Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Глава 12. Свобода.




Читайте также:
  1. LI. САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  2. VIII. ГЛАВА, СЛУЖАЩАЯ ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ ПРЕДЫДУЩЕЙ
  3. XLIII САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  4. XXVI. ГЛАВА, В КОТОРОЙ МЫ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЛАЮЩЕМУ МАЛЬЧИКУ
  5. В Бурятии подготовят закон по борьбе с «резиновыми» квартирами – глава республики
  6. Встречайте Джейка… Бонусная глава – Гостиница
  7. Глава "ЮКОСа" и государство квиты?
  8. Глава 0. Чувство уверенности в себе
  9. ГЛАВА 01
  10. ГЛАВА 06

 

Гарри приоткрыл глаза. Яркий солнечный свет заливал комнату, пробиваясь сквозь неплотно прикрытые шторы. Так и есть, проспал. Вот же черт.

Привычным жестом отыскав очки, он надел их и приподнялся на локтях. У шкафа стоял сумрачный Драко и, хмуря брови, перебирал рубашки — одну за другой. Гарри с тоской подумал, что за последние дни Малфой превратился в какое-то бледное подобие самого себя. Одни круги под глазами чего стоят.

— Доброе утро, — сказал Гарри, поворачиваясь на бок и подпирая рукой голову.

Драко обернулся, скользнув по нему взглядом.

— Привет, — проворчал он.

— Кажется, я проспал завтрак, — мрачно сообщил Гарри. — Почему ты меня не разбудил?

— А почему ты думаешь, что я сам его не проспал? — Драко выудил очередную рубашку и принялся пристально ее разглядывать.

— Потому что ты давно уже не спишь по ночам, — пожал плечами Гарри. — Я же знаю. Что ты там опять гардероб мучаешь?

— Не могу решить, что надеть, — меланхолично отозвался Драко. — Меня все раздражает.

— Одевай, что угодно, тебе все идет, — фыркнул Гарри. — Не то что мне. Меня можно нарядить хоть в мантию от ведущего модельера, а я все равно умудрюсь выглядеть, как пугало. Даже если причешусь.

Драко презрительно покосился в его сторону.

— Что за подростковые комплексы, Поттер, — протянул он. — Ты просто не пытался как следует посмотреть на себя в зеркало.

— Вот как? — приподнял бровь Гарри. — И что же я мог бы там разглядеть?

— Что твое умение выглядеть, как пугало, на самом деле чертовски сексуально, — Драко вернулся к созерцанию шкафа.

Гарри от неожиданности сел.

— Малфой? — настороженно спросил он. — Ты сейчас сказал, что находишь меня сексуальным или мне спросонья послышалось?

Драко прикусил язык. Потом подумал и мысленно дал сам себе по голове. И еще раз.

— Я стихийный маг, мне положено быть честным, — отчаявшись подобрать слова, бросил он. — Ты же признаешь, что я прекрасен, что мешает и мне признавать очевидные вещи?

Гарри недоуменно хлопал ресницами.

— Признаю, — осторожно допустил он. — Правда, я никогда не говорил, что ты сексуален. Хотя и отрицать это довольно сложно.

Драко обернулся и поднял указательный палец.

— Теперь, Поттер, ты тоже это сказал. Так что мы квиты. Может, перестанешь ловить меня на словах?



Гарри невольно улыбнулся и встал, откидывая одеяло.

— Иди ты к черту, Малфой… — пробормотал он. — С тобой по утрам невозможно разговаривать.

— А больше нам и некогда этим заняться, — парировал Драко. — Потому что кое-кто вчера опять вернулся заполночь.

Гарри молча побрел в ванную, вытянув за спину руку с открытой ладонью.

— Понял, отстал, — фыркнул Драко, отворачиваясь.

Идиот, повторил он сам себе, едва сдерживаясь, чтобы не врезать кулаком в стену. Просто феерический идиот. Бестолочь. Доболтался.

От самобичевания его отвлек осторожный стук в дверь. Драко, прикрыв глаза, прислушался и улыбнулся.

— Заходи, Панси! — крикнул он.

Дверь осторожно приоткрылась.

— Привет, — прошептала девушка, проскальзывая внутрь. — Вас не было на завтраке, я подумала, может, случилось что.

— А, — отмахнулся Драко. — Поттер проспал. А я не голоден.

Панси с сомнением посмотрела на него.

— Ты так скоро ноги таскать перестанешь, — укоризненно сказала она. — А где Гарри?

— В ванной, — пожал плечами Драко. — Проходи, я сейчас.

Он схватил валяющиеся на стуле джинсы Поттера и быстрым шагом пересек комнату.



— Держи, — сказал он Гарри, распахивая дверь ванной и кидая одежду ему в руки. — Панси пришла, не пугай девушку своим обнаженным телом.

— Малфой, я сильно сомневаюсь, что эту девушку можно испугать подобным зрелищем, — усмехнулся Гарри. — Ты не находишь?

Драко выразительно изогнул бровь.

— Есть правила приличия, Поттер, — сообщил он. — Их стоит соблюдать даже тебе.

Гарри вздохнул.

— Хорошо, что эти правила не распространяются на нас, — мрачно буркнул он в закрывшуюся дверь. — А то бы я рехнулся уже, наверное…

Когда гриффиндорец вышел, Драко сидел на полу, скрестив ноги. Панси устроилась в кресле напротив него. Они негромко разговаривали.

— Привет, Гарри, — улыбнулась девушка, оборачиваясь. — Как дела?

— Бывают лучше, когда меня будят к завтраку, — хмуро ответил он. — Но некоторые, видимо, считают, что мне не помешает похудеть.

Панси устремила на него долгий оценивающий взгляд. Гарри мгновенно пожалел, что Малфой не принес ему рубашку. Лучше вместе с мантией.

— Нет, — сообщила она, наконец. — У тебя идеальная фигура. Это я тебе говорю.

Взгляды зеленых и серых глаз невольно встретились. Драко торжествующе приподнял бровь. Гарри пожал плечами.

— Ох, мальчики, — засмеялась Панси, глядя на них. — До чего же я обожаю к вам в гости ходить!

Они недоуменно обернулись. Девушка, улыбаясь, отмахнулась.

— Просто у вас хорошо, — сказала она, подпирая кулачком подбородок. — Тепло. Не могу объяснить.

Гарри хмыкнул и завалился на кровать, закидывая руки за голову.

— Когда вы уезжаете? — спросила Панси.

Драко отметил плохо сдерживаемое напряжение в ее голосе. Волнуется.



— Сегодня, — ответил за него Гарри, глядя в потолок.

— Да? — Малфой резко обернулся к нему. — Ты не говорил.

— А кто меня с толку сбил? — ухмыльнулся Гарри. — Накинулся с утра пораньше с комплиментами… Где, по-твоему, я вчера шлялся весь вечер?

— Понятия не имею, — честно ответил Драко. — И знать не хочу даже. Это не мое дело, шляйся, где считаешь нужным.

— Вот поэтому я вас и обожаю, — вставила реплику Панси. — Вы мне нравитесь.

— Что, прямо оба сразу? — усмехнулся Гарри, поднимаясь на локтях.

— Нет, вы вдвоем. Когда вы вместе.

Гарри мгновенно пожалел, что поднял голову. Щеки заливала предательская краска. Он закусил губу и бросил взгляд на Малфоя. Тот внимательно изучал пол.

— Вечером уезжаете? — спросила Панси. — После бала? А почему не завтра?

— Просто до завтра ждать необязательно, — Гарри снова упал на спину. — Но, если Малфой все же захочет подождать, я не против.

— Нет, — быстро ответил Драко. — Я против. Хочу сегодня.

— Да хоть сейчас, — фыркнул Гарри. — Хотя нет, это я погорячился. Сейчас я пойду на кухню добывать себе завтрак, раз уж ты меня не разбудил.

— Я тебе не будильник, — машинально огрызнулся Драко.

От него так и хлестало эмоциями — предвкушением перемен и какой-то отчаянной, мальчишеской радостью. Гарри захотелось сжаться в комок. И как я мог сомневаться, что он поедет со мной, спросил он сам себя.

— Малфой, — негромко позвал он. — Успокойся, а? Я сейчас уже просто подпрыгну от твоих эмоций.

Драко фыркнул и спрятал лицо в ладонях.

— Вещи, что ли, надо собирать тогда, — он прерывисто вздохнул. — Да?

— Да, — кивнул Гарри. — Или не да. Как хочешь, я тебя и без вещей заберу. Мне все равно.

Панси покачала головой.

— К вам стоит заходить хотя бы просто для поднятия настроения, — улыбнулась она. — Вы такие милые.

Они оба, не удержавшись, покатились от смеха.

— Ох… — задыхаясь, проговорил Гарри. — Милые… Панси, это тебя стоит в гости звать… для поднятия настроения.

Драко, все еще улыбаясь, закинул руки за голову и улегся на пол.

— А ты… вы… когда? — спросил он у девушки. — Завтра?

— Наверное, — вздохнула та. — Не знаю еще. Решаем.

Драко посмотрел на нее долгим взглядом.

— Таки надумала… не возвращаться?

Панси смущенно улыбнулась.

— Ага, — кивнула она. — Все получится, Драко, вот увидишь. И у вас… и у нас тоже.

Он сел и протянул руки, стягивая ее с кресла. Панси скользнула в его объятия, пряча лицо у него на груди.

— Я так рада за тебя, Драко, — тихо прошептала она. — За вас обоих. Правда… очень.

Ее руки обвились вокруг его шеи. Он осторожно поправил завиток ее волос.

— Спасибо, — так же тихо ответил он, целуя ее макушку. — Я буду волноваться за тебя. Пусть у тебя все получится.

— Как же ты изменился, — покачала она головой и отстранилась, глядя ему в лицо. — Но это здорово, честно.

Девушка чмокнула его в щеку и встала. Гарри с интересом смотрел, как она подходит к нему и садится рядом на кровать, наклоняясь к его лицу.

— Спасибо тебе, — прошептала она ему на ухо. — За все. И за меня, и за Драко.

Гарри смущенно хмыкнул.

— Ты научил его чувствовать, — сказала она. — Если научишь еще и улыбаться так, как это умеешь ты, я поставлю тебе прижизненный памятник. Обещаю.

Глаза ее смеялись, и Гарри невольно спросил себя в который раз, почему Панси — единственная, кто ни разу не задал им никаких вопросов об их с Малфоем отношениях. Единственная, кто просто принимал их и был счастлив за них.

— Это тебе спасибо, — сказал он, касаясь губами ее щеки. — Удачи тебе, Панси.

— И вам, — улыбнулась она, выпрямляясь. — Пойду я, мальчики. Выпускной бал все-таки, мне одну прическу только полдня сооружать.

— Ты и так прекраснее всех, — усмехнулся Драко. — Цени мое признание.

— Ценю, — кивнула девушка. — Я люблю вас, мальчики. Может, еще увидимся… когда-нибудь.

— Может быть… — прошептал Гарри, глядя, как она выходит и прикрывает за собой дверь.

Некоторое время они ошеломленно молчали, думая каждый о своем.

— Как ты думаешь, она сможет спрятаться? — спросил, наконец, Гарри.

— А мы? — ответил вопросом Драко. — Мы сможем?

Гарри вздохнул и сел на кровати, обхватив руками голову.

— Не знаю, Малфой, — тихо сказал он. — Надеюсь. Черт…

Драко резко встал и подошел к нему. Опустился рядом, заглядывая ему в глаза.

— Поттер, — прошептал он. — Поттер, перестань. Немедленно.

Гарри кивнул, не поднимая головы.

— Давай, топай на кухню, а я пока живо начну собираться, — Драко приподнял его подбородок.

Гарри подавил вздох.

— Хорошо, — кивнул он. — Встретимся здесь?

— Может быть, — улыбнулся Драко, теребя его волосы. — Иди, не тяни время.

Рассеянно пожав его пальцы, Гарри встал и поднял со стула рубашку. Он не мог избавиться от дурацкого, навязчивого ощущения, что это действительно был последний раз, когда они видели Панси.

 

* * *

Драко стоял, облокотившись на парапет Северной площадки башни Астрономии, подставив лицо теплому летнему ветру и закрыв глаза. Пальцы привычно и почти машинально поглаживали тонкую серебряную змейку, обвившуюся вокруг его запястья.

— И почему я знал, что ты будешь здесь? — услышал он насмешливый голос за своей спиной.

Драко усмехнулся, не оборачиваясь.

— Я уж думал, ты не придешь, — сказал он. — Даже почти успел удивиться.

— Это место стоит того, чтобы с ним попрощаться, — Гарри подошел и оперся локтями о парапет рядом с ним.

— Да, — рассеянно кивнул Драко. — Единственное за семь лет.

Гарри обернулся и посмотрел на его тонкий профиль. Что-то внутри тут же болезненно дрогнуло — в последние дни Малфой стал похож на сжатую до предела немыслимой силой пружину. Казалось, он с трудом заставляет себя дышать и передвигаться.

— Хорошо, что ты пришел тогда, — вздохнул Гарри. — Я иногда думал… о том, что бы случилось, если бы меня не пытались убить все подряд. Если бы того нападения не было.

Драко хмыкнул и повернулся к нему.

— Не стану спрашивать, что это были за мысли, — протянул он, глядя на гриффиндорца.

Гарри пожал плечами.

— Мне всегда было страшно от них, Малфой, — просто ответил он. — Я бы умер без тебя. Той ночью. Я был на грани.

Драко сжал губы и опустил глаза.

— Почему ты вытащил меня? — спросил Гарри.

— Я же тебе говорил. Просто узнал проявления Ритуала.

— И что тебе тогда было до моей жизни?

— До твоей — ничего, — ухмыльнулся Драко. — До своей было.

— Малфой, — вздохнул Гарри. — Ну когда же ты перестанешь врать… Ты понял, что наша смерть была бы одновременной, только когда поговорил со мной. А это было уже после того, как ты спас мою задницу. Не сходится.

Он обернулся и посмотрел на Драко. Тот молчал, кусая губы.

— А еще маг, — ухмыльнулся Гарри. — В собственных мотивах разобраться не можешь.

— Не могу… — прошептал Драко. — Поттер, что ты хочешь услышать? Чего ты вечно от меня добиваешься?

— Правды, наверное… — Гарри опустил голову и вцепился пальцами в непослушные волосы. — В тебе есть что-то, чего я не понимаю. Малфой, просто скажи мне правду. Сейчас. Пожалуйста. Для меня это важно.

Драко закрыл глаза.

— Ты единственный человек в Хогвартсе, на которого я не мог перестать обращать внимание все эти годы, — медленно проговорил он. — Единственный, кому я когда-либо протягивал руку. А ты ее отверг, да еще и ясно дал мне понять, что ты неизмеримо выше такой пакости, как я.

Гарри молчал, спрятав лицо в ладонях.

— Вид одной твоей физиономии заставлял меня выворачиваться наизнанку, потому что я каждый раз тыкался носом в то, чего у меня никогда не будет. Каждый раз, встречая тебя, я впадал в ярость — я понимал, что никогда не разрешу себе быть таким же, как ты. Никогда не сделаю ничего, что подарило бы мне такое же отношение окружающих, какое ты пожирал горстями. Да еще и отмахивался от него постоянно.

В голосе Драко сквозила горечь.

— Поттер, ты… ты просто идиот. У тебя было все, чего так хотел я… но тебе это было даже не нужно. Ты был лучшим во всем, не умея ничего и ни к чему не прикладывая усилий. Ты всегда был рассеянным разгильдяем, но именно ты стал первым пятнадцатилетним преподавателем в школе… пусть даже и тайком. Ты никогда не мог ничего сделать сам, без своей команды, но она была у тебя, понимаешь? Команда, которая вставала за тебя стеной, и тебе даже не надо было просить об этом… Ты умел держать этих людей рядом с собой.

Драко покачал головой и горько усмехнулся.

— Я ненавидел тебя, Поттер… Столько лет ненавидел. Я просто хотел быть на твоем месте. Быть тобой. Но у меня не было ни выбора, ни возможности… Ни меня, такого, какой мог бы этого добиться. Я столько лет желал твоей смерти! Искренне желал! Пока ты был жив, Поттер, я знал, видел, что я — ничтожество. Видел это каждый раз — в зеркале. В собственных глазах. Ты даже не понимаешь, как это невыносимо… убеждаться в таком постоянно. Мне, чье положение всегда было на порядок выше твоего.

Он вздохнул и повернулся к парапету спиной, опираясь на него.

— Но, если бы ты умер, я бы окончательно превратился в это ничтожество. Просто потому, что перестал бы понимать разницу. Ты был моей надеждой, Поттер… глупой, бессмысленной. Надеждой выпутаться… когда-нибудь… Хотя я никогда не верил по-настоящему, что она приведет меня к чему-то. Я точно знал, что она несбыточна. И отказаться от нее не мог…

Гарри по-прежнему молчал, не поднимая головы.

— Я же даже подумать тогда ни о чем не успел, Поттер… Как только понял, что это ты… я и Ритуал-то опознал уже позже, если честно. Уже когда тебя держал. Ты вообще неживой был, как кукла… А потом… заговорил. ОНО в тебе заговорило…

Пальцы Драко рассеянно теребили мантию. Он кусал губы, глядя в сторону.

— Спасибо, — прошептал Гарри.

— За что? — усмехнулся Драко. — Что спас тогда? Что посвящение до конца довел?

— Я все знаю… о посвящении, — Гарри поднял на него усталый взгляд. — Снейп просветил. Извини, что повел себя, как идиот… когда узнал, что стал магом.

— Я просто… не мог придумать, как тебе об этом сказать, — прошептал Драко. — Все пытался время выбрать… вот и дотянул, пока поздно не стало.

Ладонь Гарри осторожно легла на его плечо. Драко криво улыбнулся и, оттолкнувшись от парапета, медленно подошел к стене и сел рядом с ней.

— Побудешь со мной, Поттер? — спросил он, садясь и запрокидывая голову. — Не могу, правда, вина обещать…

— Да рановато еще для вина… — сказал Гарри, садясь рядом с ним и тоже прислоняясь затылком к холодному камню. — Вино мы с тобой будем пить вечером. И уже не здесь.

Они смотрели на солнце, прикрытое облаками, и молчали. Слово «не здесь» было слишком сладким, чтобы разбавлять его чем-то еще.

— Ты не думаешь, что будешь скучать по школе? — нарушил тишину Драко. — Все-таки столько лет здесь прошло.

— Вряд ли, — покачал головой Гарри. — Это мертвое место, Малфой, неужели ты не видишь? Здесь все мертвое… даже люди. Идеалы давно прогнили, все основы поизносились… Хогвартс, как заведенный механизм. Пока завод не кончится, будет функционировать, а жизни в нем уже нет. Здесь пахнет смертью.

— Я бы назвал это иначе, — хмыкнул Драко. — Но в целом — да. Мне все время кажется, что это один большой труп, который уже начал разлагаться. И только мы с тобой чувствуем запах. Может, потому, что остальные здесь — тоже трупы. В них не осталось почти ничего, что делало бы их живыми, они могут только жрать — нас и друг из друга… Даже этот замок меня съедает… по частям…

— А ты спрашиваешь, не буду ли я скучать, — усмехнулся Гарри.

— Да я, видимо, не это имел в виду, — задумчиво нахмурился Драко.

— Да, — прошептал Гарри. — Ответ на этот вопрос — да. Хоть я и понимаю, что это глупо — скучать по самому себе. Тот Гарри Поттер уже умер, я почти успел забыть о нем… Но он был прекрасен, Малфой, согласись.

— Он был глупый, ограниченный и упрямый, — фыркнул Драко.

— Он любил квиддич, — улыбнулся Гарри, глядя в небо.

— И обожал влезать в неприятности, — добавил Малфой.

— Зато умел вытаскивать из них всех вокруг…

— Это ты и сейчас умеешь, Поттер.

Гарри вздохнул.

— Он умел верить, Малфой. Умел быть преданным — людям и принципам. Он жаждал действий и не боялся смерти. Он просто не верил в смерть, пока она не поселилась рядом.

Драко повернул голову и посмотрел на него. Губы Гарри дрогнули в едва заметной улыбке, когда он прочел то, что было в глазах напротив.

— Спасибо, — прошептал он.

— За что? — улыбнулся Драко.

— Мне тоже больше нравится то, каким я стал. Но все равно приятно, что не мне одному.

Малфой фыркнул и отвернулся.

— А ты? — негромко спросил Гарри. — Ты не будешь скучать?

— Поттер, — покачал головой Драко. — Это ты успел похоронить себя и вырасти во что-то новое. А я еще даже не понял толком, что со мной это тоже произошло. Только сейчас начинаю… понимать. Что мне это не снится.

Он потер лоб, подбирая слова.

— Да и потом, по кому мне скучать? — ухмыльнулся он. — По самодовольному высокомерному царьку, не способному признаться самому себе, что он всего лишь играет во власть, не имея ее по факту? Вот у тебя она была, Поттер. Власть над людьми. А я мог только прикрывать притянутым за уши внешним отсутствие внутреннего…

— Он был великолепен в своей настойчивой ненависти, этот твой царек, — Гарри не смог сдержать улыбку.

— Поттер, он не умел чувствовать.

— Просто боялся.

— Он был трусом.

— Он был одинок. Он запутался.

— Да уж, непросто быть марионеткой…

— Все мы были чьими-то марионетками, Малфой, — вздохнул Гарри. — Я до последнего надеялся, что что-то изменится… что я ошибаюсь. Что Орден Феникса — это все-таки альтернатива Волан-де-Морту. Что мне по пути с ними.

— Ты навсегда останешься доверчивым наивным гриффиндорцем, — фыркнул Драко. — Это из тебя не вывести.

— А ты навсегда останешься скользкой изворотливой слизеринской змеей, Малфой, — парировал Гарри. — Даже от меня постоянно прячешься, хотя бы в мелочах.

Драко опустил глаза, теребя браслет на запястье.

— Ее зовут Цисса, — прошептал он, глядя на серебряную змейку. — А я — идиот, который дает имена своим украшениям, Поттер. Я не могу относиться к ней, как к вещи. Она смотрит на меня, и мне кажется, что… черт. Что мы понимаем друг друга. В конце концов, ты прав, мы действительно с ней… принадлежим к одному виду. Можешь начинать смеяться.

Он обернулся и посмотрел на Гарри. Тот внимательно изучал его лицо.

— Решил попробовать быть откровенным, да, Малфой? — негромко спросил он.

— Ага, — кивнул Драко. — Давай, теперь с тебя какой-нибудь страшный секрет, который ты скрывал от меня все это время.

Гарри не удержался и фыркнул.

— На втором курсе мы сварили оборотное зелье и прокрались с Роном в гостиную Слизерина под видом Крэбба и Гойла, — сказал он с таким видом, будто добровольно поднимался на эшафот.

— Зачем? — изумленно моргнул Драко.

— Чтобы поговорить с тобой… — Гарри растерянно пожал плечами.

Малфой расхохотался.

— Ох, — проговорил он, закрывая лицо ладонями. — Поттер, я тебя обожаю… Тебе так хотелось со мной пообщаться, что ты даже Гойлом прикидывался?

— Ага, — кивнул Гарри, улыбаясь.

— Врешь ты все, — покачал головой Драко. — Это не может быть правдой. Даже такой упертый гриффиндорец, как ты, не полез бы в Слизерин по своей воле.

— Это правда, — мягко сказал Гарри. — Клянусь.

Драко долго смотрел на него, словно пытаясь прочесть что-то в его глазах.

— Поттер, мы правда уедем сегодня? — спросил он, наконец.

— Уедем, — прошептал Гарри. — Хоть сейчас.

— А бал? — улыбнулся Драко.

— К черту бал…

Пальцы Драко нашли его ладонь и обхватили ее. Малфой оглянулся на солнце и прищурился, задумавшись.

— К черту бал, — помолчав, согласился он. — Все к черту. Пошли отсюда.

— Пошли, — кивнул Гарри, вставая.

Не отпуская его руки, Драко поднялся следом.

— Да, что ж я портключ в новую спальню-то не сделал, — усмехнулся он, глядя на уходящую вниз лестницу в темноте за приоткрытой дверью.

— В спальню мы и не пойдем, — пожал плечами Гарри. — Можем уйти прямо так. Только птиц надо выпустить, чтоб долетели потом.

Драко покосился на него и вздохнул.

— Знаешь, а в этом что-то есть, Поттер, — сообщил он.

— В чем?

— В том, чтобы не спрашивать, что и почему. Просто доверять тебе. Молча.

Гарри улыбнулся и потянул его за руку.

— Идем, — прошептал он.

 

* * *

Из совятни они сразу же, не заходя за вещами, вышли на улицу. Мгновенно обрушился гул голосов — казалось, весь Хогвартс высыпал наружу, чтобы насладиться последним школьным днем. То там, то тут сновали парочки и группы, кто-то лежал на траве, кто-то хохотал, нарезая круги на метлах. Вышедших их замка юношей как будто не замечали.

Впрочем, Гарри понимал, что это лишь напускное безразличие. В глаза их давно уже старались игнорировать, при этом не стесняясь таращиться в спины.

Драко тревожно, как дикое животное, втягивал воздух, словно ища, с какой стороны придет опасность. Гарри невольно заражался его беспокойством.

«Не верит, что мы выберемся. Он никогда не верит, что что-то может быть хорошо. Но ведь все хорошо. Все…»

Гриффиндорец остановился и потянул Малфоя за рукав. Тот нервно обернулся.

— Что? — непонимающий взгляд серых глаз.

— Успокойся, — одними губами прошептал Гарри.

— Я спокоен, — отмахнулся от него Драко. — Просто хочу, чтобы все закончилось. Поттер, ты как себе это представляешь? На метлах? Или как?

— Заговорил, — усмехнулся Гарри, отпуская его руку. — Нет, Малфой, на метлах мы будем чересчур заметны. Я знаю способ, как смыться отсюда тайком. Так что не дергайся, ладно?

— Камин же только в кабинете Дамблдора, — губы Драко сжались в тонкую ниточку.

— В Хогсмите до черта каминов, — пожал плечами Гарри.

— И кто нас через них пропустит? — взгляд Драко нервно ощупывал окрестности. — И как мы туда попадем? Выход же закрыт.

Гарри сжал его плечо.

— Успокойся, — раздельно произнес он, глядя ему в глаза. — Ты доверяешь мне?

Малфой прерывисто вздохнул, снова отводя взгляд.

— Да, черт возьми, — бросил он сквозь зубы. — Я не доверяю всем остальным, а их тут навалом.

Гарри подавил желание прикоснуться к его лицу. Зарыться пальцами в светлые волосы, прижаться щекой и замереть так, пока слизеринец не расслабится в его руках. Обычно это помогало.

— Пойдем, — мягко сказал он. — Пока тут полно народу, на нас никто и внимания не обратит. Через час соберутся все в Большом Зале, и будем, как дыра на картине, светиться. Пойдем.

— Да… — прошептал Драко. — Ты прав. Я просто дергаюсь.

— Ты весь месяц последний дергаешься, — с болью выдохнул Гарри, снова идя вперед, к озеру. — Уже сил никаких смотреть на тебя не осталось…

— Просто давай, и правда, смоемся уже отсюда, — пробормотал Драко, не отставая. — Потерпи меня еще немного.

— Ну, раз уж до этого терпел… — рассеянно ответил Гарри.

— Гарри! — услышали они звонкий окрик.

Драко едва слышно зашипел сквозь зубы. Они остановились, обернувшись назад. Следом за ними по холму спускалась Гермиона.

— Гарри! — повторила она, подходя к ним.

— Что, Герм? — устало спросил он.

— Вы куда? — она тяжело дышала, запыхавшись от быстрого бега.

За ее спиной маячила стройная фигурка Джинни. Увидев ее, Гарри невольно напрягся.

Драко фыркнул и уставился в небо, заложив руки в карманы.

— Грэйнджер, это просто смешно, — процедил он. — Ты теперь постоянно за нами следить будешь?

— Я не с тобой разговариваю, — огрызнулась она. — Гарри, можно тебя на минутку? Мы хотели…

— Вы хотели? — приподняв бровь, удивился Гарри. — И что, ваши желания теперь для меня закон?

Гермиона раздраженно поморщилась. Драко с интересом наблюдал за ней.

— Гарри, перестань, — бросила она, косясь в сторону слизеринца. — Тебя одного теперь сложно застать… Нам надо поговорить.

— Говори, — пожал плечами Гарри.

— Что, сейчас? Может, просто встретимся позже, без Малфоя?

— Нет, — сквозь зубы сказал Гарри.

Гермиона вздохнула.

— Хорошо, тогда давай отойдем на пару минут, — она протянула к нему руку.

Гарри инстинктивно сделал шаг назад.

— Не хочу, — заявил он. — Герм, если тебе срочно приспичило мне что-то сказать, говори здесь, у меня от Малфоя нет секретов.

Драко снова фыркнул. Ситуация становилась забавной.

Гермиона вспыхнула, сверля их взглядом.

— Это касается Джинни, — процедила она, наконец. — Может, ты хотя бы свои личные дела не будешь перед ним выставлять?

— Джинни не относится к моим личным делам, — лицо Гарри на мгновение потемнело. — А ты вряд ли скажешь мне что-то новое. Вы сообщите, наконец, что хотели, или мы можем быть свободны?

Девушки молчали, нервно переглядываясь. Они планировали провести разговор не так, понял Драко. Но они его планировали, это точно. От мысли, что эти дурочки опять придумали очередной идиотский способ оторвать их друг от друга, Драко пронзила холодная ярость.

— То есть не сообщите, — мрачно резюмировал Гарри. — Что ж, тогда…

— Подожди, — Джинни, решившись, выступила вперед и протянула руку, ухватив его за рукав. — Гарри, я… подожди.

Драко мысленно проклял весь женский род вместе с их вывертами. На Поттера было больно смотреть. Точнее, можно было вообще не смотреть. Шибало и так от души.

Джинни с отчаянием оглянулась на подругу и сделала еще шаг к Гарри. Теперь они стояли почти вплотную друг к другу, и Драко на мгновение пожалел, что она не может услышать, что чувствует ее бывший парень. Потому что иначе ее бы здесь уже не было. Она бы провалилась сквозь землю. От стыда.

— Гарри…

Она была так близко от него, что Драко вдруг поймал себя на странном желании взять ее за волосы и оттащить, отшвырнуть от Поттера. Его бесила эта ее неприкрытая, откровенная женственность. И еще почему-то вдруг появился страх — дурацкий, необъяснимый страх, что сейчас Поттер протянет руку и коснется ее щеки… так, как касался только его. И улыбнется ей. И это будет самым что ни на есть закономерным финалом, какого и заслуживают Малфои.

— Гарри, я хотела извиниться перед тобой, — прошептала она, глядя ему в глаза. Снизу вверх.

Гарри молчал. Его лицо было абсолютно непроницаемо, но Драко слышал его чувства — злость, боль, тоска, и еще отчаянная, бешеная ярость. Они бились в груди Поттера, и было странно и непривычно осознавать, что этого действительно не замечает никто, никто, кроме Драко. Они видят только чуть побелевшие губы, и застывший взгляд ярко-зеленых глаз, и ровное дыхание. Они ни черта не понимают.

— Мы ведь так и не поговорили, — выдохнула она, не отводя взгляда. — Ты обещал… что поговоришь со мной…

— Я передумал, — тихо, сквозь зубы сказал Гарри. — Нам не о чем говорить.

Джинни прерывисто вздохнула, и Драко чуть не застонал — она была искренна.

— Я… — она запнулась, а потом снова подняла глаза. — Я и Невилл… мы расстались. Это было ошибкой, Гарри… Я, правда, хочу извиниться…

Она подняла руку, и Драко задохнулся — эта рыжеволосая ведьма спокойно положила свою мягкую ладошку на грудь Поттера, проведя чуть вверх, коснулась кончиками пальцев его шеи. Так, будто делала это тысячу раз. Гарри на мгновение закрыл глаза.

— Ваши отношения с Невиллом меня вряд ли касаются, — негромко сказал он. — Ты можешь делать, что хочешь. Ты свободна, и это твое право.

— Но я не хочу быть свободной, — с тихим жаром произнесла она. — Гарри, я… мне, правда, стыдно, что все так получилось… Я… я могу попросить тебя об одолжении?

До Драко вдруг дошло, что эти двое, похоже, вообще забыли, что они не одни. Он покосился на Гермиону — та наблюдала за ними с плохо скрываемым напряжением. Но неловкости она уж точно не ощущала.

— Не надо, Джинни, — Гарри поднял глаза, отвечая на ее взгляд. — Не надо, ладно? Это не нужно ни тебе, ни мне.

— Нужно, — с тоской возразила она, кусая губы. — Гарри, ты нужен мне… Прости меня, Гарри… Пожалуйста…

Драко показалось, что на него обрушивается небо. С оглушительным, почти хрустальным звоном. Земля при этом, очевидно, разверзалась, потому что почвы под ногами он уже тоже почти не ощущал.

А потом Поттер поднял руку и осторожно прикоснулся к ее щеке. Драко показалось, что каждый стук сердца отдается молотом у него в висках. Не в силах оторваться, он, будто завороженный, смотрел, как Джинни слегка запрокидывает голову, подаваясь вперед, как чуть заметно дрожат в мягкой улыбке ее губы. И как Поттер улыбается ей в ответ.

Если бы можно было закричать так, чтобы эта картина рассыпалась, разлетелась мелкими осколками, стерлась навсегда, Драко бы это сделал. Но он только стоял и, бессильно сжав зубы, смотрел на них, чувствуя себя натянутой струной, которая вот-вот порвется.

А потом Поттер медленно положил руку на затылок девушки, и, притянув ее к себе, нежно коснулся губами ее лба.

— Извинения приняты, — сказал он. — Я не сержусь, Джинни.

Он опустил руку и, отстранившись, обернулся к Драко.

— Вообще-то мы тут кое-куда шли, — сказал он, переводя взгляд на Гермиону. — Если это все, мы, пожалуй, продолжим путь.

Драко остолбенел, не решаясь вдохнуть, боясь обнаружить, что эти слова ему приснились. Джинни, похоже, тоже.

— Гарри… — прошептала она, протягивая руку к его плечу.

— Что-то еще? — он сжал губы, глядя на нее ничего не выражающим взглядом.

— Гарри, я… мы… мы могли бы… с тобой…

— Нет, — спокойно ответил он. — Джинни, я хорошо к тебе отношусь, но мы с тобой — нет. Извини.

— Я же попросила прощения! — выкрикнула она.

Драко показалось, что она сейчас ударится в истерику. «И я сам следом за ней», — мелькнула ошалевшая мысль.

— И что? — изумленно приподнял бровь Гарри. — Это обязывает меня бросаться в твои объятия?

— Ты же сказал, что не сердишься, — с отчаянием прошептала она.

— Не сержусь, — мягко сказал Гарри. — Просто я не люблю тебя, Джинни. Извини.

В ее глазах блеснула обида. И ярость.

— Ты никогда меня не любил! — выдохнула она.

В глазах Поттера появилось холодное бешенство.

— Да, — медленно сказал он. — Думаю, ты права.

«Ох, зря это он, — ошеломленно подумал Драко. — Не видел, что ли, ни разу женщин в ярости…»

— Но ты говорил, что любишь меня! Ты мне лгал!

— Напомни, Джин, это было до того, как ты стала мне изменять, или уже после? — жестко спросил Гарри.

— Ты сам меня оттолкнул! — выкрикнула девушка. — Ты бросил меня ради этого проклятого слизеринца!

Гарри на мгновение обернулся и посмотрел в глаза Драко.

— Боюсь, это тоже случилось после, — спокойно ответил он. — Джин, это бессмысленный разговор.

Драко начала колотить дрожь. Он только сейчас понял, как сильно испугался этой ведьмы. Испугался, что она только поманит, и Поттер уйдет за ней… Черт, он никого так, наверное, не боялся, как эту стерву, прохаживающуюся проторенной дорожкой в сердце Гарри. Способную в любой момент вернуться туда и поселиться, на сколько она сочтет нужным. И плевать ей при этом будет на них обоих. И на Драко, и на самого Гарри. Вот он, настоящий эгоизм, невольно восхитился слизеринец.

— У нас были проблемы, Гарри, — почти холодно сказала Джинни. — Раньше. Но мы все можем решить, если захотим…

— Я не хочу, — перебил он ее. — Ты не услышала меня? Я не хочу ничего решать. Тебе было важно, чтобы я не сердился — хорошо, я не сержусь на тебя. Но это все, что я могу тебе дать. Разве это не понятно?

Джинни подняла на него взгляд, и Драко чуть не взвыл, когда услышал, что она чувствует. Когда понял, что Поттер тоже это услышит. Неминуемо.

Она смотрела на Гарри, и она хотела его. Мерлин, как она его хотела! Ее взгляд скользил по его плечам, по груди, по его рукам, по бедрам, и Драко снова ощутил бешеное желание отшвырнуть, оторвать ее от Поттера. Как она смеет так смотреть на него! У нее нет никакого права, потому что… потому что…

«Он — мой, — вдруг подумал Драко с какой-то отчетливой, убийственной ясностью. — Я не позволю этой стерве…»

— Что, он лучше в постели, чем я? — прошипела Джинни. В ее глазах стояли злые слезы.

Драко окаменел.

— Несравнимо, — процедил Гарри.

— То есть, ты уже больше не отрицаешь, что спал с ним! — выкрикнула Гермиона.

— Этого я не отрицал никогда, — Гарри трясло от ярости. — Ты же сама считала, сколько в нашей комнате кроватей. Я отрицал, что мы с ним любовники. Это вроде бы не совсем одно и то же, Герм. Хотя какого черта ты лезешь в разговор, я плохо понимаю.

— Гарри! — закричали они обе.

— Что? — прошипел он в ответ.

Обе гриффиндорки тяжело дышали, глядя на него. Джинни кусала губы, пытаясь сдержать следы.

— Ты спал с ним или нет? — наконец выдавила она. — Это правда?

Гарри медленно подошел к ней и рывком ухватил за запястье, приблизив ее лицо к своему.

— Я сплю рядом с ним каждую ночь, — еле слышно проговорил он, глядя ей в глаза. — И, поверь мне, это не идет ни в какое сравнение с самым страстным сексом, какой только был у нас с тобой. Если, конечно, то, что у нас было, вообще можно назвать сексом. Теперь ты услышала все, что хотела? Или я должен рассказать тебе о чем-то еще, чтобы вы обе, наконец, оставили меня в покое?

Лицо Джинни дрогнуло, как если бы он ударил ее.

— Ты говорил, что любишь меня… — прошептала она.

Гарри застонал сквозь зубы и опустился на траву, закрыв лицо ладонями.

— Джин, мы ходим по кругу, — размеренно сказал он. — Я уже сказал тебе все, что мог. Давя на меня бесконечно, ты не добьешься другого ответа. Его просто не будет.

— Но, Гарри…

Драко принялся лихорадочно считать в уме до тысячи. Желание вмешаться и нарушить собственное правило никогда не бить женщин крепло с такой скоростью, что он начал побаиваться собственных реакций.

— Что ты хочешь от меня услышать? — Гарри поднял голову и с тоской уставился на нее. — Что я сволочь и плохо с тобой обращался? Хорошо, я сволочь. Что я подлец, который не желает бросаться к тебе на шею после того, как ты завела роман за моей спиной? Хорошо, я подлец. Что еще, Джин?

Джинни всхлипнула и опустилась на траву напротив него.

— Почему ты так изменился, Гарри? — прошептала она. — Зачем?

— Так сложилось, — процедил он.

— Это все он виноват! — снова всхлипнула девушка. — Эта скотина!

— Малфой, ты скотина, — устало сказал Гарри, не оборачиваясь.

— Я знаю, — подал голос Драко. У него крепло ощущение, что Поттера надо вытаскивать из этого бредового диалога хоть за уши, пока тот не сошел с ума. Пока они оба не сошли с ума.

— Он настроил тебя против нас! Это из-за него ты ушел из Ордена!

Гарри поднял голову и изумленно посмотрел на Драко. Тот ухмыльнулся.

— Да, я плохо на тебя влиял, Поттер, — хмыкнул он.

— Как ты мог, — с чувством сказал Гарри.

— Я же Слизеринец с большой буквы, — пожал плечами Малфой. — У меня подлая душонка и черствая сущность.

— Я, между прочим, тебе доверял, — Гарри опустил голову на руки.

— Значит, сам идиот. Это глупо и неосмотрительно.

Джинни и Гермиона недоуменно переглянулись. Драко подумал, что, похоже, еще немного, и с ума начнут сходить они.

— Ты еще меня упрекни теперь! — фыркнул Гарри. — Я, понимаешь ли, из-за тебя из Ордена ушел…

— Еще скажи — из-за моего прекрасного тела, — парировал Драко.

— О-о, — томно простонал Гарри, закрывая глаза. — За твое тело я бы продал Волан-де-Морту свою душу. А, не получится. Я забыл, что у меня ее уже нет.

— Вот видишь, — с упреком сказал Драко, подошел к нему и, наклонившись, уперся ладонями в колени. — Все, Поттер, значит, больше никакого доступа к телу.

— Я не переживу, — вздохнул Гарри. — Мне не нужна жизнь без доступа. Может, ты передумаешь?

— Не-а, — ухмыльнулся Драко. — На черта ты мне нужен, без души.

Гарри поднял голову и посмотрел на него.

— Какой же ты все-таки…

— Подлый? — подсказал Драко.

— Мерзкий, — добавил Гарри.

— Изворотливый.

— Отвратительный тип.

— Ты меня сейчас оскорбил, между прочим.

— Ты разбил мне сердце, — пожал плечами Гарри. — Меня можно понять.

— Понять — да, — Драко склонил голову набок, внимательно глядя на гриффиндорца. — А простить — ни за что. Слизеринцы не прощают оскорблений.

Гарри тяжело вздохнул.

— Дуэль? — спросил он, глядя в серые глаза.

— Хм, — Драко пошевелил бровями и выпрямился. — Дуэль! Поттер, я не дрался с тобой на дуэли тысячу лет. Я почти соскучился.

— Дуэль! — выкрикнул Гарри, вставая. — Ну, все, Малфой, сейчас ты мне за все ответишь!

Драко сделал шаг назад.

— Сейчас? — он хищно усмехнулся. — Хорошо. У озера. Перед всеми.

— Идет, — кивнул Гарри.

Драко повернулся и быстрым шагом направился к озеру. Гарри кинулся за ним.

— Гарри! — закричала ему вслед очнувшаяся Гермиона. — Гарри, не смей!

— Я буду драться на дуэли с Малфоем! — выкрикнул он в полный голос, раскидывая руки в стороны. — И никто не сможет меня остановить!

Сидящие на траве студенты, чуть не подпрыгивая, оборачивались к ним.

— Поттер, дрожи! Я сделаю тебя за пару минут! — Драко остановился у кромки воды, дожидаясь его.

— В прошлый раз тебе это не удалось, — усмехнулся Гарри, догоняя его.

— Прошлый раз был слишком давно, — глаза Драко блестели яростным предвкушением. Одним движением он сбросил мантию с плеч, отшвыривая ее в сторону.

На холме собиралась толпа. Все, кто находился неподалеку, казалось, магнитом притянулись посмотреть на разборки самой скандальной пары этого года.

— Гарри! — с отчаянием выкрикнула Гермиона, догоняя их.

Не сговариваясь, они оба, поморщившись, взмахнули палочками, выставляя сферу. Зрителей тут же оттащило на добрый десяток шагов назад.

— Чтобы под ноги не лезли, — ухмыльнулся Драко.

Они смотрели только друг на друга.

 

* * *

Для Гарри весь мир сосредоточился в глубоких, влекущих, затягивающих в родное тепло глазах Драко. Он смотрел, не отрываясь, он тонул в нем; губы дрогнули в едва заметной улыбке, руки торопливо сорвали и отбросили мешающую мантию.

На лице Малфоя отразилась хищная радость.

— Сделаем это красиво, Поттер! — торжествующе произнес он, взмахивая палочкой.

Та послушно вытянулась в шпагу.

Глаза Гарри блеснули в ответ.

— Сделаем это весело! — прошептал он, и две шпаги поклонились друг к другу.

Драко отвел назад левую руку, и Гарри чуть не задохнулся, глядя на него, вспоминая его. Это было так давно, что, кажется, уже и не с ними. Это было так прекрасно, и они оба были так счастливы тогда, может быть, потому, что не понимали, не знали ничего ни о себе, ни о том, что их ждет. Или — не хотели знать.

Он улыбнулся. Левая рука повторила жест Малфоя.

В глазах Драко вспышкой полыхнула боль узнавания — Гарри скорее понял, чем услышал, что он видит сейчас то же самое. Тяжелые портьеры дуэльного зала, солнечный свет, бьющий в окна, и двое почти беззаботных юношей со шпагами в руках…

Мерлин, а ведь это и впрямь была почти беззаботность, — с ужасом понял Гарри. Мы не решали ничего, не отвечали ни за что, не были должны никому, мы были только вдвоем, он и я, и, хоть мы оба по уши погрязли тогда в чужих интригах, нам не приходилось тащить судьбу на своих плечах, мы всего лишь реагировали на то, что приходило извне. Где-то там, между теми теплыми вечерами, принадлежавшими только нам, и сегодняшним днем, под завязку набитым чужими сальными взглядами и отповедями, и закончилось что-то важное. Где-то там остались те два упрямых мальчика, что приехали в Хогвартс семь лет назад, бросая друг на друга неприязненные взгляды.

Малфой, легко оттолкнувшись, двинулся вперед. Гибкий, вкрадчивый, опасный, как охотящийся снежный барс. Серия точных выпадов, и Гарри отпрыгнул в сторону, отражая атаку.

Драко усмехнулся, движением головы откидывая со лба челку. Обманный прыжок, звон металла о металл, и Поттер ушел от нападения, на миг замирая, вытягиваясь в струну.

Драко впился взглядом в его фигуру. Поттер. Неужели это тот самый мальчишка, что несмело прикасался к его щеке, когда он приполз в свою спальню после выматывающего разговора со Снейпом — так давно, тысячи лет назад? Тот самый, чьи глаза светились упрямой решимостью, когда они оба крались через подземелья Малфой-Менора? Чьи ладони обхватывали виски Драко, когда тот сходил с ума, забившись в угол Выручай-комнаты. Чьи плечи он обнимал, засыпая, каждую ночь.

Именно этот Поттер замер сейчас перед ним, слегка покачиваясь на носках, это в его глазах лучится, разгорается что-то забытое, что-то, по чему — Драко понял это только сейчас — он невыразимо, нечеловечески тосковал уже так давно… Что-то, испуганно спрятавшееся в глубине их душ подальше от пронзительных взглядов и домыслов.

Гарри смотрел на него, не отрываясь, только на него, и Драко казалось, что они оба просыпаются, измучившись от бесконечной спячки, что эти недели томительной апатии действительно заканчиваются. Закончились.

Он выдохнул, невольно растекаясь улыбкой, и губы Гарри дрогнули в ответ, когда он снова двинулся вперед, заставляя Драко отступить. Тот восхищенно качнул головой, глядя на скорость и стремительность его движений, с кажущейся непринужденностью парируя атаку.

Гарри кусал губы, не прекращая двигаться. Одним прыжком приблизившись к Малфою, он обрушил на него серию выпадов, и тот, отражая нападение, не удержался и на миг запрокинул голову. Он смеялся, смеялись его глаза, его губы, и Гарри чувствовал, что сходит с ума, теряет связь с реальностью от одного понимания, что Малфой не смеялся так уже много недель. Что он почти успел забыть, как это потрясающе — когда Драко разрешает себе такой смех.

Беззаботность?

Руки жили отдельной жизнью, у них был свой танец. И был еще танец взглядов, и улыбок, и движений губ, и переплетающихся, жадных чувств.

Драко почти не чувствовал своего тела. Оно вдруг стало легким, словно невесомым, и было так восхитительно, так потрясающе, так волшебно тонуть в ослепительной яркости изумрудных глаз, ловить их струящийся свет всей кожей, впитывать его, наполняться им — Драко казалось, что Хогвартс стерся, отодвинулся, и мир растворяется, есть только они двое, только этот свет, такой пронзительно теплый, что хочется кричать, кричать во весь голос, пока сердце, отчаянно бьющееся в груди, не разорвется от счастья…

Они не видели ничего вокруг, только друг друга. Не слышали криков — отчаянных, болеющих, яростных — каких давно уже не раздавалось на квиддичных матчах. Не замечали горящих глаз, не чувствовали азарта, будоражащего тех, кто столпился вокруг сферы. Не существовало знакомых лиц, восхищенно уставившихся на них, скользящих по ним ошеломленными взглядами.

Они тонули в безумном, полузабытом ощущении близости, заглатывая его, как воздух, как жизнь, еще не веря, что весь мир отныне действительно может катиться к Мерлину, есть только они двое, и больше никого. И больше никто не нужен.

И Гарри смотрел на стремительные движения Драко, купался в его улыбках, и на мгновение вдруг пришло ощущение, что он, наконец, понял, что это такое — любовь. То, чему никогда не мог подобрать слов, чего никогда не мог обозначить, осознать для себя. Он не мог сформулировать это и сейчас, но мог почувствовать это всем своим существом.

«Я люблю…»

«…тебя…»

В Драко что-то дрогнуло. Во взгляде, улыбке, выражении глаз. Он, казалось, задохнулся, и, почти не тратя усилий, Гарри услышал его. Услышал заданный немой вопрос.

Да, ответило все его тело, набрасываясь на светловолосого слизеринца, обрушиваясь лавиной сокрушительных, точных ударов. Да, чертов придурок. Да. Всегда.

И тут же пришло еще одно слово. А следом за ним — осознание его. Согласие с ним. И уверенность в нем.

«Навсегда».

Губы Драко слегка приоткрылись в беззвучном изумлении. Он мягко отпрыгнул назад, уходя от атаки, не отводя глаз от лица Гарри. Тот улыбался ему, продолжая наступать, а потом взорвался счастливым смехом, невольно запрокидывая голову к небу, машинально парируя удары.

«Да. Да, черт возьми, да. Я с тобой. И это — навсегда».

Драко одним хищным движением вытянулся, пытаясь прорвать защиту гриффиндорца, но тот, легко присев, снова ушел в сторону. Крутанувшись вокруг оси, Драко отскочил на шаг и замер в ожидании. Глаза его возбужденно блестели.

«Достань же меня».

Гарри нахмурился, пряча улыбку. Вызов?

Нападения стали почти яростными. Они оба кружились у самой воды, шпаги звенели, наполняя воздух каким-то потусторонним возбуждением, и Драко едва успевал парировать удары.

«Ну же, Поттер. Ты можешь. Доберись до меня».

Он отпрыгнул, балансируя на неровном краю берега. Зеленые глаза, знакомые до мельчайших точек в зрачках, казалось, прожигали его насквозь. Он проваливался в них, уже не желая когда-нибудь выбраться наружу.

«Доберись до меня. Хоть когда-нибудь. Умоляю…»

И Гарри услышал.

И взорвался такой лавиной чувств, что Драко, сбитый с толку, ошеломленный, замер, остолбенел на короткое мгновение, а потом, не отрывая взгляда от глаз напротив, легко оттолкнулся и длинным, мягким прыжком переместился на несколько шагов в сторону от озера. Словно земное притяжение больше не имело над ним власти.

Взгляд Гарри, обращенный к нему, полыхнул теплой, знакомой гордостью. И восхищением.

И еще — какой-то мальчишеской вседозволенностью.

Выдох сквозь полуоткрытые губы, и рука Поттера со шпагой спокойно, непринужденно делает небрежный выпад и дотягивается почти до самого плеча Драко. На все эти несколько шагов.

А потом возвращается обратно.

Толпа за сферой загудела изумлением и непониманием.

Драко расхохотался. Новые правила? Так еще интереснее.

Легко разбежавшись, он снова оттолкнулся от земли. Один прыжок, и, едва заметно зависнув в воздухе, он обогнул стоящего у воды Гарри, приземляясь с другой стороны.

Гарри мгновенно обернулся.

На несколько долгих секунд они замерли, глядя друг на друга.

«Ах ты, хитрый Слизеринский змей…»

И воздух снова взорвался звоном шпаг.

Они смеялись в голос, разрываясь на части от безумного, всепоглощающего ощущения свободы, не сдерживая торжествующих выкриков, не слыша и не видя уже ничего вокруг, кроме друг друга. Реальность словно замедлилась. Как во сне, Гарри видел мелькание шпаги Драко — то сбоку, то сверху, то сзади, — и тело реагировало само, то вытягиваясь на нужную длину, то сжимаясь в комок.

Он не думал о том, что происходит с ними. Это было неважно. Важным был только искренний смех Малфоя, его сумасшедшее возбуждение. Его безумный взгляд. Его мысли.

«Достань же меня…»

Как завороженный, Драко следил за движениями Гарри. Схватка вытеснила все, все сомнения и раздумья. Он видел только стройное, сильное, горячее тело гриффиндорца и захлебывался от нестерпимого, жгучего желания — разорвать, растоптать, наконец, это ставшее уже невыносимым отчуждение между ними. Прекратить навсегда.

«Достань… Я хочу этого…»

Он верил, что Гарри слышит его. О, как он хотел, чтобы его услышали!

«Не дай мне больше спрятаться от тебя…»

В глазах Поттера горел такой огонь, какого, наверное, Драко не видел в них никогда. Как будто вся жизнь Гарри зависела сейчас от того, сможет ли он дотянуться до груди Малфоя. Сможет ли докричаться до него.

Схватка превратилась в сумасшедшее, неистовое, почти мистическое действие. Окаменевшие от изумления школьники, затаив дыхание и позабыв о том, на кого пришли поглазеть, не могли оторваться от завораживающего зрелища, уже не имеющего ничего общего с дуэлью двух юных волшебников.

На узкой полоске берега метались, скользили, изгибались, забываясь в упоении от собственного танца, два божественных, невыразимо прекрасных существа. Одно — тонкое, гибкое, светлое и легкое, будто порыв ветра, свободно взлетающее над землей, словно она вдруг потеряла свою власть над ним. Второе — яростное, яркое, темное и неуловимое, как языки пламени, не имеющие точной формы, выстреливающие искрами, обжигающие своей близостью.

Ветер смеялся, окутывая пламя, то приближаясь, то бросаясь в сторону. Огонь захватывал, притягивал его, кружась, не давая остановиться, не прекращая наступления.

А потом, словно взорвавшись, жаркие объятия на мгновение охватили вихрь, и ошеломленные зрители, моргая, увидели, как Драко, раскинув руки, падает на спину, а Гарри, рухнув на одно колено, наклоняется, нависая над ним. И острие шпаги — у самой шеи слизеринца.

Гарри тяжело дышал, упираясь левой рукой в землю. Глаза Драко — так близко — такие отчаянно сияющие, и запрокинутая светловолосая голова, и вздымающаяся от прерывистого дыхания грудь…

«Ты смог… Ты все можешь, Поттер…»

Гарри молчал, все еще не в силах оторвать взгляд, вырваться из серой глубины, притягивающей, манящей, зовущей — останься со мной…

— Навсегда… — выдохнул он, наклоняясь почти к самому лицу Драко. — Навсегда, слышишь…

Драко, задыхаясь, кусал губы, проваливаясь в бьющие изумрудной яркостью глаза.

— Ты… — прошептал он. — Обещаешь…

— Да… — чуть слышно шевельнулись губы Гарри. — Да…

Он был так близко, что пряди их волос переплетались, касаясь друг друга. Какая-то часть Драко почти отстраненно отметила, что, если, вставая, Поттер хоть немного обопрется на правую руку, то острие шпаги вонзится в землю, проткнув ему шею. Но эта мысль не вызвала ни страха, ни опасения. Почему-то это показалось невозможным. И еще — неважным. Как и все остальное.

Например, как истошные, торжествующие, оглушительные вопли тех, кто все еще толпился за сферой.

— Поттер! Поттер! — скандировали они, и Гарри равнодушно подумал, что ему не хочется слышать радостной поддержки людей, которые весь последний месяц делали его изгоем.

Я вообще не хочу больше видеть людей, никаких, вдруг понял он. Никогда.

— Поттер — победитель! — раздался чей-то перекрывающий толпу крик.

Драко покачал головой, улыбаясь, все еще глядя в глаза Гарри. Тот усмехнулся ему в ответ.

— Эти придурки думают, что мы дрались друг с другом, — негромко проговорил Гарри.

— Им никогда… не понять нас… — прошептал Драко.

— И не надо… — чуть слышно усмехнулся Гарри, одним резким движением убирая шпагу. — Мы свободны, Малфой. Ты веришь в это?

— Я это знаю.

От Поттера хлынуло теплым, завораживающим уютом. Он улыбался.

— Пойдем?

Драко молча прикрыл глаза.

Гарри встал и протянул ему руку.

 

* * *

— Поттер, если ты хотел уйти незаметно, то, похоже, теперь у нас это вряд ли получится, — прошептал Драко.

Его дыхание в волосах Поттера. Они так близко друг к другу, разгоряченные лица почти соприкасаются.

— Плевать, — усмехнулся Гарри и поднял голову, снова глядя в глаза Малфоя.

Не отводя взгляда, он спокойно вытащил из кармана мантию-невидимку и взмахнул тканью, закрывая их обоих от посторонних глаз.

— Обними меня, придурок… — выдохнул Гарри, прижимаясь к нему.

Ладони Драко осторожно скользнули по его талии. В серых глазах застыло странное, незнакомое оцепенелое ожидание пополам с надеждой.

— Полетели? — Гарри насмешливо приподнял бровь. — Только не говори, что это был единичный случай, а больше у тебя не получится. Не поверю.

Губы Драко чуть приоткрылись на выдохе.

— Поттер, я… — он отвел глаза. — Я, правда, не понимаю, как я это делал. Ты что, думаешь, я теперь так запросто летать смогу, как только захочу?

Негромкий смех в ответ.

— Посмотри на меня, Малфой.

Знакомая, мягкая глубина светлых глаз.

— Просто смотри на меня…

Драко выдохнул, пряча предательскую улыбку.

— Сферу сними, идиот, — прошептал он. — А то далеко не вырвемся.

Гарри не глядя взмахнул палочкой. Возбужденные зрители, оглядываясь, стали стягиваться к берегу.

— Просто… чувствуй…

Шепот Гарри притягивал, завораживая сознание. Драко, не отрываясь, смотрел на него, смотрел в его глаза, такие теплые, блестящие, такие живые — Мерлин, почему они всегда такие живые, сколько же в этом человеке жизни, откуда он берет ее каждый раз, чтобы хватало на них двоих, хватало всегда, что бы с ними ни происходило, что бы ни случалось, он всегда такой, всегда — настоящий…

— Почувствуй меня… Не прячься… никогда больше от меня не прячься… ты же не хочешь больше один, я слышу…

Его губы совсем рядом, слегка изгибаются в легкой улыбке, такие близкие, манящие, такие чувственные… Такие сладкие, горячие, жаркие, как он сам — стоит только чуть-чуть двинуться им навстречу, поддаться, разрешить, отпустить самого себя, сойти с ума вместе с ними…

— Будь свободным… Не бойся, просто позволь себе это…

Ладони скользят вверх по спине, медленно, едва заметно, жарко — почему всегда так жарко, когда он рядом, так тепло, так сладко, так пронзительно, так хорошо… О, Мерлин, как хорошо!.. Просто чувствовать его, тонуть в нем, растворяться в нем…

Влажный выдох, и Гарри уронил голову на его плечо, обрывая наваждение.

— Вот видишь, — легкий смех. — Прилетели.

Ладони Драко все еще сжимали его спину. Руки Гарри над их головами, придерживающие мантию. Они на холмах, почти в миле от озера.

Драко прерывисто дышал, не находя в себе сил оттолкнуть Поттера, чтобы прийти в себя. Рядом с ним это было почти невозможно.

— Куда дальше? — почти ровно спросил он, отводя глаза.

Гарри поднял голову, находя его взгляд. Не отрываясь, приблизил свое лицо к нему, почти касаясь его губами.

А потом резко вытянул руку в сторону, к Гремучей Иве — почти на добрый десяток шагов — и быстро сжал в пальцах какую-то веточку. Миг, и рука снова под мантией.

— Извини, — зеленые глаза смеялись, глядя на Драко. — Очень хотелось попробовать. Я же тоже не понял, как это у меня получалось.

Драко, не удержавшись, фыркнул.

— Мы можем идти, — добавил Гарри. — Я ее выключил, она больше не дрыгнется.

— Идти куда? — рассеянно спросил Драко. Ему было почти все равно. Только бы Поттер не отстранялся.

— Под землю, — нетерпеливо пожал плечами Гарри. — Идем.

Он потянул Драко за собой, и они действительно залезли в какой-то подземный ход прямо под ивой, а потом Поттер стащил, наконец, с них свою мантию, прислонился к стене и зашелся в беззвучном смехе.

— Что? — улыбаясь, прошептал Драко.

— Ох, — покачал головой Гарри. — Малфой, ну почему ты такой позер, а? Ну, могли же смыться, как нормальные люди, нет, надо было под занавес представление устроить!

— Ты сам предложил дуэль, — хмыкнул Драко и покосился на него. — Это было здорово, Поттер, — добавил он шепотом.

— Это было красиво, — Гарри закрыл глаза. — Умеешь, чертов эстет…

А потом они снова хохотали, все никак не решаясь заставить себя оттолкнуться от стен и двинуться уже куда-нибудь, потому что это было неважно — сейчас или чуть позже, они все равно уже здесь, и это «здесь» было дороже тысячи «там». Хогвартс закончился, даже если они все еще на его территории. Он закончился у них внутри, это было куда важнее.

Потом, когда они немного успокоились, пальцы Гарри стиснули ладонь Драко и потянули его за собой. Потом они долго пробирались, пригнувшись, по темному лазу. Потом был скрипучий прогнивший дом, и Драко почти не удивился, что они в Визжащей хижине — он ожидал чего-то подобного с тех пор, как выяснил, что Гремучую Иву, оказывается, можно заставить «не дрыгаться». Потом снова была мантия-невидимка, и руки, обвивающиеся вокруг талии — для разнообразия на этот раз они решили просто дойти до «Трех метел», пешком, безо всяких полетов. Потом был полумрак заведения и недолгое ожидание у камина, пока мадам Розмерта отойдет по своим делам. Потом был взмах руки Поттера, пыль кружаной муки, рассеявшейся из его ладони, и его голос, назвавший адрес, который Драко ни о чем не говорил.

— Площадь Гриммо, двенадцать!

Потом был мимолетный взгляд друг на друга, и, не расцепляя переплетенных пальцев, они одновременно шагнули в камин.

 

 


Дата добавления: 2015-09-14; просмотров: 8; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.201 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты