сообщества) можно судить по принятой 4 - 5 ноября 2004 г. Европейским советом Гаагской программе по укреплению свободы, безопасности и права в Европейском союзе <1>. Этот процесс только набирает обороты. Незатронутыми в нижеследующем обзоре останутся нормативные правовые акты, которые служат преимущественно гармонизации материального права и содержат лишь сопутствующие положения процессуальной природы, например Директива о дистанционных продажах, Директива о просрочке платежа, Директива об электронной коммерции, Директива об общих условиях договоров с участием потребителей и многочисленные другие директивы. Кроме того, не будет рассматриваться более подробно решение Совета об учреждении Европейской сети судебных органов по гражданским и торговым делам <2>. Данная сеть служит, среди прочего, развитию диалога между служащими судебных органов, а также цели информирования общественности о сотрудничестве в этой сфере и о судебных системах в отдельных государствах - членах ЕС. И наконец, вне рамок последующего обзора останется также Регламент о деятельности по облегчению сотрудничества судебных органов по гражданским делам, являющийся основой для "Европейского судебного атласа". Этот банк данных, доступный начиная с марта 2004 г. на всех официальных языках ЕС в Интернете <3>, содержит сведения, касающиеся в первую очередь компетентных судов для официального вручения документов, получения доказательств и приведения в исполнение судебных решений.

--------------------------------

<1> См.: Die Mitteilung der Kommission an den Rat und das Parlament v. 10. Mai 2005, KOM (2005) 184 endg.; о Гаагской программе см. также: Wagner R. // IPRax. 2005. S. 66; данная Программа, в свою очередь, основывается на заключениях Европейского совета в г. Тампере в 1999 г.

<2> ABl. EG. 2001. L 174. S. 25 ff.

<3> См.: URL: http://europa.eu.int/comm/justice_home/judicialatlascivil/html/index_de.htm.

 

В центре активного правового сближения в сфере европейского гражданского судопроизводства находятся определенные регламенты ЕС. Ключевым в последующем обзоре является Регламент "Брюссель I". За ним последуют комментарии к Регламенту N 805/2004, Регламенту "Брюссель IIa", Регламенту N 1346/2000, Регламенту N 1348/2000, Регламенту о получении доказательств (Регламент N 1206/2001), а также к Директиве об установлении общих минимальных требований по предоставлению льгот по оплате судебных расходов при рассмотрении трансграничных споров (Директива 2002/8) от 31 января 2003 г. После чего будет показана функция первичного права ЕС как границы для национального процессуального права. В конце данной части главы мы заглянем в мастерскую европейского законодателя.

 

Регламент "Брюссель I"

 

Регламент "Брюссель I" регулирует международную подсудность (компетенцию), а также признание и приведение в исполнение судебных решений по гражданским и торговым делам. В отношении Дании правила Регламента "Брюссель I" применяются на основе специального соглашения, которое Сообщество и Дания заключили 19 сентября 2005 г. и которое вступило в силу 1 июля 2007 г. <1>. Регламент "Брюссель I" комплектуется ревидированной Луганской конвенцией 2007 г., которая распространяет предписания Брюссельской конвенции с некоторыми особенностями на государства - члены ЕАСТ (Исландию, Норвегию и Швейцарию) <2>. Соглашение вступило в силу между ЕС (без Дании) и Норвегией с 1 января 2009 г.

--------------------------------

<1> ABl. 2005. L 299. S. 62 ff.

<2> См.: ABl. EU. L 339. S. 3 ff. Ревидированная Луганская конвенция 2007 г. должна заменить Луганскую (Параллельную) конвенцию 1988 г., которая по своему содержанию соответствовала Брюссельской конвенции 1968 г. "Новые" государства - члены EС не ратифицировали - за исключением Польши - Луганскую конвенцию 1988 г.

 

Регламент "Брюссель I", как и его предшественница Брюссельская конвенция 1968 г., состоит из двух основных частей. Во-первых, это каталог подсудности (ст. 2 и следующие Регламента N 44/2001) - правила определения юрисдикции, устанавливающие, какие судебные органы внутри ЕС обладают международной и - это действует также применительно к отдельным положениям - территориальной <1> подсудностью. Во-вторых, законодатель ЕС регулирует признание и приведение в исполнение решений, исходящих из государств-членов (ст. 32 и следующие Регламента N 44/2001). Нижеследующий обзор посвящен лишь некоторым центральным положениям Регламента "Брюссель I", а также различиям между ним и Брюссельской конвенцией 1968 г. Это касается прежде всего ставшей по сравнению с Конвенцией более "стройной" процедуры экзекватуры.

--------------------------------

<1> См., например: подп. "a" п. 1 ст. 5 Регламента "Брюссель I".

 

Сфера применения

 

Согласно первому предложению п. 1 ст. 1 Регламента "Брюссель I" данный акт гармонизации правопорядков ЕС применяется в отношении гражданских <1> и (как их подвида) торговых дел. Вытекающая отсюда очень широкая сфера действия данного Регламента ограничивается каталогом исключений в п. 2 ст. 1. В указанном перечне находятся, например, - за исключением дел об алиментах <2> - определенные семейно-правовые споры, вся область наследственного права, а также дела о банкротстве. В настоящее время указанные пробелы в европейском гражданском судопроизводстве, по меньшей мере частично, закрыты Регламентом "Брюссель IIa" и европейским Регламентом N 1346/2000.

--------------------------------

<1> Ср. относительно значения понятия "гражданские дела": Gerichtshof. Rs C-266/01 (Preservatrice fonciere TIARD SA), Slg. (Sammlung der Rechtsprechung des Gerichtshof) 2003. S. I-4867 ff. = IPRax. 2003. S. 528 ff. m. Anm. Geimer R. 512 ff.

<2> Обратите внимание в связи с этим на номер 2 ст. 5 Регламента "Брюссель I".

 

Условием применения ст. 2 и следующих Регламента "Брюссель I", регулирующих подсудность, является трансграничность дел <1>. Это следует из п. 2 преамбулы данного акта гармонизации правопорядков ЕС, а также - в свете предоставленной ЕС компетенции - из необходимости толкования, соответствующего первичному праву ЕС. Сомнение вызывает то, требует ли как неписаное условие его применения Регламент "Брюссель I", кроме того, связи с одним из других государств - членов ЕС или достаточным - что кажется более верным - является наличие связи с третьим государством при наличии места жительства ответчика в одном из государств-членов <2>.

--------------------------------

<1> См.: Rauscher Th., Staudinger A. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Einl. I-VO. Rn. 19.

<2> Ср.: Rauscher Th., Mankowski P. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Vorbem. Art. 2 I-VO. Rn. 11.

 

Правила международной и территориальной подсудности

(компетенции) в соответствии со ст. 2 и следующими

Регламента "Брюссель I"

 

Для применения правил Регламента "Брюссель I" на практике может быть использована следующая схема. При этом каждая последующая ступень применяется только в случае отказа от предшествующей. В самом начале проверяется наличие исключительной подсудности согласно ст. 22 <1>, потом контролируется наличие защитной подсудности согласно ст. ст. 15, 18 или 7 Регламента "Брюссель I". Затем следует проверка вступления ответчика в процесс без оспаривания подсудности в соответствии со ст. 24 <2> и проверка наличия пророгационного соглашения согласно ст. 23 Регламента "Брюссель I", которое с момента вступления Регламента в силу допустимо также в электронной форме <3>. В противном случае остается общая подсудность (п. 1 ст. 2), а также специальная подсудность (ст. ст. 5 и 6 Регламента "Брюссель I"). Установленный в Регламенте "Брюссель I" каталог подсудности не оставляет судебным органам свободы оценочного усмотрения (Beurteilungsspielraum). В соответствии с этим возражение forum non conveniens <4> несовместимо ни с Брюссельской конвенцией 1968 г. <5>, ни, соответственно, с Регламентом "Брюссель I". Также не должны признаваться запреты ведения процесса (antisuit injunctions), так как происходит прямое вмешательство в правила определения подсудности со стороны иностранного по отношению к ЕС суда, что в принципе несовместимо с систематикой Брюссельской конвенции 1968 г. и, соответственно, Регламента "Брюссель I" <6>.

--------------------------------

<1> См. в связи с этим п. 1 ст. 22 Регламента "Брюссель I": Bundesgerichtshof // NJW - RR. 2005. 72 ff.

<2> Обратите внимание в связи с этим на: Bundesgerichtshof 01.06.2006 - Az.: ZR 256/04; Oberlandesgericht Frankfurt a. M. // NJW - RR. 2005. S. 935 f.

<3> См.: п. 2 ст. 23 Регламента "Брюссель I".

<4> Лат. "ненадлежащий суд". Принцип, по которому, если интересы правосудия требуют рассмотрения спора в другом месте, суд может не принять дело к своему производству и направить тяжущихся в другую юрисдикцию. - Прим. пер.

<5> Gerichtshof. Rs C-281/02 (Owusu) = IPRax. 2005. S. 244, 247 f.; о решении см.: Heinze Ch., Dutta A. // IPRax. 2005. S. 224 ff.

<6> Gerichtshof. Rs C-159/02 (Turner), Slg. 2004. S. I-3565 ff. = RIW. 2004. S. 541 ff. = EuZW. 2004. S. 468 ff.; об этом см.: Dutta A., Heinze Ch. // ZEuP. 2005. S. 431 ff.; Krause J. // RIW. 2004. S. 533 ff.; Mankowski P. // RIW. 2004. S. 481, 497; Rauscher Th. // IPRax. 2004. S. 405 ff.; Schroeder // EuZW. 2004. S. 470 ff.

 

Нижеследующий обзор последовательно коснется лишь некоторых имеющих практическое значение положений о подсудности, в которых Регламент "Брюссель I" отличается от Брюссельской конвенции 1968 г. Изложение всех положений о подсудности Регламента "Брюссель I" представляется в данном случае невозможным в целях экономии места.

 

Общая подсудность (компетенция)

по месту жительства ответчика

 

Пункт 1 ст. 2 Регламента "Брюссель I" устанавливает в качестве общей подсудности место жительства ответчика, которое определяется согласно ст. 59 Регламента "Брюссель I", отсылающей к соответствующему национальному праву. В противоположность этому законодатель ЕС отрегулировал, отклоняясь от исходного положения Брюссельской конвенции 1968 г., самостоятельно место нахождения юридического лица или простого товарищества в силу автономного определения по образцу п. 1 ст. 48 Договора о ЕС.

 

Специальная подсудность (компетенция)

по месту исполнения обязательства

 

Из видов специальной подсудности, которые предоставляются истцу, как правило, на выбор, п. 1 ст. 5 Регламента "Брюссель I" касается подсудности договорных споров <1>. В соответствии с данным положением иск может быть предъявлен в суд по месту исполнения обязательства, если "предмет спора образуют договор или права требования из договора". В период действия Брюссельской конвенции 1968 г. <2> все время был спорным вопрос о том, как определяется место исполнения обязательства. В процессе создания единого права ЕС данная проблематика частично потеряла свое значение. Подпункт "b" п. 1 ст. 5 Регламента "Брюссель I" определяет теперь место исполнения, по меньшей мере для продажи движимых вещей и для оказания услуг автономно, т.е. без обращения к коллизионному праву и понятию места исполнения согласно материальному праву, подлежащему применению по делу. В противоположность этому подп. "a" п. 1 ст. 5 Регламента "Брюссель I" представляет собой лишь общее правило для договоров, которые не регулируют ни куплю-продажу товаров, ни оказание услуг. В рамках этого положения нужно и далее ориентироваться в соответствии с практикой Суда ЕС по Брюссельской конвенции 1968 г. <3> - относительно обязательства, выступающего предметом спора, - на нормы материального права, которые устанавливаются с помощью соответствующих коллизионных привязок, применяемых рассматривающим дело судом <4>, постольку, поскольку и без того не применяется единообразное право ЕС. Предусмотрена ли в рамках п. 1 ст. 5 Регламента "Брюссель I" сопутствующая подсудность конкурирующих деликтных требований, является спорным.

--------------------------------

<1> См.: Kropholler J. Zivilprozessrecht. 8. Aufl. 2005. Art. 5 I-VO. Rn. 1.

<2> Ibid. Rn. 3.

<3> Gerichtshof. Rs 12/76 (Tessili). Slg. 1976. 1473 ff. = Geimer R. // NJW. 1977. S. 492 ff.

<4> См.: Schlosser P. EU-Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2003. Art. 5 I-VO. Rn. 10.

 

Специальная подсудность (компетенция)

по месту причинения вреда

 

Пункт 3 ст. 5 Регламента "Брюссель I" касается подсудности по месту причинения вреда. Это понятие следует согласно праву ЕС толковать автономно так, что оно относится "ко всем искам о привлечении ответчика к ответственности за причинение вреда, (...) которые не связаны с каким-либо из договоров по смыслу пункта 1 статьи 5" <1>. Следовательно, правило о подсудности (п. 3 ст. 5 Регламента "Брюссель I") распространяется, например, также на требования из ответственности за качество продукции или требования вследствие нарушения конкуренции. Трудности разграничения могут возникнуть, в частности, при квалификации преддоговорных требований <2>. С помощью идущей более далеко по сравнению с Брюссельской конвенцией 1968 г. формулировкой "...или может произойти" четко определено, что и предупредительные иски о запрещении ответчику совершать какие-либо действия могут подаваться в суд по месту причинения вреда.

--------------------------------

<1> См.: Gerichtshof. Rs 189/87 (Kalfelis). Slg. 1988. 5565 ff.

<2> См.: Gerichtshof. Rs C-334/00 (Fonderie Officine Meccaniche Tacconi SpA). Slg. 2000. I-7357 ff.

 

Пункт 3 ст. 5 Регламента "Брюссель I", как кажется на первый взгляд, разрешает подачу иска только по месту наступления результата <1>. При дистанционных деликтах (Distanzdelikte), которые отличаются тем, что место наступления результата и место совершения действия, как правило, не совпадают, истец по своему выбору может начать процесс также и по месту совершения <2> вредоносного действия <3>.

--------------------------------

<1> За исключением мест, где был причинен не первоначальный вред, т.е. вред непосредственно охраняемому правовому благу, а наступили последствия причинения вреда.

<2> За исключением подготовительных действий; о состоянии дискуссии см.: Rauscher Th., Leible St. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Art. 5 IVO. Rn. 87.

<3> См.: Gerichtshof. Rs 21/76 (Bier). Slg. 1976. 1735 ff.; об этом же см.: Rauscher Th., Leible St. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Art. 5 IVO. Rn. 85.

 

Трудности возникают с рассыпными деликтами (Streudelikte), когда результат наступает не в одном, а сразу в нескольких местах, например при нарушениях правил конкуренции или оскорбительных высказываниях в (печатных) средствах массовой информации <1>. В соответствии с практикой Суда ЕС пострадавшее лицо в таких случаях может подать иск о возмещении всего причиненного вреда по месту совершения деяния, например по месту нахождения издательства <2>. В качестве альтернативы потерпевший может возбудить процесс против средств массовой информации в каждом из мест, где наступил результат. Однако такой иск будет ограничен в соответствии с разработанной Судом ЕС мозаичной теорией (Mosaiktheorie) только возмещением вреда, причиненного в соответствующем государстве. Полезность такого подхода на практике кажется весьма сомнительной.

--------------------------------

<1> Ср.: Kropholler J. Zivilprozessrecht. 8. Aufl. 2005. Art. 5 I-VO Rn. 84; Geimer R., Zivilverfahrensrecht. 2. Aufl. 2004. Art. 5 I-VO. Rn. 246 f.

<2> См.: Gerichtshof. Rs C-68/9, Slg. 1995.1 - 415 ff.

 

Частично исключительная подсудность дел

с участием потребителей

 

Статья 15 и далее Регламента "Брюссель I" принимают во внимание то обстоятельство, что в случае с потребителем речь идет, как правило, об экономически более слабой и юридически менее опытной стороне <1>. В п. 1 ст. 15 Регламента "Брюссель I" потребитель определяется как лицо, заключающее договор для целей, не связанных с его торговой или иной профессиональной деятельностью. Контрагентом потребителя должен обязательно выступать предприниматель <2>.

--------------------------------

<1> Ср.: Rauscher Th., Staudinger A. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Vorbem. Art. 15 - 17 I-VO. Rn. 1.

<2> Это условие вытекает из подп. "c" п. 1 ст. 15 Регламента "Брюссель I".

 

Пункт 1 ст. 16 Регламента "Брюссель I" предоставляет потребителю право выбора подсудности. С одной стороны, в соответствии с международной подсудностью компетентен судебный орган в государстве места нахождения предпринимателя (первая альтернатива). С другой стороны, потребитель вправе подать иск в суд своего родного государства (вторая альтернатива) <1>. При этом вторая альтернатива п. 1 ст. 16 Регламента "Брюссель I" устанавливает в развитие положений Брюссельской конвенции 1968 г. не только международную, но и территориальную подсудность. В противоположность этому в соответствии с п. 2 ст. 16 Регламента "Брюссель I" другая сторона по договору может предъявить иск к потребителю лишь в суды родного государства последнего.

--------------------------------

<1> См.: Rauscher Th., Staudinger A. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Art. 16 I-VO. Rn. 2.

 

В то время как подсудность с участием потребителя может быть изменена путем молчаливой пророгации <1>, касательно соглашений о подсудности следует принимать во внимание ограничения в п. 5 ст. 23 в сочетании со ст. 17 Регламента "Брюссель I" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Rauscher Th., Staudinger A. Zivilprozessrecht. 2. Aufl. 2006. Art. 16 I-VO. Rn. 11; см. также: , Geimer R., Internationaler Rechtsverkehr in Zivil- und Handelssachen. 2005. Art. 15 I-VO. Rn. 4.

<2> Ср.: Geimer R., Zivilverfahrensrecht. 2. Aufl. 2004. Art. 17 I-VO. Rn. 1.


Дата добавления: 2015-04-16; просмотров: 21; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.028 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты