Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Мораль Нового Завета________________




Читайте также:
  1. III. Изучение нового материала.
  2. IV. Изучение нового материала.
  3. IV. Изучение нового материала.
  4. IV. Изучение нового материала.
  5. IV. Изучение нового материала.
  6. IV. Изучение нового материала.
  7. IV. Изучение нового материала.
  8. IV. Изучение нового материала.
  9. IV. Изучение нового материала.
  10. IV. Изучение нового материала.

Неизмеримое богатство христианских нравственных идей содержится в 27 книгах Нового завета. Наиболее значи­тельны из них два круга источников: во-первых, так назы­ваемые синоптические Евангелия от Матфея, Марка и Лу­ки; во-вторых, послания апостола Павла. Христианство возникло внутри иудаизма — из идеи о страдании и уни­жении как пути к спасению. Еврейские пророки, предве­щавшие, что нарастание горя и бедствий завершится при­ходом машшиаха — божественного помазанника — с по­следующим избавлением, подготовили почву для явления Христа («Христос» — это перевод на греческий еврейско­го слова «машшиах»).

По своему нравственному пафосу христианство радикально отличалось от иудаизма и всех прочих религий универ­сальностью общечеловеческого содержания. Оно обрати­лось с Евангелиями (греч. «εύανγέλιον» — «благовесть») к тем слоям населения, которые для многих других рели­гиозных нравственных систем выступали образцом соци­ально-моральной деградации — живым примером того, что бывает с существом, не выполняющим нравственных требований.

Христианство решительно отказалось от этноцентризма. Оно начало учить о равенстве всех людей перед Богом, стало быть, и по отношению друг к другу. В самом себе надо преодолеть этническую и социальную обособлен­ность, чтобы выйти на новый уровень человечности, «где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Хрис­тос» (Кол. 3,11). Опираясь на новое видение человека, апостол Павел прямо призывает любить чужеродцев как братьев по вере: «Братолюбие между вами да пребудет, страннолюбия не забывайте» (Евр. 13,1-2). Сущность об­новленного человека не в этнической принадлежности, а в настрое души по отношению к Богу и другому чело­веку. Универсальность христианства обусловила пово­рот от ритуальности, сильно различающейся у разных народов, к собственно нравственному поведению, кото­рое покоится на единых для всех людей устоях.

Новая религия обратилась к униженным и оскорбленным, отвергнутым и угнетаемым: к тем, кто занимал в иерар­хии низшие места — к чужакам, рабам и изгоям. Это был коренной переворот в понимании нравственности. До то­го, включая иудаизм, стержнем морали было поощрение лучшего, т.е. более совершенного — даже если это луч­шее не совпадало с устоявшимися общественными ран­гами, а поощрение толковалось очень специфически — как в учениях пророков — в форме предельных испыта­ний. В христианстве высокое и низкое меняются местами: «Больший из вас да будет вам слуга: ибо кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвы­сится» (Мф. 23,11-12). Радикальная переоценка ценно­стей предлагает ориентацию на «нового человека». Вместо традиционной мудрости появляется совершенно но­вая добродетель — смиренномудрие — склонность по­читать другого высшим себя.



Этот переворот не был «восстанием рабов», как пытался уверить в конце XIX в. Ницше. Христова проповедь не звала к насильственному преобразованию земного об­щественного устройства, к превращению рабов в господ, а господ в рабов, каковыми всегда были рабские восста­ния. Она обещала Царство Божие, в котором нет ни ра­бов, ни господ, но все друг другу братья, а всякое наси­лие уступает место справедливости, милосердию и любви. Это царство обозначается как высшее сокровище, драго­ценная жемчужина, которую человек может найти только в своем сердце. Учение Христа — это выстраивание нрав­ственной системы снизу и из глубины — от людей, обде­ленных обычными жизненными благами, но зато свобод­ных от чрезмерной привязанности к ним. Христос со всей полнотой прочувствовал и осознал, что они — тоже лю­ди, и нравственность должна выставлять свои обетова­ния с расчетом на них.



Сын Божий намного ближе к людям, чем иудейский Яхве. Он воплощает в себе всю полноту и божественной, и че­ловеческой природы: он всемогущ и премудр, но может испытывать человеческие чувства, т.е. страдать. Он тоже является сыном и поэтому может быть для людей не толь­ко недостижимым идеалом, но и образцом для подра­жания. В христианстве нравственность понимается как встречное движение Бога и человека. Бог совершает ке-носис — нисходящее движение, выход из своей божест­венной сущности к человеку, чтобы своими страданиями и смертью принять на себя грехи людей и вызвать у них духовный подъем, движение к Богу. Апостол Павел уста­новил параллель между первородным грехом Адама, по­средством коего все люди сделались причастными греху, и подвигом Христа — его добровольной смертью, через которую у людей появилась возможность приобщиться праведности и благодати. Нравственный идеал задается через слово Христа и его деяния: земную жизнь, смерть на кресте и воскресение. Быть нравственным — значит слышать Христово слово и подражать Ему.

В учении Павла огромное значение приобретает идея о гря­дущем преображении человека. Душа человеческая ос­вободится от греховности, и закон утратит для нее зна­чение, ибо где закон, там и грех как отступление от не­го. Закон необходим для человеческой натуры, которая не может творить добра без принуждения и наказания. Жертвенная смерть Иисуса на кресте и воскресение стали залогом благодати, которая выше закона. Грех преодоле­вается не исполнением закона, а любовью, верой и надеж­дой, которые суть дары Святого Духа. В противовес иуда­изму апостол Павел стал учить об оправдании «только ве­рой», но не делами.



На этой основе существенно изменился акцент в нравствен­ном отношении человека к человеку. Главным становится не буквальное соответствие поступка закону, а намере­ние, мотив, по которому совершается поступок. Не по­виновение закону и его педантичное исполнение, а лю­бовь — вот этический пафос христианства. «Не оставай­тесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон. Ибо заповеди: не пре­любодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужого и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя. Любовь не дела­ет ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона» (Рим. 13,8-10). Преображение человека происходит за пределами земной жизни, но начинается уже на земле и начинается с чувства любви. Любовь знаменует нача­ло Царства Божия в сердце верующего. «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Иоан. 4,16), — гласит одно из вероисповедных поло­жений христианства. Гимном любви звучат слова апосто­ла Павла: «Если я говорю языками человеческими и ан­гельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая, или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что мо­гу и горы переставлять, а не имею любви, то я — ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на со­жжение, а любви не имею, — нет мне в том никакой поль­зы» (1 Кор. 13,1-3). Эта христианская любовь «αγάπη» — братское чувство, равно распространяющееся на всех людей, независимо от их этнической принадлежности и со­циального статуса. Как видно из слов апостола, любви под­чинены две другие высшие христианские ценности: вера и надежда. Точнее сказать, эти три добродетели вместе составляют нераздельное и неслиянное единство, ибо на­дежда и любовь не возможны без веры во Христа как по­бедителя мира, а любовь и вера неотделимы от надежды. Любовь собирает в себя все содержание нравственности, в том числе то, которое было дано в Моисеевых заповедях. На ней основаны положительные добродетели христиан­ства, занимающие важное место в системе нравственно­сти. Эта система поддерживается идеей Нового Завета — договора между Христом и всем человечеством. Согласно ему нравственное отношение распространяется на всех людей без исключения: «Вы слышали, что сказано: «лю­би ближнего твоего и ненавидь врага твоего». А я гово­рю вам: любите врагов ваших, благословляйте прокли­нающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5,43-44), — ибо перед богом все равны. Если ветхозаветная этика была этикой талиона, справедливости, понятой как равное воз­даяние, то христианство становится этикой благодати или милости, даруемой каждому человеку просто потому, что он человек.

Негативные добродетели вытекают из христианского по­нимания отношения человека к миру, к посюсторонней жизни. Оценка мира в целом делается более суровой, чем в иудаизме. «Не любите мира, ни того, что в мире: кто лю­бит мир, в том нет любви Отчей» (1 Иоан. 2,15) — такова позиция апостола Иоанна, одна из самых крайних, кате­горичных в Священном Писании. В соответствии с этой позицией преобразуется понятие о цели и смысле жизни. Иудаизм провозгласил улучшение земного существова­ния целью человеческих усилий, а нравственность — средством, необходимым для этой цели. Человек должен выполнять заповеди, чтобы продлились дни его, и чтобы ему было хорошо на земле. С точки зрения христиан, це­лью жизни должно быть не земное благополучие, а спасе­ние души для жизни потусторонней и вечной. Под спасе­нием подразумевается избавление от зла морального — греха, и физического — страданий и смерти. Земная жизнь рассматривается только как подготовительная ступень к переходу в вечность.

В связи с такой переориентацией особое значение приобре­ло отношение к самому себе. Праведный человек, как по­лагают христиане, ведет непрестанную борьбу не столько с внешними, сколько с внутренними врагами: соблазнами и похотями, — в числе коих «похоть плоти, похоть очей и гордость житейская» (1 Иоан. 2,16). Для того чтобы одо­леть внутреннего врага, нужны готовность к покаянию и душевная стойкость. Это и есть негативные добродетели.

Христианство открыло новые глубинные пласты нравствен­ности. Внутри обычного круга моральных требований оно установило иной круг. Вступление в него означает обре­тение более высокой степени совершенства. Христианское отношение к иудаизму должно быть образцом отношения более совершенного нравственного состояния к менее со­вершенному. Нагорная проповедь Иисуса не отменяет Мо­исеева Декалога, но включает его как частный момент в бо­лее широкую систему требований. Ветхозаветное «не уби­вай» расширяется до осуждения враждебности как таковой во всех ее проявлениях: в гневе, оскорблениях, ссорах. Осуждается не только самый факт прелюбодейства, но даже внутреннее потворство соблазну. Если верность клятве, т.е. подкрепленному обращением к божественным силам обету, является первым кругом праведности, то второй круг, очерчиваемый Христом, требует отказа от клятвен­ных обещаний вообще, стало быть, верности всякому собст­венному слову. Неотъемлемым элементом обычной нрав­ственной жизни является оценка поведения других людей. Но Иисус такую оценку отвергает: «Не судите, да не суди­мы будете» (Мф. 7,1). По заслугам чужие деяния может оценить только Всевышний, а человеческий суд пристрас­тен и своекорыстен, ибо людям свойственно скорее видеть чужие недостатки, чем собственные: сучок в глазу брата, чем бревно в своем глазу. Тем более, воздаяние по заслугам, в особенности наказание зла должно исходить от Бога, а не от людей. Добро созидательно, а зло разрушительно. В глубине каждого сердца пробиваются ростки добра. Гнев и злоба могут, в крайней случае, уничтожить врага; смирение, прощение и любовь способны превратить его в друга. Вместо иудейского талиона Христос предписывает «золо­тое правило нравственности»: «Во всем, как хотите, что­бы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними» (Мф. 7,12). Он показывает нам, какой должна быть нравст­венность в последней своей глубине — там, где человече­ское сливается с божественным, а всеблагое с всемогущим. Нравственный идеал — это соединение несоединимого. Противоположные определения морали образуют в нем не слиянную и нераздельную гармонию. Неоценимым до­стоинством христианской нравственной системы является ее антиномичность. С одной стороны, Евангелие призыва­ет к аскетическому отвержению мира и естественных при­вязанностей: «если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя» (Мф. 5, 29). С другой стороны, заповедь любви к ближнему и забота о грешниках, како­вые ведь тоже составляют часть «мира сего». С одной сто­роны, проповедь обращена ко всем без исключения: си­рым, страждущим, нищим духом, грешникам, т.е. проявля­ет максимальную открытость. С другой стороны, в ней дается категорическое наставление: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, что­бы они не попрали его ногами своими и, оборотившись, не растерзали вас» (Мф. 7,6). С одной стороны, заповедь все­общего примирения; с другой, разъяснение: «Не мир при­шел я принести, но меч, ибо пришел я разделить человека с отцом его и дочь с матерью ее» (Мф. 10,34-35). Подлин­ная нравственность вмещает в себя и ту, и другую сторо­ны. Она зовет одновременно и ввысь и вглубь, потому что Царство Божие находится и за пределами мира, и в челове­ческой душе. Духовная узость способна видеть здесь толь­ко логические противоречия и поэтому вынуждена ме­таться из одной крайности в другую. Задача же состоит в том, чтобы удержать обе стороны. Вся европейская эти­ка, поднявшаяся на христианском фундаменте, и по сей день решает эту задачу. Важнейшие идеи, унаследован­ные ею из Нового завета:

— праведность есть дар Святого Духа,

— она даруется всякому человеку независимо от его соци­альной и этнической принадлежности,

— она поднимает его с низшего слоя бытия («сего мира») на высший (Царство Божие),

— ее основное содержание составляет любовь к Богу и людям.


Дата добавления: 2014-11-13; просмотров: 30; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.011 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты