Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Жизнь богатых и знаменитых




Читайте также:
  1. II. ЖИЗНЬ ИСПОВЕДАНИЯ
  2. III. Семейная жизнь Ивана
  3. Kак силой мысли воплотить в жизнь свои желания?
  4. VII. Жизнь благородная и жизнь пошлая, или энергия и косность
  5. VII. Жизнь благородная и жизнь пошлая, или энергия и косность.
  6. VII. Жизнь высокая и низменная, или рвение и рутина
  7. X е и Л. Исцели свою жизнь, свое тело, Сила внутри нас / Пер. Т. Гейл. — Ltd «Ritas», 1996.
  8. Аллах – Дарующий жизнь, Умертвляющий и Воскрешающий
  9. АннаЯ статьЯ опубликована 18 декабрЯ 2012 как реакциЯ на статью Selling a Better Life (Џродающий лучшую жизнь), опубликованную в печатном издании Forbes Asia 5 ноЯбрЯ 2012 года.
  10. Антарктида или пять часов, изменившие жизнь.

В среду после школы Дэн стоял в ве­стибюле отеля «Плаза» с красной кожаной книж­кой в руках, которую ему подарила Мистерия на День святого Валентина. Он то и дело поправлял воротник пиджака от нового черного костюма от Агнес Б. Он был в «Плазе» только раз, когда они с Ванессой снимали в Центральном парке ката­ющихся на льду и ей понадобилась ванная. Но даже в клевом новом костюме он чувствовал себя не в своей тарелке, находясь в столь роскошном месте.

Ему уже пора было привыкнуть ко всему это­му. Он все-таки скоро станет известным автором, который обыкновенно пьет чай со своим аген­том в подобного рода отелях.

«Нищий в зеркальном дворце», — подумал он, пытаясь развить эту мысль в стихотворении.

— Дэниел!

Расти Клейн кричала ему через все помеще­ние. На этот раз на ней был красный парик с тол­стыми косами по бокам, а ее огромное тело, под метр девяносто, было облачено в необычное чер­ное кимоно гейши, усеянное крошечными белы­ми цветами, на ногах у нее были черные туфли на высоком каблуке — будто она без них не была высокой. Рядом с ней в изорванном платьице сливового цвета и старых коричневых кожаных ботинках, словно привидение, стояла Мистерия. Ее тело было очень худым, и ключица выпирала настолько, что была похожа на крыло самолета, а губы были совершенно белыми, оттого что были сильно обветрены.

«Принцесса-скелет выплывает на луче пыли».

— Привет, — почти мимоходом произнес Дэн, словно он каждый день после школы тусовался в «Плазе». Серебряная ручка, которую ему пода­рила Мистерия, сильно выделялась на фоне бе­лой рубашки от Агнес Б.

— Спасибо за подарки.

Расти своей медвежьей хваткой заключила его в объятия и измазала всю его щеку оранже­во-красной помадой, а он едва не задохнулся от ее тягучих духов.

— Мы с Мистерией так отрывались, выбирая для тебя подарки, дорогой! Нам пришлось заста­вить себя остановиться.

Мистерия провела кончиком языка по жел­тым зубам.

— Ну теперь, когда ты здесь, я могу поесть. Ты заморил меня голодом.

«Кости прикрыты крыльями мотылька и сшиты паутиной».

— Сюда, — сквозь смех сказала Расти, игнори­руя странное заявление Мистерии. Она провела их через огромный вестибюль в большой зал, наполненный позолоченными зеркалами, звеня­щим хрусталем и надушенными дамами. На круг­лом столе с белой скатертью стоял серебряный сервиз для чая и серебряный поднос с булочка­ми, розетками с домашним вареньем и маленьки­ми сандвичами с огурцом. На столе стояли два наполовину пустых бокала мартини в ожидании, что их допьют.



— У нас тут небольшая вечеринка, мы отмеча­ем дебют Мистерии, — весело объяснила Расти. Она села и опрокинула бокал.

«Поэзии царица подаст веревку искушения». Дэн сел рядом с ней и положил свою красную кожаную книгу на стол.

— Какой дебют?

Расти взяла булочку с черникой, густо нама­зала ее маслом и отправила в свой оранжево-ро­зовый рот.

— Хорошо, что ты принес свою книгу для за­меток. Ты всегда все записываешь? Помни, что нет ничего несущественного!

Она подмигнула Мистерии:

— Кто знает? Это тоже может стать частью книги!

Мистерия засмеялась и посмотрела на Дэна.

— Мы пили мартини и, как две дуры, изучали Кафку при помощи деконструкционного анали­за, — хриплым, пьяным голосом сказала она. Ка­залось, что она не спала неделю. Она моргала своими сонными серыми глазами.

— Я закончила роман, — хрипя, сообщила она ему.

«Дом горит! Дом горит!»



Дэн потер большим пальцем зубья вилки, пе­реваривая информацию. Идея закончила целый роман менее чем за неделю, а он лишь написал одно отстойное стихотворение Ванессе по пово­ду Дня святого Валентина. Он даже не осмелил­ся прочитать о ее впечатлениях, которые она изложила в своем последнем сообщении: таким оно было дерьмовым.

— Но я думал, ты только недавно начала его, — сказал он, чувствуя, что его предали.

— Так и есть. Но ночью в воскресение у меня попер такой драйв, так что я поймала момент и уже не могла остановиться, пока не закончила. Я от­правила его Расти по электронной почте сегод­ня рано утром, как раз тогда, когда начали уби­рать улицы. Она уже все прочитала. Она говорит, что я новая Вирджиния Вулф!

— Я думал, что ты Сильвия Плат, — обвиняю­щим тоном сказал угрюмо Дэн.

«Принцесса мотыльков откушивает стыренного мяса».

Мистерия пожала плечами и положила в мар­тини чайную ложку сахара с верхом, задумчиво размешала его, взяла обеими руками бокал и сде­лала глоток.

— Ла-адно, давай поговорим о тебе, Дэнни, — чуть ли не крича, сказала Расти. — О черт!

Она достала из сумочки свой розовый мобиль­ник, нажала пару кнопок и поднесла его к уху.

— Подождите, голубки. Мне нужно ответить на эс-эм-эс.

Дэн ждал, наблюдая за тем, как Мистерия до­бавляла еще и еще сахару в напиток, так что он стал больше похож не на мартини, а на чай, что продают в «7-Элевен». Он раньше не замечал, что ее кривые обгрызенные ногти были такими же желтыми, как и зубы.

Расти бросила телефон на середину стола.

— Мне кажется, тебе стоит написать мемуа­ры, - сказала она Дэну, беря еще одну булочку и разламывая ее пополам. — «Мемуары молодого поэта». Я от этого балдею! — крикнула она. — Да ты просто Рильке!



«Царица клоунады достает из волос розового кро­лика».

Дэн резко вытащил серебряную ручку. Он хо­тел написать что-нибудь о желтых ногтях Мисте­рии в книжку для записей и о том, как странно было то, что они не были для него отвратительны.

— Но как я могу писать мемуары, если все, что я делаю, — это хожу в школу, — пытался он неубе­дительно спорить. — Ничего грандиозного со мной не происходит.

Трясущимися руками он потянулся к чайнику и налил себе в чашку теплого ароматного чая «Эрл Грей». А-а-а, кофеин.

Своими длинными оранжево-розовыми ног­тями Расти похлопала по обложке его книги.

— Пиши о мелочах, мой дорогой. О мелочах. И ты мог бы пока забить на колледж и год или два писать, как Мистерия.

Она вытерла рот белой хлопчатобумажной салфеткой, размазав по ней помаду.

— Я записала вас с Мистерией на чтения в по­этическом клубе «Ривингтон-Ровср» завтра ве­чером. Бакли уже раздает флайеры. Это сейчас так модно. Возвращаются все старые поэтиче­ские клубы. Вы должны быть готовы декламиро­вать. Говорю вам — поэзия это рок-н-ролл буду­щего!

Мистерия засмеялась и стукнула под столом по голени Дэна. Дэн готов был ответить ей тем же, потому что было больно, но не хотел пока­заться ребенком.

Расти щелкнула своими длиннющими пальца­ми, и тут же появился официант.

— Принесите этим детишкам то, чего просят их маленькие сердечки, — сказала она. — Я убе­гаю, дорогие мои. У мамочки встреча.

Она послала им воздушные поцелуи и зацока­ла каблуками, проходя через весь зал в платье гейши, поворачивая головой с пылающими ко­сами.

«Мать покидает гнездо, оставляя принцессу и нищего с открытыми клювами».

Мистерия выпила остатки в бокале Расти и с измученным видом посмотрела своими потус­кневшими серыми глазами на Дэна.

— Каждый раз, как Расти упоминает твое имя, я чувствую, как у меня начинают гореть бедра, — призналась она. — Всю неделю я утопаю в жела­нии, но я смогла направить эту животную энер­гию в свою книгу.

Она рассмеялась. Казалось, что ее зубы были раскрашены желтым карандашом.

— Местами это просто гамма-излучение. «Нищий становится принцем. Чеканьте фразу, я коронуюсь».

Дэн потянулся к сандвичу с огурцом, взял его, запихал в рот и стал тщательно его пережевы­вать, даже не распробовав.

Он должен был идти домой и писать мемуары. У него должна была быть девушка. Он должен был сходить с ума по совершенно безбашенной оза­боченной телке с желтыми зубами. Но правда заключалась в том, что он тоже был помешан на сексе. Он уже дважды потерял девственность и он не мог дождаться, когда потеряет ее снова

и снова.

— Пошли, — манила Мистерия, предлагая ему свою руку с желтыми ногтями. — Мы можем снять комнату и записать это на счет Расти.

Дэн взял свою книжку и пошел за ней на вы­ход. К черту поэзию! Он не мог сопротивляться развитию сюжета в следующей главе.

 


Дата добавления: 2015-09-15; просмотров: 4; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2022 год. (0.012 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты