Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Карта 1. Центры формирования и направления распространения производящего хозяйства




Читайте также:
  1. VI этап. Оптимизация соотношения внутренних и внешних источников формирования собственных финансовых ресурсов.
  2. А. Восстановление сельского хозяйства. Барщинное хозяйство. Окончательное закрепощение крестьян. Соборное уложение 1649 г.
  3. А. Особенности формирования древнерусской культуры
  4. Алгоритм обратного распространения ошибки
  5. Алгоритм позиционирования товаров в рамках формирования товарной линии
  6. Анализ состава, структуры и источников формирования имущества предприятий
  7. Анализ формирования и выполнения производственной программы
  8. Антропология Декарта.
  9. Ареалы распространения вирусов.
  10. Аудит учредительных документов и формирования уставного капитала

(с указанием тысячелетий до н.э.)

 

1 — Месопотамская цивилизация и Элам

2 — Древнеегипетская цивилизация

3 — Цивилизация долины р. Инд

4 — Эгейская цивилизация

5 — Шан-Иньская цивилизация Северного Китая

6 — Мезоамериканский цивилизационный центр

7 — Перуанский цивилизационный центр

Карта 2. Первичные центры цивилизационного развития и их периферии48 Теоретические основы понимания всемирной истории

Раннепервобытное человечество верхнего палеолита еще не знало самораз­вития как определенного поступательного процесса. Оно не преобразовывало окружающей среды, а приспосабливалось к ней. Поэтому изменения природ­но-климатических условий автоматически приводили к общему кризису соот­ветствующей социокультурной системы, представители которой далеко не все­гда могли эффективно адаптироваться к новым условиям.

История раннепервобытных обществ представляется, таким образом, исто­рией небольших, связанных между собою в пределах широких природно-гео-графических ареалов кровно-родственных общин с общими формами адапта­ции, а значит, и всего хозяйственно-культурного облика в целом. В качестве таковых, к примеру, можем считать коллективных охотников приледниковых открытых пространств верхнепалеолитической Евразии или современных им охотников и собирателей средиземноморско-переднеазиатских пространств с более индивидуализированными формами хозяйственной деятельности.

Поэтому периодизация истории раннепервобытных обществ представляется необычайно сложной, до сих пор не получившей убедительного решения. От­дельные охотничьи коллективы достигали высокого культурного уровня и исче­зали, не оставляя достойных продолжателей своих традиций. Примером может быть взлет и упадок верхнепалеолитических обществ приледниковой Европы с их блестящим изобразительным искусством. Также известно, что предки южно­африканских бушменов и аборигенов Австралии несколько тысячелетий назад обладали более развитой культурой, чем в момент встречи с европейцами.

Собственно же цивилизационный процесс, как то следует из вышеизло­женного, может быть разделенным на две основные ступени: формирования основ цивилизационных структур и собственно историю цивилизации. Водо­разделом между ними выступает время формирования первых цивилизаций, начиная с рубежа IV—III тыс. до н. э., на Ближнем Востоке. Теперь остановим­ся на вопросе выделения стадий в пределах названных ступеней.



Период формирования основ цивилизации может быть разделенным на две стадии, соответствующие, в терминологии В.Ф. Генинга, временам родового (в смысле времени существования общественных структур, основанных на вер тикальном, многопоколенном генеалогическом родстве) и племенного строя Рубежом между ними выступает процесс формирования надобщинных струк тур власти и управления — племенных институтов, со временем приобретаю щих преимущественно вид чифдомов-вождеств, хорошо проанализированны западными этнологами (М. Сахлинс, Э. Сервис и др.). Если "неолитическая ре волюция" закладывает, прежде всего, хозяйственные основания будуще цивилизационной истории, то формирование племенных органов власти и уп равления — основания будущих государственно-административных структур

При этом в данном случае простительно абстрагироваться от того хорош известного факта, что на уровень развитых родовых, а отчасти и раннеплемен ных обществ иногда выходят и общества высших рыболовов и морских охот ников, а в исключительных ситуациях, как то показал В.А. Шнирельман на при мере коллективов, живущих преимущественно за счет потребления саго, даж некоторые этносы собирателей. Важнее то, что, развиваясь некоторое время параллельно с родовыми обществами ранних земледельцев и животноводов такие этносы собственными силами, без перехода к производящим формам хозяйства, выйти на уровень цивилизации не могут. Становление структур циЕдинство и стадиальность исторического процесса



вилизационного плана (элементы государственности, эксплуататорских отно­шений и пр.) мы наблюдаем среди них только в том случае, если эти общества вовлечены в жизнедеятельность уже сложившейся соседней цивилизации (об­ские угры начала Средневековья, индейцы северо-западного побережья Се­верной Америки в XVIII—XIX вв. и т. д.).

Как было показано, категории "рабовладельческая" и "феодальная" форма­ции, равно как и искусственно привязанные к ним понятия "древности" и "сред­невековья", лишь препятствуют адекватному постижению исторического процес­са, а условный рубеж между ними, относимый традиционно к концу V в., если и фиксирует некоторое качественное изменение состояния Западной Европы, то не отражает каких-либо всемирно-исторических сдвигов. Сегодня, с отказом от пя-тичленной формационной схемы последнего длительное время ее защищавшего ученого большого масштаба — И.М. Дьяконова, на вопросе о "рабовладении" и "феодализме" как формациях можно поставить точку. Однако это обстоятельство вовсе не снимает проблемы внутренней периодизации истории на отрезке между появлением раннецивилизационных систем и началом мировой интеграции под эгидой становящегося буржуазным, а затем и индустриальным Запада.

Стадию цивилизации можно подразделять на историю отдельных, хотя и связанных так или иначе между собой локальных и региональных цивилиза­ций (с формирующимися вокруг них цивилизационными ойкуменами типа Китайско-Дальневосточной и пр.), с одной стороны, и историю всемирной мак-роцивилизационной системы, которая в общих чертах складывается к рубежу XIX—XX вв. — с другой. Становление последней (его можно рассматривать в плоскости реализации тенденций глобализации, ярко проявивших себя на ис­ходе XX в.) в решающей степени было определено промышленным переворо­том, произошедшем на рубеже XVIII—XIX вв. в передовых, уже ставшими ка­питалистическими, странах Запада, ранее всех — в Англии.

Стадия обособленных, или автономных (локальных и региональных) ци­вилизаций соответствует, таким образом, временам доиндустриальных эк­сплуататорских обществ, тогда как стадия всемирной макроцивилизацион-ной системы — индустриальному обществу с его дальнейшими модифика­циями в сторону, выражаясь уже ставшей общепринятой терминологией Дж. Белла, общества постиндустриального — информационного.

На первой стадии мы, как говорилось, наблюдаем так называемые раннек­лассовые и сословно-классовые общества или, в другой системе понятий, ран­ние и зрелые (развитые, традиционные) доиндустриальные цивилизации. Они соответсвуют двум четко просматривающимся этапам социокультурной эволю­ции, разделяемых обозначенным К. Ясперсом (к подобному выводу пришел и А. Вебер) периодом "осевого времени". Тогда были заложены основы новой духовной культуры человечества, связанной с идеей достоинства и самоценно­сти, свободного выбора и нравственной ответственности отдельного человека.

Однако ясперсовская интерпретация "осевого времени" отражает только один, хотя и чрезвычайно существенный, в метафизическом смысле важнейший аспект глобальной трансформации системы ранних цивилизаций в традиционные социо­культурные системы цивилизационных ойкумен середины I тыс. до н. э. — сере­дины II тыс.; трансформации, которая в Египте и Месопотамии началась уже во II тыс. до н. э., однако разворачивалась в этих древнейших центрах цивилизаци-онного процесса весьма медленно.

50_____________________________Теоретические основы понимания всемирной истории

Сегодня вполне ясно, что новое понимание места и значимости человека в мироздании, связанное с идеей непосредственной, внутренней, глубинной его причастности к первоосновам бытия, было сопряжено с кардинальными изме­нениями во всех других сферах жизнедеятельности.

В технологическом отношении оно соответствовало переходу к широкому использованию железных орудий труда и иным, качественно повысившим про­изводительность труда практически во всех сферах изменениям в производ­ственном процессе. Благодаря использованию железных орудий производи­тельность сельскохозяйственного труда вне аллювиальных долин великих рек субтропической полосы (Нила, Тигра и Евфрата, Инда и пр.), в предгорьях и на каменистых плато, в зоне умеренных и тропических лесов качественно возрос­ла; стало возможным использование дополнительных сил в ремесленном про­изводстве, в армейских структурах и пр.

В социально-экономической области это время знаменательно началом пол­номасштабного утверждения частнособственнических отношений. Это происхо­дило при условии,'когда, как это показал Л.С. Васильев, прежняя нераздельная власть-собственность раннегосударственного аппарата на материальные и тру­довые ресурсы коллектива утрачивает свою самодостаточность и рядом с госу­дарственным сектором легализируется сектор частный. Все большее развитие получают товарно-рыночные отношения, свидетельством чего является начало денежного обращения (монета начинает чеканиться в Лидии в VII в. до н. э.).

Все это, как и многое другое, ведет к нарушению жесткой (характерной для позднепервобытных и раннеклассовых обществ) корреляции между социальным, политическим и имущественным статусом индивида и до определенной степе­ни раскрепощает его внутреннюю творческую активность. В связи с этим за­рождаются философия, пророческие религии и авторская лирика, в изобрази­тельном искусстве появляется индивидуальный портрет и пр. Конечно, отдель­ные из названных явлений мы встречаем в Египте и Месопотамии и ранее, однако в системном виде — в пяти отмеченных К. Ясперсом регионах третьей четверти I тыс. до н. э.

Более того, как справедливо отмечал в свое время В.И. Вернадский, именно с этого времени в качестве профессиональной сферы занятий выделяется область получения нового знания, а само знание начинает связываться с личными дости­жениями отдельных философов и ученых. С этого момента человек начинает осоз­навать свободу как сущностный аспект личностного бытия, что выражается в фундаментальных принципах высших религий, исходящих из наличия свободы воли и выбора у человека, а значит, и его ответственности за свои деяния.

Положение о богоданности, метафизической определенности человеческой свободы впервые встречаем в учении Заратуштры и в библейском Второзако-нье. В таком контексте человек осознает себя автономным контрагентом не только экономической, общественно-политической и культурной жизни, но и во взаимоотношениях с трансцендентной первореальностью бытия (вспомним хотя бы вызов Иова Богу). Это выражается во многих из тех религиозных и философских учений, которые возникают в Греции, Палестине, Иране, Индии и Китае в течение второй трети I тыс. до н. э.

Именно в это время оформляются базовые идеи высших религий, к кото­рым, кроме трех мировых (буддизма, христианства и ислама), относят также иудаизм, зороастризм, индуизм и традиционный китайский даосско-конфуци-

52 Теоретические основы понимания всемирной истории

энский мировоззренческий комплекс. Тогда же закладываются основы систе­мы региональных империй — начиная с Новоассирийской и Нововавилонской держав, империи Ахеменидов на Ближнем и Среднем Востоке, затем Нандов и Маурьев в Индии, Цинь и Хань в Китае, эллинистических царств и Рима в Средиземноморье. Впрочем, прообразы таких держав встречаем и ранее — Аккадская держава Саргона, Египет эпохи Нового царства.

История до "осевого времени" — это история локальных раннецивили-зационных систем, тогда как с названного периода начинается этап тради­ционных региональных цивилизаций доиндустриального типа с присущими им надэтническими религиозно-культурными формами духовной жизни: ин­дуистской, конфуцианско-даосской и пр., позднее — восточнохристианской, мусульманской, западнохристианской в их многочисленных модификациях и разновидностях.

Более того, к финалу "осевого времени" и в следующие столетия основные цивилизационные миры Старого Света (в пределах Средиземноморья, Пере­дней и Центральной Азии, Индостана, а с рубежа эр и Китая) вступают в не­посредственные контакты друг с другом, что ведет к их взаимообогащению главным образом в области культуры. Примечательно, что именно в последние столетия до н. э. в целом уже складывается трансъевразийская система трасс Великого Шелкового пути, а каботажные плавания вдоль берегов Азии, Восточ­ной и Северной Африки и Европы охватывают все пространство от Приатлан-тической Европы до Кореи и Японии.

Существенно подчеркнуть значение "осевого времени" еще в одном отно­шении. До него, как уже отмечалось В.А. Коротаевым, социокультурный про­цесс раскрывается именно как процесс, на ход которого в принципиальном отношении воля отдельных людей практически не влияет (впрочем, не следует забывать о людях типа Саргона Аккадского, своей жизнью впервые в истории так ярко реализовавшего принцип "кто был никем, тот станет всем", или, что то же, — "из грязи в князи"). Однако начиная с "осевого времени" так называ­емый "субъективный фактор" постепенно приобретает все большее значение. Если попытку религиозно-общественных преобразований Аменхотепа IV (Эх-натона) в Египте постигла неудача, то возникающие вскоре после этого движе­ния Моисея и Заратуштры уже имели принципиальные последствия для даль­нейшей истории человечества.

Не вдаваясь в подробности, отметим и значение преобразований последних столетий. Развитие всемирной индустриально-постиндустриальной макроциви-лизационной суперсистемы охватывает пока чрезвычайно небольшой отрезок времени для того, чтобы имело смысл ставить вопрос о его периодизации. В сущности, мы живем в переходную эпоху, сопоставимую по масштабам преоб­разований с "осевым временем", — разительно уступающую ему в духовном обновлении человечества, но неизмеримо превышающую его в производствен­но-техническом отношении.

Если XIX в. — время объединения человечества под эгидой Западной бур­жуазно-индустриальной цивилизации, то XX в. — пора поисков форм сосуще­ствования в рамках этой макросистемы различных цивилизаций и народов, поисков, отмеченных трагедиями двух мировых войн, установлением и падени­ем тоталитарных режимов, бесчисленными региональными конфликтами. С этих пор человечество обречено функционировать как единое, но противоре-Единство и стадиальность исторического процесса

S3

чивое целое, и нам не дано предугадать, какими последствиями это обернется уже в ближайшие десятилетия.

Внутреннее членение эпохи присваивающего хозяйства, как о том уже шла речь, по каким-либо сущностным критериям пока еще не может быть убеди­тельно осуществлено. Здесь мы видим вариативность форм адаптации раннего человечества к ландшафтному разнообразию планеты. Тем более нет основа­ний для рассуждений о периодизации будущего информационного общества. Достаточно лишь отметить, что при таком подходе последние два столетия (ко­торые, вслед за О. Контом, обычно называют эпохой индустриального обще­ства) должны рассматриваться в качестве переходного периода между произ­водящей и информационной эпохами.

С учетом сказанного, обоснованной и удобной представляется следующая периодизация:

I. Присваивающее общество(ранняя первобытность). Узловая точка — возникновение производящего хозяйства.

II. Производящее общество(поздняя первобытность и время цивилизации, рассматриваемые вместе как цивилизационный процесс).

1. Ступень становления основ цивилизации(в традиционной терминоло­гии — поздняя первобытность).

а) Стадия родового строя (родовые и гетерогенные общины без надобщин-ных органов власти и управления).

Узловая точка становление племенных органов власти и управления (структур чифдомов-вождеств).

б) Стадия племенного строя (чифдомов-вождеств).

Узловая точка возникновение раннецивилизационных систем.

2. Ступень развития и интеграцииотдельных цивилизаций(или собствен­но цивилизационная история).

а) Стадия ранних (локальных) цивилизаций (раннеклассовых обществ). Узловая точка "осевое время", переход от локальных к региональным циви­лизациям.

б) Стадия зрелых, традиционных (региональных) цивилизаций и цивилиза-ционных ойкумен (сословно-классовые общества).

3. Ступень развития индустриальных обществс быстрым (по историческим меркам) переростанием их ведущей части в общество постиндустриальное — информационное

Узловая точка возникновение глобальной информационной цивилизации.


Дата добавления: 2014-12-30; просмотров: 12; Нарушение авторских прав





lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2020 год. (0.009 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты