Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Глава 15. Безнадега




Читайте также:
  1. LI. САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  2. VIII. ГЛАВА, СЛУЖАЩАЯ ПРЯМЫМ ПРОДОЛЖЕНИЕМ ПРЕДЫДУЩЕЙ
  3. XLIII САМАЯ КОРОТКАЯ ГЛАВА
  4. XXVI. ГЛАВА, В КОТОРОЙ МЫ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ЛАЮЩЕМУ МАЛЬЧИКУ
  5. Встречайте Джейка… Бонусная глава – Гостиница
  6. Глава "ЮКОСа" и государство квиты?
  7. Глава 0. Чувство уверенности в себе
  8. Глава 1
  9. ГЛАВА 1
  10. Глава 1

Ксюша стояла в классе у стенки и в очередной раз слушала про то, что наркотики это ужас как плохо. За партами сидели родители. Тоже слушали. Хотелось сбежать. Или закрыть уши.

Скорей бы изобрели крошечные беспроводные наушники, такие чтоб можно было засунуть в ухо и улыбаться. Всегда улыбаться. Ксюшу так увлекала эта идея, что она собралась поискать их в интернете, достала телефон и осеклась под взглядом новой классной.

— Инфантильные, ничем не интересующиеся, — продолжила учительница, обращаясь к десятиклассникам, — все ваши беды от того, что у вас нет своего мнения. Мы с вашими родителями в ваши годы уже…

Сдавленно зазвонил чей-то телефон.

— Простите, — выпалила ухоженная брюнетка, — простите, пожалуйста, но мне нужно ответить.

Она выбежала из класса, зажимая трубку рукой. Многие проводили ее завистливыми взглядами. Ксю переключилась на разглядывание стен класс. Новая классная была химиком, так что на стенках красовались живописные плакаты, а в шкафах — замысловатые молекулы и яркие реактивы. Жалко, что сто раз уже рассмотренные на уроках.

— Взрослым приходится работать, чтоб ваши прихоти выполнять. Да, Ирина? Маму не жалко? Ей пришлось из-за тебя срываться из командировки и нестись в больницу.

Ира изучала свой маникюр.

— Жестче с ними нужно быть! — подала голос худая блондинка с первой парты. — Покурил — вылетел из школы. И не церемониться! А тех, кто продает, сажать!

Катя из дальнего угла буравила взглядом шкаф с наглядными пособиями, словно не узнавая собственную мать.

— Так мы всех из школы выгоним, — примирительно сказал папа с третьей парты. — Нужно все-таки разбираться с каждым отдельно.

— Не нужно разбираться! — повысила голос блондинка. — Нужно, чтоб без вариантов. Взял в руки наркотик — вылетел из школы. А еще лучше, сажать их всех!

— Ну это уже перебор, — сказал папа, — ведь тогда и вашу Катю посадят. Зачем ломать жизнь…

— И пусть посадят! — в голосе Катиной мамы появились истеричные нотки. — Посидит, подумает над своим поведением. Ценить будет то, что в нее вкладывается.

Родители загомонили. Под шумок Ксюша таки засунула в уши наушники и прикрыла их волосами. Ее мама сидела на четвертой парте и пока молчала.

— А между прочим, школа могла бы контролировать, что у вас тут происходит! Поставить камеры, проверять карманы на входе. И все! Никаких наркотиков!



— Усилить ответственность!..

— Наказывать жестко!..

— Запретить!..

— Увольнять!..

— Сажать! Сажать без суда и следствия!

— Знаете, я разговаривала со знакомым психологом, он говорит, что запрещать бессмысленно, — сказала Ксюшина мама.

Ксюша вздрогнула.

— И что вы предлагаете со своим психологом, — взвилась мама Кати, — смотреть как они курят и ничего не делать?

— А еще он сказал, что если подросток кидается к наркотикам, то в этом всегда виноваты мы. Родители, — неуверенно продолжила Екатерина.

Ксюша включила релаксовый плей-лист погромче и натужно улыбнулась, чтоб не слышать, как Катина мама кричит, что она и так всю жизнь отдала этой неблагодарной и она не позволит, что ее еще и обвиняли в том, что она в чем-то виновата.

В кабинет бочком протиснулась мама Иры, не выпуская из рук телефон.

— Там уже общее собрание начинается, — сказала она, — нужно идти.

Родители стали шумно подниматься со своих мест. Ирина мама подошла к классной.

— Вы меня простите, я убегу, у меня поставка новая, я не могу пропустить. Но вы не думайте, я приняла меры. Карманные деньги урезала, на каникулы она к бабушке поедет, там будет под контролем, так что, вы, пожалуйста, ее из школы не выгоняйте. Я в курсе проблемы и буду… Простите…



Опять зазвонил телефон, и Ирина мама нервно дернулась.

Ксюша вышла из кабинета и наткнулась на продолжение скандала.

— И посидишь, — орала мама Кати, — Я тебя с таким трудом запихала в хореографическое, я все свои связи подняла! Выгнали! Теперь ты и отсюда вылетишь! Я в твоем возрасте уже сольные партии танцевала, я могла стать самой молодой солисткой, если бы тебя не родила! Я из-за тебя жизнь себе сломала, а где благодарность? Где? Неужели трудно было не разъедаться? Трудно было булки не жрать?

Катя стояла в коридоре и смотрела мимо мамы в окно. Неестественно спокойная. Больше похожа на статую, чем на живого человека.

Катина мама резко развернулась и отправилась в актовый зал, Ксюша кинулась к Кате, чтобы ее обнять, но та отстранилась.

— Пойдем в зал, а то еще и классная орать будет.

***

Общее собрание начали с того, что почтили память Дианы, прочитали телеграммы соболезнования. Кто-то даже всплакнул.

Директор держалась уверенно. Она приобрела привычный вид: прическа аккуратная, голос твердый, никакой растерянности в глазах.

— На данный момент ситуация в школе нормализована, — объявила директор.

Районное начальство кивало в такт речи директора, подобострастно глядя на городское.

Городское, в лице двух тетенек и одного дяденьки, сидело с неприступным видом.

— Педагогический состав школы полностью укомплектован, все классные руководители работают в должном режиме, проведен ряд мероприятий, призванных удержать подростков от употребления наркотиков. Начата серьезная профилактическая работа среди младших школьников. И даже за это небольшое время хорошо видны результаты. Наркологический контроль не выявил ни одного случая употребления наркотиков в нашей школы, хотя дважды была проведена тотальная проверка всех учеников.



— А Артем? — прошептала Ксюша.

— Тш, — шикнула Катя, — у него ж наркоту не на общей проверке нашли. Типа школа ни при чем.

— Анонимное анкетирование учащихся показало, что 95% учеников не собираются употреблять наркотические вещества. Это очень высокий показатель. Но мы не обираемся останавливаться на этом, мы и дальше будем проводить мероприятия, рекомендованные и согласованные с городской программой «Подростки без наркотиков». И мы признаем, что если бы наша школа и раньше уделяла столько внимания этой проблеме, случившегося несчастья можно было избежать.

Тут закивало и городское начальство. Районное отчетливо выдохнуло и расслабилось.

Дальше выступала школьный психолог, потом районный нарколог. Родители слушали, школьники, сбившиеся в задние ряды, не вылезали из сети.

Когда дошло до фильма и в зале притушили свет, десятиклассники зашевелились.

По экрану ползал обкуренный мальчик, неуклюже махал руками и невнятно кричал, что он голубь.

Родители замерли в ужасе. Дети душили в себе смех.

— Это Голубь, я его знаю, — зашипел Данька, — его после этой истории так Голубем и зовут. Прикольный чувак.

— От курения так называемых «спайсов» в мозгу происходят необратимые изменения… — неслось с экрана.

— Ой, да ладно, — прокомментировал Даник, — я человек сто знаю, которые курят. И почти все студенты. Говорят, кстати, что очень помогает сессию сдавать. Курнул, расслабился, на следующее утро как огурец.

— Психическое здоровье нации под угрозой…

— Конечно, под угрозой, — откомментировал Даник, — будешь такие фильмы смотреть, точно свихнешься.

— Слушай, Даник, — зашипела Ксюша, — а ты не боишься, что тебя наркоконтроль поймает?

— Да ловили уже, и что? — отмахнулся Даник. — У меня все законно, при себе — только для личного пользования!

— Но они же родителям расскажут…

— И чё? Думаешь, мать не в курсе? — Даник презрительно усмехнулся и чуть не сплюнул. — А что она мне скажет, если я зашибаю за месяц, как она за полгода в своем трамвайном депо? Бухает-то она на мои!

Ксюша в ярости сжала кулаки, но новых аргументов придумать не смогла. Несколько минут они пялились на экран, где бродили страшные худые тени. Потом Даньке надоело, он повернулся к Ксю и примирительно сказал:

— Да чего ты вообще? Подумаешь, спайс… Думаешь, у нас правда никто не курит? Да я на спор накурюсь и пойду их тесты сдавать! Ничего не покажет!

— А Артем? Его же вычислили.

— Да он просто …!

— Так называемые курительные смеси вызывают сильную зависимость… — донеслось с экрана.

Тут уже захихикали несколько человек.

— Да у нас бы уже полшколы в дурке было, если б все это было правдой, — прошипела Катя.

— Да как вы… — взвилась Ксюша, — Вам нужно, чтоб еще кто-нибудь умер, чтоб поверить?

— Так она от яда умерла, а не от спайса! — сказала Катя.

— Слышь, ты, покури и успокойся! — прошептал Даник и кинул Ксюше на колени пакетик. — Ты попробуй сначала, а потом уже верь всей этой лабуде. Эти наркологи тупо врут. Был бы у твой Мышки мозг, была бы жива…

Даник еще что-то говорил, а Ксюша смотрела на пакетик на ее коленях. С экрана опять вещали что-то про «асоциальное поведение» и «панические атаки», родители серьезно смотрели на экран и слушали советы о том, что «нужно усилить контроль» и «необходимо навести порядок в социальных сетях», а в это время ярко-зеленый пакетик с названием «Василиск» прожигал дырку в Ксюшиных коленях.

— Ты… Ты… — Ксюша шипела, как злая пума. — Да ты давно на крючке, тебя посадят, идиот! Зачем ты это делаешь?

И она даже замахнулась, чтобы со всей силы двинуть в наглую улыбающуюся рожу Даника, но в последний момент он ее остановил. Схватил, скрутил и практически вынес в коридор.

— Остынь, — сказал он и сунул пакетик со смесью Ксюше в карман. — Не скандаль. Это бесполезно. Никто меня не посадит, не надейся. Все в доле!

И Даник улыбнулся так широко, что Ксюша разревелась и, как была, без куртки, выбежала из школы, на ходу выуживая телефон из сумочки…

***

Ковригин не орал и не «переключался». Просто слушал и гладил Ксюшу по голове. Посетители кафе думали, что заботливый папа утешает дочку, у которой горе. Хотя какое у нее может быть горе, у такой сопливой? Мальчик, наверное, внимания не обращает.

— Всё это зря! Мышка умерла зря!

Ковригин гладил, но не возражал, и от этого становилось еще хуже.

— И ловить этих гадов никто не собирается! А Орловский мог бы! — Ксю захлебывалась словами, но оперативник все понимал и так. — Ведь он же Даньку нашего поймал! И Данька ему всех сдал, я уверена! Ведь сдал же? Да?

Ковригин устало кивнул.

— Вы их же уже арестовали, да?

— Ну… арестовывает суд, я могу только задержать.

— Какая разница?! Задержали?

Оперативник виновато почесал нос.

— Понимаешь… их не за что…

У Ксюши от возмущения даже слезы высохли.

— Как же не за что?! Они же наркотики продают! Детям!

Ковригин тяжело вздохнул:

— В том-то и дело, что не наркотики…

— Но ведь спайсы!..

Наркополицейский остановил ее властным жестом.

— Наркотики — они все в специальном реестре. Если вещество психоактивное, но в перечне наркотиков его нет, то всё, это не наркотик.

— Ну так внесите спайс в этот список! Что, трудно?

— Нет такого вещества — «спайс», — по голосу Ковригина было понятно, что он злится, но сдерживается. — Это каждый раз новое соединение! Мы его фиксируем, вносим в перечень, а они уже другим торгуют!

— Так быстрее вносите!

— А это уже не ко мне!

За соседним столиком выразительно покашляли. Ксю и оперативник понизили голоса.

— Эти спайсы каждый раз разные. Один состав не торкает, а от другого — под тем же названием! — человек на стену лезет.

— Все равно, — не сдавалась Ксю, — можно же всё подряд запретить!

Ковригин явно собирался разразиться длинной тирадой, но тут же взял себя в руки.

— Знаешь, не буду я тебя грузить техническими проблемами. Не в них дело. Даже если бы мы запретили всё-всё-всё, что можно и нельзя, — даже тогда наркомания не исчезла бы.

— Пусть не исчезла! Но меньше стала бы.

Наркополицейский покачал головой.

— Я ведь в полицию из науки пришел. У меня два диплома: мед и социология. Так вот: нигде и никогда запретительные меры не помогали. Ни уничтожить наркоманию не смогли, ни хотя бы уменьшить количество наркоманов.

Ксюша замотала головой.

— Я не верю! А если расстреливать этих сволочей? На площадях! Чтобы все боялись!

— Не поможет. Хотя расстреливали. И сажали пожизненно. Результат всегда один — наркотики дорожают, а наркоманов меньше не становится.

— Знаете что, — взорвалась Ксюша, — это все отмазки! Вы просто делать ничего не хотите! Хотите сидеть чистенький в костюме, а в это время люди будут умирать. Или вы боитесь? Или с вами деньгами делятся?

— Прекрасно, — взорвался следом полицейский, — а ты у нас самая умная, да? Давай, расскажи нам всем, что нужно делать.

Ксюша вскочила.

— Не сидеть сложа руки, когда у вас под носом торгуют наркотиками!

— А что ты предлагаешь, пойти морду им бить?

— Да!!! – заорала Ксюша, наплевав на окружающих. — Я предлагаю бить морды. Может быть, они задумаются и… и…

— И что? Давай, продолжай? Раскаются? Заплачут и уйдут?

— Ну что вы издеваетесь? – Ксюша уже не сдерживалась и размазывала по лицу слезы. — Нельзя же просто смотреть! Ведь можно же что-то сделать?

— Можно! – неожиданно твердо и спокойно сказал Ковригин. — Не покупать у них наркотики.

— Этого мало! – уперлась Ксюша.

— Вот ты успокоишься, подумаешь и поймешь, что это не просто не мало, это единственное, что стоит делать, — сказал полицейский.

— Я не могу успокоиться! – закричала Ксюша. — Я не могу! Моя подруга умерла, ее друга чуть не посадили, в школе ад. А вы говорите – успокоиться…

Ковригин взял Ксюшу за руку и буквально выволок из кафе. Только на выходе она поняла, что посетители кафе давно молчат и смотрят на них.

— Устроила, понимаешь, публичное представление, — пробурчал он, протягивая Ксюше салфетку, — а потом меня спрашивают, почему я не люблю работать с подростками…

— И почему? – проревела Ксюша.

— Потому что не умею, — честно ответил Ковригин. — И никто не умеет. И что с этим делать, я не знаю.

***

Ксюша ввалилась домой совершенно без сил. Не раздеваясь, плюхнулась к компьютеру, мечтая только об одном – включить любимый сериал и забыть обо всем на свете.

— Ксенья!

— Да, мам.

— Разденься.

— Окей.

Серия начала грузиться, Ксюша медленно расстегнула куртку.

— Ксень!

— Да, мам.

— Где ты была?

— Ай, неважно, — Ксюша подумала, что если начнет пересказывать все, что узнала за сегодня, или разрыдается или сойдет с ума.

— Важно! И разденься.

— Окей.

На экране шла завязка серии, и Ксюша пыталась уловить, что же там происходит.

— Ксень!

— Да, сейчас.

Ксюша сняла куртку, не отрывая глаз от экрана.

— Ксень! – голос у мамы дрожал. — Ксюша, посмотри на меня!

Девочка с усилием оторвала глаза от монитора.

— Где ты была? У тебя глаза красные! У тебя зрачки расширены!

Ксюша остановила фильм.

— Мам, я плакала. Тут темно.

— Почему ты плакала?

— Потому что.

— Не хами!

— Боже, мама, не трогай ты меня! – Ксюша посмотрела на испуганную маму и смягчилась. — Хорошо, я плакала из-за наркотиков.

— Ты… Ты… — мама захлебнулась словами, — не смей думать про эту гадость!

— А как про нее не думать? – закричала Ксюша. — Как не думать, если спайсы везде?

— Так, — твердо сказала мама, — чтобы я от тебя про эту дрянь не слышала.

— И ты туда же? – взвилась Ксюша. — А кто про них будет думать? Кто? Нужно же что-то делать!

— А теперь послушай меня, — голос мамы сорвался в фальцет, она откашлялась, но продолжила. — Никогда. Никогда не подходи к этой гадости. Не смей. Даже думать. Если я хоть на секунду представлю себе, что на месте Дианы… Короче, не смей.

Ксюша отшвырнула куртку в угол.

— Все, я спать, — отрезала она и рухнула на кровать прямо в одежде.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 4; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.028 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты