Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Обмен состязательными бумагами




Читайте также:
  1. Oslash; 1.3. Принципы обмена данными между Windows-программами
  2. Анионный обмен плутония
  3. Белковый обмен
  4. В обмен на прекращение атаки на доллар США дали России карт-бланш на постсоветском пространстве.
  5. В. Распространение практики обмена мнениями дискуссий
  6. Валютно-обменные операции
  7. Водно-електролитний обмен
  8. ГАЗООБМЕН В МАЛОМ КРУГЕ КРОВООБРАЩЕНИЯ
  9. Глава 2. Согласие, выраженное путем обмена документами, образующими договор
  10. Глава 36 Сексуальный обмен энергией

Исковое заявление и представленные ответчиком письменные объяснения составляют ядро процессуальной процедуры, именуемой обменом состязательными бумагами или плидированием (pleading). Определение процедуры дают некоторые американские нормативные акты. Так, согласно § 420 ГПК Калифорнии плидирование есть формальное изложение сторонами своих требований и защит, по которым суду надлежит вынести решение. Расшифровка носит слишком общий характер и сама нуждается в конкретизации. Дефиниции, предлагаемые теоретиками США, внешне не совпадают, но близки по существу: с помощью состязательных бумаг участники конфликта информируют друг друга и суд о подлежащих разрешению вопросах, намечают рамки и перспективы конкретного спора; эти действия выступают как один из важнейших элементов подготовительной части процесса, обеспечивая эффективное, экономное и целенаправленное отправление правосудия. Обобщение законодательства, судебной практики, теоретических концепций*(244) позволяет наметить основные цели плидирования.

Из состязательных бумаг суд получает информацию о характере юридического конфликта, причем особое значение имеет уточнение содержания и круга спорных фактических обстоятельств. Тем самым устанавливается предмет доказывания, а от него зависит распределение между заинтересованными лицами бремени представления доказательств, выяснение их относимости, допустимости и т.д. Нормативные акты предписывают органам юстиции толковать представляемые сторонами материалы в либеральном духе, снисходительно, учитывать существо вопросов, игнорируя формальные дефекты и безвредные ошибки (ст. 8 ФПГП, § 3026 ЗПГП Н.-Й.). Но, как будет показано далее, подлинно демократической реализации столь общих предписаний слишком многое мешает.

Существует правило, в принципе запрещающее сторонам при рассмотрении дела судом оперировать важными фактами, не упомянутыми в исковом заявлении или объяснениях на иск. Американские правоведы специально исследуют проблему возможного расхождения между данными, зафиксированными состязательными бумагами, и новыми обстоятельствами, которые обнаружились при анализе доказательств на заседании (variance between the pleading and the proof). Исходный тезис гласит: свободное допущение таких расхождений открыло бы недобросовестным тяжущимся и их адвокатам широкий простор для злоупотреблений и тактических уловок. Эта опасность в буржуазном судопроизводстве действительно существует. Однако зарубежные теоретики не акцентируют внимания на другом аспекте проблемы, а именно - на осложнении положения несведущего в процессуальной казуистике человека, первоначально неполно или неточно изложившего свою позицию.



Правда, современное правосудие отошло от крайнего ригоризма старой англосаксонской юстиции. Статья 15 ФПГП устанавливает, что если спорные вопросы, не отраженные в состязательных бумагах, рассмотрены по очевидному или подразумеваемому согласию сторон, их нужно трактовать так, будто они были в бумагах, которые затем даже после вынесения решения можно привести в соответствие с исследовавшимися доказательствами и полученными результатами. Федеральные суды применяют эти нормы по отношению к новым фактам, юридическим оценкам, способам защиты*(245).

Возражения против использования доказательств, свидетельствующих об обстоятельствах, которые не фигурировали в ходе плидирования, можно преодолеть с помощью ходатайства об изменении первоначальных объяснений. Но такое ходатайство должно быть отклонено, если заинтересованное лицо убедит суд в том, что изменение значительно затруднит для него ведение процесса. Сходные, хотя более сжато изложенные положения есть в законодательстве штатов. К примеру, согласно § 469 ГПК Калифорнии противоречия между состязательными бумагами и содержанием представленных доказательств не должны считаться существенными, если они не ведут к дезориентации противной стороны, серьезно ухудшая ее правовую позицию; поскольку же такое ухудшение имеет место, предписание изменить состязательные бумаги суд может сопроводить определенными условиями (уплата издержек и пр.).



Отчетливо видно, насколько широки рамки судейского усмотрения при применении этих норм. Авторы пособий и курсов по гражданскому процессу США указывают на тенденцию к либерализации и вместе с тем продолжают цитировать поразительно несправедливое решение Верховного суда штата Северная Каролина по делу Messick v. Turnage о возмещении вреда. Травмированной в результате обвала штукатурки посетительнице театра отказали в иске только потому, что обвал был вызван не водой, просочившейся через дырявую крышу (как утверждала потерпевшая), а водой из туалетной комнаты, затопленной вследствие засорения мусором труб*(246).

Другая цель плидирования - определение действительно спорных моментов, их отграничение от вопросов, по которым у участников процесса нет прямо выраженных разногласий.

Здесь налицо концентрированное воздействие главных принципов буржуазного правосудия. Суд рассматривает гражданское дело не в полном объеме, он сосредоточивает внимание лишь на тех его частях, где есть конфликты. По общему правилу все находящееся за этими рамками не служит объектом исследования и суды не обязаны выяснять, почему тот или иной из противников что-нибудь признал или оставил без возражений. Более того, органы юстиции заинтересованы в максимальном сужении круга спорных проблем и их упрощении по весьма прагматическому мотиву - сократить объем своей работы. Американские юристы склонны оправдывать разумность такого подхода хронической перегрузкой судебных инстанций гражданскими и уголовными делами. Но, по существу, указанная тенденция обеспечивает господство формальной истины при отправлении правосудия со всеми вытекающими отсюда последствиями.



Юристы США далее усиленно подчеркивают, что необходимость письменного изложения своих позиций заставляет стороны выдвигать лишь утверждения, которые они рассчитывают защитить; это, в свою очередь, позволяет тяжущимся заблаговременно готовить контраргументы и не бояться сюрпризов на заседании. В кратком изложении тезисы выглядят довольно рационально. Однако жизнь вносит немалые коррективы. Безудержное стремление к успеху вполне объясняет усилия каждой стороны максимально замаскировать собственную и раскрыть чужую позицию с тем, чтобы в решающий момент застать противника врасплох. Известный простор для таких уловок создает отсутствие нормативных критериев степени детализации обстоятельств дела в состязательных бумагах. Уточнение деталей затем возможно с помощью некоторых процессуальных форм, но их использование требует надлежащего юридического мастерства. Уравновесить силы противоборствующих субъектов на начальном отрезке производства мог бы активно действующий в направлении отыскания истины судья. Однако вопрос о целесообразности столь значительной ревизии начал буржуазной юстиции американскими правоведами не ставится.

Состязательные бумаги выполняют также функцию своеобразного протокола, где сконцентрирована информация, нужная судам всех инстанций при разрешении конкретного дела. Эти документы важны не только для данного спора, они учитываются, когда возникает вопрос о том, не является ли вновь предъявленный иск целиком или частично тождественным тому, который уже был объектом судебного разбирательства.

Наконец, от характера и формы взаимных объяснений сторон зависит определение порядка движения дела и постановления решения. Здесь возможны различные варианты: неполное раскрытие заявителем основания иска или ответчиком возражений, согласование сторонами круга спорных фактов, отсутствие разногласий о фактических обстоятельствах с перемещением дискуссии в сферу права и др. Последствия тоже разнообразны: прекращение дела, его рассмотрение упрощенными методами, исключение из процесса присяжных и т.д.

Например, § 3031 ЗПГП Н.-Й. допускает возможность замены состязательных бумаг единым документом, подписанным всеми участниками дела или их адвокатами, где должны быть точно изложены взаимные требования и возражения, а также дан перечень спорных вопросов факта и права. Направление суду такого заявления означает добровольный отказ от процесса с участием жюри. Более того, § 3033 ЗПГП Н.-Й. разрешает заключать письменные договоры с обязательством контрагентов представлять согласованные документы указанного типа не только по уже существующим, но даже возможным в будущем конфликтам. Если при наличии подобного договора стороны не придут к единому мнению относительно числа и характера спорных вопросов, за них это сделает непосредственно суд. Комментаторы отмечают, что отступление от стандартного хода производства было введено для того, чтобы создать большие удобства бизнесменам и побудить их передавать свои торговые дела судам вместо арбитражей. Но новелла большого успеха не имела, § 3031 ЗПГП Н.-Й. не часто применяется на практике.

Еще значительнее упрощается процедура, когда исковое производство начинается подачей удостоверенной подписями заинтересованных лиц бумаги, фиксирующей полное согласие между сторонами в части фактических обстоятельств и сами эти обстоятельства (см. § 3222 ЗПГП Н.-Й.). Здесь уже нет нужды вести подготовку дела, привлекать присяжных, исследовать доказательства; стороны могут по взаимной договоренности направить материалы судье или даже прямо в апелляционную инстанцию без рассмотрения иска в нижестоящем суде. Причина в том, что при указанной ситуации задача судей ограничена лишь применением к сообщенным им фактам норм материального права для определения правомочий и обязанностей участников процесса. Если изложенных фактов недостаточно, судьи могут потребовать от сторон дополнительного заявления или прекратить производство.

В низших судах штатов распространено краткое плидирование. Обычно оно сводится к сокращенному изложению содержания иска на судебной повестке. Письменные объяснения ответчика не всегда необходимы.

Каково же общее количество состязательных бумаг? До середины XIX в., когда на территории США действовало старое английское процессуальное право, обмен бумагами должен был идти до полного признания или отрицания каждой стороной всех выдвигаемых ее оппонентом утверждений. Поэтому за исковым заявлением и начальными объяснениями ответчика следовали дополнительные соображения истца (replication), затем опять ответчика (rejoinder), снова истца (surrejoinder), еще раз ответчика (rebutter) и т.д.

ГПК штата Нью-Йорк 1848 г. и аналогичные акты других штатов значительно изменили положение, ограничив длительность плидирования. Эта идея развита более поздними статутами, она закреплена также ФПГП 1938 г. К настоящему времени сложились различные порядки в судах федеральных и отдельных штатов.

Из ст. 7 ФПГП следует, что при нормальном развитии процесса обязательно должны быть представлены исковое заявление (complaint), объяснения на него ответчика (answer) и аргументы истца против встречного иска, если ему такое требование прямо противопоставлено (reply). Принцип, согласно которому каждый участник дела составляет лишь одну процессуальную бумагу, распространен также на взаимоотношения между сторонами и третьими лицами и между соответчиками при наличии перекрестного иска. Никакие другие бумаги не допускаются, исключая случаи, когда суд специально предписывает истцу реагировать на объяснения ответчика. Тождественные нормы закреплены § ЗОН ЗПГП Н.-Й. и законодательством ряда других штатов.

Истцу нет нужды составлять ответ при простом отрицании противником фактов основания иска. Необходимость в таком документе может возникнуть лишь в том случае, если сторона прибегнет к защите в форме утверждения каких-нибудь новых обстоятельств, исключающих или уменьшающих ее ответственность. Суды по своей инициативе обычно не дают предписаний продолжить плидирование, для этого нужно ходатайство заинтересованного лица, которое не часто удовлетворяется*(247).

Но в гражданских судах многих штатов ситуация иная. Их законодательство расширяет рамки плидирования, в той или иной мере обязывая истца письменно определить свою позицию по отношению к положительным утверждениям ответчика. Причем есть варианты. К примеру, § 263 и 280 разд. 12 Свода законов Оклахомы говорят о необходимости признать или отвергнуть такого рода утверждения; напротив, ст. 4:7-1 Правил судопроизводства Нью-Джерси требует составления второй бумаги только от истца, выдвигающего в противовес объяснениям контрагента какие-либо дополнительные факты.

Таким образом, состязательных бумаг, которые обязательно нужно представлять, может быть две или три по общему счету. Последствия непредставления вытекают из состязательного характера американского судопроизводства и весьма суровы. Так, согласно ст. 8 ФПГП в случаях, когда вопреки указанию правовой нормы или постановлению суда сторона не определила своего отношения к утверждаемым противником фактам, они (исключая размер ущерба) будут расценены как признанные. А отсюда прямая дорога к вынесению решения в суммарном порядке, т.е. проигрышу. Если же встречной бумаги не требуется, все утверждения оппонента считаются оспоренными и против них можно возражать на судебном заседании (см. также ст. 12 ФПГП, § 3018 ЗПГП Н.-Й., § 431.20 ГПК Калифорнии, § 306 разд. 12 Свода законов Оклахомы).

Старое общее право запрещало истцу в его последующих бумагах изменять или дополнять первоначально сформулированные элементы требования. Этот принцип (rule against departure) осуществляется до настоящего времени, хотя его действие до известной степени смягчено допущением более широких возможностей и пределов корректировки исходного искового заявления.

Сокращение длительности плидирования упростило процедуру подготовки гражданских дел к разбирательству. Но одновременно состязательные бумаги перестали быть абсолютно надежным фильтром, не допускающим постановки в судебном заседании вопросов факта или права, о которых участникам конфликта заранее не сообщалось. Допустим, ответчик парирует требование о возмещении внедоговорного вреда ссылкой на внесудебное урегулирование спора мировым соглашением. Если истец по закону или предписанию суда не обязан комментировать этот защитительный аргумент, может случиться, что лишь на заседании он выдвинет тезис о заключении соглашения под влиянием обмана и представит надлежащие доказательства. Ответчика, особенно действующего без адвоката, такой внезапный ход способен застать врасплох, доставить ему немалые затруднения или даже обречь на поражение.

При рассмотрении вопросов, касающихся предъявления исков и защиты ответчиков, были изложены многие положения, которые надлежит учитывать при составлении главных состязательных бумаг: исковых заявлений и объяснений на выдвинутые требования. Каждая из таких бумаг имеет свою специфику, но у них есть значительные сходные черты, регулируемые общими нормами.

Если стороны не заявляют ходатайств о прекращении производства, вынесении решения в упрощенном порядке или иных аномалиях нормального движения гражданского процесса, то главной задачей плидирования считается уточнение круга спорных обстоятельств, подлежащих доказыванию. Но какой должна быть степень подробности их изложения? Американские исследователи констатируют, что по этому немаловажному вопросу сложились два направления в законодательстве и на практике.

На базе ст. 8 ФПГП, § 3013 ЗПГП Н.-Й. и тождественных им по духу норм статутов ряда штатов возникло понятие так называемых "уведомительных состязательных бумаг" (notice pleadings). Анализ совокупности данных норм показывает, что они предписывают сторонам "коротко и ясно" информировать друг друга о своих юридических позициях, но не возлагают на них обязанности сообщать подробности оснований требований и возражений. Такое толкование было дано Верховным судом США по делу Конли против Гибсона в 1957 г.*(248) Критики этого направления, среди которых можно назвать члена Верховного суда США Т. Кларка*(249), отмечают неопределенность нормативных предписаний, позволяющих подменить изложение фактов вытекающими из них умозаключениями, особенно когда речь идет о категориях небрежности, злонамеренного поведения и т.п.

Иная концепция преобладает в штатах, сохранивших идеи процессуального законодательства середины прошлого века. Так, § 452.10 ГПК Калифорнии, § 10-632 Свода законов Южной Каролины, ст. 4:5-2 Правил судопроизводства Нью-Джерси говорят о необходимости раскрытия всех фактов, образующих основание иска или возражений. Отсюда заключают, что состязательные бумаги должны подробно освещать фактическую ситуацию (recital pleading's). Апелляционный суд штата Иллинойс по одному делу заметил, что не опровергнутые стороной утверждения противника считаются признанными, только если речь идет о фактах, точно изложенных в состязательных бумагах*(250). Такой подход, по мнению его сторонников, заставляет адвокатов глубоко оценивать перспективы дела, тщательно его готовить, избегать немотивированных деклараций, исключает неопределенность и сюрпризы на заседании, сокращает расходы и длительность производства, позволяет легче решать вопросы относимости доказательств, преюдиции, тождества исков и т.д.*(251) Этим доводам приверженцы первой точки зрения противопоставляют обвинения в формализме, ссылки на отсутствие четких границ между понятиями "факт" и "право" и др.

Однако даже с отвлеченных теоретических позиций затруднительно обнаружить строгие юридические критерии, устанавливающие демаркационную линию между изложенными направлениями. Практика органов юстиции далеко не определенна и не единообразна уже внутри каждого штата. Поэтому опытные и дальновидные адвокаты, ведущие конкретные дела, ориентируются на прецеденты, сложившиеся в отдельных судах обычаи, используют типовые образцы состязательных бумаг из приложений к нормативным актам или из частных сборников.

Любопытно констатировать существование решений федеральных судов, в которых конструкция "уведомительного плидирования" объявляется неприменимой к большим и сложным конфликтам, где нужны более строгие стандарты. По одному из дел судья заявил: "Если исковое заявление не содержит ничего, кроме общих утверждений о нарушении ответчиками антитрестовского законодательства и просьбы о защите, такая состязательная бумага ... становится трамплином, откуда стороны ныряют в почти бездонное море письменных опросов, объяснений, досудебных совещаний по побочным вопросам, большинство из которых может иметь лишь незначительную взаимосвязь с главными элементами спора"*(252). Конечно, заинтересованными лицами по "большим и сложным" гражданским делам обычно выступают крупные бизнесмены и фирмы.

Проблему степени детализации состязательных бумаг усложняет наличие норм, указывающих, какие обстоятельства вообще или применительно к некоторым разновидностям споров тяжущимся надлежит излагать подробно. К числу их ст. 9 ФПГП относит оспаривание правоспособности, дееспособности или представительских полномочий участника процесса, ссылки на обман или ошибку (но не на злой умысел, намерение, осведомленность), несоблюдение каких-либо предварительных условий контрагентом, причинение специфических убытков, наличие признаков, позволяющих квалифицировать дело как морское. Эти положения частично воспроизведены § 3015 и 3016 ЗПГП Н.-Й., но здесь дополнительно сказано о необходимости конкретизации утверждений о клевете, оскорблении, введении в заблуждение, умышленном бездействии, нарушении доверия, злоупотреблении влиянием, неправильном поведении супруга, количестве и стоимости проданных вещей, затраченных материалов, оказанных услуг и др. По одному делу о возмещении вреда здоровью суды отклонили требование истца компенсировать ему расходы на оплату помощника по работе, поскольку такие расходы специфического характера не были объектом дискуссии в ходе плидирования*(253).

Вообще любые факты, установление которых выгодно истцу или ответчику, нужно указывать в первой состязательной бумаге; на других этапах процесса расширять границы исследования, как правило, запрещено. Стороны, забывавшие сразу сослаться на незаконность договора, на пропуск давности для предъявления иска и пр., затем теряли такую возможность. Подобное упущение, независимо от того, было ли оно намеренным или лишь по неведению, суды считают добровольным отказом от права на возражение.

Нормативные акты федерации и штатов содержат примерные перечни возражений, которые участник конфликта, намеренный к ним прибегнуть, должен указать в объяснениях на иск. Наиболее обширный перечень (19 разновидностей) зафиксирован ст. 8 ФПГП. Здесь названы: мировое соглашение, договоренность о передаче спора на рассмотрение арбитража и вынесенное арбитрами решение, неосторожность потерпевшего, освобождение от ответственности в связи с банкротством, принуждение истцом ответчика к совершению каких-либо поступков, отсутствие встречного удовлетворения, обман, уплата задолженности, отказ истца от своих прав, наличие решения по тождественному спору, истечение давности и др.

Для сравнения следует заметить, что § 3018 ЗПГП Н.-Й. говорит только о 13 видах возражений, но формулирует общее правило - сторона должна изложить все обстоятельства, которые, если их не будет в объяснениях, могут оказаться затем неожиданными для противников или привести к необходимости исследования новых фактов. Это правило практика распространяет на ряд случаев, не отраженных законодательством. В соответствующих процессах обязательны ссылки: корпорации - на выход ее директора при заключении договора за пределы компетенции, агента - на исполнение им инструкций принципала, грузоотправителя - на обычаи погрузки судна, ответчика по делу о клевете - на правдивость распространенной им информации и т.п.

Многие из упомянутых ст. 8 ФПГП и § 3018 ЗПГП Н.-Й. мотивов могут стать основой ходатайства о прекращении производства, а некоторые - еще и просьбы о суммарном порядке рассмотрения дела. Отсюда возникает известная неопределенность. Теоретики цитируют решения судов, из которых следует, что если пропуск исковой давности ясно виден из текста искового заявления, ответчику нужно стараться прекратить дело, если нет - он должен возражать по существу или настаивать на упрощенном разбирательстве спора*(254). Но ясность или неясность - категории, лишенные четких контуров.

Состязательные бумаги должны содержать общие данные (наименование суда, дела, сторон) и быть разбиты на последовательно нумеруемые пункты. Нормативные акты федерации и штатов ориентируют стороны на то, чтобы каждому утверждению относительно юридических фактов основания иска и возражений, взаимных требований, расчетов ущерба и т.п. отводились обособленные параграфы (ст. 11 ФПГП, § 3014 ЗПГП Н.-Й., § 113 Общих правил судопроизводства Мичигана и др.). Цель этих предписаний - упростить технику плидирования (затем допустимо ссылаться на номера пунктов без их расшифровки), но их реализация также помогает опытному юристу быстрее нащупать уязвимые места позиции противника.

Как уже было отмечено, в исковое заявление и объяснения на иск можно включать альтернативные и даже несовместимые друг с другом мотивы. Свобода маневрирования противоречивыми аргументами выглядит довольно странно на фоне тех норм американского законодательства, которые вроде бы обязывают тяжущихся и их адвокатов быть правдивыми. Из ст. 8 ФПГП следует, что стороне надлежит признать или отвергнуть утверждения противника, если она уверена в правильности своих действий, или сослаться на отсутствие у нее надлежащей информации относительно существования выдвинутых фактов (это равносильно отрицанию).

Далее. Нормативные акты (ст. 11 ФПГП, § 3020 ЗПГП Н.-Й., § 263.24 Свода законов Висконсина) в большей или меньшей степени обязывают стороны удостоверять присягой истинность состязательных бумаг (verification). Согласно ст. 11 ФПГП объяснения стороны, ведущей дело с помощью адвоката, последний должен завизировать, т.е. подтвердить, что читал документ, находит его обоснованным и не имеющим целью затянуть процесс. За умышленное нарушение этого правила адвокату угрожает дисциплинарное взыскание. Конференция судей США внесла в Верховный суд США предложения об изменении ст. 11 ФПГП в том плане, чтобы заставить представителя строить свои выводы не только на объяснениях клиента, но также на самостоятельном анализе фактических и юридических аспектов дела, и дополнении дисциплинарной ответственности ответственностью других видов, например компенсацией судебных издержек, порожденных умыслом или небрежностью адвоката в указанной ситуации. Эффективность рекомендаций заранее ставится под сомнение, в частности, по причине затруднительности уяснить виновность адвоката, поскольку его взаимоотношения с клиентом и содержание действий по подготовке процесса отнесены к числу привилегированных сведений и не подлежат принудительному раскрытию*(255). Здесь возникает естественный вопрос о том, как могут избежать уголовной ответственности за лжесвидетельство клиент и наказания его юридический советчик при выборе ими способа защиты типа: "а) вещь вообще не брал, б) брал, но уже вернул".

Ответы дает практика. По словам комментаторов, ныне гротесковые фигуры удостоверения под присягой и санкционирования материалов плидирования лишь нелепо улыбаются со страниц американских нормативных актов, по существу же у них давно выпали зубы. За редчайшими исключениями компетентные органы не начинают преследований за ложь в состязательных бумагах. Значит, нет правовых санкций, обеспечивающих честность участников конфликта; остается надежда только на психологические мотивы и успех обыгрывания адвокатом другой стороны несовместимых заявлений оппонента. Но все это вместе взятое не компенсирует хлопот и задержек при даче присяги.

По общему правилу первоначально составленные состязательные бумаги должны быть стабильными вплоть до завершения производства. Однако американское законодательство допускает изменение этих бумаг при определенных условиях. Практика органов федеральной юстиции исходит из ст. 15 ФПГП, которая гласит: каждая сторона вправе свободно изменить свою позицию один раз до получения ответа противника или, если ответа не нужно и дело еще не фигурирует в списках для слушания на заседании, в течение двадцати дней после вручения оппоненту соответствующей бумаги; в дальнейшем коррективы могут иметь место только по письменному соглашению сторон или с разрешения суда. С разными вариациями относительно сроков и иных конкретных деталей однотипные нормы содержат законодательные акты отдельных штатов (см., напр., § 3025 ЗПГП Н.-Й., § 472 и 473 ГПК Калифорнии).

Изложенные нормы требуют некоторой расшифровки и уточнения. Так, суды федеральные и многих штатов считают, что бесконтрольное право стороны на исправление своей процессуальной бумаги аннулируется лишь с момента вручения ей ответа по существу конфликта. Иначе говоря, подобного эффекта не имеет ходатайство о ликвидации производства по мотивам несоблюдения порядка обращения за защитой, отсутствия у противника серьезных юридических аргументов и пр.

Далее. Если исходить из буквального содержания ст. 15 ФПГП и однородных норм штатов, то пришлось бы распространить их действие на любые части состязательных бумаг при необходимости их корректировки. А такая потребность может возникнуть по разным поводам: замена сторон, привлечение новых участников дела, отказ от некоторых требований, урегулирование отдельных вопросов мировым соглашением. Но здесь решающую роль начинают играть другие положения законодательства (о соучастии, распоряжениях субъективными полномочиями и т.д.) и изменение процессуальных бумаг выступает как следствие их применения. Поэтому анализируемые статьи практика толкует ограничительно, т.е. использует лишь тогда, когда затрагиваются элементы иска или существа объяснений ответчика. Более того, режим всех элементов неодинаков. Устранение ошибок, допущенных при юридической квалификации конфликта и определении формы защиты, осуществляется довольно свободно, причем даже судьями по своей инициативе. Однако предмет доказывания должен оставаться стабильным. Апелляционный суд штата Иллинойс по одному делу указал, что если состязательная бумага содержит достаточную информацию о характере требования, неточные юридические выводы сторон нужно считать формальными, несущественными дефектами*(256). Равным образом возможен переход от одной формы защиты к другой.

Статья 15 ФПГП начинает полностью действовать, когда возникает вопрос об изменении или дополнении оснований исковых требований и возражений. Считается, что это возможно, так как стороны иногда допускают извинительные ошибки или им нужно реагировать на контраргументы противника, учитывать новые ситуации, возникающие по мере развития процесса, и т.д. Но было бы неверным полагать, будто ошибки легко устранимы и преодолеваются безболезненно. Практика не терпит беззаботности, заблуждения, юридической неосведомленности при определении круга важных для дела обстоятельств.

Стороне, добившейся согласия суда на исправление составленных ею бумаг, нередко приходится оплачивать расходы по всем добавочным и повторным процедурам. Изменения имеют обратную силу, только когда они основаны на первоначально выдвинутых фактах (ст. 15 ФПГП, § 203 ЗПГП Н.-Й.). Если же новое требование или возражение связано с необходимостью доказывания дополнительных обстоятельств, оно считается заявленным лишь с момента внесения исправлений. Отсюда неблагоприятные последствия, например, при применении норм об исковой давности. По одному делу, рассмотренному в штате Нью-Йорк, суд указал, что добавленное к иску о компенсации за доставленные ребенку боль и страдания требование возместить ущерб, причиненный последующей смертью ребенка, не считается возникшим с начала процесса и на него распространяется правило о двухлетнем давностном сроке*(257). Истцу, решившему изменить свою позицию, надлежит также учитывать опасность контратаки противника, направленной на прекращение рассмотрения дела, причем даже с помощью аргументов (процессуальных отводов), выдвигать которые он был бы уже не вправе, если бы процесс развивался без осложнений.

Американские нормативные акты рекомендуют судам терпимо относиться к ходатайствам заинтересованных лиц об изменениях в состязательных бумагах. Но отсутствие законодательных предписаний, сколько-нибудь четко фиксирующих условия отклонения или удовлетворения таких ходатайств, открывает дорогу широкому судейскому усмотрению, которое трудно регулировать даже прецедентами. Поэтому практика органов юстиции США разнородна и нестабильна. Иногда суды запрещают вносить какие-либо коррективы, ссылаясь в общей форме на недопустимость ухудшения положения другой стороны, усложнения процесса, слишком большого отступления от первоначальной позиции и т.п.*(258) В других случаях положение иное. Апелляционный суд штата Иллинойс при рассмотрении спора из договора купли-продажи сформулировал следующий тезис: умолчание о наличии такого возражения, как ссылка на пропуск исковой давности, не означает отказа от данного возражения и суд вплоть до регистрации окончательного решения может позволить стороне изменить ее объяснения*(259).

Корректировка изложенных стороной соображений допустима также по инициативе других лиц. Так, в случаях, когда на врученную бумагу нужно давать письменные объяснения, участник спора вправе указать, что позиция его оппонента неопределенна или двусмысленна, а поэтому разумные контрдоводы выдвинуть невозможно. В ходатайстве должно быть отмечено, о каких неясностях идет речь и какие уточнения надлежит сделать противнику. При удовлетворении ходатайства это лицо в установленный законодательством или судом срок (обычно 10 дней) обязано представить новую исправленную состязательную бумагу. Невыполнение предписания расценивается как уклонение от участия в плидировании или влечет за собой иные неблагоприятные последствия по усмотрению суда.

Перечисленные нормы суды федерации и большинства штатов применяют, лишь когда на состязательную бумагу нужен письменный ответ по существу конфликта. Значит, конкретно имеются в виду туманно сформулированные исковые заявления (первоначальные и встречные), а также объяснения ответчика, если на них по закону или распоряжению суда должен реагировать истец (ст. 12 ФПГП, § 3024 ЗПГП Н.-Й., § 430.10 ГПК Калифорнии). Неясность остальных документов такого рода устраняется в ходе дальнейшей подготовки дела к разбирательству.

Впрочем, в ряде штатов сохранена старая процедура раскрытия подробностей, которая может быть использована по отношению к любым состязательным бумагам. Так, § 3041-3043 ЗПГП Н.-Й. допускают ходатайства, направленные на разъяснение различного рода фактических обстоятельств; например, по искам о причинении вреда ответчик требует уточнить время и место происшествия, поведение участников, характер повреждения здоровья и его последствия (нахождение в госпитале, период нетрудоспособности, состав специальных убытков: расходы на медицинскую помощь, услуги сиделок, лекарства и т.д.). Отказ сообщить детали способен привести к запрету доказывания нераскрытых моментов, исключению их из состязательных бумаг и т.п. (см. также § 263.43 Свода законов Висконсина).

Но истребование более детальной информации - не единственный ход, который вправе сделать участник процесса, считающий позицию другой стороны двусмысленной или неопределенной. Он может нанести и более серьезный удар, настаивая на прекращении производства или вынесении в его пользу решения в упрощенном порядке (см. ст. 12 и 56 ФПГП, § 3211 и 3212 ЗПГП Н.-Й.). Конечно, выбор наиболее эффективного варианта нападения или защиты зависит от нюансов конкретной ситуации, а при их оценке адвокатский опыт становится доминирующим фактором.

Другой способ воздействия на содержание состязательных бумаг - исключение из них доводов, аргументов, мотивировок, характеризуемых ст. 11 и 12 ФПГП как фальшивые, ложные, необоснованные, излишние, не относящиеся к делу, неуместные, имеющие скандальный характер, позорящие каких-либо лиц (shame, false, insufficient, redundunt, immaterial, impertinent, scandalous). В законодательстве штатов набор такого рода эпитетов более ограничен и варьируется (см., напр., § 3024 и 3211 ЗПГП Н.-Й., § 453 ГПК Калифорнии), однако различие словесных формулировок не порождает на практике формирования значительно расходящихся друг с другом направлений.

Исключение указанных материалов из сферы исследования происходит согласно ст. 12 ФПГП на основе ходатайства заинтересованной стороны, заявленного до письменного ответа по существу на атакуемую состязательную бумагу, или, если ответа быть не должно, не позднее 20 дней после ее получения. Аналогичного рода действия суд управомочен совершать и по своей инициативе. Характерно, однако, что стимулирует такую инициативу не желание оказать поддержку тяжущимся, объяснить им, какие моменты лишены юридической силы, и чем их заменить, а стремление американских судей уменьшить объем выполняемой ими работы, ускорить завершение производства. Эти мотивы довольно отчетливо звучат в решениях различных судебных инстанций*(260).

Позорящие, фривольные или скандальные заявления могут быть изъяты из процессуальных материалов не вследствие их одиозного характера, а потому, что они не составляют основания иска или защиты. По аналогичной причине устраняются излишние, неуместные и тому подобные утверждения. Значит, при рассмотрении соответствующего ходатайства суд, выясняя относимость к делу тех или иных обстоятельств, неизбежно должен хотя бы частично юридически квалифицировать материально-правовые отношения между конфликтующими субъектами. Здесь налицо отступление от идеи, согласно которой при плидировании вопросы права формально не затрагиваются. Таким образом, ответ суда на ходатайство позволяет искусному юристу уточнить направление дальнейшей подготовки дела к разбирательству. Кроме того, исключение некоторых частей состязательных бумаг иногда создает благоприятные условия для обращения к суду с просьбой о прекращении производства или разрешении конфликта по сокращенной процедуре.

Американское процессуальное право проводит разграничение между изменением содержания плидирования и его дополнением. Из ст. 15 ФПГП следует, что по ходатайству стороны суд может на определенных условиях (уплата расходов и др.) дозволить ей представить дополнительную бумагу (supplemental pleading) с изложением сделок, действий, событий, происшедших уже после начала процесса и способных повлиять на его исход (см. также § 464 ГПК Калифорнии). Это правило применяется и в случаях, когда первоначально изложенные участниками дела аргументы были дефектными, т.е. не составляли надлежащего основания иска или защиты.

Юристы США, оперируя различными прецедентами, акцентируют внимание на широте дискреционной власти судей при разрешении ими заявлений о дополнении мотивировок*(261). Эта власть еще более возрастает в штатах, законодательство которых помимо новых фактов не запрещает ссылаться также на факты, существовавшие на момент составления первоначальных состязательных бумаг, но по какой-либо причине там не упомянутых*(262).

Однако, насколько можно заключить из судебных актов и комментариев теоретиков, на практике доминирует идея: участники конфликта обязаны сразу и навсегда формулировать элементы требований и возражений. Это целиком соответствует принципу буржуазной состязательности. Число исключений из генерального правила максимально ограничено с помощью различных условий и оговорок. Так, в рассматриваемом случае обычно считается недопустимым изменение основания иска дополнительной состязательной бумагой, хотя есть и обратные примеры.

Суд, разрешая представить дополнительные аргументы, управомочен предписать другой стороне дать на них объяснения, если считает это необходимым, и устанавливает соответствующий срок (ст. 15 ФПГП). Законодательство ряда штатов считает такие объяснения обязательными, поскольку иное не предусмотрено нормами права или не предписано судьями, и фиксирует время их направления противнику (напр., 20 дней согласно § 3025 ЗПГП Н.-Й.).

Для вручения состязательных бумаг американские нормативные акты устанавливают определенные сроки. Так, согласно ст. 12 ФПГП участник процесса, к которому предъявлен иск (основной, встречный или перекрестный), должен дать письменные объяснения в течение 20 дней, если законодательством или судом не предписано иного. В случаях, когда ответчик - Соединенные Штаты, их агентство или должностное лицо, срок увеличивается до 60 дней и исчисляется с момента получения федеральным атторнеем заявления, где сформулировано притязание. Тот же срок предоставлен компетентным органам иностранного государства для объяснений на требование, предъявляемое через американские суды (§ 1608 разд. 28 Свода законов США). Однотипные нормы с теми или иными вариациями относительно продолжительности сроков есть в праве штатов (см., напр., § 3012 ЗПГП Н.-Й., § 15.040 Свода законов Орегона).

Сроки, регулирующие обмен состязательными бумагами, сравнительно невелики. Ответчику, намеренному вести серьезную защиту, не всегда легко, например, за 20 дней исследовать обстоятельства дела, разыскать нужные материалы, пригласить адвокатов. Но часто эти ограничения без труда преодолеваются. Дело в том, что нормы о сроках не действуют автоматически и неумолимо. Суды применяют их лишь по ходатайствам заинтересованных лиц*(263). Если же ходатайство не заявлено, а так обычно и бывает по прямому или молчаливому соглашению о взаимной амнистии адвокатов сторон, вручение бумаг может осуществляться с большими опозданиями и проволочками*(264). Кроме того, судьи по своей инициативе или просьбам участников производства вправе продлевать еще не истекшие и восстанавливать уже пропущенные сроки с учетом мотивов просителя и руководствуясь собственным усмотрением (ст. 6 ФПГП). Здесь скрыта одна из причин, порождающих изнурительную волокиту в американском гражданском процессе.


Дата добавления: 2015-09-13; просмотров: 28; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.013 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты