Студопедия

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника



Признание в любви




Читайте также:
  1. Анна Каренина». Смысл эпиграфа. Трагедия женщины в конфликте с сословной моралью. Проповедь труда и любви.
  2. Важным элементом механизма реабилитации лица, пострадавшего в результате уголовного преследования, является официальное признание
  3. ВИДЫ СРЕДСТВ ДОКАЗЫВАНИЯ. Объяснения сторон и третьих лиц, других лиц, участвующих в деле. Признание стороны как доказательство.
  4. Вопрос 11 Признание помещения непригодным для проживания
  5. Вопрос 12 Признание многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу
  6. Вопрос 18. Ограничение дееспособности и признание гражданина недееспособным: основания, порядок, последствия.
  7. Вопрос 21. Признание гражданина безвестно отсутствующим и объявление его умершим: основания, порядок, последствия.
  8. Вопрос 3. Налог на прибыль: общая характеристика, плательщики налога. Момент признания расходов для целей налогообложения прибыли. Признание расходов на рекламу.
  9. Вопрос №3. Международное признание государств и правительств.
  10. Вчера вы. упомянули, что закон против любви, но что без закона любовь не существует и не может расти. Объясните, пожалуйста, каким образом закон необходим для развития любви.

 

 

- И вот, мы сидим с тобой одни, на берегу реки, и я рассказываю тебе о своей жизни, и думаю: что же с нами будет дальше? – закончила свой рассказ Чёрная Роза.

 

Она посмотрела на Алёшу своими большими глазами и тихо, загадочно рассмеялась. Её рассказ длился, наверное, не менее трёх часов. Костёр давно потух. В небе стояла луна, заливая реку, лес и лица ребят своим светом, и всё было видно.

 

Некоторое время они сидели молча. Был слышен лёгкий плеск воды и шум леса. Со всех сторон раздавалось пение соловьёв. Чёрная Роза первая нарушила это звонкое молчание.

 

- Вот такие дела, Алёшка, - сказала она, вздохнув. – Я всё тебе рассказала. Мы были откровенны друг с другом. Так и надо, если уж мы решили стать друзьями. Мы рассказали друг другу о себе всё, как есть. Мой рассказ получился несколько длинным. – Она снова вздохнула. – Ну что ж, из песни слова не выкинешь. Это я тебе говорю, как специалист по песням. Зато теперь ты всё знаешь.

 

И она умолкла.

 

Алёша молчал, переживая в душе то, что он услышал. Он не знал, как выразить словами переполнявшие его чувства. Всё смешалось в его сердце: болезненный восторг от Сашкиного подробного, откровенного признания в любви, и острая жалость к этой девчонке, которой пришлось вытерпеть столько – и потерю родителей, и жестокие побои, и холод, и голод, и жуткое одиночество.

 

Но ещё… ещё Алёшу жгло изнутри чувство, в котором он сам стыдился себе признаться.

 

Это была горькая, мучительная ревность, когда он представлял себе, сколько ловких, похотливых рук, сколько жадных губ целовали, ласкали, гладили и тискали это нежное, гибкое тело, эти волосы, эти глаза, эти ямочки на щеках – всё то, что он так безумно любил.

 

Он словно ощущал незримое присутствие всех этих людей, против которых, самих по себе, в принципе, ничего не имел, и даже сам презирал себя за эту непристойную, отвратительную ревность, но всё равно, ничего не мог с собой поделать.

 

- Бедная Чёрная Роза, - вырвалось у него, - сколько же тебе пришлось вытерпеть…всякого…

 

- Жалеешь меня? – Саша усмехнулась. – А что меня жалеть? Что, вообще, во мне такого жалкого? – спросила она запальчиво. – Я прекрасно понимаю, о чём ты думаешь. А что?! Я в порядке, я сыта, я одета, я пользуюсь популярностью, да и денег у меня теперь, наверное, больше, чем у тебя! А ты хоть когда-нибудь ночевал на улице?! Тебе когда-нибудь отбивали почки? Ты когда-нибудь отмораживал себе вот здесь всё (Чёрная Роза показала, где именно), когда приходится ночью сидеть на холодной скамейке? Ты хоть знаешь, что это такое? И в чём же ты меня упрекаешь? Подумаешь, лишний раз с кем-то трахнулась! Что я, рассыплюсь, что ли?! А что прикажешь делать, если у тебя нет ничего, кроме длинных ног и смазливой мордашки? – Она порывисто встала и резко повернулась к Алёше. – Это так прекрасно, когда тебя все любят!!!



 

Алёша тоже вскочил, словно его подбросило.

 

- Ты как будто хвастаешься! – воскликнул он. – Как будто это доставляет тебе удовольствие!

 

Он смотрел на эти, освещённые луной, губы, словно сохранившие следы поцелуев, на эти гордо сдвинутые брови, и почувствовал внезапный приступ ярости. Они оба застыли, стоя почти вплотную, лицом к лицу, сверля друг друга глазами.

 

- И это – награда за то, что я была искренней и честной с тобой?! – выкрикнула Чёрная Роза так пронзительно, что у Алёши зазвенело в ушах. – Может быть, ты меня ещё и ударишь? Давай, давай! Мало, наверное, меня били, ещё ты добавь! Ты вон, какой здоровый – много усилий не потребуется!



 

Она постояла несколько секунд, выжидающе глядя на Алёшу, затем резко повернулась, отошла и остановилась поотдаль, лицом к реке. Её тонкий, изысканный силуэт вырисовывался на фоне лунного света. Ветер медленно шевелил её волосы. Вот она как-то подозрительно поднесла руку к глазам…

 

Алёша вдруг потрясённо осознал происходящее, и спросил себя с ужасом, что же он делает?! Он ведь поехал сюда, чтобы сказать этой девочке, что любит её! Он посвятил ей стихи, он готов защищать её всегда, и даже отдать за неё жизнь, а вместо этого он накричал на неё, он оскорбил её, упрекнув в том, в чём упрекать не имел ни малейшего права, и, кажется, даже довёл до слёз…

 

В отчаянии Алёша опустился на землю и зарыдал, уткнувшись головой в свои колени.

 

Неожиданно он почувствовал, как лёгкие руки обвивают его плечи, и он услышал возле своего уха дыхание.

 

- Ну что ты плачешь, Алёшка? Что ты, маленький? – нежно проговорила Чёрная Роза прямо ему в ухо. – Что ты плачешь? Эх, Алёшка! Милый ты мой…

 

Она рассмеялась, смахнула остатки своих слёз и села рядом, обняв Алёшу. Она нежно взяла его голову в ладони и повернула лицом к себе. Чёрная Роза всё ловила на лету, она прекрасно понимала, что Алёше сейчас нужна её помощь.

 

- Прости, - сквозь слёзы сказал Алёша.

 

- За что, Алёшка? Что ты такого сделал?

 

- Ну, я оскорбил тебя, обидел тебя. Я знаю, что не имею права предъявлять к тебе никаких требований, тем более за то, что было раньше. Но я ничего не могу с собой поделать, Чёрная Роза! – он зарыдал ещё сильнее. – Потому что ты мне очень нравишься. Потому что…потому что я люблю тебя. Я тебя люблю, Чёрная Роза, понимаешь?



 

- Да, да! – воскликнула Саша, обнимая Алёшу за плечи и стараясь заглянуть ему в лицо. – И я тебя люблю, Алёшка, и я тебя люблю! По-настоящему! Ты понимаешь меня? Это же я, я всё устроила, чтобы мы поехали сюда, чтобы оказались здесь вдвоём с тобой! Но почему же ты плачешь? – она даже потрясла его за плечи.

 

- Не знаю, Чёрная Роза, - пробормотал Алёша, утирая слёзы. – Я как будто всё время вижу этих людей рядом с тобой…

 

Словно ножом, Сашу больно резануло по сердцу. У неё даже перехватило дыхание, так это больно её резануло. Резануло, и …медленно отпустило. Она не могла обижаться на Алёшу, что бы тот ей ни сказал – тем более, было ясно, что он это говорит потому, что действительно любит её – а ведь именно об этом она, Чёрная Роза, мечтала.

 

Алёшка – девственник, и его душа – это совсем не то, что душа Саши, прошедшей огни и воды, опытной и по-своему мудрой. Алёшка никогда ещё ничего такого не испытал, всё для него было ново, и для Саши Алёша, такой большой и сильный, был всё равно что ребёнок. Чёрная Роза не могла на него обижаться и понимала, что это она должна быть сейчас сильнее и умнее.

 

- Алёша, - сказала она ласково и терпеливо. – Ты, наверное, ожидал, что я должна была сейчас обидеться? И из-за этого плачешь. А вот, ничего подобного! – Она старалась подыскать нужные слова. – То, что я общалась …ну, со всеми подряд – понимаешь, во-первых, у меня не было другого выхода, а во-вторых, это от одиночества. И вообще, Алёшка, - она рассмеялась, - как скажет Женевьева: «До свадьбы не считается!». Просто я никак, никак не могла встретить тебя, моего прекрасного принца, настоящего, готического! О, как я долго тебя искала!!! И ночью, лёжа на бетонном полу, в подвале, больная, голодная и избитая, я всё равно думала о тебе, хотя ещё не знала тебя! Ты мне даже снился! Но теперь-то мы встретились! Мы же встретились! – она снова потрясла Алёшу за плечи. – И всё! Теперь уже ничто нас не разлучит! Теперь мы будем навеки вместе!

 

- Правда? – осторожно спросил Алёша, утирая слёзы и переставая плакать. – Ты действительно так считаешь?

 

- Ну конечно! Господи, хорошо-то как! Ведь это же счастье!

 

Потом она расхохоталась и погрозила Алёше пальцем.

 

– А вообще-то, я не ожидала, что ты такой единоличник! Нельзя быть таким! Ну, подумаешь, перепихнулась я с кем-то по-быстрому, прямо на автобусной остановке – ну и что? Подумаешь, какая драгоценность! – она звучно расстегнула и застегнула зиппер на своих джинсах, стараясь рассмешить Алёшу. – Как открыла, так и закрыла! Что, меня убудет, что ли? А ты возьми и встань в очередь! Но теперь ты можешь не сомневаться: магазин закрыт для посетителей навсегда, идёт обслуживание V.I.P.-клиента!

 

Алёша не мог удержаться и тоже расхохотался, ещё не успев вытереть слёзы – так Чёрная Роза смешно говорила.

 

- Да нет, Чёрная Роза, я ничего, я просто думал…ну, наверное, ты ко мне не совсем серьёзно относишься…я думал… я для тебя один из многих…

 

- Ничего подобного!!! Ты – мой принц! Да разве мне теперь кто-то другой нужен?!! Думал он… А ты не думай! Умный какой! Всё в полном порядке, и все довольны! Да ладно, я шучу. А если серьёзно, - сказала Саша проникновенно, - ведь до чего же здорово, что мы нашли друг друга, что мы теперь вместе! Представляешь, Алёшка, какая теперь пойдёт жизнь! Мы будем вместе гулять, ходить на пляж, купаться, вместе рисовать, как Женевьева с Леонардом, будем заниматься спортом, ходить на танцы в готический клуб «Жизнь после смерти» – я теперь знаю такие места, что ты! А у меня, между прочим, есть комната в Москве, в центре! Можем вместе там жить, если хочешь, или просто встречаться – я думаю, Женевьева и Леонард не станут возражать, а только порадуются за нас. И ещё целая квартира в Петербурге! Можем поехать туда на каникулы, устроить медовый месяц! – она весело рассмеялась. – Оторвёмся по полной программе, на все сто! С деньгами проблем не будет. У меня кое-что есть, и принцесса, когда узнает, что и как, будет рада помочь! И поедем! Представляешь, как нам будет здорово?

 

- Ты знаешь, Саша, я всё ещё не верю, - покачал головой Алёша, вытирая остатки слёз. – Мне кажется, будто это сон. Неужели это ты, и ты действительно меня любишь?..

 

Саша посмотрела на него долгим взглядом, потом неожиданно прижалась к нему, обняла и припала губами к его губам в глубоком, чувственном поцелуе…

 

Алёша весь задрожал, затем тоже обнял Сашу, пытаясь ей отвечать, как мог. Она нежно усмехнулась в душе: «Милый, милый Алёшка, ничего-то ты не умеешь, но у нас всё впереди, ещё научишься!»

 

Потом, оторвавшись от Алёши, она облизнула губы и спросила:

 

- Теперь веришь?

 

Алёша ошалело перевёл дыхание, и тихо ответил:

 

- Теперь – да…

 

Неожиданно он обнаружил, какая красота вокруг, какая чудесная весенняя ночь, как сверкают звёзды на небе, какая огромная луна отражается в реке…

 

Чёрная Роза взяла его за руку, и при свете луны Алёша увидел, каким вдохновенным огнём сверкают её огромные глаза.

 

- Значит, Алёшка, теперь мы навеки вместе?

 

- Навеки, - кивнул Алёша серьёзно.

 

- Поклянёмся?

 

Алёша с готовностью кивнул:

 

- Клянусь!

 

- И я клянусь! – ответила Саша и добавила: - Теперь нужно поцеловаться. По-настоящему!

 

Так они и сделали – теперь уже без спешки, обстоятельно, тщательно изучая губами и языком каждый уголок рта друг друга, так, что у обоих внутри всё начало разгораться…

 

Тут Саша отпрянула и сказала с нежным смехом:

 

- Подожди, подожди, не всё сразу! Так будет приятнее, вот увидишь! Не спеши! Ты знаешь, ведь эта ночь больше уже никогда не повторится. Правда, будут и другие ночи, ничуть не хуже этой – но эту мы должны запомнить.

 

Тут в её памяти неожиданно возникло живописное полотно, картина, которую она видела в спальне принцессы и её мужа: «Адам и Ева». Она вскочила на ноги.

 

– Знаешь, что мы сейчас сделаем? Где наш рисунок? Вот он, висит на стенке палатки!

 

Чёрная Роза быстро распечатала полиэтиленовый пакет, в который рисунок был упакован от ночной росы, и достала из кармана карандаш.

 

– Сейчас мы подпишем на рисунке число, и вот здесь, посередине, напишем: «Навеки вместе». И так и привезём Сергею Александровичу, а потом выставим у нас в училище на выставке – пускай завидуют! Хорошо я придумала? – она посмотрела на Алёшу. – Давай, ты пиши одно слово, а я – другое!

 

И они это сделали. Но Саше и этого было мало – она не привыкла останавливаться на полпути. Она достала большую синюю папку, с которой они приехали на этюды, баночку золотой акриловой краски и кисточку, и быстро, одним махом, написала красивыми буквами на папке: «Навеки вместе».

 

Потом они долго сидели и разговаривали, или молчали, и курили одну сигарету на двоих. Они старались растянуть время, они не торопили эту ночь, зная, что она никогда не повторится. Будут и другие ночи, но эта не повторится никогда…

 

 

Прижавшись друг к другу под одной курткой, они любовались луной в реке. Саша склонила голову на плечо Алёши.

 

- Почитай какие-нибудь стихи, - попросила она. – Мне очень нравится, как ты читаешь!

 

Алёша кивнул, подумал немного, затем достал из кармана томик Гарсии Лорки, полистал его, нашёл то, что хотел, и прочитал:

 

 

Крик растворился в ветре

Кипариса холодной тенью.

 

(Я плачу.

Оставьте меня в этом поле!)

 

Тишина завладела миром -

Всё остальное исчезло.

 

(Я плачу.

Оставьте меня в этом поле!)

 

Впилась в ночной горизонт

Костров щербатая челюсть.

 

(Я ведь сказал вам: я плачу.

Оставьте меня в этом поле.)

 

- Прекрасно, - прошептала Саша. – Прямо настоящая готика, хоть Лорка и латинос. А почему ты именно это читаешь?

 

- Не знаю, - ответил Алёша. – Здесь так хорошо…Мы вместе, и мне хочется остаться здесь, чтобы всё оставалось так навсегда.

 

- Конечно, - кивнула Саша. – Только почему нужно плакать? Надо, наоборот, радоваться, ведь так всё хорошо!

 

- Не знаю, - снова ответил Алёша. – У меня почему-то такое чувство, что когда всё так хорошо, то жди беды.

 

- Глупости! – засмеялась Саша. – Чего нам бояться? Мы одни! Здесь, кроме нас, только звёзды, луна и река! Пойдём спать!

 

При слове «спать» у Алёши бешено забилось сердце…

 

Действительно, надо было когда-то ложиться спать. Хотя Алёша не очень-то торопил этот момент. Он и ждал его, и боялся – как они вместе с Чёрной Розой окажутся в одной постели. У него бешено стучало сердце и перехватывало дыхание, а у Сашки блестели глаза, она была очень возбуждена, и была словно пьяная…

 

Ребята зашли в палатку, где горел электрический фонарь, и разложили постель: надувной широкий матрас, пуховой шёлковый спальник.

 

Надо было раздеваться. Чёрная Роза, подавая пример, первая скинула с себя всё, даже трусики, и вытянулась на шёлковой постели, закинув руки за голову. Она засмеялась:

 

- Алёшка, давай смелее – раздевайся! Глупо – мы весь день провели вместе, голые, не стесняясь, рисовали друг друга - так неужели мы будем спать в одежде? Логично? Разве мы должны стесняться друг друга? Конечно же, нет! И ты поклялся!

 

«Одно дело днём, - подумал Алёша, - и совсем другое дело – теперь…»

 

И ещё – ему было стыдно, потому что он был жутко возбуждён… А у ребят это сразу заметно, и она сейчас это увидит… Ему казалось, что это очень стыдно (но какой бешеной завистью позавидовал бы ему сейчас профессор Сергей Александрович!!!) Его так трясло, что даже Саша это почувствовала и спросила:

 

- Хочешь, я выключу свет?

 

Алёша кивнул.

 

Чёрная Роза погасила фонарь.

 

Алёша снял одежду и осторожно лёг на некотором расстоянии от Саши. Сквозь пластиковое окно светила луна. Они прекрасно видели друг друга.

 

- Какое у тебя тело сейчас, в лунном свете… как у архангела, или у инопланетянина, - прошептала Чёрная Роза. - Вот так, Алёшка. Теперь нас не разделяет ничто – даже одежда.

 

Пауза.

 

- А ты заметила, - сказал Алёша, - что я тоже последнее время смотрел на тебя, и как я смотрел? То, что ты мне тоже очень нравишься.

 

- Ха! Конечно, - усмехнулась Чёрная Роза. – Думаешь, я слепая? Только я не знаю, когда у тебя это началось.

 

- Тогда, когда ты позировала с сигаретой, - признался Алёша. – А ты это заметила?

 

- Конечно, - кивнула Чёрная Роза. – И Сергей Александрович мне тогда шепнул: «Видишь, как Алёша на тебя смотрит! Определённо, ты ему нравишься!» Меня пронзило. Я с тех пор только об этом и думала. Ты мне тогда уже тоже очень нравился.

 

Она помолчал, затем продолжила:

 

- Но я всё ждала, когда ты ко мне подойдёшь. У меня такой характер - я не могу навязываться! Мне надо, чтобы меня позвали за собой. Но иногда я всё-таки сама навязываюсь, - она хмыкнула.

 

Пауза.

 

- А я хотел подойти – и боялся, - сказал Алёша.

 

- Я поняла это. Что ты сам не подойдёшь, - вздохнула Саша. – И вообще, с тобой – не так, как с другими. Ну, например, Сергею Александровичу я нравлюсь, но он относится ко мне несерьёзно. Ему просто нравится моё тело, я его забавляла, как игрушка…

 

- И часто ты его так «забавляла», милая игрушка? – ревниво спросил Алёша.

 

- Во-первых, только на расстоянии, то есть зрительно – он просто смотрел, но ничего со мной не делал, - торопливо ответила Чёрная Роза. – Во-вторых, это было в прошлом, а в третьих, с учителем не считается! Это всё равно, что быть на приёме у врача. И, в четвёртых, - сказала девочка серьёзно, - у него же совсем не стоит! Поэтому он и сам давно считает, что мне надо найти друга – достойного друга, близкого по возрасту и по интересам. И чтобы у него, это…не как у Сергея Александровича… В общем, чтобы мне с ним было хорошо в постели, по-настоящему. Я, это… очень темпераментная. И я нашла. Тебя. Вот так.

 

- Хм…Ну ладно, убедила, - улыбнулся Алёша с гордостью, сразу почувствовав себя признанным мачо, хотя это выглядело смешно. – Проказница.

 

Они оба рассмеялись. Потом некоторое время молчали.

 

Некоторое время они лежали молча, и смотрели друг на друга. В окно палатки светила яркая весёлая луна…

 

Наконец Саша спросила:

 

- А когда ты на меня так смотрел, чего ты хотел от меня?

 

Она уже завелась, и начинала терять терпение. А Алёша не знал, что делать, с чего начать…

 

- Дружбы, - ответил Алёша. – Взаимности… любви…

 

- Так бери её! – воскликнула Чёрная Роза с воодушевлением. – Вот она, вся твоя, без остатка! Только протяни руку! Почему тем, кто мне не нравился, было можно, а тебе, которого я люблю, нельзя??? Или мы что, так и будем лежать на пионерском расстоянии? – спросила она шутливо-капризным тоном. – Так неудобно! Мы должны согревать друг друга! Мы же навеки вместе, блин! Иди ко мне!

 

- Вместе так вместе! – Алёша смущённо рассмеялся. Чёрная Роза – тоже. Они прижались друг к другу, обнялись, соприкоснувшись губами и телами. И опять рассмеялись…

 

Алёша впервые ощутил Чёрную Розу так близко. Он видел её лицо, плечи, руки, залитые лунным светом, вдыхал запах её волос. Сашины волосы пахли рекой, ветром и её таинственными духами.

 

- Что за духи? – прошептал Алёша, почувствовав, что его голос охрип. – Я испробовал на запах все, самые дорогие духи в парфюмерных магазинах – и не мог найти…

 

- Ты и не мог найти их здесь, в России, - ответила Саша, тоже шёпотом, касаясь губами его уха. – Это женский готический парфюм, его изготавливает фирма Пако Рабанна очень маленькими партиями, называется «Мёртвая невеста». Мне его подарила на день рождения принцесса Женевьева. Ты напрасно искал.

 

Алёша держал Сашу в объятиях. Они ласкали и гладили друг друга всё смелее…

 

- Как у тебя бьётся сердце, - тихо сказала Чёрная Роза.

 

- У тебя тоже, - ответил Алёша. – Ты что, боишься?

 

- У меня – из-за тебя, - непонятно сказала Саша. И добавила: - Алёшка, обратной дороги нет! Мы с тобой уже стали одной душой… Ой, что это с тобой? – спросила она с беспокойством, заметив, как изменилось лицо возлюбленного.

 

- Чёрная Роза, милая, - произнёс Алёша умоляюще. – Извини меня! Можно, я выйду на секундочку, воздухом подышать? Со мной сейчас такое творится, что я боюсь, как бы мне не потерять сознание…

 

- Конечно, конечно, - участливо ответила Саша, неохотно разжимая объятия и выпуская его. – Иди, если нужно, не беспокойся – я же не дура какая-нибудь. Только поскорее возвращайся! – сказала она серьёзно. – Я так долго тебя искала, я не смогу больше оставаться без тебя!

 


Дата добавления: 2015-08-05; просмотров: 3; Нарушение авторских прав







lektsii.com - Лекции.Ком - 2014-2021 год. (0.033 сек.) Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав
Главная страница Случайная страница Контакты