Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Функции юридической практики 2 страница




Читайте также:
  1. F(x1, x2,...xm) const 1 страница
  2. F(x1, x2,...xm) const 10 страница
  3. F(x1, x2,...xm) const 11 страница
  4. F(x1, x2,...xm) const 12 страница
  5. F(x1, x2,...xm) const 2 страница
  6. F(x1, x2,...xm) const 3 страница
  7. F(x1, x2,...xm) const 4 страница
  8. F(x1, x2,...xm) const 5 страница
  9. F(x1, x2,...xm) const 6 страница
  10. F(x1, x2,...xm) const 7 страница

Правовое воздействие и правовое регулирование – смежные и близкие по значению понятия. В литературе, часто происходит смешение терминологии, и «правовое воздействие» приравнивается к «правовому регулированию». Бесспорно, в определенных ситуациях допустима подмена одного понятия другим – например: исходя из того, что право само по себя является регулятором общественных отношений, в своем действии, функционировании оно оказывает регулирующее воздействие на эти отношения – т.е. упорядочение. Таким образом, правовое воздействие в целом можно определить как одну из функций права - регулирующую.

Однако предмет правового регулирования несколько уже предмета правового воздействия (в последний входят и такие экономические, политические, социальные отношения, которые правом не регулируются, но на которые оно, так или иначе, распространяет свое влияние). Если правовое регулирование как специально-юридическое воздействие в любом случае связано с установлением конкретных прав и обязанностей субъектов, с прямыми предписаниями о должном и возможном, то правовое воздействие – не всегда. Если первое означает осуществление правовых норм через правоотношения, то второе – не обязательно. Отсюда правовое регулирование всегда означает также и правовое воздействие, но правовое воздействие – не всегда означает сознательное нормирование общественных отношений. В этом смысле регулирование – лишь одна из форм воздействия права на социальные связи, охватывающая далеко не все иные его формы.

Правовое воздействие характеризует право в действии, все направления и формы влияния права на общественную жизнь, в том числе и функционирование права в качестве духовного фактора. По сути, правовое (юридическое) воздействие, с учетом особенностей права как формы общественного сознания, имеет такое же влияние на общественную жизнь, как и иные средства и формы влияния – духовные, идеологические (средства агитации, пропаганды, массовой политической информации, нравственного воспитания, просвещения и пр.), но духовная составляющая правового воздействия не является приоритетной.

Правовое воздействие – это процесс влияния права на общественные отношения, влекущий определенные последствия (изменения), преимущественно положительного характера, заключающий в себе все возможные инструменты – юридические нормы, правосознание, правореализация, правоприменение, правовая культура, законность, охрана правопорядка и др.). Правовое воздействие – это любое влияние права на поведение людей, на социальные отношения, производимое всеми доступными средствами. Структура правового воздействия состоит из: правового сознания, правовой культуры, механизма правового регулирования, правовых принципов, правотворческого процесса – общественные отношения. Правовое воздействие - результативное, нормативно-организационное влияние на общественные отношения как специальной системы собственно правовых средств (норм права, правоотношений, актов реализации и применения), так и иных правовых явлений (правосознания, правовой культуры, правовых принципов, правотворческого процесса).



Юридические нормы являются базой правового регулирования, тем, с чего начинается правовое воздействие. Процесс правообразования оказывает идеологическое воздействие на жизнь общества. Не только информация о подготавливаемых законопроектах, но даже сам факт назревшей потребности правового регулирования, изменения в правосознании ориентируют граждан на определенный образ поведения.



В общем идеологическом воздействии можно выделить следующие каналы:

· информационный (право как разновидность нормативной информации);

· ценностно-ориентировочный (воздействие права как социальной ценности на общественные отношения).

Правовое регулирование – это осуществляемое при помощи системы правовых средств (юридических норм, правоотношений, индивидуальных предписаний и др.) результативное, нормативно-организационное воздействие на общественные отношения с целью их упорядочения, охраны, развития в соответствии с общественными потребностями.

Механизм правового регулирования как система в общем случае имеет следующие элементы:

· норма права. Она представляет исходную базу для правового регулирования. В ней заложена модель нужного поведения, которой должен следовать субъект права;

· юридический факт (фактический состав), который является «спусковым крючком» механизма правового регулирования. С его появлением «оживают» нормы права и механизм правового регулирования приводится в движение;

· возникшее с появлением юридического факта (фактического состава) правоотношение;

· реализация права;

· правоприменительный акт;

· охранительный правоприменительный акт (факультативный элемент).

В механизме правового регулирования все эти элементы соединяются, и механизм приводится в движение. Соответственно указанным элементам выделяются следующие стадии механизма правового регулирования:

1. регламентация общественных отношений, входе которой издается соответствующая норма права;

2. появление реальных обстоятельств, необходимых для действия нормы права, которые связываются с наличием юридических фактов. В юридической практике толчком к движению становится юридический факт, т. е событие или действие (бездействие), порождающие, изменяющие или прекращающие правовые отношения;



3. выявление объекта и субъектов возникшего правоотношения, соответствующих прав и обязанностей. На этой стадии правового регулирования определяется, кто и как будет выполнять требования нормы права, т. е общая модель поведения, заложенная в норме права, конкретизируется применительно к субъектам;

4. непосредственная реализация прав и обязанностей субъектов правоотношений. Это фактическое поведение субъектов, обеспечивающее тот результат, на который была направлена воля законодателя;

5. издание правоприменительного акта — властного веления компетентных органов, гарантирующего осуществление прав и обязанностей субъектов правоотношений. В этом случае правоприменительный акт рассматривается как последнее звено в механизме правового регулирования, в результате чего субъект права достигает определенной цели.

 

Вопрос 59. Проблема определения роли обычая в праве

 

Правовой обычай (обычное право) — это фактически сложившиеся в течение длительного времени правила регулирования поведения людей (общественных отношений), которые официально признаны (санкционированы государством) в качестве общеобязательных норм права.

Правовой обычай, т. е. правило, которое вошло в привычку народа и соблюдение которого обеспечивается государственным принуждением. Обычай исторически предшествовал закону. Он регулировал такие социально значимые отношения, где вмешательство законодателя или нежелательно, или преждевременно.

Государственное санкционирование обычая и превращение его в правовой обычай, т.е. в источник позитивного права, может осуществляться различными способами. Возможно, например, фактическое (устное, молчаливое) санкционирование тех или иных обычаев, когда различные государственные органы (суд, администрация, представительный орган) в течение длительного времени в своей практической деятельности рассматривают и применяют соответствующие обычаи как нормы действующего права. Государственное санкционирование обычаев зачастую осуществляется в официальной письменно-документальной форме — путем признания в нормативно-правовых актах позитивно-правового значения соответствующих обычаев.

Но возможно и иное соотношение между действующим правом и обычаем, когда в нормативно-правовых актах прямо формулируются конкретные правовые положения, которые непосредственно воспроизводят содержание тех или иных сложившихся обычаев. В этом случае мы имеем дело не с санкционированием обычая в качестве самостоятельного источника права (в виде обычного права), а с нормой нормативно-правового акта как источника права другого вида. Аналогичным образом обстоит дело и тогда, когда в системе прецедентного права обычай кладется в основу судебного решения и тем самым приобретает официальное значение судебного прецедента как источника прецедентного права.

Признаки правового обычая (по Шершеневичу)

- содержит нормы, которые основаны на убежденнности в ее необходимости

- разумность

- добрые нравы

- не имеет в основании заблуждения

Признаки правового обычая (по Салмонду):

- разумность

- непротиворечие статутному праву

- установление без использования силовых средств, т.к. исходят не от государства, оно только соглашается с нормой; обычно носит устный характер

- должен иметь характер старинного обычая («с незапамятных времен»)

Признаки правового обычая (по Р.Давиду):

- признание обычая в качестве правового обществом, в котором он сложился;

- наличие определённого возраста обычая, то есть срока существования;

- обычай не должен противоречить публичному порядку либо должен быть разумным

Признаки:

- самая древняя форма права

- правило является разумным, устойчивым (повторение действий, неоднократность),

- длительное и непрерывное применение в силу привычки

- должен не противоречить нормам законодательства

- локальный характер, небольшая сфера распространения

- создается не государством (исключение – международное право)

Отношение юридической науки к правовому обычаю неоднозначно. Одни отводят обычаю ведущую роль среди других источников права, считая, что законодательные и судебные органы в своей правотворческой и правоприменительной руководствуются взглядами и обычаями, сложившимися в данном обществе. В соответствие с этой концепцией, обычай играет примерно такую же роль, какую марксистская теория отводит материальным условиям производства, как основе, над которой возникает право. Преувеличение роли обычая характерно для социологической и особенно для исторической школы права, которые воспринимают право в качестве продукта народного сознания.

Юридический позитивизм, наоборот, считает обычаи устаревшим и источником права, не имеющим существенного практического значения в современной жизни. Действительно в настоящее время обычаи играют меньшую роль, чем другие источники права используется он гораздо реже и в тех случаях, когда в законе встречаются пробелы или в самом законе указываются условия, в которых может использоваться правовой обычай.

В этой системе права роль правового обычая велика. Он является более гибким источником права по сравнению с международным договором, так как для возникновения последствий по международному договору требуется согласование воль многих членов международного сообщества, что технически бывает сложно.

Также возможна ситуация, когда государства по политическим мотивам могут опасаться брать на себя юридическую ответственность, подписывая международный договор, но согласны выполнять его требования в порядке соблюдения правового обычая. Может возникать необходимость в подчинении нормам международного договора в порядке правового обычая, если договор ещё не вступил в юридическую силу.

С другой стороны, международное право стремится к кодификации, поэтому роль обычая постепенно снижается.

 

Вопрос 60. Проблема правового поля РФ

 

В современной периодике и публичных выступлениях российских политиков, руководителей органов государственной власти наряду с понятиями «система законодательства», «система нормативных правовых актов», «правовая система» получило распространение понятие «правовое поле». При этом монографических, философско-правовых, методологических исследований термина «правовое поле» в настоящее время нет.В настоящее время это понятие употребляемое, но не сформировавшееся и не унифицированное: можно говорить лишь об определенных тенденциях формирования нового юридического понятия.

Следует признать, что чаще всего правовое поле в опубликованных работах отождествляется с системой нормативных актов и практикой их применения. В данном значении «правовое поле» как термин используется для описания механизма правового регулирования, который охватывает так называемые специальные юридические средства: юридические нормы, правовые отношения, акты реализации прав и обязанностей субъектами права, правоприменительные акты. Право рассматривается как явление позитивное, как система норм действующего, т. е. формализованного в юридических источниках, права. Однако этим не исчерпывается смысл понятия «правовое поле». Следует учитывать, что, во-первых, оно ориентирует на

расширение круга проблем, связанных с законодательным регулированием общественных отношений, а во-вторых, подчеркивает принцип правового единства страны.

В российском правоведении всегда указывалось на то, что действие права не исчерпывается лишь формально-юридическим аспектом реализации (применения) правовых предписаний, сформулированных в законодательстве. Необходимость в новом термине «правовое поле» продиктована, вероятно, стремлением современных исследователей подчеркнуть важность законотворческих вопросов для процесса правореализации.

Традиционно, особенно в учебной литературе, первым этапом механизма правового регулирования называют формулирование юридической нормы. Однако вопросы законодательного проектирования, правовой экспертизы нормативных актов, мониторинга действующего законодательства, особенностей правового регулирования в федеративном государстве (многоуров­невого законодательства) не рассматривались, а если и рассматривались, то фрагментарно и в связи с другими проблемами. Получался, в некотором смысле, разрыв между правоустановлением и непосредственной реализацией (применением) юридических норм. Причем выведение проблем формирования правовых предписаний за рамки механизма правового регулирования было неоправданно не только с теоретико-методологической точки зрения, но и с точки зрения самой юридической практики, так как создавало иллюзию самостоятельности и независимости друг от друга субъектов законодательной и законоприменительной деятельности. Действие права сводилось к реализации в фактических общественных отношениях юридических норм. Процесс нормообразования оставался за рамками исследования действия правовых норм.

Термин же «правовое поле» в этом смысле более удачен. Он подчеркивает принцип единства, непрерывности и непротиворечивости действия правовых предписаний, начиная с процесса нормообразования, законопроектирования. В современной юридической литературе речь идет именно о едином правовом поле, которое предполагает единую систему нормативных актов, действующих на территории РФ, и унифицированную (единообразную) юридическую практику, прежде всего единую систему правоприменения.

Определенная работа в этом направлении ведется в России на уровне федеральной власти. В частности, Министерство юстиции РФ формирует регистр нормативных правовых актов субъектов РФ, объединяющий региональные базы данных всех структурных единиц органов юстиции. Это позволяет контролировать соответствие нормативных актов субъектов РФ Конституции РФ и федеральным законам.

Отсутствие единства в толковании и применении закона от случая к случаю и от региона к региону связано с целым рядом проблем. Однако одна из важнейших причин такого положения дел кроется в законотворческом процессе. Принимаются законодательные акты, противоречащие Конституции РФ или другим нормативным актам того же уровня (другим законам), либо внутренне коллизионные акты. Нет должной системы законотворчества как такового — начиная от законодательного закрепления процессуальных норм, регламентирующих законотворческий процесс, и заканчивая общеобязательными правилами техники написания закона, определяющими его качество.

Таким образом, появление нового термина «правовое поле» продиктовано необходимостью правового единения российского государства. Задача обеспечения правового единства России была прямо обозначена в известном Указе Президента РФ от 10 августа 2000 г. № 1486 «О дополнительных мерах по обеспечению единства правового пространства в Российской Федерации» (с изм. на 10 июня 2003 г.). Надо признать, что данный Указ повлиял в известном смысле на правовую терминологию. С момента его опубликования понятие «правовое пространство» стало часто употребляться в выступлениях политиков, высших должностных лиц России и субъектов РФ, а также в юридической литературе. При этом анализ опубликованных выступлений и современных специально-юридических исследований позволяет говорить о смысловой тождественности понятий «правовое поле» и «правовое пространство».

Термин «пространство» сам по себе не нов в правоведении. Традиционно действие юридических норм рассматривается в трех аспектах: времени, пространства и круга лиц. Однако в таком смысле под пространством понимают юридическую территорию государства, т. е. пространство, на которое распространяется юрисдикция данного государства (например, территория посольства данной страны юридически приравнивается к ее территории). Правовое пространство — понятие более широкое. Это сфера государственно-правового регулирования, сфера правовых отношений. Таким образом, понятие «пространство» используется в современной литературе в двух значениях: 1) пространство как территория, например, «единое правовое пространство России», «европейское правовое пространство»; 2) пространство как сфера правового регулирования, т. е. правовое поле.

И все же правовое поле (пространство) было бы неправильно рассматривать лишь в аспекте единой системы нормативных актов и юридической практики. Представляется возможным философско-правовое осмысление этих терминов. Правовое поле (пространство, сфера) — часть социального пространства в целом, наряду с экономической, политической, этической сферами общества. Исследование правовой реальности как реальности объективной, существующей по своим законам, не отражает современных методологических тенденций. Формирование понятия «правовое поле» («пространство») связано с необходимостью нового подхода к теоретико-правовой проблеме соотношения права, общества, государства.

 

Вопрос 61. Проблема соотношения нормы права и статьи нормативно-правового акта

 

Соотношение нормы права и статьи нормативного правового акта – это часть общей проблемы соотношения системы права и системы законодательства. Норма права и статья нормативного акта не совпадают, так же как система права и система законодательства. Прежде всего, их различие состоит в том, что они являются элементами разных систем: норма права – это исходный элемент системы права, статья – это исходный элемент системы законодательства.

Статьи по отношению к нормам права выполняют те же функции, что и система законодательства по отношению к системе права: служат для их внешнего закрепления и выражения. При этом между нормой и статьей нет прямого, «зеркального» соответствия: одна статья может содержать несколько юридических норм, и наоборот, элементы одной и той же нормы могут находиться в нескольких статьях нормативного акта или даже в разных нормативных правовых актах. Хотя может иметь место и прямое совпадение – в одной статье содержится одна норма права.

Таким образом, решение проблемы состоит в том, чтобы с учетом этих различий и разных способов изложения норм права отыскать все элементы и связи юридической нормы и представить ее в целостном виде.

Законодатель использует следующие способы изложения норм права в нормативных правовых актах:

- Прямой,когда все элементы юридической нормы воспроизводятся в статье непосредственно и в очевидной взаимосвязи друг с другом;

- Отсылочный, когда в статье один из элементов юридической нормы указывается путем отсылки к другой, конкретной, как правило, родственной статье этого же нормативного правового акта;

- Бланкетный,когда статья указывает на элемент нормы права путем отсылки не к конкретной статье или законоположению (как при отсылочном способе изложения), а как бы к другому порядку правового регулирования – правилам совершения какого-либо вида деятельности (правилам международного договора и т.п.), В данном случае статья является своего рода «бланком», который заполняется другим законом, другим источником права.

 

Вопрос 62. Специализация и унификация права

 

Специализация и унификация пронизывают все сферы социально-юридической практики: экономику и политику, управление и законодательство, по-разному воздействуя на их содержание, структуру, перспективы развития. Являясь парными категориями, они настолько тесно взаимосвязаны, что их раздельное существование немыслимо.

Специализация как особая форма социальных отношений представляет собой такое единство взаимообусловленных факторов, которое проявляется, с одной стороны, в сужении сферы человеческой деятельности, с другой – в концентрации, мобилизации ее усилий в строго определенном направлении, что в совокупности позволяет быстрее, качественнее и с наименьшими затратами решать многие поставленные задачи.

Цель правовой специализации — наиболее полно и точно охватить многочисленные особенности, новизну и динамику социальных преобразований, отразить качественное состояние проводимых реформ. Выделяют следующие виды специализации: предметная (отраслевая), функциональная, региональная и смешанная.

Суть предметной специализации состоит в том, что нормативные акты и правовые установления, регламентируя многообразные стороны общественной жизни, предопределяют дифференциацию законодательства на различные отрасли.

Известно, что образование любой новой отрасли не является самопроизвольным процессом. Именно изменения в социально-экономической сфере обусловливают такую необходимость. Происходит постепенное накопление однотипного нормативного материала в зависимости от выполняемых функций. В последнее время в системе российского законодательства, наряду с традиционными, появился ряд новых отраслей: о здравоохранении, страховании, банковской системе, правовой кибернетике и др. В стадии становления находится налоговое, космическое законодательство и т.д.

Под воздействием функциональной специализации происходит относительное обособление правовых установлений внутри кодификационных актов, за счет чего модифицируется их организационное строение, шлифуется и совершенствуется структура. На пороге такой реконструкции стоит современное трудовое законодательство. Сегодня оно призвано регулировать трудовые отношения всех работающих граждан независимо от формы собственности и вида деятельности предприятия. Трудовые полномочия не только рабочих и служащих, но и членов производственных кооперативов, семейных и малых предприятий и т.п. должны быть зафиксированы кодексом в специальных разделах, дифференцированных по формам собственности.

Широкое распространение в последнее время получила региональная специализация законодательства, представляющая собой такой процесс урегулирования общественных отношений, который оптимально учитывает характерные черты федерального устройства Российского государства, географические, природные, местные климатические условия, традиции, особенности развития экономики отдельных регионов. Правовую основу региональной специализации составляет Конституция РФ и Федеративный договор. Исходя из предоставленных полномочий, каждый субъект Федерации осуществляет свое правотворчество, создающее юридическую базу их законодательства и отражающее не только своеобразие и самобытность конкретной территории, но и ее самостоятельность.

Проявление смешанной специализации законодательства многостепенно. Нередко она выступает в форме предметно-территориального направления и отражает не только своеобразие общественных отношений, но и особенности их проявления в местных условиях.

Позитивный характер процесса специализации законодательства можно обозначить следующими основными параметрами:

• позволяет охватить правовым воздействием широкий спектр разнообразных общественных отношений;

• ведет к устранению пробелов в праве;

• способствует логически правильному и более совершенному построению нормативно-правовых актов;

• придает гибкий, динамичный характер системе законодательства.

Однако специализация законодательства не самоцель, она должна разумно сочетаться с унификацией. Унификация имеет двуединую направленность: с одной стороны, выработка общих предписаний по тем или иным сходным проблемам социального развития, а с другой — грамотная обработка уже принятых унификационных положений, т.е. систематизация. Издание общих норм и правовых актов – лишь часть этого процесса, юридическая основа унификации.

Унификация способствует синхронному действию всех структурных элементов системы законодательства, укрепляет их взаимообусловленность. Монолитность же указанной системы выступает юридической основой унификации законодательства, потребность в которой находится в зависимости от интенсивности накопления нормативного материала. Специфика общественных отношений не должна ограничивать сферу действия процесса унификации законодательства, так как наличие у них общих свойств и граней, а также их системное единство, одновременно предполагают целостное урегулирование. Эффективность данного подхода усматривается в том, что унификация: во-первых, создает ряд выгод законодательного характера, например, уменьшает объем нормативного материала, исключает его дублирование, а во-вторых, облегчает применение правовых предписаний на практике и устраняет неоправданные случаи специализации.

Процесс унификации небеспределен и должен иметь свои границы, т.к. при определенных обстоятельствах может возникнуть объективная потребность в дифференцированном урегулировании общественных отношений, и тогда унификация станет не только не эффективной, но даже нежелательной. А это, в свою очередь, вызовет обратную тенденцию — специализацию законодательства. Поэтому при разработке унифицированных нормативных актов нельзя ставить чрезмерно общие задачи, непомерно расширять сферу их действия и тем самым превращать в сложный документ, малопригодный для практического применения. Следовательно, унификация российского законодательства представляет собой процесс в регулировании сходных либо родственных явлений и создание разноуровневых нормативных актов или предписаний, оказывающих существенное влияние на состояние и совершенствование всей системы законодательства.

 

Вопрос 63. Соотношение нормативизма и юридического позитивизма

 

Начало теоретическому обоснованию юридического позитивизма положил английский юрист Джон Остин. Предметом юриспруденции, по Остину, является позитивное право. Остин не отрицал естественное право и оценочный подход к законам, действующим в государстве, но вывел эти проблемы за рамки юридической науки. Согласно его взглядам, существует несколько видов законов:

а) божественные законы (данный термин представлялся ему более точным, чем естественное право);

б) законы позитивной морали, основанные на мнениях (например, законы чести);

в) позитивные законы, установленные политической властью.

Эти законы, соответственно, изучают такие науки, как этика или деонтология (к ее ведению относятся вопросы критики позитивных законов с точки зрения божественного права), наука морали и юриспруденция. Задачу юридической науки Остин видел в том, чтобы построить систему взаимосвязанных правовых понятий - источника права, юридической обязанности, правонарушения, санкции и т.д. - путем анализа их содержания и логического объема.

Остин стремился отделить правоведение от смежных областей знания, исключить из юридической науки проблемы этико-философского порядка. Юриспруденция, писал он, "имеет дело с позитивными законами, или законами в строгом смысле слова, без рассмотрения того, хороши они или плохи". Впоследствии эти идеи широко использовались сторонниками юридического позитивизма, выступавшими за разграничение теории права и науки политики права как самостоятельных юридических дисциплин.

По учению Остина, позитивное право состоит из императивных велений или приказов суверенной государственной власти. Право есть "совокупность норм, установленных политическими верхами". Его источник - воля суверена. Как подчеркивал Остин, суверен не связан принятыми законами, так как в любой момент может их изменить - в противном случае он не суверен. Ограничениями государственной власти в действительности служат божественное право и мораль. В концепции Остина были разработаны основы императивной теории права, согласно которой законы государства обращены исключительно к подвластным и не способны ограничить волю суверена. Международное право, по этой теории, содержит лишь нормы морали, поскольку в нем нет императивных предписаний.

Политическое и правовое учение нормативизма своими корнями восходит к формально-догматической юриспруденции XIX в. Оно сложилось на основе методологии, выработанной в юридическом позитивизме, и представляет собой реакцию на распространение в современном западном правоведении социологических, психологических и новейших этико-философских концепций.

Родоначальником и крупнейшим представителем нормативистской школы был австрийский юрист Ганс Кельзен (1881–1973 гг.). Под чистой теорией права Кельзен понимал доктрину, из которой устранены все элементы, чуждые юридической науке. Современные юристы, писал он, обращаются к проблемам социологии и психологии, этики и политической теории, пренебрегая изучением своего собственного предмета. Кельзен был убежден, что юридическая наука призвана заниматься не социальными предпосылками или нравственными основаниями правовых установлении, как доказывают приверженцы соответствующих концепций, а специфически юридическим (нормативным) содержанием права.


Дата добавления: 2015-04-18; просмотров: 13; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.026 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты